Один из тысячи
31 декабря 2019 г., 23:11
Сотни птиц кружили в небе, наблюдая за тем, как одно существо пытается уничтожить другое. Лучи, беспорядочно выброшенные из посоха, то и дело сбивали пернатых, роняя их на землю. Выглядело это так, словно Рамирез выкладывала для мистера Голоса дорожку, но, так как лепестки роз — дорогое удовольствие, она решила заменить их телами его верных спутников.
Морго крепко сжал голову дрожащими руками, смотря вниз с обрыва, на котором он погубил мальчика Джорджа много лет назад. Она проложила ему путь к смерти… Зажала его так, как насильник зажимает какую-нибудь шлюху в подворотне, отчего вечно спокойный мистер Голос едва не впадает в истерику.
Морго слышал, как хрустели ветки под её ногами и как загорался посох Праймив в её руках, озаряя всё пространство в округе, заставляя паразита так унизительно для него самого упасть на колени.
— Тебе нравится моя игра, мистер Голос? Охотник и добыча, весьма заманчиво, я знала, что ты не откажешься сыграть, — ехидно посмеиваясь, девушка упивалась его слабостью. Сегодня настал тот день, которого она ждала больше всего. Мистер Голос дорого заплатит за все его преступления.
Демон улыбнулся, хватаясь за ствол ближайшего дерева, дабы подняться, но его попытку беспощадно прервал сгусток энергии, опрокинувший его навзничь.
— И ты думаешь, что охотник тут ты, не так ли, Неудача? — произнёс Морго, отползая к самому краю.
Девушка немного задумалась, почёсывая подбородок. Опустив потухший посох, она медленно подошла к своему собеседнику, склонившись с таким выражением лица, будто она только что стала королевой всех реальностей.
— Давай думать логически. На твоём лице царит животный страх, а значит, ты жертва, из чего следует, что охотник действительно я, — положив руку на грудь, гордо задрав голову, воскликнула Рамирез.
— Я да я, головка от хуя, — передразнил её паразит, после чего решил помучить её вопросами. Они ведь так давно не виделись. — Что, нравится быть девочкой на побегушках? Нравится целовать костлявую задницу правительницы Санерседи?
— Ха-ха-ха, — саркастически проговорила Неудача, ловко скрыв обиду за властной позой и едкой улыбкой на лице, — у меня к тебе похожий вопрос, Морго. Нравится быть личным ёбарем Великого Валока?
Паразит засмеялся. Её попытки задеть его душу казались такими жалкими, что он едва не рухнул в истерике с этого чертового обрыва. Морго, щурясь, смотрел вниз, однако ничего разглядеть там не смог. Неудача убила приличное количество ворон, что служили его глазами, и, похоже, сейчас настала его очередь. Неприятное тепло разбрелось игривыми волнами по шее, мистер Голос развернулся к своей бывшей жертве и нынешней убийце, но яркий свет приставленного к его горлу посоха Праймив не позволил ему даже разглядеть её лица.
— Прощай, мистер Голос, — единственное, что он услышал напоследок. Световая волна разлетелась по уступу, сбивая тело паразита вниз.
***
Веки Принца тьмы медленно поднялись вверх, чему Хранительница ключа несказанно обрадовалась. Улыбающаяся Дагенхарт смахнула лёгким движением руки так предательски не вовремя скатывающуюся слезинку. Её судорожно дрожащие руки сцепились на шее ничего не понимающего Ремора, пристально разглядывающего побелевшую прядь волос, мирно перекручивающуюся в его пальцах. — Живой! — радостно крикнула Дагенхарт, легонько целуя демона в щёку, ещё крепче сжимая ткань чёрной рубашки, пропитанной его собственной кровью, что растеклась по спине и груди из огромной раны в плече. Студентка университета Сенерседи выбрала в качестве жертвы Ремора не просто так, она словно знала, что для Морго Принц тьмы — самое дорогое существо в этих грёбаных реальностях. Свет Праймив вывел Ремора из сознания настолько быстро, что демон даже не успел вскрикнуть от боли. Жалкое мгновение — и его высочество Жуткая чернота упал на землю, окропляя вялую, пожелтевшую траву розовой кровью. — Да, живой. Какая жалость, видимо, придётся ещё раз ему врезать, — раздался позади звонкий девичий голосок, от которого Фрэн бросило в дрожь. Дагенхарт развернула голову на источник звука с таким гневным выражением лица, что Неудача слегка пошатнулась, отступая на пару шагов назад. Посох в её дрожащих ручках вновь вспыхнул, а, когда Фрэн прикусив губу, дабы не закричать от боли, ведь ей в этой битве не хило так досталось, гордо встала между бунтующей мстительницей и Ремором, Рамирез и вовсе направила посох на предмет обожания. Да, Неудача знала историю Дагенхарт наизусть и всегда восхищалась тем, как обычная девочка смогла стать Хранительницей ключа. Она пыталась быть похожей на неё, но единственное, чего успела добиться Рамирез, — так это десятого уровня. — Мисс Дагенхарт, пожалуйста, отойдите, я могу ранить вас, — затараторила Неудача, искренне надеясь, что идеал её жизни послушается, однако у идеалов есть плохое свойство — показывать свою тёмную сторону. На её просьбу Фрэн отреагировала весьма неожиданным истерическим смехом. — Чего ждёшь, курица? Хочешь убить его? Хорошо, но сначала попробуй избавиться от меня, — твёрдо и уверенно проговорила Дагенхарт, перекрутив в руке свой излюбленный нож. Леди с Посохом от удивления открыла рот. Слышать подобное для неё было просто немыслимым, но видеть эту картину наяву, а не в своём кошмаре, было поистине ужасающим явлением. В юной головке Неудачи никак не укладывалось, почему… Почему Фрэн Боу-Дагенхарт защищает рогатую тварь, которая испортила всю её жизнь? Но самое страшное, что заставило девушку вновь пошатнуться и опустить посох, — мысль о том, что она могла бы быть на её месте, прикрывая своим телом этого идиотского паразита мистера Голоса, которого она собственноручно прикончила на вершине горы. Утонув в своих мыслях, Рамирез толком и не заметила, как на неё стремительно мчался лис, гремя цепью, волочившейся за ним следом. Животное ловко напрыгнуло на неё, повалив защитницу на землю. — Бенджамин, ты нашёлся! — радостно воскликнула Рамирез, желая обнять лиса, что так неожиданно и грубо впился когтями в её щёку, царапая нежную тёплую кожу. — Где мой хозяин? — прорычал лис, брызжа слюнями, демонстрируя перепуганной Неудаче всю свою ярость. Смотря в его красные глаза, девушка тут же поняла, что он находится под контролем Морго, но видимо, ещё не осознал гибели своего мучителя. — Там, на верхушке горы Опенфилда, я прикончила его. Бенджамин, неужели ты не чувствуешь, как уходит его закля… — её речь оборвалась криком. Бенджамин изо всех сил царапнул её по лицу, заставляя Неудачу перевернуться на бок, хватаясь за рану, из которой моментально хлынула кровь. Лис как ужаленный помчался в лес, напоследок пожелав Рамирез умереть во второй раз только уже не под колёсами машины, а от заражения крови. Фрэн, наблюдающая за тем, как корчится от боли юная Эрнандес, вдруг почувствовала, как чья-то когтистая рука вцепилась в её плечо. Вставший Ремор ловко оттолкнул Дагенхарт, направляясь к девчонке, что только что сделала самую большую ошибку в своей жизни. Она призналась, что убила члена его семьи. Видимо, осознав своё никчёмное положение, Рамирез попыталась дотянуться до посоха, но едва её пальцы коснулись деревянной поверхности, её единственное оружие моментально оказалось в руках озлобленного Ремора. Его пальцы крепко сжали посох, на верхушке которого кристалл неожиданно для обеих дам вспыхнул. И если Рамирез смотрела на всё это с самым настоящим леденящим ужасом, ведь она читала глупые книжонки о том, что создания тьмы не могут прикасаться к священным артефактам Первой реальности, то Фрэн была восхищена. Хвастовство Ремора не ложь, он действительно особенный. — Что за хрень? Как? Как ты это сделал? — завопила Эрнандес, отползая назад как можно дальше от разозлённого демона. Ремор улыбнулся, перекрутив посох Праймив в руках. — Всё просто, глупое дитя. Я тот, кого называют «Один из тысячи». Я сын тьмы и света. Я сын Великого Валока. В моих жилах течёт розовая кровь, и я имею право пользоваться всеми предметами, которые создал мой покойный отец, но знаешь, что самое потрясающее? — Ремор замолчал. Неожиданно для всех, демон поднял голову вверх, и из его глаз потекли слёзы. — Я знаю, папочка, ты смотришь на меня… Но мне плевать, я даже не буду извиняться перед тобой за свои дальнейшие действия! — крикнул Принц тьмы в высоту и со всей силы ударил кристаллом о находящийся рядом огромный камень.***
Чёрный зрачок резко уменьшился стоило Диане посветить фонариком. Она легонько повернула голову Ремора в сторону, но погасив свет в фонарике, с унылым выражением лица вернула безэмоциональное лицо Принца тьмы в то же положение, в котором оно было до этого. Напоследок женщина отодвинула побелевшие волосы, прислоняя ладонь ко лбу, после чего выпрямилась, разворачиваясь к опечаленной Фрэн. — Лоб очень горячий. Фрэн, дай, пожалуйста, градусник, — произнесла женщина. Порывшись в стоящей на столе коробке, Дагенхарт вытащила стеклянный чехол и протянула его Диане. — Значит, сначала в него выстрелили из посоха, а потом он этот же посох разбил, верно я поняла ситуацию? — поправляя сползший бинт с плеча, переспросила женщина. Дагенхарт кивнула, роняя голову на руки. — Фрэн… Знаю, иногда врачи врут своим пациентам, чтобы скрыть от них неутешительный диагноз, но я не могу врать тебе. Я могу вылечить душевные расстройства, могу вылечить простуду, как оказалось, я неплохо бинтую открытые раны, но я не понимаю, как лечить демона из другой реальности. Его состояние похоже на депрессию, но в то же время это совершенно другое, — печально произнесла Диана, подходя к Дагенхарт. — Я могу принести тебе успокоительное, — легонько похлопав Фрэн по спине, произнесла женщина. — Спасибо, Диан, но я не пью таблетки. Гаррисон рассмеялась. — Я немного о другом успокоительном, белое такое, в красивой матовой бутылке, у нас оно называется вином. Хранительница ключа подняла голову, и на её лице впервые за последние часы появилось жалкое подобие улыбки. Она вытерла слёзы, кивнув в знак одобрения. Диана выдохнула, стремительно покинув гостиную, оставляя Фрэн наедине с Ремором, находящимся в состоянии самой настоящей амёбы. Дагенхарт медленно поднялась со стула, подходя к Принцу тьмы, что уныло пялился в стену. Боу бесстрашно схватила его за руку, но Ремор даже не посмотрел на неё. — Ремор… Ремор, если это очередная твоя шутка, то хватит, пожалуйста, — она начала спокойно, но дрожь в её голосе выдавала настоящее состояние её души. Со стороны демона не было никакой реакции, он даже не пошевелился. И тогда Фрэн сорвалась на крик, сжав руку Ремора так сильно, что её ногти едва не оцарапали его бледную кожу. — Ремор, твою мать! Скажи что-нибудь! Мгновение — и её покрасневшие от обилия слёз глаза встретились с его равнодушными голубыми. Фрэн улыбнулась, ведь ей удалось обратить его внимание на себя, но улыбка пропала так же быстро, как и появилась. Принц тьмы вновь уставился в пустоту, игнорируя мечущуюся в истерике девушку. Положение спасла вернувшаяся Диана, кое-как ей удалось оттащить Фрэн от сидящего демона, и вручить ей бокал вина на кухне. Однако вернувшись в гостиную, Диана была шокирована. Ремор всё ещё сидел на стуле посреди комнаты, но его здоровая правая рука была выставлена в сторону, протягивая Диане градусник. Аккуратно вытащив его, женщина посмотрела на цифры и едва не выронила столь опасный медицинский прибор, ведь температура тела Принца тьмы зашкаливала за сорок, пусть по виду с ним всё было хорошо. Ремор всё ещё пялился в стену, мирно поглаживая усевшегося на его коленях Бабла.
