9. Свадьба
14 апреля 2019 г., 13:48
Oh don't you dare look back Just keep your eyes on me. I said you're holding back, She said shut up and dance with me! This woman is my destiny She said oh oh oh Shut up and dance with me Walk the moon — Shut up and dance.
Смотря на Тсуну в белом кружевном платье, оголяющим спину чуть ли не до ямочек на пояснице, Занзас в очередной раз отмечает её миниатюрность и то, какие они разные (начиная внешностью и заканчивая жизненными ценностями). Волосы Тсунаёши уложены в изящную причёску, в которую вплетены жемчужные нити, и она напоминает принцессу из каких-то фантастических книг, и по ней не скажешь, что ещё за полчаса до свадьбы она участвовала в погоне. Она со счастливой улыбкой касается ладони Занзаса и приглашает его на танцпол для их танца в качестве мужа и жены. В это не верится, но кольца на пальцах говорят об обратном: синьорина стала синьорой, а синьор приобрёл целую кучу родственников (начиная Емитсу, решившим не появляться на свадьбе, и заканчивая «братом» Дино, который вместе с Наной вёл её к алтарю). Старики из Альянса давятся воздухом и смотрят возмущённо, когда Занзас целует её слишком жадно, а ладонь иногда соскальзывает ниже талии. Тсуна знает — делает это нарочно, чтобы отыграться — и она содействует, целует часто и крепко вцепляется в ткань его дорогого пиджака. Тсуна не знает, что поражает их больше: вызывающие молодожены или более колоритные пары, сложившиеся из Хранителей (взять только Кёю с Мукуро). Она улыбается и тянется за поцелуем.***
Занзас усмехается, когда пересекается взглядом с танцующей Тсуной. Танцем это назвать нельзя: женская часть Хранителей, скинув с ног неудобные туфли, танцуют, держась за руки, наваливаясь друг на друга и смеясь. Она улыбается Занзасу, но тут же её за талию хватает Мукуро, знающая, как она хороша в фиолетовом платье (настолько хороша, что Кёя уже пятерым пообещал, что забьёт их до смерти, если они ещё раз не так посмотрят на его жену). Босс Варии приятно удивлён поведением своих Хранителей, которые сегодня решили вести себя как нормальные люди: Луссурия не бросается на гостей («Где вы купили это чудесный костюм, синьор Антонио?», «Позвони мне, сладкий, вот мой номер»), Фран и Бел тихо переговариваются, танцуя в стороне; Алида о чём-то всё время разговаривает со Скуало, покусывая нижнюю губу, Леви рыдает на диване, вытирая глаза платком с вышитой на нём буквой «Л». — Она не расстроена, что её отец так и не соизволил появиться? — Не думаю, — пожимает плечами Дино, присаживаясь рядом с Занзасом. — Он сделал ей слишком больно, чтобы она тосковала по нему. — Спасибо, что довёл её до алтаря вместо него. — Пожалуйста, — Каваллоне поворачивает к нему голову и улыбается. — Это — меньшее, что я могу сделать для своей любимой сестрёнки. — Не забывайся. Дино смеётся. — Поздравляю со свадьбой, Занзас. Сегодня ты стал самым счастливым мужчиной. Занзас хочет что-то сказать, как в поле зрения появляется Бьянки. Она приглаживает растрепавшиеся волосы и улыбается. — Поздравляю, Занзас. Любите друг друга, — и поворачивается к Дино: — Кое-кто обещал мне танец. — С удовольствием бы ещё поболтал, но не очень вежливо заставлять прекрасных дам ждать. Ещё раз поздравляю, не обижай сестрёнку, — Каваллоне подмигивает варийцу и, взяв Бьянки за руку, уходит. Занзас как-то запоздало вспоминает, что она, вроде бы, была с Реборном, а не с его учеником. — Это убийственно — танцевать с Реборном, — в нос ударяет запах ванили, и Тсуна устало опускается рядом с Занзасом. — Он, кажется, решил отомстить мне за все уроки танцев и оставить меня без ног. — Но тебе же нравятся танцы, — Занзас усмехается, поворачивая голову и смотря на свою жену (всё ещё не верится). — Но не когда они превращаются в пытку… Занзас… — Что? Тсуна пододвигается ближе, одной рукой упирается в стул, а другую кладёт Занзасу на колено и шепчет на ухо: — Давай сбежим. — Я уж думал, что ошибся с выбором и взял в жёны святую. — Я хотела этого ещё с того момента, как Скуало начал произносить тост от лица Варии. — Тебе не понравилось? — Не знала, что у него такой талант к составлению речей. Буду брать его с собой на переговоры вместо Хаято. Занзас хрипло смеётся и целует её. — Жду тебя через пять минут внизу.***
— Побережье?.. — Мама говорит, что здесь она познакомилась с папой. И здесь же он сделал ей предложение, — Тсуна ступает на тёплый песок, подбирая подол платья. — Как они познакомились? — Она приехала в Италию с подругой, хотела провести здесь несколько дней, посетить достопримечательности и отдохнуть. И когда они прогуливались, то она столкнулась с мужчиной. — Любовь с первого взгляда? — Да, — отвечает Тсуна. И добавляет, лукаво улыбаясь: — Прямо как у нас. — А то, — хмыкает Занзас, вспоминая свой приезд в Японию и тощую школьницу, что по иронии судьбы должна была получить всё, к чему он так стремился все эти годы. — Такая сильная, что мы готовы были убить друг друга. — Был готов ты, а не я, — Тсунаёши поправляет вылезшую из причёски прядь волос и вздыхает. — Они быстро стали встречаться, а вскоре мама узнала, что ждёт меня. Так и поженились, но знаешь… Они никогда не говорили, что я была для них нежеланным ребёнком, но… Сложно в это верить, когда видишь безразличие отца к маме, ко мне. И я пообещала себе, что полюблю человека, который будет полной его противоположностью. Она замолкает, утыкаясь лицом Занзасу в рубашку. — Я не хочу… Не хочу, чтобы наши отношения повторяли отношения моих родителей, не хочу, чтобы мы утаивали правду от нашего ребёнка, как это делал Девятый. Не хочу, чтобы ты предал меня, потому что я этого не… — Посмотри на меня. Тсуна поднимает голову, смотря Занзасу в глаза. Он выглядит очень серьёзным, и у неё по коже бегут мурашки. — Я никогда с тобой так не поступлю. Не обещаю, что готов буду пожертвовать собой ради твоих Хранителей, но тебя я никому и ни за что не позволю тронуть. — Занзас… — Что? Вместо ответа Тсуна хватает Занзаса за галстук, прося наклониться, затем целует напористо. Обжигающие ладони Занзаса ложатся на её талию, касаясь обнажённой кожи спины, и Тсунаёши вздрагивает, но это не мешает ей стаскивать с него пиджак. Когда они оказываются на песке, его пальцы скользят с её затылка на шею и Занзас вынимает жемчужные пуговички из петель, и Тсуне становится легче дышать. Он благодарит Бога, что Хару создала платье без огромного количества юбок из тюля, потому что в таком случае их брачная ночь началась бы под утро. Перед всеми здесь присутствующими и перед Богом я, Занзас, торжественно клянусь оберегать и защищать тебя. Я знаю, что натворил много дел, пытался убить тебя и не только тебя. Но… Ты лучшее, что случилось со мной за всё время. Я люблю тебя и благодарен тебе за то, что ты полюбила меня. Обещаю быть надёжным, любящим мужем и оставаться им до самой смерти. Перед всеми здесь присутствующими и перед Богом я, Тсунаёши, торжественно клянусь оберегать и защищать тебя. Я никогда не думала, что найдётся человек, который будет понимать меня лучше меня самой. Я благодарна судьбе за знакомство с тобой. Спасибо за то, что стал мужчиной, которого я полюбила всем сердцем. Обещаю быть надежной и любящей женой и оставаться такой до самой смерти. — Мой. — Моя. Когда Тсуна с гнездом на голове вместо изящной причёски, на которую ушло несколько часов и половина нервов парикмахеров, покрытая укусами (это же Занзас, что ещё от него можно было ожидать), с улыбкой растягивается на его кителе, Занзас думает, что это — самое прекрасное зрелище на свете.
Примечания:
Осталась ещё одна часть и (если удастся) — спешлы.
