Gift

Какие бы усилия не прикладывала Розалина Бауэрс, чтобы отрешиться от кровной связи с Генри, но всегда находился человек, напоминавший ей о том, кем являлся ее брат, ведь стоило рыжеволосой девочке назвать свое имя, и все собравшиеся компании услышали, как хрустнули пальцы девушки, когда она сжала ладонь в кулак. Генри-мать его-Бауэрс, названный так своей «любящей» сестрой, был спонсором идей издевательств и главным зазывалой для Клуба «Неудачников». Все члены данного клуба на собственном опыте знали, что такое внимание главного отморозка города и его вечной свиты. Билл из-за заикания, Эдди из-за огромного количества болячек, Ричи из-за очков с большими линзами, Стэн из-за своей веры, а Бен был «круглым» да еще и новичком в городе. Что же испытала на себе Беверли? Это было самым унизительным и мерзким для девушки, которую поймали на том, как она вышла из школьной кладовой через минуту после Генри, поправляя помятый подол платья. Об единственном свидетеле, который там оказался, Беверли не знала, ведь ее заботило лишь то, что ее заставили сделать. Но это оказалось лишь временным, поскольку слух о ее распутстве, прошедший по школе, соединился со вторым, и к моменту сей встречи двух компаний девочка числилась едва ли не главной подстилкой для всей мужской части школы. Собственно, общение с парнями нисколько не улучшало ее положение в глазах сверстников. Так закончила эту историю Роза, которой пришлось объяснять подругам, почему Беверли показалась ей знакомой. - Верить слухам это одно, но ты сказала, что тебе знакомо ее лицо, - покосившись на замолчавшую подругу, несколько недоверчиво произнесла Нейтел, а та, потеряв всякий интерес к Беверли, перевела взгляд на Тозиер. - На стенгазете во втором корпусе висит ее фотография с указанием всех «услуг», которые она может предоставить, - спокойно ответила Розалина, копаясь среди напитков, - и поскольку она принадлежит комитету творчества, я запомнила каждую деталь и пообещала расправу тому, кто это устроил. - Я знала, что Мел не сама сломала руку! – подскакивая на своем месте, возбужденно воскликнула Дорина, яростно тыча пальцем в Бауэрс, - твои рога помогают держать корону?! – вытащив из подруги лишь злобную ухмылку, Геддесс только удрученно выругалась на испанском и, слегка пнув девушку по голени, вернулась в исходное положение. Старшая Тозиер в это время качала головой, приговаривая, что с такими подругами не может идти и речи о чистой карме, и в аду ей придется врать, что она их никогда не знала. Девушка, вопреки относительной активности, была «комфортным» человеком – она умела игнорировать любые конфликты, образовывающиеся вокруг нее, но при этом ей легко удавалось успокаивать нарушителей спокойствия. Именно по этой причине она сначала дала Ди и Розе высказать все, что они думают, а затем заткнула обеих, впихнув им кусочки пиццы. Так что уже через минуту Геддесс и Бауэрс пошли на мировую и, подпирая друг друга, обсуждали недавние изменения в моде. Уилла же какое-то время наблюдала за материнскими повадками подруги, а затем, вспомнив о Коллекторе, повернулась к Клубу «Неудачников», найдя среди них Бена. - Как твои раны? – тихо спросила девушка, стараясь не привлекать внимание Розы к тому, что они в очередной раз за это время вспомнили про Генри. Толстяк что-то не особо разборчиво пролепетал, так что Билл взял на себя ответственность и сказал, что медикаменты, которые она купила, позволили им оказать необходимую помощь, и Бену не пришлось идти в больницу. Ричи же вставил свои пять копеек о возможном бешенстве, заразе и болезнях, которые мог подхватить «пухляш» от Генри, поскольку не считал последнего слишком приятной личностью. Затем он предположил, что если бы Бен был еще больше в размерах, то, скорее всего, сломал бы Бауэрсу хребет, просто споткнувшись и упав на него. Так же он не забыл упомянуть половую жизнь все его шестерок и едва только собирался высказаться о Розе, позабыв, что она была рядом, Нейтел уже стояла за его спиной, пинком отправляя Тозиера в воду, чтобы остудить. Если вначале остальные члены клуба в шоке наблюдали за происходящим, то, когда Ричи появился на поверхности, откашливаясь, они разразились дружным смехом, следя, как их друг пытается отплыть дальше, а его сестра выкрикивает что-то угрожающее. Уилла, оставшись без компании, сначала смотрела на бушующую Нэтт, а потом перевела взгляд на Дорину с Розой, которые произнесли тост всего одним словом «Тозиер» и, чокнувшись горлышками бутылок с газировкой, сделали несколько глотков. «Удивительно», - подумала про себя девушка, внимательно осмотрев все их большое сборище, - «но после всех событий кажется, что вот так быть рядом правильно». Первое совместное времяпровождение членов Клуба «Н.» и представительниц Элиты школы, на удивление, проходило тихо и умиротворенно, если вычесть частые шуточки Ричи и хлопки, с которыми ему постоянно чем-то прилетало от сестры. Когда же его голос надоел даже Эдди и Стэну, они «вежливо» отправили его собирать ветки для разведения костра, на котором девушки собирались приготовить зефир и пожарить сосиски для хот-догов, и едва его тощая фигура скрылась за деревьями, ребята облегченно выдохнули и поблагодарили Всевышнего за тишину. Поскольку температура постепенно снижалась, Бен и Беверли отлучились к своему первоначальному месту пребывания, чтобы забрать вещи остальных Неудачников, тогда как Билл и Эдди помогали переносить ящики с напитками и едой, а Стэн исчез в направлении, куда ушел младший Тозиер, дабы убедиться, что тот не упал в канаву или что-то такое. Когда же стол был организован, а костер разведен, ребята расселись небольшими группами, переговариваясь о чем-то своем или передавая по кругу подносы с едой. Дорина и Роза, дабы избежать излишка общения с Клубом, который не любили всеми фибрами души, занимали себя наблюдением за огнем и разговорами о поступлении в колледж, который находился не так далеко от Дерри, но все же за его пределами. Ничего особенного в плане высоких ожиданий город предложить не мог, и девушки характеризовали его как место, куда стекается народ, чтобы жить непримечательно и одиноко. А они хотели убедиться, что результат твоих достижений не заканчивается твоей фотографией на доске почета у городской администрации. Обсуждая штаты, куда можно было податься, они передавали готовые сосиски Уилле и Биллу, которые сидели рядом друг с другом, но сохраняли неловкое молчание, просто готовя хот-доги. Младший Денбро едва ли не физически ощущал необходимость поговорить с сестрой, но она так мастерски сохраняла увлеченность оригами из салата и маринованных огурцов, что всякие вопросы, крутившиеся у него на языке, он так и не решался задать. Заканчивая свою работу, он просто смотрел на профиль Ул, мысленно прося ее повернуться и сказать любую мелочь, за которую можно будет зацепиться. Не имея достаточно решимости, парень отвернулся в сторону членов своей компании, которых курировала Нейтел. Тозиер-старшая руководила распределением еды и напитков для обеих компаний, прекрасно зная, что любит и ненавидит каждая из ее подруг, поэтому порой ей приходилось выхватывать у Ричи пачки чипсов, которые обожала Уилла. Эдди же, как самый послушный человек среди своих сверстников, быстро организовал две кучки и распределял продукты, согласно указаниям девушки, порой сдавая Тозиера-младшего, увидев, как тот пытается украсть очередную упаковку печенья, предназначенного для Дорины. Оставшиеся члены клуба «Н.», как Беверли, Стэн и Бен, только обходили их место обитания, собирая пустые бутылки испод газировки и пачки от еды в мусорные мешки, и раскладывая салфетки, тарелочки и прочее. Рыжеволосая только временами наблюдала за Биллом, не зная, стоит ли ей проявить участие в его примирении с сестрой, но ее останавливал тот факт, что ей не известна причина, по которой они вели себя так. Ей оставалось только поддерживать активность и стараться не думать о том, что вопреки вещам, которые рассказала королева школы, ее никто не прогнал и не покрыл еще большим количеством презрения, которое разошлось по школе всего за один учебный год. «Ты все еще думаешь о том, что она сказала?» - робко донеслось со стороны, и девочка обернулась на сидевшего близ нее Бена, вдруг осознав, что ее поймали за пристальным наблюдением за Бауэрс. Неуверенно покачав головой, она снова посмотрела на Розу, которая смеялась с того, что сказала ей Уилла. Зная, что говорят о них обеих в стенах школы, она не могла понять, почему эти две девушки так хорошо ладят. То, что до исчезновений Розалина Бауэрс слыла главным злом всего Дерри, не было секретом. И если некоторые считали, что это базировалось на должности ее отца как шерифа города, то другие находили ее статус Высокомерия лишь одним из ее хобби. Может ей просто нравилось унижать людей и не чувствовать никаких мук совести за это. Но тогда почему Уилла Денбро, самый добрый и отзывчивый человек в школе, находил эту компанию приятной? Просто послушав Билла, сложится прекрасное представление о том, какой была его сестра. Она не заучка, но учится хорошо. Она не мягкотелая, но чьим-то просьбам отказать не может. Она не эгоистка, но отстаивать свои границы умеет. Тогда как некто вроде нее стал подругой самой главной стервы города? Беверли предполагала, что, возможно, именно поэтому Билл не мог поговорить с сестрой – боялся, что тревожащие его чувства могут стать посмешищем для королевы школы, если Ул вдруг захочет рассказать о них ней. Передернув плечами, когда ее позвали присоединиться к импровизированному столу, девочка опустила голову, чтобы никто не увидел ее пристального взгляда, направленного на Розу. Но поскольку решиться спросить кого-то о своих мыслях она не могла, ей пришлось заполнять пробелы в питании, а не в ответах на вопросы, которые она сама себе задала. Время шло, а ЭШ так и не прогнали Клуб «Н.», вот почему старшая Денбро не могла подавить улыбку и продолжала сидеть рядом с подругами, присматриваясь к друзьям своего брата чуть внимательнее. - Кто такая Мел? – нарушая тишину последних нескольких минут, спросила Нейтел, глядя на Дорину, которая напихала полный рот еды и теперь выглядела как хомяк. – Ты сказала, что «Мел не сама сломала руку», но кто она? - Ты сегодня такая дотошная, Нэтти, - вместо подруги ответила Розалина, дав Геддесс время, чтобы пережевать еду, а не отвечать с полным ртом. - Она из твоей массовки, Роза, - невинно пробурчала Дорина, пытаясь открыть банку с колой. – Я думала, ты в курсе, что это ее Гретта подговорила испортить стенгазету. - Мел из комитета творчества? – перестав улыбаться, спросила Уилла, и девушки обернулись, глядя на нее как на маленького ребенка. – Мелани, так ведь? – риторично уточнила Денбро, и только Нейтел разлепила губы, чтобы выругаться, но закрыла рот ладонью, вспомнив, что рядом дети. Роза же и Дорина только переглянулись, не имея ни одной идеи, из-за чего Ул и Нэтт так встревожились. - Твою-жешь мать! – синхронно ругнулись Тозиер и Денбро, заставив вздрогнуть даже Неудачников. – То есть, твоя «Мел», - ткнув пальцев в Ди, произнесла Уилла, - и твоя «Мелани», - переместившись на Розу, продолжила девушка, - это один и тот же человек?! Увидев растерянный взгляд Бауэрс при упоминании Мелани, Ул сдержала порыв ударить ее чем-то тяжелым и полезла в сумку за розыскной листовкой, тогда как Нейтел шикала на парней, чтобы они не вмешивались со своими вопросами о том, что происходит. Ткнув бумагой едва ли не в лицо Розе, Денбро зло следила за ее действиями, пока та вспоминала собственный рассказ о том, что произошло в подвале дома Ди. - Ну, я не ломала ей руку и не нанимала клоуна, - не заинтересованно ответила Бауэрс, но ей показалось, словно кулон в кармане шорт кольнул ее через ткань. Все-таки получив от подруги по голове, Бауэрс не сдержала смех, но когда Денбро взяла в руки лимонад, намереваясь вылить его на Розу, та подскочила на ноги, отбегая на безопасное расстояние. Однако Уилла не остановилась и последовала за ней. Так девушки бегали по берегу под смех Ди и Нэтт, ругательства Ул и какие-то комментарии Розы, из-за которых Денбро злилась еще больше. И только члены Клуба «Неудачников» переглянулись между собой, повторяя, что пропал еще один человек. *** Проведя на Карьере почти весь день, общая компания из ЭШ и Клуба «Н.» разделилась ближе к вечеру, когда Уилла напомнила подругам о том, что Роза должна оказаться дома до темноты и поговорить с отцом о найденном кулоне. И никто из них не подумал о том, что у парней и Беверли после совместного времяпровождения с ними появилось слишком много вопросов: о пропавшей Мелани, ее связи с Греттой Кинн, необходимость вернуть Бауэрс домой и самое главное – это мимолетное упоминание какого-то клоуна. Но поскольку правило на запрет дружбы между двух групп все еще действовал, девушки не нашли необходимости объясняться. Поэтому прибрав место своего пребывания, они попрощались с Неудачниками, сказав, что у них еще остались дела в городе, и вернулись к коттеджу семьи Геддесс, где вчетвером простояли у закрытой двери в подвал, не решаясь спуститься, около 10 минут. Был ли это страх или же нет, но они ясно понимали, что данный жест ничего не изменит. Именно по этой причине, когда Нейтел предложила заварить чай с ромашкой, девушки облегченно выдохнули и едва не сбежали на кухню. Но только Роза, уходя за подругами, обернулась на дверь, и ей показалось, что она была закрыта не до конца. Передохнув, девушки собрали свои вещи, помогли Ди закрыть коттедж и, разместившись в машине Розалины, поехали в город. Пока они находились в пути, Тозиер напомнила о предстоящей городской ярмарке, которую они ждали уже два года, и которую постоянно откладывали из-за нехватки бюджета. Однако в этом году мэр Дерри решил, что в связи с произошедшими событиями какое-то масштабное мероприятие пойдет жителям на пользу. Но Дорина придерживалась обратной стороны. Она считала, что это лишь способ отвлечь людей оттого, что похитителя или возможного убийцу так и не нашли. Уилла попыталась смягчить углы, сказав, что шериф делает все возможное, но Бауэрс только качнула головой, ответив, что «делать все возможное» оказалось недостаточно. Но раз она была занята ведением авто, то не могла увидеть, как переглянулись девушки, думая над тем, что Роза начинает привыкать к факту, что, возможно, следующей, кого ее отец никогда не найдет, будет она сама. - Если мы заговорили об этом, - выводя машину на главную улицу, произнесла Розалина, придерживая мельтешившие волосы, - у меня, как помощника организатора ярмарки, нашлись бесплатные билеты. – Посмотрев в зеркало заднего вида и увидев счастливые лица подруг, она тоже улыбнулась, выжидая несколько мгновений прежде, чем продолжить, - но придется их выкинуть, ведь когда отец услышит от меня историю про клоуна с горящими глазами, он запрет меня с психушку, а дать вам веселиться без меня – это слишком для моего самолюбия. Услышав недовольные возмущения от Дорины, Роза рассмеялась, а Нейтел, сидящая позади нее, удрученно пнула ее сиденье. Только Ул не стала комментировать сложившуюся ситуацию, размышляя о том, что лучше пропустить одну ярмарку, если Розу посадят под замок, чем посещать все возможные мероприятия, зная, что их подругу занесли в список «пропал без вести». И пока Нэтт и Ди умоляли Бауэрс не быть злобной стервой в свои, возможно, последние дни жизни, мустанг девушки остановился напротив особняка Геддесс, и Дорина первой покинула их компанию, встретив у ворот дворецкого, которому передала свою сумку. Затем они попрощались с Тозиер у любимого магазина ее родителей, которые как раз выходили на улицу. Узнав планы Уиллы, когда та пересела на переднее сиденье, Розалина подвезла ее до школы, сказав, что подождет в машине, пока та не заберет свои вещи. Покинув авто, Денбро преодолела небольшую площадку и поднялась к главному холлу, предполагая, что по этому пути до нужного крыла здания будет ближе. Пройдя в западный корпус школы, она поднялась на второй этаж, обогнула кабинеты физики и литературы и, увидев металлические шкафчики, практически подбежала к ним. Спихнув нотные тетради, форму для гимнастики и учебник по истории в рюкзак, Ул отвлеклась, попытавшись застегнуть молнию. Вот почему появление перед ней постороннего человека заставило девушку остановиться и сглотнуть вязкий привкус настороженности на языке. Они все так старательно пытались избегать темы «Генри Бауэрса», но лишь чаще возвращались к нему, что именно в этот самый момент, когда она совершенно забыла о нем, парень оказался прямо у девушки под носом. Ровно как и оставшиеся члены его свиты, вот почему Уилла припомнила черта, когда в памяти всплыли отрывки о том, что сей день был последним для должников, которые провалили итоговые контрольные работы. Оглядев парней перед собой, Ул мельком глянула в сторону лестницы, рассчитывая, что полный желудок позволит ей добежать хотя бы до холла, где она сможет позвать Розалину. Прежде ей не приходилось идти против Генри, но она не могла вспомнить, чтобы хоть раз ей выпадал шанс остаться рядом с ним совершенно одной. - Денброﹶ, - подпирая спиной колонну, произнес парень, и Уилла заставила себя молчать, чтобы не исправить неверно поставленное ударение в своей фамилии, - ты совсем не занимаешься воспитанием своего братишки, - иронично продолжил тот, думая, что выглядит внушительно. - Радуйся, что твоя сестра делает то же самое, - ехидно ответила девушка, краем глаза заметив, как Виктор едва успел подавить смешок и пихнул здоровяка Хаггинса, ведь тот все же хрюкнул после ее слов. Однако Генри, вместо того, чтобы приструнить своих «друзей», как всегда это делал, только хмыкнул и, оттолкнувшись от колонны, сделал в сторону Ул несколько шагов. - Эти неудачники стали слишком часто путаться под ногами, - уверенно надвигаясь на девушку, говорил Бауэрс, тогда как Уилла пыталась заверить себя в том, что он не посмеет навредить ей, зная предполагаемую расплату от Розалины. – И раз приструнить их не выходит, я решил сменить тактику. – Ул понимала, к чему он клонит, и именно поэтому сделала шаг назад. Но от взора Генри это не укрылось, вот почему его губы изогнулись в мерзкой ухмылке. - Жить хочешь, Бауэрс? – риторично ответила девушка, но если он лишь хмыкнул, то Виктор за его спиной напряженно сверлил Денбро взглядом, будучи уверенным в том, чье имя она сейчас назовет. – А то Роза легко может снизить это желание до минимума. - Роза, Роза, Роза… - вяло повторил парень несколько раз, но удивило Уиллу не отсутствие злости в его словах, а разочарование, с которым он повторил ее имя, - ты уже дважды упомянула ее, ты влюбилась или просто не можешь придумать что-то пооригинальней? – Скрестив руки на груди, Генри остановился, взглянув на свою собеседницу, наклонив голову, что выдавало его скуку. - Так она недостаточно оригинальна для тебя? – зацепившись за этот фрагмент фразы, спросила девушка, надеясь вывести его из равновесия и ослабить ту бдительность, с которой Бауэрс наблюдал за ней. – А для Виктора она была весьма оригинальна тогда, - вспомнив об унижении парня, которым так гордится Роза, продолжила говорить Денбро, зная, что Генри не даст «другу» вмешаться и, соответственно, отвлечется, если тот станет мешать. Ухмыльнувшись, чтобы спрятать сжатые от страха кулаки, Уилла чуть приподняла голову, когда Бауэрс выставил руку, останавливая Виктора, сделавшего шаг в ее сторону. Рыбаком она не была, но в тот момент ей стало ясно, что наживку они оба проглотили, а безучастным остался только Хаггинс, чьей физической способности может посочувствовать даже первоклассник. Но Генри, понимая, что Роза научила Ул создавать оскорбление на, буквально, любую фразу, решил закончить их беседу и перейти от слов к делу. Первым шагом он выхватил у девушки рюкзак и отбросил его в сторону, памятуя, как однажды Розалина достала из своей сумки взятую для трудов скалку и сломала ему два пальца на руке. Вот почему сумки девушек Бауэрс считал их тайным оружием. Даже зная, что Уилла и мухи не обидит, он не отрицал мысли, что одна из ее подружек не подсунет ей в рюкзак пару кирпичей, которые можно бросить ему в голову. Затем, схватив воротник ее рубашки, Генри пихнул Ул к стене со шкафчиками, игнорируя замечания своей свиты о том, что их могут услышать учителя. Чуть встряхнув ее, привлекая внимание обратно к себе, парень оперся второй рукой близ головы Денбро, наклонившись вперед. - Говорят, Марш видели среди неудачников, - немного уклончиво произнес тот, наблюдая за эмоциями Уиллы, пока она пыталась отдышаться. – Передай брату, чтобы он был вежлив с ней, пока не закончит, а то на всех ее не хватит. – Улыбаясь собственным словам, Бауэрс перехватил и сжал руку Ул, которой она попыталась дать ему пощечину, коротко рассмеявшись тому, как она пискнула от боли. – Но я не могу обещать ему то же самое в отношении тебя, - оскалившись, он схватил девушку за горло одной рукой, и, пока она пыталась ослабить его захват, потянулся к ремню на джинсах, чем вызвал шок не только у Денбро, но и у парней за своей спиной. Уилла бесполезно отпихивала его от себя, но тот лишь втолкнул ее в стену, из-за чего затылок девушки нещадно заныл. Слабый удар перемешал все мысли в ее голове, но, несмотря на это, она смогла ухватиться за слова Розы, которая однажды уже говорила, что Генри думает тем, что у него между ног. Вот почему элемент самозащиты вспомнился быстро. Отвесив удар коленом по заветному месту любого мужчины, Ул рвано вдохнула желанный воздух, когда хватка на ее шее ослабла, а поскольку адреналин еще действовал, она ударила дверцей незапертого шкафчика прямо по лицу Бауэрса, когда тот склонился в болезненном спазме. Она лишь надеялась, что боль в возбужденном органе будет адской. Отойдя от парня на несколько шагов, чтобы удостовериться, что он не поднимется, Денбро дернулась, когда к нему подбежали два его помощника, о чьем присутствии она на время забыла. Они пытались помочь ему встать, но тот мог лишь отпихнуть их свободной рукой, поскольку второй держался за пострадавшую конечность и издавал болезненные кряхтения. Первым всполошился Хаггинс, тогда как Виктор просто сидел рядом с Генри и наблюдал за его попытками перекатиться на бок. «Да как ты…» - сорвалось у него с языка прежде, чем он заставил себя подняться на ноги, но если Уилла отступила назад, из-за его резкой смены эмоций, то сам подросток замер на месте, так и не договорив то, что собирался сказать, и уставившись девушке за спину. Подумывая, что это какая-то уловка, Ул нерешительно полу-развернулась, чтобы не оставлять спину открытой, но это было совершенно бесполезно, поскольку за ней стояла Розалина Бауэрс. Облегченно выдохнув, Денбро придержалась за стену, боясь, что просто свалится на пол, пока подруга с совершенно беспристрастным выражением на лице смотрела на извивавшегося брата, Виктора близ него и Хаггинса, все еще державшего рот раскрытым, подобно аквариумной рыбке. Первый раз неловкое молчание поддерживала Роза, и из-за этого у Генри появилось время перевести дух и опереться спиной о шкафчики. - Убью… - просипел он, проигнорировав жест «друга», который советовал молчать, ведь младший Бауэрс до сих пор не увидел сестру, чей непроницаемый взгляд остановился на нем после произнесенного слова. – Ты… - вскинув голову в направлении Уиллы, парень едва не захлебнулся слюной от шока, встретившись лицом к лицу со своим врагом номер 1. Он наивно полагал, что Ул действительно была одна, и не предусмотрел вариант, что ее кто-то может ждать на улице. На самом деле, Роза зашла в школу не из-за скуки от ожидания подруги. Она вспомнила, что в кабинете заместителя директора всегда был вкусный кофе, а у миссис Клинт можно было выторговать информацию о пропавшей девушке, которая числилась в комитете творчества. Но Бауэрс не предполагала, что женщина так просто отдаст ей портфолио Мелани со словами, что встретила миссис Динно в бюро ритуальных услуг, где та заказала надгробие для пустой могилы своей дочери. Взяв кофе и поблагодарив заместителя притворной улыбкой, Розалина вышла к коридору, где планировала перехватить Ул, но оказалась там в тот самый момент, когда Денбро ударила Генри дверцей шкафчика. На секунду растерявшись, Роза даже не сразу сообразила, что произошло, но когда Хаггинс решительно двинулся к ее подруге, она решила напомнить о границе, которая их разделяла. Она постаралась вложить в свой взгляд максимальное количество унижения, что было не особо сложно для ее натуры. Так что когда парень замер, она безынтересно осмотрела обстановку, и только тогда к ней повернулась Уилла. Изучив состояние подруги, брата, брошенный рюкзак и ужас, который отразился на лицах прихвостней Бауэрса с ее появлением, Роза пожалела, что кофе был остывшим, и вылить его на их головы будет просто жалко и ни капли не больно. Поэтому допив его одним глотком, девушка скривилась от неприятного послевкусия и удрученно выдохнула, вспоминая, что не так давно сделала маникюр и убрала длину у ногтей, которыми можно было бы выцарапать глаза парням. Козырная карта оставалась только одна. - Знаешь, Ул, - не глядя на подругу, произнесла Розалина, одним лишь взглядом заставив хулиганов вздрогнуть, ведь такой тон был преддверием к проблемам, - может поговорить с отцом не самая плохая идея. – Проследив за искаженной физиономией брата и его напряженными плечами, девушка приблизилась к брошенному рюкзаку и, подняв его с пола, протянула в дрожащие руки Денбро. – В конце концов, так я хотя бы укажу ему место, где сброшу три трупа. Сделав шаг в направлении парней с самой кровожадной ухмылкой на лице, из-за чего Хаггинс дернулся назад, запнулся за Виктора, и они оба упали на пол, Роза остановилась, когда Уилла схватила ее за руку и оттащила обратно. - Уходим, - на выдохе произнесла она, все еще сжимая запястье подруги, как единственный шанс удержать ее на месте. – Ты знаешь, что сейчас на самом деле важно. - Прочувствовав дрожь Бауэрс, Ул заставила ее отойти еще на несколько шагов, полагая, что это злость на Генри, но Розалина злилась на нее. Помимо неловкости, своего неудачника брата и школьной столовой Роза ненавидела еще одну вещь – чью-то жалость к ней. Когда кто-то из ее близких жертвует своими идеями, целями и принципами ради нее, ей кажется, что это верхняя ступень эгоизма, лишь желание выглядеть лучше, но такие вещи она терпеть не могла. Может потому что она знала, что никогда не откажется от своих идеалов ради кого-то, и рассчитывала, что ее подруги будут такими же. Именно по этой причине Бауэрс лишь веселилась, говоря Нэтт и Ди, что выкинет билеты на ярмарку, тогда как сама уже отправила их им по почте до того, как встретила Ул до похода к Коллектору. Им было неважно, запрут ее дома или в психушке, они просто хотели исполнить желание, которое давно их гложило, и не имеет никакого значения, что станет с их подругой. Но по той же причине она бесилась, ведь Уилла состроила угрюмую гримасу, думая лишь о том, как бы помочь ей в этой ситуации, когда Роза столкнулась нос к носу с вероятным похитителем. Бауэрс прекрасно понимала, что Денбро первой вызовется патрулировать территорию ее дома, если отец призовет людей заняться ее безопасностью, или, встретившись с тем клоуном, попросит забрать ее вместо подруги. А сейчас, когда на кону была ее честь, Уилла Денбро просит ее проигнорировать Генри и его прихвостней, чтобы заняться обеспечением сохранности ее жизни. Это последняя ступень в ее ярости, но настойчивость в глазах Ул заставляла ее отступать. Зная ее эмоциональность, Роза была уверена, что подруга не сможет смириться с ее пропажей так же, как заставила себя сделать это, когда пропал Джорджи. Тогда было проще, потому что никто не знал, что должно было произойти, а сейчас они обе осведомлены о том, кто следующая жертва. Может поэтому инстинкт защиты Уиллы работал на все 100%, ведь речь шла о человеке, который ей безмерно дорог. Глубоко выдохнув так, что Денбро вздрогнула, когда у нее на макушке зашевелились мелкие пряди, Розалина закатила глаза и, спихнув в руки девушки портфолио Мелани, пошла в сторону лестницы, обогнув развалившиеся на полу тела парней. Ул ничего не оставалось, как молча следовать за ней и не отступать ни на шаг. До дома семьи Бауэрс они добрались в полном молчании, нарушаемом лишь шелестом страниц, пока Уилла читала досье на Мелани. Средняя успеваемость, членство в комитете творчества, несколько выговоров за неподобающее поведение – ничего примечательного, чтобы стать целью маньяка. Остановив машину на парковочном месте, Роза заглушила двигатель, но выходить из авто не торопилась, как и Денбро. Понимая, как сильно подруга не хочет обсуждать с отцом ситуацию в подвале дома Ди, девушка только сжала ее ладонь, без слов объясняя, всю необходимость данного разговора. Дав Розалине пару минут, она первой покинула машину, облегченно улыбнувшись, когда хлопнула водительская дверца, а Бауэрс пошла следом. Поднявшись по лестнице, Роза открыла дверь и пропустила первой Ул, окликнув отца, чтобы проверить его присутствие дома. - Шериф, - кивнув головой, поздоровалась Уилла, неуверенно сжимая портфолио Динно, когда мужчина вышел из гостиной, слабо им улыбнувшись, - мы хотели с вами поговорить. – Заменив «Роза» на местоимение «мы», продолжила девушка, тогда как сама Розалина достала кулон и со звоном положила его на стол перед отцом, падая рядом в кресло. Отругав подругу за отсутствие вступительного слова, Денбро пояснила, что это за вещь, и как она оказалась у дочери Оскара Бауэрса. И если мужчина какое-то время просто изучал ювелирное украшение, словно пытаясь понять его важность, то потом он пристально уставился на Розу, которая только приподняла брови, давая ему знак, что готова к любым вопросам. Но даже когда за окном скрылись последние лучи солнца, вопросы мистера Бауэрса не заканчивались, именно поэтому Розалина проигнорировала замечание о том, что на самом деле соврала при миссис Динно, и указала отцу на то, что Ул давно должна спать. Ее начинала злить сложившаяся ситуация, и она хотела на время избавиться от личностей, по чьей вине ей пришлось это терпеть. Вот почему, когда мистер Бауэрс отлучился, чтобы отвезти Уиллу домой, Роза какое-то время просто сидела на месте и массировала виски, в которых пульсировала боль. Ругавшись, на чем свет стоит, она направилась в свою комнату, решив принять душ, лечь спать и закончить этот длинный бесполезный день. Прохладная вода немного ее успокоила, а чистая одежда приятно облегала тело. Впервые за день девушка почувствовала себя расслаблено. Она вышла из ванной комнаты и прошла к зеркалу, но стоило ей увидеть отражение, как полотенце, которым она вытирала волосы, выпало у нее из рук. Мысль, что она осталась в доме совершенно одна, как и хотела, вдруг рассмешила ее, ведь Уилла пыталась не допустить именно этого. Вот почему Существо в углу ее спальни недоуменно наклонило рыжую голову, не понимая веселья своей новой жертвы. Все его предыдущие цели в ужасе убегали, стоило ему появиться перед ними в этом облике, но только эта девушка смотрела на него так, словно он ни капли ее не тревожил. Розе понадобилось всего мгновение, чтобы обернуться, но Оно за секунду оказалось прямо перед ней, обдав запахом попкорна и крови. Смотря в эти янтарные глазницы, глядящие в разные стороны, Бауэрс буквально ощущала поднимающуюся дрожь в теле, пока губы клоуна медленно растягивались в жуткой улыбке. Едва не задыхаясь от паники, она могла думать лишь о том, что монстр перед ней не дышал вовсе. «Поэтому его не поймали», - подумала Роза, сглотнув, - «он не человек даже». И словно прочитав ее мысли, Оно оскалилось, обнажив свои длинные желтые клыки, как бы говоря, что ее слова верны. Стоило судорожному выдоху сорваться с ее губ, и по девичьим щекам побежали слезы, обжигая ледяную кожу. Но Существо словно развлекалось, наблюдая за своей добычей, поэтому, поддавшись чувству игры, Оно наклонилось вперед, собрав капли от влажной соленой дорожки шершавым языком, из-за чего Розалина зажмурилась, подавив всхлип. Распробовав весь страх девушки, Оно втянуло запах еще влажных волос, ощущая жжение в деснах. Сведя алеющие глазницы на шею Бауэрс, Существо смотрело на пульсирующие вены, удивившись тому, что не хочет портить прекрасный вид этой фарфоровой кожи. Раскрыв пасть чуть шире, Оно едва-едва коснулось ее клыками, подтверждая собственные мысли о том, чувство голода его до сих пор не одолело. Игры в кошки-мышки могли его только раззадорить, но сейчас бездонная дыра, которую Оно вынуждено заполнять целую вечность, не подавала никаких признаков, что хочет поглотить душу этой девушки. Всего сжав челюсти, Существо могло легко оторвать целый кусок человеческой плоти, как это было с Джорджи Денбро, когда Оно откусило ему костлявую руку. Всю эту комнату можно было бы окрасить в красный цвет, вырывая кусок за куском, пока кровь будет хлестать во все стороны. Несомненно, на этой коже кровь будет выглядеть весьма эстетично. Но несмотря на жажду обладать этой душой, вся сверхъестественная натура говорила «нет», и из очередной жертвы Оно решило сделать игрушку. Схватив тонкую шею Розы, Существо выпрямилось, поднимая ее вслед за собой, из-за чего она обхватила руку противника в белой перчатке, пытаясь оттолкнуть от себя. Но поскольку для него это напоминало лишь бесполезные мельтешения, Оно раскрывало пасть все шире до тех пор, пока это не стало походить на большой клыкастый тоннель, в основании которого парили три сферы, напевающие какую-то детскую песенку. Заставив Бауэрс наблюдать, Оно отделило один парящий шар своим языком и ввело его в рот девушки, протолкнув дальше по горлу. Закончив с этим занятием и убедившись, что сфера постепенно закрепилась в человеческом теле, Существо, приняв свой обычный облик, медленно опустило обмякшее тело Розалины на кровать, а к тому моменту, когда ее дом опустел, Оно точно знало, что сердце девушки перестало биться.