Все против троих

Мы идём по камням и пеплу не знаю сколько. У этого места, хотя и есть древняя карта, но от нее немного толку, ведь компас здесь не работает. Тут нет мха, муравейников, солнца и звезд. Здесь, кажется, нет даже неба. Мы не знаем куда идти. Тут всё настолько мертво, что я сама, кажется, умираю. — Мисс Беатриче, куда мы идём? — закричала Махагони. Хранительница архива втянула в себя раздражение и натянуто мягко произнесла: — Махагони, пусть барьер Чинмоку и не пропускает звук, но это не значит, что нужно орать. — Ой. Прости-прости. — С кем приходится работать, — Кантара массажировала свои королевские виски. — Так всё-таки куда мы идём, мисс? — переспросила Зефир. — Тут все настолько мерзкое, что не понятно даже где эпицентр всего этого гадства, — бурчала Шутта. — Мне кажется, что тут даже время тормозит, чуваки. — Так, ладно. Пришло время разделяться. — Разделяться? но мисс, вдруг кому-то встретятся Триады и понадобится помощь… — Значит, попросите поддержки, Санрайс, а если не сможете — насмерть стойте. И не смотрите на меня такими глазами. Жизнь феи — это не бальные танцы, если вы ещё не поняли. — Да, мисс. — Разделимся. Мы с Нори и Ангеликой пойдём туда, где они будут проводить ритуал. Нам нужно чтобы кто-то шёл за нами и прикрывал. — Я доверяю Зефир и Шутте, — сказала Ангелика, — они уже спасали меня.  — Кантару тоже нужно взять, — добавила Нори. — Её магия в бою, где каждая секунда на счету, может быть полезна.  — Что ещё за «может быть»?.. — Остальные поделятся потрое и будут оборонять нас с, эм, боков, — сказала Нори попроще, чтобы точно все поняли. — Я пойду с Каэр и Чинмоку. Вы что хотите делайте, — Тиара буквально вытолкала нас из толпы. — Чейта за внезапная любовь? — Не обольщайся. Я просто буду тебя стебать. — Ой-ой-ой, боюсь-боюсь, — шутила я, хотя мне было невесело. Мне было страшно, но у меня не было выхода, кроме как принять задачу и разделиться. Дело было не в девочках: я считаю их сильными феями. Думаю, они даже сильней меня, просто неизвестность — самый страшный враг. Это Шутта может импровизировать, я ей даже завидую. Она никогда не учит уроки, но может заболтать любого. Да, мы понимаем, что она, иногда, несет откровенную чушь, но её просто невозможно перестать слушать. Шутта так уверенно это делает, что ты сам начинаешь верить. Я никогда не могла так: если я чего-то совсем не знаю, то не смогу ответить. О чём я сейчас думаю… У меня нет права сомневаться. Я не должна бояться. Если я буду бояться, то не смогу помочь Чинмоку и Тиаре. Никому нельзя помочь, если ты сам в себя не веришь. Вдруг воздух стал кислым и колким из ниоткуда послышался звонкий голос: — Вы пришли поиграть? — перед нами стояла высокая девушка с безумно широкой улыбкой. Её волосы имели ядовито-зеленый цвет, а из прически торчали обломанные патлы, — Подумайте: если откажетесь я скорее всего вырву вам лапки, — без сомнения это была Токсик. — Первый-первый! Девочки из второй группы не отвечают! У них проблемы и у нас тоже. — Приём-приём, давайте потом у нас тоже проблема. — Понятно. Конец связи. — Никто больше не придёт? — Токсик была слишком расстроена. — Это не имеет значения. Лучше сразу сдавайся, ведьма. — Но если я сдамся — это будет слишком скучно, Я не хочу «сдавайся»… — Хрустальный гроб! Она уклонилась? В смысле?! Эта ведьма движется настолько быстро и хаотично, что Тиара просто не успела сформировать вокруг клетку. Я даже не могу попасть по ней водяными лезвиями. Попробую затормозить её. — Белая молния! — ХАХАХАХАХ! Щекотно! Хахахах! — она захохотала как сумасшедшая от того, что получила удар током. Может, сила тока была слишком мала? —  Белая молния! Токсик снова засмеялась в голос, будто ей было вовсе не больно: — Почему ей весело? — Хахах, я не чувствую боли, я же сожгла всю свою кожу кислотой! Я теперь ничего не чувствую, хахах, — это не звучит весело. Ни капли не смешно. Черт. — но больше всего меня радует какая ты тупая фея, ахахах! — Звенящее эхо, — Чинмоку — умница. Она использует её громкий смех для звуковой атаки, отражая его. — Тиара, Каэр — черная сфера.  — Поняли, — на самом деле, плазменные сферы — отличная вещь, хотя они слабее многих заклинаний, они служат метками в бою. Их можно легко кастовать не используя голос, поэтому враг, особенно, когда он ржет как лошадь, может её не заметить. — Водяное лезвие — Звенящее эхо — Хрустальный гроб. Попалась! Мы уже обрадовались. Токсик захохотала так, что кровь застыла в жилах, а потом она стала необъяснимо серьезной, будто в её голове щелкнул какой-то тумблер: — Я ненавижу проигрывать, — отравы было так много, что она выливалась оставляя на земле шрамы. — За то, что вы расстроили меня, вы должны извиниться. — Да с чего бы? — С того, что я сейчас вырву твои сережки из твоей головы, вместе с ушами! — Осторожно! — у Токсик была молниеносная скорость. Я не знаю каким чудом я успела оттолкнуть Тиару с курса этой бешенной бабищи. Хотя я знаю: Чинмоку и её камера Обскура. Это жутко. У нас нет и шанса подумать. У меня нет права задуматься о том насколько мне больно от того, что мне больно или страшно, или что меня бесит моя бесполезность. То, что сейчас происходит, не похоже на уроки и близко. Не похоже на Облачную Башню, на Красный Фонтан, на болото, на Хоггар. Ни на что это не похоже. Всё, что я могу это уворачиваться и защищаться… Вдруг Тиара заорала: — В смысле?! Какой «конец связи»? Вы чего там все… Мы же тут умрем… — Тиара, перестань щелкать клювом. Зеркальная гладь, — пока я отражаю ее атаки, но ее кислота разъедает даже кристальные пули, а я не могу создать столько воды, чтобы ослабить концентрацию этой дряни.Тут нет неба, я вообще не чувствую воды, облаков. Я даже не могу призвать дождь. Я не знаю откуда она берет столько токсинов. Неужели кровь этой психички сама является ядом? Если так то в ее крови больше отравы, чем в моей воды, и поэтому она может долго извергать из себя литры желчи. Наша химзащита и так еле успевает регенерировать, если мы пойдем в наступление — нам не победить. — Что? Что такое? — Проблемы? — Они хотят, чтобы мы превели Токсик. Живой. Туда, где сияет луч. — А как мы это сделаем не сказали, да? — Ангелика сказала, что нам нельзя отрубать ей ноги или руки или голову. — Никто не живет без головы… — Хрустальный гроб — Что ты делаешь, тупая фея? Ты заперла себя и своих тлей в кристалл! Хахах! — Мы должны что-то придумать… У нас минута, может, две или пять. — Каэр, что ты делаешь? — Пытаюсь управлять кислотой. — У тебя не очень получается. — Это вообще не похоже на кислотный дождь… — Я бы могла забрать ее голос, но она не использует заклинания. — Лучше забери ее смех. Оглохнуть можно — ржет как лошадь. — Что ты сейчас сказала? — Что сказала? Я много чего сказала. — У тебя появился план? — Да… — Ну так давай быстрее, Чинмоку, иначе мы тут реально умрем. — Но если мы ошибемся, мы умрем ещё быстрее. — Это не обнадеживает, знаешь ли… — Это — «пан или пропал».