Дикая Гора

От Автора: возвращаюсь к рассказу после длительного перерыва, чувствую, что повествование теперь немного выбивается из общего стиля. Ну да простят меня читатели) Предупреждение: кровавые и жестокие сцены в этой главе! _____ - Собирайся, - глухо бросил Коиин, пиная еще спящего Маю под ребра. – Мы идем на охоту. Услышав последние слова своего истязателя, юноша тут же распахнул глаза и сел на лежанке. Не послышалось ли ему? Но Коиин ходил по хижине, подвязывал на щиколотках шкурки – явно собирался куда-то. - Что? – Переспросил Мая хрипло. Нет, все-таки, ему послышалось… или Коиин окончательно выжил из ума. Брать его на охоту? Давать в руки оружие? Доверить рабу, ненавидящему тебя, прикрывать твою спину? Не мог же Коиин быть настолько самоуверен! - Мы идем на охоту, - раздраженно повторил тот. – Что вылупился? Что-то не устраивает? - Нет… все устраивает, - Мая завозился, нащупывая на полу свою одежду. – Просто странно это… кто же со мной идти согласится? - Идем только я и ты, - бросил Коиин и вышел из хижины. Мая собрался так быстро, как только мог. Неверие и любопытство мешались в нем: что молодой воин задумал? Разве не боится, что оставшись с ним наедине с оружием в руках, Мая попытается убить своего врага? Преисполненный недоумения и недоверия, Мая показался из хижины. Женщины варили похлебку в котле, Коиин затачивал один из костяных ножей. - Возьмешь его, - велел будущий вождь, протягивая нож Мае. Не веря тому, что видит и слышит, юноша покорно принял его в руки. И что дальше?.. – Поешь как следует, мы уходим на целый день. Не чувствуя вкуса, Мая ел. Возможно ли, что это тот самый шанс, которого он так долго ждал… если они уходят только вдвоем, то у убийства не будет свидетелей. Юноша тряхнул головой – какие глупости в голову лезут от безысходности, он и раньше-то уступал Коиину в честной драке, а теперь, измученный и исхудавший, даже подкрасться сзади без лишнего шума не сможет. Да если и подкрадется, и ему будет сопутствовать удача, и он завалит мучителя, убить не убьет – побоится грех на душу брать. Они двинулись в лес, вдвоем, как Коиин и говорил. Молодой воин шел впереди, открывая беззащитную спину плетущемуся сзади Мае. Юноша несколько раз касался прохладной рукояти ножа, воткнутого в короткие ножны на поясе, дрожащими пальцами, но никак не решался… духу не хватало. И подсказывало что-то, что делать этого никак нельзя, по крайней мере, пока. Мая доверял своим чувствам. Вскоре у него получилось отвлечься от мыслей о мести и побеге, и пленник начал оглядываться по сторонам, наслаждаясь относительной свободой и прелыми запахами леса. По пути они наткнулись на полянку черники и ненадолго остановились, срывая кисло-сладкие ягоды и пачкая пальцы и губы в темном соку. - Скажи, Коиин… - неуверенно позвал Мая. - Что? - Ты доволен? Вопрос пришел ему в голову неожиданно и еще большей неожиданностью стал для молодого воина. - О чем ты? - Ну, ты добился своего, притащил меня сюда, сделал своим рабом… я служу тебе, послушно раздвигаю ноги. Ты же этого хотел? Так теперь ты доволен? Коиин долго не отвечал, продолжая поглощать ягоды. Лицо его помрачнело. - Нет, - наконец, выдавил он. - А чего же ты хотел? – насмешливо поинтересовался Мая. Он уже наелся ягод и теперь сидел на земле, скрестив ноги, и глядел на неуклюжую массивную фигуру Коиина. - То, чего я хотел, уже никогда не будет… - отозвался враг. Мая хмыкнул – конечно, не будет. Ничего уже теперь не будет. Внезапно Коиин поднялся на ноги и шагнул к нему – огромный и грозный. Мая в ужасе дернулся в сторону, испугавшись, что его сейчас будут бить, но Коиин опустился рядом с ним на колени и властно притянул к себе, смял сжатые в тонкую линию губы. Удивленный, Мая даже не трепыхался. Коиин прижимал его к груди, давил на спину, кусал за губы и терся о него пахом, и во всех движениях его чувствовалось некое отчаяние, как будто он ласкал своего любовника в последний раз. Мая по привычке уже не сопротивлялся, но и не отвечал. Даже когда его спиной уложили на мягкий мох и раздвинули ноги, молчал, безразлично глядя на просвечивающее через зеленые кроны высокое голубое небо. Говорят, когда люди умирают, души их птицами возносятся туда, в самую высь, и оттуда наблюдают за живыми. Пальцы Маи осторожно коснулись ножа, но дрожа, не двигались дальше. Должен ли он сделать это? Хотят ли этого предки, это ли его и Коиина судьба? Будущий вождь враждебного клана целовал и ласкал его, как женщину, так нежно, словно он был сделан из хрупкого озерного льда. Трогал мягкие соски, прикусывал остро выступающие ключицы и все гладил живот и бедра, водил ладонями кругами вокруг понурого естества. - Ну же, ну же! – хрипло шептал Коиин, осторожно поглаживая вялый член юноши. Мая гаденько ухмылялся в небо. Тогда Коиин наклонился и взял его в рот, заглотил, засосал, вырвав у юноши вздох не удовольствия, но крайнего удивления. Мая чувствовал, что его ласкают «там» так, как он и мечтать не мог, но тело его совсем не отзывалось на мягкие прикосновения языка. Наверное, потому что это был его враг, тот, кто столько раз унижал, истязал и насиловал его. Он все ждал, когда же Коиину надоест, когда он приступит к основному действию, и все это закончится. Коиин довольно скоро понял, что никакие его манипуляции не заставят юного любовника испытать возбуждение. Рыкнув раздосадовано, он придвинулся ближе, раскинул ноги юноши в стороны и лег сверху, рукой направляя себя внутрь. Тут выдержка Маи отказала, он вздрогнул и попросил слабо: - Только осторожнее… Боли он боялся по-прежнему. Возможно, именно за этим Коиин и затеял охоту? Ждал, что в лесу, за привычным занятием, юноша расслабится? И был так нежен именно поэтому… Осторожно вводил стоящий колом член, внимательно наблюдая за лицом пленника, смазывал слюной, не забывая поглаживать яички. И двигался медленно, желая доставить удовольствие, но тем самым причинял только больше мучений. Под его весом бедра Маи болели так, что неудобство в терзаемом проходе казалось сущим пустяком. Мая мужественно терпел, стиснув зубы. - Давай уже, - не выдержав, прошипел он. – Двигайся быстрее! - Тебе нравится? – Коиин взглянул с надеждой. Мая закивал, уповая на то, что это поможет врагу спустить поскорее. Коиин закачал бедрами быстрее, всаживая член в онемевшую от боли задницу юноши, и все смотрел в лицо, что хотел там увидеть? Мае было неудобно от его пристального взгляда и он закрыл глаза, откидывая голову на землю. - Обними меня, - хриплый голос мучителя донесся сверху. Мая молча облапил его плечи руками и мысленно подгонял. – Скажи, что тебе нравится… скажи!.. - Мне нравится, - выдавил Мая через силу, морщась, так как Коиин задолбился в него сильнее, и дышать стал рвано, тяжело. Значит, уже близко! – Очень нравится… ужасно нравится… кончай, скорее… Коиин глухо взвыл, глаза его закатились. Он задрожал, вдавливая юношу в землю, конвульсивно двигая бедрами. Мая выдохнул с облегчением. Ну вот и все… Коиин обмяк на нем и закрыл глаза, пытаясь отдышаться. Рука его бестолково путалась в обрезанных волосах любовника, гладила возле уха, щекоча, вставать он не спешил. - Ты тяжелый, - решил напомнить Мая, получилось сдавленно – воздуха в груди не хватало даже чтобы нормально дышать. Коиин пошевелился на нем, вытянул из тугого прохода уже упавший член, и вдруг замер. Взгляд его наткнулся на безжизненный комок вялой плоти, лежавший на животе Маи. Но Коиин ничего не сказал, отвернулся, стал поправлять одежду. Затем поднялся рывком и собрал с земли брошенные вещи: копье, мешок с водой и съестными припасами на день. - Идем, - велел он и пошел по тропинке. Мая торопливо поднялся с земли: спина затекла, бедра ломило, а в попе саднило, но он, не обращая на это внимания, не отставал от Коиина. Взглядом он окинул полянку, оценивая нанесенный зарослям черники урон, и чуть сбился с шагу. То, что Мая увидел под одним из кустов, ему совсем не понравилось. - Ну, чего ты? – окрикнул его воин, и Мая отвернулся, продолжая путь. - Ничего, - покачал он головой. Коиин зашагал вперед слишком быстро, будто торопился куда-то или от чего-то бежал. Тоже заметил следы? Вмятина в земле, широкая, с четырьмя углублениями – такая огромная лапа могла быть только у одного зверя, и тот давно не захаживал в Долину после того, как всю стаю извели. Мая засомневался в том, что увидел. Могло ли ему показаться? Ведь он видел след издалека, не подошел, не рассмотрел как следует. Может быть, какой-то другой зверь топтался на месте, взрыл землю, вот юноше и причудилось… Они шли дальше, углублялись в лес без видимой цели. Вел ли их Коиин куда-то или просто шел, выгуливал своего пленника? Зачем тогда дал тому нож? Солнце уже стояло высоко, когда Мая почувствовал голод. - Не остановимся? – спросил он неуверенно в широкую спину Коиина. Тот резко замер, опустил неслышно занесенную в шаге ногу назад и жестом показал «тихо, опасность». Мая уверенно схватился за нож, чуть присел и стал озираться, ища неведомый источник опасности. Но, как ни старался, ничего не видел и не слышал. Видимо, Коиин был гораздо лучшим охотником, чем он. Через множество вздохов, застыв все в той же позе, Мая, наконец, услышал – хруст веток, странное поскуливание. Звуки приближались. Мая уставился в ту сторону, с которой они доносились, и вскоре среди стволов деревьев разглядел бегущего человека. А еще через несколько вздохов понял, что это женщина – волосы ее, выбившиеся из прически, развевались от бега. Вскоре Мая увидел и Рыжего Медведя, преследующего ее. След на черничной поляне ему не померещился, он принадлежал вот этому огромному мохнатому чудовищу. И это чудовище быстро догоняло женщину (Духи, что забыла так далеко в лесу?!) В горле у Маи внезапно пересохло. - Сорина! – выкрикнул он хрипло и рванул вперед, мимо замершего каменным изваянием Коиина. - Стой! – рявкнули сзади, но он не слышал. Какой бы дрянью Соринка не была, она не заслуживала такой смерти, и ребенок ее – тоже. Мая почти ускользнул вперед, однако Коиин оказался проворнее – схватил своего непутевого любовника за волосы и дернул назад, кидая на землю. - С ума сошел?! – рыкнул Коиин приглушенно, опускаясь рядом на корточки и оглядываясь назад. - Это ты… пусти! Она погибнет! – Мая всеми силами рванулся из каменной хватки врага, понял, что не сможет вырваться и замолотил руками и ногами, пытаясь освободиться. Сердце его заходилось и обливалось кровью. – Коиин, умоляю, пусти! - Ты ей не поможешь, - Коиин попытался отрезвить любовника. Издалека послышался отчаянный женский вопль, хруст ломаемых костей и довольный рык медведя, настигшего свою жертву. Мае показалось, что в этот миг сердце его остановилось навсегда. Но в груди что-то медленно, тяжело бухало, отравляя все тело слабостью, болью и тошнотой. Кое-как Мая поднялся на ноги – Коиин уже не держал его. Через заросли кустарника, в котором они скрылись, он разглядел, как огромный Рыжий Медведь с хрустом отрывает русоволосую голову, держит в окровавленных желтых зубах и небрежно отбрасывает в сторону. - Идем, - Коиин требовательно потянул Маю за руку. – Идем, скорее, пока он не заметил нас. Надо поднять тревогу! Идем же! Коиин дергал юношу, тащил за собой, но тот словно врос в землю. Этого промедления оказалось достаточно для того, чтобы зверь учуял новые запахи и повернул мохнатую голову к ним. - Бежим! – закричал Коиин и дернул Маю за собой. Юноша запутался в ногах и упал на землю. Послышался рев медведя, его тяжело свистящее дыхание – зверь бросился к ним. «Возможно, именно так все и кончится…» - отстраненно подумалось Мае. Он совсем не боялся зверя, и смерти тоже. Он исполнит свой долг, Коиин получит по заслугам – от Рыжего Медведя ему не уйти, слишком быстр и тяжел был древний обитатель лесов. Коиин взвыл бессильно, топчась на месте – он тоже это понимал, только, в отличие от своего пленника, отчаянно хотел жить. Мая, распростертый под его ногами, даже не собирался подниматься с земли. Перед глазами его было растерзанное тело Сорины, из распоротого живота виднелся шевелящийся еще человеческий плод, а голова, с распахнутыми в застывшем ужасе глазами, лежала чуть поодаль и смотрела прямо на него.