Through the wire

Суббота, 27 июня — Почему ты не хочешь сказать мне, куда мы едем? Маркус отводит взгляд от дороги, чтобы ухмыльнуться Эбби. — Разве это не испортит всё веселье? — Я так не думаю. Он не отвечает, и Эбби раздраженно откидывается на спинку сиденья. Она смотрит на него краем глаза. — Ты купил смокинг? — Да. Они делают кое-какие изменения, но я смогу забрать его в понедельник вечером. Нормально? — Да, наш рейс только во вторник днём, так что это не проблема. После нескольких секунд молчания Эбби вновь задала вопрос: «Так куда ты меня ведешь?» -Ты ведёшь себя так на всех первых свиданиях? — Не всегда, это совсем другое. — О чём ты? — Ты же уже знаешь, что я ещё та заноза в заднице. Маркус засмеялся, удивленный ее прямотой. — Нет, это не так. Тебе просто нравится контролировать ситуацию. Как можно винить тебя за это? Она смотрит в окно, чтобы он не видел, что она улыбается. — Избавь меня от страданий. — Неужели ты не можешь просто поверить мне и получить удовольствие? — Я еще не решила. Он улыбается, но не отвечает, и следующие несколько минут они провели в тишине. -Хорошо, мы почти на месте, — говорит он, когда выезжает на шоссе. Эбби хмуро оглядывается. — Почти приехали? Я вижу только торговый центр. — Я сказал почти, — говорит весело Маркус. — Это займет всего две-три минуты. Тебе больше не придется ждать, обещаю. Они въезжают на парковку довольно крупного комплекса, и Эбби вздрагивает при виде опознавательного знака. — Крытый спортивный комплекс? Маркус, что мы делаем? — Ну ладно давай, пошли отсюда. — Когда они вышли из машины, Маркус прочистил горло и спросил: «Не возражаешь, если я возьму тебя за руку? Это то, к чему мы вероятно, тоже должны привыкнуть.» — Конечно. Тебе не нужно спрашивать. Как только они заходят внутрь, они попадают в водоворот. Семьи, пары, большие группы подростков толпятся в широкой открытой зоне, смех и крики заполнили всё пространство. — Добро пожаловать! — щебечет нетерпеливая девушка-подросток за столом прямо перед ними. — На что вы двое пришли сегодня? — Мы пока не определились. Вы можете дать нам краткое описание объектов, чтобы мы могли выбрать. — Конечно, конечно. Мы, пожалуй, наиболее известны своими скалодромами, но наши катки невероятно популярны. У нас также есть whirlyball и лазертаг арены—наш следующий пикап whirlyball и лазертаг игры будут начинаться примерно через пять минут, если вы хотите присоединиться, у нас также есть некоторые небольшие лазертаг номера, вы можете зарегистрироваться именно туда, если вы хотите играть один на один. Маркус поворачивается, чтобы посмотреть на Эбби и наклоняет голову в сторону. — А ты что думаешь, Эбби? Что-нибудь тебе понравилось? Эбби прикусывает губу, и выражение лица Маркуса выглядит слегка расстроенным. — Если только ты не… — начинает он. — Нет, нет, это совсем не так. — бросается она, чтобы сказать ему, и ее губы изгибаются в улыбке. — Мне нравится все это. Может пойдём на несколько? После этих слов Маркус ухмыляется: «Звучит как план.» Они остаются в спортивном комплексе на весь день до самого вечера. После того как изрядное количество времени они пробовали взобраться на стены, они немного играют в лазертаг. Эбби выигрывает три из пяти и стала обвинять Маркуса в том, что он позволил ей сделать это, но он категорически отрицает это. Однако большую часть времени они проводят, порхая между катком и аркадой. Они вместе вспоминают как, когда-то они катались на роликах, они обсуждают приятные воспоминания из детства. Они смеются вместе над аркадными играми, а когда Маркусу наконец удаётся получить своё имя в десятке лучших результатов на одном из автоматов, Эбби награждает его поцелуем в щёку. — Проголодалась? — спрашивает он её. Она отвечает утвердительно, поэтому они вдвоем сдают взятые напрокат ролики и возвращаются к машине Маркуса. — Надеюсь, всё прошло хорошо? — говорит Маркус. Эбби пожимает плечами. — Все было в порядке. — В порядке? — В угасающем свете дня Эбби видит, что он выглядит искренне обеспокоенным. — Нет, конечно, нет, я просто поддразниваю, — говорит она, посмеиваясь. — Я давно не получала столько удовольствия. Мы должны пойти ещё раз. — Да? — Определенно. — У Маркуса есть только несколько мгновений, чтобы почувствовать себя довольным собой, прежде чем Эбби продолжит, — Теперь ты, скажешь мне, где мы будем ужинать? — Мы едем ко мне. Я собирался приготовить тебе ужин. — О.- В ее тоне слышится удивление. — Это было бы… мне бы очень этого хотелось. — Рад это слышать. — Он улыбается ей еще раз. — Я же говорил, что нет причин сомневаться во мне. Они добираются до его квартиры за довольно короткий промежуток времени. Когда Маркус ведет ее внутрь, он начинает немного нервничать, когда они останавливаются перед его дверью.  — Просто хочу предупредить, что у меня здесь… не очень мило. У меня не часто бывают гости. — Не беспокойся об этом, — мягко говорит Эбби. Она тронута тем, что его беспокоит ее мнение. Он кивает и отпирает дверь, пропуская Эбби вперёд. Эбби оглядывается на Маркуса, и она не может не улыбнуться, прежде чем отвернуться, чтобы шагнуть дальше в квартиру. Украшений довольно мало и все они находятся далеко друг от друга, и она знает, что это, вероятно, не его идея, но ему каким-то образом удалось сделать вид минималистичный почти стильный. — Я думаю, что это место выглядит великолепно, — проговорила она. Маркус одобрительно смеётся. — Ты сняла груз с моих плеч. Побуждаемый огромным количеством подталкиваний, Маркус соглашается с тем, что она поможет ему приготовить еду. Следующие полчаса они заняты сбором ингредиентов для ужина. Он чувствует себя довольно легко, готовя вместе с ней. Эбби кажется, что они это делают постоянно. В этом есть, что-то домашнее. Пока она режет яблоки, ее глаза на мгновение остановились на одной точке, когда она решила вспомнить с каким мужчиной ей было так же легко как с Кейном. Но никто не приходит на ум. После этого обстановка стала накаляться. До сих пор Эбби твердо была уверенна, что их общение, это лишь намёк о платонических отношениях, которые только маскируются под свидание, но она перестаёт думать об этом, когда Маркус настаивает на том, чтобы она села и позволила ему подать обед. Она откусывает кусочек и издает восторженный стон. — Господи, Маркус, ты всегда поражаешь меня своей готовкой. Он довольно улыбнулся. — Я бы сделал лучше, если бы точно знал, когда мы вернёмся… — Не говори глупостей, ты и так меня поразил. Некоторое время они едят молча, но потом Маркус прочищает горло и осторожно говорит: — Эбби, я тут подумал, если ты хочешь, чтобы все это сработало, мы должны обсудить, то как мы встретились? На случай, если кто-нибудь спросит. — О, черт, я даже не думала об этом… — говорит она. Маркус уставился на нее. — Ты никогда раньше не приводила кого-нибудь на встречу с семьей? Обычно это первый вопрос, по крайней мере, в моей семье.  — Верно, ну, мой первый серьезный парень был близким другом семьи, и после того, как он… — она резко замолкает, пристальный взгляд скользит вниз к ее тарелке, но она оглядывается назад и начинает снова. — После него у меня никогда не было парня, которого бы я могла познакомить с семьёй. Как ты думаешь, какой должна быть наша история? — Ну, мы работаем вместе уже почти десять лет, так что, я думаю, мы влюблялись друг в друга постепенно, не так ли? — Да, думаю в этом есть смысл. — Я пригласил тебя на свидание? Эбби разразилась смехом, но тут же успокоилась, увидев, что Маркус выглядит слегка оскорбленным. — Нет, я пригласила тебя на свидание. Ты был так неуверен, заинтересована ли я в тебе. — Я бы все равно решился бы, — бормочет Маркус. — Не надо так обижаться, Маркус, — говорит она со смешком. — Но ты поцеловал меня первым, доволен? — Я поцеловал тебя, потому что выбрал тебя и не захотел больше ждать. Она одобрительно улыбается и кивает, краснея, несмотря на то, что знает, что все это полностью выдумано. — Мне нравится. Хорошо. Что тогда мы делали на нашем первом свидании? — То же самое, что и сегодня. Также гораздо проще, и не нужно ничего придумывать. — Хорошая идея. И как долго мы встречаемся? Это точно должно быть не меньше семи месяцев. — Почему бы тогда просто не сказать год? Эбби колеблется, ее глаза расширяются. — Год? Не знаю, понравится ли моей семье, что такое долгое количество времени я держала их в неведении о тебе. — Что мы теряем? Она на мгновение задумалась, видимо обдумывая вопросом. — В принципе ничего. Хорошо, тогда сегодня наша годовщина. О, это так мило, это значит, что мы повторили наше первое свидание на годовщину. Когда Маркус смотрит на неё со смешком, она отвечает: «Ты должен признать, что это мило.» — Когда мы решили официально стать парой? — спрашивает он. После нашего первого свидания, — быстро отвечает Эбби, так быстро, что это удивляет его, и она бросается объяснять, — я хочу сказать, что мы общались уже довольно долго, и мы точно знали чего хотели. — Хорошо, — мягко соглашается Маркус. Эбби улыбается. — Хорошо. Что-нибудь еще приходит на ум? — Любые другие вопросы, которые у них будут, наверное, будут простыми, и на них мы найдём, что ответить. — Погоди, а как насчет… Вдруг у них появятся вопросы о браке? — О Боже, — бормочет он, проводя рукой по волосам. — Вполне очевидно, что они могут задать вопросы о нём. Было бы глупо отрицать это. Мы можем сказать, что мы обсуждали эту тему, но пока не стали её развивать. — Потому что мы никуда не торопимся, — заканчивает Эбби. Когда он утвердительно кивает, она улыбается. Эбби нравится это, ей нравится, что они так легко и непринужденно разговаривают, ей нравится как он улыбается и ей не хочется, чтобы это заканчивалось. Где-то через полчаса их тарелки становятся пустыми и Маркус встаёт, чтобы принести десерт. После между ними вновь устанавливается тишина, которую они заполняют после того, как закончили принимать пищу. — Я пойду помою посуду. — Позволь мне помочь тебе, — немедленно заявляет Эбби.На этот раз он даже не пытается спорить с ней, позволяет взять тарелки и направится за ним на кухню. — Ты предпочитаешь мыть или вытирать? — Мыть. И вот снова наступает тишина. Маркус тихо напевает себе, какую-то мелодию. Эбби нравится замечать за ним такие детали. Но в голове теперь у неё возник вопрос, когда же настанет момент для их поцелуя. Она знает, что это неизбежная часть их вечера. Ведь практически весь смысл их свидания был в том, чтобы привыкнуть друг к другу в статусе пары. Но только сейчас она начинает понимать, что нервничает. Гриффин ясно понимала, что не хотела бы чувствовать себя навязчивой. Но Маркус опередил ее. Когда она закончила с последней тарелкой, он взял её за руку. Когда их пальцы соединяются проходит электрический ток. — Эбби… Она должна была догадаться, что произойдёт дальше, но это всё равно застаёт её врасплох, когда он берёт её за затылок и целует. Однако, в отличие от первого поцелуя, когда все закончилось слишком быстро, он делает неуверенный шаг вперёд и сильней прижимает её к себе. И в отличие от первого раза, она быстро справляется со своим удивлением, углубляя поцелуй без раздумий. Ее пальцы одной руки вцепляются в его волосы, а другой рукой она сжимает его плечо, как-будто он единственный, кто удерживает её в этом мире. Ее сердце колотится в груди, и на краткий миг она задается вопросом, почему она никогда не рассматривала то, как потрясающе он целуется. Эбби возвращается на землю в тот момент, когда Маркус отстраняется, чтобы перевести дыхание. И она сразу же задается вопросом, о чем она думала, так увлекаясь поцелуем с ним. — Извини, — осторожно произносит он, пытаясь прочесть выражение ее лица. — Это… это было слишком долго? Я не думаю, что ты планируешь так целоваться перед своей семьёй, но может быть это способ… сломать лёд? — предложил Маркус. -Нет, нет, ты… это было прекрасно. — Если не считать, что она не помнит, когда в последний раз её так целовали, всё было в порядке. — Считай, что лед сломан. Что собственно он и сделал на самом деле. Потому, когда она покидает его квартиру, Маркус прижимает её к себе и оставляет целомудренный поцелуй, она принимает это как должное. Нет, румянец появляется на её щеках. И чувствует как что-то, шевелится внизу живота, но она старательно игнорирует это.