Темные страницы

      Отведя миссис Белфри в свой кабинет, Лиам кивнул брату, чтобы тот проследовал за ним. Остальные присутствующие проводили их взглядом, вернувшись к обсуждению.       – Итак, – повел Нолан, – свидетелей нет, следы на экспертизе. Жертва опознана, – он оглянулся на кабинет начальника. – Мистер Ричардс едет в участок. Обсудим план действий?       – Проверим по базе всех, кто въезжал в город за последний месяц. Выезд перекрыт, никто без жестких проверок уехать не сможет, – доложил Стоун.       – Почему месяц? Он мог приехать сюда сразу из Гринвилла и жить здесь, – озвучила свои догадки Свон.       – Полтора года – немалый срок, – Нолан потер шею. – Артур, сможешь?       – Начнем с новеньких и будем продвигаться к прошлогодним, но времени уйдет куча. А если это подражатель...       Эмма вызвалась помочь Стоуну, потому что им нужно было с чего-то начинать и сужать круг подозреваемых. Но прежде нужно было закончить наметки.       – Я выезжаю с группой в лес через полчаса, – посмотрев на часы, произнес Нолан.       – Допрошу знакомых и родных потерпевшей, – вызвался Локсли.       – Мне одно не дает покоя, – опустив голову выдохнула Свон. – Никаких следов борьбы, – ни кожи под ногтями, ни единого волоска, ни крови – ничего.       – Хлороформ в каждом случае. Абсолютно везде, – вставил Нолан. – Думаю, Реджина ничего нового и здесь не скажет.       – Он втирался к ним в доверие заблаговременно, и убивал пока они были в отключке? – переспросила Эмма севшим от ужаса голосом.       – Всех, кроме Вэйнс: ее он убил, когда она очнулась на стене, – сочувствующе напомнил ей Локсли.       – В чем тогда смысл убийства? Обычно они... упиваются этим, что ли...       – Его мотив, – согласился Нолан. – Вот что до сих пор остается загадкой.       Обсуждение закончилось к тому времени, как миссис Белфри, сопровождаемая братьями Джонс, вышла в общий зал. Она была все еще расстроена, но уже сдерживала слезы, сжимая в руках носовой платок. Лиаму было доложено "расписание" каждого детектива и форма участия Свон, после чего он уехал лично осмотреть место преступления.       Мистер Ричардс был отведен младшим Джонсом в комнату для допросов. Краем глаза Эмма узнала в нем старика Джека, который помогал ей чинить фотоаппарат, и в ее голове безотлагательно завертелись возможные события вчерашнего дня: Ричардс слышит ее крик, но решается пойти на место только с утра и обнаруживает тело. Да так Свон будет первой подозреваемой до тех пор, пока не определят точное время смерти!       Пытаясь не думать о плохом, женщина присоединилась к Артуру. Ей велено было начать с местных больниц, чтобы узнать судьбу всех прибывших туда иногородних, а также имеющих доступ к медицинским препаратам. Организм требовал пищи, но Эмма, как и все, ограничилась лишь кофе, параллельно мечтая о лазанье в кафе миссис Лукас.       Стекло, отделявшее кабинет от общего зала, позволяло видеть всех прибывших в участок, но долгое время они со Стоуном оставались одни. Джонс не сообщал им о своих телодвижениях. Скоро в коридоре не послышался пронзительный голос молодой особы. Размахивая маленькой сумочкой на локте, она процокала на высоких каблуках до кабинета Лиама, который был заперт, и наткнулась взглядом на Артура, который сиюминутно закатил глаза.       – Ну, началось... – протянул он, выйдя к женщине, которая немедленно забросала его вопросами. Свон "превратилась" в глаза и уши.       – Где Киллиан? Я хочу заявить о пропаже своей подруги. Мы с Айви договаривались встретиться сегодня утром, но ее до сих пор нет! Она не отвечает на звонки и сообщения, даже в чат не заходила! – проверещала брюнетка, которая внешне была похожа на ее подругу: худощавая, привлекательная, яркая.       – Руби, Киллиан занят. Не возражаешь, если я задам тебе несколько вопросов? – сразу сообразил Стоун, понимая, что перед ним могла бы та, кто последней видел Айви живой.       – Конечно, возражаю, Артур! Я подожду его здесь, – вальяжно усевшись в кресло за одним из рабочих столов, Руби сложила руки с идеальным маникюром перед собой.       К своему несчастью, Джонс в это время заходил в участок с несколькими стаканами кофе и коробками еды. Стоун вернулся к Эмме, и они оба могли лицезреть очень интересную сцену: едва мужчина приоткрыл дверь, как тут же захлопнул ее, увидев ожидающую его женщину. Эмма догадалась, что они были неизбежно связаны между собой, но внутренне она усмехнулась от того, как сильно Джонс не хотел видел свою, видимо, бывшую пассию. Стоун отправил ему сообщение о причине столь неожиданного визита, поэтому в следующую минуту дверь кабинета вновь распахнулась.       – Киллиан, нам нужно поговорить! – Это прозвучало так, будто пропажа Айви была только предлогом для их встречи.       Когда двое скрылись в допросной, Эмма все-таки выпытала у Артура их историю. Она заключалась в том, что буквально месяц назад они еще встречались, пусть это были мимолетные встречи в баре, но Руби думала о большем, о чем никогда не думал Джонс, по словам коллеги. Стоун описывал его как замкнутого трудоголика, хоть и знал его пару лет, потому что не так давно перевелся в их отдел.       – Он все время на работе. Бывает, сорвется из города на неделю или больше, и только Лиам знает, где он, – пожал плечами Артур. – А потом встретит кого-нибудь, вроде Руби, выпустит пар и опять нормальный человек, – мужчина запнулся, поспешив исправиться. – Ты только не обижайся, к тебе это не относится, ты сама видела Руби, – затараторил он, видя, как бледнеет лицо собеседницы.       Как она вообще могла подумать, что заинтересовала его? И когда в ее голову проникли подобные мысли? Эмме вдруг стало невыносимо обидно, когда внутри расползалось чувство, что ее просто использовали, чтобы "выпустить пар". Она, конечно, и сама была хороша: так легко сдалась под его горячим напором, а теперь пытается избавиться от чувства вины. Но до сих пор она считала, что его "случайные" взгляды на нее вовсе не были таковыми. Когда же она увидела полную картину, стало понятно, что ему не терпится проститься с ней, как с очередным ненужным грузом. Что ж, она не доставит ему такого удовольствия, а навязываться и раньше не собиралась. Ведь он привлекал ее только внешне, его внутренний мир оказался для нее неизведанными потемками.       Улыбаясь Стоуну так, будто слушает его, Эмма погрязла в собственных мыслях, которые не давали ни на чем сосредоточиться. Она даже не слышала, как Руби покинула участок и как незаметно появился Джонс.       – Артур, я украду твою помощницу на несколько минут? – проговорил он, заглянув в дверной проем и кивнув Свон выйти из кабинета.       Это был не вопрос, а, скорее, констатация факта. Эмма послушно встала и направилась в коридор за детективом. Смотря на его спину, она обдумывала возможные темы предстоящего разговора, но не угадала истинной. Возле двери, ведущей в допросную, он резко развернулся и провел рукой по короткой щетине.       – Почему ты не сказала, что виделась с мистером Ричардсом, перед тем как он обнаружил убитую? – В его голосе звучало подозрение, что не скрылось от Эммы.       – Я... – Свон остановилась, как вкопанная, опешив от такого поворота событий. – Никто не спрашивал, – сглотнула она. – И он не называл своей фамилии.       – Прошу за мной, – как она и ожидала, он открыл перед ней дверь, чтобы допросить.       – Серьезно? – покосилась Эмма, но все же проследовала внутрь. – Я подозреваемая?       – Несколько вопросов для прояснения ситуации, – проигнорировал ее вопрос Джонс, закрыв за ними дверь.       – Что ты хочешь знать, детектив? – приподняв бровь и оперевшись локтями о стол, полюбопытствовала Свон.       – Ты была на месте преступления?       – Как и ты, – она пожала плечами, не уловив смысла вопроса.       – Хорошо. Была ли ты там до этого?       Вопрос был очевиден. Тот старик, должно быть, слышал ее истошный крик и только после него примчался на место. Но сносно объяснить свое поведение Свон не могла, поэтому решила идти до конца.       – Нет, – она сыграла удивление этим вопросом, и Джонс присмотрелся к ней внимательнее. – Предваряя еще один бессмысленный вопрос: я чинила у него фотоаппарат, потому что мне посоветовали.       – Кто? – Мужчина был непробиваем.       – Миссис Лукас. Я у нее остановилась. Можно, я пойду? – Свон нервничала, но стояла на своем.       – В чем заключается твоя помощь Артуру? – напоследок спросил Джонс, когда они поднялись со своих мест.       Эмма рассказала, что связывается с гостиницами и больницами. Самым сложным было убедить людей, что поводом для обращений явился федеральный запрос, но Лиам поспособствовал скорейшему разрешению административных проблем. Свон вернулась к Стоуну, Джонс же поехал к брату, чтобы вместе отработать первые версии. Без данных Миллс у них было много пробелов, которые требовалось устранить в кратчайшие сроки для выяснения всех обстоятельств дела.       Она уже несколько раз отклоняла звонки от Бута и Бланшар, мысленно условившись набрать обоих потом. Голова начинала болеть от переизбытка информации. Как никогда, кофе и еда, принесенные Джонсом, смогли унять наступившее чувство голода. К концу вечера у Свон, как у Стоуна, был начат внушительный список людей, так или иначе посетивших Сторибрук за последнее время. Следующим этапом было сопоставление их со списком в других городах, которые имелись в распоряжении участка Лиама.       Женщина собиралась вернуться в гостиницу, так как время перевалило за ужин, и ей необходимо было поработать с изученным материалом наедине с собой. В этот момент в участок вернулись Джонс и Нолан. Первый сразу же направился в свой "угол", чтобы включить компьютер. Отдышавшись, Нолан направился именно к ней, застав Эмму возле магнитной доски.       – Эмма, ты еще не ушла, – начал он издалека.       – Как раз собиралась, – обратив внимание на загрузку, происходящую на компьютере Джонса, Свон предусмотрительно остановилась в удобном месте.       – Слушай, я... у меня ведь нет твоего номера, – нервно улыбнулся он, переминаясь с ноги на ногу, и тогда Свон поняла, почему он здесь, в то время как должен находиться, как минимум, в лесу. Видимо, испугался, что Стоун мог раздобыть ее "номер" раньше него.       – Не переживай, я и завтра здесь буду, – отмахнулась Свон, лишь бы поскорее закончить этот неудобный разговор, заметив, как покраснели кончики ушей Джонса.       – Да, но я не к этому. Может... выпьем чего-нибудь... сегодня? – тоже обернувшись на друга, на лице которого не дрогнул ни один мускул, задал вопрос Нолан.       – О! – спохватилась Свон. Она надеялась только, что он будет последним, кто удивит ее сегодня. – Я не знаю... разве есть повод? – Ее губы скривились в неловкой улыбке.       – Нет, просто... поболтаем о делах, – он почесал затылок.       – О делах... – рассеянно повторила Эмма. – Если только о делах. Во сколько ты будешь свободен? – Вообще, этот разговор был ей на руку: запавший на нее коп точно расколется обо всем на свете, а Нолан относился к этой категории.       – Часа через два тебя устроит? Если, конечно, мы не найдем убийцу, – отчего-то Свон показалось, что в дело вступила бравада, и даже Джонс прыснул в ответ.       – Пожалуй, – кивнула женщина. – Где встретимся?       – Не знаю, подойдет Зачарованный...       – Нет! – выпалила Эмма, перебивая его, чем заставила Джонса хмыкнуть еще раз, а Нолана – вздернуть брови от удивления. – Я имею в виду... возле гостиницы, где я остановилась, очень милая терраса, – поспешила ретироваться она. – Можем посидеть там. И провожать не придется.       – Мне только в радость проводить тебя, но я согласен, буду там через два часа, а это, – он посмотрел на часы, – ровно в девять.       – Я к Реджине, – только и бросил Джонс, проходя мимо них, но Эмма задержала его, отведя в сторону.       Ей нужно было заполучить у него одну деталь, которая не давала ей покоя целый день. Нолан, улыбнувшись, отправился узнать о состоянии дел Артура, прежде чем вернуться к поисковой группе. Джонс был напряжен, но согласился выслушать женщину.       – Ничего не хочешь мне вернуть? – для начала спросила она.       – Я у тебя ничего не занимал, – спокойно пожал плечами брюнет.       – Мое белье! – шепотом потребовала Эмма.       – Ты сама оставила его. Угадаешь место, где я нашел их? – ухмыльнулся он, словно серьезных разговоров между ними и не было.       – Верни сейчас же! – Ей хотелось ударить его по слишком довольному лицу за эту издевку.       – Нечего надеть на свидание? – сузил глаза Джонс, за что закономерно схлопотал по щеке.       – Может, хватит меня бить? – покраснел мужчина.       – Может, хватит вести себя, как кретин?       Вопрос остался без ответа. Свон скрылась за дверью, бросив разгоряченный взгляд на брюнета. Он уловил еле заметные нотки досады в ее глазах и запустил руки в волосы. Ревновал ли он? Упорно убеждая себя в обратном, Джонс почему-то был уверен, что Эмма откажется от встречи с Ноланом. Но она согласилась! Зачем? Чтобы позлить его? Но... с какой стати им так поступать друг с другом? Пнув стул, который отлетел на добрых несколько футов, Джонс направился в лабораторию.       Эмма была преисполнена ярости. Миссис Лукас, с которой даже не поздоровались, тоже попалась под горячую руку. Громко хлопнув дверью, Эмма поднялась к себе, на ходу стащив туфли, бросив пиджак на кровать и распустив затянутые в хвост волосы. Ее руки разжимались и сжимались в кулаки, казалось, против ее воли. Эти два дня она чувствовала себя, как на "Стражах галактики" в Диснейленде, то поднимаясь на вершину, то опускаясь до самого дна настроения и состояния. Ей хотелось, чтобы этот день закончился поскорее, но предстояла еще встреча с копом, который пускал по ней слюни с самого первого взгляда, этого невозможно было не заметить.       Свидание она хотела обернуть в свою пользу: во-первых, узнать от парня как можно больше, во-вторых, произвести такое впечатление, чтобы он потом все уши Джонсу прожужжал. Поэтому, приняв душ, Эмма набрала номер подруги и включила громкую связь, чтобы уложить волосы и сделать макияж. Мэри ответила после нескольких гудков, ее всхлипывания не укрылись от внимания блондинки, отложившей расческу.       – Мэри, что случилось? – начала Эмма прямо.       – Все в порядке, – едва ли не проскулила Бланшар, чье состояние говорило об обратном.       – Лучше выкладывай, иначе я сейчас приеду и спрошу лично! – убедительно потребовала Эмма, рефлекторно вслушиваясь в задний фон.       – Джеймс, – выпалила та, отложив носовой платок, – он был с Кетрин! Опять! – Мэри больше не сдерживалась, дав волю слезам, и Свон закусила губу. Еще одной новости подруга точно не выдержит. – Я выгнала его, сказала, чтобы он больше не возвращался!       – Если честно, это нужно было сделать еще после того случая в ресторане, – ответила Свон, вспомнив про "ужин с коллегой", как назвал его тогда сам мистер Бланшар.       – Эмма, что я наделала?! А как же Хьюго? – По мнению Свон, у женщины началась стадия принятия.       – Вот ради него тебе и стоит забыть об этом уроде навсегда! Слышишь меня? Мэри?       – Он за дверью, Эмма. Где же ему ночевать? Он извиняется, – Эмма закатила глаза: Мэри могла простить всех и вся, чего не скажешь о ней.       – Если тебе интересно мое мнение, то пошли его ко всем чертям! – проговорила Свон, спешно вернувшись к прическе, потому что волосы при таком сухом воздухе сохли быстрее, чем она привыкла.       – Подруга, я перезвоню, хорошо?       Ответа от Свон никто не ждал. Покачав головой, она достала свой исписанный блокнот, чтобы систематизировать мысли. Она была уверена, что из всего материала должна получиться отличная книга, поэтому параллельно со статьей строчила рукопись, пусть и вздрагивая от любого шороха. Вот так, меняя ручку на карандаш для глаз и кисть для румян, Свон была готова к встрече с детективом.       Вторая часть плана сработала сиюсекундно: сегодня она выглядела даже лучше, чем в вечер знакомства с Джонсом. Красное облегающее бедра платье сидело на ней идеально. Небольшой вырез и короткие рукава не давали думать о ней легкомысленно, а кружева на спине добавляли женственности. Волнистые волосы были уложены на одно плечо, чтобы при одном взмахе распуститься по спине. Даже стрелки на глазах со злости вышли почти ровными. Поэтому встретивший ее внизу Дэвид не сразу сообразил, что нужно говорить...       Выслушав от Реджины много чего нового о себе и его коллегах, Джонс внимательно изучал подготовленный отчет под ее неуемные комментарии. Он и сам был не рад, что впустил лишнюю женщину в участок и, мало того, в свою жизнь, но не мог прогнать мысль, что Свон перевернула ее с ног на голову.       – Ни одного отпечатка на теле не стало новостью для меня, но на слипшейся листве под ногами их... десять! Киллиан, у нас есть обе руки! – она закусила губу, сообщая радостную новость.       – След свежий? То есть... – мужчина не мог поверить своим глазам, смотря на черные оттиски.       – Вчерашний! – Миллс выровняла голос. – Либо у нас не один очевидец, либо это...       – Убийца, – закончил за нее Джонс. – Но... думаешь, он снял перчатки и упал? – нахмурился он. – Время смерти есть?       – Все тесты говорят об отрезке с трех до пяти утра с воскресенья на понедельник, но это кажется мне подозрительным.       – Почему? – вчитываясь в другие данные, задал вопрос детектив.       – Остальных убивали около полуночи. Убийца проспал? – Миллс дернула бровью.       – Сначала проспал, потом поскользнулся? – скривился Джонс. – Не слишком ли это для парня, который скрывается от правосудия девять лет?       – Нервы сдали? Мы же, черт возьми, не знаем даже его возраста! – проскрипела Реджина. – Может, он уже на пенсии?! – она остервенело провела рукой по волосам.       – Я проверю отпечатки, а ты иди домой, Редж.       – Долго не сиди, завтра рано вставать, ловить пенсионера, – выдохнула женщина, слабо улыбнувшись.       Усмехнувшись в ответ, Джонс закрыл за собой дверь в лабораторию и вернулся к своему компьютеру, чтобы прогнать отпечатки по базе. Он и до этого допоздна бывал на работе, потому что это было единственное отвлекающее его место, его второй дом уже много лет. Солнце за окном все никак не садилось, погрузив город в огненно-пурпурную пучину. Дождя сегодня не предвиделось: даже погода играла на стороне убийцы. Мужчина не особо надеялся на совпадения, но едва удержался на стуле, когда результат показался на экране.       – Твою мать...       Сорвав с вешалки куртку, он помчался в место, где сейчас точно находился хозяин обнаруженных отпечатков.       Эмма уже больше получаса слушала истории из жизни Дэвида Нолана, который, снабдив их смешными шутками, все же не торопился распространяться на запретные темы. Словом, он оставался копом, что было не угодно Свон. Женщина, включив все свое обаяние, интересовалась подробностями расследования и результатов поисков, но ее попытки завершались провалом, врезаясь в неприступную стену детектива Нолана, не изъявившего желания разговаривать о работе.       – ...последним к нам прибыл Стоун, – вещал он увлекательнейшую историю расширения полицейского участка. – Мы долго друг к другу присматривались, а с Киллианом у них и вовсе стычки были, – отпив пива, он хотел продолжить, но Эмма, услышав интересное ей имя, попросила уточнить. – Все из-за Темного, – отмахнулся Нолан, смекнув, что взболтнул лишнего, – Джонс сам расскажет, если захочет, это его дело.       – А вы, значит, все дружно храните какой-то его секрет? – взмахнула бровями Эмма.       Чутье подсказывало, что история не из приятных, но ей жутко захотелось знать правду. Из кого, как не из пьянеющего блондина, ее вытаскивать?       – Мы все храним секреты, Эмма, – сузив блестящие глаза, Дэвид наклонил голову, и женщине резко расхотелось улыбаться, но виду она не подала.       – И каков же твой секрет? – задала она вопрос, мысленно прокрутив эту сцену до той, где она убегает от него, потому что он убийца. Видимо, и ей с алкоголем пора завязывать.       – А мой секрет... – ухмыльнулся он, наклонившись к ней.       – Вы здесь! – возглас Джонса заставил двоих отпрянуть друг от друга, как ошпаренных, и недоуменно на него взирать. – Я как раз искал одного из вас, – шумно выдохнул он, обводя взглядом блондинку.       Свон хотела бы списать его торопливость на излишнюю озабоченность ее судьбой и почти покраснела от этого приятного чувства, как в следующее мгновение услышала фразу, перечеркнувшую все ложные и неложные надежды.       – Эмма Свон, – обратился Джонс к ней с отсутствующим выражением лица, влив в голос тонну официоза, – Вы задержаны по подозрению в убийстве.