Смерть с небес

Это похоже на какую-то мясорубку. Не припомню подобных подстав за все годы своей службы. Все как всегда пошло по одному месту. Невозможно, чтобы хотя бы раз все было нормально и четко по плану. Для начала откуда не возьмись появились целые полчища титанов, которые выглядели уж слишком организованно. Так, будто их специально собрали в одном месте. Дальше — больше. Начался ливень, который и так спутал все карты разведкорпусу, превратив экспедицию в бойню. Леви снова взмахнул лезвием, рассекая тушу очередного титана. Он уже делал это машинально, давно сбившись со счета, явно думая о чем-то своем. Он был настолько опытным бойцом, что кромсать обычных гигантов или даже аномалов, для него было так же просто, как дышать, поэтому сам Аккерман уже не обращал на это внимания. В данное время он контролировал один единственный момент — работу собственного элитного отряда. Двоих из подразделения, а именно Шульца и Джина, он отправил на разведку, а Рал с Бозардом остались с ним в этом заброшенном селении для поддержки исследовательского отряда Ханджи. На этой экспедиции отряды Зоэ и Аккермана с самого начала работали вместе. Они не могли разделяться, ведь приоритетной задачей, поставленной перед Зоэ самим Эрвином, являлось обнаружение и захват одного, а лучше нескольких, девиантных особей. Однако сейчас титанов вокруг, особенно аномальных, было так много, что отряды едва успевали справляться со всеми ними без потерь. Сам Леви вмешивался лишь в крайних случаях, предоставляя работу своим подчинённым и лишь контролируя процесс. Они зачищали территорию за территорией, постепенно продвигаясь по всей площади фронта. Забирая выживших к себе и подсчитывая количество погибших. Сам Аккерман, хоть и не показывал это внешне, но все же беспокоился за своих подчиненных, и если Петра с Оруо были у него прямо на глазах, работая под его чутким руководством, то за жизнь и здоровье Эрда и Гюнтера Леви действительно переживал. Конечно, он верил в своих людей. Они служили в разведке уже долгое время, были опытными и сильными бойцами, но даже для таких как они эта вылазка оказалась сущим адом. Почти половину всех ситуаций на поле боя сейчас решала удача, а не срок службы, ведь случайно попав в окружение титанов, никакой боевой опыт тебя не спасет. Если на одного разведчика приходится по три-четыре титана, то мало кто может выйти победителем. Это как игра в рулетку с пятью пулями в барабане из шести возможных — шансы на успех есть, но они настолько мизерны, что даже побеждая, среди своих проигравших павших друзей, ты все равно чувствуешь себя поверженным. Что же тогда говорить о новобранцах. Лучшим исходом сегодняшней экспедиции будет, если хоть кто-то из них окажется в живых. Меж бровями капитана пролегла морщина. Пустив эту мерзкую мысль себе в голову, он тут же вспомнил о Гарднер, которая сейчас находилась в гораздо более плачевном положении, чем он сам. Если она еще вообще была жива. Шансов на это было очень немного. Аккерман не хотел думать об этом. С одной стороны, он должен был сосредоточиться на выполнении своих прямых обязанностей и контролировать работу ближайших подразделений, а не думать о какой-то девушке, но с другой стороны сердце его болезненно сжималось каждый раз при мысли о растерзанной Рене. В очередной раз осматривая тело убитого солдата и видя все новые и новые лица, Леви втайне надеялся, что этим убитым разведчиком окажется не она. Что она будет готова сопротивляться до последнего вздоха. Что она дождется его помощи. Капитан уже давно понял, что слишком часто задумывался о Гарднер еще будучи в штабе, но сейчас в столь критической ситуации, мысли о Рене стали почти невыносимыми. Жизнь девушки стала для Леви идеей-фикс, ведь разведчица не выходила у него из головы. Капрал искренне надеялся, что она сможет найти способ остаться в живых. Гарднер, где ты? С тобой ведь все хорошо? Было сложно в это поверить, а уж тем более признать — теперь у капитана Леви был человек, который стал ему близок. Стал дорог. Это нельзя было назвать любовью, да между ними и не было ничего, но отрицать тот факт, что Рене запала ему в душу, теперь, после всех этих мыслей и переживаний, было бесполезно. А бесполезные вещи капрал на дух не переносил. Аккерман находился на самой высокой из всех возможных точек наблюдения — заброшенной мельнице небольшого оставленного людьми поселения, которое состояло всего из десятка небольших домов. Отсюда с крыши прекрасно просматривались все близлежащие территории, а значит именно эта позиция могла помочь прояснить ситуацию и трезво оценить обстановку. Анализ. Им требовались данные, информация для принятия правильного решения, которое помогло бы избежать еще большего количества жертв среди разведчиков. Тц. Ситуация из разряда «сложно придумать еще хуже». Видимо, по лицу Леви и так было все понятно, ведь острый как клинок холодный взгляд и красноречиво сдвинутые к центру лица брови, привлекали внимание. Все были заняты выполнением приказов, когда на черепице крыши рядом с Аккерманом приземлилась капитан Зоэ. Еще секунду она наблюдала за капралом, а затем повернула голову, осматривая природный ландшафт и оценивая ситуацию, как вдруг обронила: — Она будет в порядке. Леви повернул к ней голову, но почему-то молчал. Странно. Она ждала от него уточняющих вопросов или просто игнорирования разговора, но тот, похоже внимательно слушал Ханджи, отчего она решила продолжить: — Рене — умница и к тому же сильный солдат. Я уверена, что она справиться со всеми трудностями. — Почему ты так уверена? — отстраненный голос брюнета полоснул по слуху Зоэ, — ты ведь совсем ее не знаешь. — Считай это интуицией. Я хорошо считываю людей, — Ханджи снова обернулась к нему, продолжая. — Твой отряд хорошо поработал, так что эта территория зачищена. Теперь нужно двигаться дальше. Аномального сможем схватить ближе к концу этой бойни. Аккерман вложил свои лезвия обратно в кейсы и взглянул вниз, где его и Ханджи уже ожидали бойцы их отрядов. Следуя вниз, он заметил среди солдат Джина и Шульца, которые уже вернулись с разведки и были готовы доложить об обстановке. — Докладывай. Леви был готов услышать не самые оптимистичные прогнозы, однако слова подопечных его слегка обнадежили. Пока что Рене Гарднер не была найдена им среди павших, а значит она либо уже в безопасности, либо в данный момент сражается на еще оккупированных титанами землях. На другом варианте, капрал предпочел не зацикливаться. — Капитан, на данный момент нашими отрядами зачищены все территории поблизости, кроме одной. Лес гигантских деревьев в километре отсюда буквально кишит титанами, — сообщил Шульц. — Некоторых из титанов нам удалось зачистить без привлечения внимания остальной оравы. Очевидно, что часть выживших солдат разведки отошла в тот лес, ведь мы видели брошенных лошадей, которые располагались у входа в лесной массив, — продолжил Джин. — Убитых? — уточнил Аккерман. — По нашим подсчетам около двадцати человек. Заверения Шульца о количестве павших нельзя было считать стопроцентно достоверными, ведь у них не было возможности осуществить реальный подсчет со сбором всех трупов. Путем прикидки и Леви, и Ханджи поняли, что жертв на данный момент уже около тридцати и это число все еще может вырасти. — Выдвигаемся в сторону леса. В случае нападения уходите от атак. Помните, наша задача как можно быстрее добраться до места назначения и помочь выжившим в уничтожении титанов, — брюнет развернулся, направляясь к своей лошади в знак того, что необходимый инструктаж окончен. Может быть здесь я наконец-то найду тебя и, надеюсь, ты будешь среди живых.

***

Ощущение парализовывающего страха не только никуда не уходило, но и разрасталось внутри лишь больше, протягивая свои цепкие щупальца к сердцу, как бы убеждая — вам никуда не деться. Вы теперь не сможете уйти от верной смерти. Едва оказавшись на гигантских деревьях, выжившие смогли оценить обстановку. Только на опушке леса находилось около двух десятков титанов, а сколько их было в самом лесу, пока было не ясно. Титаны, находившиеся у входа в лесной массив, предпринимали все попытки добраться до уцелевших солдат — тянули к ним руки, стараясь ухватить хотя бы одного из них, пока солдаты с ужасом смотрели на их потуги. Кровь стыла в жилах. Все понимали, что вечно так продолжаться не может и наступит тот момент, когда придется сделать выбор — сражаться или попытаться сбежать, причем ни первый, ни второй вариант не гарантировали никакой безопасности. Бойцы были подавлены. Похоже, до них постепенно доходила вся безвыходность их положения — им вряд ли кто-то придет на помощь. Что стало с остальными членами разведки, которых не было среди них в лесу гигантских деревьев, было не ясно, а значит рассчитывать можно было только на себя. Услышав звук приближающихся приводов, люди обернулись. Гарднер, Заковски и Кирстенберг, которые только что вернулись с разведки, были готовы поделиться своими наблюдениями. К сожалению, совсем не радужными. Новобранцы втроем успешно исследовали территорию леса, чтобы составить в голове полную картину всего происходящего: для наблюдения друзья разделились и осматривали разные стороны леса, затем встретившись в его центре. Поняв, что их опасения лишь укрепились, они поспешили сообщить информацию остальным выжившим: — Лес наполнен гигантами. С восточной стороны их около семи. Есть мелкие девианты, — отчиталась Гарднер так, чтобы ее слышали не только Поль с Сарой, но и другие солдаты. — У меня тоже все скверно — в северном секторе пять гигантов, но, слава богу, обошлось без аномальных, — отозвалась Заковски. — У меня на западных территориях было трое титанов. Аномальных среди них не было, — закончил Поль. Повисла гнетущая тишина. Глядя на других солдат, Рене все больше понимала — это именно то, о чем ее предупреждала Ханджи. Сейчас под влиянием страха и опасности, эти люди готовы пойти на все, и скорее всего не все поступки, которые они собираются совершить, будут героическими. Один из спасенных людей нервничал больше других солдат, когда слушал доклад, Гарднер заметила это, а потому не удивилась, когда он первым выпалил: — А южный сектор, где сейчас находимся мы, что здесь происходит? У нас есть хоть какие-то шансы? Переведя на него взгляд, Рене ответила: — В самом лесу здесь титанов нет, но посмотри ты сейчас вниз, и тебе все станет ясно, — она кивнула головой в сторону голодных монстров, что тянули к выжившим свои лапы. — Титаны постоянно перемещаются. Даже если сейчас мы их не обнаружили, нет гарантии, что они не появятся в других секторах через какое-то время. Среди тринадцати выживших повисло напряженное молчание ровно до того момента, пока Кирстенберг не огорошил всех новой мыслью: — Нам нужно выбрать временного главу нашего отряда, который будет отдавать приказы. Если действовать поодиночке, то точно погибнем. — Вот уж нет. Я сам буду нести ответственность за свою жизнь. Еще не хватало довериться малолеткам, у которых еще молоко на губах не обсохло, — заявил тот солдат, который еще минуту назад спрашивал всех про шансы их выживания. Он был невысокого роста, широкоплечим, однако, несмотря на фигуру, внешность его была для Рене отталкивающей. Его козлиная бородка и жиденькие темные волосы на голове, прекрасно дополняли его портрет взрослого и не отягощенного интеллектом человека. Заковски взглянула ему в глаза, понимая, что у нее страсть как чешутся руки. Мало того, что они втроем пытаются решить общую проблему. Изучили обстановку, обдумывают план, Кирстенберг вообще озвучил, пожалуй, единственный выход, который мог им всем помочь, так находятся люди, которые изначально не хотели ничем рисковать. Которые готовы предать в любой момент, даже если все они погибнут. Сара была на пределе. Она была из тех людей, которые тихие и неконфликтные ровно до того момента, пока не почувствуют несправедливость. После этого у Сары обычно не было никаких препятствий, чтобы высказать свое раздражение. И далеко не всегда в словесной форме. Она сделала шаг к предателю, когда ее остановила хватка Рене на запястье. Подруга настоятельно просила ее не вмешиваться: — Я правильно понимаю, что ты сейчас во всеуслышание заявляешь, что не готов работать в команде, при условии, что приносил клятву служить человечеству и знаешь, что это твой долг? Мужчина на секунду опешил. — И тебе известно, как именно карается предательство? — закончила Рене, глядя на остальных и ожидая ответа. — Не учи меня жизни, девочка. Я вам всем троим в отцы гожусь, — заявил мужчина, подходя ближе и пытаясь давить на Гарднер морально, — ты не заставишь меня делать то, что хочешь ты. Кирстенберг приблизился к Рене, нас случай, если этот умудренный опытом мужчина решится бросится на нее, чтобы доказать свою силу, но девушка не мялась под его напором. — Конечно. Ты не будешь делать то, что хочу я, — Рене подняла голову выше, осматривая дезертира, — ты будешь делать то, что нужно для сохранения жизней всех нас, иначе обо всем станет известно командованию, и тебя отдадут под трибунал. Для нас сейчас каждый солдат на счету. Услышав последние слова, мужчина немного замялся. Всем было ясно видно его замешательство, но прогибаться под какую-то малявку было нельзя. Кто она вообще такая, чтобы призывать его слушаться какого-то временного командира? Остальные солдаты лишь молчали, глядя на эту перепалку. Они не знали, к кому именно присоединиться. Кого стоит поддержать в данной ситуации. Оно и понятно, остальные выжившие были новобранцами без опыта и достаточного боевого навыка, чтобы спасаться самостоятельно, а потому они не смели и рта раскрыть, пока смотрели на разгорающийся конфликт. — Командования? Ты сейчас серьезно? — мужчина показушно громко рассмеялся, пытаясь лишить девушку самообладания, — ты про то командование, которое сейчас не здесь и вообще неизвестно где? Брови Рене взлетели вверх: — Так ты из тех, кому требуется стимул, чтобы оставаться в узде. Что ж, хорошо, хоть я надеялась, что все мы будем добровольно работать на благо друг друга. — Не дождешься. Гарднер специально замолчала, не мигая и отслеживая каждое движение предателя. Тот решил, что, видимо разговор окончен и победа за ним. Развернувшись спиной к Рене, он собирался уйти, когда в дерево перед его глазами вонзился нож. Он находился четко на уровне головы мужчины. До него не сразу дошло, что тот свист, что он услышал, был звуком пролетающего лезвия. Мужчина опасливо обернулся, испуганно распахнув глаза и начав заикаться. — Т-ты ненормальная! Чокнутая! — визжал он, глядя на других, — посмотрите, что она себе позволяет! — Человек, который способен изменить что-то, должен быть в силах отбросить нечто важное, принимая решение. Если мне понадобится отбросить свою человечность, чтобы заставить тебя действовать сообща со всеми нами, то я это сделаю. Ведь, если мы не будем держаться друг друга, то сгинем здесь все вместе, — изрекла Рене, подходя ближе к испуганному мужчине, — и учти, в следующий раз, если ты попытаешься предать всех нас, я не промахнусь. Поступив так, Рене на мгновение задумалась, осознавая, что сейчас ведет себя также, как капитан Аккерман, которого еще совсем недавно она боялась как огня. Теперь, когда я невольно оказалась на твоем месте, я понимаю тебя гораздо лучше. Если ты хладнокровен, если ты силен, то люди слушаются тебя беспрекословно. Вот, в чем все дело. Ты не бесчеловечен по своей сути. Это лишь маска, которая мешает рассмотреть лучше тебя настоящего. Теперь я понимаю это, и готова докопаться до правды. Казалось, что такая демонстрация силы сработала. Мужчина, по-видимому пребывающий в легком шоке, от выпада Гарднер, наконец утихомирился и не стал подстрекать других солдат следовать за ним. Здесь слово решила вставить уже Заковски: — Если кто-то против выбора временной главы отряда, то озвучьте свой план действий. Ответом Саре служила тишина. Остальные новобранцы были настолько подавлены, что не могли предложить хоть какие-то мысли, которые могли бы сгодиться для создания разумного плана, поэтому брюнетка продолжила: — Если иных предложений нет, то предлагаю не ждать и начать голосование.

***

Усмотрев в Рене сильного лидера, подавляющее большинство новичков проголосовало за нее. Так же высказались Поль и Сара, считая кандидатуру Гарднер самой уместной и удачной в данной нелегкой ситуации. Авторитет Рене настолько возрос, что будучи временной главой отряда, она могла отдавать распоряжения до момента, пока не объявится кто-то из солдат старше ее по рангу, а все новички были готовы добровольно исполнять ее распоряжения. Время было на вес золота. Важно было грамотно распределить силы, чтобы операция, которую задумала Рене, прошла успешно и, по возможности, без потерь. — Мы займемся зачисткой титанов в каждом из секторов. Далеко уходить друг от друга нельзя — каждый должен находится в зоне видимости отряда, чтобы мы в любой момент могли прийти на помощь друг другу, — Гарднер использовала небольшие ветки и листики для символических военных обозначений и принялась обрисовывать план, организовав небольшую схему, — увидев скопление гигантов, мы рассредоточимся на малые группы, чтобы титаны разделились, и далее положим их всех по отдельности. Помните, в лесу у нас есть преимущество, ведь это лучшее поле для игры по нашим правилам. На равнине мы легкая добыча. Она взглянула на лица солдат, которые жадно ловили каждое ее слово, вникая в детали предстоящей миссии: — Как только закончим с лесом, нам нужно будет заманить в него тех титанов, что остались на опушке и также ликвидировать. Как только путь будет открыт, мы сможем использовать лошадей, чтобы попытаться найти остатки разведотряда и присоединиться к ним. — А в случае, если никого из них мы не обнаружим? — отозвался один из новобранцев. — В таком случае мы начнем движение в сторону Троста и вернемся за стены самостоятельно. Однако, я не думаю, что ситуация дойдет до такого, кто-то из разведки должен был выжить. Она ни за что в жизни не поверила бы, что Леви Аккерман или Ханджи Зоэ могут быть мертвы. То же Рене думала и командоре Эрвине, который в ее сознании выглядел непобедимым солдатом, который просто не может умереть. Это было бы чем-то невозможным. — Я подозреваю, что ситуация обстоит следующим образом, — вмешалась в объяснение Сара, — возле леса мы видели, что трупов было больше всего, нежели на протяжении всего нашего пути. Это случилось потому, что там в сражении полегли новички, которые не смогли вовремя сориентироваться и перегруппироваться. Думаю, по флангам потерь было значительно меньше, ведь там с титанами сражались гораздо более опытные бойцы. Верно. Опыт сейчас играл против всех новобранцев, оказавшихся здесь. Все говорят, что полноправным членом разведки, становишься после первой миссии. Но когда вступаешь в бой, то понимаешь, что совсем не знаешь титанов. Не важно как качественно ты все спланировал, ведь случаются и непредвиденные ситуации. И здесь спасает лишь скорость, трезвый анализ и решительные действия, которых зачастую у новобранцев и не хватает. — Я тоже так считаю, скорее всего группы во главе со старшими капитанами где-то поблизости. Было бы славно. — Поль, и вы трое будете зачищать западный сектор, — Гарднер поочередно указывала на людей, распределяя их на небольшие группы, — Сара, и вы четверо — северный. Рене сделала паузу, переводя взгляд на возможного предателя и еще двух солдат: — А мы с вами, займемся восточным сектором, — Гарднер в открытую обратилась к трусу, — Я буду следить за тем, чтобы ты внезапно не передумал отдать свой долг человечеству. Распределившись, группы разошлись по сторонам и двинулись к обозначенным территориям для зачистки. Пролетая над лесом, Рене невольно думала о капитане Леви, сравнивая себя с ним. Правильно ли она распорядилась? Грамотно ли расставлены цели их миссии? А как в такой ситуации поступил бы ты? Как бы отреагировал на трусость со стороны солдата? Рене корила себя за то, что бросила тот нож. На самом деле, по мнению Гарднер, это было то последнее действие, которое могло вразумить того остолопа. Если бы он отказался подчиняться большинству даже при таком раскладе, то Рене не знала бы, что и делать. Убить его в назидание остальным? Тогда она была бы ничем не лучше титанов, не говоря уже о трибунале, которому бы ее подвергли за самосуд. Дать ему действовать самому? В одиночку он бы не выбрался из кольца титанов, поэтому стал бы подстрекать остальных, чтобы получить их помощь, а это уже грозило бы разломом отряда. В таком случае шансы выжить разом падали у всех. Все сценарии кроме того, что выбрали они сейчас, казались Рене проигрышными, поэтому, уверившись в правильности своего решения, она лишь сильнее сжала лезвия в руках. Достигнув восточного сектора, она с ходу атаковала первого одиноко гуляющего титана. Он был самым обычным. Неразумным. И кажется даже не заметил Гарднер, которая так быстро отняла его жизнь. Трое других участников ее группы тоже подоспели вовремя, однако им пришлось немного сложнее. Они совместно уложили десятиметрового гиганта, который тянул к ним руки. Мужчина, который в глазах Рене слыл трусом, отрубил титану пальцы, а один из двух новобранцев нанес фатальный удар в область шеи. Приземлившись на дерево, Гарднер огляделась в поисках новых целей. Когда она была здесь всего полчаса назад, титанов было довольно много, сейчас же, смотря по сторонам, Рене не могла увидеть ни одной особи. Видимо, они переместились в другие сектора, а это значило, что группам Сары и Поля придется несладко. — Нам нужно в северный сектор. Титаны наверняка ушли туда, — объявила Гарднер, глядя на своих товарищей по группе. — С чего это? Мы зачистили свой сектор, значит наша работа выполнена, — продолжил саботаж тот мужчина, который раньше был против выбора временного главы отряда. Рене не поверила своим ушам: — Наши товарищи могут погибнуть, если столкнуться со сворой титанов, а ты говоришь, что наша работа исполнена? Новобранец, который прежде молчал тоже подал голос: — Я согласен с девушкой. Если мы им не поможем, то, возможно, и сами не сможем выбраться отсюда. Трус закатил глаза, видя, что поддержки ему не дождаться. Он понимал, что сейчас затевать ещё один спор просто бесполезно. Возможно стоит попытать удачи убедить кого-то из новобранцев других групп присоединиться к нему или, если ситуация будет располагать, вовсе попробовать сбежать, пока все разведчики будут заняты ликвидацией титанов. — Ладно. Давайте поможем им, — сдался мужчина, первым начиная движение вглубь леса. Рене показалось это странным. Слишком уж быстро он сдался. Даже не стал ничего доказывать как в прошлый раз. Нужно будет приглядывать за ним тщательнее. Он может дать заднюю в любой момент. Перемещаясь по лесному массиву, Рене то и дело оглядывалась, стараясь разглядеть титанов, пока не услышала громкие звуки сражения. Крики и удары слышались слишком остро, и группа полетела на их звук. И как же вовремя они пришли — Сара и ещё четыре солдата сражались с десятью гигантами, едва успевая уворачиваться. Разведчики кружили вокруг них, но титанов было слишком много. Было бы невозможно положить их без потерь. Оставалось дожидаться пока хотя бы один из них откроется для быстрой атаки. — Сара! — Рене привлекла к себе внимание подруги, — мы на подхвате! Однако, Гарднер не учла, что помимо сил разведки, которые подтянулись к бойцам, тоже самое сделали и титаны. Из-за деревьев начали появляться все новые и новые особи, из-за чего ситуация рисковала выйти из-под контроля. Становилось все жарче. После пяти минут непрерывного боя, Рене заметила, как выдохлись новички. Их удары становились все менее результативными, а у некоторых даже кончались лезвия и запасы газа. Новобранцы не имели достаточное количество опыта, чтобы использовать свои ресурсы экономно, но при этом эффективно, и это являлось ещё одним жирным минусом, который в итоге мог привести к трагедии. — Кто куда, а я сваливаю, — внезапно заявил мужчина с козлиной бородкой, которого Гарднер в голове уже мысленно окрестила соответствующим его внешности животным. Он находился вне всякой опасности, ведь ни один из титанов не смог добраться до него на той высоте, на которой он находился. Рене повезло, что она оказалась рядом с предателем и могла повлиять на ситуацию. Едва поняв, что он не только бросит их на верную смерть, но и избежит наказания за свой подлый поступок, в Рене взыграло чувство собственного достоинства. Она уже раньше метала ножи в движущиеся цели, но тогда ее задачей было убить наповал. Здесь же убивать было ни в коем случае нельзя, а вот остановить и не дать возможность сбежать, в самый раз. Рене протянула руку к ножу и поняла, что времени думать просто нет. Единственное, что она должна сделать при броске во что бы то ни стало — это попасть в тело, не задев органов или крупных кровеносных сосудов. Если повредить артерию, то дезертир истечет кровью и может погибнуть, поэтому здесь важна хирургическая точность. Рене быстро поняла, куда нужно целиться. И метнула нож в цель. Он угодил в ногу, чудом не задев бедренную артерию. Послышался яростный крик мужчины, который в тот же миг рухнул на колени, принимаясь изо всех сил зажимать рану. — Ах ты сука! Чертова мразь! — вопил раненный мужчина, когда Рене приземлилась рядом с ним. Смотря на него с высока, она напомнила ему: — Я тебя предупреждала. Кстати, — между делом добавила Гарднер, — не советую тебе вытаскивать нож из раны. Это может плохо кончится. Я отдам тебя в руки командора Эрвина и, когда он решит твою судьбу, тебе будет оказана медицинская помощь. Она наклонилась ниже, глядя прямо в глаза предателю: — Теперь ты в безопасности и уже не сможешь погибнуть или уйти от наказания. У мужчины тряслись губы: то ли от отчаяния, то ли от страха возмездия, но он не смел и шевельнуться, все ещё цепляясь за раненную ногу. Он понимал, Гарднер специально не убила его — это было бы слишком просто. Она, маленькая мерзавка, всего лишь ранила его, чтобы обездвижить и сделать невозможным его побег, раз он и так отказался помогать. — Нас никто не спасет, теперь мы сдохнем тут все вместе. И ты. И я, — начал быстро бормотать мужчина, будучи словно безумным. Рене показалось, что звуки работы приводов стали слышаться чаще, но повернув голову, поняла, что ей не послышалось — кольцо титанов было прорвано бойцами элитного отряда Леви Аккермана. Они начали массированную атаку и выводили титанов из строя одного за другим. Такая ловкость и скорость не снилась ни одному из новобранцев, которые сражались с гигантами всего пять минут назад. Рене приободрилась — теперь удача была на их стороне. — На твоем месте я бы не была так уверена. Твое возмездие уже здесь. Предатель обернулся, в попытках разглядеть, что имеет ввиду Гарднер, а завидев отряд Леви и Аккермана собственной персоной, побледнел, став похожим на призрака. Он понял, что проиграл по всем ставкам, которые должны были стать для него выигрышными. Рене впервые за весь день улыбнулась, увидев вдалеке фигуру капрала. Он стремительно мчался к месту сражения, когда Рене решила, что должна ввести его в курс дела как временный глава их импровизированного отряда. Девушка, спрыгнув с дерева, помчалась навстречу капитану, не учитывая, что опасность все еще не миновала. И эта опасность решила заявить о себе. Радость при виде Леви и побед его отряда настолько затуманила разум Рене, что она и не заметила мелкого трехметрового титана, который все же смог забраться на дерево и притаился в засаде, ожидая, когда мимо него пролетит кто-то из разведчиков, чтобы успешно сцапать его. Когда девушка сообразила, что именно происходит, сопротивляться или менять курс было уже слишком поздно — титан метнулся к ней за какое-то мгновение, раскрыв свою огромную пасть… Но ничего не произошло. Гарднер почувствовала лишь удар лопатками о нечто твердое и по ощущениям поняла, что это ствол близлежащего дерева, а открыв глаза, увидела Аккермана, склонившегося над ее телом. — Едва успел, — его низкий голос звучал словно успокаивающая мелодия, — еще чуть-чуть и он перекусил бы тебе хребет. Он тяжело дышал, на его лбу выступили маленькие капельки пота, но Рене заботило совсем не это. Леви находился к ней как никогда близко — она была зажата между ним и деревом, а он удерживал ее над гигантской веткой с помощью своего привода, не давая сойти вниз. Неужели он спешил, чтобы спасти меня? В отличии от него Гарднер не была так спокойна. Она таращилась на Аккермана взглядом полным шока и непонимания, а когда он поднял на нее свои грозовые глаза, лишь слушала дикий галоп своего сердца. Она забыла как дышать. Мутный лед в его глазах сейчас был слегка темнее обычного. Зрачок расширен. На правильный лоб упали пряди темных волос. Гарднер быстро подмечала эти детали, краснея все больше и больше. Она могла поклясться, что чувствовала его прерывистое дыхание на своей коже. Рене, не отключайся от реальности, иначе будешь выглядеть как полная идиотка. И хватит пялиться на его губы! Рене не сразу поняла, что она откровенно в течении уже добрых нескольких секунд не сводит с них взгляд, и одернула себя. Однако, легче ей не стало. Гарднер и шевельнуться не смела, боясь отпугнуть Аккермана и руки, которые впились в ее тело, словно защищая от любой опасности, пока мужчина считывал ее эмоции. — Хорошо, что ты оказался рядом, — загнанно и часто дыша, ответила Рене и только потом поняла смысл сказанных ею слов. Что ты сейчас сказала? Ты вообще в своем уме так к нему обращаться? Мозги отказывались нормально работать. Девушка понимала, что сначала не могла вдохнуть, а теперь ее сердце и дыхание настолько предательски ускорились, что она не могла их замедлить и наконец успокоиться. Румянец сжигал ее лицо. Как ты могла это сказать?! Он же точно сейчас озвереет! Слова вырвались помимо воли Рене, отчего Аккерман лишь почти неуловимо улыбнулся уголками губ, слегка наклоняя голову вбок, понимая, что его и ее лицо разделяет какой-то десяток сантиметров: — Оперативно сокращаешь дистанцию, Гарднер, — он был удивлен не меньше нее, так что откровенность девушки даже заставила его на секунду подыграть ей, — ты сегодня на редкость коммуникабельна. — Капитан! Нельзя говорить такие смущающие вещи! — заныла Рене, не понимая, есть ли предел у его провокаций. Мало того, что он с такой легкостью говорил это, так еще самое ужасное, что эти небрежно сказанные слова прекрасно работали, превращая оттенок лица Рене в перезревший томат. — Ты первая начала, поэтому не вздумай отнекиваться. Температура тела резко повысилась, когда Леви наклонился чуть ближе к Гарднер, заглядывая ей в глаза, будто читая ответы на понятные только ему вопросы. Рене захотелось закрыться от него ладонями, чтобы он не видел ее пылающего лица и смятения. Аккерман видел, что ей нужна передышка, а потому решил переключить ее внимание, чтобы она наконец расслабилась, и продолжил: — Не смей закрываться от меня. Мне нужно знать все, что здесь происходит.