Две стороны

      На лице Элизабет появилась счастливая улыбка и она сказала:       —Да, конечно! —она встала, обняла парня и прошептала ему на ухо.—Спасибо, мой спаситель.       Тот лишь тихо усмехнулся. Они разомкнули объятия и Джонс сказал:       —Ну, а теперь твоя очередь быть для меня спасителем, — увидев, как девушка улыбнулась уголком губ, парень непроизвольно сделал тоже самое.       Немного посидев на месте, тем самым подождав, пока на коридоре станет меньше людей, Бетти пошла устранять оставшегося свидетеля — ту тёмно-волосую девушку, которой она несколько минут назад нагрубила:       —Здравствуйте ещё раз! — пропела блондинка. Её собеседница лишь мельком взглянула на девушку и продолжила свою работу. — Я понимаю, что вы не очень любите свою работу и таких настойчивых посетителей, как например я, но мне бы хотелось, чтобы вы меня отвели в туалет.       —Идите прямо по коридору и поверните на право, — сказала девушка, указав пальцем на коридор.       —А я прошу, что бы вы меня отвели туда, — с небольшим упрёком сказала Элизабет.       —Ладно. Хотя бы пройдусь.—сказала девушка, медленно вставая со своего кресла.       В этот момент блондинка обернулась, посмотрев на Джага, и кивнула парню, тем самым показывая, что это его шанс прокрасться в 121 палату.       Джагхед пошёл прямо за двумя девушками, ибо комната, в которой находиться его отец и Элис, располагается в этом коридоре на первом этаже. парень тихо подошёл к двери и аккуратно опустил ручку. Дверь бесшумно открылась и Джаг зашёл внутрь.       Палата была практически пустая и в ней не было яркого декора. Две больничные кровати размещены близко друг к другу. Между ними стоит маленькая пустая тумбочка. Свет проникает в помещение только через открытое на проветривание окно. В комнате, прямо у входа, находится дверь, которая, скорее всего ведёт в ванную комнату.       Черноволосый парень даже не сразу обратил внимание на ЭфПи и Элис. Его отец лежал на кровати, с небольшими синяками на руках и перебинтованной головой. А вот и Купер… Её лицо было изуродовано многочисленными царапинами. Конечно же, они заживут, и довольно-таки быстро, но это выглядит болезненно.       В этот момент в палату врывается Купер младшая и говорит:       —Фух, еле отвязалась от этой прилипчивой дамы.—она взглянула на свою мать и с её лица исчезли все эмоции. Как-будто она смотрела в пустоту. Вдруг в глазах начали зарождаться отрицательные эмоции. Злость, грусть и, в конце концов, собственная вина. Это нормально, ведь когда в твоей жизни происходит что-то ужасное, то ты начинаешь вспоминать все отвратительные моменты, которые произошли в твоей жизни давным-давно, которые были забыты. Но теперь ты вспомнил это, как-будто пережил всё заново. Почему же у Элизабет появились эти чувства только сейчас? Что ей помешало преодолеть один из этапов настоящего страха, там, в доме, после звонка шерифа, после угроз Малахая? Теперь она чувствовала себя по-настоящему одинокой, ведь Элис— это единственный родной человек, которого она по-настоящему любит, доверяет. А сейчас она лежит без сознания, она сама нуждается в помощи и поддержке. Что же решает сделать Элизабет? Она убегает. В прямом и переносном смысле. Она выбегает из палаты, тем самым стараясь убежать от этого родного человека, который, возможно, умирает.       Джаг бежит за ней. Ему всё равно, что кто-то может увидеть его, выходящим из палаты, в которой он не должен был находиться. Бетти выбегает на улицу, останавливается напротив входа и начинает жадно хватать воздух ртом. Джагхед сразу понял, что у девушки истерика:       —Всё будет хорошо. Не переживай! — говорил парень, смотря в голубые, полные слез, глаза девушки.       —Я не хотела говорить, но в аварии виноват твой отец.—сказала блондинка, на миг успокоившись, а потом снова принялась глубоко дышать.       —Что?! —он схватил девушку за плечи.—Ты должна была мне сказать это! Должна была.—кричал Джаг, не обращая внимания на крупные слёзы, стекающие из глаз Бетти по щекам.       —Я ничего тебе не должна! —запротестовала та.—Я не хотела тебя расстраивать!       —Если бы я знал, что он виноват, я бы не пошёл к нему.—прорычал Джагхед, отведя взгляд в сторону, а потом вновь уставился на Элизабет.—Ты сделала только хуже. Я должен был знать правду! —стал кричать ещё громче парень.       Вдруг послышался звонкий хлопок и на щеке черноволосого парня стали появляться очертания красной ладони:       —Я сделала так, как считала нужным, Джонс.       Он молча развернулся и ушёл. Элизабет осталась одна. Слёзы высохли, оставив только опухшие и покрасневшие глаза. Бетти развернулась в противоположную сторону и пошла к своему дому. Дорога долгая, но на машине она ездить не умеет, так что оставила её на парковке у больницы.       Элизабет шла и думала: «Одинокими мы делаем себя сами… Теперь, я с этим согласна.»