Огню огонь предела не положит

В воссоединении их было столько же неистовства, сколь и нежности. Предвидя это, Трандуил позаботился обо всём заранее, и в ящике стоявшего подле ложа прикроватного столика помещались обильные запасы травяного масла, хотя, как подозревал Глорфиндел, иссякнуть им было суждено задолго до наступления весны. Трандуил не мог оторваться от него, не желая отпускать ни на мгновение, даже для того, чтобы избавиться от оставшейся одежды. Руки его были стремительны и настойчивы, однако обретенной в конце концов наготой оба были более обязаны упорству Глорфиндела, методично расправлявшемуся с завязками и застежками. Едва последний покров соскользнул на пол, Трандуил притянул любовника ближе, прижимаясь членом к его члену, и оттого, как совершенно их тела подходили друг другу, сердце Глорфиндела трепетало в груди пойманной птицей. Трандуил по-кошачьи ласкался к нему гибким горячим телом, рот его хищно скользил вдоль линии подбородка Глорфиндела, втягивая чувствительную кожу между зубами, и тот вспомнил потаенную слабость короля эльфов, чувствуя, как кровь бьется в висках и вскипает в жилах. Ища выхода владевшему им возбуждению, он сам вонзил зубы в нежную плоть между шеей и плечом Трандуила, ощущая, как дрогнуло, натянулось звенящей струной льнущее к нему тело. — Валар, я почти позабыл, каково это! — воскликнул Трандуил, впиваясь пальцами в бедра Глорфинделу. — Полагаю, любой из твоих подданных был бы счастлив… Трандуил твердо прижал палец к его губам. — Никто. Никто, кроме тебя. А теперь хватит уже, и иди в постель. Она не просто так тебя дожидается. Глорфиндел приподнял бровь, но повернулся и в два шага пересек комнату. — У тебя волосы еще длиннее, чем раньше. Ничего не разглядишь. Он чувствовал, как кончики прядей при каждом шаге щекочут кожу ему под коленями, и за напускным цинизмом в голосе Трандуила явственно различал неуверенность и тревогу, зная, что лесной король не забыл, отчего волосы у него столь длинны. Глорфиндел успокаивающе ему улыбнулся. — Не было времени их подстричь, только и всего. Пытливый взгляд Трандуила смягчился, и тлевшая в нём тревога вновь сменилась огнем желания. Взор его жадно ласкал длинные ноги Глорфиндела, медлил на бедрах, поднимался к животу и груди. — Так и будешь просто смотреть на меня весь вечер? Вместо ответа Трандуил последовал за ним и, положив одну руку на грудь Глорфинделу, толкнул его на постель, и тот подчинился, навзничь упав на ложе. — Не ты ли недавно сдерживал мое нетерпение? — вопросом на вопрос ответствовал король эльфов, но что бы ни собирался возразить на это Глорфиндел, Трандуил такой возможности ему не оставил. Он опустился рядом, накрывая его тело своим, и долгие минуты их губы просто ласкали друг друга, и языки скользили в томительном танце, но когда Трандуил желал достичь большего, Глорфиндел удерживал его раз за разом. Наконец эльфийский король окончательно потерял терпение и, привстав на постели, коленями зажал как в тисках бедра Глорфиндела. — Перевернись, — приказал он. — Не могу. — Ты отказываешься? — Ты стоишь на моих волосах. Недоуменно воззрившись на него, Трандуил моргнул раз, другой, а потом губы его расплылись в плутовской усмешке. Не мешкая, он сгреб в охапку Глорфиндела и, притиснув его к себе, перекатился вместе с ним на постели, разведя бедра так, чтобы ноги Глорфиндела оказались между ними. Глорфиндел приподнялся на локтях, любуясь распластавшимся под ним любовником, но не забывая об удовольствии тереться членом о живот Трандуила. — Я так и не спросил, — проговорил он наконец, — как ты провел эти месяцы. Трандуил напрягся под ним. — Снова ночные беседы? — Лучшие из них случаются меж нами в постели, а нагота лишь способствует пониманию. С минуту Трандуил, казалось, размышлял над этим, а потом приподнялся, собирая в горсти волосы на затылке Глорфиндела, и, закрутив золотую копну узлом, отвел в сторону. Закончив, он неторопливо прошелся пальцами по скулам любовника и снова откинулся на ложе. Теперь он избегал взгляда Глорфиндела. — Нас связывает куда больше, чем плотское желание. Ты, как и я, знаешь это. И то, что мы так много времени проводим в постели, отнюдь не значит… Глорфиндел припал к его губам, стирая горечь слов поцелуем. — Не смей сомневаться в нас, слышишь? Есть любовники, что не могут насытиться друг другом годами, но это не значит, что их влечет один лишь зов плоти. Слишком коротки были дни, что мы провели вместе, вдвое дольше длилась наша разлука. Нет превратности в том, что мы желаем друг друга. — Нет, — глухо отозвался Трандуил, — конечно же, нет. Но на сегодня, — продолжил он тоном, не терпящим более возражений, — на сегодня разговоров с меня довольно! Глорфиндел снова оказался простерт навзничь, голова его покоилась на пышном узле, в который эльфийский король увязал его волосы. Поднявшись на колени в постели, Трандуил дернул его на себя, так что ягодицы любовника прижимались к его бедрам вплотную, а сам он твердым членом упирался ему в промежность. Звериная страсть владела в этот миг Трандуилом. Выгнувшись длинным телом, он дотянулся до склянки с маслом и, подготовив их обоих в несколько быстрых движений, отшвырнул ее на подушки. А потом одним долгим толчком ворвался в тело Глорфиндела. Боль вонзилась в плоть раскаленной иглой, и Глорфиндел не сдержал вскрика, зная, что Трандуил остановится, если он только попросит. Но он не попросил.