Зеркало

Если бы это было бы возможно, Бакуго бы целую вечность сжимал в своих объятиях такого раскрепощённого, полностью доверявшегося ему веснушчатое чудо. При этом приятным дополнением ко всему прочему стали мягкие чувственные губы, которые с такой лёгкостью и доверием дали ему себя расцеловывать. Впервые в жизни, Катсуки почувствовал, поистине искреннюю отдачу всему процессу. Ему позволяли сжимать, прикасаться, полностью отдав в его руки власть над чужим, но при этом ставшим таким родным, телом. Оно как будто кричало:"Делай со мной что пожелаешь!". Всё нутро будто бы раскалилось от тех чувств, которые овладели разумом не совсем трезвого парня. Он продолжал прижимать к своей груди податливое тело полностью расслабленного Изуку, при этом безвозмездно делясь с ним теми чувствами, которые вылились в мгновенно повысившуюся температуру слившихся тел. На самом пике их страсти, это потрясающее чувство испарилось. Лишь немного отзываясь отголосками ушедшей приятной неги. Бакуго ожидал этого, но до сих пор не мог раскрыть глаза, чтобы теперь точно в этом убедиться. Изуку снова ушёл. Явно не по своей воле, но ушёл. Наконец открыв глаза, Катсуки наткнулся на своё одинокое отражение в тёмном зеркале. Невольно взгляд упал на слегка раскрасневшиеся губы. Облизнув их, Бакуго почувствовал понемногу исчезающий вкус Мидории. Тяжело выдохнув, парень, слегка пошатываясь, подошёл чуть ближе к зеркалу, касаясь, начинающей болеть, головой холодной поверхности. "Что же заставило тебя уйти?" Парень знал, он чувствовал, что Изуку был всё ещё там, в этом зеркале. Но он не понимал, почему тот так неожиданно исчез. Бакуго опустился на пол, прижимаясь спиной к краю дивана и снова сгорал от ожидания, когда его чудо снова появится в зеркале и, улыбнувшись, скажет, что всё в порядке. Раскалывающаяся голова не давала покоя, от чего Катсуки прикрыл глаза, и, буквально через пару минут, погрузился в беспокойный сон.

***

Я снова был полностью погружён во тьму. Причём не только внешне, но и внутренне. Только-только обретя то счастье, которого мне так не хватало, я его снова потерял, и на этот раз я даже не знаю, сколько мне тут придётся пробыть, чтобы я, наконец, смог вернуться к Каччану. Прошлый раз я тут находился несколько дней... Я боялся представить, что мог бы надумать себе Бакуго за это время. Ведь он, хоть и не показывает этого, очень ранимый. Скрывая все свои чувства под толстенной скорлупой недоверия и опаски, что над его чувствами будут издеваться, он как будто запечатал их всех внутри себя. И я уверен на все сто процентов, нет, даже на тысячу процентов, что кроме меня, никто не знает его лучшей стороны. Он часто рассказывал как дрался буквально не на жизнь, а на смерть со многими людьми. При этом, говоря об этом, выглядел он вроде бы абсолютно пофигистически. Ни один мускул не дёргался на его лице. Мол, посмотри на меня, какой я храбрый. Но печаль, которая иногда проскальзывала в его оранжевого цвета глазах, говорила об обратном. Потому что я так же знаю, что после этих драк он терял большую часть своих знакомых и после чего шёл в какой-нибудь бар и напивался там в стельку. И пропадал на долгое время, как будто его вообще и не существовало. Но Каччан - потрясающий человек. Он сильный, не только физически, но и в психическом плане. Про себя я так не могу сказать, потому что всего-лишь одно происшествие погубило меня за какую-то неделю. Оно, можно сказать, окончательно подтолкнуло меня к тому, что я уже как три с небольшим года запечатан здесь. И за это время, я так и не понял, где это здесь. У меня было зазеркалье и вот эта тьма. Наверное, стоит назвать её "Комната для раздумий", потому что, когда бы я здесь не оказывался, я всегда о чём-то да размышлял, чего я не делал находясь в своём зазеркалье. Можно сказать, что это место достаточно полезное для того, чтобы привести свои мысли в порядок, но не тогда, когда твоё мёртвое сердце разрывается на две части от разлуки, при этом каждым мускулом просясь к своему самому дорогому человеку. Я часто в своих мыслях называю Каччана своим, но, кажется, только сейчас начал понимать почему. Я влюблён. Влюблён в милого, вечно хмурого Бакуго. Тяжело и в то же время потрясающе осознавать это, потому что, можно сказать, что я не был никогда так привязан к кому-то. У меня когда-то была девушка, замечательная девушка, которая в итоге предала меня. Я не могу сказать ничего плохого про неё, потому что, скорее всего, это я был виноват в том, что она нашла себе другого ухажёра, не такого размазню, как я. Но и ничего хорошего про неё сказать я тоже не могу. Единственное, что я так и не понял, это то, почему же она всё-таки со мной сошлась. Я ведь всю свою жизнь не был уж таким красавчиком, как её бывшие парни. Я вряд ли бы смог защитить её, случись чего. Всю жизнь был щуплый. Так почему же... Ответ пришёл мгновенно. Меня никогда не любили взамен. Всё предельно просто. Видимо такое чувство как "любовь" не такое сильное, как чувство "привязанности". Раз люди, говоря человеку, что любят, в итоге привязаны к кому-то другому. Значит, про свои чувства к Каччану, я могу теперь сказать одно. Я привязан. Возможно это прозвучит глупо, или как-то пафосно, или всё вместе, но это именно так и есть. Можно любить кого угодно, но, человек, к которому вы привязались, никогда не уйдёт из ваших мыслей. А Каччан, как будто бы целиком и полностью обосновался у меня в мыслях, чувствах, сердце... Я чувствую, как энергия старается заполнить моё тело, но загвоздка в том, что только пытается. Слишком медлительный процесс в этот раз. Это как будто бы убивает меня во второй раз. Мне хотя бы чуть меньше половины получить, чтобы хоть на мгновение пробиться к Каччану и посмотреть дома ли он, и если да, то в порядке ли. Как же я боюсь, что он может сделать что-то с собой. Отчаяние, подпитанное алкоголем, могло дать любой результат, от предсказуемого до самого неординарного. Тем более речь сейчас шла о самом Бакуго, знаменитому как самый непредсказуемый парень. Об этом даже этот придурок Денки говорил. Пф, снова вспомнил его. Он мне не нравится, просто потому, что постоянно слишком близко находится к Каччану. Даже я не могу себе такого позволить, а какой-то Денки — может. Неприятно. Противно. Омерзительно. Неожиданно, меня дёрнуло в сторону, от чего я, не удержавшись на ногах, повалился куда-то словно в бездну, так и не встретившись телом с полом, который предполагалось, что должен был быть. Я продолжал падать, при этом зажмурив глаза, всё дожидаясь, когда я уже куда-нибудь да упаду. Мой неудавшийся полёт не продлился слишком долго, поэтому я через пару секунд, наконец, приземлился на твёрдую поверхность. К счастью, я ничего не почувствовал при падении, ведь технически не могу этого сделать. Мёртв ведь... Приоткрыв сначала правый, а затем и левый глаз, я неверяще огляделся по сторонам, за какую-то долю секунды осознавая, что нахожусь в своём зазеркалье. Что!? Аккуратно поднявшись на ноги, я незамедлительно подобрался поближе к зеркалу, той самой границы, которая разделяет меня и Каччана. Собственно, сам Катсуки мирно посапывал у кровати, видимо, так и не дождавшись меня, задремал. Поняв, что во мне достаточно энергии для того, чтобы воспользоваться своей способностью, я стащил с кровати одеяло и укрыл им Бакуго. Я сел на пол ближе к зеркалу и стал рассматривать Катсуки. Место, где находилось сердце, сжалось. Мне хотелось снова выйти из этого проклятого зеркала и прильнуть к Каччану сбоку, нежась в его объятьях и получить то необходимое, ставшее родным, тепло. И все эти чувства проснулись во мне только благодаря Каччану. Моему Каччану.