U&I

Магнус и сам не заметил, как задремал. Из цепкого сна, которого ему уже изрядно не хватало, парня выдернули лёгкие, совсем невесомые, оглаживания его руки. Открыв глаза, он понял, что всё ещё находится в палате Алека, а разбудил его, собственно, сам Алек, который сейчас лежал и смотрел на Бейна, так радостно и невинно улыбаясь, словно ребёнок. — Прости, — хрипло прошептал Лайтвуд, — я не хотел тебя будить, просто не смог сдержаться. — Ох, боже, Александр, ты давно уже не спишь? — протирая глаза, подорвался со своего места Магнус. — Тебе что-то нужно? Как ты себя чувствуешь? Позвать врача? — Успокойся, — не снимая улыбки со своего лица, ласково прошептал Алек, — ты — всё, что мне сейчас нужно. От этих слов Бейн обратно опустился на свой стул, стоявший рядом с кроватью. Алек, на удивление врачей, быстро приходил в норму, порядком благодаря той поддержке, что ему дарили родственники. После того, как он открыл глаза, и людей вновь начали к нему пускать, кто-то непрерывно дежурил в комнате, не желая упускать ни мгновения. Друзья рассказывали Алеку всё, что он пропустил, напоминали, как и что делать, но память быстро вернулась к Лайтвуду, на радость всем. Алек стойко выдержал информацию о том, что Камилла и Джейс теперь вместе, и лишь обрадовался, желая, чтобы его пригласили на свадьбу. Обрадовался он и тому, что не пропустил бракосочетание Дона. Несмотря на то, что они с Бритни уже действительно расписались, само венчание влюблённые отложили до момента выздоровления своего друга, за что Магнус лично был им благодарен. Спокойно он воспринял и то, что больше не сможет выступать. Лайтвуд отмахнулся от этого, намекая, что давно хотел построить бизнес. Им он и займётся, поэтому приглашал всю свою команду стать его партнерами. К слову, никто из группы, и даже Майя, не пожелали работать с кем-то другим, и практически сразу же согласились. Хотя, Бейн часто ловил тоскующие взгляды Александра и прекрасно понимал, что он будет скучать по своим концертам и музыке. — Тебе нужно поспать, родной. — прошептал Алек, опуская свою руку на голову Магнуса и зарываясь пальцами в волосы. — Можешь лечь рядом со мной. Магнус недоверчиво осмотрел все провода и трубочки, подключенные к Александру. Ох, он бы очень хотел ощутить тепло этого родного человечка, но боялся даже приобнять хрупкое тело, не хотя навредить ещё больше. — Да брось, — поняв, о чём думает Бейн, отмахнулся Лайтвуд, — это поможет мне больше нравоучений доктора Хопкинса. Доктор действительно часто говорил Алеку о том, что в большей части сейчас всё зависит от самого Лайтвуда и его способностей. А так же о том, что ему нужно найти то, ради чего бороться и прочей психологической чепухе, как важно не сдаваться. Но парень и не сдавался. Он буквально не выпускал руки Магнуса, боясь его потерять. Словно, если бы не нашёл Бейна возле себя, то просто прекратил бы дышать. Хотя, с другой стороны, кровать Алека была достаточно большой, благодаря его вип-палате и кругленькой сумме. Если Магнус приляжет буквально на краешек... — Любимый, пожалуйста, — попросил Лайтвуд, хлопая ресницами. Сдавшись, Бейн обошел кровать по левому краю, где больше всего оставалось свободного места от Алека. Он аккуратно забрался на кровать, тут же ощущая руку Лайтвуда на своей голове. — Спасибо. — прошептал довольный парень, который шумно начал вдыхать воздух под замирания Магнуса. — Отныне я обожаю запах сандала, он напоминает мне тебя. Поняв, чем были вызваны столь тяжелые вздохи, Бейн улыбнулся, еле слышно замурчав на своём месте. Как же он чертовски любил этого глупого парня! — Александр, — начал Магнус, замирая на полуслове, — я хотел у тебя спросить... Азиат тут же запнулся на собственных словах, гадая, как же произнести свою мысль так, чтобы не взволновать пациента. — Ну, говори... — А мы встречаемся? — тут же выпалил Бейн, прикусив нижнюю губу. Они так и не говорили с Алеком о своих отношениях. Это всё казалось таким несущественным, что никто и не задавался подобным вопросом. Никто, кроме, пожалуй, Магнуса, который вовсе не знал, будет ли у них хоть какое-то будущее. Конечно, в столь сложный момент, Бейн всегда будет рядом с ним, чтобы не случилось и чего бы Алек не попросил... Но что же их ждёт дальше? — А ты часто к посторонним в койку запрыгиваешь? — с хриплым смешком, отозвался Лайтвуд, крепче сжимая свою руку на голове Магнуса. — Я хотел бы... Чтобы ты, знаешь... Я не принуждаю тебя, и ты волен делать всё, что захочешь. Ты мне ничем не обязан, и я думал... Что раз ты здесь, то всё же этого хочешь... Но если... Я... Я не буду тебе мешать... И я буду лишь рад, если ты найдёшь себе свою любовь и будешь счастлив. Бейн ощутил, как пульс Алека участился. Ощущал он и то, как участилось его собственное сердцебиение с каждым перерывом Лайтвуда и новым вздохом. Но... Поверить в это Магнус просто не мог. Поднявшись на своей руке, он заглядывал в глаза парня, пытаясь выискать в них хоть что-то, помимо того беспокойства, что сейчас в них плескалось. — Ты — моя любовь, — отозвался Магнус, — и я был бы счастлив, если бы ты согласился быть со мной. Улыбки сами собой расплылись на их лицах, когда Алек, захрипев, нашарил на тумбочке возле себя листок и ручку. Хотя парню и была закрыта дорога к карьере рок-солиста, Лайтвуд часто записывал на простые листочки новые слова для будущих песен, которые он и собирался продавать. Что поделать, творческая натура никогда не умирает? Магнус лишь продолжал улыбаться, пока его губы не опустились на грудь Алека, целуя её сквозь тонкую больничную майку. — Я люблю тебя. — хрипло отозвался Лайтвуд, медленно шевеля ручкой. — А я тебя, — с невыносимой нежностью отозвался азиат, — мы сегодня... Мы сегодня выпустили твой последний клип. Сердце Магнуса вновь сжалось при воспоминании о последней записанной Алеком песне. Он написал её в тот момент, когда Бейн уехал с Камиллой. И она же была больней всех тех, что ранее исполняли охотники... Даже, было жаль, что именно эта песня стала последней в карьере Александра. — Покажешь? — прошептал Алек. Магнус лишь вытащил свой телефон, залезая на официальный ютуб-канал охотников и, включая воспроизведение, передал телефон в руки Лайтвуда. На экране тут же показалось небольшое превью лейбла, и возникли ночные улицы Нью-Йорка, мерцающие яркими неоновыми огнями. Алек, шагающий прямо по опустошённой дороге, в свадебном смокинге и чёрном плаще, выглядел так, словно его только что переехала машина. Разбитый, опустошённый, он опустил глаза на землю, начиная быстро выговаривать припев, нежели пропевая его. It don t matter what I m doing, I keep thinkin bout you and I Неважно что я делаю, ведь я думаю всё время о нас Don t matter what I m doing, I keep thinkin bout you and I Я не хочу этого делать, но я продолжаю думать о нас What the fuck am I supposed to do about you and I? И какого же хрена я это делаю ради нас? What the fuck are we supposed to do about you and I? Что, чёрт возьми, мы должны делать с тобой и мной? Неожиданно пейзажи сменились, показывая Алека на крыше одной из высоток, на этот раз кричавшего, срывая голос, на луну. I want you to know Я хочу, чтобы ты знал I need you to be someone for me in my life Ты нужен мне, будь тем самым в моей жизни And I can t let you go, but you cheated on me И я не смогу отпустить тебя, но ты изменил мне And now everybody thinks that you re the bad guy И все думают, что я плохой парень Well, guess what, I think that you are, baby И знаешь что? Я думаю что ты не ребёнок, I think you need some discipline, baby Хоть тебе и нужно немного дисциплины, малыш And I think about you kissing him, baby Все время думаю что у тебя есть другой, Fuck that guy, happy I don t know his name Нахуй этого парня, рад что не знаю его вообще! I ll go ahead and let him play Валяй, пусть с тобой развлекается, And I can t try to control your brain Я сумею об этом не думать Пока вновь звучал припев этой песни, Магнус смотрел на Алека, который, сцепив губы, смотрел за получившейся работой. Он не был при монтаже этого видео, занимаясь поиском Магнуса в Лос-Анджелесе, и Бейн пожалел, что пошёл у него на поводу и показал это видео. Его палец уже порывался прервать просмотр, как его остановил Алек. — Нет, — отчаянно попросил тот, на что Магнус сдался. I m listening when you re asking Я слушаю, когда ты спрашиваешь What do you see behind those eyes? Что ты видишь за этими глазами? Cause I brought some shades Ведь я привзнес некоторые оттенки в твою жизнь But when you re away, my love never seems to come out right Но когда ты далеко, моя любовь никогда себя не покажет But it s hard to remember dreams, baby Сложно будет вспомнить сны с тобой, детка, And I know you won t tell everything, baby Знаю что будешь говорить о разных вещах, But you say I m on your memory, baby, yeah И скажет что я всегда в твоей памяти. And that s fine, fuck, I think I know his name now Хорошо, но блядь, кажется я знаю его имя I hope that I don t go insane now Надеюсь что не потеряю разум, If so, I ll have to blow his brains out Ибо если потеряю, то вышибу ему мозги. По окончанию клипа они так и продолжали молча лежать, смотря на погасший экран смартфона. — Только не говори, — неожиданно начал говорить Лайтвуд, — что это и будет последней песней в моей карьере. — К сожалению, мы не успели больше ничего записать, — отозвался Магнус, — а ты сам включил эту песню последней в свой альбом. Алек молча продолжал лежать, когда неожиданно схватился за блокнот и ручку, начиная вновь что-то царапать. — Ну уж нет, — прошептал он. И всё же, Магнус встал с постели Лайтвуда, оправляя свою одежду. — Куда ты? — спросил Алек, поднимая свою бровь. — Я... Я только сейчас вспомнил, что нам ещё нужно отменить твой концерт. Эти слова трудно дались Бейну, особенно когда лицо Алека вновь начало меняться, ознаменуя крайнюю грусть. — Магс, — совсем тихо прошептал Алек, — не отменяй его, пожалуйста

~~~

— Я всё ещё не понимаю, как мы на это согласились! — судорожно пробормотала Иззи, утыкаясь Саймону в грудь. — А мне всё ещё кажется это самой плохой идеей, — ответил Магнус, — но даже вы не смогли донести до него простой истины. Изабель, Саймон, Лидия, Камилла и Магнус сейчас находились за кулисами концертного зала, наблюдая за Алеком, Джейсом и Брайтоном, стоящими на сцене. Уже каждый фанат охотников знал, что произошло с солистом, но, на удивление, зал был действительно полным. Бейн как и Майя, не смогли отменить этот концерт, когда Алек буквально умолял их этого не делать. Его голос смог восстановиться, на сколько это было возможным, и Лайтвуд уже действительно мог говорить, чуть протягивая слова, хотя о песнях всё ещё не могло быть и речи. Все врачи тоже были против этой идеи, говоря о том, что сейчас, напряжение на лёгкое может сказаться не лучшим образом, но и их Алек не слышал. Парень словно бы не мог простить самого себя, что последняя его песня будет посвящена Магнусу в таком ключе. И, хотя ребятам пришлось выпустить его на сцену, все они переживали за него. Машины скорой помощи дежурили возле площадки, а от маникюра Магнуса не осталось и следа. Лишь бы всё было хорошо, лишь бы Алек не навредил самому себе этой дурацкой затеей! — Мы сделали всё так, чтобы он не напрягал свои лёгкие, — отозвался Саймон, — так что не должно случиться ничего страшного. Бейн бы с ним поспорил, так как это явно была не та тема, где можно положиться на удачу и судьбу. Но этого сделать ему не дал голос Алека, прозвучавший в микрофоне, вывернутого на максимум. — Друзья, всем привет. — прозвучал голос Лайтвуда. — Как многие из вас знают, отныне мы больше не поём и не выступаем. Но... Вы уже видели, да, наш новый альбом? Зал закричал в ответ, являя собой, пожалуй, лучший ответ, объясняющий всё то восхищение, что копилось в сердцах людей. — И вы, вероятно, пришли сюда чтобы в живую услышать все наши треки... Но такого не будет. Просто потому, что наша группа распалась, а я больше не могу петь для вас на том уровне, которого вы ждёте. Но я хотел бы исполнить сегодня небольшую... Даже не рок-песню, а простую балладу. Которая была бы последней, что вы услышали от меня. Лайтвуд прервался, поднимая свою голову на зал, который с замиранием сердца, наблюдал за любимым певцом. — Но вы можете встать и уйти, прямо сейчас. Касса будет работать ещё несколько минут, и вы успеете забрать свои деньги. — промямлил Алек, по лицу которого было видно, что он не понимает, как расшифровать такое поведение публики. — Мы здесь, — прокричал какой-то громкий парнишка из зала, — и мы хотим услышать всё, что ты скажешь или споёшь. И мы будем с тобой до конца, Алек Лайтвуд, так что зажигай! Зал подхватил последние слова одного из своих громкими аплодисментами, среди которых спустя несколько секунд можно было узнать ритм одной из популярных песен охотников. — Ну что ж, я предлагал вам забрать деньги, — с улыбкой проговорил Лайтвуд, под смех Джейса, — я никогда не отвечал на вопрос, кому же посвящены были все моим песни о любви... И думаю, пора открыть вам эту тайну. Магнус, солнышко, выйдешь на сцену? Сам Бейн не сразу понял, что Алек сейчас обращался к нему. Лишь то, как певец повернулся и смотрел за кулисы, лаская парня своим взглядом, давало понять, что от него сейчас что-то хотят. — Магнус, иди. — пробормотала Иззи, выталкивая парня на сцену. — Куда и зачем? — не понимающе завертелся тот, утихая лишь под нежную улыбку Алека. — Магнус, любимый, встань, пожалуйста, рядом со мной. — в микрофон проговорил Лайтвуд, протягивая свою руку в сторону кулис. Бейн пошагал к любимому на ватных ногах, ощущая, как пухли уши от криков и свистов, которыми разразился зал. Алек что, только что представил Магнуса всему миру, что сейчас смотрел вживую, или же по прямому репортажу, концерт популярнейшей группы? — Этот человек — мой парень. И у нас, теперь уже, всё хорошо, — отозвался Алек с улыбкой, прижимая Магнуса к себе покрепче, — и мы любим друг друга... Так что, моя миссия на сцене выполнена. И я могу уйти на свою пенсию со спокойной душой. Зал заразительно засмеялся, от чего, кажется и сам Магнус заулыбался, нежась в тепле рук Лайтвуда. — Магнус, ты всё для меня. — выдохнул Алек, заходя Бейну за спину и крепко сжимая свои руки на его животе. Гитара Джейса и барабаны Брайтона тут же заиграли лёгкий мотивчик, который был в разы тише, чем обычно на их концертах. Всё это было сделано для самого Алека, который, казалось, чувствовал себя совершенно комфортно в своей стези. И от этого в горле Магнуса встал ком... Как же Лайтвуд справится с тем, что больше у него не будет в жизни всего этого? Ночь выжигает мои пьяные мысли, Видишь как небо над нами зависло. Сколько мне ждать когда ты успокоишься? Внимание твоё это моя утопия. Ты заявляешь, что всё будет как было, И в этот момент мою улыбку смыло. Как мне понять, что это всё не со мною? Заплатил бы за это двойною ценою. Зал наполнился сотнями огоньков. В них были блики телефонов, фонариков и зажигалок, качающихся в такт музыке и голосу Алека, который просто говорил эти слова, не пытаясь поднять свой голос до бывших властных нот. Но Бейн своей спиной ощущал, как затрясло Лайтвуда, словно бы его накрыла лихорадка. Когда ты улыбаешься ноги подгибаются И тело рассыпается, планеты взрывается Когда ты улыбаешься, когда ты улыбаешься Магнус обернулся в последний момент, когда руки Алека сползли с его живота, и сам парень завалился на пол, пытаясь взять как можно больше воздуха в свой рот. Тут же из-за кулис выбежала Катарина, несущая ингалятор, словно манну небесную.

~~~

Магнусу и всем остальным пришлось задержаться до вечера на концертной площадке, заканчивая небольшое выступление Алека и разбирась со всей волокитой, что была присуща концертам. Было странно, но никто из зала не попросил возврата билетов. Все подходили к Бейну, спрашивая о здоровье Алека, на что получали скупую улыбку и обещание, что всё будет хорошо. Сама группа, в лице Саймона, Джейса и Брайтона раздавала последние автографы, слушая в передатчике голос Катарины, которая успокаивала их всех, оповещая о состоянии Лайтвуда. Так что, когда, наконец, Магнуса отпустила Иззи, он сразу же поехал в больницу, забирать оттуда Алека и ещё раз поблагодарить Катарину за оказанную помощь. Как сказала Лосс, Алека подкачали нервы и большая, длинная речь, не прерывающаяся ни на минуту. Ничего страшного, но девушка всё равно увезла Лайтвуда в больницу, чтобы проверить всё доскональнее. Залетев в больницу, Бейн сразу же побежал по белым коридорам в палату Алека, откуда уже слышался хриплый смех Лайтвуда. — Магнус! — бойко поприветствовал любимого Алек, набивая свой рот орехами. — Привет, любимый! Азиат так и остался стоять в проходе, облокотившись своим плечом на дверной косяк и скрестив руки у себя на груди. — Я ведь уже говорил тебе, что эта была плохая идея?! Алек лишь, с полными щеками орехов, улыбнулся, напоминая бурундука, нежели больного. От этого вида Магнус не смог сдержать свой смешок, и всё же подошёл к Лайтвуду, крепко его обнимая. — Не пугай меня так больше. — попросил он. Лайтвуд замер, поднимая свою голову на уровень глаз Магнуса. Чавкая, он прожевал свои орешки под улыбку Магнуса, после чего сцепил зубы, хмурясь. — На самом деле... — тихо начал он, вновь замолкая. — На самом деле, я хотел б поговорить с тобой, Магс. Волнение захлестнуло парня, но он стоически выдержал хмурый взгляд Алека, который больше напоминал не злость, а решительность и волнение. — Что такое? — встревоженно спросил Бейн, оглаживая своей рукой лицо Александра. — Магс...Я... Ох, Магнус Бейн, — начал вновь говорить Лайтвуд, сползая на пол и вставая на колени. — Магнус Бейн, ты согласишься выйти за меня замуж? Глаза Алека расширились вместе с глазами Магнуса, который стоически пытался осмыслить только что сказанные слова. Чертыхнувшись, Лайтвуд вытащил из кармана маленькую коробочку, где лежали два кольца. — Я хотел сделать предложение тебе там, на концерте, но попал сюда. — взволнованно прошептал Алек, ожидая ответа. Бейн опустился на пол, где сидел Алек, и, трясущимися руками взял в свои ладони коробочку, пытаясь вытащить от туда кольцо. — Магнус? — неуверенно пробормотал Алек. На что тот лишь так счастливо улыбнулся, прильнув к губам Алека. — Конечно же да, — со слезами на глазах, отозвался Магнус, — я выйду за тебя, если и ты выйдешь за меня. Парень лишь волнительно улыбнулся, заключая Бейна в объятия, пока тот нервно смеялся. — Послушай, Александр, — вновь начал говорить Магнус, — а мы так и будем продолжать принимать важные решения в больнице? Поняв, о чём говорит его любимый, Алек рассмеялся, подскакивая со своего места, и потянув Бейна за руку. — Я хотел тебе кое-кого показать, — пробормотал он, ведя Магнуса по опустевшим больничным коридорам. Азиат молча шёл следом, даже не имея понятия о том, что же задумал Алек. Да ещё и после слов о серьёзных решениях. Но он верил ему, от того лишь крепче сжал свою руку, вложенную в руку жениха. Лишь когда Алек юрко зашёл в детское отделение, Магнус понял, о чём думает Лайтвуд. Крадясь по темным коридорам, Александр по-свойски зашёл в одну из палат, не включая в ней свет. — Эй, Макс, ты ещё не спишь? — позвал он мальчишку, лежавшего на своей одиночной, маленькой кроватке. — Алек, это ты! — встрепенулся малыш, подскакивая со своей кровати, и замерев в движении, когда его взгляд наткнулся на азиата, стоявшего рядом с Лайтвудом. Мальчишке было не больше четырёх лет. Сияющие глаза выделялись на бледном теле, измотанным лекарствами и больницами. Большая маска закрывала практически половину лица мальчика, и Бейн стало так жалко этого бедолагу. — Макс, это Магнус, — эмоционально зашептал Алек, — я рассказывал тебе про него, помнишь? Мальчик сомнительно осмотрел азиата, и, как показалось Бейну, то он заулыбался. — Так значит, ты не выдумка? — смешно пробормотал Макс. — Я думал, что ты воображаемый друг этого глупца. Улыбка сама собой расплылась на лице Магнуса, который присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с подошедшим к нему мальчиком. — Я рад с тобой познакомиться, Макс, — не снимая улыбки с лица, проговорил Бейн, — и нет, я не его выдумка. Алек засмеялся, обнимая парнишку, который буквально вцепился в большого, для него, дядю. — Малыш, расскажешь Магнусу о себе? — попросил Лайтвуд, уходя дальше в палату. — Меня зовут Макс, — бойко начал рассказывать мальчишка, — я из детского дома. Не люблю больницы, тут плохо. Алек говорил, что дядя Магнус дарит ему спокойствие и силы бороться с болячками. Дядя Магнус, а можно мне тоже дать силы? Бейн посмотрел на Алека, который извиняюще поджал собственные губы. — Макс, во многом ты сам должен быть стойким... — Я стойкий, — отозвался ребёнок, смотря на Алека, — я боец, ты сам так говорил! Парни негромко засмеялись, крепче обнимая маленького Макса. Они ещё долго говорили обо всём, и так Магнус узнал, что малыш не знал своих родителей, и сейчас находится в детском доме, где не особо рады больному легочным туберкулёзом ребёнку. Но Макс был таким чудесным ребёнком, что в голове Бейна вольно проскакивала мысль о том, чтобы усыновить этого мальчика. Мальчишка обожал Алека, буквально не вставал с колен парня. И, кажется, Магнус и Макс тоже успели полюбить друг друга за тот короткий отрезок времени, что они успели поговорить. Но это всё ещё был ребенок, которому нужен был сон. И, лишь когда они с Лайтвудом вышли из палаты Макса, Магнус упал на ближайший маленький диванчик в коридоре. — Мог бы и предупредить. — пробормотал Бейн, закатывая глаза к потолку. — Я сомневался, что ты захотел бы пойти сюда. — тихо отозвался Алек, присаживаясь рядом. — На больных детей всегда тяжело смотреть... — Так значит, ты познакомился с Максом, когда сам лежал в больнице? — спросил Магнус, получая кивок Лайтвуда. — И значит, к нему ты и заходил, когда без причины ездил в больницы? Рассмеявшись, Алек вновь кивнул. — Мне нравится он. — ответил Алек. — И я... Знаешь, я даже не знаю, как это сказать... Я хочу ему помочь, Магнус. Денег у нас полно, а государство уже отказывается лечить его, или везти в Швейцарию или Германию, где ему могли бы помочь. Но он ведь достоин того, чтобы жить дальше! Он ведь... Он ведь толком ничего не успел увидеть... У него даже нет родителей, которые бы смогли помочь ему не отчаиваться. Бейн повернул свою голову к Алеку и несколько минут молча оглядывал парня, сидевшего рядом с ним. Он и без того понимал, что же хочет сказать ему Лайтвуд, но все же решился проговорить эту сумасшедшую идею вслух. — Ты хочешь его усыновить? — утвердительно произнёс Магнус. — Да, — смущаясь, качнул головой Алек, прикрывая свои глаза чёрными вихрями волос, — я не знаю, как ты к этому отнесёшься... И я хотел, чтобы ты сам увидел Макса. Он замечательный, Магнус, и кажется, что мы все втроём... Поладили бы... Александр поднял свой взгляд, полный надежды, на Магнуса. От чего тот лишь еле улыбнулся, понимая, что ответа на предложение руки и сердца Лайтвуд ждал меньше, чем сейчас решения Бейна. Алек точно хотел усыновить Макса и дарить ему ту любовь, что буквально чувствовалась в маленькой комнате палаты. Что ж, этого, кажется, хотел и Магнус... — Я думаю, что это отличная идея, — тихо отозвался Бейн, — я бы тоже хотел, чтобы Макс стал нашим сыном.