Я пришёл!

      Утро встретило меня одиночеством. Потому что Зая умчался на работу, умудрившись меня не разбудить. То есть, я проспала бокс, потому что телефон сел, и вообще осталась в квартире одна. Отыскав Серёгину зарядку, я начала изучать то, что пропустила. После пары десятков отчетов о непринятых звонках, начали лететь смс-ки.       «Я вчера чем-то обидел тебя?»       «Что-то не так?»       «Прошу тебя, не молчи, а просто скажи как есть!»       «Ладно, я не буду тебя больше доставать. Если ты не ответишь и не перезвонишь — всё станет ясно.»       Чтобы сказать «как есть», мне стоит просто позвонить. Он отвечает раньше, чем кажется, прошла первая трель мелодии.       — Доброе утро! — Пытаюсь я опередить его хотя бы в диалоге, чтобы задать тон, а не начать сразу оправдываться.       — Уже как бы, заполдень. — Вздыхает он.       — Прости, я проспала. Телефон разрядился, и лично к тебе это не имеет никакого отношения.       — Я… верю тебе. — Немножко спотыкается он.       — Ты долго прождал?       — Можешь просто почитать об этом в моём блоге.       — Ты успел уже всё осветить и в интернете?       — У меня было полно времени для этого. Но, спойлерить я не стану, не проси!       — Извини. Видимо, мне придётся как-то это заглаживать?       — Я не против. Подумай до вечера, как бы ты могла это сделать. — Я будто вижу его самодовольную ухмылку.       — Я ещё не планировала свой вечер.       — А я и не заставляю тебя бросить своего парня и бежать ко мне. Прямо сейчас. Хотя конечно же, я был бы рад…       — До связи! — Отключаю я телефон и отправляюсь на поиски съестного. Надо же было так крепко спать… У меня такое случается очень редко.       Хотя, я же пол ночи прекрасно не спала и ещё пол ночи пыталась потом уснуть. Теперь можно на легальных основаниях пошарить по квартире Зайки, чтобы узнать чуть больше, чем он мне позволяет. Ну, или просто написать, что я проснулась, и готова ждать, когда он меня выпустит из моей клетки.       Он мгновенно шлёт ответ о том, что хотел бы вообще меня из квартиры не выпускать, но в скорости подскочет с обедом.       Что же, пока он скачет — можно почитать о часах переживания молодого блоггера и посочувствовать ему всем сердцем. Бедняга три часа прождал девушку, которую пытался всеми силами впечатлять в эти дни. Остаётся лишь подумать о том, как на этот пост среагирует как бы настоящая девушка этого страдальца…       — Милая, я испортил тебе свидание? — Ухмыляется с порога мой рыцарь без белого коня, и я понимаю, что всё это было им подстроено.       — Ну я даже не знаю… — Обнимаю я его вместе с тёплой курткой, не дав снять даже шапку. Его ледяные с мороза губы — единственное, что могло меня интересовать в тот момент.       — Не простудишься? — Расстегивает он одежду, чтобы я могла юркнуть в тепло.       — Значит, будешь меня лечить… — Прижимаюсь я к нему, намертво опоясав руками.       — И ты не будешь на меня рычать? — Покорно позволяет он себя тискать, чем я откровенно пользуюсь.       — Ну конечно же, буду. Я терпеть не могу — болеть! — Щипаю я его за бочок.       — Как и все, наверное. Разогреем обед? — Ловко уворачивается Зайка, и избавляется от обуви. После чего я не успеваю осознать, как он оказывается на кухне.       — Зая, ты спешишь? — Останавливаю я все попытки утащить его совсем в другое место.       — Нну… — Он останавливает свой взгляд на мне, и глаза начинают полыхать синими пламеньями на голубом.       Я ведь встретила его лишь в футболке. В его футболке, которой спала, и по идее, он должен был домыслить, что больше на мне нет ничего. Поэтому я припала спиной к дверному косяку, и медленно поползла вниз, будто на пилоне. Сев на корточки, я развела колени в сторону, и виляя бёдрами, поднялась обратно. И пламенья в глазах Зайки, стали перемежаться с искрами.       Он не обратил даже внимания на мелодичную трель микроволновки, потому что всё это время, не сводил с меня глаз.       — И всё? — Спросил он, когда я перестала тереться о дверной косяк.       — Нну… — Многозначительно уставилась я на область его ширинки, где видела то, что хотела видеть.       — Сюда иди… — То ли прошептал, то ли прохрипел он, протянул руки, и небрежно запустив музыку в своём телефоне.       Шагая в такт, я повторила все танцевальные движения с его недвижимым телом. Потом продолжила, развернувшись к нему лицом, изредка хлопая по рукам, пытавшимся меня обнять.       — Можно пуховик хоть снять? — Возмущается он с улыбкой.       — Можно, я сама всё сниму? Всё, что стоит снять? — Тащу я его куртку с плеч.       И он становится молчаливо послушным и покорным. Лишаясь шапки, потом куртки, потом пиджака, под «Океан Ельзи», он лишь осыпает меня неистовыми взглядами, от которых «по коже мороз». Впервые, наверное, на нашей памяти, я полностью рулю ситуацией, и мне это позволяют. Есть повод подразнить его настолько, насколько мне позволят…       А мне сейчас позволяют всё, даже проводить кончиками пальцев по щекотным рёбрам, или чмокать губами ниже пупка, а потом и пытаться прикусить.       — Обед… тебе придётся съесть всё самой… — Выдыхает он, и прижимает меня к себе.       — А ты сделаешь так, чтобы я проголодалась?       — Я уверен, что смогу сделать так, чтобы ты прооралась…       И да, он умчался на работу снова, даже не подумав выпустить меня из квартиры. Да и я, честно говоря, об этом не подумала, валяясь нагишом по его постели.       «Я придумал, что ты могла бы сделать, взамен сорванной сегодня тренировки.» — Приходит мне смс, и пара обработанных фотографий, вместе с ней.       «Давай, жги!»       «Я могу тебе позвонить?»       «А я успела когда-то запретить?»       — Привет, чем занимаешься?       — Ничем, и ленюсь.       — Не скучно? — Будто укоряет он.       — Я вообще, по природе своей — лентяйка. Суровая реальность, по большей части, не позволяет мне жить так, как мне бы хотелось.       — Никогда бы о тебе так не подумал.       — Так о чём ты тогда, подумал?       — Ну… Я позвонил на турбазу, которую люблю больше всех. Мне очень дёшево предлагают два двуспальных номера, на выходные. Погоду обещают классную, морозную — только для лыж, а потом всё — февраль: метель да пурга!       — А ты всё за своё?       — Я вообще — упорный очень. Если ты конечно, до сих пор этого не заметила.       — Я это подозреваю. А так же знаю, что Лёля будет не в восторге.       — А твой Сергей?       — А мой Сергей захватит с собой макбук, и будет этим счастлив.       — Значит, давай я Лёлю возьму на себя.       — Давно пора.       — Хм… Ты же знаешь, что на самом деле, у меня на уме?       — Знаю. Ты помнишь, что тебе пока не светит?       — У нас здесь ключевое слово «пока»? Я правильно понял?       — Не тешь себя напрасными надеждами, у меня с Сергеем всё прекрасно, горячо и замечательно!       — Знаешь, я ему тоже говорил, что не стану вам мешать никоим образом, но если только вы расстанетесь — ты ощутишь в полной мере, как я стремлюсь к желаемому…       Я слышу за спиной аплодисменты, и обернувшись понимаю, что Серега опять вернулся, и слышал остаток разговора.       — Прости, давай на этом распрощаемся.       — Погоди, я главного не сказал… — Едва успевает он крикнуть.       — Что у нас главное? — Хихикаю я, отпрыгивая от растопыренных пальцев моего Зайки.       — Давайте вчетвером сходим в кино, и между делом, обсудим желание провести уик-энд за городом!       — Я подумаю. Перезвонишь? — Отключаю я связь, и оборачиваюсь к любимому. — Много услышал?       — Всё то, что я услышал — мне понравилось. — Снимает он костюм, и вешает его на плечики, потом убирает в шкаф.       — Ты — скрытый маньяк, и будешь теперь держать меня взаперти?       — Ну конечно же нет! — Падает он навзничь, на постель. — Я раздет, весь твой, и жажду повторения обеденного взрыва…       — А теперь я не в настроении, и хочу, чтобы ты рулил, а я, как привыкла — наслаждаться.       — Иди сюда… — Протягивает он руки, и я уже не хочу ни о чём спорить, потому что хочу ощущать эти длинные пальцы на своей коже, и не только…       — Так на что тебя разводил твой запасной воздыхатель? — Опрокидывает он меня на себя.       — Прислал пару фоток и жаждал моих восторгов по этому поводу. — Чешу я ладошки о его короткий ёжик на голове.       — А что было насчёт того, что мне хватит и макбука? — Щурится он, закидывая руки за голову.       — Лыжи. Он по-прежнему, зовёт меня кататься.       — Ну, и? — Ждёт он продолжения.       — Без тебя я же никуда не поеду!       — Не поедешь-не поедешь?       — Разумеется, не поеду! Это даже не обсуждается!       — Спасибо, милая. Кстати, вроде бы, он опять звонит. Ты даже аватар уже на звонок повесила. — Кивает он в сторону скромных вибраций.       — Да, привет ещё раз. — И не думаю я вставить с его бёдер.       Скорее, я думаю расстегнуть рубашку, в которой он оставался до сих пор.       — Леля приглашает всех к себе.       — Нет! — Рявкаю я так, что Серега беззвучно хихикает.       — Кристи? — Кажется, кто-то не понял всю глубину моей реакции.       — В квартиру её папаши я, разумеется, не пойду! Ни сама, ни с Серёгой! Даже не думай меня уговаривать!       — Хорошо. Почему-то я так и подумал. Я перезвоню тебе ещё раз, или может, сразу устроим конференц-связь?       — Приглашай. — Включаю я громкую связь, и Сергей, обнимающий меня под футболкой, вежливо здоровается.       — Добрый вечер, о чём заговор?       — О выходных в Подмосковье. Ты как к этому относишься? — Ничуть не тушуется Женька.       — Без энтузиазма, но если там будет вай-фай, то никаких проблем.       — Я тебя услышал, набираю Лёлю.       — Привет всем! А где твой красавчик, Кристи? Почему он не присоединяется? — От звонкого крика кривимся и я, и Сергей. Он молчаливо спрашивает у меня — что делать, а я отстранённо смотрю в потолок. Что хочет — то пусть и делает!       — Потому что я и так, здесь. Добрый вечер, Лёля. — Мурлычет Серега, и строит при этом мне рожицы. Да, он тоже меня решил подразнить? Ну, я почти не против: потому что я к столь юной и озабоченной поручениями отца, особе ревновать не могу. Настолько это глупо, в перспективе… — Я нахожусь рядом с Кристи, то есть она находится рядом со мной, поэтому.       — Итак, мы обсуждаем тему совместных лыжно активных выходных, мои дорогие друзья. Кто что предложит? — Заполняет неловкую тишину Женька.       — Я своё мнение уже высказал. — Снова улыбается Сергей. — Ничего против не имею, если никто не будет посягать на мою девушку, и моё нежелание становиться на лыжи.       — Значит, ты в общем — согласен?       — Да, я в общем, согласен.       — Лёля? — Мурлычет как котик, Женька. Он тоже это почти умеет, просто голосок не имеет такого диапазона, как у Зайки.       — Терпеть не могу лыжи, но хочу на несколько дней остаться без опеки отца!       Монолог эгоистичной девчонки, епрст! Почему я раньше за ней этого не замечала?       — Прекрасный аргумент! — Продолжает голосом конферансье, наш идейный вдохновитель. — Ни от кого я не услышал желания взять меня в свою компанию!       — Я! Я хочу увидеть, насколько твоё бахвальство сравнимо с твоим мастерством! — Восклицаю я, и смотрю за реакцией.       — Спасибо, Кристи, я в тебе не сомневался! — Отвечают мне тем же, мурлычущим тембром.       — Как мило! — Бурчит Сергей, и умопомрачительно улыбается.       Он мою эскападу конечно же, оценил. Не могу только понять — в полной мере, или в той — какой бы это оценила я.       Я из диалога выхожу, и таскаю за щёки своего любимого, которому в этот момент показала пару присланных фоток.       — Он всерьёз на тебя запал, имей в виду. — Уворачивается он от щипков и моих щекотаний.       — Это ты имей в виду. — Жму я плечами.       — Что такое? Я иду на поводу у любых твоих желаний, дорогая, даже в ущерб себе!       — И в каком же месте тебе нанесён ущерб? Не будешь ли ты так добр продемонстрировать? — Всё же расстегнула я на нём рубашку.       — Ещё не вечер. — Покорно задирает он руки, высвобождаясь из одежды, а потом опрокидывает меня на спину.       — А что у нас вечером? — Обвиваю я его ногами.       — Я не знаю. А что у нас вечером, чтобы ты не заскучала? — Поднимается он надо мной, на руках.       — С какого хрена я должна с тобой заскучать?!       — Ну, мало ли? Может, песен хочешь попеть в караоке, или потанцевать фламенко? — Продолжает он так же убойно щуриться.       — И ты намерен мне в этом отказать?!       — Я должен подумать над этим. — Улыбается он. — Может, просто снимешь с меня штаны?       — И ты станцуешь фламенко без них?       И пока мы смотря друг другу в глаза, пытаемся это представить в своём воображении…       — Тебе опять звонит запасный вариант… — Мурлычет он, и протягивает мне телефон.       Вот, блин! Я бы могла просто сделать вид, что не слышу…       — Что-то ещё?       — Мы ничего не решили по поводу сегодняшнего кино…       — Я так поняла, сегодня кинозал в квартире твоей подружки? Вот и отправляйся туда сам! Без группы поддержки.       — Кристи, но…       — Я уже раздела своего парня, и теперь ничто на свете меня не сможет отвлечь от продолжения!

Глава 30.

      Довольно поздним утром месть моя была почти страшна, ха! Я сбежала из квартиры Сергея, умудрившись не разбудить его, потому что кроме танцев у меня были на повестке дня и качалка, и любимый бассейн.       — Боги мои, кого я вижу! — Встречает меня Женька на паркинге. — Какие же люди почтили нас своим присутствием!       — Привет, ты рано. — Вручаю я ему свою сумку, и прячу руки в карманы.       — В смысле? — Покорно идёт он позади меня.       — До наших с тобой танцев больше часа, а у меня по расписанию качалка. Чё ты делаешь на этой парковке, в такую рань?       — Да ладно! С твоей фигурой качалка не нужна! — Будто игнорирует он мой вопрос.       — Как-то непонятно: ты льстишь или кошмаришь? — Круто разворачиваюсь я, и он меня едва не сбивает с ног.       — Ну блин! — Взял он меня за плечи, но тут же отпустил. — Я хотел сказать, что твоей пластике и грации могут помешать растущие мышцы.       — А можно, я останусь при своём мнении? Особенно, если кто-то звал меня вчера на бокс? — Дальше пячусь я задом, не сводя с него глаз, потому что мне это стало интересно.       — Один урок ничего бы не решил. — Слегка корректирует он моё движение, и наверняка спасает при этом от парочки столкновений.       — Вот именно! — Продолжаю я таять в его улыбках. Уж больно искренне он это делал.       — Но ты часто качаешься. Мы с тобой как бы в качалке и подружились.       — Вот видишь, она приносит нам пользу… — Прекращаю я опасное движение, и жду его дальнейшего хода.       — Хорошо, я жду тебя там. — Поворачивается он в сторону мужских раздевалок, но окончательно не уходит.       — А тебе зачем?       — А вот сейчас ты должна была сказать, что мне качалка как раз, к лицу, и без неё я бы был вообще дрищём. — Снова кокетничает он, и моргает, моргает, да просто машет своими ресницами в мою сторону!       — Женя, тебе качалка очень к лицу. Без неё ты был бы дрищём… — Говорю я как можно радушнее, и глажу при этом его бицепсы под рукавами толстовки.       — Твои комплименты так искренни! — Улыбается он во весь рот.       — Это был сарказм! — Нарочно продолжаю я его гладить.       — Отчего же? — Будто подставляет он грудь, и намекает, чтобы его продолжали тискать, хоть и прилюдно.       — Будешь совать свой красивый нос в мои личные дела — буду звать тебя Буратинкой! — Щелкаю я ему по кончику носа.       — Круто! — Улыбается он ещё шире.       — Что?!       — Я уже заслужил своё интимное прозвище!       — Блин! Ты о чём сейчас?       — Будешь звать меня Буратинкой, когда мы наедине? — Мурлычет он, подходя ко мне вплотную.       — Могу и при всех… — Мурлычу я в ответ, проводя кончиком пальца по его ключицам, и по груди.       — Да ты со мной флиртуешь? — Продолжает он нагонять ветер своими лохматыми ресницами.       — …Да, а какого черта ты с ним флиртуешь? — Слышу я из-за спины грубый мужской голос, и отдёргиваю от парня руку, потому что сразу узнаю его.       — Мужик, ты чего хотел? — Сразу растерял всю свою нежность мой спутник, и я рефлекторно вжимаю голову в плечи.       — Женя, цыц! — Шепчу я.       — Не надо, Кристи, я хоть и худой, но не трусливый. Чё надо, дядя?!       Я оборачиваюсь и смотрю на того, кто нарушил наш прилюдный интим. Серёга, который отец Лёли, стоит, скрестив руки на груди и смотрит на нас, обоих, почти что, сверху вниз. Женька был одного с ним роста, поэтому смотреть на нас совсем уж свысока — у него не получилось.       — Прошу тебя, молчи! — Шиплю я.       — Да, лучше молчи. — Хихикает мужчина, наблюдая за нами, обоими.       — Какого хрена?! — Возмущается парень, глядя на нас по очереди. — Кто это, Кристи?       — Это — отец, Лёли! — Кричу я, пока он ещё чего не ляпнул, или не подумал, лишнего, и Серега ржёт в голос.       — Чё малец, попал? Так с кем ты вообще, встречаешься? С моей женщиной, или с моей дочкой?!       Несколько секунд Женька приходит в себя, потом приобнимает меня за талию.       — Ну во-первых, Кристина конечно же, не ваша женщина, потому что я знаю — с кем она встречается, а что касается Лёли — я веду себя с ней, как джентльмен!       — Ну, вот я на тебя и посмотрел… Джентльмен. — Усмехается он. — С одной ты проводишь дни в спортзале, а с другой — вечера в кафе? Что, хочешь теперь на турбазу в компании обеих дам? С ночёвкой? Здоровья-то хватит?       — Да, хочу. Кстати, мы все там — совершеннолетние, разбиты на пары, так что давайте без грязных намеков!       — Хорошо, убедил. — Продолжает он хихикать.       — Да ладно? Лёля меня настращала, как суров её отец… — Улыбается Женька, который уже понял, что буря не грянет. Я бы предположила, что она всё же грянет, просто не сегодня.       — Да, я суров! — Продолжает Серёга наглаживать свою эспаньолку. — Поэтому по номерам вы расселитесь на мальчиков и девочек, понятно?       — Да не вопрос… наверное. Кристи? — Вопросительно смотрит он на меня.       — Да не вопрос! Если ты сможешь на пол часика в бар уходить, по моей просьбе? — Сама офигеваю я от своей наглости.       — Думаю, через магарыч от твоего парня — мы всегда договоримся. — Подмигивает он.       — Кристи, полагаюсь на твоё благоразумие! — Говорит Серега, смотрит на часы, и уходит так же неожиданно, как и появился.       Сама в шоке! В такую компанию надо Наташку брать! Чтоб Женька нетраханным не ходил, если что. Вместо этого я ещё и пару ночей должна спать не на плече любимого? Вот засада! Где вы все взялись на мою голову, такие добрые? Как же мне дорого всё ваше семейство!!!       Точно! Надо Женьке нормальную девчонку найти, чтобы у него не оставалось времени флиртовать со мной! Увы, займёмся этим, наверное, после выходных…       Сейчас я просто качаю железо, стискивая зубы, пока Женька занимается на своих тренажерах, не мешая мне. Вот когда он то ли выдохся, то ли свой минимум сделал, то пришёл подпирать те снаряды, на которых я занималась.       — Кристи, я не совсем понял: что это было? — Протягивает он мне бутылочку с водой.       — Ты про Серегу? Наверное, он спал сегодня хорошо, или наоборот, с кем-то хорошо не спал… Он вообще — нормальный такой мужик, просто я его не хочу… — Продолжаю я, не щадить себя.       — Я про тебя говорил, если что. — Смотрит он, и я сбиваюсь с ритма.       — А что, я?       — Ты со мной флиртовала, Кристи. В первый раз, за время нашего знакомства.       — А ты чё хотел? Думал, поморгаешь мне тут, своими красивыми глазами, и всё безнаказанно? — Бросаю я в него полотенцем. — Будешь стараться меня завлекать — я начну делать то же.       — Быстрей бы! — Вздыхает он, и бросает полотенцем в меня, обратно.       — Ииии? — Начинаю я усердно качать руки.       — Я готов хоть сейчас, Кристи! Всё переиграть, отменить планы выходного дня, и пустить все силы на ухаживания за тобой! — Садится он напротив.       — Обломись! Мне Серёга нравится во всех смыслах! Сколько раз мы будем эту тему открывать и закрывать?       — Столько, сколько нам понадобится, до принятия правильного решения.       Он смотрит на меня пристально, не мигая, не щурится, и не улыбается. Показывает всю серьёзность своих слов, как я понимаю.       — Давай заморозим эту тему до ближайшего удобного случая.       — …Буратинка. — Добавляет он с улыбкой.       — Что?       — Зови меня «мой Буратинка», мне нравится.       А потом, после недолгого перерыва у нас — латиноамериканские танцы. То бишь, красивые руки, грациозные шаги в унисон, в неприличной близости друг к другу, и прочие элементы хореографии, больше похожей на флирт.       — Я стал любить эти танцы… — Шепчет он мне после тренировки, не давая убежать в душ.       — Да ладно…       — Такой легальный повод потереться о твоё тело без страха получить за это по морде…       — Разве, я когда-то грозилась тебя бить?       — Так чё, всё это время можно было? — Этот наглец всерьёз, обнимает меня, крепко прижав к себе. Я звонко бью его по рукам на моей талии, но ничего это не меняет.       — Сейчас ты выпросишь! — Качаю я головой.       — По морде? — Спрашивает он, пытаясь обаять меня своей улыбкой.       — Коленом в пах!       — Ой! — Тотчас же выпускает он меня, и делает шаг на безопасное расстояние. Я не глядя ухожу, куда запланировала. В душ, потом в бассейн. А надо ли мне туда, после двух тренировок подряд? Держать своё тельце на воде и получать от этого радость, я уже вряд ли уже смогу.       Нет, наверное, потому что мою непоколебимую веру в Зайку и чувства к нему, то и дело искушают. Хочу ли я этого? Потворствую ли всем этим ухаживаниям?       Да в первый раз в жизни, я пресекаю их на корню! Не надо мне всего, этого!