Нелюди короля

      Внезапно за дверью послышались быстрые шаги, и её бесцеремонно распахнули. Помощник главаря втолкнул в каюту маленького лейтенанта. — Эй, Джон, а у нас тут ещё добыча нашлась! Пиратский капитан обернулся к товарищу, пытаясь понять, о чём тот толкует. — Какая ещё добыча?.. Помощник подтолкнул лейтенанта поближе к столу, где горели свечи, и захлопнул за собой дверь: — Да вот такая, как ты любишь! Что ж, поделим прямо сейчас?.. Схватив офицера за локоть, Джек рывком притянул его ближе, как тряпичную куклу. Повернув к себе спиной, схватил борта его мундира и расстёгнутого жилета с висящими на ниточках, а кое-где и отсутствующими пуговицами, захватив уже разорванный ворот рубашки и резко развёл их в стороны, отчего рубашка, затрещав, порвалась ещё сильнее, частично обнажая торс лейтенанта. — Скажите-ка, вы не замечали, что у вас на корабле, — тут он повернулся к капитану «Артемиды», ненадолго замолчал, а потом ухмыльнулся: — баба? Сомнений быть не могло: это была девушка, пусть и весьма худенькая. Она, зажмурив глаза, резко отвернулась в сторону темноты у двери, когда пират раскрыл её тайну. Широкая полотняная лента, перетягивавшая раньше её маленькую грудь и оставившая красные полосы своими краями, сползла вниз, к животу, разрезанная в нескольких местах. На скуле у девушки проступил небольшой синяк. После нескольких секунд молчания пиратский главарь с трудом оторвал взгляд от неё и повернулся к капитану: — Вы знали, что она у вас на борту?.. — пират впился взглядом в его лицо ещё пристальней, чем раньше. Но даже капитану отказала его обычная невозмутимость. Он хотел что-то было сказать, но в итоге лишь отрицательно покачал головой, не отрывая озадаченного взгляда от офицера, по чьему лицу расползалась краска. Маленький лейтенант, стоя перед своим командиром, не смел, точнее, не смела**** поднять взгляд. — И, дьявол, Джек, я же говорил тебе стучать, и ждать, пока я не отвечу!.. — бросил пиратский главарь, на что Джек недовольно пробурчал что-то в ответ. Еле подавив зевок, главарь подошёл к девушке поближе.       Прохладное дуновение ночного ветра из приоткрытого окна шевельнуло край выцветшей пыльной занавески, кое-как подвязанной обрывком верёвки. Девушка, почти заставившая распахнутый мундир движениями плеч сползти обратно, вздрогнула от холода, а её шея и грудь покрылись мурашками. Голод, переживания и усталость давали о себе знать. — Но какой сюрприз!.. — пиратский капитан, оставив саблю на столе, обошёл вокруг лейтенанта, внимательно разглядывая. — Будь я проклят, уж с девчонкой-то можно повеселиться куда лучше, чем с унылым тюфяком!.. А уж как обрадуются ребята, когда придёт их черёд! — он схватил ворот её рубашки, притягивая лейтенанта к себе, отчего рубашка порвалась вплоть до живота девушки и немного вылезла из тёмно-синих кюлот. Пленница судорожно сжала связанные руки, так, что ногти до боли впились ей в ладони. От жадного внимания, с которым пират рассматривал её и следил за каждым движением, хотелось закрыть глаза, отвернуться и просто исчезнуть.       Капитан быстро посмотрел на оружие на столе, прикидывая, как быстро он успеет добраться до него, потом на пиратов: у главаря из оружия остался только короткий нож на поясе, у помощника — сабля в ножнах. Впрочем, у них могли быть ещё клинки и в голенищах. Пираты, чьё внимание было поглощено девушкой, не заметили, как он сделал пару шагов к столу. Отпустив тонкое полотно рубашки, пиратский главарь рывком вытащил полотняную ленту и отбросил на пол: — Больше не понадобится. Затем провёл тыльной стороной загорелых пальцев от шеи девушки вниз, до ремня, насколько позволяла разорванная рубашка, слегка царапая кожу крупным перстнем. Девушка отпрянула было, едва пальцы пирата опустились ниже ключицы, но тут же наткнулась спиной на его помощника, который крепко схватил её сзади за плечи, не давая увернуться. Её сердце заколотилось как бешеное, в висках застучала кровь. Главарю явно доставляло удовольствие наблюдать, какой страх вызывает у девушки каждое его движение. Он наклонился к ней, обдав запахом застарелого пота и табака. Она в панике забилась, пытаясь вывернуться из рук, причиняющих боль, от ощущения тепла чужих тел, от глубокого, с запахом алкогольных паров, дыхания на лице и шее, но помощник лишь крепче прижал её к себе, вцепившись пальцами в плечи. Всё было как в дурном сне, когда каменеешь, конечности отнимаются, и остаётся лишь в отчаянии смотреть на что-то неминуемо надвигающееся, не имея возможности спастись. — Какая нежная кожа у молодых леди, — на лице пиратского капитана расплывалась улыбка, — даже худенькие такие мягкие… Я бы разложил тебя чуть попозже прямо на столе. Но что-то я… оооооох… устал на сегодня, — сказал он, не в силах бороться с длинным зевком. Вытерев заслезившиеся глаза, в которые, как он чувствовал, словно насыпали песка, пират кивнул на грязную скомканную койку в углу: — Не люблю развлекаться на тяжёлую голову. Так что у тебя отсрочка, а пока — небольшой аванс… — разбойник, улыбаясь, провёл по лицу девушки, остановился на губах и грубо надавил пальцем, разжимая их, но тут же выругался и отдёрнул руку. Сощурившись, потряс в воздухе рукой, унимая боль в укушенном пальце, уголки его рта поползли вниз, и несколько секунд он смотрел в глаза пленницы, после чего ударил её по губам тыльной стороной ладони — не слишком сильно, но хлёстко. Не успела девушка опомниться, как он ударил её снова. — Оставьте её!.. Это… — начал было капитан «Артемиды», и в его голосе послышались резкие нотки, но пират перебил: — Это моя добыча, я волен проучить её как следует. И не приказывайте мне! Вы не у себя на корабле, а я не ваш лейтенант, — и ухмыльнулся. Он снова занёс было руку, но бить не торопился, а наблюдал за зажмурившейся и отвернувшейся девушкой. — Сделаешь так ещё раз — пеняй потом на себя. Пусть это послужит маленьким уроком, — он склонился к её лицу, — ничего серьёзного, даже крови кажись нет. Посмотри на меня. Ну! Или хочешь ещё?.. Пират-помощник, наклонившись, что-то с улыбкой зашептал ей, плотно касаясь губами её уха и шеи. Девушка, которую била крупная дрожь, наконец посмотрела на главаря. — Так вот, дорогуша, ты будешь подчиняться и делать всё, что я скажу, сама, добровольно, иначе ты очень пожалеешь обо всём, что сделаешь, поняла?.. Поняла, я тебя спрашиваю?! Или снова всыпать? Пленница, снова закрыв глаза, еле заметно кивнула. К горлу подступили слёзы гнева и отчаяния, но меньше всего на свете лейтенант хотела, чтобы эти разбойники видели её плачущей, и изо всех сил пыталась их сдержать. — Видите, — пират снова обратился к капитану, — она всё сделает исключительно добровольно!.. Зевнув в очередной раз, пират подошёл к девушке чуть ли не вплотную. Капитан «Артемиды», которому уже почти удалось освободить руки от верёвки, сделал ещё одно незаметное сейчас пиратам, но резкое движение руками, оставившее широкую кровавую ссадину на его запястье. Бросил незамеченный разбойниками взгляд на валяющиеся на столе пистолеты и саблю, быстро подкорректировав в голове уже придуманный план действий на худший случай, но пиратский капитан лишь поднял руку к лицу маленького лейтенанта.       Девушка плотно сжала губы, когда он крепко ухватил её за подбородок и заставил поднять вверх голову. — Открой глаза, — приказал он. Несколько секунд, показавшихся ей бесконечными, он рассматривал её лицо, на котором усталость оставила тёмные круги под глазами. — Ты знаешь что-нибудь о том, где будут ошиваться другие ваши военные корабли?.. Она с трудом помотала головой, насколько позволяла державшая её подбородок рука пирата. Главарь ещё какое-то время пристально смотрел ей в глаза, а потом ослабил хватку, потрепал по щеке и отошёл, оставив гадкое ощущение. По его знаку помощник также отпустил её, встав уже сбоку, но всё ещё близко. Она изо всех сил пыталась не упасть, борясь с дрожью и слабостью во всём теле. — Так что, Джон, оставим девку на завтра? — спросил помощник пиратского главаря, — Я бы не отказался хоть сейчас, да и ребята… — Я ж толкую, что на завтра!.. Ты бы меньше выпивки лакал, а то последние мозги пропьёшь, — проворчал главарь. Помощник, сощурившись, помолчал несколько мгновений, пожал плечами и продолжил, усмехнувшись: — А я подумал, что вот забавно. Когда я ещё ходил под знамёнами короля, что б его, я насмотрелся на этих выскочек, свеженьких лейтенантов. — От его слов в каюте появился алкогольный душок, но на ногах он стоял твёрдо, а язык не заплетался. — Повидал достаточно этих щенков, думающих о себе невесть что, мол, они теперь выше вчерашних товарищей. И забавно, что иногда мечтам и планам даже таких блестящих, — пират хмыкнул, — молодых офицеров иногда приходит конец, — он довольно улыбнулся и снова приблизился к девушке так, что она почувствовала на лице его тёплое дыхание. — А кое-кому следовало бы помнить своё место… Лейтенант вскинула подбородок, и в её взгляде на мгновение загорелся вызов, негодование и протест, что, казалось, лишь раззадорило пиратов ещё больше. — О, какая пылкая маленькая мисс! Видать, за живое задело, а? Наш гордый лейтенант! Почему бы не повеселиться сейчас, а не утром?.. Хочу уже послушать, как она запищит. — на губах помощника заиграла слащавая улыбка, производящая тем более отталкивающее впечатление вместе с тяжёлым взглядом, которого он не сводил с девушки. — Не верю я никому из них. — он повернулся к главарю. Тот нахмурился, но не успел даже что-либо сказать, как его помощник выхватил из-за пояса нож и рассёк верёвку, связывающую запястья девушки. Схватив её левую ладонь, он больно сжал мизинец и безымянный палец, приставив лезвие к их основанию. — Ну, а если подумать так?.. Девушка задержала дыхание. — Вы обещали, что до рассвета моих людей никто не тронет. — сказал капитан «Артемиды», бросив взгляд на маленького лейтенанта. — Слово капитана здесь чего-то стоит, не так ли? — и пристально посмотрел пиратскому главарю в глаза. — Что?! Ты дал слово этому… — лицо Джека исказила ненависть, но смотрел он не на капитана фрегата, а на своего главаря. — Хватит! Командир здесь я, Джек. — пират прищурился и вскинул подбородок. Его ноздри раздувались. — И я сказал: до утра. Значит, до утра. Отпусти её. Под его тяжёлым взглядом помощник убрал нож от пальцев девушки, подкинул его в воздухе и сунул в ножны. — Знаете, мисс, что делают пираты с такими, как вы? — спросил помощник, склонившись к ней. Вскоре после того, как он начал рассказывать, медленно, добавляя всё больше отвратительных подробностей, девушка закрыла было лицо ладонями, но помощник, сжав её запястья, отвёл её руки от лица, продолжая говорить, глядя ей в глаза. Но его прервал пиратский главарь. — Джек, как ты вообще обнаружил, что это девка?.. Отведя глаза в сторону под взглядом своего командира, помощник отпустил руки лейтенанта. — Да вот покумекал, что плохо мы обыскали, может, пропустили чего, может, карманы с изнанки, что б не поискать ещё… Опять же, хотел внушить немного почтительности этому юному, как я думал, джентльмену… — Джек усмехнулся. — Чёрт, я же тогда ещё приказывал пока не трогать их!.. — пиратский капитан сделал шаг к своему помощнику. — Ты и так нарушил приказ, когда бил!.. И ладно бы бил умеючи, как я! Видал у неё синяк? Ты ей лицо чуть не испортил! — проворчал он. — Ладно тебе! Какая разница, сейчас или утром? Толку-то от них!.. Да и всё одно задумали прикончить потом. А синяк совсем маленький, я ж не знал, что это баба. На берегу у тебя будет толпа этих смазливых девчонок. А эта ж и так завтра сдохнет. — Джек пожал плечами. — Я ж говорю, устал, как собака, мне не в жилу сейчас будет! И повеселиться хочу на свежую голову. Первым! Отведи её пока обратно! — отрывисто бросил пиратский капитан, не сводя пристального взгляда с помощника. Маленький лейтенант, неловкими движениями растерев затёкшие тонкие запястья, застёгивала уцелевшие пуговицы на жилете и мундире. Джек было схватил её за локоть, подняв верёвку, но тут снова вмешался капитан «Артемиды»: — Боитесь, что со свободными руками она натворит бед?.. — в его голосе помощнику послышалась насмешка, и он было повернулся к тому, но главарь разбойников примирительно сказал: — Джек, оставь. Что сделает запертая безоружная девочка?.. — Сбежит. Как та, помнишь? Да так, что уже не достанешь, — Джек плюнул на пол, едва не попав своему главарю на сапог. — Хоть некоторые парни, я знаю, не против и с такой поразвлечься, мол, хватает времени, пока ещё мягкая и не остыла, но я бы предпочёл бабу поживее. — Не сбежит. Пусть отдохнёт пока, — он подмигнул девушке и осклабился, — завтра с утра у меня этой куколке понадобятся силы! А пока пусть помечтает обо мне. Помощник окинул девушку взглядом ещё раз. — Будет тебе, какая она куколка. На кой чёрт смазливое личико, когда она тощая, рёбра вон как торчат?.. В борделе я бы за такую не заплатил. — Помощник снова сплюнул на пол. — Но тут уж и такая сойдёт. И я первый обнаружил, что это девка! Значит, я первым с ней и должен быть! По справедливости!.. Губы девушки на мгновение исказила кривая усмешка. — Добычу делю я. Сначала мне, потом тебе, потом всем остальным ребятам. Не забывай, кто тут капитан. Так что она сначала моя! — медленно и с нажимом проговорил пиратский главарь, роняя слова, как булыжники. Оба разбойника сверлили друг друга напряжёнными взглядами, желваки на их лицах ходили ходуном. Рука помощника дёрнулась было к рукоятке ножа, но он остановил себя, судорожно сжав её в кулак. — Каждому достанется. Охолони, Джек. С тебя не убудет. Помощник медленно опустил руку. Но оба продолжали пристально смотреть друг другу в глаза, помощник — с вызовом, пиратский капитан — с гневом. — Отведи её обратно и возвращайся сюда. Сразу!.. — приказал главарь. Джек, опуская глаза и явно смиряясь в этот раз, хотел было взять девушку за локоть, но та отстранилась и сама медленно пошла к двери.       Помощник внезапно вспомнил такой же взгляд, такое же выражение лица, когда, молча развернувшись, уходила такая же молодая леди. Но тогда вместо грязной и тёмной каюты легко колыхались под ясным небом, источая тонкий аромат, причудливые яркие тропические цветы в саду…       Усилием воли прогнав воспоминание, он догнал пленницу, распахнул дверь и подтолкнул девушку в спину.       Дверь за ними захлопнулась, и снова воцарилась странно-глухая тишина.       Пират подошёл к столу, взял пузатую бутылку тёмного стекла и отхлебнул пару глотков. Сердце ещё колотилось в груди после перебранки с помощником, но пират уже отходил, дрожь возбуждения утихала, и снова сильно потянуло в сон. Ром тут же согрел, пощипывая нутро.       Почему-то ему не хотелось встречаться взглядом с капитаном «Артемиды». — Отчаянная девка. Я и мои ребята хорошенько развлечёмся, как утро настанет. — пират глотнул ещё рома и вытер рот рукой, потом прислушался к тому, что творилось за дверью, ожидая, очевидно, возвращения помощника. Темнота, успокоившаяся было, когда Джек притащил девушку, снова, как показалось капитану пиратов, пришла в движение. — Ваши ребята вас уже почти не слушают, — капитан фрегата слегка прикрыл глаза и подавил зевок. — И вы сами это видите. Пиратский капитан нахмурился и молчал какое-то время. Темнота словно оплетала медленными щупальцами его разум и сердце, медленно поднимая из глубины страх и не отпуская далеко едва успевший утихнуть гнев. — У помощника и того отродья, с кем он шушукается, кишка тонка бунтовать. Кто выступит открыто — получит по морде, и они знают это. — Когда они выступят открыто, вы уже будете за бортом с пулей в голове. Не удивлюсь, если это произойдёт ещё затемно, — капитан взглянул на пирата с лёгкой жалостью, как на человека, который никак не может понять очевидную вещь. Пират прищурился. — Да хоть бы и так, вам что за забота?.. — Живые к утру офицеры и боцман — лучше, чем убитые сразу. — Несколько часов погоды не сделают. — хмыкнул пират. Но уже ранее беспокоившие его мысли о бунте, о предательстве товарища, об этой девчонке, его законной добыче, запульсировали в голове, заслоняя голос разума: Джек всё не показывался, хотя, как казалось пирату, прошла уже уйма времени, но на самом деле помощник едва ли успел бы отвести девушку обратно в трюм. — Чёрт, какого дьявола он всё возится с этой девицей! — Думаю, он уже делает с ней всё, что хочет, не дожидаясь вас. Слова капитана попали в точку: алая звенящая полупрозрачная пелена рухнула перед глазами пиратского главаря. В груди мгновенно вздыбилась огненная волна ненависти, сбивая дыхание. Свербившая мысль, что помощник не послушал его приказ, а главное, что он покусился на его добычу, привела ярость и ненависть к апогею. — Чёртов ублюдок!.. — пират быстро подошёл к столу, схватив пистолет, судорожно сжал его. Мысли в его голове лихорадочно сменяли друг друга. — Если кто и выстрелит в вас первым, так это он. Мятежи и заговоры как раз и возглавляют обычно первый или второй помощник.       Пират тяжёло дышал. Как он мог?! Как посмел, ублюдок?! Предательство?.. Они ведь прошли через всякое плечом к плечу, каждый доверяя друг другу, как самому себе!.. И теперь просто взять и ударить в спину? Уже только совсем крохотная часть души пиратского капитана всё ещё не хотела верить, что Джек предал его. Но зная его как брата, он легко представил, как отчаянно и страстно желает Джек стать капитаном, и что он ни перед чем не остановился бы. Но предательство друга?.. А та часть команды, что поддерживает его — что он наплёл им, что посулил в обмен на поддержку?.. И сколько их, когда они нанесут удар?.. — Что ж делать с ним сейчас?.. — сказал под нос пират, словно говоря сам с собой. — Убейте его. — просто раздалось из-за его левого плеча. Пират до боли, до побеления костяшек пальцев сжал рукоятку пистолета. Он долго не хотел открыто думать об убийстве, но сейчас он желал лишь смерти для своего помощника. Желание немедленно достать Джека и расправиться с ним поднималось огненным исполином, заслоняя все другие мысли, пират уже размашистыми шагами подошёл к двери и распахнул её, когда увидел неторопливо подходящего помощника. Его лицо было задумчиво-угрюмым. — Какого дьявола так долго?! — Темно, как у кита в брюхе. Питерс валяется пьяный, фонарь не горит, я кремень искал. Я ей кстати предлагал сделку — всё, что она знает, ну, что нам надо-то, в обмен на, — он провёл рукой под горлом, — сразу после нас с тобой. Всё одно, говорит, мол нечего сказать. А ведь я старался, расписывал ей в деталях, как с ней наши парни веселиться будут. Пиратский капитан несколько секунд напряжённо и подозрительно смотрел на своего помощника, потом отошёл от него и потёр глаза, зевнув. — Иди проверь, чтобы были начеку. И смотри сам, до утра. — Это вряд ли. Сам знаешь — наконец расслабились после всей этой канители. Толку от них?.. Уже допивают и доедают всё, скоро завалятся спать. Пусть проспятся. Опять же, ещё раненые. Только боцман да ещё полдюжины преданных моряков, — он нагло усмехнулся, — на ногах. В подтверждение его слов с палубы долетел пьяный смех. — Вот черти! Вставай сам, говорю!.. Ещё один военный корабль — как этот — и мы все окажемся на дне или на реях! Сейчас нам ещё одного не выдержать! Если уж не улизнуть — ты знаешь, прикинемся торговцами. — Ай, капитан. — протянул Джек. На лице помощника появилось кислое выражение. Под пристальным взглядом главаря, он потащился было на палубу, но вдруг остановился и обернулся. Немного помедлив, он бросил взгляд в окно, потом на капитана «Артемиды», потом на своего товарища. — Это… там, на фрегате-то… Чёрт, Джон, там кто-то ходит, Богом клянусь. Я видел, как шевелится в темноте и, кажется, слышал что-то… Сердце пиратского капитана словно стиснули ледяные пальцы. Сейчас, когда разум затуманивали усталость и сонливость, когда уже начало мерещиться, меньше всего хотелось слышать подтверждение своим мыслям, которые пират старался отогнать. — Некому там ходить, сам видел, они все мёртвые валяются. А костоправа крепко заперли, сам не вылезет. — Я своим глазам и ушам пока верю. И почём ты знаешь, что им не встать?.. А ну как встанут?.. Капитан «Артемиды» слегка улыбнулся. Пиратский главарь нетерпеливо притопнул ногой. — Ты просто налакался рома, вот и мерещится. Давай на палубу и смотри. Освежишься как раз. Помощник, вздохнув, вышел.