Не та Дверь

Гарри Поттер многое бы отдал, чтобы самым большим треволнением в конце учебного года для него были экзамены. Даже такие важные как СОВ (Супер-Отменное Волшебство), от которых напрямую зависело будущее любого юного мага и волшебницы… Любого, но не Гарри Поттера, будущее которого грозило оборваться в конце каждого учебного года, начиная с первого курса. То, что он дожил до пятого курса уже было большой удачей. Только на третьем курсе Волдеморт не пытался его убить, но и в тот год в Хогвартсе было столько дементоров, что, пожалуй, один-единственный полудохлый Темный Лорд был даже как-то предпочтительней. Впрочем, сейчас ситуация круто поменялось, его враг обрел тело, пусть и уродское, но Волдеморт же не за титул мистера Очарования собрался бороться… Так что шансы Гарри выжить на этот раз существенно понизились. Однако Поттер об этом не думал. Он вообще особо не думал, срываясь в министерство спасать крестного и увлекая за собой друзей. О да, на этот раз он был не один… В прошлый раз Гарри был вместе Седриком, так вот аналогия напрашивалась не хорошая. Отряд Дамблдора, точнее его костяк, рисковал сгинуть в своей первой же серьезной вылазке. Ответственность за жизни друзей давила, но страх потерять Сириуса пересилил и это, и здравый смысл в лице Гермионы. Очевидно было, что одного его к Пожирателям и, возможно, самому Волдеморту не пустят, а не идти Гарри не мог. Эффект неожиданности — вот и всё, что было у кучки недоучек-подростков, по крайней мере, Поттер на это надеялся. Как и на то, что за годы привольной жизни Пожиратели заплыли жирком, а те, что сидели в Азкабане, растеряли последние мозги. Впрочем, они могли быть опасны и без мозгов… И со слоем жира, чего уж тут. Но Гарри об этом не думал, он слишком боялся не успеть. Пока он тратил время в Хогвартсе, скрываясь от Амбридж и её прилипал, Сириуса пытали эти твари… А что, если он сойдет с ума, как родители Невилла? При этой мысли Поттеру поплохело. Нет, он должен был успеть. Гоня прочь мрачные мысли, Гарри судорожно искал нужную дверь… Он видел её во снах сотни раз, но сейчас… Мерлин, они все казались одинаковыми! Большая часть, из тех куда ломился Поттер, были заперты и на Алахомору не реагировали, но вот удача — одна поддалась… И не просто поддалась! Стоявшая к нему ближе всех Гермиона и ахнуть не успела, не то, что ухватить, как Гарри куда-то затянуло… Определенно, ему стоило сменить прозвище на мальчик-который-постоянно-куда-то-влипает. Впрочем, пока Гарри только падал… Падал в каком-то неясном водовороте красок, состоящем из россыпи звёзд и темных дыр и напоминавшем самые бредовые фантазии магловских сценаристов о космосе. Однако закончилось всё едва ли не также быстро, как и началось. Просто в какой-то момент несущий его поток решил остановиться и выплюнуть Поттера через какой-то разрез в ткани (уж не мироздания ли?) к свету. О да, там, по крайней мере, было светло. И посадку нельзя назвать жесткой, ведь приземлился Гарри на что-то мягкое и, как оказалось, живое. Будучи воспитанным мальчиком, Поттер сперва ойкнул: «Извините», а уже потом, приняв вертикальное положение, огляделся по сторонам. От увиденного захотелось снять очки и протереть. И если картинка не исправится сделать это ещё и ещё. Потому что забросило Поттера куда-то очень далеко от Сириуса Блэка. Первой мыслью было то, что за дверью был какой-то газ, вызывающий галлюцинации. А что? Отдел Тайн на то и спрятан, а Невыразимцы вполне, возможно, те ещё психи, которые пекутся о безопасности, вверенных им вещиц… Вот и наставили ловушки для дурачков вроде него. Поэтому Гарри ущипнул себя за руку. Менее реальным этот античный или какой уж там (Гермиона сказала бы точнее) цирк не стал. Судя по всему, его появление наделало немало шуму. Внимание собравшихся оказалось приковано к нему. На первый взгляд, это были обычные люди. Ну подумаешь, одежда странная. Живя в магическом мире учишься не удивляться таким вещам. Мало ли, вдруг это иностранные маги? Вот только обилие холодного оружия и в целом довольно военизированный вид говорил об обратном. Прошли те времена, когда маги носили на себе тяжелые доспехи. И были ли они? Тут, конечно, нужно было спросить Гермиону, она, наверняка, что-то такое читала… Сам Гарри видел лишь меч Годрика Грифиндора да рыцарские доспехи по всему Хогвартсу, но были ли они лишь элементами декора или же когда-то использовались по прямому назначению… Поттер не знал, ибо на Истории Магии он, как и все, спал. Как бы там не было одно Гарри знал точно, это не Англия. И даже не Шотландия, это место было слишком солнечным и теплым для Туманного Альбиона. А ещё… Речь местных совершенно точно нельзя было принять за английский. И за французский, а больше языков Поттер не знал. Говорили, похоже, о нем… Его появление или слова того блондинистого типа породили в толпе достаточно серьезные волнения, чтобы одноглазый старик в халате, бывший здесь, судя по реакции собравшихся, главным, оторвался от дивана и начал приближаться к нему. Ох, и угораздило же его приземлиться прямо на сцену! И чего-то они здесь ставили? Что-то, а если точнее, то вымазанный в синей краске мальчуган, подсказывало Гарри, что точно не Гамлета… Впрочем, как мог он думать об этом, когда сейчас в министерстве пытают Сириуса, а его друзья совсем одни, и у них даже нет поттеровской удачи… Впрочем, он уж точно никому не поможет, если эта самая удача сейчас его покинет и Гарри здесь-то и убьют, что было вполне вероятно, учитывая, как вскинулась, судя по всему, стража в ответ на самопроизвольно вырвавшиеся искры из палочки, что так и была судорожно зажата в его руке. Проклятые нервы… Здесь может и волшебства-то отродясь не видели, но убирать своё единственное оружие было уже поздно да и не хотелось. Потому Гарри просто опустил палочку, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы его не пришибли на месте. Вот облом будет Волдеморту, если Поттера прихлопнут незнамо где, незнамо кто! Впрочем, облом будет не только для лорда, а потому Гарри выдохнул, заметив, как старик жестом остановил стражу. Вот только расслабляться не стоило. Те, по-прежнему, были наготове, а оружие здесь, похоже, не носили только младенцы. Да и старик этот… Первой ассоциацией тут был Дамблдор. Поттер никогда не задумывался сколько тому лет, но, наверное, очень много. Так и этот выглядел не моложе, а взгляд единственного глаза пронзал не хуже того, что исходил из-под очков-половинок. Дамблдор… Только усилием воли Гарри не позволил горечи захлестнуть себя. Весь прошедший год директор его игнорировал, избегал как мог и вообще старался на него не смотреть, словно Поттер был проклят и это проклятие в любой момент могло перекинуться на него… Впрочем, сомнения насчет собственной прокаженности нередко посещали и его самого. Местный же старик его совсем не боялся, напротив, сдвинутые брови и задумчивая улыбка выдавали неподдельный интерес. Пожалуй, этот дед был энергичней Дамблдора, ибо живость, с которой тот вскочил с дивана, была достойна двадцатилетнего молодца. Да и… Дамблдора не кормили фруктами (хорошо, что не полуголые) красотки. Впрочем, тут богатое поттеровское воображение нарисовало поистине сюрреалистическую картину, где Дамблдора, облаченного в халат со звездами, на глазах всей школы кормила фруктами Макгоногалл в откровенном наряде и с, о Мерлин, распущенными волосами. Мысленно призвав к своей совести, Гарри погасил эту забавную картинку изображением измученного крестного. Нужно было сделать уже хоть что-то, а потому Поттер не придумал ничего лучше, чем выдать, пожалуй, самую жалкую фразу в своей жизни: — Кто-нибудь понимает по-английски?