Часть 10
14 марта 2021 г., 22:20
Где-то раз в два-три года Луна пропадает с неба. Точнее, как я когда-то прочитала в одной книге из библиотеки особняка, она входит в конусообразную тень, отбрасываемую Землёй и, так как не отражает солнечных лучей, создаётся ощущение, что Луну не видно вовсе.
Эта ночь наступила неожиданно. Ещё утром этого дня я чувствовала лёгкое недомогание, постоянно ворочалась и никак не могла уснуть, из-за чего, внешне, выглядела изнурённо. С наступлением вечера поймала себя на том, что вообще не могу встать с кровати, слабость была по-настоящему дичайшая, даже ложку не могла поднять. Узнав от Джейн, что я практически измождена, Сакамаки насторожились. Логично предположить, что Луна будит во мне зверя и убивает человека, но её отсутствие лишает всех жизненных сил, остаётся лишь оболочка. Но никто не знает, как я могу повести себя с наступлением двенадцати часов, когда Луна должна была во всей своей силе светить на небосводе. Становится понятно, что я не смогу как обычно сбежать в лес и переждать это бремя там, поэтому не остаётся никакого иного варианта, как остаться в особняке, что становится проблемой для его обитателей. Отнести меня в лес и оставить на ночь было опасно: в нём обитает много голодных хищников и они уж точно не пройдут мимо, а я не смогу дать должного отпора. Поэтому было решено перенести меня в подземелье, ради всеобщей безопасности. Я еда не застонала, когда узнала о принятом решении. Всегда ненавидела эти чёртовы камеры, там царила мёртвая и гнетущая атмосфера, сколько девушек, лишившись рассудка, увядали за этими решётками, но разве кто-то будет спрашивать моего мнения? Да и к тому же я и сама была изрядно напугана своим состоянием и понимала, что это самый разумный вариант. И ни для кого не было странным, что за мной вызвался следить именно Субару. Всё-таки он считался самым сильным из всех братьев, и произошедшая ранее стычка во время былого полнолуния научила его быть более осторожнее с разъярённым зверем.
До отъезда в Академию Джейн была рядом, иногда что-то говорила, иногда сидела тихо, почти не шевелясь, невесомо поглаживая меня по волосам. Дурная девчонка, даже после того, как я поранила её, она не отреклась от меня и продолжала безбоязненно находиться поблизости, даже сейчас, когда я, несмотря на беспомощное состояние, могу невольно проявить агрессию. А перед её уходом, пока Субару отвлекся на подкалывающего его Аято, в этой суматохе я успела впихнуть в руку девушки маленькую записку, которую успела начёркать Бруку ещё вчера. Благо ей не пришлось ничего объяснять, Джейн поняла всё без слов, ведь говорить мне удавалось достаточно плоховато, уверена, что могу на неё положиться. Надеюсь, парень не наведёт панику, когда прочитает послание, хотя в критических ситуациях он как никто другой умеет вовремя собраться с мыслями.
До двенадцати часов я практически не просыпалась, не шевелилась и не говорила. Складывалось ощущение, что волноваться не о чем, я будто медленно умирала, лишь иногда что-то кряхтела, когда пыталась не уронить стакан с водой, чтобы промочить сухое горло. Однако, с наступлением ожидаемого часа, начался кошмар. Находясь на грани своего сознания, совершенно без сил, я не могла находиться на одном месте. Я кидалась из стороны в сторону, словно тряпичная кукла, притом моё тело было словно атрофировано. Царапала стены, пыталась вырваться, выла и рычала, звала скрывающуюся за тенью Луну. В голове шумело, как в поломанном телефоне, перед глазами плыла камера, а внутри всё распирало от жара, как если бы я в один присест проглотила горсть раскалённых углей. Билась в агонии, когда слишком сильно ударялась о голые каменные стены, сходила с ума без Луны, без её света и силы. Особенно мучительно было то, что я никак не могла потерять сознание. Пусть зрение почти пропало, но всё чувствовалось очень остро, переживать это казалось невозможным и с каждой секундой мне все больше хотелось наконец-то отключиться, лишь бы прекратить этот ужас. Неведомо как я сдерживалась, чтобы не молить лишить меня жизни, лишь бы прекратить все эти сумасшедшие метания. В моменты, когда было особенно невыносимо и я заходилась в истошных криках, меня держали мёртвой хваткой, а шею обжигал острый холод иглы из-за чего к горлу подкатывала желчь, а тело ещё больше наливалось тяжестью и двигаться становилось ещё тяжелее.
***
Очнулась я в холодном поту уже у себя в комнате и с облегчением поняла, что всё закончилось. Приоткрытое окно пропускало в помещение ночную прохладу, а на небе снова сияла Луна, пусть и не полная. Волны блаженства накрывали с головой, да так, что оставалось лишь удовлетворённо урчать, забываясь в прекрасных ощущениях, когда несильный ветерок охлаждал горячие капельки пота на коже. Несмотря на лёгкую слабость, сознание было светлым и ясным, я точно хорошо выспалась после всего того ужаса, что пришлось пережить. Впредь нужно взять на заметку такие явления и рассчитать, когда готовиться к следующему. Размышления прервали тянущие боли внизу живота, а затем последовало недовольное урчание. Не знаю, сколько времени я провела в постели, но, по всей видимости, достаточно долго, чтобы желудок так скручивало от голода. Небольшие настенные часы показывали почти три часа ночи, Сакамаки должны были уже вернуться. Стоит ли надеяться, что на кухне осталось хоть что-нибудь, съестного? В любом случае не узнаю, пока сама не проверю. Еды на блюдечке мне не принесут, слугам этого особняка таких поблажек не делают. Встав с постели, я слегка пошатнулась, но впоследствии уже крепко могла стоять на ногах и, сладко потянувшись, как можно глубже вдыхая ночной воздух, посеменила на выход из комнаты. В коридорах особняка было на удивление тихо, не слышалось никаких запахов, подтверждающих здесь наличие вампиров, неужели они ещё не вернулись? Вот чёрт, еда подавалась точь в точь тогда, когда они были здесь в полном составе, и в редких случаях, когда кто-то отсутствовал. Рейджи не очень любил подавать общий ужин кому-то отдельно. Чуть потоптавшись на месте, сомневаясь, а стоит ли продолжать свой непродолжительный поход, я уж было решилась вернуться обратно в комнату, пока острый слух не уловил какое-то копошение внизу. Возможно ли, что это кто-то из слуг, которых можно попросить о маленьком одолжении, не думаю, что они откажут, всё-таки статус у меня был чуть выше, чем их. Хотя вдруг Рейджи запрещает даже им приниматься за готовку, пока его нет? И всё же, посмотреть откуда доносятся шорохи нужно. Спустившись вниз, я заметила приглушённый свет, исходящий из столовой. Учитывая то, что в самом особняке было темно, освещенная столовая навевала настороженность, а отсутствие каких-либо запахов и вовсе горело где-то в голове красной лампочкой. В голове проскользнула мысль о взломе, из-за чего я непроизвольно напряглась и стала как можно более бесшумно красться в нужное помещение. Никогда на моей памяти не было никаких взломов, никто и близко не подходил к территории особняка, где не любят чужаков. Но тот факт, что здесь находился кто-то неизвестный, от которого не исходило никаких запахов, а вампиров и близко не было, не мог не нервировать. Подкравшись совсем близко, я притаилась за углом, лихорадочно обдумывая дальнейшие действия. Если выпрыгну сразу, то вор безусловно будет застигнут врасплох, но мне неизвестно в какой именно части помещения он находится, из-за чего взломщик может быстро сориентироваться. И всё же, сбежать ему не удастся, если это человек. Я осторожно выглянула из-за угла, решив сначала разведать обстановку, а уж потом напасть. Задача осложнилась тем, что запаха, показывающего на то, кем окажется грабитель, не было, будто моё обоняние куда-то пропало. — Как я погляжу, ты уже не пребываешь в бессилии, — я едва не свалилась с ног, напуганная мягким баритоном. Пару секунд переводила дух, но всё ещё с опаской, я вышла из укрытия. Рейджи сидел на обеденным столом, скрестив руки в замок и оперевшись о них подбородком. Заметив меня, он слегка оторвался и устремил взгляд прямо на меня, а перед ним дымилась чашка с вкусно пахнущим чаем, — Подойди. Но шага я не сделала, настораживаясь. От вампира совсем не пахло. Не слышалось абсолютно никакого запаха, кроме чая, и это просто обескураживало. Может быть я сплю или мне кажется? Так ведь не бывает. — Ты ожидаешь повторного приглашения? — немного нетерпимо сказал он, беря в руки чашку и отпивая маленький глоток. И всё же, приближаться я не торопилась, а вместо этого стояла и шумно вдыхала воздух вокруг себя. — От тебя не пахнет. — прошипела я, напрягаясь ещё больше, ведь не улавливала ничего вокруг. Что-то здесь не так. Возможно ли такое, что передо мной сидит вовсе не Рейджи? — Вот как? — он усмехнулся, не сводя прикрытых глаз с кружки, — Прекрати принюхиваться так явно, это уже вне всяких дозволений. Подойди и сядь. — строгость его приказного тона и притирка к манерам были очень знакомы, но нельзя быть уверенной в этом на сто процентов. Вампир указал рукой на противоположный стул, «приглашая» сесть за стол. Всё ещё пребывая в сомнениях, я максимально осторожно подошла к столу и также опустилась, продолжая следить за Рейджи. Несмотря на внешнее сходство, неотличимую строгость и угнетающий острый взгляд, я не могла быть полностью уверена в том, что говорю именно с ним, поэтому привычной скованности не было, а отсутствующий запах разжег во мне недоверие и прогнал привычную робость в общении с Рейджи. Стоило мне сесть за стол, как из двери вышел дворецкий, везя перед собой сервировочный стол. Увидев знакомое лицо и почувствовав знакомый запах, я немного успокоилась и одновременно насторожилась, пытаясь понять, в курсе ли он, что здесь, возможно, самозванец. Но старик вёл себя совершенно буднично, продолжая заниматься своим делом. Остановившись возле стола, он принялся раскладывать приборы и расставлять блюда. И провалиться мне на месте, но завлекающий запах мяса заставил меня напрочь забыть о сидевшем напротив существе. — Здесь две тарелки… — начала я неуверенно, не зная как продолжить — Верно. Ешь. — отрезал Рейджи и невозмутимо начал трапезу, элегантно доставая завёрнутые в белую салфетку столовые приборы. — Я поем у себя в комнате, — его приглашение выбило меня из колеи, неужели он хочет есть за одним столом с дурно пахнущим оборотнем? Нет, это точно самозванец, настоящий Рейджи никогда бы не позволил мне ужинать с ним за одним столом. Уверенная в своей правоте, я стремительно вскочила со стула, едва не опрокинув его. Хотелось оказаться как можно дальше отсюда, но что делать с ним? Напасть? Опасно. Кто знает, на что он способен. Оставить и уйти? Тоже не вариант, а вдруг самозванец что-нибудь вычудит? Но не стоять же просто так как сейчас! — Сядь на место! Ты ведешь себя невежественно, отказываясь от приглашения. Даже самая побитая собака это знает. — в голосе «Рейджи» зазвенел непоколебимый приказ, а взгляд привычно всполыхнул знакомым недобрым огнём. Я почувствовала себя сумасшедшей, потому что чуть не расплылась в лучезарной улыбке, при виде этих глаз. Такой взгляд узнаваем среди тысячи, его ни с чем не спутать и подделать нельзя. Это действительно был Рейджи, однако, вопрос с отсутствием запаха оставался открытым, но его явно не следовало спрашивать об этом сейчас, вампир не любил разговоров за столом. Он много чего не любил, и поди запомни всё, чтобы не разозлить его. Не сдержав облегчённого вздоха, я позволила себе переключиться на манящую для моего желудка еду, не обращая внимания на того, с кем разделала трапезу. И всё же, кое-какая напряженность осталась. Проблема в том, что мне не доводилось обучаться столовому этикету, нет, то что нож правильно держать в правой руке, а вилку в левой — было известно, но Сакамаки был приверженец высоких манер и одной вилкой с ножом уж точно не отделаешься. И мне не пришло в голову ничего лучше, чем подсмотреть, как ест Рейджи и попробовать сделать так же. — Следующие полнолуния ты проведешь в подземелье. Для пущей безопасности будешь оцеплена цепями, чтобы не вырваться. — как бы невзначай сказал вампир, а я, от такого заявления, нечаянно сильно стукнула ножом о тарелку, создавая громкий скрежет и поперхнулась крупным куском отрезанного мяса. — Что? — прошла целая минута, прежде чем я могла говорить, так ещё и обожгла язык горячим чаем, в попытках запить застрявший кусок, — Но почему? — Службы специального предназначения всё ещё прочесывают лес в поисках тебя. Твоё появление там обернется полной катастрофой. И будь так добра, не издавай раздражающих звуков. Не надавливай на нож слишком сильно и режь мясо более мелкими кусочками, чтобы не сидеть с набитым ртом. — не отрывая глаз от тарелки, Рейджи поучительным тоном стал объяснять мне правила этикета. Он словно читал находящуюся перед ним книгу, настолько его речь была чёткой и лаконичной, но ошарашенная такой новостью, я не могла сосредоточиться на его словах. — Это невозможно, — бесцеремонно перебила я, — Как ты себе это представляешь? В полнолуние я становлюсь особенно сильной и яростной. Неужели нет другого варианта? Может, заплатить им, чтобы прекратили поиски? — в голове роем летали разные мысли, я была готова откупаться всем, чем у меня есть, лишь бы не сидеть взаперти. — Вот уж чего я точно не стану делать, так это платить за твою оплошность, — Рейджи смерил меня предостерегающим взглядом и как ни в чем не бывало вернулся к еде, — Вдовершении ко всему, влияние моей фамилии велико, с этим тягаться некому, однако, моя заинтересованность в этом происшествии вызовет лишнее подозрение, и вместо молчания я получу одни лишь проблемы. Думай, прежде чем предлагать что-то подобное. Если бы, — прервал он моё не озвученное возражение, — был иной вариант решения данной проблемы, я бы не согласился держать тебя здесь. Неужели ты думаешь, что я настолько глуп, чтобы не просмотреть все варианты? — вопрос явно риторический, но я была явно не согласна с таким исходом. — И всё же, разве цепи способны сдержать меня? Тебе прекрасно известно, что они мне не преграда. Ты подставляешь всех под огромную опасность, одумайся. Я могу за сутки сбежать далеко на север, запутаю следы. Не это ли наилучший вариант? — аргументы крайне убедительны, как я считала, он не мог не отрицать явного риска. — Эти цепи смогут. Я прекрасно осознаю ответственность своего решения, и не смей пытаться переубедить меня. И, надеюсь, ты прекрасно знаешь, что тебя ждет, если посмеешь ослушаться меня. — сухо ответил он, недовольный моим сомнением в его правоте, но доказывать, почему-то, не собирался. Где-то в глубине его голоса уловилось что-то язвительное, и, по всей видимости, сам Рейджи этого не особо скрывал. Я поникла, откладывая приборы в сторону. Желание есть отпало, вообще всё отпало. Чёрт, люди всё ещё ищут меня, не знаю сколько должно пройти времени, чтобы они прекратили поиски. Но перспектива провести, скорее всего, не одну полную луну взаперти совершенно не радовала. У меня и так не было должной свободы, но лишаться единственной ночи, когда никто не может подчинить меня, было ужасно. И идти против вампира я не могла, не хотелось потом собирать себя по кусочкам. Он редко угрожал, но если это и происходит, то чётко и ясно, чтобы уж точно поняла всю серьёзность последствий своей оплошности. Внезапно колени и низ живота что-то невыносимо сильно обожгло, от неожиданности и резкой боли я испуганно закричала и интсинктивно отодвинулась от стола, падая вместе со стулом на пол. Моя кожа была облита чем-то горячим, а позвоночник словно треснул от удара. Сверху послышался тихий смех. Поднявшись на ноги, я увидела смеющегося вампира с чашкой в руках и застыла. На лице Рейджи отчётливо виднелась плутоватая улыбка, а взгляд «нашкодивших» глаз скользил по поврежденным участкам тела. Где-то за подкоркой мозга засела мысль, что он улыбался в моём присутствии впервые, и в любом другом случае я бы оторопела от непонятного ощущения где-то в желудке, но кожу жгло просто неистово, будто меня бросили в огонь. И от внезапной боли и шока я пришла в ярость. — Ты что творишь?! — он облил меня горячим чаем и сейчас беззаботно покручивал посуду в руке. Не отдавая себе отчёта, я зарычала, из-за чего виднелись острые клыки. Его поведение просто вывело меня из себя и тугая пружина внутри выстрелила, — Разве хоть в какой-то книге о манерах есть пункт обливать кого бы то ни было кипятком? — рык перешёл на шипение, я невольно прикасалась к обожженным участкам тела, что вызывало ещё больше неприятных ощущений. — Верно, — одобрительно кивнул Рейджи, — Просто, во мне проснулось жгучее желание увидеть на твоём понуром лице такую прекрасную гримасу. — высокомерный мерзавец заинтересованно уставился на меня, ожидая дальнейшей реакции. Я зло выдохнула, он явно специально выводил меня из себя, и причина была далеко не такая, какую вампир сейчас назвал. Думать об истинных намерениях не хотелось. Напротив, я была готова покрыть его всеми известными бранными выражениями или в отместку вылить на него его чай, но вовремя передумала. Нет смысла отвечать ему тем же и опускаться до такой низости. Конечно, Рейджи мог посчитать, что я просто смирилась, но это далеко не так. В подтверждение своих слов, я задрала нос, и, взяв со стола салфетку, показано стала обтирать мокрую кожу, стараясь не шипеть от боли. Закончив показушное выступление моей гордости, я с негромким, но деланным стуком положила мокрую салфетку обратно на стол. Поднимая на вампира надменный взгляд, я круто развернулась, махнув густыми кудрями, намереваясь поскорее избавить себя от его общества, и зарекаясь никогда больше не садиться с ним за один стол, но отойдя на несколько шагов, до моих ушей донёсся глухой стук. — Отдашь это тому мальчишке, который постоянно крутится вокруг тебя, — на столе стоял какой-то флакон, очень похожий на мой. Пусть мне и не хотелось снова вступать в диалог с Рейджи, но заинтересованность вампира моим другом разбудила во мне любопытство. — Что это? — подойдя ближе, я взяла сосуд в руки и стала осматривать какую-то сероватую жидкость, плескавшуюся в нём. — Можешь называть это духами. Формула, которую я вывел, может отбить естественный запах тела на десять часов. Мне известно, что отец этого юноши работает в научной лаборатории, скажи Бруку, чтобы передал эти указания ему. Предупреждаю, если это станет достоянием общественности, им придётся дорого мне заплатить. — Рейджи протянул мне какой-то конверт и встал из-за стола, задвигая за собой стул. — Зачем ты это сделал? — узнав, что именно содержится в этом флаконе, я не поверила своим ушам, вмиг забывая о произошедшем инциденте. В сознании уже рисовалось счастливое лицо парня, когда он узнает, что его мечта наконец-то осуществилась, и сейчас я будто ощущала эту эйфорию за друга. Подумать только, Брук теперь может быть счастлив и начать жить жизнью обычного человека, это не могло не вызывать неподдельный восторг. И тут до меня дошло, почему от Рейджи не исходил запах, так вот в чём всё дело, он просто напросто проверял действие этих духов. То-то меня насторожило отсутствие его запаха. — Меня раздражают ваши махинации за моей спиной. Уж лучше все будет происходить у меня на виду, тогда я смогу точно знать, когда нужно избавиться от этой назойливой помехи. И всё же, пока это не произошло, я не желаю ощущать этот отвратительный запах в этом особняке, он достаточно въедливый. И ещё кое-что, — Рейджи опёрся на спинку ступа, оттопыривая лопатки, из-за чего поза выглядела так, будто он вот-вот набросится на меня, — Меня так же раздражает, когда со мной пытаются играть в какие-то идиотские игры. Несмотря на то, что ты неплохо научилась держать в узде свою звериную натуру, это, — он взглядом указал на пролитый на столе чай, — ничто, по сравнению с тем, что я могу с тобой сделать, если продолжишь выводить меня своим поведением.***
Мери! Надеюсь, что с тобой всё в порядке. Джейн передала мне твоё сообщение, но поговорить нам не удалось, ведь за ней постоянно следят. Пусть я и не видел кто, но постоянно ощущал на себе чей-то взгляд. Не знаю, в каком ты будешь состоянии, когда получишь это письмо, поэтому буду краток: В Академии поползли странные слухи, будто тот зверь, которого до сих пор ищут, является каким-то злым духом и появляется только в полнолуние. Уверен, Сакамаки тоже в курсе этих новостей, надеюсь, они что-нибудь придумают. Будь осторожна и не обращайся в ближайшее время, чтобы никто не смог тебя заметить. Мне кажется, что тут что-то неладное. Брук. Такую записку я получила от Джейн, когда та вернулась из Академии. У меня ушло около получаса, чтобы перевести её, а сама девушка терпеливо ждала, периодически спрашивая о моих успехах. — Я тоже краем уха слышала о таком. Все ученики только об этом и шепчутся. — Джейн нахмурилась, услышав содержимое на клочке бумаги, и приобняла колени, — Учащиеся напуганы, некоторые перевелись на домашнее обучение, а администрация призывает не гулять одним в позднее время и ни в коем случае не заходить в лес. — Но ведь это же должно когда-нибудь закончится. Люди же не будут вечно пытаться найти меня. — внутри я чувствовала нарастающую панику. Подумать только, какую резонанс создало моё нападение на туристов, а тут ещё и эти мутные новости, взявшиеся из ниоткуда. Брук прав, тут что-то не так. Общая суета жителей города вполне понятна, и, казалось бы, слухи имели место быть, но кое-что настораживало. Откуда появилась мысль о полнолунии? Кто мог об этом догадаться, и почему это стало ключевой составляющей всех сплетен? Возможно, об этом задумались потому что само нападение произошло как раз во время полной луны. Это казалось логичным, но чёрт, нутро так и кричало о какой-то несостыковке. — Не знаю, но все очень насторожены. — кинув на поникшую Джейн быстрый взгляд, я снова и снова перечитывала переведённый текст, зарываясь в тревогах всё больше и больше. Ситуация выходила из-под контроля и потерпеть полнолуние в подземельях уже не казалось чем-то ужасным. И почему Рейджи ничего не сказал о слухах? Неужели они его обошли? Но ведь кто-то же должен был просветить его, даже тот же Райто, который никогда не отказывал себе в удовольствии заигрывать с крутящимися вокруг девицами. Не думаю, что он настолько глуп, чтобы посчитать такие новости пустышкой и проигнорировать их. Хотя, может это только я так думаю, и все не так плачевно, чем кажется, — Ну всё, прекращай! — девушка ловко выхватила из моих рук лист и, скомкав, спрятала за спиной, — Не сходи с ума раньше времени. Лучше послушай Брука и не оборачивайся в оборотня. Это лишь слухи, тебе нечего бояться, если будешь осторожной. Никаких доказательств, указывающих на тебя, нет, рано паниковать, это всего лишь разыгравшееся воображение взбалмошных учеников, — она говорила с нажимом в голосе, из-за чего английский акцент стал более четким, украшая её речь гортанными нотками, — Мери, пожалуйста, не теряй голову, я не хочу, чтобы из-за твоей неосмотрительности с тобой что-то случилось. Я застыла в изумлении, слушая Джейн. Девушка выглядела очень обеспокоенной говоря всё это, комкая край подушки в руках, из-за чего я почувствовала укол совести. Даже она ведет себя намного рассудительнее, чем я, хотя это должно быть заложено у меня в инстинктах. — Эй, — мягко протянула я, аккуратно беря её слегка вспотевшие от волнения ладони в свои, — Извини, я накрутила себя за зря. Со мной всё будет хорошо, я не брошу тебя. Как ты и сказала, сплетни — не доказательство моей причастности, я буду осторожнее, обещаю. Не о чем волноваться. Потянувшись обнять девушку, я заметила её облегченную улыбку, пробивающуюся сквозь стиснутые губы. Она обняла меня в ответ, уложив голову на плечо и крепко стиснув руку, стала слегка покачиваться. Мне не раз удавалось заставать её за этим: обняв что-нибудь, чаще всего это была подушка, Джейн слегка покачивалась вперед-назад, будто сидела в кресле-качалке. Это был её личный способ успокоиться и привести в порядок мысли. Она как-то рассказывала, что мать частенько так укачивала девушку на руках, и материнские прикосновения производили поистине волшебный эффект. Эти воспоминания были её сокровищем, и, воспроизводя в памяти эти моменты, она словно оказывалась дома вместе со своей семьёй. Я строго настрого запретила себе рассказывать Джейн то, что мне когда-то объяснял Субару, по какой причине та оказалась здесь. Её отец поступил низко, продав единственную дочь за большие деньги, возможно и мать девушки принимала в этом участие или хотя бы знала об этом, но, так как мне не ведомо наверняка, то я старалась не грешить на женщину, продолжая слушать рассказы девушки. Иногда я завидовала, так как и отдалённо не понимала тех чувств, что может подарить мать, ведь свою-то не помнила. Но Джейн почему-то пребывала в полной уверенности, что моя мама была очень красивой женщиной, ведь часто дочки внешностью походят на своих матерей. До ушей донёсся протяжный вой, из-за чего я резко дёрнулась и, спрыгнув с кровати, подбежала к окну, открывая его настежь. Этот вой не был похож на волчий и раздавался совсем рядом, где-то в пятидесяти милях. Под ложечкой неприятно засосало, будто я где-то уже слышала нечто подобное, и ощущения были не самые приятные. — Что такое? — Джейн напряжённо приподнялась с кровати, готовясь если что подорваться и бежать по первому же сигналу. — Не знаю. Но что-то нехорошее. — игнорируя испуганную девушку, я поспешила выйти из комнаты, быстрым шагом несясь по коридорам особняка в направлении выхода. По пути проскальзывали силуэты заинтересованных и настороженных вампиров, но все они оказались вне моего внимания. Передо мной стояла лишь парадная дверь и ничего больше. Знакомо, знакомо, знакомо. Дьявол, какой же знакомый вой, словно зов прошлого, он заставлял кровь бурлить, а пальцы холодеть от волнения. Казалось, я иду неприемлемо медленно и прошло немало времени, прежде чем наконец-то оказалась на улице. Спустившись с крыльца, ноги сами понесли меня к воротам, а нос улавливал вонь: сзади собрались все представители благородной фамилии, а среди них затаилась Джейн, любопытно высовывая нос. И что-то ещё. Пока что слабый, но приятный запах, смешанный с потом. Знакомо. Не дойдя до ворот я остановилась, уперев взгляд во мрак. От неподвижной статуи меня отличали только напряжённо перекатывающиеся мышцы под кожей и бешеная бьющаяся жилка на горле. Время как будто застыло, спиной я чувствовала скрежет вампирских клыков, они тоже чувствовали надвигающуюся опасность. Сердце отсчитало десятый удар, когда в темноте что-то замелькало. Зверь. Крупный и высокий зверь с сияющими жёлтыми глазами. Он стремительно нёсся по направлению к нам и вовсе не собирался отступать, о чём говорили поблёскивающие клыки. И побери меня чёрт, если я скажу, что это обычный зверь. Животные инстинкты перекрыли холодное мышление. Не раздумывая, я в один мощный прыжок приблизилась к воротам и издала предупреждающий рык, царапая когтями каменную плитку. Но зверь не оступился ни на секунду, не сбился с пути, чётко направляясь ко мне. Я не собиралась ждать пока он нападёт и поэтому и резко сорвалась с места, решив перехватить инициативу, понеслась к нему на прямую атаку, планируя в самый последний момент немного скосить и вцепиться в здоровую лапу. Приближаясь к зверю всё ближе, запах, исходящий от него, притягивал к себе знакомыми, приятными нотками. И при этом, запах не походил ни на животный, ни на человеческий, отчего уверенность в нарастающей опасности подкашивалась. Нас отделял уже ничтожный метр, адреналин взрывался в животе фейерверками, я видела лишь эти жёлтые глаза. И сейчас, именно сейчас, когда я должна была осуществить задуманное, зверь пропал из виду, а шерсть на моём затылке всколыхнулась из-за сильного дуновения ветра. Незваный гость в секунду перепрыгнул через меня и оказался за спиной, наконец останавливаясь. К Сакамаки и Джейн он не побежал, вместо этого, нахохлив загривок и утробно рыча, покрался в сторону, обходя меня со стороны. Не ведая что творю, я бездумно сделала также, и показалось, что это далеко не первый раз, когда мои лапы так передвигаются, а в самых недрах глотки зарождается рык. С виду это, наверное, походило на танец, очень настороженный танец, в котором ты не видишь ничего, кроме глаз партнера. Зверь, шерсть которого походила на бурый уголь, был в разы крупнее меня, лапы более тяжёлые, а клыки более острые. Судя по его уверенным движениям, он прекрасно знал свои преимущества в габаритах и точно мог проанализировать силы соперника, такого я точно не повалю руководствуясь лишь своими мускулами. Если говорить про хитрость, то он был достаточно не глуп, раз так ловко избежал прямого удара, хотя прекрасно знал, что я бы не выстояла. В любом случае, за моей спиной стояли шесть сильных вампиров, что придавало уверенности и увеличивало шансы на победу. И подобные мысли стали моей главной ошибкой. Лишь на секунду оторвав взгляд, чтобы удостовериться, что Сакамаки ещё здесь, я заведомо проиграла, так как лишь этого мгновения хватило зверю, чтобы тут же кинуться на меня и нехило откинуть крепкими лапами назад, повалив на лопатки, благо, занятия с Субару не прошли даром, из-за чего, сгруппировавшись, я мигом поднялась с земли и, круто оттолкнувшись от земли, полетела на зверя, обнажая клыки, намереваясь дать отпор, не обращая внимания на внутренний голос, который кричал о моём поражении. Острый глаз уловил изменения в теле зверя: широкая грудная клетка стала уменьшаться, а лапы втягиваться. Не ожидая такого поворота, я ошеломлённо упёрла лапы в землю, пытаясь остановить уже набранную бешеную скорость. Нехило прорыв землю под собой, я, наконец, остановилась. Передо мной стоял невысокий мужчина. На бледной коже виднелась многодневная щетина, под глазами залегли впалые круги, а тёмные, вьющиеся волосы, доходящие до широких плеч, некоторыми прядями прилипали к лицу, на котором виднелись капельки пота. На нем свисали какие-то потёртые и порванные широкие штаны и в таком же виде майка. Он был бос, ступни были перепачканы в застывшей грязи, а кое-где виднелась и совсем свежая, в таком же виде были и руки. Оборотень. Этот мужчина — оборотень. Оборотень! Передо мной стоял представитель моего вида! Не веря своим глазам, я последовала его примеру, поднимаясь с колен и доходя ему по росту в районе слегка горбатого носа. — Неирин… — выдохнул мужчина, обводя языком пересохшие пухлые губы, скользя по мне тёмно-серыми глазами. Он выглядел очень ошеломлённым, словно не верил в то, что видел. Опуская напряжённые плечи, неизвестный гость в пару размашистых шагов преодолел ничтожное расстояние и впечатал меня в свои объятия, стискивая так, будто только что нашёл нечто очень дорогое и боялся вновь потерять, — Господи, я уже и не смел надеяться, что найду тебя. — пусть и не видела, но я отчётливо ощущала его улыбку и облегченный счастливый голос. Мужчина пах до безобразия приятно и знакомо — сколько раз ещё скажу это слово — из-за чего я против воли уткнулась носом в изгиб шеи, как можно глубже вдыхая родной запах, от которого, почему-то, наворачивались слёзы. Меня обнимал оборотень, мой сородич, я не одна. Меня искали. Меня нашли. — Будьте добры представиться. — прелесть момента в дребезги разбил холодный голос Рейджи, оказавшегося совсем рядом и всё ещё подозрительно смеривая новоприбывшего взглядом. Тот, даже не дернувшись от неожиданности, выпустил меня из оков своих рук и развернулся к вампиру, презрительно морщась, скорее всего из-за запаха. — Моё имя Реган, я прибыл из далёких земель Ирландии, и вот уж не как не ожидал застать свою невесту в компании презренных кровососов! — сердце, кажется, перестало биться от шока, который я испытала, услышав его слова. Мой взгляд, осматривавший мужчину до этого, сейчас потерял чёткость, ориентир, смотрел в никуда. Я никак не могла пропустить через себя всё сказанное, осмыслить, переварить. Вместо этого застыла, стараясь не давать нарастающим тревожным мыслям обрести силу над разумом. Звук хруста костей привлёк внимание, чем я поспешила воспользоваться, лишь бы переключиться от происходящего. Рейджи, скрестив большой палец с указательным, слегка надавил на него, чем вызвал громкий, в такой тишине, хруст. Вампир никогда так раньше не делал, всегда недовольно стискивал зубы, если слышал этот звук, запрещал подчиненным хрустеть костями в его присутствии, ведь это вне приличий. Что он делает? Что происходит? — Невеста? — не сводя не моргающих глаз в рук Рейджи, бездумно выпалила я, постепенно приходя в себя, — Вы должно быть ошибаетесь. Вряд ли я Ваша невеста. — Реган дёрнулся в мою сторону, взгромоздив широкие ладони на мои плечи, и чуть пригнулся, стараясь заглянуть мне в глаза, сам он выражал полнейшее недоумение своим взглядом. — Золотко? — золотко. Внутри всё болезненно сжалось, стоило мне услышать такое обращение, даже колени стали подкашиваться. Меня так называли, когда-то называли. Тихо, с лёгкой грустью. Громко, с насмешкой и вызовом. Нежно, очень-очень нежно, с убаюкиванием. Часто, с разной интонацией, я слышала такое в свой адрес, — Что с тобой? — пальцы мужчины переместились с плеч на мои щёки, аккуратно поглаживая, словно он стирал невидимые слёзы. Как кто-то делал так раньше. Реган заметно растерялся, стоило мне удивлённо посмотреть на него. Тёмно-серые глаза смотрели с надеждой, пытались что-то найти в моём взгляде, уличить в обмане. Но не сумев разглядеть абсолютно ничего, впал в ярость, — Что вы с ней сделали?! — раздался обреченное рычание, пробирающее до самых костей, и только тогда я наконец-то начала дышать и осознавать всё происходящее. Этот мужчина, находящийся в полной уверенности своих заявлений, с открытой ненавистью и враждебностью смотрел на Рейджи, и толи это чутьё, толи что-то ещё, но я прекрасно знала, что он вот-вот нападёт. По всей видимости, об этом подумали и остальные Сакамаки, которые в самые рекордные сроки оказались наравне с братом, готовясь в любой момент отражать нападение. Драки было не избежать, если бы во мне вовремя не проснулось критическое мышление. — Стой! — наконец опомнившись, я выбросилась вперёд, цепляясь за мускулистую руку и стискивая её со всей силы, которая только во мне была, — Они ту не при чём! Я просто не помню! — мне прекрасно известно то состояние, в котором пребывал Реган. Когда злость пропитывает кровь, мышцы наливаются тяжестью, а глаза загораются жёлтым сиянием, из-за чего клыки становятся особенно острыми, а когти длинными. В такой момент разум заволакивается дымкой, опьяняя, переключая на чистые ощущения и инстинкты, и пробить этот вакуум возможно лишь криком и силой. — Что? — мужчина, не вырываясь из моей хватки, уязвлённо застыл на месте. Он чуть попустился, но всё ещё находился наготове, метаясь взглядом от вампиров ко мне и обратно, — Что значит не помнишь? — У неё амнезия. — Субару, стоявший рядом с Рейджи, выступил чуть вперёд, чем вызвал утробное предостерегающее рычание оборотня, — Мы нашли её у порога пару лет назад. Она не помнила кто она и откуда. — Он прав, — ослабив хватку, я обратила внимание Регана на себя, отмечая, что он не верил словам вампира, — Я не помню совершенно ничего из прошлого, даже как оказалась здесь. — мужчина молчал, тяжело смотря прямо на меня, словно икал подтверждение на моём лице. — То есть, ты всё это время жила с… этими? — губы оборотня сморщились в презрении, что вызвало у меня не самые приятные эмоции. Мне неизвестно отношение моего вида к вампирам, но нельзя исключать того факта, что именно они спасли мне жизнь. Я кивнула, безмолвно ответив на его вопрос и отпуская мужскую руку, так как Реган, вроде как, почти успокоился, — Кошмар. Поверить не могу. — выдохнул он куда-то в сторону, собираясь с мыслями и пытаясь принять с услышанным. — Ты назвал меня своей невестой, — начала я, задавая самый волнующий сейчас вопрос, — Ты сказал это серьёзно? — Неирин, — оборотень устало выдохнул и посмотрел на меня как-то диковато, что вызывало желание неуютно поёжиться, — Последний раз я был так серьёзен тогда, когда просил твоей руки перед нашими соратниками, на что ты ответила согласием. Никогда из моей памяти не пропадёт твоя счастливая и сияющая улыбка в тот момент. И именно её я постоянно видел перед глазами, пока искал тебя. И вот, когда наконец нашел, вижу лишь недоверие в твоих глазах. А ещё и кучку этого отребья! — в который раз Реган недобро зыркнул в сторону вампиров, непонятно от чего чувствуя своё превосходство над ними. — Не будь таким надменным, — я нахмурилась, краем глаза замечая дёрнувшегося Аято, который возможно хотел вступить с грубым гостем в перепалку, но оказался перебитым мной, — Они очень помогли мне. Если бы не вампиры, скорее всего ты бы и вовсе не нашёл меня. — повторюсь, что совершенно несведущая во взаимоотношении двух рас, но судя потому, как в глубине темных глаз Регана загораются ярые искорки, могу лишь предположить насколько они плохи. — Ты смеешь заступаться за них? Неирин, ты сошла с ума, не ведаешь, что творишь! Они — убийцы. Жестокие и безжалостные кровопийцы, которые не знают ничего, кроме жажды крови. Уж лучше загнуться побитым зверем где-нибудь в канаве, нежели принять их помощь. Упаси тебя от беды, если кто-либо из наших узнает об этом. Я ожидал найти тебя где угодно и с кем угодно, даже принял тот факт, что специально сбежала прямо в преддверии нашей свадьбы, передумала, нашла кого-то другого. И уж лучше бы нашёл тебя с другим, но не здесь. — ноздри Регана зло раздувались, ещё немного и из них может пойти пар, как у дракона. Он затих, что-то обдумывая, отводя взгляд в сторону. А затем немного грубовато схватил меня за руку и потянул в сторону тёмного леса, — Пойдём. Уходим как можно скорее. Я не потерплю, чтобы моя невеста ещё хоть на секунду задержалась среди этих тварей. Ты и так уже пропахла ими насквозь. Отвратительно. — опешив от такой настырности со стороны оборотня, я позволила ему протащить себя на несколько шагов, пока не опомнилась и не вырвала руку из его жёстких пальцев. — Постой, — Реган обернулся, недоуменно посмотрев прямо мне в глаза, его рука так и застыла на месте, окостенело хватаясь лишь за воздух, — Прости, но я тебя совсем не помню. Не помню, как своего жениха и как согласилась выйти за тебя замуж, — это верно. Единственное, что охватило меня — его запах, лишь из-за него во мне что-то колыхнулось. И колыхнулось очень непонятно, то в радости, то в напряжении, — Поэтому я не могу уйти с тобой вот так сразу и… — я запнулась, видя, как с каждым моим словом, в нём пробуждается гнев. — Что? — в голосе так и свозило злобой и шоком, — Ты хочешь остаться здесь? С этими тварями? — он быстро окинул взглядом всей присутствующих и подошёл ко мне, понижая голос, — Я столько времени искал тебя. Сбился с ног, прочёсывая каждый закоулок Ирландии и Англии. Все думали, что ты пропала бесследно, опустили руки. Но не я. Я ни на секунду не сомневался, что когда-нибудь найду тебя, чувствовал, что ты жива. И вот, когда наконец нашёл, ты отказываешься идти домой. — грудь Регана вздымалась глубокими вдохами, мужчина сдерживал явную обиду и потрясение, вызванное моим сопротивлением, — Твои родители едва не сошли с ума от горя! Каждый день они неизменно ждут, когда их дочь вернётся домой! А ты отдаёшь предпочтение этим убийцам! — из-за его крика на глазах навернулись слёзы. Слова о моих родителях заставили забыть о тех неопределённых ощущениях, вызываемые запахом оборотня. Мои родители, мама и папа, они ждут меня. Они живы и ждут меня, где-то там, откуда прибыл Реган. Боже, не могу поверить, что всё это правда. Моё прошлое, всё, что я так давно желала, сейчас стоит прямо передо мной. Он мой жених, но никаких должных чувств я пока не испытывала, просто забыла, что это такое. И, скорее всего, насторожилась бы. Но родители. Новость о них заткнула во мне всё, что можно было. Решимость прыснула ядом в кровь, как у разъярённого быка, перед которым машут красной тряпкой. У меня наконец-то появилась возможность их увидеть, вспомнить, и я не смела сейчас на всём поставить крест. Неведомая сила, охватившая всё мое тело, заставила меня обернуться. Сакамаки стояли в метре от нас, не сводили глаз, ожидая кульминации. Уверена, они не меньше чем я поражены такому известию, хотя, может и ошибаюсь в этом. Проскользив по ним взглядом, я остановилась на Рейджи, чувствуя, как спирает дыхание. Вампир снял очки и смотрел куда-то вниз, всё ещё скрещивая пальцы, но, почувствовав на себе мой взгляд, поднял глаза и посмотрел на меня. Эти глаза, такие завораживающие и завлекающие глаза припечатывают на месте, не дают и возможности куда-то двинуться. Взгляд не выражал ничего, но было в нём что-то такое непонятное, что захотелось подойти и спросить о чём он думает. А позади мялась Джейн. Эта девушка стала мне близким человеком, волновалась, поддерживала и смотрела сейчас с огорчением, нехотя принимая тот факт, что я могу оставить её, даже несмотря на моё обещание быть с ней. А Брук. Образ парня резко врезался в голову, воображение подбрасывало картинки с того разговора, когда он раскрывал мне свою тайну и выглядел при этом опустошенным и разбитым. Если я уйду, то он точно может впасть в самую настоящую депрессию и разочароваться во всех, в том числе и во мне. Нет, я не могла уйти так сразу, слишком сильно меня здесь держало сердце. Но родители… мои родители, здесь нельзя было выбирать. А вдруг это был единственный шанс увидеть мать и отца? Вдруг, отказавшись, я никогда больше не смогу их найти и вина перед ними будет пожирать меня изнутри всю оставшуюся жизнь? — Сутки. — выдохнула я, не оборачиваясь к Регану, — Прошу, дай мне сутки. И я пойду за тобой. — сзади послышался скрежет клыков, мужчина был недоволен тем, что придётся оттягивать момент ухода. Но я приняла решение. Нужно хвататься за возможность сейчас, второй такой может и не быть. — Так и быть. Я приду за тобой завтра, в тоже время. И на этот раз, твоего отказа не приму. — Его не будет. — развернувшись, я ещё раз посмотрела на мужчину. Трудно было принять тот факт, что я должна была стать его женой. Сколько всматриваюсь, не могу понять, что тогда притянуло меня к нему. Почему на его предложение о замужестве я ответила согласием. — Прежде чем уйти, у меня есть для тебя кое что, чтобы ты не сомневалась. — запустив руку в карман, он достал какой-то лист, сложенный в несколько частей. Осмотрев меня с ног до головы, мужчина с рыком обернулся и стремительно помчался в глубь леса. Развернув бумажку, я не сдержала возгласа. Это была фотография, на которой была изображена я, на руках какого-то взрослого мужчины и очень похожей на меня женщины. «Нашему золотку уже пять лет. Подарок Неирин от мамы и папы».***
После произошедшего я ещё долго не могла прийти в себя. Когда Реган скрылся из виду, я на ватных ногах пошла в особняк, игнорируя вампиров и Джейн. Хотелось остаться одной, со своими мыслями, переварить такой вброс шокирующей информации. В один вечер я обрела и жениха и семью. Могла найти родителей. Всё это свалилось на голову снежным комом, я с трудом могла поверить, что наконец-то узнаю о своём прошлом. И всё же, никогда бы не подумала, что будет так тяжело покидать этот особняк. Забавно, ведь так стремилась сбежать отсюда, оборвать все связи с вампирами, но сейчас, когда у меня появилась такая возможность — банально трушу. Боюсь представить реакцию Брука на такую новость. Не в силах больше сидеть на одном месте из-за переизбытка эмоций, я принялась наворачивать по комнате круги, пока не наткнулась на два флакона, которые стояли на прикроватной тумбе. Один из них предназначался для меня, чтобы перебить острый нюх, а второй — для друга, чтобы избавить его от ненавистного ему запаха. Я закусила щёку изнутри, беря нужный флакон в руки. В голове вновь зародилось сомнение, которое я быстро заткнула. Нет, нельзя отступать. Я не должна сомневаться. Пусть даже и что-то пойдет не так, но мне нужно хотя бы попытаться. Никогда себе не прощу, если откажусь. Взгляд в который раз упал на раскрытую фотографию моих родителей. Отец выглядел высоким и очень привлекательным мужчиной с густой русой бородой, на которой виднелись пара седеющих волос. На фото запечатлелась его широкая белозубая улыбка, а маленькие лучинки-складочки в уголках глаз выдавали в нём веселого оборотня. Рядом с ним, прислонившись ко мне, была моя мама. Очень красивая, слегка пухловатая женщина счастливо смотрела на меня с фотографии, держась за мою маленькую ручку. Джейн попала в точку, когда сказала, что я вылитая мать. Создавалось ощущение, будто я смотрю на себя, только более взрослую, с небольшими морщинками, которые вовсе не портили лучезарного лица. — Мери? — я взвинченно дернулась, когда до плеча коснулась чья-то рука. Настолько задумавшись, я совершенно не обратила внимания на скрип двери, тихое дыхание и аккуратные шаги. Джейн стояла совсем рядом, смотря на меня так же, как тогда, на улице, когда услышала моё решение. Замявшись, я стала перебирать слова, никак не решаясь сказать хоть что-то. Чувство вины захлестнуло меня с головой, заставляя виновато опустить голову. Я поступаю очень низко и жестоко, по отношению к ней, из-за чего щёки стали пылать от стыда, — Это твои родители? — девушка аккуратно забрала у меня фотографию, всматриваясь в изображение. Я всё ещё не смела посмотреть на неё, ожидая обвинений в предательстве, но их так и не последовало, из-за чего становилось ещё хуже. Уж лучше бы она накричала, ударила, злилась, но не делала вид, что ничего не происходит, — Очень красивые. Говорила же, ты очень похожа на маму… Неирин. Драгоценное золото. Тебе очень подходит это имя. — от её мягкой улыбки на душе заскребли кошки, от её грустных глаз хотелось истошно выть и молить о прощении. Дьявол, ну почему она не ненавидит меня? Почему улыбается мне, несмотря на предательство? — Джейн, я… — Не нужно, — девушка приподняла руку и прикрыла глаза, глубоко вдыхая, — Я же знаю, как ты об этом мечтала. Не думай обо мне, ты должна их найти. Тот парень выглядел обреченным, когда говорил о них. Не отказывайся, ради меня. — смиренный голос вызвал во мне слёзы, я уже не смогла сдержать открытые рыдания, кидаясь ей на шею, обнимая её так крепко, словно извиняясь. От Джейн пахло лёгким фруктовым парфюмом, её руки стиснули футболку на моей спине, отвечая на объятия, а ткань на плече начала намокать от слез, — Удачи тебе. — Мисс Оллфорд, несмотря на все обстоятельства, Вы не должны опаздывать на ужин, если не хотите пожалеть об этом. — в дверном проёме показался Рейджи. Одна из его рук была согнута в локте, в белой перчатке находились золотые часы на цепочке, которая крепилась куда-то за пиджак. Всё так же хмурясь, выражая недовольство опозданием, он не переступал порог комнаты, сверкая глазами поверх очков и уступил дорогу Джейн, которая, ещё раз окинув меня взглядом и натяжно улыбнувшись, молча пошла в коридор. Шмыгнув носом и быстро утерев мокрую щёку тыльной стороной ладони, я неизменно смотрела ей в спину, пока она вовсе не скрылась. — Рейджи… — Ты свободна, — перебил вампир, не спеша уходить, — Возвращайся домой и выходи замуж. Расторгнуть помолвку — удел низкой женщины. Не заставляй меня ещё больше ненавидеть тебя. — голос вампира был сухим и железным, такой не принимал никаких возражений, а взгляд совершенно непроницаем. Он такой, когда всё хорошо. Когда всё идёт так, как и должно быть. Когда он доволен и в тоже время ему всё равно. Я стиснула зубы, стараясь успокоить заходящиеся внутри рыдания, лишь часто-часто шмыгала. А на что я надеясь? Что он будет останавливать? Попросит не уходить? Дура. — Разреши мне увидеться с Бруком, умоляю. — каждое слово давалось с рваным вздохом, слёзы всё ещё душили, мешая нормально говорить. — Не вижу в этом острой нужды. — Рейджи убрал часы в нагрудный карман, собираясь уходить, сказав что-то про ужин, который мне подадут чуть позже. — Ты… — звонкий всхлип, — Ты приказал мне… — ещё один, — Отдать ему… — ещё, — Флакон. — глубокий вдох, чтобы подавить рыдания, — Я обязана выполнить твой приказ, — спотыкающееся дыхание, — Пожалуйста. Я до крови закусила губу, от чего ноздри Рейджи слегка колыхнулись, улавливая запах, и замолчала, в ожидании его ответа. Если ещё хоть раз открою рот, то вместо слов из меня вырвется плачь. О чем ты думаешь, когда смотришь на меня? О ненависти? Ты правда так сильно ненавидишь меня, что готов отпустить так легко и отдать в руки первому встречному? Тебе правда так всё-равно? Дьявол, откуда в моей голове такие мысли? Зачем я до сих пор надеюсь на его хорошее отношение? Почему я злюсь именно на это, а не на то, что на протяжении много времени мной так нагло пользовались? Что со мной происходит? Рейджи скользнул взглядом по мне и куда-то под ноги. Посмотрев в одну точку несколько минут, он мягкими шагами стал подходить всё ближе, продолжая смотреть в пол, и с каждым шагом я дышала всё громче и громче, из-за чего комната стала немного плыть в глазах. Подойдя совсем близко, Сакамаки медленно нагнулся, что-то подняв прям у моих трясущихся ног. Загипнотизированная его поведением, я стояла аки статуя, а слёзы постепенно разжимали пальцы на моей шее. Выпрямившись, вампир держал в руках фотографию, долго всматриваясь в запечатлённых на ней оборотней. — Вылитая мать…
