Между вдохом и концом. Часть 1. Осколки и зеркала

Глава 3. Осколок падающих звёзд

Тьма не всегда означает зло, а свет не всегда несёт добро

— Филис и Кристин Каст, «Меченая»

      — Какого?.. — прорычал Вельзевул, когда прямо перед ним начал рябеть воздух, покрываясь чёрной дымкой, и тут же материализовался его брат, весь вымазанный кровью с макушки смоляных волос до чёрных кед с прожжёнными дырами и оплавившейся подошвой. Близнец оскалился, как-то весело хмыкнул, удовлетворённый полученным результатом, и сделал шаг назад, раскидывая руки в стороны, мол, смотри, братец, в каком дерьме я, пока ты тут со своими бумажками возишься. Вельзевул мысленно тяжело вздохнул. — Ты был на совете. Так каким образом?..       — Да там у жнецов что-то пошло не так. Меня вызвали. И представляешь, абсолютно случайно я встретил одного нашего старого знакомого, — издевательски протянул Ваал, что сразу стало понятно: эта встреча не просто не принесла ему удовлетворение, но и испортила настроение окончательно. Спрашивать, кого именно брат встретил, не имело смысла. Таких «знакомых», которые желали им сгинуть в Тартаре, было много, поэтому запоминать каждого не имело смысла. Но судя по тому, в каком виде Ваал вернулся, стычка быстро переросла в кровавую бойню.       Кстати, о крови. Вельзевул проследил взглядом за сорвавшейся с пальцев рубиновой каплей, которая тут же впиталась в тёмный ворс ковра, скользнул по прожжённым дырам на джинсах и футболке, а потом обошёл брата, идя в сторону кабинета, чтобы закончить разбираться с бумагами.       — Что, даже не спросишь, в порядке ли твой любимый старший брат? — насмешливо кинул ему вдогонку Ваал.       — Если сам добрался до особняка, значит, жить будешь, — не оборачиваясь, проговорил мужчина, поморщившись от того, как сказанное было похоже на то, что говорил им отец, когда ещё хоть как-то интересовался их делами. Ему не ответили. И только когда дверь кабинета почти закрылась за ним, послышалось тихое ругательство и шаги на лестнице. На мгновение прикрыв глаза, Вельзевул вернул внутренний контроль и подошёл к столу, едва ли не полностью заваленному бумагами, опускаясь в кресло.       Разбор отчётов всегда занимал слишком много времени, но доверить эту работу кому-то мужчина не мог. Не потому, что не доверял, хотя и это тоже, просто это были отчёты его подчинённых — генералов. И кроме него доступ к проверке этих бумаг имел только сам Люцифер и Небирос, являющийся фельдмаршалом, которого в настоящее время найти было невозможно. Поэтому работать приходилось сутками. Даже сейчас, когда время уже перевалило за полночь, а бумажек нисколько не уменьшилось.       — От Неба никаких вестей? — Вельзевул поднял уставший взгляд алых глаз на бесшумно вошедшего брата.       — Если у него снова срыв, его лучше не трогать. Если он вновь устроил какую-то свою игру, мы его просто не найдём. Если… — начал перечислять и так известные им истины об их кузене мужчина, пока Ваал бесцеремонно не перебил его, вытаскивая из пачки листок с отчётом.       — Если, то не трогать, не найдём, — взгляд чёрных глаз пробежался по ничего не значащим для него строчкам. — Знаю я. Как он нужен, так его нет. Серый кардинал, блин. Сейчас либо отдыхает где-то среди смертных, либо ведёт охоту на кого-то, кто перешёл ему дорогу или мешается.       — Ты его знаешь. Ему необходимо иногда напоминать самому себе, что он не всесилен, — Ваал лишь закатил глаза, возвращая листок в стопку таких же, пока брат объяснял ему то, что он и так знал. — Как там Азазель?       Ваал вскинул бровь, внимательно посмотрев на близнеца, но не стал указывать на столь явный перевод темы.       — Развлекается. Ему там подкинули парочку идиотов. Вот пропадает теперь у себя в подземельях целыми днями, — пожал плечами демон. — Сколько претов не корми, они вечно голодны будут. Кстати, о голоде. Я твой даже сейчас ощущаю, словно и не устраивал себе небольшой ужин час назад. Хочешь до собственного срыва довести? В прошлый раз из-за тебя пала какая-то империя.       — Это было почти тысячелетие назад, — Вельзевул опустил взгляд на бумаги. Ему очень не нравилась эта тема, которую поднял брат.       — Ну, если начать вспоминать что-то поменьше, наберётся так на книжечку. И это я только про это тысячелетие, — с сарказмом протянул Ваал, смотря на брата. — Серьёзно, Вельз, сколько ты уже голодаешь так? Столетие? Два? Напомню тебе, что те мелкие перекусы, что ты устраиваешь, когда совсем уже находишься на грани, — не еда. Да ни один Высший так не голодает, как ты, а нам, между прочим, нужно больше, чем другим, спешу тебе напомнить. Поднимись наконец на Поверхность, найди себе мальчика, зачаруй и потрахивай раз-два в месяцок, если уж тебе не нравятся мои способы.       — Я не…       — Не по пацанам? Или не нуждаешься в чужой жизненной энергии? — усмехнулся Ваал, смотря в возмущённые алые глаза брата. — Брось, Вельз. Во-первых, то, что тебе мальчики больше нравятся, мы выяснили, когда ещё были детьми. А во-вторых, не ешь ты, а чувствую себя хреново я. Страшно представить, насколько ты на самом деле голоден.       — Я в порядке, — сквозь зубы процедил Вельзевул, чувствуя, как закипает кровь.       — Ну-ну, я чувствую, — закивал мужчина. Дальнейшую их баталию прервал телефонный звонок. Ваал тут же слинял, прекрасно зная, что ничем хорошим такие звонки не заканчиваются, а он сегодня уже своё отработал.       Вельзевул тяжело вздохнул и откопал из-под бумаг свой телефон.       — Я слушаю, — пряча усталость за раздражением, произнёс мужчина, внимательно вслушиваясь в слова, что ему передавали. — И с каких пор это входит в список моих обязанностей? Пусть с этим разберётся кто-то другой. И вообще, почему это его интересует? Понял. Сейчас же займусь этим. Но в следующий раз отправьте кого-нибудь другого. У меня нет времени на это.       И не дослушав, что ему начали говорить, сбросил вызов, поднимаясь из-за стола. Дверь в кабинет приоткрылась и на пороге показался довольно улыбающийся Ваал.       — Ну надо же, наконец-то из нас двоих на вылазку отправишься ты, а не я. Мне, конечно, нравится иногда расчленить парочку зазнавшихся тварёнышей или уродцев, вылезших с Запретных, но на сегодня я перевыполнил свою норму по кровожадности, а потому собираюсь пойти поспать.       — Меня отправили на Поверхность, — недовольно проговорил Вельзевул, наводя на столе среди бумаг порядок и о чём-то думая. — Кажется, это что-то серьёзное.       — У, как вовремя. Надеюсь, ты не упустишь свой шанс и всё же поешь, — хмыкнул Ваал, не обращая внимание на слишком хмурое и серьёзное лицо брата. — Меня не будить до завтра, если, конечно, ты не приведёшь какую-нибудь знойную красотку.       И снова исчез. Вельзевул пропустил его слова мимо ушей, обдумывая то, что ему сказали. Если Люцифер настоял на том, чтобы за это дело немедленно взялся кто-то из них, то оно действительно могло быть очень серьёзным. Поэтому он сейчас же отправится на Поверхность. Но сначала прихватит кое-что из императорских артефактов.

***

      Место, куда его привёл артефакт, было вполне обычным. Ночь и практически отсутствие света не помешали Вельзевулу осмотреться. Какой-то тихий то ли городок, то ли посёлок, судя по стилю домов, одного из человеческих государств. А по факту, скорее всего, места, где жили все, кому нравился здешний климат, ну или у кого не было шанса вернуться на родину.       Единственное, что было странным, — аура, исходящая от этих недостроенных многоэтажек, в одну из которых тянул его артефакт. Окинув здание быстрым взглядом на предмет чего-то, что он должен был здесь найти, мужчина хмыкнул. Скрывались они, что ли? Что ж, тогда он тоже будет скрываться. Если и играть в охоту, то так, чтобы это хотя бы немного было интересно. Тем более его задача понять, что именно здесь происходит, а не просто зайти, уничтожить источник непонятно чего и уйти.       Накинув на себя пару скрывающих чар, Вельзевул двинулся в здание, ведомый артефактом. Тот упорно вёл его в сторону левого крыла, пока не привёл к лестнице с начавшими крошиться ступеньками. Мужчина даже не рассматривал пустые комнаты и коридоры: если уж что-то привлекло внимание артефакта и это что-то — или даже кто-то — находилось в подвале, ему остальное не было интересно. А то, что в подвале кто-то точно был, чуткий нос сразу учуял.       Теперь не только магическая игрушка из хранилища Люцифера вела его ниже и дальше в глубь тёмных помещений, а ещё и едва уловимый приятный запах, отдававший чем-то сладким и прохладным. Но присутствие кого-то ещё мужчина не ощущал, что не было странно, до тех пор, пока он буквально не вышел к одному из подвальных помещений, освещённому лишь свечами и заполненному существами в глупых мантиях и капюшонах.       Сразу стало понятно, что они проводили какой-то ритуал, а судя по знакам и огромному количеству защитных заклинаний и символов, расписанных и раскиданных вокруг, через малую часть которых, как оказалось, Вельзевул успешно прошёл мимо, этот ритуал — что-то посерьёзнее глупого призыва духа в этот мир.       Мужчина замер в тени, наблюдая за происходящим и одновременно аккуратно взламывая одно заклинание за другим, словно конфетки разворачивал. Сначала за спинами столпившихся было трудно понять, вокруг чего они стояли и что там такого интересного было. Потом, когда вся эта толпа пришла в движение, Вельзевул разглядел в небольших зазорах между их шатающимися телами что-то очень похожее то ли на алтарь, то ли на какой-то ритуальный камень. И, судя по всему, кто-то на нём явно лежал.       Бросив скучные защитные заклинания, демон тут же переключился на купол, отрезающий эту толпу от окружающего мира, чтобы наконец услышать, что те делают. И пока Вельзевул занимался плетением заклинания, он втянул носом прохладный и сырой воздух, вновь ощутив этот странный запах какой-то приятной сладости. И судя по появлению новых ноток, так похожих на страх, что быстро увеличивался, запах принадлежал тому, кто лежал на камне. А отсутствие запахов остальных означало, что на каждом из них было какое-то заклинание, что скрывало не только их ауры, но и ароматы тел.       Паника жертвы приятно щекотала нюх и пробуждала инстинкты охотника в демоне, но он запихнул эти чувства поглубже. Не до этого. Наконец заклинание поддалось, и мужчина услышал бормотание голосов. Сначала обрывки фраз на ломаном древнем языке были странными и казались какими-то абсурдными и пустыми, вот только, прислушиваясь всё больше, Вельзевул понимал, что происходящее сейчас может вот-вот привести к катастрофе. А потом по чувствительным ушам резанул крик боли. Воздух быстро начал сгущаться предвестием чего-то приближающегося и очень, очень опасного.       Медлить было нельзя. Либо Вельзевул остановит это прямо сейчас, возможно, навлекая откат от незаконченного ритуала не только на себя и этих ублюдков, но и на того несчастного, что сейчас орал так, словно в него запихнули все самые адские, как бы иронично это ни звучало, ощущения, либо последствия могут обернуться чем-то непоправимым.       Выходя из тени, он нарочно задел одну из сигналок, привлекая внимание сразу всех. Меч привычной тяжестью материализовался в руке, и Вельзевул ощутил его жажду крови, что только усилило его и без того ужасный голод и желание устроить охоту. Но задумываться об этом было некогда. Точными движениями перерезая горло то одному, то другому фанатику тёмных искусств, а кому-то и вовсе отрубая голову, мужчина быстро приблизился к тому знаку, на котором держалась вся остальная вязь заклинаний, и разрушил его, наконец чувствуя, что может воспользоваться всей своей силой, не вызвав разрушительных последствий.       Все вокруг неожиданно замерли, будто время остановилось, а потом каждое из тел в чёрных мантиях зависло в воздухе, забавно дёргаясь и пытаясь освободиться. Неуловимое движение бровью, и вся эта толпа разлетелась в стороны, словно тряпичные куклы, впечатываясь в стены, пол и даже потолок. Вельзевул отпустил их, дав сползти и упасть на пол и пару секунд поваляться, прочувствовав всю боль от сломанных костей и разрывов. Те копошились, стонали, кто-то даже орал. Этот шум, скорее всего, перебил бы крик жертвы, но та уже лежала в бессознательном состоянии.       Вельзевул со своего места смог разглядеть тонкую фигуру явно молодого парня. А вот лица с этого ракурса увидеть не получалось: оно скрывалось волосами и несколько неестественно вывернутой рукой. Однако смутная догадка о том, что он увидит, если сейчас подойдёт, закралась в разум. Но это потом. Сначала он закончит тут с этими идиотами. Три десятка душ хватит, чтобы насытить ненадолго и себя, и кровожадное оружие. И его в первую очередь, ведь самому мужчине была нужна лишь жизненная энергия, которая текла из дёргающихся тел, как кровь из их ран. Правда её было очень мало и на вкус она была то противно-горькой, то абсолютно пресной, отчего ещё сильнее захотелось попробовать ту, запах которой манил к себе, пробиваясь даже сквозь отвратительный смерд.       Неожиданно тот фанатик, что замер у камня с занесённым над бессознательным тельцем кинжалом, явно намеревавшись закончить ритуал как можно скорее, дёрнулся и резко опустил руки, целясь точно в едва бьющееся сердце. Неужели смог вырваться из опутавшего его заклинания? А ведь у Вельзевула были на него планы. Что ж, жаль. Демон тут же оказался рядом, перехватывая его руки и ударяя ладонью в грудь с такой силой, что послышался мерзкий хруст проломленной грудной клетки, а сам неудавшийся сектант отлетел в стену, ломая себе ещё что-то и захлёбываясь кровью и болезненным криком.       Вельзевул почувствовал, как нечто тёмное, давно запрятанное где-то в глубине его разума зашевелилось, желая сделать то, чего сам демон себе позволить просто не мог: заполучить так сладко пахнущую жертву. Насладиться её болью, её энергией, её кровью. Зачем им эти ничтожные душонки фанатиков, если прямо перед ними, руку протяни, есть что-то такое вкусное?       Стиснув зубы, демон запихнул назойливый голосок подальше и, больше не медля, одним точным движением магии сломал каждому фанатику шею, прекращая уже надоевший нестройный хор оров и стонов, тут же поглощая их энергию, чувствуя, как немного утихает зудящий голод.       На разрушение остатков заклинаний и развеивание незаконченного ритуала ушло не больше пяти минут. Всё это время демон старался не смотреть в сторону ритуального камня. Поэтому, когда после рассматривания очередной странной татуировки, видимо, являющейся схемой заклинания, на очередном трупе он поднялся и развернулся, чтобы наконец разобраться с главной проблемой, замер, наткнувшись на заинтересованный взгляд неудавшейся жертвы. Разве он не был в глубоком беспамятстве всего минуту назад?       Пару раз моргнув, паренёк что-то тихо выдохнул, едва разлепив искусанные губы с капельками крови на них, и тут же отключился, вновь возвращаясь в роль едва живого трупика. Вельзевул ещё пару секунд постоял, обдумывая вероятность собственного безумия, а потом подошёл ближе, проверяя состояние несчастного. Руки и ноги паренька, на проверку всё же оказавшегося эльфёнышем, были грубо прикованы ржавыми кандалами к камню. А то, что этот представитель остроухих явно был в отключке и приходить в себя не собирался, было ясно, как и то, что у Вельзевула только что возникла очень большая проблема, ярко-проявляющаяся на тонкой шейке с левой стороны.       Вспомнив всевозможные ругательства, которые вообще когда-либо слышал, мужчина наконец взял себя в руки, прикрывая глаза. Ваал это ему будет до конца жизни припоминать. И не скроешь ведь. По-любому уже почувствовал и ждёт не дождётся его возвращения, чтобы начать издеваться. И сколько это продлится, предсказать было трудно. Брат отличался редкой злопамятностью и любовью не только к алкоголю, сексу и веселью, но и к едким замечаниям и язвительным шуткам.       Магией расколов кандалы, Вельзевул поднял парня на руки и телепортировался из этого пропахшего кровью и сыростью подвала. Как и ожидалось, Ваал ждал его. Скрестив руки на груди и опёршись спиной о дверной косяк, он насмешливо взирал на хмурого брата с бессознательным телом на руках.       — Замолчи, — угрожающе прорычал Вельзевул, подходя к дивану и опуская парня на него.       — Я ничего и не говорю, — насмешливо хмыкнул демон, внимательно следя за тем, как его близнец проводил какую-то одну магическую манипуляцию за другой.       — Вот и молчи. И без тебя знаю, в каком дерьме я теперь оказался, — с каждой секундой мрачнея всё больше, проговорил Вельзевул. Результаты всех проверок его отнюдь не радовали. А ещё учитывая тот факт, из какого ритуала он вытащил это мелкое остроухое создание, так вообще хотелось убить кого-нибудь.       — Мы оказались, дорогой братец, — раздалось прямо над головой. Вельзевул едва не вмазал брату по его ехидно ухмыляющейся роже. — А он ничего так. Молод, правда. Но, судя по всему, ему лет шестнадцать, не меньше. Хотя мы не на Поверхности. Какая разница, сколько пареньку, если он так сладко пахнет, верно?       — Заткнись, а. В первую очередь нужно понять, что это и как от этого избавиться, — раздражённо произнёс Вельзевул. Ваал не стал реагировать на его злость. Лишь протянул руку, касаясь бледной кожи предплечья пальцами аккурат над стёртой до крови полосы следа. Вельзевул встал и отошёл, не мешая.       — Я, конечно, люблю вид крови, но портить такую красоту столь грубыми методами — кощунство, — из-под пальцев Ваала вырвалось несколько чёрных нитей, устремившихся к запястьям и щиколоткам, заживляя кожу. Мужчина взял тонкую руку эльфёнка, рассматривая его изящную кисть, и сорвал с пальца портящий весь вид нелепый пластырь с какими-то детскими рисунками. Порез тут же затянулся. Единственное, что нити не тронули, — искусанные губы с подсохшими корками крови. Видимо, как это выглядело, ему понравилось, потому что демон ухмыльнулся, отстраняясь. — А вот это я, пожалуй, оставлю. Пока. А там посмотрим.       — Ваал, вылезь из моей головы и прекрати делать вид, будто тебя не волнует то, что происходит, — процедил Вельзевул, наблюдая за тем, как близнец скользнул жадным взглядом по тонкому телу и пересел в кресло.       — А меня волнует. Тебе буквально в руки упало вот это чудо, а ты уже хочешь избавиться от него. Он принадлежит теперь тебе, нам, по законам древней магии, — проговорил Ваал, упрямо смотря в глаза брата. — Вот, пожалуйста, проблема твоего голода решена. Бери, наслаждайся. Тут и Азазель не нужен, чтобы понять, что ты хочешь его.       — Я не могу, — протестующе прорычал Вельзевул.       — Можешь. Ты демон, и это твоя потребность. Почему спустя тысячелетия я должен объяснять тебе простые истины? Откуда у тебя снова вылезла эта моральщина смертных? — уже начал злиться Ваал. — Он твой по законам, которые древнее даже самой Преисподней. Так какого ты отпираешься? Тебе всё равно придётся это сделать, иначе вы оба помрёте, ещё и меня за собой потащите.       — Ваал! — не выдержал мужчина, хотя понимал, что брат прав.       — Не сможешь ты, — черноглазый демон поднялся с кресла, вставая практически вплотную, серьёзно и мрачно смотря в алые глаза напротив, — смогу я. Поверь мне, я не дам нам сгинуть в Тартаре из-за какого-то смертного мальчишки и вдруг взыгравших в тебе бесполезных чувств.       — Я не позволю, — в ответ зарычал Вельзевул. Казалось, ещё чуть-чуть и воздух между ними заискрит разрядами молний. Но несколько мгновений спустя они разошлись в разные стороны: Ваал ушёл к бару, но не стал ничего наливать себе из богатого выбора алкоголя, а достал бутылку воды, практически тут же осушая её; Вельзевул отошёл к панорамным окнам, являющимся бескаркасным HS-порталом, с видом на запустевший и заросший кустарником сад.       За все тысячелетия жизни они так и не сделали ничего, чтобы хотя бы немного привести его в порядок. Никто даже не думал об этом, а если и думал, то тут же забывал. Наверное, хорошо, что сейчас ночь и ничего не было видно — подумал Вельзевул. Увидь это кладбище природы эльфёнок, точно бы не выдержал ещё и это потрясение.       За его спиной раздался смешок. Видимо, Ваал перехватил его мысль. И похоже, она показалась ему забавной. Вельзевул перекрыл брату доступ к своим мыслям, но про себя тоже усмехнулся столь гиперболизированному стереотипу об остроухих жителях лесов. Хотя отчасти это было правдой: лесные эльфы не могли жить вне привычной им благоухающей силой природы, постоянно чувствуя дискомфорт. Слишком уж они любили эту гармонию и жизнь. А этот явно внешностью смахивал как раз на лесного, правда странного. Но может он что-то пропустил в жизни остроухих этого мира?       — Эй, Вельз, — вырвал его из размышлений голос брата. Мужчина повернулся, вопросительно взглянув на него. Ваал кивнул в сторону дивана, всем своим видом показывая, что ему было скучно и он абсолютно не был заинтересован в том, что сейчас происходило. Но Вельзевул помнил и жадный взгляд, медленно раздевающий парня, и недовольство тем, что кто-то столь кощунственно отнёсся к нежной бледной коже запястий и щиколоток, грубо сковав их ржавым металлом. Хотя, скорее всего, сам был бы не прочь оставить парочку кровавых меток, сжав тонкие руки до синяков. — Твой несчастный очухался.       Мужчина повернул голову в сторону дивана. Парень заворочался, закрутил головой и что-то захрипел. Было больше похоже на то, что ему снился кошмар, а не на то, что он начал приходить в себя. Вельзевул подошёл ближе, решая, стоило ли вмешиваться, но тут эльфёнок распахнул глаза и вскочил, резко садясь и хватаясь за горло. Вместо крика послышался глухой хрип. Демон тут же вспомнил, что тот орал так, что вполне возможно мог сорвать себе голос подчистую.       Парень медленно пришёл в себя и, кажется, понял, что оказался совершенно не там, где был должен, как он думал. Оглядевшись и заметив наконец две пары глаз, что смотрели на него с разными выражениями от лёгкого беспокойства до прямой насмешки, эльфёнок замер, испуганно переводя взгляд то на одного мужчину, то на другого, и, должно быть, пытался что-то для себя решить или понять.       — Всё хорошо, — наконец произнёс Вельзевул, абсолютно не представляя, что делать в таких ситуациях. — Что последнее ты помнишь?       Эльфёнок перевёл взгляд на него, но продолжал коситься в сторону Ваала, сидящего на барном стуле. И Вельзевул поражённо замер, смотря в потемневшие глаза цвета кристаллов аметиста. Он точно не лесной эльф. По крайней мере не чистокровный. Полукровка? Но тогда кто?       Пока демон перебирал в уме каждую расу, в сочетании с которой эльфийская кровь могла бы дать такой результат, эльф попытался что-то сказать, захрипел, снова схватившись за горло, и закашлялся. Ваал подавился водой и, отплевавшись, ехидно хмыкнул. Парень бросил на него злой взгляд.       — На себя посмотри, остроухое недоразумение, — хмыкнул Ваал. Помолчал, видимо, слушая, что ему мысленно говорил эльф, и оскалился, демонстрируя острые клыки. — Не боишься такое говорить? Ах вот оно как. Ну, спас тебя не я, а он. И не думаешь же ты, что я не придумаю что-то поинтереснее?       Вельзевулу надоело слушать ответы брата на мысленные высказывания парня, поэтому он поспешил привлечь внимание, пока препирательства этих двоих не переросли во что-то серьёзное.       — Ваал, — одёрнул он мрачно скалившегося брата. — Лучше помоги. Пожалуйста.       Мужчина закатил глаза, отставил бутылку с водой и подошёл к дивану. Эльфёнок настороженно проследил за его передвижениями и дёрнулся, отодвигаясь от руки Ваала, который потянулся помочь с сорванными голосовыми связками.       — Чего ты дёргаешься? Страшно стало? — ехидно хмыкнул демон, всё же касаясь пальцами тонкой шеи, которую быстро оплели чёрные нити. Эльф вскинул голову, прищурившись смотря снизу вверх ему в глаза. Если бы Вельзевул не знал своего брата так хорошо, ни за что бы не заметил, как тот мелко вздрогнул и напрягся. Что такого ему сказал или показал этот парень? Но практически тут же в чёрных глазах засияло мрачное торжество. — Поверь мне, малыш, я способен и не на такое.       — Правда? — уточнил парень всё ещё слегка хриплым голосом и растянул губы в насмешке, едва поморщившись, когда ранки на них разошлись, закровив. — Тогда может сделаете хоть что-то? Например, решите, придушить меня всё-таки или убрать руку с моей шеи?       И провёл языком между губ, слизывая капли крови. Вельзевул откинул пару десятков возможных вариантов. Может, кто-то из Тёмных с эльфом закрутил? Нет, эльфы на дух не переносили никого из них, даже полукровок. Но может такое всё же произошло? В конце концов и демон с ангелом раз в несколько тысячелетий сходились.       Но выяснить, как и каким образом такое чудо остроухое получилось, можно и потом, а сейчас стоило вмешаться, пока Ваал действительно не вышел из себя и не придушил эту язву.       — Ты знаешь, что произошло? — прервал их зрительное сражение Вельзевул. Ваал наконец отпустил руку и отошёл обратно к бару, всё же достав бутылку коньяка и стакан.       — Нет. Как и то, где я, кто вы и почему я здесь, а не в том мерзком подвале, — парень отвёл взгляд от демона и посмотрел на Вельзевула.       — А что ты вообще помнишь? — продолжил мужчина. Эльф вздёрнул бровь, окинул его странным взглядом и задумался.       — Кошмар, помню, приснился. Проснулся. Думал, что всё ещё снится, потому что оказался стоять посреди улицы. А там эти, в мантиях. Ну я и побежал оттуда, а они словно из-под земли все повылезали, схватили и накачали чем-то, — парень потёр ладонью шею с правой стороны, где краснело пятнышко синяка от укола. И почему Ваал и его не залечил? — Потом словно всё в тумане. Потащили куда-то, руки и ноги связали. Я к моменту, когда они что-то говорить начали, на грани отключки был. Показалось, что прошло всего несколько мгновений, а я уже лежу на чём-то холодном и твёрдом. И пошевелиться не получается. Перед тем, как от боли скрутило, показалось, что кто-то рядом был, словно живой, а вроде и нет. И смотрел так с интересом, будто проверял, выдержу или нет. Аж до сих пор жуть берёт. А потом меня, видимо, от боли вырубило. Глаза открываю, а тут вы.       — Всё? — уточнил Вельзевул. Почему-то ему казалось, будто в этой истории чего-то не хватало. Может быть, того момента, как парень был в сознании несколько секунд, пока снова не отключился?       — Да? — парень вновь перевёл с одного на другого взгляд. — Может, я уже начну вопросы задавать? А то это не вы очнулись непонятно где, непонятно с кем.       — А перед тем, как очнулся, тебе не снилось ничего? — проигнорировал его вопрос Вельзевул.       — Вы издеваетесь, да? Говорю же, боль была такой, что меня отрубило, а пришёл в себя уже тут. Вряд ли в таком состоянии вообще хоть что-то может сниться, — парень даже едва глаза не закатил. — Раз уж рассказывать мне, что происходит, никто не собирается, я, пожалуй, домой пойду. Никто не против? Отлично. До свидания.       Парень встал на ноги и тут же покачнулся, едва удержав равновесие. Ваал насмешливо фыркнул, а вот самому парню было явно не до смеха. Его лицо сначала исказилось в удивлении, а после в какой-то непонятной гримасе. Вельзевул подумал, что ещё чуть-чуть и он упадёт в обморок. Но всё обошлось.       — Что со мной? — уже куда серьёзнее спросил эльфёнок, озадаченно смотря то на одного демона, то на другого.       — Помнишь, ты говорил, что мы, если бы хотели тебя убить, не спасали бы? Так вот, выбора у моего брата не было. Тебя спасти было нужно. А убивать умирающего, знаешь ли, неинтересно, — тут же проговорил Ваал, явно радуясь, что может взять реванш. Парень непонимающе посмотрел на него и приложил ладонь к груди, судорожно выдыхая.       — Ваал, — одёрнул его Вельзевул с волнением, понимая, что времени на разговоры и объяснения не осталось. Эльф перед ним вздрогнул, шипя и, кажется, ругаясь на одном из языков Поверхности. А у самого демона перед глазами помутнело.       — Да чтоб вас, — донёсся до его слуха незадачливый рык брата. — Я же говорю: либо ты засовываешь эту свою моральщину далеко и надолго, либо вмешаюсь я.