Между вдохом и концом. Часть 1. Осколки и зеркала

Глава 2. Осколок разбитого лета

Каждый акт насилия был неслучайным, каждый поворот судьбы происходил по воле невидимого кукольника, намеренно дёргающего за ниточки

— Ли Бардуго, «Шестёрка Воронов», Каз

      — Всем доброе утро, — Алекс, зевая и потирая слипающиеся со сна глаза, вошла на кухню и тут же полезла в холодильник, явно ища что-то конкретное для себя. Рыжие волосы спутанной копной украшали её голову.       — Доброе утро, — смеясь, протянула Дикс, наливая в стакан сок. — Держи, соня. Завтракать будешь?       Алекс обернулась, смотря на стакан с тёмно-бордовой жидкостью и ярко-красными бликами от солнца в нём, и подошла к столу, садясь на стул.       — Не утро, да? — чуть устало спросила она. Тим смешливо фыркнул, тут же отворачиваясь, потому что девушка бросила на него раздражённый взгляд. — Да, буду.       На стол перед Алекс тут же поставили тарелку с яичницей, пока она опустошала стакан.       — Ты выглядишь, словно вчера не газировку пила, а что-то покрепче, — хмыкнул Тим.       — Я всегда так выгляжу, когда не высыпаюсь, — в ответ пробормотала Алекс, начав ковыряться в тарелке.       — То есть каждое утро. Вчера ты звучала очень позитивно, — Тим подпёр рукой голову и приподнял бровь, насмешливо смотря на девушку.       — Дай время проснуться, — бросила ему саламандра и снова замолчала.       — Папа заедет за мной после обеда. То есть через час где-то, — прервала их разговор Дикс, сев напротив сонной девушки. Та удивлённо посмотрела на неё, а потом на электронные часы, висевшие на стене. И лицо её исказилось в странно-мученическом выражении.       — Вы почему меня не разбудили? — возмущенно пробурчала Алекс. Тим едва не рассмеялся, а Дикс лишь виновато улыбнулась. — Это я всю нашу ночёвку проспала и полдня после? Ещё друзья называются.       — Ну ты молчишь только, когда спишь, поэтому пришлось пожертвовать времяпрепровождением с тобой, чтобы посидеть в тишине, — хмыкнул Тим и тут же получил кулаком в плечо. — Ладно-ладно. Просто ты так мило спишь, что будить тебя просто кощунство.       — Вы хотя бы фильм досмотрели? Что там было? — парень бросил быстрый взгляд на Дикс и дёрнул плечом. Ведьма вздохнула.       — Так, кажется ты заснула, когда они поднимались в горы, чтобы достать тот артефакт драконов. Так вот…       

***

      — Хей, ты в порядке? — собирая вещи в рюкзак, спросила Дикс. Алекс боролась со своими волосами где-то на втором этаже.       — Да. А почему ты спрашиваешь? — Тим засунул в рюкзак расчёску и посмотрел на девушку. Та пожала плечами.       — Просто вчера ты сказал, что чувствуешь себя тревожно. Вот и спрашиваю. В конце концов это может быть интуиция или что-то такое, — произнесла Дикс. — Ты точно уверен, что всё хорошо?       — Я в порядке. Ты права, это может быть просто тревожность, — проговорил Тим. — Ничего серьёзного.       — Ну ладно, — согласилась девушка как раз в тот момент, когда послышались торопливые шаги и на первый этаж сбежала Алекс. Уже такая, какой они привыкли её видеть: весёлой, шумной и светящейся, словно маленькое солнышко.       — Ну вот, вы уходите, — наигранно протянула она, но всё равно продолжила улыбаться.       — У нас всё ещё всё лето впереди. И нам же всё равно надо будет выполнить эти дела из списков, — Тим взял в руки тетрадь и помотал ею почти перед носом неугомонной саламандры. Та весело рассмеялась, убирая его руку от себя.       — И судя по твоему весёлому взгляду, увидимся мы очень скоро, — улыбнулась Дикс, застёгивая молнию на рюкзаке. — Что ты уже придумала?       — Хочу вытащить вас на аттракционы. Что скажете? Допустим, послезавтра? Ну или послепослезавтра, — хитро сверкая глазами, предложила девушка. Тим и Дикс лишь переглянулись и почти синхронно пожали плечами.       — Почему бы и нет. Как раз в это время людей будет не так много, — согласилась Дикс.       — За тобой всё равно нужно приглядывать, — хмыкнул Тим. В него полетела подушка. Он не заставил себя ждать. Поэтому, когда к дому подъехала машина, они втроём боролись среди подушек и пледов, пытаясь завоевать первенство. Неудивительно, что они не сразу услышали дверной звонок. Дикс поднялась с пола и пошла открывать, пока Алекс, весело хохоча, закапывала эльфа в подушках.       — Привет, пап, — улыбнулась ведьма, а потом обернулась и крикнула вглубь дома: — Ребят, я пошла. Пока-пока.       В коридор тут же вывалилась растрёпанная саламандра, широко улыбаясь. За ней вышел Тим, пытаясь привести волосы в порядок.       — Здраствуйте, мистер Чэйтан, — поздоровалась Алекс и тут же бросилась прощаться с подругой. Тим же замер в коридоре у входа в гостиную под взглядом тёмного. Было что-то в этом взгляде такое, словно наизнанку выворачивающее.       — Дикс, давай быстрее. Мне работать нужно, — спокойно произнёс мужчина. Ведьма отстранила от себя подругу и вышла следом за отцом. Алекс закрыла дверь только когда машина скрылась за поворотом. — Так что, ты тоже уходишь?       — Да. Надо хоть отметиться, что я жив и ни во что не вляпался, — пожал плечами Тим и подхватил рюкзак, закидывая его на плечо. — Зная тебя, встретимся мы ещё и завтра. А ещё раньше ты мне позвонишь и заболтаешь до смерти.       — Да иди ты! — саламандра пихнула его в плечо, фыркнув.       — Иду-иду, — парень прошёл к двери. — Не убейся, пока мы не приглядываем за тобой.       — Обязательно, — хмыкнула Алекс уходящему парню. Дверь за ним закрылась, и Тим пошёл в сторону своего дома. Спустившись к заброшенным многоэтажкам, он снова почувствовал, словно кто-то пристально следит за ним. Этот взгляд словно царапал между лопатками, но вокруг не было никого, кто мог бы не спускать с него глаз. Так, несколько прохожих, бегущих по своим делам, и подростки, которые искали способ пробраться на территорию заброшек незамеченными. Поэтому Тиму стало казаться, что на него смотрят эти пустые оконные проёмы. Он невольно ускорил шаг, чтобы поскорее пройти мимо этого места.       Оказавшись на более оживлённых улицах, Тим наконец выдохнул спокойно и пошёл чуть медленнее. Но ощущение липкого взгляда всё равно скользило где-то в районе затылка. Хотелось даже поёжиться. Мимо пробегали детишки, играющие в свои игры, которые выдумывали на ходу, проходили молодые родители, гуляющие со своими новорождёнными детишками. Здесь не кипела жизнь, как в городе, но оплетала улицы чем-то уютным и тёплым. Хотя этого казалось парню недостаточно. Неприятный холод всё равно продолжал касаться его обострённых чувств.       Это чувство исчезло только когда он оказался дома и закрыл дверь. Его встретила тишина и записка о том, что ужин был замечательный и чтобы сегодня Тим не ждал родителей, потому что они будут поздно. Парень выдохнул и, выкинув записку, полез в холодильник, чтобы сделать себе перекус, состоящий из сэндвича с ветчиной и сыром.       Чайник закипел и выключился с лёгким щелчком. Тим достал пакетик с зелёным чаем и заварил его, одновременно с этим думая, чем ему заняться до вечера. Ответ на этот вопрос пришёл практически сразу. Телефон завибрировал и издал стандартный звонок приходящего уведомления. Парень разблокировал телефон и вошёл в мессенджер, тут же открывая переписку. Его преподаватель — Силена Лейкри, которая вела у него основы классического танца, а также была наставницей его выпускных работ, — написала, что на ближайшие полтора месяца уезжает по семейным обстоятельствам и поэтому вся ответственность за работу и тренировки теперь лежат на нём. И пригрозила, что не выпустит его из зала, если он хоть чуть-чуть потеряет форму.       Тим лишь улыбнулся и отшутился, что безответственных эльфов в природе ещё не было обнаружено. Силена же написала, что если он начнёт халтурить, то их точно никогда не обнаружат. А заодно пропадёт такой красивый и талантливый мальчик, как он. Подумав, что угрозы угрозами, а работать действительно надо, парень, перекусив, отправился в свою комнату, чтобы посвятить всё время до вечера тренировке. И время убьёт, и полезное для себя дело сделает.       К вечеру, спустившись на первый этаж, чтобы выпить воды, Тим уже и забыл все свои переживания и тревоги. Вот только, видимо, они его забывать не хотели. Снова начало казаться, будто за ним наблюдают. Но кто мог за ним наблюдать в его же доме? Между лопаток пробежала толпа мурашек. Стало очень страшно находиться одному, зная, что никого не будет до самой ночи. Тим передёрнул плечами и огляделся на кухне. Естественно, во всём доме он всё ещё оставался один.       «Это всё паранойя. Из-за безделья. Такое бывает», — увещевал он сам себя. Однако как ни старался, но чувство мерзкого взгляда всё равно продолжало свербеть где-то между лопаток. Тим даже пару раз резко оборачивался, словно пытался поймать того, кто прожигал его взглядом, но он всё так же оставался один в доме. Для собственного успокоения пришлось даже обойти весь первый этаж, чтобы точно убедиться, что никого тут, кроме него самого, не было.       Голова уже начинала болеть из-за этого всего, а в горло кусок не лез. Поэтому пришлось отказаться от ужина и сразу же направиться в душ и спать. Только поднявшись на второй этаж, ощущение паники спало, как и ощущение чужого взгляда. Тим устало прошёл в ванную, постоянно настороженно прислушиваясь к любым звукам, но всё было тихо, не считая шума с улицы.       Прохладная вода привела мысли в порядок, уняв до конца зудящее чувство страха под рёбрами. Но промывать волосы в такой воде было бесполезно, поэтому Тим увеличил температуру, и всю душевую кабинку практически тут же заполнил лёгкий полупрозрачный пар. Уход за волосами иногда очень напрягал парня. На них уходили куча средств и времени. Всё чаще хотелось просто взять и отрезать тяжёлые пряди, но он почему-то пока не решался сделать это. Может из-за того, что абсолютно всем было известно, что эльфы гордились своими шикарными волосами? Всё же он точно какой-то неправильный эльф.       Разобравшись с волосами, Тим вышел из кабинки в клубах пара, словно в какой-то рекламе или фильме. Пройдя по вечно холодному светлому кафелю, парень сразу же оделся и, вытирая волосы, прошёл в комнату. Уж лучше он ляжет спать. Всё равно делать нечего. Полотенце отправилось висеть на спинку стула. Забравшись на кровать и укрывшись одеялом — он продолжал мёрзнуть даже летом, — Тим закрыл глаза, а открыл стоя у лестницы на первый этаж.       Вздрогнув, он сделал шаг назад, чтобы не оступиться. Как он тут оказался? В коридоре было темно. Лишь немного света из окон давало понять, что он всё ещё действительно в своём доме. И снова это чувство паники подкатило к горлу, душа. Тим прислонился к стене и скатился по ней вниз, на пол, пытаясь отдышаться. Да что такое происходит? Даже несмотря на хорошее зрение, темнота словно сгущалась, превращаясь в плотную пелену. Всё было реально и словно во сне одновременно. Надо встать и включить свет, чтобы было легче. А ещё лучше позвать на помощь. Родители же уже вернулись, да?       Вот только тело не слушалось. Но он точно помнил, что выключатель где-то чуть выше его головы. Нужно лишь приподняться и дотянуться рукой. Всего один рывок. Нужен лишь один рывок. По щеке покатилось что-то. То ли пот, то ли слеза — не понять. Глубокий вдох. Прикусить губу, почувствовав солоноватый привкус на языке. Напряжение во всех мышцах. Оттолкнуться от пола и… и снова открыть глаза.       Рука на дверной ручке. Босые ноги на грязном от песка коврике. И всё та же ночь. Тишина. И спокойствие. Он у входной двери своего дома, кажется, собирался выйти, но дверь заперта. Тим моргнул пару раз, ущипнул себя за бедро негнущимися пальцами, а потом огляделся. Он всё же не спит. Вот эти мелочи — забытые, видимо, поздно приехавшими родителями ключи на пуфике, неровно стоящие мамины туфли, небрежно брошенный отцом пиджак и так же забытый, как и ключи, — это всё не могло быть в его сне. Он просто не знал, что такое может быть. Не так детально.       Медленно ступая по коридору к кухне, Тим думал лишь об одном: он что, свихнулся? Это был кошмар? Кошмар, от которого сердце до сих пор заходилось суматошным ритмом, а тело не слушалось, двигаясь рвано и медленно. Стакан прохладной воды оказался очень кстати. Правда пока он наливал воду из кувшина, разлил немного, но это было такой мелочью. Жажда не была утолена, но горло хотя бы не драло от сухости. Паника отступила, но неприятный осадок от этого остался. Боясь, что это всё же очередной кошмар, Тим поднялся на второй этаж и вернулся в комнату.       Сон не желал идти, и парень постоянно крутился и ворочался, пытаясь заснуть. И лишь только под утро, наконец, погрузился в тревожные сновидения.       Проснулся рывком. Правда, чего испугался — непонятно. Ощущение было, словно он резко упал в пропасть. Резко сел, осматриваясь. Он в своей комнате, залитой солнцем и пропахшей утренними сумерками. Он же закрывал окно вчера? Разве нет? Воспоминания о ночи больше казались какими-то мутными сонными картинками, словно всё это было одним большим сном. Вот только прилипший к стопам песок явно указывал, что как минимум он был ночью у входной двери. Может он и окно мог открыть? И с чего вдруг он начал лунатить? Видимо, он действительно слишком сильно переволновался.       Тим встал с кровати, откинув одеяло, и отправился в ванную. Было рано, но родители уже должны были проснуться. Холодная вода отрезвила и на некоторое время отвлекла от не особо радужных мыслей.       На кухню он спускался с опаской, скользнув взглядом по выключателю у лестницы. И всё же это он помнил даже во сне. И прежде, чем пойти завтракать, Тим прошёл к входной двери. Коврик действительно был грязным от песка, занесённого с улицы, валялись ключи и пиджак, туфли у стены. Он действительно был тут ночью. Задумавшись о том, возможно ли неожиданно оказаться лунатиком почти на семнадцатом году жизни, он зашёл на кухню.       — Ты рано, милый, — улыбнулась Глорианна. — Но я рада, что хотя бы утром могу тебя увидеть, а то с этой работой совсем уже перестанем видеться.       Пробежав взглядом по отцу, готовящему кофе и одновременно с этим заваривая зелёный чай для жены, Тим подошёл к холодильнику, вытаскивая коробку молока и сока. Молоко он передал матери, которая отдала его Константину, внимательно следившему за степенью готовности крепкого чёрного напитка. Несмотря на свой грубый вид и кучу стереотипов о таких людях, его отец любил кофе с молоком, а не чисто чёрный.       — Плохо спалось, — отозвался Тим, наливая себе сок в стакан. — Кошмар приснился.       — Ох, дорогой, может пойдёшь доспишь немного? — спросила Глорианна, взволнованная словами сына. Даже оторвалась от сбора обеда, чтобы осмотреть его. Константин отставил джезву на подставку и обернулся, хмурясь. Тим не хотел, чтобы они о нём волновались, но разум кричал, что рассказать было нужно. В конце концов сколько историй было, когда кто-то вот так не обращал внимание на вот такое, списывая всё на паранойю или ещё хуже — на поклонника.       — Ничего, не хочу потом чувствовать себя ещё более вялым, — Тим дёрнул плечом, сжимая пальцами стакан, проигнорировав доводы разума. — Это всего лишь кошмар.       — Хорошо, но если будешь чувствовать себя плохо, звони. Ты же помнишь, что кошмары…       — Не всегда просто кошмары, — перебил Глорианну парень. — Да, мам, я помню. Тем более я помню все симптомы магического или ментального вмешательства. Всё хорошо, это просто плохой сон.       — Конечно, милый, как скажешь, — согласилась женщина, но успокоенной она не была.       Завтрак прошёл в напряжённой тишине. Несмотря на то, что в их доме была продвинутая защита, все понимали, что даже она не всегда могла уберечь. Какой бы продвинутой ни была защита, как бы их ни учили распознавать тот или иной случай вмешательства, нельзя было защититься от всего.       Перед уходом Глорианна ещё раз расспросила его о самочувствии и попросила звонить если что. Утро до самого обеда Тим толком не запомнил. Всё было в какой-то дымке, словно во сне. Он уже думал прилечь поспать, но воспоминания о том, что он видел в кошмаре, быстро отбили это желание. Поэтому парень продолжил заниматься всякой всячиной, какая подворачивалась под руку, лишь бы не думать о сне.       В обед позвонила Алекс, спрашивая в силе ли их уговор на поход в парк аттракционов. Тим ответил, что да. Рассказывать и ей свои тревоги не следовало. Поэтому он поддерживал роль слишком ответственного друга, одноклассника, няньки (нужное подчеркнуть). А когда время перевалило за обед и ничего до сих пор не происходило, Тим действительно убедился в собственной паранойе на нервной почве. Правда, с чего вдруг он так разнервничался, до сих пор было непонятно. К вечеру стало легче. И ничего так и не произошло. Поэтому, когда приехали родители, он всё же сказал, что действительно просто разволновался сильно или это просто было что-то эльфийско-подростковое. Но родители явно не сильно успокоились.       Ночью Тим снова начал ворочаться. Воспоминания о кошмаре накатывали. Увидеть что-то такое вновь не хотелось. Однако сон всё равно забрал его, погружая в какие-то смутные картинки искажённых воспоминаний и домыслов мозга.       Он оказался на берегу какого-то лесного тёмного озера. На небе горел убывающий месяц в окружении рассыпанных, словно по тёмному бархату, звёзд. И это небо отражалось в тёмной воде. Ветер ласкал его кожу, а босые ступни утопали в мягкой траве. Это было прекрасное место. Но самым странным было то, что ощущение присутствия кого-то невидимого рядом не вызывало паники или страха. Это было что-то тёплое и надёжное. Но кто в нём мог вызывать что-то такое? Отец? Нет, рядом с ним он чувствовал иные ощущения безопасности.       Вдалеке показалась тёмная фигура зверя, выходящая из леса. В свете луны и звёзд его шерсть блестела. Каждый его шаг был уверенным и твёрдым. Каждое его движение завораживало своей силой. Приглядевшись к подошедшему поближе, Тим опознал в крупном звере волка с тёмной шерстью. Тот шёл, словно не замечая его. А может это и было так. Скорее всего. Это же сон, верно? Хотя как это могло быть сном? Он был таким ярким и ощущался словно реальность. Да и парень точно никогда не видел подобный пейзаж. Но всё продолжало быть таким детальным. Это не мог быть сон. Такой красиво-умиротворённый.       От подошедшего волка почему-то потянуло грустью. И Тим сразу понял: этот зверь по кому-то тосковал.       «А зверь ли это?» — мысль прочно затесалась между восхищением красотой вида и сочувствием к волку. Оборотень? Или обращённый с помощью магии?       Волк между тем подошёл к озеру и не церемонясь просто плюхнулся на землю брюхом. Голова опустилась на сложенные лапы. Тим подошёл чуть ближе, будучи уверенным, что его точно не замечают. Зверь с тоской глядел на водную гладь, иногда прикрывая глаза, а потом тяжело вздыхая. Вдруг всё как-то потускнело, а потом парня буквально вышвырнуло из сна и очнулся он, стоящим у окна.       Да какого? Ну спасибо, что хоть не кошмар. В груди остаточным чувством засела чужая грусть. Интересно, по кому или по чему он так тосковал? И что это за сон был? Тим вернулся в кровать, проверив, что окно осталось закрытым. В этот раз засыпать стало легче. По крайней мере сердце не билось в суматошном припадке, а лишь тянуло грустью.       Утром он проснулся самостоятельно. Просто открыл глаза, не чувствуя, что хочет спать. Медленно сел, оглядел комнату в рассветных сумерках и встал. Привычная утренняя рутина: душ, чистка зубов, лёгкая сушка волос, кухня. На этот раз он проснулся ещё раньше, а потому решил просто приготовить завтрак к моменту пробуждения родителей.       Когда овощи были закинуты на сковороду, а в кастрюльке кипел гарнир, парень тут же принялся за варку кофе и заваривание зелёного чая. Варить кофе у него получилось не сразу. Он методично, под руководством отца следовал всем пунктам рецепта, но получалось всегда не так. Где-то что-то он делал всё равно неправильно. И только в пятый раз получилось впервые так, как нужно. Эти воспоминания были наполнены теплом, лёгким разочарованием и ещё большим стремлением научиться.       К моменту пробуждения родителей всё было готово. Когда они спустились, Тим наливал в кружку вспененное капучинатором молоко, а следом и сам кофе. На столе уже стояли тарелки и кружки с чаем.       — Тим? — удивлённо и взволнованно спросила Глорианна, не ожидая увидеть сына на кухне. — Ты снова плохо спал? Что случилось?       — Всё в порядке, мам, — улыбнулся парень, ставя кружку отца на стол. — Просто рано проснулся. Никаких кошмаров. Мне даже снился очень красивый, хоть и немного тоскливый сон.       — Я рада, — выдохнула женщина. Тим отметил, что и плечи отца расслабились. Он лишь молча кивнул в знак приветствия. — Но точно всё хорошо?       — Да, мам, — Тим понимал, почему она волнуется, но это вызвало лёгкое раздражение, которое он просто проигнорировал. — Вы сегодня снова допоздна будете? Вчера вы приехали достаточно рано.       — Да, наверное, придётся задержаться сегодня, — согласилась Глорианна, садясь за стол и принимаясь за завтрак.       — Тогда может мне сегодня снова пойти к Алекс? В конце концов мне всё равно заняться нечем. Мисс Лейкри написала, что уехала где-то на месяц из страны, — спросил Тим, накалывая на вилку овощи.       — Ты уверен, что это хорошая идея? — с сомнением спросила женщина, переглянувшись с мужем. Тим едва подавил тяжёлый вздох. И всё же не стоило им рассказывать.       — Да, уверен. Мам, это были всего лишь нервы. Теперь всё хорошо, — говорить про то, что у него ещё и лунатизм, не стал. Пройдёт. Это, скорее всего, остаточный эффект. — Если что, я позвоню. Не волнуйтесь так. Тем более со мной рядом будет Алекс. Она хоть и безответственна к себе, но, когда дело касается кого-то другого, становится очень серьёзной.       — Ладно, хорошо. Только если что-то произойдёт, сразу звони, — серьёзно проговорила Глорианна.       — Да, хорошо, мам, — Тим уже начал беситься из-за всех этих вопросов и просьб. Будто у него не кошмар был, а как минимум приступ какой-то.       Встав из-за стола, он улыбнулся и ушёл в комнату. Потом доест, когда родители уедут и не будут раздражать его одними и теми же вопросами. Он так ненавидел, когда они волновались за него, хотя понимал, что от волнения не избавиться. Они его родители. Пусть и не родные, но они всё так же любят его и хотят, чтобы с ним всё было хорошо. Возможно, он слишком погорячился, но всё равно было тяжело видеть их волнение.       С первого этажа доносились звуки разговора и ходьбы. Тим сел на кровать, задумчиво разглядывая за окном кусочек неба с плывущими облаками. Спустя какое-то время звуки стихли, хлопнула входная дверь, завёлся мотор. Вот же, он даже не попрощался. Ладно, это не столь важно. Парень прикусил губу. О чём он вообще? Важно. Это очень важно. Взяв телефон с тумбочки, он тут же набрал сообщение маме.       «Прости. Если что, возможно, буду с ночёвкой у Алекс. Хорошего дня», — и отправил. Ответ не заставил себя ждать. Лаконичное «Конечно» и тут же весёлое «Не скучай» и смайлики. Тим выдохнул.       Теперь оставалось дождаться обеда и спросить у подруги. Хотя он был уверен, что та согласится. Ей явно было бы скучно одной. Если у неё не было планов на сегодня, конечно.       Отложив телефон, Тим упал спиной на кровать, смотря в потолок. Перед глазами появилась картинка тёмного озера с рассыпанными на его глади яркими звёздами. Откуда он мог знать это место? Не мог же его мозг придумать это? Может где-то видел фотографию или рисунок? Но чтобы настолько чёткий и красочный сон… Как жаль, что он не художник. Хотелось запечатлеть этот вид, пока он не стёрся из памяти, как и все остальные сны. Вот только Тим не был уверен, что сможет забыть тоску одинокого волка, как какой-то простой сон.       Он постоянно погружался в эти воспоминания, прокручивая их, как заевшую пластинку, но всё оставалось так же. Словно даже собственное сознание посчитало кощунством портить как-то такую красоту. За размышлениями о том, какова вероятность, что мозг на самом деле может не просто складывать воспоминания в картинки снов, а придумывать свои, делая их реалистичными, Тим не заметил, как быстро подобралось время обеда.       Набрать знакомый номер он мог, наверное, и с закрытыми глазами. Три долгих гудка, после которых наконец прозвучало сонное «алло».       — Всё ещё не высыпаешься? — вместо приветствия хмыкнул Тим, словно наяву представляя эту спутанную копну огненно-рыжих волос.       — О, Тим, привет, — тут же бордо и весело поприветствовала девушка. — Какими судьбами ты решил позвонить мне первым? Не говори, что поход на аттракционы отменяется.       Парень не сдержался и весело прыснул. Что-что, а о веселье Алекс волновалась в первую очередь.       — Нет, всё в силе. Просто у меня родители снова допоздна на работе, а одному как-то скучно торчать дома, — начал объяснять Тим.       — Кто ты и что ты сделал с моим Ледяным принцем? — тут же в шутливой форме возмутилась Алекс.       — К тебе можно? — просто спросил Тим, не собираясь отвечать на её шутки.       — Не, сегодня папа позвонил и сказал, что нам нужно куда-то там уехать. Какой-то то ли праздник, то ли ещё что-то. Так что прости, — виновато проговорила саламандра. — Но мы можем снова устроить ночёвку после аттракционов.       — Да нормально, — отмахнулся парень. — Обязательно устроим очередной марафон сонных тушек, после того как уставшие и весёлые завалимся к тебе и заснём, едва окажемся на диване. Ты же сама прекрасно понимаешь, что после такой прогулки максимум, на что нас хватит — это укрыться пледом. И то не факт.       — Знаю, знаю, — пробормотала девушка. — В общем, прости ещё раз, что не получится сегодня встретиться. Ты там не заскучай сильно и не расслабляйся. Лучше отдохни и наберись сил, потому что завтра ты должен будешь выложиться на все сто и не отстать!       — Это мы ещё посмотрим, кто отставать будет, — в ответ хмыкнул Тим. — Удачно отдохнуть на «определённо скучном, но важном мероприятии».       — Не цитируй меня, а то меня начинает пугать твоя память, — проговорила Алекс. — Увидимся завтра. Пока.       Звонок прервался. Тим отложил телефон и тяжело вздохнул. Итак, теперь он на сутки точно один и ему совершенно нечем заняться. Это было так странно. Ему. И нечем заняться. Теперь всё же придётся обратиться к своему первоначальному списку дел. Тетрадь нашлась в рюкзаке. Видимо, он так и не вытащил её с ночёвки.       Собственный список не радовал перспективами ярких воспоминаний. Он был очень даже аскетичным и холодным, если можно так сказать о делах. Прям под стать хозяину. Прочитать то, подумать над этим, выучить что-то, сходить туда-то. Иногда Тим сам себя мысленно обзывал занудой и потом долго ещё не мог перестать об этом думать, пока его не отвлекали. Теперь же отвлекать его было некому. Он в неудовольствии поморщился и перелистнул страницу. Список обрывался где-то на середине листа и заканчивался пунктом о прочтении книги.       Решив пойти с самого конца, Тим достал лэптоп и вбил название и автора книги в поисковик. Несколько минут на поиск, час на изучение содержимого, и один из пунктов списка дел на лето был вычеркнут и забыт. Книга оказалась на редкость скучной и бесполезной.       Ещё пару часов потеряв на поиск чего-то нескучного, парень наконец решил, что чтение сегодня явно не то дело, которым он хотел бы заниматься, и включил серию недосмотренного сериала, откидываясь на подушки.       Это решение оказалось куда лучшим. Сериал увлёк его красочной картинкой кадров и интересным сюжетом вплоть до вечера, когда телефон разразился входящим звонком. Поставив сериал на паузу и дотянувшись до лежащего на прикроватной тумбочке телефона, Тим ответил на звонок.       — Привет, милый, — тут же раздался уставший голос Глорианны. Тим подумал о том, что неожиданные зверства со стороны руководителей крупных компаний всё же как-то должны быть связаны.       — Вечер, мам. Как ты? Звучишь слишком уставшей, — тут же спросил парень, чем вызвал то ли фырканье, то ли смешок со стороны родительницы.       — М-да, — только и протянула женщина, видимо, поняв, что скрыть усталость за весёлыми словами не удастся. — Я, собственно, и звоню поэтому. Меня тут завалили огромным количеством бумажной работы, поэтому мы останемся на ночь в городе. Ну и на весь следующий день, похоже, тоже.       — Понял. Кстати, насчёт завтра. Алекс тащит нас с Дикс в парк аттракционов, и скорее всего на ночь после этого мы останемся у неё, — предупредил Тим, разглядывая застывшую картинку на экране.       — Хорошо. Значит, у всех есть какие-то дела завтра, — в уставшем голосе прозвучала улыбка. — Хорошо вам повеселиться. Надеюсь, что мы всё же встретимся на ужине послезавтра.       — Ага, — согласился парень. — Пока, мам. Не засиживайся допоздна.       — И тебе спокойных снов, милый, — звонок прервался. Тим ещё пару секунд посидел, обдумывая разговор, а потом отложил телефон и вернулся к просмотру сериала.       Странное ощущение толчка вырвало его из сна. Экран лэптопа погас. За окном было темно. Тим потыкал пару раз по кнопкам, но гаджет не отозвался: села батарейка. Закрыв крышку и отложив его на тумбочку, парень откинулся на подушки, чувствуя, как расслабляются затёкшие от неудобной позы мышцы, а вместе с приятным ощущением расслабленности его вновь укутывает тёплое марево сна.       Ничем не запоминающаяся картинка чего-то мутно-приятного сменилась холодной размытой тяжестью. Неприятное ощущение тревоги заполнило грудь и заставило сердце биться быстрее. Тим зажмурился и вновь попытался всмотреться в серое марево перед глазами. Словно что-то не давало ему увидеть то, что происходило вокруг. В попытке оглядеться, парень повернул голову, но мышцы лишь отдались болью, отказавшись функционировать. Ни руки, ни ноги так же не поддались. Теперь уже не тревога сжимала его сердце, а нарастающая паника, которая захватила всё его существо вплоть до кончиков немеющих пальцев. Он ещё дёрнулся пару раз в надежде вырваться, но замер. Месиво из всех оттенков чёрного и серого зашевелилось. Что-то мутно сверкнуло во всём этом. Тим попытался в который раз вырваться, но безуспешно. Всё тело обожгло болью, и он распахнул глаза, тяжело дыша.       Осознание, где он и что происходит, приходило медленно. Парень опёрся руками о колени, чувствуя, как от паники к горлу подступает тошнота, а на глаза наворачиваются слёзы. И только когда его голых стоп коснулся прохладный ветерок, растрепавший его распущенные волосы, Тим понял, что он не в доме. Быстро выпрямившись, эльф огляделся. Он был далеко не в доме…       Он стоял на улице, прямо на проезжей части, а перед ним, возвышаясь и темнея провалами оконных и дверных проёмов, стоял монолит заброшенного недостроя. Тим вздрогнул. Всё тело цепенело при виде этой картины. Нет, нет, он всё ещё спит. Это просто очередной кошмар. Да, он сейчас снова проснётся. Наверняка опять лунатил и открыл окно, поэтому холодно. Лунатил… Он же не мог выйти из дома и дойти сюда, да? Это точно просто очередной реально выглядящий кошмар. В реальности не может быть настолько абсолютно тихо, что всё вокруг напоминало максимально сюрреалистичный сон, который от этого становился ещё более жутким.       Тим шагнул назад. Казалось, что стоит обернуться спиной к этому зданию, и оно упадёт на него или поглотит своими тёмными провалами. Поэтому он медленно делал шаг за шагом, не спуская глаз с тёмных проёмов. Босые ступни чувствовали прохладу остывшего асфальта. Ветер слегка колыхал его распущенные волосы, то и дело закрывая глаза. Парень убирал их, но те всё равно лезли в лицо. Поэтому он не сразу заметил странное движение сбоку.       Остановившись, Тим сглотнул и медленно повернул голову, замечая тёмную фигуру. Из-за неработающих в это время фонарей понять, кто это, было трудно, но парень ощутил странную тревогу. Вряд ли такой поздний прохожий, ещё и в этом районе, просто прогуливался, наслаждаясь видом звёзд и луны. Всё тело окатило ледяной паникой. Уже наплевав на страх повернуться спиной к заброшенному зданию, парень развернулся и побежал в обратную сторону, надеясь как можно быстрее добраться до дома.       Но стоило ему пробежать всего несколько метров, как перед ним словно выросли из-под земли ещё несколько фигур, заставив парня резко затормозить. Ноги обожгло неприятной болью. Он замер, а затем отступил назад. Обернувшись, Тим увидел, что за его спиной так же стояли непонятно откуда взявшиеся фигуры в каких-то то ли мантиях, то ли рясах.       Краем глаза увидев шанс на побег, парень попытался проскочить, но тут же был перехвачен поперёк живота и прижат к телу одного из этих странных существ. Почему? Почему он не может кричать? Разве он не пытался позвать на помощь? Брыкаясь и пытаясь выбраться из сильной хватки, он не сразу заметил, что к ним подошла одна из этих фигур, доставая что-то. И только когда его голову зафиксировали, открыв шею, он понял, что сейчас произойдёт. Но единственное, что он мог сделать — зашипеть от резкой острой боли и обмякнуть в чужих руках.