Я пришёл!

      — Ужин потом! — Помню я его хитрую физиономию в тот момент, когда он то ли спрашивает это, то ли утверждает.       — А был ещё и ужин? — Спрашиваю я, обнимая его грудную клетку.       — Не понял… — Замер он, так и не сняв штанов.       — Потом расскажешь, ладно! — Я делаю это за него.       На этом рулить я перестала надолго. По крайней мере, мне так показалось: что это продолжалось больше, чем пять минут. Ну, или больше, чем четверть часа… Наверное, около получаса… В общем, ноги мои ещё какое-то время, самопроизвольно подёргивались от пережитого.       — Так что там тебе не понравилось насчёт ужина? — Опрокидывает он меня на себя, когда мы немножко перевели дух.       — Я не поверила ни единому твоему слову. — Медленно тащу я кончиком ногтя по его профилю, оттопыривая нижнюю губу.       — Но всё же пришла. — Накрепко пригвождает он меня к себе, обоими руками.       — Так я и не жрать шла… — Хихикаю я. — Остальное пусть будет приятным бонусом. Так когда будет мой бонус, Милый?       — А какой бонус ты хочешь? — Довольно Ухмыляется он.       — А какой ты можешь мне… дать?       — Мы сейчас о чем-то конкретном говорим? — Складывает он руки за головой, и это похоже на сигнал делать то, что я пожелаю.       И что же я желаю? Сейчас, на грани лени и желания продолжать? Что же я хочу сильнее?       — Это — очень интересный вопрос. — Провожу я руками по его груди, и как водится, застываю на сосках. Навязчивые трели не дают мне продолжить.       — Ты же не побежишь к телефону? — Ловит он мои руки своими.       — Почему нет? — Порываюсь я встать, а он аккуратно меня держит. — Ты же бежал. — И его руки разжимаются. Я иду в коридор. Где-то там сумочка, которую я бросила. — Алло.       — Ты занята? — Спрашивает Наташка.       — Да, я занята. — Мурлычу я в ответ, как кот Матроскин.       — И видимо, не сможешь оторваться? — Понимает меня подруга с полуслова. Естественно, ей должно хватить простой интонации.       — Нет, не смогу. Я, так сказать, только дорвалась. — Возвращаюсь я в спальню, и пристально разглядываю парня на кровати, в одежде Адама. Он напряжённо смотрит на меня. Ожидает, что я куда-то убегу? По делам, или в отместку? Что, серьёзно что ли? Ну, имеет право: потому что такую свинью он мне, так сказать, подкидывал. Я специально, застываю в дверях, и договариваю оттуда. Да, держу в напряжении. А ты что думал? Что всё легко и просто? Это — не ко мне, любимый.       — Ладно, намёк поняла. Будешь перекуривать — позвони.       — Естественно, позвоню, когда освобожусь. — Ставлю я телефон в режим «без звука». — Так, кто тут собирался меня ужином впечатлить?       — А что, больше ничем, особо впечатлил? — Я понять не могу по хитрым глазюкам: шутит он, или всерьёз. Что, надо всё сказать открытым текстом? Или это — сарказм?!       — Одним-то разом? Всего лишь начал положительную тенденцию. — Смотрю я куда-то вверх.       — Хм. Я вообще-то, пошутил. — Он сначала опустил глаза, вроде как обиделся, а потом рассмеялся.       — Да и я — просто подколола. — Смеюсь я в ответ.       — Один-один! — Продолжает он лениво валяться по кровати. Видимо, следуя логике, я должна присоединиться.       Вполне себе, неплохая идея, если что. Разбегаюсь, и он успевает призывно раскинуть руки. Целовать его гораздо приятнее, чем состязаться в остроумии. Прижаться к его телу, оставаясь сверху, и делать то, что я хочу: растягивая удовольствие так долго, сколько я захочу — намного интереснее, чем играть в гляделки, чем мы занимались последние дни.

…Время тоже улетело и сорвало паруса, Только вкус и запах тела, плюс и минус полюса. И цунами, цунами, цунами любви между нами!..

      Не могу даже сказать, насколько поздно ночью мы всё же отправились на кухню. Обещанный ужин тоже был в программе, как оказалось. Очередь до него дошла тогда, когда дошла очередь.       — Честно сказать, я думал, что ты меня кинешь, как и того парня, что так запомнился в день нашего с тобой знакомства. — Признался он.       — В смысле? Заметь, я не сказала сразу «схуяль?»       — Ну, то ты приглашала меня в постель… — эффектно замирает он.       — …А ты ломался. — Продолжаю я его фразу. — Естественно, за это должны были быть наложены санкции…       — Значит ты не сильно обиделась, потому что санкции были — так себе. — Довольно ухмыляется он.       — Можно было подразнить тебя сильнее?       — А надо было? Чего бы ты этим добилась?       — Я не знаю. Чего бы я этим добилась? Ты скажи.       — Ну… Я так понял, вчера ты меня просто так, отшила.       — Вчера я была пьяна! Черт знает, что мне взбрело в голову.       — Ну тут я не поспорю. Черт знает что! — Ухмыляется он. — Ты спать, кстати, не хочешь?       — Черт, я забыла, что тебе на работу. — И я замолкаю на полуслове. — Ты предлагаешь мне уйти, что ли?       — С ума сошла?! Предлагаю сменить кухню на спальню!       — А что будет утром?       — Ты вызовешь машину. Или где-то рядом стоит твоя машина. Я так полагаю — проблем с этим не возникнет.       — Нет, я наверное лучше поеду. Ты должен поспать.       — Крис, не делай так. — Преграждает он мне дорогу.       — Взгляни на ситуацию здраво: тебе вставать, меня будить… Давай лучше сразу.       — Я так понял, переубедить бесполезно.       — Молодец! Понятливый! — Щелкаю я его по носу. — Будешь и дальше, в дверях стоять?       Конечно, мне ничерта это не нравилось. Но ещё больше мне бы не понравилось утром просыпаться и тащиться в час-пик по городу. Во имя здравого смысла стоило расстаться сейчас.       Утро. Сплю без задних ног, и слышу, как мне колотят в дверь. Собственно, а что я ожидала? Телефон без звука, звонок дверной тоже на таймере. Кто-то сюда прошёл, значит это — свой. Иду к дверному глазку. Там стоит мой Зайка. Офигевающе распахиваю дверь.       — Ты как здесь оказался?       — Соскучился. — Медленно теснит он меня обратно, в квартиру. Естественно, я делаю эти пару шагов назад, и он пригвождает мою тёплую шелковую ночнушку к своей морозной куртке.       — Ай! Холодно! Есть у тебя места потеплее? — Стаскиваю я с него шапку, и куда-то зашвыриваю.       — Думаю, что найду. — Не даёт он мне отшатнуться дальше, чем на расстояние его рук. — Ну, или ты найди?       Ищу. Расстёгиваю куртку, увлекаю снять её с плеч, и меня просто заглатывают поцелуем. О, да! Такое утро мне по нраву. Этого я себя, чуть было не лишила, сегодня. Да, ладно. За курткой у нас, как водится, костюмчик. Его тоже приятно расстёгивать, а рубашку ещё приятнее.       — Вот и тёплые места… — мурлычу я ему в грудную клетку, и начинаю покусывать светлую кожу. — Раздевайся…       — Раздевай. — Распахивает он руки.       Ладно. Сам виноват. Буду это делать медленно… потому что дразнить… потому что тебе всеравно, бежать на работу… а на что нам останется меньше времени?       Долго раздумывать мне не позволили. Подхватили за подмышки и даже понесли не в спальню, а не дальше тумбочки в прихожей. Он как-то хаотично шарит по карманам, а я пытаюсь от этого отвлечь. Когда он мои намерения раскусил, то отрицательно покачал головой.       — Прости, я не оставляю после себя последствий.       — Да ладно, я тоже не планирую тебя подловить, если что.       — Давай потом поговорим, не сейчас.       — Ладно, потом. Обычно всё наоборот бывает. — Перестаю я его тискать, и опускаю руки.       — У нас всё развивалось по необычной схеме. Так поговорим, или… продолжим? — Смотрит он четко между моих широко раздвинутых ног.       Не дожидаясь какого-либо от меня ответа — он переходит от слов к делу. Тут уже что-либо описывать у меня нет ни времени, ни желания, потому что действие поглотило меня полностью. Мы снова открывали друг другу цунами, не думая ни о чём.       -…Так, мне пора на работу. — откидывается он на спину. Да, мы давно перебазировались в мою постель, и много чего и там, перепробовали.       — Что, даже кофе не сварить? — Говорю я скорее из вежливости, чем от желания это делать.       — Не сегодня. — Рывком садится он, и глубоко вздохнув — уходит на поиски разбросанной по квартире одежды.       Ну и ладно. Могу кровать вообще не покидать. Сам собрался — сам и вали… Можешь конечно чмокнуть напрощание, а можешь и не будить.       Вечер. Я едва успела расстаться с Наташкой. Мы приятно провели день в спа, и весёлых разговорах. И тут мне звонит Зайка, и просит приехать к нему, в офис.       — Что-то случилось?       — Нет, но может случиться.       — Ты так пугаешь, или агитируешь?       — Просто могла бы ты за мной заскочить? Поздороваешься с моими коллегами, может даже выпьешь с ними чаю…       — А где в этот момент будешь ты, дорогой?       — Рядом! Думаешь, я оставлю тебя без присмотра этим людям?       — Я не пойму, кому чего ты хочешь показать, ну да ладно. Адрес говори.       И я мчусь, хорошо, что это недалеко. Будь это не в получасе езды по пробкам — могла бы и отказаться. На что мне все эти сложности? Глава 18.       Не все так хорошо продолжается, как задумывалось. Сначала — я получаю отповедь от Пита, который подрезает мою машину, устроив по городу Маст Вантед. Оказывается, я перестала ставить в известность — куда меня несёт. Оказывается — я должна. Ладно, Пит, я еду к своему Зайке, узнавать его место работы, будь оно неладно. Можно, хоть? Или я что-то упустила, и уже не являюсь полностью дееспособным гражданином?!       Потом, когда я на таком взводе — звонит Сергей. Не Зайка, к моему великому сожалению, а другой. Тот, который отвесил моему Зайке, в день нашего с ним, знакомства. И да, он находит возможность мне позвонить, будучи и в ЧС. На этот раз — с помощью телефона дочери.       — Привет, Лёль, как дела? — Не могу я даже предположить, что мне звонит не она.       — Привет, рад тебя слышать. — Отвечает мне мужской голос. — Трубку только не бросай!       — Что-то с Лёлькой? — Гулко падает вниз моё сердце.       — Нормально всё, но есть вопросы, в которых я ей не помощник, Кристи.       — Так отдай телефон владелице, и мы всё урегулируем. Между нами — девочками.       — Было бы лучше, тебе к нам приехать.       — С чего бы? Я в другое место сейчас еду.У меня планы какие-то есть на вечер!       — Меня там не будет, обещаю. Я на работе, и занят по самую крышу.       — Что хоть происходит? — Вздыхаю я, и смотрю на часы. Успеваю? В чём-то да, а в чём-то уже и нет.       — Ваша бабская проблема: «некуда деть и нечего надеть»!       — Так ты трубку дочери дашь, или нет?       — Если честно, я уже пообещал, что ты подскажешь.       — Какой самонадеянный! А если меня в городе нет? Ну, или я занята?       — Я не для себя прошу, а для Лёльки.       Ну конечно же я, дурочка, сломя голову несусь на выручку чужой дочери. Мне же делать больше нечего! Пока Серёжка меня где-то в офисе ждёт!       — Привет, Крис! Не ожидала тебя увидеть! — Улыбается девушка, не сразу открыв дверь.       — Так: стоп-раз-два… Тебе не требуется моя неотложная помощь?! Так, что ли? — Доходит до меня то, что должно было и так дойти, с первой секунды разговора по телефону.       — Пойдём, выпьем чаю, и ты мне расскажешь, что ещё придумал мой отец, чтобы впечатлить тебя. — Смеётся от души, девчонка. — Ты ведь всёравно, уже приехала.       — А где твой телефон, кстати? — Робко вхожу я в квартиру. Аха-ха, я в неё раньше часто бегала! По поводу и без! И к Лёльке, и под видом Лёльки — отца её подразнить… Пока в один, прекрасный в кавычках, вечер, не смогла перед ним устоять…       — Отец забрал в ремонт. Ну, или новый купит — фиг знает. — Рассказывает мне девушка, пока я выпадаю в воспоминания. — Заглючил — я и отдала. Так ты хочешь сказать, что снова купилась на россказни моего отца?       — Сама в ахуе! Ой, прости! — Усаживаюсь я за стол, поглядывая на свежеиспечённые печеньки. Да, Лёлька любит печь сладости, этим она в своё время, меня и приманила.       — Прощаю. Не надо играть со мной в маму и папу, ты от этой роли, в своё время, отказалась. Или, нет?! — Ставит она передо мной кружку с душистым травяным чаем.       — Или да! У меня появилась наконец, личная жизнь! — Многозначительно мурлычу я.       — Покажи! — Мигом оказывается девушка рядом со мной. — Уххх, а он — классный! Прямо красавчик! А ноги? Какие у него ноги?       — Стройные, но не сухие. И не мясистые. — Вроде ищу я фотку в полный рост, а на самом деле, просто хвастаюсь. Ну и что, что нет у Зайки огромного седана и кучи бабок, нет статуса: зато есть офигенные глаза, длинные тонкие пальцы, твёрдый живот и как выяснилось, ещё и классные ляжки… А остальное может прийти с годами. Он же на престижной работе трудится, как я поняла.       — Ой, больше не рассказывай, а то попрошу познакомить. — Продолжает она разглядывать фотографии. Он что, нравится многим девушкам?       — Боюсь, твоему родителю не понравится, если я приглашу тебя на нашу дружескую или корпоративную попойку… — Выключаю я телефон. Хватит разглядывать моего парня.       — Мой родитель ничего не сможет сделать, если я приду со своим парнем. Которого, кстати, он на днях одобрил. — Прячет она глаза в кружку с ароматным чаем.       — О-па! Твоя очередь — показать своего мальчика! — Потираю я руки.       — Телефона ведь нет. — Вздыхает она. — Посмотри в моём ВК, и тебе не составит труда его вычислить.       — Договорились… — И только я собираюсь занырнуть в любимый ВК, как в дверях звенят ключи, и является хозяин квартиры.       — Привет, красавицы, оставили мне хоть одну пироженку? — Входит он с улыбкой до ушей.       — С каких пор ты стал есть на ночь сладкое, па? — Смотрит на нас со смехом, девчонка.       — Наверное с тех, когда сладкого на ночь у меня не стало… — Многозначительно смотрит он на меня. Я бы даже сказала — срывает с меня одежду глазами. — Прости, но твою машину эвакуировали. Я чудом об этом узнал, и примчался сюда. — Отдаёт он мне копию постановления.       — Какого ху… — осекаюсь я на полуслове. — Ты ведь это подстроил?!       — Не совсем. Но готов оказать любую посильную помощь. Например, отвезти тебя — куда скажешь… — Тащит он печеньку со стола.       — Пять сек! — Перебиваю я на полуслове, потому что звонит мой телефон. — Зайка, прости, я так опаздываю! Машину эвакуировали, и я…       — Тебе нужна помощь? Мне приехать?       — Дождись меня. Или… где бы ты хотел меня дождаться? Какие были планы?       — Если честно, я намеревался к тебе… — Театрально замолкает он. Да, первым огласил сегодняшние, не очень развлекательные планы. Хотя, всё что может меня развлечь — и так, находится при нём. Всякие там тусовки и прочее — мои трудовые будни…       — Договорились. Я тоже мчу тогда, сторону дома. Ты адрес помнишь?       Серега смотрит в окно, и делает вид, что не слышит, как я мурлычу в трубку. Яростно разворачивается на месте он лишь тогда, когда я начинаю вызывать такси.       — Я же пообещал тебе, что отвезу — куда пожелаешь!       — С тобой, в одной машине?! — Перестаю я звонить. Не очень-то и хотелось, по вечерней Москве в такси. Так, всё для вида…       — Я нападал на тебя? Или похищал?! Или, черт возьми, лапал тебя хоть раз, без твоего на то согласия? — Я киваю на девчонку, в немой просьбе выбирать выражения, но его, похоже, не остановить. — И от Лёльки мне скрывать нечего! Она всегда знала, что мой брат тебе — не пара! На моё и вышло!       — По-твоему, мне пара, наверное, ты? — Не могу я сдержать ехидства.       — Хватит! Я слышал уже всё, чем ты можешь меня оскорбить, или нет?       — Хватит! — Встаёт Лёлька. — Кто сейчас не замолчит — выплесну свой чай! Па, отвези Кристи, и верни ей машину! И больше никогда не смей мной прикрываться!       — Всё! — Поднял мужчина руки вверх. — Оставьте меня, обе! — Жду в машине, грею салон. — Говорит он в мою сторону.       — После недолгих прощаний спускаюсь вниз. Мерседес стоит у самого подъезда. Правая дверца издаёт призывный звук, и слегка приоткрывается.       — Что это было?! — Пускаюсь я с разбега в нападение.       — Когда, именно. — Спокойно выезжает он со двора. — Я не просил тебя так парковаться, чтобы добрые люди вызвали эвакуатор.       — Это я сама прекрасно осознала. В гости к себе зачем заманил?       — Поговорить надо. Ты же со мной вообще не разговариваешь.       — А есть, о чём?       — О хахале дочери, например.       — Ты же его одобрил.       — Я сказал — посмотрим.- То и дело, отклоняет он входящие звонки. — Не путайте эти разные понятия.       — Ну, и?       — Тебя хотел попросить. Вдвоём их куда-то пригласи, и скажи мне потом своё мнение.       — Считаешь, что это этично?       — По отношению к кому?       — Ко всем! Кто я такая, чтобы решать — кто Лёльке подходит, а кто нет? И кто ты такой, чтобы просить меня об этом? Чью сторону я должна принять? То бишь, чью сторону принять будет правильнее?!       — Хватит нести околесицу!       — И вообще, не научу ли я девушку плохому? Вот возьму — и позову её третьей, к нам, с Наташкой, в походе на мужской стриптиз!       — Ты так не сделаешь, я это знаю. Машину твою, кстати, пригоню, и ключи Питу отдам, чтобы тебя не беспокоить.       — Спасибо.       — Достань меня из чёрного списка. Это будет твоим «спасибо».       — Оно мне надо?       — Ты снова меня дразнишь, так? Вон, хлыщ твой стоит, карьера уголовного хакера по нему плачет! Хочешь, чтобы я тебя зажал при нём? Пощекочешь нервишки?       — Иди на хрен! — Дергаю я за ручку, но дверцы в катящейся машине заблокированы. — Открой!       — Да сиди ты, не паникуй! — Выходит он, и по-джентльменски распахивает дверцу для меня. Протягивает руку, потому что тачка низкая, и я либо на гололёде растянусь ему под ноги, либо некрасиво вылезу из шикарного S-класса, оскорбляя всю немецкую эстетику и мировой этикет.       Естественно, я выбрала второй вариант, и бросила через плечо невнятное прощание. Мы появились слишком эффектно, припарковавшись в метре от моего Зайки. Бодро перебиравшего ногами на ледяном ветру, спрятав руки в карманы и уши в поднятый воротник зябкого пальто не по-сезону.       — Привет! — Как ни в чём не бывало, тянусь я целовать ледяные губы. — Пойдём, отогревать тебя буду! Раз не додумался войти в подъезд.       — Да я почти не замёрз. — Отвечает он на поцелуй, но задерживает взгляд на отъезжающей машине. — Наняла нового водителя?       — Потом объясню. Бежим в дом!       — У тебя даже есть правдивое на это объяснение? — Идёт он следом.       — Конечно. Иначе я бы смогла сделать так, чтобы вы не встретились. — Вызываю я лифт. — Что я пропустила своим опозданием?       — Лёгкий фуршет, и посягательства юных граций… — Опирается он о стену.       — Так ты жалуешься, или хвастаешь? — Рывком оборачиваюсь я, и он не думает даже, от меня отпрянуть.       — Жалуюсь. Мой авторитет подорван, наличие тебя не подтверждено, и вообще — такие девчонки — не моего масштаба… — Едва слышно, бурчит он своим прекрасным тембром.       — Как это исправить? — Прячу я руки под его шарф.       — А как ты это видишь?       — Могу завтра принести тебе термосок с обедом. Это впечатлит коллег?       — Это впечатлит меня, если будет правдой. — Толкает он меня, в подошедший лифт.       — Тоже неплохо! У нас есть ужин в квартире Пита, если что. Я заказала доставку.       — Знаешь, я не очень голоден, но…       — Я голодна! Такой ответ тебя устроит? — Перебиваю я.       — Твой спутник даже не накормил тебя? — Ехидно спрашивает он, когда я открываю дверь, кивая ему войти, а сама иду к квартире напротив.       — Увы. — Пит выходит из квартиры, и задаёт мне вопросы о машине. Ему тоже прилетело какое-то уведомление о штрафе. — Да делайте вы что хотите, ебт, завтра с утра тачка чтобы стояла на моем парковочном месте! А сейчас — меня ждёт мой мальчик!       «Мальчик» держит дверь раскрытой, давая мне войти с коробкой. Потом он всё же снимает верхнюю одежду, продолжая гипнотизировать своим тяжёлым взглядом. Вечернее солнышко заглядывает в окно, и я смотрю при ярком свете, в его глаза пристально, и не отрываясь.       — Что? — Накрепко пригвождает он меня к себе, за талию.       — Глазища у тебя блядского цвета, и это заводит…       — Так о моём цвете глаз ещё никто не говорил.       — Они голубые лишь по внешнему краю, и зеленые в основном… Я не замечала раньше этой зелени в твоих глазах.       — Она проявляется лишь когда я счастлив. — Щурится он.       — А ты счастлив? — Театрально удивляюсь я.       — Наверное, раз глаза позеленели. И не смотри на меня так, я искренен лишь по взаимности.       — И что ты хочешь этим сказать? — Расстегиваю я его пиджак, потому что по рубашке водить приятнее, цепляя его за грудные мышцы.       — Что ты не сказала мне ничего подобного, в ответ. Ни разу, кстати.       — А то, что мы ни одной ночи больше не проводим врозь — ничего не значит?       — А для тебя значит?       — Естественно. Я вообще-то, все свои планы перекраиваю под тебя.       — Я же не знал, как ты до меня жила. Ты ничего особо не рассказываешь.       — Что тебе рассказать?       — Нну… — Почему в твоей жизни то и дело возникают парни из прошлого?       — А у тебя до меня, совсем никого что ли не было?       — Ладно, скажем так: почему именно он привёз тебя сегодня, на своей машине?       — У Сереги есть дочь. Точнее, две дочери: одной почти два года, второй девятнадцать. Мы с ней, вроде как, давно дружим.       — Почему «вроде как»?       — Потому, что я не испытываю восторга при виде её папаши. Потому, что мне неприятны его ухаживания. Потому, что у меня есть тот, кому не понравится, как Серега вокруг меня ходит.       — Хм, и кто же этот «тот»? — Смешно улыбается он, открывая свои белоснежные зубы.       — Я считаю, что ты!       — Бинго! — Хлопает он в ладоши.       — Зай, ты чего? — Пытаюсь я отпрянуть хоть на миллиметр, но мне не позволяют.