Смерть с небес

Прошло полтора месяца избеганий, которые казались Рене настоящей пыткой. Она хотела поговорить с капралом начистоту, но каждый раз, когда она собиралась завести разговор или они оказывались наедине, Аккерман быстро находил повод, чтобы ретироваться. Он всегда исчезал филигранно, так, что это даже не выглядело как побег. Под конец Гарднер даже начало казаться, что она сама себе все надумала и навязывается капитану, которого это все вовсе не волнует. Но, конечно же, на самом деле все было совершенно не так. Последние полтора месяца были для Леви сущим адом. Он занимался самоанализом и рефлексией каждую свободную минуту своего времени. Да даже когда день выдавался загруженным работой, мысли все равно находили путь для того, что просочится в мозг и отравить его размышлениями снова. Аккерман уже целиком и полностью осознал свои желания по отношению к Рене Гарднер, но отчаянно не мог принять их. Внутри него словно сидела пружина, которая находилась в растянутом положении уже слишком долго. Еще чуть-чуть и она бы сорвалась, варварски возвращая весь механизм в изначальное положение, и тогда Леви снова был бы надломлен, возможно, даже сильнее, чем когда-либо. Он видел попытки Рене поговорить, разобраться в их и без того непростых отношениях, но он не мог. Он просто не мог остаться с ней наедине, ведь боялся сорваться и слететь с катушек окончательно. Да и что он мог ей сказать? Прости, что я полюбил тебя и теперь не могу быть ближе? Почему не можешь? В чем причина? О, их было очень много. Он предложил бы Гарднер выбрать любую из них. Какая больше понравится. Полюбить для Аккермана означало бы снова поверить в другого человека, а значит позволить ему выбирать. Люди склонны не всегда делать правильный выбор, который зачастую оказывается фатальным, смертельным, а потерять еще одного близкого человека, значит снова жить с очередной дырой в сердце. Признать привязанность к кому-то, значит быть готовым взять ответственность за другого человека. Леви был уверен, что он не любил никогда в жизни в том смысле, в котором сейчас развивались его отношения с Гарднер. Да, он любил свою мать в детстве, вплоть до момента ее смерти. Но какая любовь может быть между матерью и ребенком? Исключительно семейная. Пришедшего в его жизнь Кенни, Леви не любил, но скорее уважал, ведь именно этот мужчина смог привить Аккерману те качества и понимание жизни, которые позволили ему выжить и не только. Позволили выбраться из грязного, всеми забытого подземного города. Но Гарднер… его отношение к ней и ощущения, что он испытывал, находясь рядом, не попадали ни под одну из категорий чувств, что были знакомы Леви прежде. Это пугало. А еще был устав. Любовь в таком смысле, означала бы нарушение всех установленных норм общения между руководителем и подчиненным. Нарушение правил, которые существовали не просто так. Они нужны были, чтобы обеспечить непредвзятость командования при принятии определенного рода решений, ведь руководить и отдавать приказы нужно с холодной головой, руководствуясь голосом разума, а не эмоциями. Нахождение рядом с Рене едва ли означало пребывание Аккермана в трезвом уме. Рассудок словно испарялся из черепной коробки, когда Леви касался Гарднер, слушал стук ее сердца и видел то, с какой надеждой она смотрит ему в глаза. Это было желанно и невыносимо одновременно, поэтому пока Аккерман не придумал ничего лучше, чем держаться от нее на расстоянии. Не отпускать далеко, но и не позволять приблизиться. Гребаная неопределенность. Черт бы ее побрал. Так и продолжалось пока в разведку не явились новички, только прошедшие обучение в кадетском корпусе. Рене видела их глаза, наполненные интересом, но отчего-то не старалась запоминать лица. Она слишком хорошо помнила, что произошло в их первую вылазку. Сколько новеньких, совсем молодых зеленых ребят, погибло в пасти у титанов. Рене помнила ужас, который испытала в тот день, помнила свой страх и адреналин, и сейчас как никогда хорошо понимала капитана, который всегда старался держаться с другими людьми отстраненно и холодно. Он не позволял им проникнуть в его сердце. В его душу, чтобы затем оплакивать их потерю. Это была непозволительная роскошь. Если бы Рене привязывалась к каждому новому приятелю, который появлялся у нее в разведкорпусе, ее сердце рано или поздно превратилось бы в чертово решето. Ей хватало Аккермана, двух ее друзей и четырех товарищей по отряду, с которыми она имела сильную связь и искренне переживала за их благополучие. На этом все. Ты заметила, что становишься замкнутой? Словно неосознанно перенимаешь его поведение. Вряд ли его в этом смысле можно считать хорошим примером для подражания. Нет. Эмпатия внутри Рене по отношению к другим людям никуда не исчезла. Гарднер не стала жестокой или хладнокровной, но определенно переосмыслила свою любовь и тягу к тому, чтобы быстро привязываться к людям. Новички быстро освоились в штабе. Каждому нашлось свое место, а потому пришло время приобщить еще вчерашних кадетов к боевым миссиям разведки, как около года назад это происходило с выпуском Рене и ее друзей. Руководство, как и тогда, решило начать с базовых учений близких по условиям к настоящей боевой миссии. В этот раз полигоном для учений был выбран не Трост, ввиду очевидного интереса к нему титанов, а другой южный город — Джинай, который также располагался в южной территории стены Роза. Рене была хорошо осведомлена об особенностях этого города, но очень удивилась, когда именно он был выбран в качестве учебного полигона. Джинай в народе называли городом лесопилок, и не зря. Этот населенный пункт отвечал прежде всего за добычу древесины, на него приходился наибольший процент производства и хранения этого ресурса, а также его переработка. Благодаря Джинаю и его мастерским у разведкорпуса были повозки, бумага, ящики для перевозки разного оборудования и много чего другого. Сам город, в отличии от Троста, который располагался на открытой местности — равнине, был плотно окружен лесным массивом, как со стороны местности, относящейся к стене Мария, так и во внутренних территориях стены Роза. Лесную территорию, которая уже два года как находилась на оккупированной титанами местности, сейчас никто не трогал — люди банально боялись покидать стены, опасаясь нападения гигантов, поэтому с момента прорыва Марии все лесопилки и хранилища были перемещены на внутренние территории. Но был у города и другой отличительный знак, который оставлял на нем неприятный отпечаток скаредности и скупости. С момента появления стен сидящий внутри города управленческий аппарат был излишне уверен в неприступности и стабильности безопасности внутри страны. Джинай находился во втором кругу обороны, а значит был далек от опасных территорий титанов. Понимание этого факта в совокупности с уклоном города в сторону добычи древесины сделало свое дело — стены Джиная хоть и были каменными, но ворота были намного более посредственными, нежели в других крупных городах. Это знали все — чиновники, местные жители, приезжие, но никто не собирался что-либо делать, ведь стена Мария была неприступна. До определенного момента. Что было после, всем известно. Руководство Джиная резко зашевелилось. Они усилили ворота, насколько это было возможно, уповая на то, что возможности проверить их надежность, не представится. Заплатили деньги всем, кому необходимо, чтобы слухи не дошли до короля, ведь поводов для беспокойств не было. Зачем же тратить лишние деньги, если проще и лучше положить их себе в карман? Но это все были лишь мысли Рене, а как там было на самом деле, известно немногим. Возможно именно потому что город был не крупным, его выбрало начальство. Его никогда не посещали толпы титанов, он был тихим и мирным. В том районе никогда не происходило ничего, что могло бы заставить всех в ужасе взглянуть на Джинай и осознать — вторая стена, защищавшая человечество, прорвана. Люди как всегда ждут, пока жаренный петух в голову клюнет. Новички были уже готовы к отъезду. Сопровождать их, как и в прошлый раз предстояло капитану Леви и его личному отряду. Ханджи Зоэ в этот раз не смогла принять участие в учениях по личному распоряжению командора Эрвина, поэтому следить за учениями новичков должны были лишь шестеро обученных бывалых солдат. В прошлый раз они успешно справились с поставленной боевой задачей, поэтому и сейчас на них возлагали большие надежды. Повозки со всем необходимым и новобранцы выехали за пределы штаба и двинулись к Джинаю, до которого было чуть меньше часа пути. Расстояние хоть и было большим, чем до Троста, но не сильно утомило новобранцев. Дорога была легкой, погода отменной. Ни облачка на небосводе — ясно и солнечно, поэтому разведчики добрались до города к четко обозначенному времени. Ничего в этот день не предвещало беды, как собственно и всегда. Судьба любит преподносить внезапные сюрпризы.

***

Незнакомка снова сидела в засаде, правда на этот раз сменила место своей дислокации. Взамен заброшенной деревни она расположилась в плотном лесном массиве близ города Джинай, чтобы занять место, так сказать, в первом ряду. Ее отлучки пока не были замечены, поэтому она находилась вне подозрений у руководства кадетского корпуса. Благо дело, у нее были верные товарищи, которые прикрывали ее для успешного выполнения диверсий. В отличии от своих друзей, девушка была гораздо более маневренной на поле боя. Ее шифтерский опыт подсказывал ей, что сейчас время именно для нее. Только она со своим титаном может скрытно и успешно собирать необходимые для дальнейшей атаки данные, пока разведчики тыкаются в препятствия словно слепые котята. Будь на ее месте Бронированный или Колоссальный, они бы не сумели продвинуться так далеко в изучении своего противника. Все же парни имеют перед ней преимущество в грубой силе, а не в шпионских навыках. Из надежных источников ей было известно, что планируются учения для новобранцев из кадетского корпуса. Они, словно поросль, которая только планирует в дальнейшем превратиться в прекрасный густой лес, сейчас как никогда нуждались в защите. Все разведчики прекрасно знали, что, если пережить первую вылазку, то шанс твоего выживания в дальнейшем кратно увеличится, поэтому незнакомка не хотела давать им такого шанса решать свою судьбу. Пусть до их активных действий доживет как можно меньше демонов с Парадиза. До нападения на Трост еще есть время. Они уже приступили к его планированию, поэтому те бесценные данные, что были получены во время наблюдения за обороной города, им очень пригодятся. Они уже примерно понимали расклад по количеству орудий, бойцов на стене во время дежурств, даже могли расписать график смены часовых, однако все еще оставались некоторые белые пятна, которые требовалось заполнить, прежде чем приступать ко вторжению. Им пока не было известно о том, насколько быстро реагируют силы разведкорпуса на изменение обстановки. Какое решение примет Эрвин Смит? Насколько он доверяет профессионализму своих капитанов и их отрядов? Сегодня ответы именно на эти вопросы она и собиралась получить, поэтому планируемая вылазка разведкорпуса пришлась как раз кстати. Можно будет не только посмотреть на то, насколько быстро среагируют силы разведки, но и узнать чем все закончится. Смотреть на бой будет весьма увлекательно, ведь среди прочих солдат в представлении примет участие сам Аккерман. Она много слышала о нем и его отряде. Более того, она скрытно наблюдала за их вылазками и, нужно признаться, что они делали успехи. Он и пятеро его солдат, что составляли личный элитный отряд, были действительно сильными бойцами. Они резали и кромсали титанов пачками, что существенно осложняло и затягивало сбор необходимых данных. Девушка поняла, что стоит залечь на дно, когда Аккерман почти вышел на ее след. На одной из вылазок ее едва не поймали, и она сумела уйти, чудом оставшись незамеченной. От Аккермана стоит держаться подальше. Он — опасная фигура в этой шахматной партии. Вопросов было действительно много. Сколько разведчиков смогут перебить натравленные ею титаны? Может ли случится так, что нападение на Трост им и не понадобится, и они прорвут стену Роза уже сегодня? Даже если и так, Трост они все равно должны будут взять. У них уже есть подозрения о том, кто именно может являться тем шифтером, которого они так отчаянно ищут. Марлийский приказ был ясен — они должны захватить того, кто обладает координатой, но вытащить этого человека из тени сможет только открытая провокация, время для которой еще не настало. Когда же оно придет, они будут готовы, а сегодня… Сегодня она развлечется от души, наблюдая за потугами разведкорпуса и их страхом.

***

Учения, которые планировало провести руководство разведкорпуса, были стратегически важными. В день прорыва стены Мария в Шиганшине, те потери, которые понесло человечество, произошли лишь по причине расслабленности войсковых частей того района и отсутствия у гражданских минимальных знаний об эвакуации. В панике и давке, большинство людей просто убивали друг друга в попытке выжить, что не только замедляло процесс отступления, но и созвало дополнительные препятствия для тех, кто еще пытался бороться. В тот ужасный день погибло много людей. Человечество получило страшный урок о том, что происходит, когда привыкаешь к удобствам и комфорту мирной жизни во время войны. С тех пор, жителей городов намеренно обучали алгоритму эвакуации, а бойцов — быстрому реагированию и противодействию титанам, дабы минимизировать потери и жертвы в случае повторения кровавого сценария Шиганшины. Почему-то далеко не все понимали необходимость таких учений. Эрвину Смиту приходилось буквально давить своим авторитетом и, как детям, объяснять толстосумам и чиновникам во власти о том, что произойдет, если люди не будут готовы к вторжению. Расположившись в Джинае, новички приготовились внимать голосу Аккермана. Слава о капитане и его боевых заслугах шагала впереди планеты всей, поэтому новобранцы, лишь затаив дыхание, внимательно слушали инструктаж от Аккермана. — Вас разделят на пять групп по количеству представленных руководителей. Каждый из бойцов моего отряда будет следить за выполнением вами боевой задачи и координировать ваши действия, — Леви наблюдал за лицами новобранцев, которые стремительно бледнели, когда капрал задерживал на них внимание дольше нескольких секунд, — они как ваши капитаны будут иметь ту же силу и полномочия, что и я, поэтому от вас требуется незамедлительно выполнять всех их приказы. — Есть! — громко отозвались новобранцы. — Теперь подробней о боевой задаче, — внешне равнодушно продолжал Аккерман, — от вас требуется произвести патрулирование данного вам района. Найти стратегически важные точки, с которых будут просматриваться главные ворота в случае вторжения. Найти места для пополнения запаса газа и лезвий, а также места для укрытия, доложив об этом установленному мною капитану. После изучения территории вы перейдете ко второй фазе — вам требуется собраться возле центральной ратуши и двинуться в сторону внутренних ворот, чтобы, по легенде учений, произвести эвакуацию гражданских из зоны боевых действий. Вопросы? Ответом Аккерману служила тишина. Бойцы были собраны и морально готовы к выполнению задачи. — Выполнять! — скомандовал Леви и участники учений, подошли к заранее распределенным им капитанам. У Рене в подчинении находилось семь бывших кадетов. Все из них были юными мальчишками, но взирали на Гарднер внимательно и не позволяли себе вольностей. Не то, что в тот раз Брэкстером. Эти не смотрят косо и не закатывают глаза. Да даже если бы ситуация подобно той, что случилась с Хизом, произошла бы сейчас, ты бы уже не позволила так говорить с собой. Ты бы действовала доходчиво и жестко, не занимаясь излишними уговорами. Все же Гарднер разительно сильно изменилась с тех пор. — Слушать внимательно, — начала Рене, придавая голосу жесткости, — в нашем ведении северо-восточный район. На выполнение боевой задачи у вас есть ровно пятнадцать минут. Далее мы встречаемся на крыше церкви примерно в центре нашего сектора и перемещаемся в ратушу. Дальнейшие инструкции будут даны мною при переходе ко второй фазе учений, ясно? Бойцы переглянулись между собой, а затем кивнули. Так и начались учения в условиях города. Рене с ее подручными двинулись в нужный сектор и разошлись для выполнения боевой задачи. Покинув крышу церкви, с которой Гарднер сейчас наблюдала за новобранцами, участники ее отряда разошлись по разным направлениям. Где-то с минуту ничего не происходило, Рене даже успела расслабиться, как вдруг грянул пушечный выстрел где-то со стороны главных ворот. На секунду над городом повисла напряженная тишина, а затем звук повторился. Снова, и снова, и снова. Гарднер уже насчитала десять таких взрывов за последние две минуты, а, взглянув в сторону подразделений гарнизона, ужаснулась — дерево главных ворот трещало по швам. Сквозь дыры в деревянной поверхности тянули руки титаны, которые сумели зайти под арку каменной стены и были уже вне досягаемости для орудий гарнизона. Судя по всему, титаны буквально прогрызали главные ворота, избавляясь от дерева, что служило им последним препятствием на пути к городу и мирным жителям. — Черт! Как всегда случается какое-то дерьмо! — выругалась Рене, посылая вверх столб красного дыма из сигнального пистолета. С помощью этого сигнала, она планировала собрать всех своих подручных, чтобы объявить им об изменении боевой задачи, ведь сейчас с каждой секундой всё становилось серьезнее. Если новички не смогут взять себя в руки, то ситуация рискует стать еще более трагичной для многих из них. Едва подумав об этом, Гарднер снова взглянула на ворота и опешила. Она не знала, что титаны окажутся настолько проворны в своем стремлении прогрызть себе путь — две минуты у них ушло на то, чтобы освободить вход в Джинай, когда первый титан с мерзкой широкой улыбкой зашел в город. Находясь в какой-то сотне метров от главных ворот, Рене быстро поняла, что она и ее отряд станут первыми из разведчиков, кто столкнется с гигантами. У Джиная не было дополнительной линии защиты. Ничего, что могло бы замедлить этих чудовищ, а значит стать преградой и замедлить их вход в город придется ей и ее новобранцам. Над городом по всей его территории уже висели красные столбы дыма. Повернув голову к центру Джиная, где располагалось здание главной ратуши, Рене увидела еще один столб дыма, но на этот раз черный. Он означал, что миссию требуется отложить и в срочном порядке вернуться к капитану Аккерману за дальнейшими распоряжениями, однако, бросить патрулирование пока было невозможно. Они находились слишком близко от прорванных ворот и все еще не были в полном составе. Ребята из отряда Рене быстро откликнулись на ее сигнал. Спустя полминуты на крыше церкви стояли все семь человек, помимо самой Гарднер, когда она начала говорить. — Нам необходимо срочно эвакуировать гражданских и отходить в центр! — скомандовала она, наблюдая, как титаны все глубже заходят в город. Послышались первые крики истерзанных людей. Голос Рене тонул в окружающей суматохе. Люди на улицах начали бежать, — вы четверо займетесь эвакуацией. Мы с вами, — Рене указала на трех бойцов, по ее мнению, более собранных внешне, — прикрываем их от титанов. Двигаемся общим строем к ратуше! Гарднер старалась перекрикивать громкие окружающие ее звуки, донося детали разработанного ею плана до своих подчиненных. План был прост и понятен, однако, они не были бы разведчиками, если бы все в жизни шло так, как было изначально задумано. Стоило им взлететь в воздух, как дорогу им преградил первый титан, который оказался аномальным. Прыгнув вверх, он чудом не сцапал зубами полностью тело одного из новобранцев, однако, все же достал его. Гигант откусил по плечо руку солдата, который начал истошно кричать от боли. Кровь из его руки не останавливалась, а сам парень больше не мог держать оружие, и, потеряв равновесие, упал на близлежащую крышу. Он был еще в сознании, когда девиант взял в руки его тело, очень маленькое, по сравнению с ростом самого титана и разорвал его пополам, с радостью от того, что добыча поймана. Он убил его. Разорвал так же просто, как тряпичную куклу! Гарднер начало мутить и она с трудом подавила приступ тошноты, чтобы не вырвать. Кто-то из бывших кадетов начал кричать от ужаса, кто-то разъярился, собираясь напасть на аномала, чтобы отомстить за товарища, но Гарднер не успела остановить последнего. Кинувшись на титана, новобранец отсек тому пальцы на руке, которой он держал разорванное тело некогда живого товарища, но девиант сбил солдата в полете ударом свободной руки, и отправил его в ближайшее здание. Врезавшись в каменную кладку дома, солдат обмяк, сломав себе позвоночник, и упал замертво на бегущих по улице людей. Все происходящее сильно напоминало Рене оживший кошмар, в котором она тонула, погружаясь все глубже. Картинки жестокости и кровопролития намертво въелись в память. Ей нужно выбрать. Она не может одновременно сражаться с титанами, защищать новобранцев и эвакуировать гражданских. Что мне делать в такой ситуации? Как поступить?