Можно мне быть счастливой?

Сколь бы сложной ни казалась проблема На первый взгляд, она, если правильно К ней подойти, окажется еще более сложной

Выскочив из машины, направилась к дому, пытаясь успокоить бешеный стук сердца. Вот зачем? Зачем я ему это рассказала? Да все просто — очень трудно держать это внутри, никому не говоря, даже взглядом показывать это нельзя. Ведь, правда всплывет и все закончится. Для меня уж точно. Мельком глянув в окно, вздохнула. Акира растянул губы в легкой улыбке, немного шевеля ими, наверняка пел, и готовил. Окна кухни как раз выходили во двор, можно спокойно видеть пришедших. Но альфа никогда не отвлекается от готовки, поэтому и не заметит нас сейчас.  — Хана, подожди! —  Неожиданный окрик Рэйдена заставил вздрогнуть. — Ты правда не можешь почувствовать своего истинного? — Дождавшись моего кивка, продолжил, — тогда ты будешь верить каждому, кто скажет, что это твой истинный? Что будешь делать, если, например, я скажу, что им являюсь? Конечно, будет лучше, будь это мой брат, верно? Я и раньше думала об этом. И уже один раз ошиблась. Каждое слово альфы попадало точно в больное место, бередя вскрывшиеся старые раны.  — Я… я не знаю, — покачала головой, — честно. Но никто не отменял природного притяжения между истинными, верно? Да и к тому же… — обернувшись, посмотрела на альфу. Зашипев, он стал трясти пальцем на правой руке и дуть на него. Обжегся, — это не имеет значения. Возможно, этот разговор показался или глупостью или же бредом. Ненужным или вовсе бессмысленным. Сказанным не с тем человеком. Не в нужное время. По крайней мере этот разговор был важным и хоть что-то значимым для одного человека. Смерть родителей нанесла мне серьезную психологическую травму с множественными последствиями. Даже невыносимую физическую боль. Примером этих последствий было полное отсутствие распознавания запахов на высоком уровне — запах истинной пары. Это открылось в ходе каких-то процедур или анализов, не помню. Мне было около десяти или порога одиннадцати. Тогда я не понимала сочувствия со стороны врачей и сожаления в их голосе, сообщая мне эту новость. Стало страшно гораздо позже, слова доктора яркой вспышкой боли прокатились в голове, вот тогда-то я и поняла. Все.  — День только начался, а уже столько всего случилось… — пробормотала, разуваясь в коридоре.  — И не говори. Резко подняла голову. Акира стоял, облокотившись о стену со скрещенными руками на груди. Вид был очень недовольный. Ну прям очень.  — Рэйден, — напряжение в голосе можно было легко почувствовать, даже не принюхиваясь к запаху, от которого буквально сквозило недовольством и раздражением и совсем немного скрытой злостью. Брр… хорошо, что эти эмоции вызваны не из-за меня. — Твои подчиненные узнали некую информацию, которая, как они полагают, способна привести нас к его главному логову. Атмосфера в мгновение поменялась. Не трудно было догадаться, о ком говорит альфа — Асмодей. Они смогли узнать что-то о нём, но достоверна ли эта информация? Все же, наверное, да. Но сердце неприятно ноет. Хоть бы мне показалось.  — Нужно как можно быстрее отправляться. Не знаю, может это и ловушка, но проверить стоит.  — Верно. Тогда… Стой, ты уже готов, что ли? И вправду, Акира был одет совершенно по-другому. Это такой костюм для операций? Черный с зелеными и коричневыми пятнами ткань напоминала камуфляжную, только на этой больше черного. Ботинки на шнуровке, выше щиколоток. А в руке он держал небольшую спортивную сумку. Готов, значит.  — Тогда выезжаем немедленно. Рэйден развернулся и вышел за порог, добавляя.  — Мои вещи захвати. Мы с альфой так и остались стоять посередине коридора и слушали, как заводится машина. Я даже не знаю, что говорить. С одной стороны, мне не хочется его так отпускать, не хочу даже думать, если вдруг это окажется ловушкой. Но и не отпускать я не имею права. Так или иначе он пытается спасти всех людей, что попали в ужасную ситуацию, хотя и не виноваты в этом.  — Слушай меня внимательно, Хана, — начал тихо альфа, — я, надеюсь, что это не займет больше, чем двое суток. Ложный след — нас не будет несколько часов. Правда… — на пару секунд он замолк, но продолжил спокойным голосом. — В таком случае, может произойти что угодно. Я позвонил некоторым ребятам, они приедут и будут охранять дом. Ты не должна никуда выходить из него, только на учебу и обратно. Коуске тоже приедет. Также он будет ходить на пары вместе с тобой. Будет свободная минута, я тебе напишу про обстановку. Хорошо? Относись к этому так, будто ты мега-крутая звезда, что должна следить за своей безопасностью. Ты только не говори потом, что тебе понравилось и ты хочешь и дальше так выходить вместе со сопровождением! Я улыбнулась, не сдерживая смешка. Глянув на это, альфа и сам звонко рассмеялся. Все-таки он не может обойтись без своих шуток ни дня. Но, благодаря этому, я смогла немного успокоиться.  — Я подумаю над твоим предложением. Ладно, иди. Тебя там наверняка уже заждались. Вмиг став серьезнее, он кивнул и подошел ко мне вплотную. Поставив сумку, альфа крепко меня обнял. Вздохнув такой родной аромат мяты, уткнулась носом поближе к шее, одновременно сжимая свои руки у него на спине. Одну руку он запустил в мои волосы, мягко поглаживая. Чуть оттянув, освободил их от резинки. Мурашки приятной волной прошлись вдоль позвоночника по всему телу. Альфа, положив резинку на тумбочку, начал поглаживать волосы, изредка пропуская их сквозь пальцы. Столько нежности было в его действиях. Как же мне хотелось продлить этот момент хоть немного дольше, желательно вечно, но не могу. Как-то совсем уж отчаянно, я потянулась на носочках и едва ощутимо прикоснулась губами к щеке альфы. Кожа была мягкой и немного покалывало в губах, будто поцеловала не щеку, а прикоснулась к огню. На секунду задержав объятия, подтолкнула альфу к выходу. Лишившись тепла рук, по коже опять прошли мурашки, стало немного холодно.  — Иди. Я буду ждать. Как вернешься, приготовишь мне шоколадный тортик. Альфа улыбнулся, но в глазах не было и намека на веселье, только собранность и твердость.  — Ты мне поможешь. Единственное, что он сказал и тут же исчез за закрытой дверью. Её щелчок раздался во всем доме очень громко. Или это у меня в голове? А сердце стучит словно бешеное.