life after death

Лэнс спал как убитый. Обычно это дается ему не так легко, но из-за всех событий, произошедших за последнее время, его истощение вырубает его на солидный промежуток времени без сновидений. На следующее утро он просыпается со следами складок от подушки на щеке, чувствуя тепло, тяжесть и легкость. Со вздохом он скатывается с кровати и идет в ванную, чтобы умыться и почистить зубы. Его отражение в зеркале смотрит на него сонными глазами, а мысли медленно начинают прокручиваться. Он перебирает всю информацию за прошедший день, заново укладывая ее в своей голове, наслаждаясь тем, как мятная зубная паста прогоняет все следы утреннего дыхания изо рта. Это так... нормально. Может быть, впервые с тех пор, как он умер, он не проснулся с надвигающимся чувством страха. Вместо этого ужасного, скручивающего чувства в животе, вместо того, чтобы хотеть зарыться обратно в кокон из одеял на кровати, Лэнс смотрит на себя в зеркало с зубной пастой в уголках рта, и все кажется нормальным. Даже с новой угрозой Лотора, нависшей над замком. Его волосы находятся в странном беспорядке, но мешки под глазами исчезли, и он может спокойно дышать, и все в порядке. Для этого есть очевидные причины. Или, скорее, для этого есть одна вопиюще очевидная причина. Лэнс чувствует себя хрупким, как стекло. На самом деле он чувствует себя хрупким настолько, что одно неверное прикосновение и он разобьется на сотни мелких осколков. Но это не так уж и плохо; он не чувствует, что эти эмоции болезненны, или что их края зазубрены, или имеют тупые лезвия. Они мягче. Что-то такое очень тонкое, что-то теплое. А при воспоминании о прошлой ночи у него бабочки в животе трепещут. Минутная слабость. То, как мягкость овладела Китом, словно в неясном сне. Как Лэнс не нервничал или не был неуверенным в себе, как Кит схватил его за запястье, как оно горело и как была крепка хватка Кита. И то, что он сам протянул руку. Целенаправленно. Ты действительно меня не помнишь? Я спросил об этом только потому, что мне так показалось. Лэнс вцепился в раковину свободной рукой, когда воспоминания нахлынули на него, чувствуя головокружение и нелепость из-за того, что так легко поддался чарам Кита. Этого парня здесь даже нет, а Лэнс чуть не падает от одной мысли о нем. Это безумие, что все, что ему нужно сделать, чтобы чувствовать себя хорошо, это подумать о темных глазах Кита и его легкой улыбке, но... Он привык к этому; привык чувствовать то, что чувствует сейчас, и принимать то, чего никто не понимал. Как бы ни было неприятно иметь два разных взгляда на себя и не иметь возможности понять, что из этого правда, но то что он почувствовал, когда узнал больше о Ките, было тем, что в процессе этого он узнает и о себе тоже. Теперь это его часть, что-то, что принадлежит этому Лэнсу, то, что существует в данный момент - и это должно быть воспоминание, которое он точно не забудет. Кажется диким, что всего неделю назад он вообще не знал, как выглядит Кит. Теперь он так ясно видит его лицо в своем сознании. Все мрачно, бурно и непредсказуемо. Сон покидает его, а жар покалывает кожу, и дрожь предвкушения пробегает по его позвоночнику. Очевидное желание увидеть его снова непреодолимо влечет. С другой стороны, он не уверен, что когда-нибудь сможет к этому привыкнуть. Лэнс быстро заканчивает свои привычные процедуры в ванной и возвращается в спальню, чтобы переодеться. Он быстро причесывает волосы пальцами, по привычке засовывает в карман пустое письмо с именем Кита и торопливо выходит. Он бросает долгий взгляд на дверь Кита, даже делает несколько шагов к ней, прежде чем успокаивает себя и свою нетерпеливость глубоким вздохом, поворачиваясь на пятках, чтобы вместо этого пойти на кухню. Пидж единственная, кто там сидит, сгорбившись над компьютером с миской и запихивая еду в рот, ищет что-то на экране. Лэнс ненадолго останавливается в дверях, прежде чем она успевает заметить его. Он надеется, что общение с ней не испортит ему хорошее настроение. Кажется, они никогда не сходятся во взглядах, и это может накалить обстановку, а он действительно не хочет сегодня с этим разбираться. «Привет, Пидж», - неуверенно здоровается он, привлекая ее внимание. Она вскидывает голову и проглатывает кусочек завтрака. «Лэнс! Привет!». Она улыбается, и его настороженность исчезает. «Я как раз собиралась тебя искать». Он заходит на кухню и направляется прямиком к холодильнику. «Меня? Зачем?». Она поправляет очки. «За несколько дней до того, как ты потерял память, часть базы данных замка была стерта из-за сбоя. К счастью, это были в основном не особо нужные вещи, файлы, включая множество наших записей с камер наблюдения и тому подобное. Я не хотела поднимать эту тему, потому что... ну, они исчезли, и я не хотела тебя расстраивать. Никто из нас не думал, что это что-то изменит, и я не смогла восстановить то, что мы потеряли». Лэнс замирает и поворачивается, чтобы посмотреть на нее, желание есть тут же пропадает. Записи с камер наблюдения? Они хранили видеозаписи того, что происходило в замке? Его желудок скручивается, сердце болезненно сжимается, когда его сотрясает дрожь. Он как можно незаметнее прислоняется к холодильнику, уставившись на нее широко раскрытыми глазами. «Что... о чем ты говоришь, Пидж?» Она опирается локтем на стойку и улыбается, кладя щеку на руку для опоры и отодвигая миску. «Вчера вечером, просматривая кое-что еще, я нашла несколько наших старых видеозаписей, спрятанных в каком-то очень странном файле. Там есть парочка про тебя. Хочешь посмотреть на них?». И его поражает этот удар прямо в голову, даже когда эта информация выбивает из него дыхание, его разум кричит до полного оглушения, прежде чем остановиться и понять, что она спрашивает о том, что он хотел бы сделать относительно своих воспоминаний. Для него это впервые, он впервые меняет подход, хоть он и опосредован, но это побуждает его ответить серьезно, и его голос хрипит. «Я... вау, правда?». Он слегка качает головой, моргая от шока. «Да. Да, я... я бы хотел». Пидж счастливо улыбается ему. «Отлично! Я отправлю файлы на твой планшет, и ты сможешь посмотреть их, когда будешь готов». Лэнс кивает и отворачивается от нее, когда она наклоняет голову и начинает тыкать по клавиатуре на своем ноутбуке. Через несколько секунд он чувствует, как силы возвращаются к его ногам, и хотя он больше не голоден, он открывает холодильник и ищет остатки еды, чтобы взять их на потом. Его мысли остановились на этой новой находке, так небрежно оброненной в утреннем разговоре, что Лэнс задается вопросом, не спит ли он. Несмотря на то, что он закрыл книгу надежды (надежды вернуть свои воспоминания), ему никогда не приходило в голову, что он сможет увидеть часть своей жизни, которую он не помнит. Никто раньше не упоминал о видео, и Лэнс не хотел спрашивать, боясь ответа. Он даже не знает, стоит ли ему смотреть. Он так привык к своему новому статусу-кво, но... но в них могло быть что-то о его семье. Его семье, которую он любил и по которой скучал, и которую он отчаянно хочет узнать снова. Может быть, тогда чувство вины, что душит его, не будет таким сильным или всепоглощающим. Разве это было бы не здорово? Подумать о семье, которую он не может вспомнить, и не чувствовать себя виноватым в том, что он их забыл? Или... Или... или, может быть, эти видео рассказывают о его отношениях с Китом. Видеозапись, вероятно, не была слишком личной, Лэнс точно знает, что человек, которым он был до смерти, был очень скрытным по отношению к своим истинным чувствам и многим вещам, но что-то все же могло быть. Линия ответвления. Проходящий мимо комментарий. Как он может упустить такой шанс? «Пора идти», - объявляет Пидж, выводя его из оцепенения. Он быстро хватает первое, что видит на полке, закрывает холодильник и снова поворачивается к ней лицом. Очевидно, что он был застигнут врасплох оценивающим взглядом на ее лице, но она почти сразу же смягчается и меняет тему. «В любом случае, хорошо, что ты встал. Широ сказал что-то насчет того, чтобы связаться "клинком" и доложить им о скором прибытии, так что нам, вероятно, следует спуститься на летную палубу». Он кивает, все еще чертовски рассеянно. «Спасибо и... э-э... да. Наверное, стоит». Она захлопывает ноутбук и спрыгивает с табурета, ее взгляд скользит по его рукам. «Может, ты хочешь съесть что-нибудь еще». Он смотрит вниз и видит кусок масла, аккуратно завернутый в вощеную бумагу, зажатый в руке, и чувствует, как горячий румянец смущения ползет по его шее. «И правда». Он неловко поворачивается и кладет масло обратно в холодильник, вместо этого вытаскивая какой-то розовый инопланетный фрукт. Он одаривает ее небольшой улыбкой и впивается в него зубами, едва ощущая приторную сладость. Вместе с Пидж они идут на летную палубу, и Лэнс понимает, что должен слушать ее, пока она о чем-то рассказывает, но его отвлекает мысль о видеозаписях. И он действительно не хочет думать об этом прямо сейчас, потому что по какой-то причине мысль о них заставляет его нервничать. Его разум грозит переключиться на Кита, как обычно, но он знает, что это вызовет иррациональные мысли. Он сделает какую-нибудь глупость, например, оторвется от Пидж и пойдет обратно в общежитие, чтобы найти его. Поэтому он переключается на другую тему, которая не вызывает у него беспокойства или импульсивности. «Ты видела Аллуру?» - спрашивает Лэнс, продолжая разговор за едой. Пидж вздыхает, слегка пожимая плечами, когда они поворачивают за угол в конце коридора. «Нет, но Ханк недавно приносил ей завтрак, и когда я спросила, он сказал, что она ведет себя как обычно. Не знаю, хорошо это или плохо». Лэнс торжественно кивает, в основном самому себе. С одной стороны, то, что сделал Лотор, отвратительно, и он не заслуживает места в мыслях Аллуры. С другой стороны, все на корабле видели, как она была счастлива с ним. Как легко она держалась на ногах, как легко улыбалась. Притворяться, что ее это не трогает, должно означать, что ей больно куда больше, чем они ожидали. И пусть Ланс не был так уж близок с принцессой, но когда он потерял память, когда он умер, она винила себя. И думала, что Лэнс тоже винит и ненавидит ее за это. Она избегала его целых две недели, настолько уверенная, что он не хочет быть рядом с ней, прежде чем они наконец смогли поговорить об этом. Так что он знает, без тени сомнения, что даже под тяжестью более личного предательства она винит себя за то, что впустила Лотора. Эта мысль заставляет Ланса нахмуриться; он хотел бы знать, что может сделать, чтобы помочь ей, но он так же беспомощен, как и остальные члены команды, и он вдвойне невежественен, потому что он все еще не знает ее так хорошо, как они. «Я уверена, что с ней все будет в порядке», - говорит Пидж, прерывая ход его мыслей. «Она проснулась через десять тысяч лет после смерти своего народа, чтобы вести войну, не колеблясь. Я уверена, что это пустяк по сравнению с этим». Лэнс не совсем понимает, что это такое, но все равно хмурится. Даже если Аллура пережила нечто гораздо худшее, чем двуличие Лотора, это не делает предательство менее болезненным. «Возможно... но я не думаю, что от этого ей станет легче». Они все полагаются на ее силу, но... Лэнсу это кажется несправедливым. Потому что он это понимает. Разрушение абсолютной веры и потеря памяти - это две совершенно разные вещи, но если то, что говорит Пидж, совпадает с тем, во что верят все остальные на этом корабле, то Лэнс понимает. Он знает, что Аллура сейчас не чувствует себя храброй или сильной, независимо от того, насколько обычно она ведет себя по словам Ханка. Он знает, что она, вероятно, огорчена и расстроена, и чувствует себя одиноко, и, что хуже всего, она все еще винит себя. По крайней мере, у Лэнса есть Кит. Какие бы странные отношения ни были между ними, Кит - это единственное, в чем Лэнс уверен. Во всей этой ерунде и хреновом дерьме, которое влечет за собой вся эта “защита Вселенной”, Кит - ответ на все это. Причина для почему и как, причина для всего. Он понял это в ту же секунду, как увидел на видеоэкране Кита, появившегося на летной палубе. Способность Лэнса нормально функционировать в последние несколько дней была связана с тем, что его не так сильно швыряло в море неопределенности. С возвращением Кита разрыв, который он чувствовал с остальной частью команды, стал не таким резким. При мысли о Ките его кожа начинает гореть, а сердце становится ласковым. С воспоминаниями или без них, он знает, что наконец-то начинает исцеляться от всего пережитого. У Аллуры нет Кита, и предательство все еще так свежо, что, вероятно, ужасно больно. И даже если где-то в глубине души она знает, что команда здесь рядом с ней, она заслуживает того, чтобы кто-то сказал это вслух. Она заслуживает того, чтобы знать, что она не должна быть сильной все время, и что ей нужно время, чтобы прийти в себя. Лэнс... он не хочет, чтобы она чувствовала то же самое, что он чувствовал те два месяца, когда думал, что Кит мертв. Потому что формально Лотор для нее так же? Мертв? «Я просто рассуждаю логически», - немного оправдываясь, говорит Пидж, бросая на него косой взгляд. «Это займет время, но мы будем рядом. Она переживет это». «Да», - на этот раз соглашается Лэнс. «Да».

***

Неудивительно, что после встречи с Коливаном и остальными членами команды Кит и Кролия были выбраны теми, кто отвезет исцеленных членов "клинка Марморы" обратно на свою родную базу. Лэнс занят тем, что помогает Ханку бегло осмотреть алтеанскую капсулу, которую они будут использовать для полета, стараясь не позволять своим мыслям блуждать в негативных мыслях и тревогах. Он отчаянно хочет пойти с Китом, но знает, что это слишком. Это подтвержденная миссия без опасностей, и Кит должен вернуться, потому что он оставляет своего волка. И он также... он сказал Лэнсу, что они смогут поговорить, не так ли? Это не избавляет его от беспокойства, потому что что-то всегда может пойти не так, но есть что-то такое... такое удивительно придающее уверенности. Он засовывает одну из своих трясущихся рук в карман и сжимает письмо, делая глубокий вздох, наблюдая, как Кролия, Аллура и Широ разговаривают возле капсулы, Кит стоит рядом с его матерью в темном костюме марморы, в котором он так хорошо выглядит. Ханк и Коран уже попрощались, у них были еще другие обязанности, а Пидж стояла рядом с Широ, выглядя немного рассеянной, но тем не менее участвуя в разговоре с одним из членов клинка. Она, вероятно, рассказывает ему о каком-то обновлении или о чем-то еще, что она установила в капсуле, пока они все отдыхали прошлой ночью, и мысль о том, что она достаточно сильно беспокоилась о них, чтобы сделать это, заставляет Лэнса чувствовать себя немного лучше. Его сердце немного подпрыгивает в груди, когда взгляд Кита переходит от Широ к нему, стоящему в нескольких футах с волком, сидящим рядом с ним, прислонившись к нему половиной своего тяжелого тела. Лэнс запускает пальцы в волчий мех, посылая Киту неуверенную улыбку, прежде чем поднять руку и слегка помахать. Кит хмурит брови, а потом быстро обнимает Широ, похлопывает по плечу и направляется к Лэнсу. Его бледная кожа так красиво контрастирует с костюмом, что Лэнс чувствует, как ему становится все труднее дышать, когда он подходит ближе, и это совершенно не справедливо. Это должно было быть легко не... о боже. Мыслей о Ките этим утром в ванной было достаточно, чтобы заставить Лэнса колебаться, но нет абсолютно никаких причин, почему вид одетого Кита в темную броню с таким напряженным взглядом на лице не должен был прикончить его. «Привет», - поздоровался Лэнс, когда Кит подходит к нему немного ближе. «Как лодыжка?». Кит останавливается в нескольких футах перед ним, даже не прихрамывая. «Болит, но я справлюсь. Ты в порядке?». Резкая смена темы сбивает Лэнса с толку. «Что? Чувак, я в полном порядке. Почему спросил?». Острый взгляд Кита внезапно образует комок в горле Лэнса, и он делает все возможное, чтобы сохранить беспечность, наклоняясь и снова гладя волка. «Ты выглядел чем-то расстроенным». Кит хмурится. О боже. Лэнсу действительно нужно работать над собой, и не показывать свои чувства на лице каждый раз, когда Кит смотрит на него. Он отводит взгляд, чтобы сохранить самообладание . «Я... я в порядке, правда. Я просто... не обращай внимания. Это глупо». «Лэнс». Кит делает шаг ближе. «Скажи мне». Лэнс краснеет, а его сердце начинает падать в обморок. «Ничего особенного». «Даже если ты действительно так расстроен». «Я не настолько расстроен», - бормочет он, а затем переводит взгляд на Кита, во рту пересыхает, а кожа становится горячей, когда он видит мягкое выражение на его лице. Его сердце подпрыгивает на ступеньку выше, барабаня в груди, и слова вырываются из него без его собственного согласия. «Просто... мне тяжело смотреть, как ты уходишь». Наклон бровей Кита стал менее суровым, напряженная линия плеч опустилась. «Я вернусь», - говорит он. «Я знаю», - говорит ему Лэнс, его лицо пылает, зная, что теперь пути назад нет. С таким же успехом он мог бы выложить все. «Но от этого не легче». «Лэнс». Кит со вздохом произносит его имя, и то, как он его произносит, звучит так знакомо на его языке. У Лэнса подкашиваются колени, голова кружится. Единственное, в чем он уверен, что в данный момент все это настоящее и реально, и это его сердце, колотящееся как бешеное от того, как Кит смотрит на него прямо сейчас. «Ты же на днях летал на пост. Ты же знаешь, что это безопасно, тебе не о чем беспокоиться». «Я знаю, - говорит Лэнс, - но я не могу... не могу...» «Кит, нам пора», - говорит Кролия достаточно громко, чтобы ее голос эхом разнесся по ангару. «Уже иду», - отвечает Кит, не отводя глаз. Они остаются на Лэнсе, не дрогнув, изучая выражение его темных глаз. Что-то в его пристальном взгляде заставляет Лэнса вздрогнуть. «Сегодня вечером, когда я вернусь. Мы поговорим, хорошо?». И по какой-то причине это заставляет его чувствовать себя немного лучше. Он знает, что надежда на его лице очевидна, и с тем, как Кит смотрит на него, он действительно не хочет скрывать это. «Да? Ты... ты не устанешь?». Кит качает головой. «Это не имеет значения. Я тоже хочу с тобой поговорить». Лэнс, блядь, к этому не готов. Ясная уверенность в интонации голоса Кита, присутствующая почти во всех их взаимодействиях до сих пор, на самом деле просто отключает каждую функционирующую мысль в мозгу Лэнса. Он обнаруживает, что наклоняется к волку для поддержки, его кожа горит, а живот переворачивается и трепещет. «Кит!» - снова зовет Кролия, и в ее голосе сквозь биение собственного сердца слышится легкое раздражение. Кит протягивает руку, чтобы погладить своего волка, который стучит хвостом сидя смирно, а затем начинает отступать назад, все еще глядя на Лэнса. «Увидимся вечером». Лэнс пока еще присутствовал в этой вселенной настолько, чтобы смочь кивнуть ему. «Хорошо» - говорит он, и его голос срывается. Было бы неловко, если бы кто-то еще услышал, но он столько раз терял самообладание перед Китом, что это его больше не беспокоит. Он наблюдает, как Кит поворачивается и идет обратно к капсуле, забираясь в кресло пилота рядом с Кролией. Он смутно осознает, что Широ выводит его и Пидж из ангара, волк следует за ним по пятам, но ему требуется всего мгновение, чтобы отвлечься от разговора с Китом. «Это было интересно», - говорит Пидж, когда они оказываются в коридоре и двери за ними закрываются. Это очень быстро возвращает Лэнса обратно. «А?». «А я то думала, что вся эта странная напряженность между вами, ребята, только из-за того, что вы снова ссоритесь, но это определенно не ссора». Горячий румянец обрушивается на Лэнса, как волна. Он напрягается, мгновенно раздражаясь. «Тебе никогда не приходило в голову, что в наших отношениях было нечто большее, чем просто ссора? Неужели так трудно поверить, что мы тоже были друзьями?» - спрашивает он, понимая, что перестарался с защитой, но он был не в силах сдержать драматический тон своего голоса. «Мы были заперты в гигантском парящем замке в космосе в течение двух лет вместе, и ты думаешь, что все, что мы делали, это ссорились? У тебя отличные мозги, Пидж. Попробуй использовать их». Ее брови удивленно взлетают вверх, и Широ, после минутного напряженного молчания, неожиданно смеется. Звук рассеивает внезапное напряжение в комнате, и некоторое смущение Лэнса спадает, успокаивая его раздражение, несмотря на общее беспокойство вокруг Широ. Пидж продолжает пялиться на Лэнса, и только когда Широ хлопает их обоих по плечам со словами: «Ну же, вы двое, у нас еще есть дела», - она выходит из себя. «Не могу поверить, что ты только что оскорбил мою логику, и я не обижаюсь на это», - говорит она. «Ты меня даже не помнишь». Лэнс фыркает. «Мне не нужно было вспоминать о тебе, чтобы подружиться». Она замолкает, и Лэнс знает, что это потому, что она ненавидит, когда ошибается.

***

Он проводит день, занимаясь различными делами, а волк Кита неотступно следует за ним по пятам. Прошло много времени с тех пор, как они убирались в замке, поэтому Коран составляет график дел, которые должны быть сделаны до обеда, пока все не подошли к нему. Аллура остается серьезной и тихой, когда они разбиваются на группы, чтобы выполнить все задачи графика, но прежде чем он покидает комнату, Лэнс слышит, как она жалуется Широ на то, что сидит без дела, в то время как Лотор там продолжает эксперименты над сотнями алтеанцев. Он быстро закрывается от этого; поскольку Кит сейчас находится в космосе, угроза Лотора - последнее, о чем он хочет думать. Поэтому он выталкивает эти мысли из головы и направляется в медотсек, чтобы вымыть исцеляющие капсулы с волком Кита в качестве своей компании. Пару часов спустя, волк сидит и наблюдает за ним из угла кухни после ланча, пока Лэнс и Ханк работают. Ханк прерывает молчание тяжелым вздохом, словно его охватил особенно сильный приступ разочарования. «Ладно, у меня вопрос: как ты думаешь, почему Кит до сих пор не дал имя своей собаке», - торопливо спрашивает он. Лэнс слегка вздрагивает от неожиданного разговора, но продолжает тереть тряпкой пятно на стойке. «Он ждет, когда волк назовет ему свое имя». Он слегка смеется. «Это немного странно, не так ли?». «Это странно!» - соглашается Ханк. «Ему нужно имя! Я не могу продолжать называть его "Волк" или как-то еще». Лэнс смеется над этим еще немного. Он знает, что Кит не назвал его нарочно, но забавно думать, что Кита здесь нет даже для того, чтобы защитить свой собственный выбор. Двигаясь к пятну на раковине, Лэнс напевает. «У тебя есть на примете какие-нибудь имена?» Какое-то время они ходят взад-вперед, коротая время, Ханк выкидывает имена, которые становятся все глупее и дальше от области того, что Кит, вероятно, выбрал бы для своего волка. Лэнс смеялся больше, чем когда-либо на его памяти, и к тому времени, когда кухня становится безупречно чистой, и они оба дают волку достаточно любви и внимания, в его груди появляется тепло и легкость, которые он не ожидал почувствовать рядом с Ханком. Это то, как было раньше? Тусоваться с Ханком и быть лучшими братанами или что-то в этом роде? Это очень мило. Ханк хороший. Лэнс чувствует волну благодарности к парню, которая чуть ли не сбивает его с ног. «Да ладно, ни за что! Это ужасно», - смеется Лэнс, прислонившись спиной к стене и медленно проводя пальцами по голове волка, лежащего у него на коленях. Он не скажет этого вслух, но он очень гордится тем, что волк любит его и не отходил от него весь день. Он также не скажет, что чувствует себя так, будто Кит все еще с ним, что его присутствие помогло облегчить беспокойство Лэнса. «Что... что насчет того, что ты сказал раньше? Космо? Мне это даже понравилось». Ханк усмехается. «Мне тоже. Что думаешь, приятель?». Воркует он с волком и чешет ему спину. «Тебе нравится Космо?». Честно говоря, волк, вероятно, радостно стучит хвостом только при звуке его голоса, но этого достаточно, чтобы завоевать их обоих. «Это Космо», - объявляет Ханк, похлопывая. Это Космо.

***

Лэнс старается ни о чем не думать остаток дня. Поздно вечером, после ужина и душа, ему приходит в голову, что мог бы посмотреть те видео, которые Пидж прислала ему утром на планшет, чтобы не думать о Ките, но как только он садится на кровать, начинает сомневаться. Он не знает почему. Отчасти, наверное, потому, что он понятия не имеет, что найдет, и он так привык к тому, как обстоят дела сейчас. Что, если один из этих дурацких видео изменит все, что о чем он думал, что знал? После нескольких месяцев борьбы за баланс, после прошедшей недели, когда он наконец твердо встал на ноги, он боится, что все снова перевернется. Ему... черт, ему было трудно добиться этого, но он, наконец, начинает чувствовать себя лучше и понимать о том, где он и кто он. Даже с небольшой дозой вины. Итак, после десяти минут разглядывания пустого экрана планшета, Лэнс кладет его в карман и выходит из своей комнаты, Космо следует за ним. Он думает о том, чтобы навестить Реда, потому что лев - это источник спокойствия и комфорта. Может быть, он найдет в себе мужество посмотреть эти видеозаписи в кабине пилота; Этот план также хорош, как и любой другой. Он готов на все, лишь бы чем-то занять свой ум. Направляясь к львиному ангару, он проходит по коридору, ведущему на тренировочную палубу, и останавливается, когда слышит звук разрываемых дронов по другую сторону двери. Любопытство раздирает его, потому что он знает, что никто не использует эту тренировочную комнату в нерабочее время. Он бросает взгляд на Космо, на который волк отвечает ему тем же, и снова поворачивается к двери. Все мысли о планшете исчезают, когда он прижимает руку к сенсору на двери. Дверь бесшумно открывается, и появляется Аллура, стоящая над дроном с посохом, воткнутым в его шею, задыхаясь от напряжения. Лэнс чувствует, что он вторгается туда, куда не должен, несмотря на то, что палуба является общественным местом. Она стоит спиной к двери, и он видит, как напряжены ее плечи, и хотя она, вероятно, хочет, чтобы ее оставили в покое, он не может не думать о том, как ей больно и как он понимает ее. «Аллура?». Он старается говорить тише, чтобы не напугать ее. Она все же подпрыгивает, оглядываясь вокруг с беспокойством в глазах, пока не узнает Лэнса, стоящего там с Космо прямо в дверном проеме. «О, привет, Лэнс», - отвечает она через мгновение. «Могу я тебе чем-то помочь?». Он хмурит брови и засовывает руки в карманы, медленно пересекая комнату, чтобы встать рядом с ней. «Нет... я как раз собирался навестить Реда. Ты... ты в порядке?». Она отмахивается от него, взмахнув рукой, и разворачивается, чтобы выдернуть посох из шеи дрона. «Я в порядке. Иди к Реду. Важность связи со своим львом - это...». «Ты можешь быть честна», - говорит он, прерывая ее. Она не смотрит на него и крепче сжимает в руках оружие. «Не понимаю, о чем ты». Он останавливается только тогда, когда оказывается достаточно близко, чтобы забрать посох из ее рук. Отсюда он может видеть, как они дрожат, хотя она пытается подавить это, сжимая их в крепкие кулаки. «Тебе не нужно притворяться рядом с нами. Мы здесь ради тебя». Когда она отвечает, ее голос лишен эмоций. «Как ты можешь смотреть на меня, зная, что я сделала? Что я позволила сделать Лотору?». Он опускает посох на землю, хмурясь, и расстроенный тем, что она винит себя, как он ранее и предполагал. «Это не твоя вина. Он обманул всех нас. Если ты хочешь взять на себя вину за это, то мы тоже виноваты». Она невесело усмехается. «Только не ты», - говорит она с горечью, которая, как он понимает, направлена не на него. «Он тебе совсем не нравился». Лэнс не знает, как это сделать. Может быть, человек, которым он был раньше, был лучше в этих утешительных вещах, потому что он понятия не имеет, что делать или что говорить. Следуя своим инстинктам, он протягивает руку и осторожно, нежно касается ее плеча, боясь спугнуть. «Я никому не доверял», - говорит он. «Иногда я даже не доверял команде». Она не двигается. «Аллура, я не могу сказать наверняка, что знаю, через что ты проходишь, но я знаю, что ты злишься на себя и чувствуешь себя виноватой. С тех пор как я умер, я часто чувствовал себя так, но становилось легче, когда было за что держаться. Позволь нам помочь тебе». Он чувствует дрожь под рукой, что передается ему от нее. «Я просто не знаю, что делать», - наконец, она снова смотрит на него со слезами на глазах, и его сердце начинает болеть от тяжелых эмоций на ее лице. «Не могу поверить, что я так сыграла ему на руку. Технологии, которыми он владеет сейчас, благодаря мне...». Лэнс обнимает ее и чувствует, как она расслабляется. Кроме той ночи, когда Кит вернулся и он плакал у него в объятьях, это второй физический контакт, который у него был с кем-либо после его смерти. Это приятно, но он хотел бы, чтобы это произошло бы при лучших обстоятельствах. «Мы что-нибудь придумаем. Все будет нормально». Она кивает ему в плечо. «Ты заставляешь всех нас волноваться, знаешь ли», - бормочет он, нежно кладя руки ей на спину. «Прости», - говорит она тихо, мягко, и конец ее слов немного обрывается. Некоторое время она крепко обнимает его, и Лэнс надеется, что теперь она чувствует себя немного лучше. Когда Аллура, наконец, отстраняется, то быстро вытирает глаза тыльной стороной запястья, как будто не хочет, чтобы он видел ее плачущую. Он сочувственно улыбается ей, убирая руки с ее талии. «Спасибо, что была честна со мной», - говорит он. «Боюсь, это я должна благодарить тебя», - тихо отвечает она, ее глаза широко раскрыты и влажные. «Я не позволю простить себя за то, что я сделала, но полагаю, что это единственный способ выйти из всей этой неразберихи». Он кивает. «Да, похоже на то». «Что тебе помогло?» - спрашивает она, и Лэнс в замешательстве морщит брови. «Что ты имеешь в виду?». «Ты сказал, что становилось легче, когда было за что держаться», - уточняет она. «Что тебе помогло?». Он знает, что она, вероятно, спрашивает для себя, чтобы сравнить это с тем, что она может использовать, чтобы облегчить бремя своей вины, которая не полностью ее вина, но это такой личный вопрос, и он все еще не знает, как поделиться этой частью его, частью, которая любит Кита, с кем-либо еще. На самом деле он не хочет, по крайней мере, пока Кит не узнает. «Просто... э-э... ну, команда», - неопределенно и взволнованно говорит он, явно застигнутый врасплох. Она смотрит на него своими кристально-голубыми глазами, слезы, наконец-то, высыхают, лунные волосы нежно обрамляют ее лицо. Он помнит, как впервые увидел ее, проснувшись в красном льве, и даже сейчас он до сих пор поражен ее красотой, хотя она хмурится и смотрит сквозь его ложь. «Понятно», - говорит она тихо и медленно. Он слегка улыбается ей. «Да, это... это все, что нужно, на самом деле». Он может предсказать, что она собирается сказать что-то еще, но дверь в тренировочную палубу открывается, и тогда Космо, который был неподвижен и молчалив почти с тех пор, как они вошли в комнату, резко тявкает. Лэнс быстро оборачивается, лелея надежду, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Космо телепортируется со своего места рядом с Лэнсом прямо перед Китом, который стоит в дверном проеме. Он выглядит потрепанным и уставшим, и таким потрясающим в своих доспехах, таким темным и красивым, а еще загадочным, но его выражение смягчается и становится более нейтральным, когда он наклоняется, чтобы уделить Космо немного внимания, прежде чем переложить сумку на спину. Сердце Лэнса вздыхает с облегчением, и, наконец, он обретает голос, когда Кит действительно входит в комнату. «Ты вернулся», - говорит Лэнс, счастье клокочет в его голосе, сопротивляясь желанию уподобиться волку и броситься через всю комнату, чтобы быть ближе к нему. Желание снова увидеть Кита сильнее, чем он ожидал, и его желудок трепещет, когда он вспоминает, что сказал Кит перед уходом. «Я просто возвращал кое-что из дополнительного оружия, которое мы брали с собой», - объясняет он. «Мне жаль, если я вам помешал». Аллура улыбается. «Нет, я думаю, мы закончили здесь, не так ли, Лэнс?» Она кротко касается его плеча. «Спасибо еще раз. Наверное, мне стоит помыться и лечь спать». Лэнс кивает в знак согласия и лишь бросает на нее короткий взгляд, все еще полностью увлеченный Китом, который направляется к шкафу, где хранится все запасное оружие, очень очевидно избегая зрительного контакта и целеустремленно шагая. Аллура отворачивается и начинает собирать свои вещи, завершая тренировку голосовой командой, а затем направляется к двери и быстро уходит. Космо радостно следует за Китом, виляя хвостом, и Лэнс позволяет себе улыбнуться, когда он покидает свое место в центре комнаты и приближается к ним обоим. «Как прошла поездка?» - спрашивает он непринужденно, засовывая руки обратно в карманы. Его сердце подпрыгивает без всякой причины, когда он чувствует письмо, гладкое и потертое под кончиками пальцев. Кит не смотрит на него, разгружая сумку и расставляя оружие по своим законным местам. «Хорошо», - коротко отвечает он. Здесь что-то не так, и Лэнс не знает, что именно. Может быть миссия была плохой? Он попал в беду из-за чего-то, или может быть... это из-за погибшего члена клинка? Волнение, гудящее в его венах, притупляется, и он чувствует себя расстроенным из-за того, что не может понять, что делает Кита таким странным. «Ты в порядке?» - спрашивает он. «Что-то случилось?». Кит отвечает не сразу. Фактически, он не отвечает до тех пор, пока не убирает все на место, и поворачивается лицом к Лэнсу, который неловко стоит там, чувствуя себя все более и более неловко с каждой секундой. «Нет», - говорит Кит и затем тяжело вздыхает. «Извини, нет». Он смотрит из-под челки своих темных волос почти виновато. «Все в порядке». Не в силах ничего с собой поделать, Лэнс протягивает руку и касается запястья Кита, изучая его непроницаемое выражение лица, а слова льются из него с нарастающим трепетом. «Ты уверен? Тебе нужно поспать? Твоя лодыжка болит? Кит, если ты устал или что-то в этом роде, то я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным, я имею в виду, мы можем поговорить позже, если...». «Лэнс». Лэнс прерывается, и у него перехватывает дыхание, когда Кит улыбается ему, и темнота на его лице полностью растворяется, заменяясь нежным взглядом, который творит с его сердцем злые дела. «Я хочу поговорить. Все в порядке. Но давай я сначала переоденусь и приведу себя в порядок, ладно?». Лэнс нетерпеливо кивает, убирая руку с грубой ткани, покрывающей запястья Кита. «Хорошо», - мягко отвечает он. «Я не… ты действительно не передумал? Я знаю...» «Лэнс, - невыносимо смягчается голос Кита, - я не передумал». «Хорошо». Лэнс снова кивает. «Хорошо... хорошо». «Встретимся в твоей комнате?». Кит начинает идти обратно к двери, и Лэнс некой легкостью идет рядом с ним, отчаянно пытаясь не отставать. «Я... ну, я хотел навестить Реда сегодня вечером», - говорит Лэнс, смотря в пол у своих ног. «Я... честно говоря, я провел в Реде больше времени, чем в своей комнате с тех пор как...» Он сглатывает, вспоминая реакцию Кита на его смерть, и решает замять слова. «Ничего страшного?». Они вместе выходят из комнаты, и дверь за ними тихо закрывается. «Звучит здорово, Лэнс», - говорит Кит, и чем больше они говорят, тем более искренним и открытым Кит позволяет себе быть. Лэнс не знает, сможет ли он пережить этот разговор, если Кит будет с ним так мягок. «Я скоро буду». Лэнс стоит в коридоре, а Кит отворачивается с легкой улыбкой, чтобы вернуться в свою комнату и переодеться. Как бы глупо и нелепо это ни было, но Лэнс застывает на месте, пока не видит, как широкие плечи Кита исчезают за углом в конце коридора, а Космо следует за ним. Тогда, и только тогда Лэнс смог вздохнуть, но его колени продолжали дрожать. Он теребит письмо в кармане и похлопывает по квадрату планшета в другом, а затем медленно поворачивается и направляется к ангару Реда.