Смерть с небес

26 июня, 846 год — Гарднер, не спать! Яростный голос командира отрезвляет, но девушка слишком поздно реагирует на его слова. Удар приходится прямо в бедро, из-за чего она падает на землю, больно ударяясь плечом. Все тело ноет, но еще больше напоминают о себе синяки и ушибы с прошлого раза. Она слишком медленная. Не хватает реакции и ловкости для того, чтобы вовремя отражать атаки. Через секунду перед глазами возникает недовольная мина Шадиса, который, в привычной ему манере, напоминает о цели обучения каждого кадета в данном подразделении: — Такими темпами ты умрешь еще до боя! Женщины и старики должны сидеть по домам за стенами, иначе станут кормом для титанов. Разве тебе больше не хочется быть полезной разведке и человечеству, а? — издевка в голосе инструктора только больше подстегивает злость внутри. Зубы скрипят, ладони сжимаются в кулаки, а девушка снова, наверное, в сотый раз поднимается на ноги, дабы продолжить тренировку по рукопашному бою. — Еще! Ее крик заставляет Шадиса усмехнуться, а другого курсанта — Поля Кирстенберга, утереть пот над губой и удивиться тяге Рене к мазохизму. Она не жалеет себя: с остервенением кидается в бой, совершенно игнорируя предупреждения и реальные шансы на победу. Сначала всегда шла напролом, но после пятого поражения, начала использовать уловки, чтобы быстрее достичь результата, однако и это не приносило особых изменений. Тягаться с парнем, который выше тебя почти на две головы — крайне сложно, но Рене будто не видит этого и, сжав челюсти бросается вперед. Она просто больная. Упавшая на голову. Безумная. Но Гарднер плевать. Она готова даже ломать стены, если потребуется, чтобы достичь своей цели. Она должна принести пользу человечеству. Она должна вернуть долг капитану Леви Аккерману. Вижу цель — иду к ней. И на этот раз ей удается. Она обходит Поля, используя обманный маневр, и оказывается на его спине, дабы захватить шею, но здесь главная ставка делается на силу, а Кирстенберг сильнее априори. Он скидывает Гарднер со спины, отшвыривая ее в сторону, однако девушка приземляется на ноги. Сегодня она хоть чему-то научилась, и первое правило — правильно оценивай силы противника.

***

3 мая, 847 год Густой лес для тренировок полетов казался ей особым местом. Здесь можно было спрятаться. Враг не маячил прямо перед тобой, что играло на руку такой девушке, как Рене. Ее хрупкое телосложение позволяло прекрасно маневрировать и быстро перемещаться, однако небольшая мышечная масса была однозначным минусом. В бою против амбалов у нее нет ни единого шанса. Пока. — Рене, смотри! — кричит темноволосая девушка, указывая куда-то вперед, дабы привлечь внимание сокурсницы. И да, действительно, впереди то, что явно этого заслуживает. Три мишени титанов, появляются из-за деревьев в последний момент, чтобы невнимательные кадеты непременно пропустили бы их, но пара девушек ловко разрубают их за несколько секунд, распарывая ткань за задней части шеи гигантов. — Отличная работа, Сара! — счастливая Рене радостно летит куда-то вперед. Ей не терпится продолжить поиски уже новых целей, которые можно было бы поразить. Сейчас она чувствует, как внутри нее поднимается новое, неизвестное ранее чувство. Во время тренировок по рукопашному бою, она чувствовала себя загнанной в угол, ведь из приемов не получалось практически ничего, но здесь, в лесу, все обстоит иначе. Это ее территория. Маневрирование в таких условиях ставит ее в выгодное положение. Это преимущество нужно использовать. Маленькая победа как никогда вселяет уверенность. Все выйдет — нужно только постараться. И даже Поль Кирстенберг не станет для нее тем препятствием, которое она не сможет преодолеть. Сегодня она научилась еще кое-чему — стремление и желание достигнуть цели куда сильнее, чем сухая оценка ситуации. Быть реалистом полезно, но еще лучше — идти вперед несмотря на поражения.

***

6 июня, 848 год — Ну надо же Гарднер, не думал, что ты метишь в заучки, — басовитый голос Карла Жено прозвучал где-то над ухом, отчего Рене на секунду оторвалась от своих конспектов. Она не слушала его, ведь была занята более важными вещами. Несмотря на то, что выпускной теоретический экзамен был давно закончен, Гарднер все равно ковырялась в собственных заметках, словно ища что-то. — Харе повторять, у тебя и так все будет в порядке. Тест уже написан. Карл никак не унимался. Рене это пока что не раздражало, но точно начинало напрягать. Она не любила, когда ее отрывают от того, что она считает по-настоящему важным, поэтому предпочла ответить Жено соответственно: — Просто я предпочитаю лучше подготовиться к тому, что меня ждет. Работа разведчика — дело неблагодарное и опасное, — вздернув подбородок ответила Рене и продолжила, — я не собираюсь просто так расставаться с собственной жизнью. Окружающие ее выпускники выкатили глаза от удивления. Черт подери, эта девчушка входит в десятку лучших по всем дисциплинам, и могла бы с легкостью попасть в королевскую гвардию. Такая возможность предоставляется немногим, а она готова так просто ее кому-то отдать! Просто подарить шанс жить в безопасности. — Значит, не передумала? — Сара смерила русую обеспокоенным взглядом, на что она лишь заметила: — Не передумала. По-моему я достаточно серьезно с самого начала объявила о своих намерениях. Поля прямо разрывало от желания вставить свое слово. Он, все время молчавший и одиноко сидящий на углу парты, наконец-то подошел ближе, забирая конспекты из поля зрения девушки, что вызвало у нее приступ праведного негодования: — Эй, отдай! — Рене прыгала все выше, стараясь вернуть свои листы, как вдруг поняла, что ее действия не принесут результата. Проще справиться с Кирстенбергом по-другому. Захватив его руку своим излюбленным приемом, она забралась к нему на спину, и силой вырвала конспекты, возвращаясь вниз. Она не ожидала такого поведения от Поля. Все что угодно, но только не это. Однако, дальше все стало ясно. — Все правильно. Ты уже избрала себе путь. Осталось лишь показать остальным, что теперь ты готова исполнять свой долг, — произнес парень, улыбаясь, и потрепал волосы на макушке девушки, — впереди последний экзамен, помнишь? Смутившись, Рене лишь шире распахнула зеленые глаза. Удивилась фразе Кирстенберга, но поняла, что он имел ввиду. Это была проверка ее способностей. Странно, но таким действенным образом Поль будто спрашивал, а готова ли она встретится с ним в рукопашном бою — последняя дисциплина которую им предстоит сдать, и экзамен должен был вот-вот начаться. — Да. Кивнув, Кирстенберг лишь прошел мимо Рене, направляясь к выходу из класса, и бросил: — Тогда я буду ждать тебя на платсу.

***

Аккерман снова появился здесь, в кадетском корпусе, дабы закончить выполнение задания, данное ему Эрвином. Каждый год разведкорпус получал в свои ряды все новых и новых новобранцев, но, увы, этого было недостаточно для того, чтобы разведка могла достойно исполнять свои обязанности. Во время недавней вылазки погибла куча народа. Снова. Подобного уже давно не происходило, ведь половина едва выпущенных новичков, полегло за стенами, устроив шикарное пиршество для титанов. Леви цокнул языком, вспомнив события того дня. Трупов было столько, что повозок, способных вернуть тела павших человечеству, не хватало. Многие из них были брошены прямо там, на поле боя, дабы не создавать угрозы для выживших, и сейчас состояние разведотряда оставляло желать лучшего. Большинство ветеранов выжило. Теперь они были практически неубиваемы, ведь боевой опыт приходился как никогда кстати, а новички… Они просто не успевали его получить, и были съедены прежде, чем сумели понять, что именно происходит. Все как обычно. Интересно, сколько новобранцев они наберут на этот раз. — Вы успели к последнему квалификационному экзамену, капитан, — отозвался седой командор, проходя с Аккерманом по территории училища, — после его окончания мы сумеем объявить окончательные результаты сто второго кадетского корпуса. Леви внимательно слушал Штасса Гринвера, который то и дело поправлял очки, либо вставлял что-то незначительное в их разговор, поэтому, по большей степени, капрал фильтровал информацию, поступающую от командора, отсеивая ненужное. -… десятку возглавляет девушка, как это неудивительно. Это еще ничего не значит. За стенами твои результаты никого не волнуют. Важно лишь одно — сумеешь ли ты выжить в конечном итоге. Остановившись на платсу кадетского корпуса, Леви внимательно оглядел каждого присутствовавшего здесь солдата, и снова заметил ее. Эту русую шевелюру он узнал, стоило ей показаться в поле его зрения. Длинные волосы Гарднер были собраны в высокий хвост, который, безусловно, будет мешать во время боя. Очень удобно схватить девушку именно за них, тогда она, скорее всего, не сумеет вырваться из хватки соперника. Но Рене это предусматривает. В этот же момент, она убирает волосы в высокий пучок, уничтожая всякие шансы на нечестную победу. — Рене Гарднер — пока что номер один нашего списка кадетов. У нее максимальные результаты по всем дисциплинам. Конкуренцию ей может составить только Поль Кирстенберг, — заметил Штасс Гринвер, — после экзамена по рукопашному бою станет ясно, кто из них займет первое место в статистике. Аккерман хмыкнул, чувствуя, как накаляется воздух на поле. Схватки один на один непредсказуемы, но в данном случае, у девушки нет никаких шансов против такого крепыша. Делаю ставку на мужчину. Капрал не знал, что за эти три года многое изменилось. Он ожидал, что Гарднер будет исключена из корпуса в течении первого же месяца, однако, эта особа прямо сейчас, сжав свои маленькие кулачки, готовилась к бою с самым настоящим громилой. Она не только почти закончила обучение, но и уже точно вошла в десятку, став почти что лучшей. Не чита ему, разумеется, но все же. Интересно, кто вообще поставил их в пару? Это же очевидно: столь хрупкая и низкорослая девушка ничего не сможет сделать в такой ситуации. Вряд ли он ошибается, но, похоже, что ее рост, даже сейчас не сильно отличался от его. Вблизи Рене он видел лишь однажды, в тот день, но она была определенно ниже него. Когда она утыкалась ему в грудь, цепляясь за форму и зеленый плащ, то казалась настолько маленькой, будто он держал в руках побитого котенка, а не девушку. Но это было давно, через несколько дней после падения стены Мария, а с того дня прошло уже больше трех лет. Посмотрим теперь, что изменилось и насколько она пригодна для того, чтобы вступить в ряды разведчиков. — Начинайте! — рев Шадиса, ознаменует начало поединка, и заставляет Поля сорваться с места. Он так быстро приближается к Рене, что кажется, что вот-вот протаранит ее собственным телом. Но девушка уворачивается, обтекая каждый удар парня, и уходит от града атак. За время обучения она сменила тактику своего поведения. Ярости слишком мало, чтобы добиться результата, рвения и целеустремленности — тоже, поэтому теперь Гарднер занимает оборонительную позицию, продумывая каждый свой шаг. Кирстенберг обещал не поддаваться и честно держит свое слово. Рене пару раз попыталась ударить его в ответ, но атака оказалась безрезультатной, отчего глаза капрала лишь еще более пристально стали наблюдать за курсантами. Как я и думал. Она даже коснуться его не может. Не использует ни силу, ни скорость. Только от ударов уходит. Но ее стратегия заключается именно в этом. Когда Поль в очередной раз стремится нанести ей удар под дых, она ловко уходит от кулака, заходя к противнику с тыла, но на этот раз тянется не к шее, а к свободной руке Поля. Ударяя тому в лопатки, она заставляет Кирстенберга пошатнуться, и потеряв равновесие, упасть вперед. Дабы шансов вырваться не представилось, Рене заламывает Полю руку, а левым локтем зажимает шею, чтобы дышать становилось труднее. Видя окончательный результат и то, что Поль больше не в состоянии сопротивляться, Кис Шадис громогласно заявляет: — Победа кадета Гарднер! — Значит, теперь она точно номер один сто второго кадетского корпуса, — сухо констатирует командор, поправляя сползающие очки, отблескивающие на солнце, на что Леви лишь с новой порцией заинтересованности осматривает девушку. Рене принимает поздравления от других курсантов, радостно улыбаясь. К ней подходит и Поль и, отряхивая пыль с формы, жмет руку. Леви не слышит, что именно говорят Гарднер, но по ее лицу понимает, что похвалы смущают девушку. Он ошибся — она не бросает слов на ветер. Такие люди встречаются нечасто. Аккерман беззастенчиво рассматривал Рене издали, сохраняя классическое бесстрастное выражение лица, как вдруг уловил на себе ее взгляд. Она смотрела прямо ему в глаза. Сперва на ее лице удивление от неожиданной встречи, а затем словно… радость? Капрал уже слушает лишь отрывки фраз командора, сосредотачивая внимание на Гарднер, которая делает пару неуверенных шагов в его направлении. Хочет поговорить о том случае? Или что ей там нужно? Но капрал не собирается говорить с ней. По крайней мере, пока. Суметь сдержать слово — еще не все. Гораздо важнее не ударить в грязь лицом позже, на службе. — Посмотрим еще? — задает вопрос Штасс Гринвер, а Леви переводит на него спокойный взгляд серых глаз. — Нет. Этого достаточно. — бросает Аккерман, удаляясь к выходу из корпуса кадетов и оборачиваясь к главнокомандующему подразделения, — спасибо за экскурсию, командор Гринвер. Думаю, новобранцы в этом году будут более живучими, но с некоторых все же придется сбивать спесь.