Зеркало

Из-за того, что я много времени появляюсь днём для того, чтобы встретить с работы Каччана, а потом и болтать с ним всё остальное время, я сильно истощился. Мне нельзя появляться днём в этом мире. И это единственное, что оставалось для меня загадкой, потому что я так и не понял с чем это связано. Единственное, что сейчас терзало моё бедное мёртвое сердце это то, что я так и не успел об этом сказать Катсуки, и именно сегодня, в выходной день, когда он будет весь день дома, я не смогу побыть с ним. Причём даже не смогу приглядеть за ним. Неизвестно сколько вообще я пробуду в этой темноте. Предполагалось, что здесь я накапливаю какую-то энергию, для того, чтобы потом при необходимости появляться днём. Я так и не смог определить, сколько прошло времени, пока я набирался сил, но, когда я, наконец, был готов отсюда уйти на Земле уже было время приближающееся к рассвету. Как только мой силуэт начал проявляться внутри зеркала, я сразу же наткнулся взглядом на лежащего на кровати Каччана. Видимо ему снилось что-то не совсем хорошее, от чего он часто ворочался и что-то бурчал во сне. Я продолжал наблюдать за его беспокойным сном, всё размышляя о том, что же ему такое снится? Неожиданно до моего слуха донеслось тихое всхлипывание. Что? Он плачет? На меня нахлынула волна беспокойства, так как это уже переходило границу нормального. Почему же он плачет? Хотелось его поскорей разбудить, чтобы всё плохое ушло и так и осталось только во сне, но я уже не мог ничего сделать. Солнце только что встало, а я не совсем ещё был готов на долго задерживаться здесь. Пришлось снова исчезнуть, но не в ту кромешную темноту, а просто в глубь зазеркалья, экономя силы. Неожиданно Каччан раскрыл глаза. В них ещё стояли так и не упавшие слёзы, но они не на долго там задержались, так как Бакуго безжалостно смахнул их одним лёгким движением руки. Его лицо выглядело слишком бледным, а выражение лица было каким-то растерянным и отрешённым. Его взгляд был направлен в одну точку, полностью погрузившись в свои мысли. Ну почему же! Почему я не могу показаться! Медленно сев на край кровати, Каччан пропустил через свои спутанные волосы ладони. Складывалось такое ощущение, что он всё ещё не до конца отошёл ото сна. Неожиданно Бакуго направил свой взор в сторону моего зеркала, от чего у меня даже мурашки пробежались по коже. У моего милого Каччана были покрасневшие и печальные глаза. Захотелось крепко-крепко прижать парня к себе и, легко покачиваясь, успокоить его. Он продолжал смотреть, будто чего-то дожидаясь. Я чувствовал, что я нужен ему, прямо сейчас. А я не мог быть рядом в нужную минуты. Успокоить, поддержать, сказать, что всё будет хорошо и мы со всем справимся. Мы... Каччан в это время встал со своего места и медленно подошел ко мне. Он провел рукой по отражающей поверхности, как в тот самый первый раз. В его глазах опять стояла новая порция непрошеных слёз. Да что же ему приснилось? — Изуку? — Я здесь! Почувствуй же ты меня! Выскажись! Скажи уже что случилось!,— кричал ему я, но, к сожалению, это было бессмысленно, так как точно знал, что он меня отсюда не услышит. Нервно тряхнув головой, Катсуки резко отпрянул от зеркала. По быстрому оделся и выбежал из квартиры. К-куда ты?

***

Время, которое Каччана не было дома, я провёл полностью погрузившись в ту темноту, точно зная о том, что я почувствую, когда он вернётся домой. Так что я решил наполнить себя энергией чуть-ли не сверх того, сколько бы вмещало моё тело. И всё это время, я размышлял о том, что же такого могло присниться Катсуки, что вызвало такую реакцию. Я, конечно, знал из его рассказов, что у него, как и у меня, была совсем не лёгкая жизнь, но я сомневаюсь, что это как-то связано с тем, в каком состоянии он покидал нашу квартиру. Прислушавшись к тому, что происходит по ту сторону зеркала, я ощутил, что там уже наступили сумерки. Я стал волноваться за Катсуки. В таком состоянии он мог натворить всё, что угодно, уж слишком у него была непредсказуемая натура. Особенно по отношению к другим людям. Прошло некоторое время, после которого я понял, что полностью заряжен. Точно, как телефон, смешно, честное слово. Я незамедлительно отправился в своё зазеркалье, продолжая ожидать появления Каччана. Неожиданно дверь открылась, в прихожей послышалось копошение и кажется что-то откуда-то упало. Или, возможно, он что-то кинул на пол. Слава богу, живой. Доверившись своей способности, я увидел, как Катсуки в весьма не трезвом состоянии решительно направляется в сторону спальни. Приглядевшись к общему состоянию его тела и в частности лица, я понял, что он не дебоширил и ни с кем не дрался. Что несказанно обрадовало меня. Дверь раскрылась нараспашку, несильно стукаясь о стенку и, немного пошатываясь, Бакуго, наконец, зашел в комнату. Он достаточно хорошо держал себя в руках, но всё равно ему тяжело далось пройти до кровати, при этом тяжело плюхнувшись на кровать напротив зеркала. — Изуку? — немного неуверенно спросил Каччан, тяжело облокачиваясь на свою руку, стараясь при этом держать голову ровно. Я сразу же появился. — Где ты был? — обеспокоенно спросил я, при этом слишком близко подходя к зеркалу. — У Денки,— он смотрел на меня слегка расфокусированным взглядом, но всё равно в его взгляде проскальзывала уверенность в чём-то. Как будто бы он на что-то решился. Но на что? Бакуго, слегка покачиваясь, встал с края дивана и подошел ближе к зеркалу. Ближе ко мне. — Что ты...? — я даже не смог сформулировать свою мысль. Я не знал что сказать. Каччан ещё никогда не подходил настолько близко. — Ты был бы со мной? — неясно пробормотал он. — Ч-что? — я не совсем расслышал, что он сказал. Но, то что мне послышалось, что это было...? — Если бы я сказал тебе поцеловать меня, ты бы сделал это?,— оранжевые глаза в темноте казались насыщенно бардовыми, от чего у меня задрожало всё тело. Но не от страха, нет не от него... Это все алкоголь, алкоголь... — Каччан...? — я поверить не могу, что он спросил что-то подобное. — Да или нет? — серьезно спросил Бакуго, продолжая смотреть прямо в мои глаза. Я задумался лишь на мгновение, чтобы уже точно определиться со своими чувствами, которые уже давно вспыхнули в моём мёртвом сердце. — Да,— немного неуверенно ответил я. Всё ещё был какой-то страх, что чувства не взаимны. Было неприятно представлять что-то подобное. — Поцелуй меня,— всё тем же серьёзным тоном молвил Катсуки. Легкий румянец вспыхнул на моих щеках из-за сказанных слов. Вот так в прямую попросил... — Но это не возможно...,— честно говоря, я просто пытался растянуть эту сладкую негу, вспыхнувших в одно мгновение чувств. Но, ещё здесь снова проскользнула моя неуверенность в чувствах Каччана. Не знаю откуда эта неуверенность взялась, скорее всего, мне просто не хотелось снова переживать, когда-то пережитые чувства. — Ты сказал, что сделаешь это,— нахмурив брови, ответил Бакуго. — Сказал, но ведь я не обещал... На мгновение между нами повисла тишина. Горькая, неприятная, терзающая, но фраза, которой Бакуго пронзил накалившийся между нами воздух, стала отправной точкой, после которой, вся моя неуверенность испарилась как будто бы и не было никогда. — Поцелуй, всего один,— он не просил, а практически умолял, что было хорошо видно в его глазах. Для того, чтобы выйти в реальный мир, я должен приложить и использовать не мало своей энергии. Узоры, которые располагались на зеркальной раме, были сравни огромному амбарному замку на огромном здании. Пройти через который, было крайне сложно. По идеи из-за него то я и застрял в этом за зеркальном мире. Я ни разу не пробовал сквозь него пробраться, потому что не имел особой цели это делать. А сейчас, когда она была, мне придётся сильно постараться. Ведь к любому замку прилагается ключ, а если и это не поможет, значит поможет моя сила. Закрыв глаза и сосредоточившись на своей способности, я стал искать ответ на свою просьбу, которая заключалась в том, как выбраться отсюда. Кое о чём додумавшись я положил руку на зеркало, слегка надавливая. Я ведь как-то сюда попал, значит должен быть выход... Надавил чуть сильней, при этом теперь используя свою энергию. На мгновение я почувствовал, что продавил немного эту преграду, но она, кажется, начала сопротивляться, слегка отталкивая мою руку обратно. Да пусти ты меня к Каччану, чёртова стекляшка! На этот раз приложив уже обе руки, я что есть мочи надавил на преграду от чего она, судя по ощущениям, начала сильно трескаться, но на состояние самого зеркала это никак не повлияло. Она всё трескалась и трескалась, пока сплошным пластом не рухнула в низ, из-за чего я не успел за что-нибудь схватиться, чтобы удержаться и, в итоге, повалился вперёд. У меня получилось. Господи, как же давно... Я почувствовал, как меня поймали крепкие руки и неуверенно прижали к горяченному телу. Совсем на чуть-чуть отпрянув от Каччана я смотрел в его слегка ошалевшие глаза. Видимо он не ожидал, что я всё-таки окажусь здесь. Да и я сам до сих пор в шоке от случившегося. В реальности я был каким-то прозрачным, но, судя по тому, что Каччан всё ещё крепко сжимал мои предплечья я был вполне осязаем. Я дал время не трезвому сознанию Катсуки для полного осмысления происходящего. Но время шло и мои силы стали понемногу угасать. Надо поторопиться... Наконец, кажется, набравшись храбрости, я сам приблизился чуть ближе к лицу Каччана, ловя губами его горячее дыхание. Так как я был чуть ниже пришлось слегка задрать голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. А он тем временем поймал мой взгляд, смотря томно, будто чего-то дожидаясь. Но время шло... Я понял чего он ждёт. Его должен был поцеловать я, это ведь он попросил, а не я. Поэтому, я неуверенно приблизился ещё ближе к нему, легонько касаясь своими губами его. Не выдержав подобной пытки, Каччан всё-таки взял инициативу на себя, и уже намного уверенней чем я, властно смял мои губы в требовательном поцелуе. Бакуго целовал меня страстно, то легонько прикусывая нижнюю губу, то слегка оттягивая её. На долю секунды я почувствовал, что Каччан даёт мне полную свободу действий, позволяя мне вести. В отличии от Бакуго я пытался вложить в поцелуй нежность и легкость. Я углубил наш поцелуй. Катсуки тесней прижал меня к себе, от чего я почувствовал, как бьется его сердце и как сбивается его дыхание. Рука Каччана аккуратно прошлась по моей талии, а другая вплелась в мои кудри. Языки продолжали танцевать только им известный танец. Я непроизвольно застонал от очередного нежного прикуса моей губы, от чего Катсуки хитро ухмыльнулся. Сквозь неимоверные ощущения, доставляемые от поцелуя, я почувствовал, что время уже истекает, но этот момент я хотел продлить как можно дольше. Я ощущал тепло его тела, которое меня согревало. Казалось что вот-вот и моя температура тела снова станет тридцать шесть и шесть. Мы были слишком близко к друг другу. Но вот только я не мог подарить своё тепло Каччану, я мог лишь его получать. Я ведь мёртв. Неожиданно я ощутил, что меня как будто куда-то уносит. Видимо, время уже закончилось и моё зазеркалье тянуло меня обратно. Будто зазывало в свою глубокую темноту. Но я стал внутренне сопротивляться этому. Нет! Мне нужно ещё... Мне не хватает того времени, что было предоставлено, катастрофически мало. Почему бы просто не позволить быть мне с тем человек, который готов быть со мной с таким, какой я есть? Тепло Каччана уже никогда не забудется, оно будет убиваться меня изнутри без дополнительного подкрепления. Мне нужно тепло, а не тот дикий холод, что окутал меня уже так давно. Ещё чуть-чуть... Может быть, для кого-то это бесценное время скоротечно, молниеносно, пробегает так быстро, что остается незамеченным, но для меня этот миг равноценен жизни, которую я так беззаботно отдал. Позвольте остаться. Но, когда я открыл глаза, я все же оказался в своём за зеркальном мире. В той темноте, где я пробыл несколько дней. Отпустите. Отпустите меня к нему!