Одиннадцать хвостов

Два хищника стояли друг напротив друга. Два демона. Два пламени. Алые глаза. Янтарные глаза. Две бушующие ярости. Два желания. Одно желание: убить, разорвать, испепелить, вкусить кровь врага, вкусить кровь этого мира, уничтожить мир, увидеть меркнущий алый свет в его глазах. Другое желание: защищать, оберегать, любить, спасти. Но для этого надо: убить, разорвать, испепелить, вкусить кровь врага мира, увидеть меркнущий янтарный свет в её глазах. Для защиты этого мира. Ярость полыхает огнём в жилах двух хищников. Сила полыхает огнём в жилах двух демонов. Бой. Бойня. Война. Уничтожение. Демоны бьются до последней капли крови… Эпиграф от читателя АрраНод

- Начали! Но никто не шелохнулся, и только над ареной медленно поднималась и разгоралась невидимая, полная глухой ярости схватка. Две чудовищные ауры сшибались раз за разом, ведя борьбу за главенство, пытаясь подчинить и придавить к земле противника. Чёрные с алыми прядями волосы Кемоно едва шевелились на ветру, который так же слегка трепал пока ещё блондинистую шевелюру Наруто. Удзумаки почти не дышал и ни о чём, совершенно ни о чём не думал. Внутри зрело что-то огненное и опасное, готовое выплеснуться наружу, потому что он не забыл запаха крови Саске и едва слышное биение его сердца. Демоница стояла прямо перед ним, та, которая принесла весть о грядущем Ужасе, расправившем крылья на западе. Она вторглась в его жизнь. Она принесла боль и смерть, терпкий вкус войны и запах её пожарищ. Она пришла, чтобы уничтожить его мир и на его останках выстроить империю тьмы, где все они лишены права на жизнь. В её глазах – океан пламени. И он заставит его погаснуть. Кемоно качнулась на напряженных ногах и вдруг возникла прямо перед ним, обнажив белые зубы в кривом оскале. Огненная аура на мгновение обожгла всё его существо, но у Удзумаки не было на это времени, потому что он уже перехватывал кулак прямо у своего лица. Кемоно дернулась чуть назад, выпрямляясь и с силой ударила ногой. Почему-то Наруто не сомневался, что так она способна была снести ему голову. Он мягко уклонился и сам атаковал. В бешеном водовороте они закружились по всей арене, сойдясь в чистом тайдзюцу, обрушивая друг на друга страшные удары и ставя непрошибаемые блоки. Моретсу но дралась так же, как и Юки: двигалась в рваном ритме, атаковала совершенно непредсказуемо, меняла позицию и совершенно не пыталась удерживать какую-то дистанцию. И Удзумаки едва держался под её чудовищным натиском, потому что её кулаки были повсюду, её ноги рассекали воздух со свистом клинка, а огненные глаза словно полосы светящиеся оставляли, когда она перемещалась. «Давай! Порвем её!» - взревел Девятихвостый. И его грохочущая раскаленная сила хлынула по жилам джинчурики, обжигая своей дикой яростью и нечеловеческим азартом, требуя крови врага, желая выплеснуться наружу огненным вихрем. Она была одновременно непокорённой и ластящейся к хозяину, ядовитой и исцеляющей, полной гнева и свирепой радости. Вернулось потрясающее, являющееся только в первую секунду, ощущение всемогущества. Мир вокруг стал невероятно чётким, когда радужка окрасилась алым, а зрачок вытянулся в щёлку, и цвета всей массой оттенков ударили по глазам. Наруто видел Кемоно, видел до последнего жеста и алой ленты в низком хвосте, а бо́льшего ему и не требовалось. Хищная улыбка скользнула по губам Удзумаки, он чуть сместил ногу и сорвался, словно с обрыва прыгнул, в скоростной режим. Ветер вдруг разъярённо взвыл в ушах, но податливо расступился, давая Наруто обратиться в алую молнию, а всё вокруг превратилось в смазанные яркие полосы, меж которых мелькало чёрно-алое пятно. «Вот теперь повоюем, - зло рыкнул Лис. – Посмотрим, насколько остры её глаза!» «Пусть попробует поймать сына Жёлтой Молнии!» - откликнулся Удзумаки, который едва дышать мог от сумасшедшей скорости. Кемоно едва успевала блокировать удары, вокруг неё скользил стремительнее солнечного луча силуэт такого желанного врага, кровь которого она жаждала пролить всем своим существом. Её скованная пока мощь рвалась на свободу, потому что вся Кемоно представляла собой лишь сплав жажды убийства и безумной радости уничтожения. Враг был силён и быстр, она не могла угнаться за ним, поэтому пропустила уже десяток ударов, но это лишь заставляло кровь вскипать прямо в жилах. Всё это время Кемоно спала, представляя собой тень прежнего могущества, но сейчас, когда она снова встретила достойного противника, в ней оживала и поднималась из пепла Вестница Войны, не делившая бойцов на поле боя на чужих и своих, потому что они все исчезали в её беспощадном пламени. В глубине души поднимала голову истинная Моретсу но Кемоно, и её жажда крови была поистине безграничной. Поэтому Кемоно уже сейчас приоткрыла врата, за которыми плескалась её сила, и позволила струйке чистого огня скользнуть по её венам. Наруто не понял, что произошло. Просто вдруг его окатило волной сокрушительного безумия, сорвавшегося с цепи гнева, а потом прямо перед джинчурики сверкнули огненные глаза Кемоно и её ослепительная в своём сумасшествии улыбка. Демоница больше не отставала, теперь она двигалась в том же нечеловеческом темпе и, в отличие от уже уставшего Удзумаки, ещё даже не запыхалась. По арене метались два всполоха, движения уже различал только шаринган или бьякуган, а удары, которыми обменивались противники, перешли грань уничтожающих. «Какого чёрта?!» - взвыл Наруто, когда Кемоно играючи уклонилась от нанесенного на предельной скорости его коронного удара в голову, а затем на его плечо обрушился с силой падающего гранитного утеса её кулак. Жалобно захрустели, сминаясь, кости, адская боль раскаленным валом накрыла Удзумаки с головой, в глазах потемнело. За последнее Наруто получил ещё и удар ногой в живот, и его отшвырнуло через половину арены. Несмотря на ни с чем не сравнимую боль, он умудрился перекувыркнуться в воздухе и приземлиться точно на ноги, хотя тут же упал на одно колено. В дело вступила Таби, и через повреждения уже потекла остужающая и исцеляющая чакра Двухвостой. Через мгновение кости плеча с тихим щелчком встали на место, а на животе не осталось даже синяка. «Знай наших!» - довольно рявкнул опьянённый схваткой Девятихвостый. Кемоно по-птичьи склонила голову набок, на её лице не осталось ничего человеческого, она не моргала и только скалилась, словно надела маску чистого безумия. Широко раскрытые немигающие огненные глаза пронзили Наруто насквозь. - Неплохо, - бросила она и тут же стремительно – Удзумаки даже не смог разглядеть знаки – сложила серию печатей: - Искусство Демонов: Сын Бездны! Пепел под её ногами, который остался после её же прошлого разгула, шевельнулся и вдруг серым вихрем взметнулся вверх, ураганом закручиваясь вокруг своей оси. Он вращался всё быстрее, и внутри Наруто вдруг ощутил, как от души Кемоно откалывается кусок и как он наполняется жаждой его смерти. Моретсу но отскочила назад, а прямо в пепле вдруг открылись и загорелись глазницы, полные жаркого демонического пламени. В них оживало зарево тысяч пожаров, которые жаждала разжечь Кемоно, в них была та же всепоглощающая ярость, давно и безвозвратно захватившая сердце демоницы. Пепел перестал вращаться – он раскрылся гигантским цветком, лепестки которого взметнулись вверх, и с неба посыпались снегом серые хлопья. Перед Наруто стояло существо, полностью сотканное из чакры, пепла и жажды убийства. Тело его чем-то напоминало большую львицу, только голова казалась сплюснутой сверху и больше походила на крокодилью морду с длинными загнутыми клыками. То, что заменяло ему глаза, нельзя было даже отдаленно сопоставить с ними – это были два полных пламенем провала, и нельзя было даже понять, куда существо направляет свой взгляд. Монстр приоткрыл пасть, из щели между чудовищными клыками вырвались пар и гортанное рычание. Оседающий пепел чешуйками ложился на тварь и обращался в непробиваемую даже на вид броню. Наруто лишился возможности двигаться, поражённый тем, как легко и спокойно Кемоно сотворила нечто, издалека напоминающее жизнь. «Так… не бывает», - думал он, оглядывая мощные пружинистые лапы и длинные острые когти. Существо чуть наклонило голову, словно бы исподлобья оглядывая потенциальную добычу, и снова выпустило пар из приоткрытой пасти. - Я зову таких Дореями, - усмехнулась Кемоно, по-прежнему не моргая и дико усмехаясь. – У них нет собственного рассудка, желаний или чувств, они полны лишь моей жаждой убийства и полностью мне подчинены. Это тень жизни, если хочешь. Наруто ничего не ответил, он в упор разглядывал Дорея, оценивая, раздумывая, взвешивая риск. - Посмотрим, что ты сделаешь против него, - хмыкнула Моретсу но. И тут Дорей прыгнул. Без видимого напряжения мышц, без рычания, без какой-либо команды демоницы. Секунда – и Наруто уже видел несущуюся к нему тварь, её распахнутую пасть, где в глубине глотки клокотало алое зарево. Удзумаки уже ничего не успевал сделать, его обдало волной раскаленного воздуха, тяжёлые когти показались совсем близко, обнаженные серые клыки грозили неминуемой смертью. У джинчурики не осталось ни мгновения на технику или что-то подобное, но он и не пытался что-то сделать, просто с равнодушием наблюдал за приближением собственной гибели. Он уже отдал мысленный приказ и получил на него ответ. В тот момент, когда Дорей оказался уже совсем близко и Наруто был в состоянии пересчитать все чешуйки на его уродливой морде, над ареной прозвучал оглушительный и короткий свист, и сверху на тварь обрушилось нечто огромное и сияющее оголенным клинком в солнечных лучах. Тысячи бликов со стальных перьев спрыгнули на стены и закружились по ним, мощные клыки, пробив броню Дорея, глубоко ушли ему в затылок, длинные и куда более острые когти прошлись по его бокам. Дорей захлебнулся жалобным визгом и забил лапами, но этот его противник был тяжелее и сильнее, вжимая всем весом его в землю. - Какого чёрта?! – рякнула Кемоно, бешено блеснув глазами. - Животные на экзамене не запрещены, так как считаются оружием шиноби, - отчеканил Удзумаки, торжествующе улыбаясь. Субараши разжал челюсти, оглушительно взревел, отчего зрители схватились за уши, и ударил железным лбом прямо по макушке Дорея. Тот взвыл, но забился только сильнее. Дракон снова вогнал клыки ему в основание шеи и свирепо тряхнул. Над ареной повисла звенящая потрясённая тишина.

***

Сакура и Хината переглянулись и дружно выдохнули. - Ну наконец-то, - облегченно улыбнулась Хьюга. - Я уж думала, что он не появится, - согласно кивнула Харуно. И обе девушки радостно помахали огромному зверю. Ино не успела подхватить челюсть, и та с грохотом обрушилась вниз, проламывая перекрытия арены.

***

- Это что? – обалдело захлопал глазами Гай, уставившись на только что сотканную из пепла тварь. - Если б я знал, - мотнул головой Какаши, стряхивая липкие мурашки холода. Когда на монстра сверху налетел другой, больше, сильнее и страшнее, глаза Майто угрожающе выкатились, готовясь, видимо, выпасть из глазниц. - Какаши, мать твою, это точно генины?! Да они нас в порошок сотрут! – заорал он в ухо несчастному другу-сопернику. – Он же твой ученик, откуда у него ЭТО?! Хатаке как раз закончил протирать глаз. - Если б я знал.

***

Саске отцепился от железных перил на балконе для участников и выдохнул. Он страшно переживал за друга, а когда аура Кемоно резко набрала обороты, вообще вцепился в поручень и едва его не оторвал. Сейчас же на арене объявился Субараши, значит, всё налаживается. Поэтому Саске наблюдал за полностью офигевшими лицами всех присутствующих, включая половину клана Учиха на трибуне напротив. Если бы посреди арены объявились пьяные Мадара с Хаширамой, горланящие нечто непристойное и с таким же веселым Девятихвостым на поводочке, шок был бы меньше. Гаара же поймал взгляд Учихи и обозначил усмешку уголком губ, показывая, что меньшего он и не ожидал.

***

Итачи за маской АНБУ, стоя за спиной Хокаге, разрывался от двух противоречивых желаний: захохотать в голос или вложить всю душу в красивый и понятный миру жест "рука-лицо". Вся конспирация Удзумаки превратилась в прах, более того, такого грандиозного палева не было, кажется, с самого основания Листа. Но самого "любителя цирка" ситуация, кажется, вообще не цепляла. Высоко запихнутые гости же дружно вылупились на Хирузена, чем привели его в дичайший "восторг". Он и так едва удерживал прямо-таки жаждущие скосплеить кружки глаза, подхватывая челюсть на краю уступа, а крышу – на взлетной полосе, а четыре, ну, очень внимательных взгляда только добавляли пикантности всей ситуации. Мизукаге разглядывала Хирузена в немом изумлении, пытаясь понять, почему Сарутоби ещё не бегает по всей Стране Огня с радостными воплями, ведь у него такой козырь в рукаве. Райкаге сверлил художественную цепочку дырок на лбу Третьего тяжёлым взглядом. Цучикаге вообще щурился на него подозрительно и обвиняюще одновременно. А Казекаге смотрел со своей жуткой доброжелательностью, словно поощрял ход Листа. Хокаге же просил всемогущих Ками-сама ниспослать на землю четыре метеорита и избавить его от греха смертоубийства.

***

Субараши всё сжимал и сжимал клыки, но ожидаемого хруста позвоночника не было слышно. Дорей перестал выть и низко зарычал, после чего обмяк всем телом и тут же бешено рванулся. Дракон сжал сильнее когти и разорвал шею врага клыками, после чего с силой ударил, его стальной лоб с хрустом проломил затылок зверя. Пепел взвихрился вокруг него, дракон отшатнулся, разрывая дистанцию. Серая завеса опала, и перед Субараши снова оказался монстр, совершенно целый. - Я разве не сказала, что это лишь осколок души? У него нет тела, которое можно было бы ранить, - усмехнулась Кемоно, и в глазах её отчётливо взметнулось торжество. Наруто точно так же склонил голову набок, алые глаза пронзили демоницу насквозь. - Так только интереснее, - был ей ответ. Субараши, ощутив гнев хозяина, взметнулся на дыбы и ударил крыльями. Вихрь обрушился на Дорея, словно боевой молот бога, и тварь едва удержалась на ногах. Кемоно взмахом руки возвела стену пламени, о которую с грохотом разбился шквал, взрыв землю по обе стороны. «Этого недостаточно», - мысленно оскалилась Кемоно. «Это ещё не всё», - точно так же скалился в мыслях Удзумаки. Субараши опустил голову, меж клыками приоткрылась узкая щель, и дракон начал со свистом втягивать в себя воздух. Над ареной задрожало напряжение, аура Дорея затерялась в мощном ощущении присутствия идеального хищника, могучего, яростного, сокрушительного, жаждущего уничтожить противника. А потом произошло то, что Кемоно так старательно хотела забыть. Пять сотен лет она не сталкивалась с подобным, но прекрасно помнила это проявление истинной драконьей природы. Все иллюзии и барьеры демонов падали под её натиском, воля к битве оказывалась раздавленной животным страхом перед более сильным зверем. Субараши запрокинул голову, пасть его распахнулась, явив молочно-белые клыки, и тут же небо разрушилось, осыпалось тысячами осколков, отчаянно задрожала земля, и всё живое замерло, скованное ужасом, и никто не смел даже вздохнуть, потому что воплотились истинная сила и власть, несущие смерть непокорным. Потому что грянул рёв. Он был повсюду, он уничтожил все звуки, его раскаты всколыхнули все деревья в Селении, его гром заполнил всё пространство и уничтожил его, оставив только вибрацию низких нот. И центром всего этого был сияющий сталью зверь на арене. Зрители попадали на пол, закрывая руками уши и неосознанно преклоняясь перед зверем. Лишь джонины сумели удержать себя в руках. Каге напряглись, вцепляясь руками в подлокотники и изо всех сил удерживая нейтральное выражение на лицах, потому что вся четвёрка высоких гостей теперь в полной мере осознала, какую мощь представляет собой Лист, а сам хозяин "мощи" не знал, за что ж ему столько счастья привалило. Казекаге мысленно жал руку Орочимару за то, что тот невольно предотвратил крах Песка, попытавшегося было тронуть такого зверя. Гаара же ощутил, как заметался в отчаянной попытке укрыться Однохвостый. Джинчурики Песка не знал, что Шукаку тревожит тень воспоминаний о Первой Всеобщей, когда рык Огненного Властелина уничтожал целые легионы. Кемоно обнажила сжатые зубы, всё её существо отчаянно боролось с собственным смятением и чудовищной атакой. Драконы были созданы хозяевами этого неба, так что ни одна живая душа не может противиться, когда они демонстрируют свою власть. «Опять Вы в моей голове, Хосито-сенсей», - хмыкнул про себя Наруто, купающийся в низких резонирующих звуках. Это был рык и его души тоже, потому что его чакра тоже текла сейчас по жилам Субараши, и это он сейчас заявлял своё право на здешнее небо, показывая силу хищнику, явившемуся на его территорию. Это был уже не Экзамен. Началась война. Наконец Моретсу но не выдержала – она больше не могла оборонять себя и Дорея одновременно. Преграда, скрывавшая пепельную тварь от атаки, осыпалась незримой пылью, и огненные глазницы угасли, мелькнув остывшими углями. Рёв ударил последней сокрушительной волной, и уродливая фигура осыпалась серыми хлопьями на землю. Кемоно коротко вскрикнула, в глазах на секунду вспыхнула боль. Рёв оборвался. Минуту стояла звенящая тишина, только щёлкнули зубы – Субараши захлопнул пасть. Затем по арене пронесся общий вздох облегчения. Зрители поднимались на ноги и возвращались на свои места, многие дрожали. Каге в полном составе сохраняли до чёртиков невозмутимые лица и украдкой переводили дух, мысленно молясь или матерясь. Кемоно больше не усмехалась. Её лицо превратилось в белую равнодушную маску, на которой неистово полыхали огненные глаза. Наруто смотрел на неё и ощущал холод, скользнувший по позвоночнику. Он видел, как обугливается её аура, становясь чисто багровой в центре и чёрной по краям. Его вдруг пронзило понимание. Кемоно, раз за разом откалывая по кусочку, уничтожила собственную душу. Сотни частиц её сущности умерли таким образом, и он убил одну из них. От первоначальной демоницы остался лишь жалкий осколок. Она сама стала одним из собственных Дореев. Наруто почувствовал, как кипит вокруг нарастающая лавина её силы. Кемоно больше не собиралась сдерживаться. «Больше половины резерва шинигами под халат. Мо-ло-дец. И дался тебе этот рёв? Она теперь нас на порядок превосходит», - проворчал Девятихвостый. Тут Лис был не совсем прав. Да, чакры Кемоно почти не потратила, только вот душа её выла и стенала, захлебываясь болью от потери своей части. Только вот в таком состоянии Моретсу но стала совершенно непредсказуемой. - Молись, Удзумаки Наруто, за себя и за свою ящерицу! – рык демоницы прозвучал в полной тишине набатом. А потом она вдруг возникла прямо перед замершим Субараши. С рук её сорвался язык пламени, обращаясь в катану, и Кемоно незамедлительно обрушила её на плечо дракона. Всё происходило за доли секунды: Суба осел на задние лапы, промелькнул огненный блик, раздался полный боли и изумления рык. Сжатое в форму клинка пламя прошибло стальную броню, как кожаный доспех, и из длинной – от основания шеи через всю мощную грудь – раны хлынула алая кровь. «Невозможно! – мысленно взвыл Удзумаки, которого окатило невероятной болью друга. – Взрывы Дейдары даже не закоптили чешую, а она одним ударом!..» «Не стой столбом!» - перебил его истошным воплем Девятихвостый. «Она же его убьёт!» - прозвучал далекий и полный паники вопль Ниби. Наруто открыл все заслоны, и в жилах оглушительно загрохотала чакра Кьюби. Через секунду он уже коршуном завис над Кемоно и обрушился на неё, выставив вперед чакролапы. Гладкий и багрово-жуткий Покров Демона лоснился на солнце. Моретсу но приняла выпад на острие катаны, две чудовищные силы сшиблись, и ни одна не пострадала. Противники отскочили в стороны. «Суба, лети отсюда. Спасибо за помощь», - скомандовал Удзумаки. «Должен будешь», - хриплым от боли голосом отозвался дракон. Потом распахнул крылья и взмыл. На арену упали несколько стальных чешуек приличного размера, окрашенных кровью. - За это ты мне заплатишь отдельно! – рявкнул Наруто. Ледяная маска на лице Кемоно треснула, и губы её растянулись в нечеловеческой усмешке, обнажая удлинившиеся клыки. В глазах жило пламя. Катана в руке содрогнулась, поплыла и начала менять форму, увеличиваться, наполняться силой. «Вот чёрт!» - мысленно ругнулись джинчурики и Лис хором. Кемоно взмахнула косой, её широкое лезвие пылало, как огненный полумесяц, оставляя за собой дымящуюся полосу. Обе руки демоницы легли на рукоять, все её мышцы напряглись, на губах ожило звонкое звериное рычание. Участница Экзамена Моретсу но Кемоно исчезла. На арену выходит Вестница Войны. Через мгновение чудовищная коса рассекла воздух на том месте, где только что стоял джинчурики. От лезвия отделилась волна пламени и промчалась через всю арену, с грохотом врезавшись в стену. По её белой поверхности побежали трещины, на землю упали несколько капель расплавленного камня. Наруто только успел приземлиться после прыжка, как прямо перед ним взметнулся накалившийся воздух, и жуткое лезвие вонзилось прямо рядом с ним. Не прошло и одного удара сердца, и Кемоно уже изменила удар. Древко косы обрушилось на ногу не сумевшего уклониться Удзумаки, импульс чакры даже не ломал – крошил кости и раздавливал мышцы. Кровь прыснула струями во все стороны, на губах Наруто умер дикий вопль, прозвучавший лишь сдавленным шипением, глаза парня широко распахнулись, перестав воспринимать окружающую обстановку. Последовал чудовищный удар в грудь, просто смявший грудную клетку – в ногу Вестница Войны накачала неимоверное количество чакры. Джинчурики отшвырнуло через всю арену, стена содрогнулась, когда в неё ударилось тело. Демоница вонзила косу в землю и набила серию печатей: - Девять Кругов Ада: Копье Возмездия! Она выбросила вперед руки, и с них сорвался луч испепеляющей всё на своем пути чакры. Он, издавая дикий свист, врезался туда, где не осела ещё пыль после падения Удзумаки, и оглушительно взорвался. Красно-белая вспышка замерла там на мгновение упавшей звездой, а потом иглами ударила в сотни потрясенных глаз. Никто не мог пошевелиться, никто не смел вмешаться, все в неподвижности наблюдали за возродившимся здесь и сейчас монстром. Райкаге трясло, и он едва мог это скрывать. Ему казалось, что он уже сталкивался с чем-то подобным, смотрел в такие же безумные глаза и ощущал смертоносную ауру. Скрытый Лист содрогнулся, эхо взрыва замерло где-то за окраинами Деревни. - Тебе ещё мало?! – неожиданно взревела Кемоно. Она послала взмахами пылающих рук две огненные волны, потом снова вскинула косу и сорвалась с места, кидаясь прямо в дым, чтобы оборвать нить жизни своего врага и остудить пылающее лезвие в крови. - Ты готов, Ку? - Как никогда. - Раз так… Да начнется охота! …Острый клык разорвал кожу на пальце, теплая кровь скользнула вниз… …Демоница ворвалась в облако дыма… …Рука легла на землю, от неё во все стороны скользнули печати… …Она возникла рядом с ним, нависая пылающей смертью… …Техника Призыва!.. …Коса огненной молнией взметнулась вверх и неумолимо обрушилась вниз… Раздался удар, звон застывшего лезвия прозвучал оглушительно и резко. Трибуны разом подались вперёд в напряженном молчании. Генма чувствовал, что он должен остановить схватку, но не знал, как это сделать. Если он спустится вниз – умрёт. А дым потихоньку начал рассеиваться. Когда зрители смогли, наконец, разглядеть демоницу, у всех вырвался единодушный пораженный вздох. Кемоно изо всех сил налегала на рукоять, но лезвие не двигалось ни на миллиметр. Оно было зажато меж двух когтистых лап. Прямо напротив неё сверкали такие же неистовые алые глаза, которые она помнила и спустя пять сотен лет. Глаза Моретсу но широко распахнулись, в них зажглось удивление. Её удар остановил двухметровый ало-рыжий Лис. Правда, за его спиной извивались только четыре хвоста, но это несомненно был Он. Джигоку но Курама, командир Девятого легиона, прозванный Девятихвостым или Алым Холодом за вечное равнодушие и одновременно жажду убийств и разрушений. Кемоно вырвала лезвие и отскочила назад, не веря, рассматривая скалящегося зверя. - Ну как оно, на свободе, Ку? – спросил Удзумаки, поднимаясь на ноги. Из ран ещё сочилась кровь, но все кости и основные артерии уже восстановились, спасибо Некомате. - Неплохо, только попахивает очередной смертью, - отозвался Кьюби, и кривой оскал стал ещё шире. - Вот только чьей? – обнажил клыки Наруто. - Сейчас узнаем, - усмехнулся Девятихвостый. Алые лапы сложили знакомую печать, и Лис громыхнул: - Множественное Теневое Клонирование! В клубах алого(!) дыма появились ещё три десятка идентичных оригиналу Кьюби. Все они дружно оскалились и взмахнули хвостами. «Да простят меня Инузука за плагиат», - мысленно вздохнул Наруто и сложил несколько печатей: - Техника Имитации Демона! Ряд коротких вспышек на секунду ослепил зрителей. Теперь против оскалившейся Моретсу но выстроилась шеренга аловолосых и красноглазых парней с обнаженными длинными клыками и загнутыми когтями на руках. Кемоно вскинула косу, приготовившись защищаться. - Импульс! – хором воскликнули все три десятка полудемонов, а потом прыгнули и закрутились вокруг собственной оси. И все эти подражающие Гацуге Кибы вихри обрушились на Моретсу но одновременно. Удар был сокрушителен, но даже это оказалось лишь прелюдией. Вихри из потоков чакры, окружающие всех этих клонов, неожиданно взорвались, и вспышка ничуть не уступала Копью Возмездия Кемоно. Дым рассеялся почти сразу. Кемоно в одиночестве стояла на арене - в полный рост, даже не оцарапанная. Косу она держала теперь в одной руке, а за спиной её развернулись уже знакомые некоторым по предварительным боям огненные крылья. Волосы стали чисто алыми, радужка расширилась так, что скрыла белки, и теперь глаза Моретсу но напоминали пылающие провалы, рассеченные непроглядно-чёрными щелями зрачков. Чудовищная аура расходилась от неё волнами, даже воздух, кажется, горел под её воздействием. Она была чистым разрушением. Она была всепоглощающим пламенем. Она была демоном. - Выходи, Удзумаки Наруто, - пророкотала Вестница Войны. – Давай решим наш спор. Или мне нужно убить кого-то из твоих друзей, чтобы ты наконец стал серьёзнее? Она оскалилась и чуть качнула косой. - Я, кажется, неплохо развлеклась на границе Страны Земли. Тебя это не злит? Не возникает жажда мщения? – улыбка исказила её лицо, лишенное каких-либо человеческих черт. – Или шиноби Камня тебя не волнуют? Даже тот блондин, помешанный на взрывах? Моретсу но вскинула голову – движение у неё было резкое, рваное – и взглянула прямо в глаза Цучикаге. Ооноки приподнялся в кресле, лицо его не скрывало ярости и бешенства, но под чудовищным взглядом он тяжело осел обратно. Она тронула Дейдару? Кемоно усмехнулась. Она знала, что Цучикаге не сможет противостоять ей. - А как он кричал, - протянула демоница, смакуя каждое слово. – Жаль только, что его голосок потонул в воплях остальных. Она оглянулась и издала короткий глумливый смешок. Она тронула Дейдару?! - Интересно, он выжил? Глаза Кемоно были полны безграничной жестокости. - Он – первый. Я пришла за остальными. Она убьёт мою стаю?! Воздух всколыхнулся и задрожал, в нём закипела ярость, завыл гнев. Девятихвостый, залёгший в засаде позади Кемоно, ощутил, как из него потянули чакру в неимоверном количестве. Жажда крови, жажда мести алым бутоном распустились внутри, но это были не его чувства. Кьюби вздрогнул – он понял, что происходит. Это было почти так же, как и в Лесу Смерти. Удзумаки затопила безудержная, неистовая, сокрушительная эмоция, срывающая все тормоза, поглощающая разум, сносящая всё на своем пути, - демоническая ярость. Смертельная для человека, но… …но совершенно естественная для демона. «Наруто, остановись!» - завыл Кьюби, но было уже поздно. Техника Призыва разрушилась, и его швырнуло в подсознание, где на полу лежала ослабшая, лишенная чакры Ниби. Она в ужасе посмотрела на такого же обессиленного Девятихвостого. - Что происходит, Курама? - Он сошёл с ума. Прямо перед Кемоно возник Удзумаки Наруто, но что-то в нём кардинально изменилось. Он словно был объят призрачным багровым пламенем, жадным, горячим, разрушительным. И куда более опасным, чем её огонь. Удзумаки немного сутулился, словно ему на плечи давило нечто неподъёмное, веки были опущены. Он приоткрыл губы и тяжело выдохнул. Мелькнули на секунду кончики белых клыков. И вдруг Кемоно содрогнулась всем своим существом. Потому что она снова почувствовала это. Моретсу но впервые ощутила страх такой силы, что по телу её пробежала дрожь. Перед ней был хищник, куда более сильный, чем она. Хищник, чью стаю она тронула. Хищник, готовый убивать. Кемоно должна была сдаться и отступить, выкупив свою жизнь. Да, в Лесу Смерти она так и поступила. Но там же она поклялась, что больше никогда не отступит. К тому же, Вестница Войны никогда не проигрывает. Поэтому сейчас демоница лишь снисходительно ухмыльнулась. И тут Удзумаки открыл глаза. Ярко-алые. Без белков. С золотыми вертикальными зрачками. Кемоно насквозь пронзил животный ужас, этот взгляд уничтожал её, испепелял, обращал в невесомые пылинки праха. Она была его добычей, и он её видит. А значит, уже не упустит. Сила, чудовищная, неограниченная мощь вилась вокруг него и полностью ему подчинялась. Одно его движение – и демоницу сотрут в порошок. Сейчас Наруто – а Наруто ли? – не напоминал того разбуженного Кемоно зверя в Лесу Смерти. Он был гораздо сильнее. И он не собирался сдерживаться. Глаза демона не могут копировать движения или давать обзор в триста шестьдесят градусов. Но они видят многое: движения чакры, ауры, скрытые сущности. И Кемоно второй раз в жизни пожалела, что они у неё есть. То, что было за спиной Удзумаки и казалось ей маревом силы, неожиданно обрело очертания. Огромный. Яростный. Могучий. Смертоносный. Она узнала его сразу и безоговорочно, ведь они уже встречались пять сотен лет назад. Нет, это был не биджу. Он не был настолько слабым. Весь мир выцвел и стал серым, остался только её противник и тень её всемогущего врага за его спиной. Наруто точно так же смотрел на неё, и всё вокруг было таким же чёрно-белым, лишь она была алым мазком поверх выцветшего холста. Кемоно его боялась, это было видно по её ауре. За спиной демоницы высилась крупная – метра три в холке – сотканная из пламени крылатая львица, за спиной у которой покачивался длинный сегментированный хвост с жалом на конце, как у скорпиона. Мантикора. «Всё, не уходите из моей головы, Хосито-сенсей», - отрешенно подумал Удзумаки, словно бы со стороны наблюдая за своими же действиями. Мантикора прижималась к земле и рычала, как делает слабый зверь в присутствии более сильного. Но тут где-то за их спинами появилось нечто размытое, неясное, но всё приближающееся. Прямо над мантикорой распахнулись огромные ядовито-зелёные глаза – даже наполненные едким пламенем глазницы – с перечёркнутыми узкими зрачками, чёрными, как сама бездна. «А вот и он», - оскалился Удзумаки, и демоническая ярость выросла вдвое. «Хозяин», - мысленно протянула Кемоно, ощущая, как в её жилы обрушилась ни с чем несравнимая, пьянящая мощь Тёмного. Жуткий взгляд скользнул по Удзумаки и выше. Глаза их встретились. Они объявили друг другу войну. Противники набили серию молниеносных печатей. И одновременно прозвучали два крика. - Небесная поступь: Идеальный Шторм! - Девять Кругов Ада: Апокалипсис! И мир взорвался. Сами техники были столь ослепительны, что никто их не разглядел, но на месте их столкновения взметнулась настоящая буря, сносящая всё на своём пути. От невероятного выброса энергии начали крошиться стены. Рёв беснующейся чакры оглушал и лишал возможности двигаться, яркая вспышка поразила глаза страшной болью. Третий подорвался с места и, мысленно поблагодарив Кушину за краткое обучение, начал набивать печати. Вспыхнул четырёхгранный барьер, но тонкие стены чакры тут же начали прогибаться под натиском чудовищного ужаса, затопившего арену. Рядом возник Казекаге, и золотой песок обратился в сотни подпор, окруживших и укрепивших барьер. Хокаге благодарно кивнул, и Раса ему улыбнулся. Сарутоби передернуло. Ад на арене, кажется, начал утихать только через четверть часа. Трибуны безмолвствовали. Хината чуть не сломала руку Сакуре, вцепившись в её кисть. Перила под руками Саске жалобно хрустнули. В глазах Итачи ожил Мангекё Шаринган. Буря вдруг выцвела и схлопнулась, опав лопнувшим мыльным пузырём. Теперь от арены в небо поднимался ровный столб сизого дыма. Хокаге выдохнул и опустил руку, покосившись на Казекаге. Тот верно истолковал его взгляд, и золотые подпорки осыпались пылью. Барьер исчез. Каге прошли к своим местам. Ооноки сидел, напряжённо хмуря брови, на лице у него ходили желваки. Мей, как ни странно, держала себя в руках лучше всех – она была лишь чуть бледнее обычного. Теруми внимательно взглянула на Хирузена и спросила: - Это та, о которой Вы предупреждали? Хокаге кивнул, Теруми чуть закусила губу. Райкаге нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла, бурча себе под нос: - Чтоб я… Чтоб тут… Чтоб ещё раз… Эй старательно пытался припомнить, почему Кемоно кажется ему такой знакомой. Дым стал прозрачнее, а потом и вовсе рассеялся. Арена обратилась в один огромный кратер. На его дне неподвижно лежала пока ещё расплывчатая фигура, вторая стояла неподалеку. Напряжение зрителей достигло своего апогея. Над Скрытым Листом меж тем расцвёл полдень. В наступившей тишине запели птицы, сначала несмело, но всё набирая силу. Потянул свежий ветерок, ласковый и осторожный, и именно он окончательно сдернул завесу тайны с поединка. Дым утянуло на запад, и арена открылась полностью, во всей своей красе. Кратер был полностью чёрным, сгорела даже земля. Стены стадиона закоптились и обуглились, по ним пошли широкие ветвистые трещины. Пепелище ещё кое-где дымилось. Один из противников стоял, устало ссутулив плечи, второй лежал в центре воронки, беспомощно раскинув руки. Легкий восточный ветерок растрепал блондинистые волосы, коснулся чёрных с алыми прядями локонов. Наруто вздохнул и провёл рукой по лицу, словно старался стереть наваждение. Потом повёл плечами и поднял уже голубые глаза к небу. «М-да, - устало протянул он мысленно. – И как я буду теперь оправдываться?» «Очнулся? – рявкнул Девятихвостый. – Ты хоть понимаешь, что творил?! Да ты же был ничем не лучше её в ту секунду! Ты ж сам демоном стал!» «Курама! – вмешалась Ниби. – Оставь его пока. У него и так мозги сварились. Потом поговорите». «Простите», - вздохнул Удзумаки и оглядел трибуны. Зрители молчали, но он видел в глазах друзей облегчение. Саске сначала провёл рукой по горлу, потом показал большой палец и беззвучно хлопнул в ладоши. Хината украдкой смахивала слёзы, Сакура гладила её по голове. Гаара едва заметно кивнул ему. Кемоно не двигалась и, кажется, не дышала. Лицо её стало совершенно белым, широко открытые глаза были распахнуты. Наруто в шоке отметил, что они зелёные. Генма осторожно спрыгнул на то, что осталось от арены, пожевал сенбон и почесал затылок. Оглядев Моретсу но, он кашлянул в кулак и провозгласил немного дрогнувшим голосом: - Бой окончен. Победитель: Удзумаки Наруто. С минуту стояла гулкая тишина, а потом кто-то один встал и захлопал. И зрителей словно прорвало. Они ликовали, шумели, свистели, аплодировали. Наруто отвесил строгий поклон и устало поплелся к балкону. Сделав пару шагов, он мысленно потянулся к Субе. «Ты как, в порядке?» «Жив, - откликнулся дракон. – Но бывало и лучше. А ты?» «Аналогично». «Чем кончилось?» «Кажется, справился». И тут тело Кемоно ослепительно вспыхнуло, и на его месте раскрылся огненным цветком костер. Языки пламени взметнулись вверх, поднявшись ровным столбом вверх. Они росли до тех пор, пока не поравнялись с балконом Каге. И тогда на его вершине вспыхнула полупрозрачная фигура. Кемоно оскалилась и помахала ручкой. «Какого чёрта?!» - взревел Удзумаки, становясь в боевую стойку. Тело на это отреагировало тянущей болью, выражая протест. Кемоно обернулась к нему и чуть приподняла уголки губ: - Успокойся. Я просто хочу поговорить. Она огляделась вокруг себя и громко произнесла: - Слушайте! Слушайте! Слушайте! Но все и без этого внимательно слушали. Настолько внимательно, что золотой песок уже стекал по стене, направляясь к подножию столба пламени. Это не укрылось от глаз Моретсу но: - Казекаге, прошу Вас, не стоит. Это эфирное тело, его нельзя повредить или уничтожить, даже Элементом Пыли или Вашим песком. Так что лучше просто выслушайте. - Слушаем, - недовольно поджал губы Хирузен. Кемоно заговорила снова: - Предупреждая вопросы, скажу, что я жива. То тело, что вы видели, - очередной мой Дорей. Впрочем, он вел себя, как моё настоящее тело. Мне удалось выбраться из взрыва за несколько секунд до того, как Вы поставили барьер. К счастью, я не обременена медлительностью, которой отличается ваш род. - Словно ты не человек, - хмыкнула Мей, чуть склонив голову набок. - Нет, конечно, - кивнула ей Кемоно и оскалилась. – Это и переводит нас к главной теме нашего разговора. Наруто опустил голову и тяжело вздохнул. Он уже понял, что последует за этими словами. Моретсу но обвела взглядом трибуны. - Слушайте меня внимательно, люди, - последнее слово отдавало презрением. – У вас весьма короткая память, поэтому придётся её немного освежить. Кемоно хмыкнула каким-то своим мыслям и начала ликбез: - Человечество – далеко не единственная разумная раса. Вы это и так знаете – взять хотя бы Технику Призыва, к примеру. Так вот, семьсот лет назад наиболее сильными и развитыми были вы, люди, что странно, и драконы. Именно последними и была основана первая Скрытая Деревня – Арашигакуре но Сато. И правил ей Арашикаге, что очевидно. Двести лет всё было замечательно, пока в семье Девятого правителя не случился раскол. Его старший сын предал своего младшего брата, и тот ушёл из Деревни, поклявшись страшно отомстить. Именно он и стал первым демоном. Наша раса росла и множилась с невероятной скоростью, после чего под предводительством этого самого младшего брата, которого нарекли Тёмным, выступила против всего мира в целом и драконов в частности. Тогда началась Первая Всеобщая Война. У людей был подписан с Араши договор, так что они объединили силы. Только не сравнивайте это с вашими Мировыми разборками. У них нет ничего общего. Чтобы вам было понятно… Кемоно вскинула руки, и столб пламени развернулся в кольцо. В огне замелькали картины: облака раскаленного дыма, армии на марше, невероятные сражения, огромные взрывы, реки крови. - Смотрите, как следует, - пророкотала Кемоно. – Так уж вышло, что Тёмный был запечатан, и ему потребовалось пять сотен лет, чтобы восстановить силы. Сейчас они как никогда велики. Моретсу но вскинула голову, сверкнула огненными глазами, и голос её загремел над всем Скрытым Листом. В нём звучала сила, в нём звучала жестокость, в нём звучала власть. - И теперь, мир шиноби, мы, демоны, пришли поквитаться за былое поражение. Этот мир должен и будет принадлежать только нам, и людям в нём нет места. Поэтому я пришла объявить вам о вашем скором уничтожении. Наши легионы зальют ваши земли и ваши небеса кровью и пламенем от края до края. Вам не выстоять, люди. В огне сменились картины. Попирая мир шиноби каждым шагом, там шли бесконечные, как реки, колонны демонов. Чёрные полотнища реяли на ветру, гремели доспехи, но страшнее всего звучал мерный грохот тысяч шагов, сливающийся в единую могучую поступь Тёмного. Их было много, пугающе много, и сила их ужасала. - Как думаете, Казекаге, Цучикаге, сколько ваши пограничные отряды смогут удерживать их натиск? А демоны в огне всё шагали и шагали, неотвратимым грозовым фронтом надвигаясь с запада, шаг их был тяжёл и раздавался первыми раскатами грома. На мир шиноби надвигалась буря, и ничто не могло её остановить. Тёмная воля Акацуки но Ками восстала над Шиньяцуме и двигалась теперь огромной чёрной тенью над его армиями. Битва за мир началась. - Шиноби, Тёмный Властелин Шиньяцуме, мой Хозяин, пришёл за вашими жизнями! В призрачной руке Кемоно появилось такое же призрачное древко, на котором развернулось чёрное знамя с красным облаком в центре. - Я объявляю всем вам Вторую Всеобщую Войну! Кемоно безумно расхохоталась и ударила древком о пламя у своих ног. Языки взвихрились, окутывая демоницу, облако на знамени пылало. Напоследок Моретсу но обернулась к Удзумаки и бросила: - А с тобой, Одиннадцатый, мы встретимся на поле боя. Кемоно взмахнула знаменем: - Да будет мрак! Огонь взметнулся к небу и исчез. «Наруто, что это значило? Что за Одиннадцатый? – спросил Девятихвостый. – И вообще, нам объявили войну. Что делаем?» В ответ – тишина. «Наруто? Удзумаки, мать твою!» - взревел Кьюби. «У неё были зелёные глаза», - совсем нелогично откликнулся Удзумаки. «И что?!» «Ты что, действительно не понял?» «А что я должен был понять?!» «Тебе не понравится». «Ну?» «Моретсу но Кемоно была человеком».

***

Год 702 от основания Бури. Ровно через пятьсот лет после начала Первой Всеобщей войны, в день окончания Экзамена на Чунина, Первая армия Тёмной Цитадели под командованием чёрного генерала Курои Узу пересекла границу Страны Ветра, а Третья Армия под командованием алого генерала Вайрудо Кумы вторглась в Страну Земли. Одновременно с этим из Шиньяцуме выступила Вторая армия, равная по численности двум вышеописанным вместе взятым. Её возглавлял белый генерал Карами Кемури. Среди его сопровождения видели Вестницу Войны. Так началась Вторая Всеобщая война. "Записки на пепле. Моэру йо Н."

Японские слова в тексте: Моретсу но Кемоно – яростный зверь. Субараши – великий. Арашигакуре но Сато – Деревня, Скрытая в Буре. Шиньяцуме – полуночный коготь. Джигоку но – адский. Курои Узу – чёрный вихрь. Вайрудо Кума – дикий медведь. Карами Кемури – острый дым. Моэру йо – огненный. Дорей - раб. Уголок Автора: Доброго времени суток моим любимым читателям!:)) Ничего не буду говорить после такого, просто спрошу: ну как вам? Всего вам самого-самого, Ваша _Нико_:3