Женить на себе Альфу.

Максим всё-таки затащил Джесса на завтрак, несмотря на то, что тот сопротивлялся. — Ну и бука же ты! Джесс решил просто помолчать. Меньше всего ему хотелось сейчас вступать в диалог с человеком, который сделал из него мужчину. — Не игнорь меня, я этого не люблю. Если ты сейчас будешь продолжать меня игнорить и быть обиженным, то я уеду и брошу тебя одного в этой дыре. Согласись, что ты совершенно не знаешь эту местность, где мы с тобой сейчас находимся. Я бы хотел посмотреть на то, как ты будешь выбираться из этого дерьма. Как тебе такая идея? Нравится? Больше всего на свете Джесс ненавидел манипуляторов. К сожалению, Максим был прав только в одном. В том, что эта местность действительно для Джесса была незнакомой. Поэтому парню пришлось вступить в диалог, несмотря на то, что он не хотел в него вступать. — Я тебя не игнорю. Я просто устал. — Интересно… Позволь узнать из-за чего ты устал? — Ночь была тяжелой. — Тяжелой говоришь? — довольно улыбнулся Максим. — Да…-кивнул головой парень и продолжил царапать вилкой пустую тарелку. — Ммм… Ночка была, наоборот, такой офигительной! Давно мне не было так хорошо. Ты оказался неплохим любовником. Какой я у тебя по счёту? 3-4? — Первый. — Врёшь! — Не вру… У меня ещё не было секса и не могло бы быть, если бы я не встретил тебя… — Опа! Ну если это действительно так. И ты говоришь действительно правду, то ты должен мне быть благодарен. А ты, наоборот, сегодня целый день какой-то тухлый. — Я должен быть тебе благодарен? — от обиды Джессу хотелось выть. — Ну да, я вообще-то Бог Секса. Ты кстати ничего, но тебе ещё расти и расти. — Знаешь, что бы я хотелось сделать сейчас с тобой? — Ммм… Ты включил альфу? — хищно улыбнулся Макс. Ему нравилась импровизация парня. Как же ему хотелось взять его прямо сейчас, на столе. Взять и хорошенько так оттрахать, чтобы Джесс сжимал своими тонкими костяшками скатерть и просил не останавливаться, а, наоборот, кричал о том, как ему хорошо с ним, как ему нравится Макса ощущает в себе и потом почувствовать, как белая жидкость стекает по ляжкам. Но увы… Это всего лишь были фантазии Макса. Потому что был такой государственный закон, который запрещал предаваться страсти в общественных и местах и карался не только огромным штрафом, но и лишением свободы сроком до 15 лет.

— Я бы засадил тебя за решетку, написав заявление о том, что ты мне что-то умышленно подсыпал в чай и потом склонил меня к сексу… — Да ты что! Так уж и склонил? — Резко встал Макс и подошёл к Джессу, склонившись к его ухо, прошептал:"А что ты скажешь на то, что ты подмахивал своей задницей прямо в такт к моим движениям и просил не останавливаться? — Да ты всё врешь! Не подмахивал я! Это всё ты! Джесс хотел бы орать во всё горло и доказывать свою правоту, но не мог. Потому что знал, что однополые браки тоже караются законом, но уже более суровым, не таким как занятия любовными утехами в общественных местах. Поэтому Джесс решил пока не поздно закрыть данный конфликт и проглотить свою боль. Другого выхода из ситуации он не видел.