Смерть с небес

Вот и все. Три долгих года обучения закончены и ознаменуются они церемонией распределения по трем фракциям: военная полиция, гарнизон и разведотряд. Большая часть выпускников до сих пор колебалась, не зная, куда именно стоит податься, и только некоторые точно определились со своим выбором. Перед сто вторым кадетским корпусом предстал командор Эрвин Смит — мужчина прямолинейный и отважный. По крайней мере, именно такую репутацию он заработал за все время руководства разведкой. Рене уже успела навести справки о чинах армии, и знала, как много Смит сделал для разведчиков. Он не только придумал систему перестроений, но и сумел собрать вокруг себя настолько опытных и бесстрашных воинов, что разведкорпус стали называть щитом человечества. Вот только после прорыва стены Мария работы у разведки заметно прибавилось. Этот высокий и крепкий мужчина напоминал Рене Кирстенберга, однако, судя по лицу командора, он был куда умнее Поля. До Гарднер долетали лишь обрывки отдельных фраз главнокомандующего, ведь она, стоящая в первом ряду, как одна из лучших выпускников, старалась запомнить каждую деталь манеры общения, поведения командора. Ей было до жути интересно увидеть его на поле боя, чтобы понять, являются ли правдой все слухи о его хладнокровии и расчетливости в критических ситуациях. — … титаны не перед чем не остановятся. Многие из вас понимают, о чем я говорю. Да, и Рене в том числе. К сожалению, она непонаслышке знает о их дурной привычке сжирать людей заживо, раздирая их на части. Эту картину она запомнила слишком хорошо, и стоило лишь подумать о гигантах, как сцена их расправы над родителями, тут же всплывала под веками. Принося с собой боль в сердце и щемящую тоску, от которой девушка лишь сильнее стискивала кулаки. Все изменилось. Теперь я смогу дать отпор титанам. Я положу столько выродков, сколько сумею, и не прекращу сражаться, пока не перестанет биться мое сердце. Она плакала в тот день. Безостановочно, навзрыд, но поступив в военное училище, дала себе клятву больше никогда не опускать руки, и самое главное — не показывать свою слабость. Слезами горю не поможешь, а вот клинком — вполне. — … большинство из вас погибнет, но те, кто сумеют выжить, принесут пользу человечеству, сражаясь бок о бок, с честью и достоинством. Вот именно то наставление, которое так ждала Рене. Все это время она училась убивать не зря, ведь достигнуть поставленной цели можно было только так. Оказать честь человечеству, разведке и Леви Аккерману, быть полезной и нужной, стать сильным и стойким бойцом — вот то, к чему стремилась Гарднер. Она была бы не прочь сейчас хотя бы издали увидеть капитана. Быть может даже поговорить с ним, если хватит смелости, но он не явился на присягу. В конечном счете, главный разведчик стоял перед ней, а это значило, что она выполнила свою первую миссию — стала лучшей среди новичков. Теперь предстояло покорить следующую вершину — занять достойное место в числе разведчиков, а возможно, даже попасть в подразделение к самому капитану Аккерману. — … хватит жить в плену у стен. Эта клетка должна быть уничтожена, а сделать это возможно, лишь истребив титанов. По телу побежали приятные мурашки предвкушения, когда Эрвин взглянул прямо на нее. Быть может, он уже в курсе ее стремлений? Если так, то ему известны результаты обучения и то, как отчаянно она желала стать лучшей. — Отдайте ваши сердца человечеству и пожертвуйте собственными жизнями ради других! — отдав честь, Эрвин Смит гордо вскинул голову. Синие глаза командора решительно блеснули во тьме ночи, когда он продолжил, — те, кто готовы сделать это, останьтесь. Остальные могут идти. Большая часть выпускников сразу двинулась к выходу. Им было достаточно услышанного, ведь командор говорил, не выбирая слов и выражений, и Гарднер стала уважать его еще больше хотя бы за это. Эрвин не рисовал радужных картин, не прятался за красочными сравнениями, а лишь сухо констатировал факты, которые нет смысла скрывать. Поэтому перед ним осталась лишь малая часть кадетов, которые были способны подавить свой страх и дрожь во всем теле. — Сара, ты что, остаешься? — Рене удивленно взглянула на подругу, которая ошеломленно глядела куда-то вперед, не в силах сфокусировать взгляд, и лишь тихо ответила. — Сама не знаю. Видимо, да. Повернув голову назад, русая заметила, что осталось не более сорока человек, а из первой линии, где стояли лучшие кадеты — семеро. Здесь были те, кто шел с Рене плечом к плечу, но даже и не думал становится разведчиком. И Поль Кирстенберг, и Карл Жено, и Сара Заковски остались в строю, держа кулак на уровне сердца и глядя в глаза командору Эрвину с той решимостью, которой у них не было ранее. После речи Смита им захотелось сражаться. Они решили, что лучше погибнуть в бою, чем жить, словно крысы, прячась и сбегая от трудностей. И Рене гордилась ими. Гордилась сделанным ими выбором.

***

Честно говоря, Гарднер представляла себе штаб несколько по-другому. Он оказался куда больше даже самых смелых предположений, чему девушка несказанно обрадовалась. Ей нравилась военная обстановка, а кроме того, Рене любила исследовать незнакомые ей места. Солдат, появившейся перед ней, заставил унять глупую радостную улыбку, и уставится вперед, внимая его словам. — Добро пожаловать в разведку, — рыжий командир, внимательно оглядел группу новобранцев, бегло осматривая их лица. — Мое имя Джек Клинтфорд. Сегодня я проинструктирую вас по поводу нахождения в штабе разведкорпуса и проведу небольшую экскурсию, — с этими словами Джек сдвинулся с места, направляясь к ближайшему зданию, а команда кадетов последовала за ним. — Здесь вы будете жить, тренироваться и проводить все свободное время между вылазками, так что хорошенько запоминайте, — вещал разведчик, то и дело оборачиваясь к курсантам. А Рене не верила ни своим ушам, ни глазам. Все, что было сокрыто за массивным забором и именовалось штабом разведки, безумно ее интересовало. Она впитывала каждое слово их «экскурсовода», следя за любым указанием на неизвестные объекты. — Это наши конюшни. У каждого из вас будет собственная лошадь. Ее вам выдадут позже, когда будете готовится к вылазке за стены, — сухо произнес разведчик, показывая рукой на стойла. Джек не обращал на новобранцев особого внимания и рассказывал все с некой неохотой, прохаживаясь по территории лагеря. Неспешно проходя ворота основного корпуса, группа курсантов неожиданно замерла, услышав жуткий, разрывающий нутро, рев. Он отдаленно напоминал крик дикого зверя, от которого по позвоночнику прошел мерзкий холодок. Джек в удивлении посмотрел куда-то в сторону, и только повернув голову, Рене поняла, в чем причина такой смены поведения — на крыльце перед главным зданием штаба распластался четырехметровый титан, скованный по рукам и ногам. Даже гигант такого небольшое размера искренне напугал многих кадетов, которые теперь боялись подойти ближе. Что здесь делает живой титан и почему он до сих не убит? — Капитан Ханджи! — закричал солдат, в ужасе глядя на то, как некая девушка выжигает титану глаза расплавленным куском металлического прута, — вы серьезно?! Шатенка на секунду отвлеклась от своего увлекательного занятия, решив пропустить мимо ушей странный вопрос рядового. — А, это ты, Джек, — девушка провела ладонью по лбу, стирая капельки пота, — что, показываешь новеньким подноготную разведки? Неужели ее не пугает присутствие рядом такой опасной громадины? — Капитан, зачем вы притащили его сюда?! — Клинтфорд понемногу начинал срываться на высшего по званию, на что женщина почему-то никак не отреагировала. Не сделала замечание, не пригрозила, лишь бросила железный прут на землю и угрожающе приблизилась к солдату, готовясь, наверное, влепить тому пощечину. Этого ждал весь отряд новобранцев, но на деле, угрожающий вид Ханджи быстро сменился, превратившись в улыбку, когда она хлопнула Джека по плечу. — Да не нервничай ты так, — она заискивающе взглянула на кадетов, косясь на своего подчиненного. — Джек у нас не отличается толерантностью. Однажды, Альберт, чуть не отгрыз ему ногу, и теперь Клинтфорд боится его, как огня, — Ханджи добродушно посмеялась, в то время, как рядовой зло покраснел. — Он мог убить меня! — раздраженно завопил рядовой. Зоэ лишь хмыкнула: — Да брось, очень ты ему нужен. Он поиграть хотел, только из всего! — Альберт? — Рене не понимала смысла этого диалога, поэтому решила уточнить, на самом ли деле речь идет об этом… — Титан. — Ханджи похвасталась перед Гарднер и другими курсантами, переводя взгляд на своего любимца, — правда он очарователен? Что за непонятная одержимость гигантами? — Кадеты, знакомьтесь, это один из капитанов разведки, Ханджи Зоэ. Она ответственна за проведение опытов и экспериментов над титанами, — устало протянул Джек, потирая затылок, пока глаза шатенки засверкали лихорадочным блеском — Если кто-то готов познакомится с Альбертом поближе, то милости прошу, — усмехнулась Ханджи, видя как вытягиваются лица кадетов от ужаса. — Шучу! Идите дальше познавать мир. В скором времени мы снова увидимся. Клинтфорд лишь приложил ладонь ко лбу, ибо знал о дурацкой привычке капитана запугивать людей, поэтому решил отвлечь кадетов от жутких фантазий: — Пойдемте осмотрим главное здание штаба.

***

Пройдясь по всем этажам основного корпуса, мы завершили экскурсию здесь, в главной столовой, натолкнувшись на один из отрядов разведки. Они были в форме и полном боевом обмундировании, а это значило то, что они недавно вернулись с одной из миссий. Их было четверо: трое мужчин и лишь одна девушка, по виду похожая на саму Рене. У незнакомки были такие же, правда чуть более светлые и короткие, русые волосы, и большие медовые глаза. Боковым зрением Гарднер заметила, как девушка пристально смотрит на нее, а потом будто вовсе теряет интерес к новичкам, возвращаясь к разговору с сослуживцами. — И напоследок наша столовая. Вот, пожалуй, и все, что вам необходимо знать. Остальную информацию вы получите от капитанов своих отрядов, — произнес Джек, завершая экскурсию, когда один из новобранцев вскинул руку вверх для вопроса. Но Гарднер не слышала его, потому что в помещение столовой вошел он. Капитан Аккерман даже не взглянул на новичков, проходя мимо них. Только лишь заварил себе чашку черного чая, и устало сел во главе стола разведчиков. Неужели это его личный отряд? — Петра, — Леви обратился к той самой русой девушке с короткой прической, — после зайди ко мне с отчетом. — Есть. Гарднер не смела сдвинуться с места, слушая холодный, жесткий голос капрала, и распоряжения, отдаваемые им. Он не был даже отдаленно похож на Ханджи. Странно, вроде оба капитаны своих отрядов, давно работают вместе, но легко ли у них получается уживаться под одной крышей? При виде Леви, все внутри Рене сжималось, однако девушка не могла понять — от чего именно? Какие эмоции у нее вызывает капитан Аккерман? Что-то мрачное или все же светлое? Он спас ее от неминуемой гибели, которую она сама для себя избрала, но с другой стороны, весь вид брюнета пробуждал внутри опасность. Холод, отстраненность. Будто это всего лишь оболочка. Скорлупа. Пленка, которую нужно сорвать, чтобы увидеть истину. — Гарднер. Это ко мне обращаются? Рене и не сразу осознала, что острый, как лезвие, взгляд Леви направлен прямо на нее, пока сам капрал напряженно ожидает реакции на собственный голос, обращаясь прямо к ней. Мысли застряли в голове, замедляясь, пока мозг бешено считывал информацию. Что произошло? Странно. Почему я осталась одна в этой столовой? Через мгновение зеленые глаза от ужаса округляются, когда Гарднер понимает, что группа новичков давно ушла, а она стоит совершенно одна, беззастенчиво разглядывая капитана Леви, и весь его отряд. Причем, молча и не двигаясь. Судя по всему, думая о чем-то своем. Сделав маленький глоток, Леви снова мрачно усмехнулся, осматривая Рене, которая по его мнению, умом не сильно отличалась. Уж это он успел точно определить за последние десять секунд. — Хватит ворон считать. Ты что, к полу примерзла? — взгляд капрала заставил девушку неконтролируемо покраснеть, и тут же дернуться, в попытках собраться с мыслями. И надо же ей было так облажаться! — Никак нет! — Рене сказала это так громко, что Петра даже слегка улыбнулась, пока Леви не отрывал напряженного взгляда от дурнушки-Гарднер — вот какое прозвище она теперь носила в его мыслях. — Тогда поторопись, иначе пропустишь инструктаж. — Есть! Рене не смогла стоять на месте. Ей было жутко стыдно за свой столь очевидный прокол, поэтому быстро кивнув, она сбежала из столовой, стараясь догнать остальных. Едва Гарднер скрылась из вида, Оруо неконтролируемо засмеялся, за что получил от Петры увесистый удар под столом. — А ну хватит ржать! Она, видимо, нервничает. Новенькая все же! — сама не зная почему, но Рал принялась выгораживать незнакомку. Возможно, Гарднер напомнила ей времена, когда и Петра была в положении новичка, когда ей тоже было неловко и сложно привыкнуть к новой обстановке. Но Оруо не унимался: — Забавная девчуля. Будет интересно понаблюдать за ней. И только Эрд Джин, которому Аккерман доверял, как себе самому задал главный вопрос: — Капитан, вы знаете ее? Леви устало выдохнул, а вокруг воцарилась тишина. Все ожидали его ответа. Здесь нет ничего сверхъестественного. Они с Рене познакомились куда раньше, чем она поступила в разведку, но раскрывать все детали своим подчиненным не хотелось. Да и какая им разница, как и откуда они знакомы. Аккерман был не настроен изливать душу, поэтому лишь коротко бросил, поднимаясь: — Да, было дело.