Cigarette Kiss

Лондон встречает Майлза дождем. В Лондоне, видимо, почти всегда дождь, но в этот раз погода кажется Майлзу особенно подходящей под его настроение. Майлзу удалось натянуть довольную улыбку на лицо на время его последних дней в Париже. Алекс уже должно быть придумал оправдания для Джеймса и остальных, потому что никто не спрашивал, где он и куда уехал, а отсутствие необходимости сочинять какую-то ерунду и врать всем – да и просто много говорить об этом – помогло Майлзу притвориться, что все в порядке. Закончить альбом было легко, Алекс не шутил, когда сказал, что все было практически завершено, и Майлз провел последний день, выкуривая одну сигарету за другой на балконе и напиваясь в баре отеля. Напиваясь настолько, что начинал планировать позвонить Алексу. Он наверное бы так и сделал, но его телефон разрядился, пока он раздумывал, а потом Майлз упал в постель и вырубился до того, как успел зарядить его и выполнить задуманное. Сейчас Майлз трезв, но поговорить с Алексом все равно хочется. Он просто…скучает по нему. Уже. Это в сочетании с событиями последних дней, мягко говоря, мрачная мысль. Майлз сидит на заднем сидении такси, крутя телефон в руках, и ощущает что-то вроде «сейчас или никогда». Чем дольше они с Алексом не будут общаться, тем сложнее будет все залатать. А Майлз отчаянно хочет, чтобы между ними все было окей. Все даже не обязательно должно быть отлично, просто окей. Что угодно, кроме стены молчания между и попыток избегать друг друга. Он пытается написать несколько сообщений, но удаляет их одно за другим. Они все звучат…вымученными. Надуманными. Он нажимает звонок прежде, чем успевает себя отговорить. Он нервно стучит пальцами по подлокотнику, пока ждет ответа Алекса. При третьем звонке ему отвечает Алекса с радостным: «Привет, Майлз!» Майлз так удивлен услышать ее голос вместо Алекса, что на секунду не может произнести и слова в ответ. После некомфортно долгой паузы он умудряется выдавить неестественное: «Э, привет, Лекс». «Ты в порядке?» – спрашивает она, теперь немного взволнованная. «Ох, в норме, – убеждает ее Майлз. Он прочищает горло – Я просто, ты знаешь, думал Ал возьмет». «Извини, Майлз – смеется она – Я не хотела запутать тебя. Ал просто в душе. Передать ему что-то?» «Э, нет. Я просто…Я просто вернулся в город и все». Майлз чувствует как начинает краснеть от неловкости, думая, что Алекс, наверное, все ей рассказал о том, как Майлз сделал из себя дурака в Париже. Она наверное удивляется, зачем он надоедает звонками. Он прямо представляет их вдвоем, когда Алекс пересказывает ей всю историю. Они наверное смеялись. «О, вернулся? – она прерывает его мысли – Отлично! Это значит, ты тогда сможешь прийти?» «Извини? Прийти куда?» «Алекс не говорил? Он сказал, что позвал тебя – ворчит Алекса – Мы планируем собраться сегодня в пабе. Алекс не был уверен, что ты успеешь вернуться, но раз у тебя получилось…» С одной стороны – Алекс не позвал его. Весьма подчеркнуто не позвал. С другой стороны, эта встреча звучит, как прекрасная возможность для них попытаться вернуться к нормальности. А еще похоже, что Алекс все же не сказал Алексе про их катастрофическое окончание путешествия в Париж. От этого увидеть ее лицом к лицу может быть слегка менее неловко. Слегка. «Хорошо – говорит он – Я постараюсь к вам выбраться». «Отлично! Я скину тебе адрес смской, ладно? И передам Алексу, что ты нормально приземлился». «Спасибо. Лекс». Стоит Майлзу положить трубку, в его голове сразу же начинается спор о том, стоит ли идти. Он пытается представить себя там, какого это будет увидеть Алекса и Алексу вместе, как Алекс будет вести себя с ним – вероятно очень неловко вначале, зная его. И все же…это может стоить того. Он – тот, кто обещал, что вернётся к норме в Лондоне, и в норме Майлз принял бы приглашение Алексы без вопросов. Если он не придет, это будет выглядеть так, словно он избегает Алекса – избегать Алекса не продуктивно для решения их проблем. И все же он продолжает сомневаться идти или нет вплоть до момента, когда стоит на улице перед дверями паба. Он почти поворачивает и уезжает на такси домой, но, честно, он может либо встретиться с Алексом и выпить пару пинт с приятелями, либо отправиться домой пить в одиночестве и тонуть в собственной тоске. Если подумать об этом в таком контексте, то принять решение легко. В пабе много людей, но он не забит под завязку, поэтому Майлз довольно быстро замечает свою компанию. Это просто Алекса, Алекс и остальные Мартышки – все люди, с кем Майлзу комфортно. Обычно ему легко с новыми людьми, он даже радуется им, но сегодня видеть знакомые лица успокоительно. Они помогают ему утихомирить разыгравшиеся нервы. Ну, по крайней мере немного, прежде чем волнение вспыхивает с новой силой. Когда он пересекает комнату, Мэтт замечает его и приветствует взмахом руки и улыбкой, что нормально, но когда Алекс поворачивается посмотреть, кому тот машет, его лицо принимает выражение, которое едва не заставляет Майлза сбежать. Алекс выглядит так, словно ему сделали очень неприятный сюрприз. И он кажется не может заставить себя отвернуться. Его глаза следуют за Майлом через всю комнату, пока тот не стоит в шаге от него. Тогда он опускает взгляд на стол. «Здорова, пацаны» – приветствует их Майлз, заставляя себя улыбнуться. «Алекса», – добавляет он в ее сторону. Остальные все возвращают его приветствие – все кроме Алекса, который снова, прищурившись, смотрит на него и спрашивает: «Что ты тут делаешь?» Алекса вмешивается, явно не улавливая: «О, я забыла тебе сказать! Майлз звонил утром, сообщить, что вернулся в город, я и пригласила его с нами выпить». «Аа» – говорит Алекс. Его реакция, точнее ее отсутствие, достаточное свидетельство для всех, что что-то не так. Неловкая тишина накрывает стол, пока Алекса не спрашивает мягко: «Что…не надо было?» «Нет…нет, все нормально» – уверяет ее Алекс, но то, как он отодвигает стул и немедленно заявляет, что ему надо выйти подышать, свидетельствует об обратном. Майлз не ждет приглашения. Пока Алекс направляется к двери, он пододвигает собственный стул к столу и занимает место. У него есть мысль пойти за Алексом, мысль, что тот возможно именно этого и хочет, но вероятнее тому просто нужно выкурить сигарету и подумать. Лучше дать ему минутку прийти в себя от шока. «Нам стоит о чем-то спросить?» – интересуется Джейми. «Лучше не стоит» – честно отвечает Майлз. К счастью, они понимают намек и отпускают тему. Майлз заказывает пинту и направляет беседу в другое русло. К моменту, как он допивает пиво, Алекса так и нет. Алекса продолжает кидать заинтересованные взгляды на дверь – она думает пойти за ним. Может это мелочно, надоедливая волна ревности снова поднимается в нем, но Майлз получает странное удовлетворение, когда опережает ее. Он решает, что уже, в любом случае, дал Алексу достаточно времени подумать. «Я пойду приведу Ала обратно, хорошо?» – сообщает он сидящим за столом. Но когда он встает, Алекса поднимается тоже. «Вообще-то, Майлз, ты не против, перекинуться со мной парой слов?» – спрашивает она. Аккуратно берет его под руку и направляет от стола в сторону бара. Он не протестует, в основном потому, что пытается сообразить, о чем она может хотеть поговорить. Она хочет предупредить его, чтоб держался подальше от Алекса? Это кажется наиболее реалистичным предметом беседы. Он сомневается, что она хочет обсудить любимые секс-позиции. Она рассеяно крутит прядь волос на пальце, обдумывая, что хочет сказать. «Что-то…что-то случилось у вас в Париже? Просто, Ал ведет себя…странно с момента возвращения. И сегодня это». Она выглядит искренне обеспокоенной, будто их дружба для нее реально важна, спрашивает: «Вы поссорились?» Майлз моргает на нее в недоумении. «Я пыталась спрашивать его об этом – спешно продолжает Алекса – Но он не хочет говорить со мной. Ни о Париже, ни о чем другом, на самом деле. Он такой тихий последние пару дней. Я подумала, может ты что-то знаешь…» Майлз продолжает моргать, пытаясь придумать вежливый способ спросить: «Ты знаешь, что мы трахались, да?» Но если она не знает, то это определенно хреновый способ рассказать ей об этом. Мог ли Алекс наврать ему? Майлз не спрашивал его конкретно, знает ли она…ведь так? О, нет. Теперь, когда он думает об этом, он ведь никогда и не спрашивал, знает ли она. Он спрашивал, будет ли происходящее между ними нормальным для нее, на что Алекс всегда отвечал, что будет. Но если случившееся для нее нормально, то тогда почему Алекс не сказал ей? Из откровений Алекса, Майлз знает, что одно из условий их с Алексой сделки про секс на стороне – всегда рассказывать, если они переспали с кем-то. Если Алекс решил промолчать, то это грубое нарушение их договоренности, и это уж точно не окей для Алексы. «Э-э, у нас случилась небольшая размолвка, – говорит он. Это даже не полное вранье – «Давай я пойду…проясню ситуацию, хорошо?» Алекса смотрит на него с облегчением. Возможно от того, что разгадала тайну странного поведения своего парня. «Да, пожалуйста, – говорит она – Тогда все может вернется к норме». Майлз не возражает ей, хотя ему начинает казаться, что норма может быть труднодостижимой. Когда он выходит на улицу, то почти ожидает обнаружить, что Алекс ушел домой, но тот все еще на месте, сидит на бордюре и курит сигарету. Вторую, судя по еще тлеющему бычку на земле перед ним. Вокруг прохладная, тихая ночь. Луна выглядывает из-за туч, и дождь прекратился. Лишь несколько человек движутся вверх и вниз по переулку, создавая иллюзию приватности. Майлз притормаживает за пару шагов, рассматривая Алекса, прежде чем тот заметит его. Часть Майлза надеялась, что может быть Париж зачаровал его, и по возвращению в Лондон чувства изменятся, но только увидеть Алекса оказывается достаточно, чтобы доказать обратное. При виде Алекса, мысль о том, чтобы быть с ним рядом и разговаривать, по-прежнему имеет прежний ускоряющий пульс эффект. К нему приходит непрошеное воспоминание про Алекса, окутанного тенями и бледным лунным светом, как сейчас. Но в воспоминании Алекс с ним в постели, мягко улыбается, полностью удовлетворенный жизнью, нежно гладит его по волосам. Майлз вытряхивает себя из грез. Скорей всего ему больше не придется это пережить, лучше не застревать в прошлом. Алекс не замечает Майлза, пока тот не усаживается рядом с ним, так погружен в собственные мысли. Он сначала пугается, пока не видит, кто подошел, после чего выражение его лица быстро смягчается. Во что именно оно превращается, сказать сложно, но во что-то намного лучшее, чем в пабе. «Ты не сказал ей, – говорит Майлз – Правда ведь?» Алекс не отвечает. Он выдыхает струйку дыма. «Она волнуется о тебе, кажется. Говорит, ты ведешь себя странно». Алекс усмехается. «Неожиданно заинтересовался нашими отношениями, а, Майлз?» «Не будь придурком. Она спросила меня про Париж, не поругались ли мы». «И что ты ей сказал?» «Что я пришел, чтобы помириться». Алекс делает новую затяжку. Майлз вспоминает свои мысли на балконе – что Алекс курит невероятно привлекательно. И это так. Наблюдать за ним, его ртом, как он втягивает щеки, это завораживает. «Извини за…раньше, – говорит Алекс – Я тебя не ждал, это застало меня врасплох». Майлз пожимает плечами. «Я действительно вел себя странно, наверное» – подтверждает Алекс. Он отправляет сигарету на землю к ее предшественнице. «Я не могу перестать думать про чертов Париж». «Ты жалеешь о случившемся?» Алекс колеблется, будто искренне рассматривает такую возможность, но: «Нет…нет. Определённо нет». «Ты знаешь, я никогда бы ничего не выдал. Я имею в виду при остальных. Если это то, о чем ты переживал». «Я переживал, что это Я выдам что-то». «Как это?» «Я просто…не знаю». Они оба на мгновение замолкают. Когда Алекс заговаривает снова, его голос ниже, чем прежде: «В первую ночь, когда я вернулся, ты мне приснился. Ничего пошлого, но мы были в Париже и ты…» Он замолкает и говорит другое: «Я проснулся, ожидая найти тебя рядом. Тебя конечно же не было. Была Алекса, целующая меня с добрым утром. И знаешь что? Я был разочарован». Майлз чувствует, что сердце колотится у него в глотке. Он спрашивает шепотом: «Что ты такое говоришь, Алекс?» Алекс пожимает плечами, уходит в себя, избегает глаз Майлза: «Я не знаю. Я ни черта не знаю, кроме того, что я хотел там тебя». «Не делай этого со мной, Ал. Не давай мне ложную надежду, если ее нет». Алекс качает головой. Он открывает рот, но то, что он собирался сказать, обрывается, когда на них падает тень. Они оба оборачиваются посмотреть – это Алекса, конечно же. К счастью, милая улыбка на ее лице отвечает на их вопрос, слышала ли она что-то. «Все нормально, парни?» – спрашивает она – Готовы присоединиться к нам?» Майлз нацепляет собственную улыбку. Алекс даже не старается, но он берет протянутую Алексой руку. Они оба ведут себя тихо весь оставшийся вечер. Майлз наблюдает за Алексом и Алексой с комом в горле. Он уходит рано, с объяснением, что измотан путешествием. Это правда, он измучен. Но когда он падает в кровать, то обнаруживает, что не может уснуть. Я хотел там тебя. Такое себе признание. Но он все равно прокручивает его в голове снова и снова. Это что-то. Маленький знак, что возможно Майлз не одинок в своих чувствах. И это ощущается как спасательный круг. ____ Майлз решает в какой-то момент, что он не будет первым, кто сломается и позвонит Алексу, но ему требуется всего два дня, чтобы нарушить обещание. Он не пьян, но в подпитии, и на часах полночь, и он один смотрит глупые телепередачи и просто хочет Алекса рядом. Только и всего. Он просто хочет его рядом. Ему приходит в голову, что это ни к чему не обязывающее желание. Алекс был у него сотни раз, и он бы не подумал дважды раньше, прежде чем позвонить ему. Майлз отправляет ему сообщение, на которое Алекс отвечает: скоро буду. Ни сомнений, ни вопросов. Майлз приглашает его прийти, и он немедленно соглашается. Какими бы невинными ни были изначальные намерения Майлза, его мысли принимают неприличный оборот в ту же секунду, как он открывает дверь и видит Алекса. Тот очевидно тусил этим вечером, судя по штанам в обтяжку, количеству расстегнутых пуговиц на рубашке, состоянию его прически и едва заметному запаху алкоголя и сигарет. Он наверное гулял с Алексой. Они танцевали вместе? Она наверное его всего облапала. Эта мысль вызывает у Майлза тошноту. «Майлз» – приветствует его Алекс, протискиваясь в квартиру. Он притормаживает, осматривает все вокруг, будто никогда не был тут раньше. Он определенно слегка на взводе — Майлз слышит это в его голосе, когда тот произносит: «Скучал по этому месту». Майлз хмурится. «Ты скучал по моей крохотной квартирке?» «Ммхмм» – подтверждает Алекс. Он усаживается на диван без приглашения. На самом деле, скорее падает туда. Телевизор еще работает, отбрасывая мерцающий свет по комнате, но его звук заглушен. Майлз закрывает дверь и зависает перед ней. «Больше, чем по мне?» – спрашивает он. Тогда Алекс поднимает на него глаза. Глаза скользят по телу Майлза от макушки до пальцев ног, прежде чем встретиться с ним взглядом. Он мотает головой, протягивает руку. «Иди ко мне» – произносит он. Майлз колеблется, совесть уже заранее ругает его, но он достаточно быстро заставляет ее замолчать. В этом помогает алкоголь, он уверен. Но еще помогает то, как смотрит на него Алекс. Так, будто хочет его. Майлз никогда не мог отказать Алексу ни в чем. Он берет протянутую руку: «Ты пьян» «Ага» – соглашается Алекс. Он тянет Майлза вниз, пока тот не седлает его, колени по обе стороны ног Алекса. Майлз даже не пытается изобразить сопротивление. Это самый близкий контакт между ними за долгие дни. Алекс такой же теплый, как он помнит. Он кладет руки на бедра Майлза, крепко сжимая их. «Ты поцелуешь меня, Майлз, или мне умолять?» Майлз улыбается, когда сокращает дистанцию между ними. Несмотря на то, что их действия ох-как-плохи, какая-то его часть счастлива такому повороту событий. Поцелуй нетороплив и на удивление сладок. Алекс издает довольный звук, и когда они разъединяются, он тоже улыбается. «Я скучал по тебе, – говорит он – Очень сильно». Майлз смеется. «Веришь или нет, но я не это имел в виду, когда приглашал тебя». «О-о?» – Алекс притягивает его вниз, оставляет поцелуи вдоль его челюсти. «Мы можем остановиться» – бормочет он. Его руки рассеяно путешествуют по бедрам Майлза. «Скажи только слово». Майлз резко втягивает воздух, когда Алекс прикусывает его шею. «Н-ну, – заикается он – Ты пьян, любовь моя». «Хотел тебя, когда был трезвый». Майлз притягивает его для еще одного поцелуя, в этот раз торопливого и грязного. Он потирается задом вперед-назад и чувствует восторг от стона, который вырывается у Алекса. «В таком случае» – говорит Майлз, сдаваясь грешным чувствам. Ему представляется, что позже он будет стыдиться того, как легко поддался, но сейчас он не может заставить этот факт иметь значение. «Почему бы нам не переместиться в спальню, а?» _______ Майлз спит в объятиях Алекса впервые за долгие дни. Возможно, это совпадение, но это лучший сон, что был у него с момента, когда Алекс оставил его в Париже. Первое, когда они просыпаются – свет раннего утра проникает через шторы, окрашивая комнату золотом – это момент радости. Момент чистого, незамутненного счастья. Алекс улыбается ему – это самое прекрасное, что Майлз когда-либо видел. Он наклоняется к нему, чтобы поцеловать его с добрым утром, и на миг они будто словно снова в Париже. Алекс тает, и Майлза думает: почему так не может быть каждое утро? Он знает почему, и эта мысль разбивает его счастье на куски. Алекс должно быть думает об этом же, или хотя бы чем-то подобном, потому что его улыбка развеивается в то же мгновенье, пока он не начинает выглядеть потерянным. «Блядь» – говорит он. И затем: «Мне надо идти». «Ты можешь остаться» – шепчет Майлз, но еще до того, как слова покидают его рот, он знает, что это бессмысленно. Алекс наклоняется вперед, чтобы поцеловать его снова, невинно и быстро. «Еще рано. Спи дальше» – говорит он. Майлз не пытается спорить. Он поворачивается, зарывается в одеяло, чтобы не видеть как Алекс уходит. По-детски, может быть, но Майлз не уверен, что сможет вынести эту картину.