Devil Fate

Акали не отпускала Ренгара из своих рук вот уже около часа. Бесконечно поглаживая его и говоря ему, какой он хороший и потрясающий, она неимоверно задерживала остальных, но не могла прекратить или остановиться. - Акали, мы уезжаем не навсегда. Он не пропадет. - Ари скептически закатила глаза, высунув голову из окна заднего сидения спорткара Эвелинн. - Тут барьер, куча полевых мышей и запасы корма. Поехали! - Ренгарчик! - Воскликнула Акали, когда ее насильно начали оттаскивать к машине руки Эвелинн, а оставшийся на диване Ренгар начал преспокойно умываться. - Я вернусь, не скучай по мне! - Интересно, есть кто-то, кого Акали любит также сильно, как его? - С усмешкой спросила Кай'Са. - Есть, конечно! - Ари сделала хитрую ухмылку с мечтательным выражением лица. - Например, ее очаровательный братец-красавец... - Ари, Акали услышит - кое кому уши надерет... - Захихикала хореограф, мгновенно заставив Акали осечься и воскликнуть: - Прочь от моего братца даже в мечтах! - Ладно, все, хватит. - Объявила Эвелинн строго, невольно сверкнув очками на рассветном солнце. - Все готовы ехать? - Да, Эви. - В унисон ответило три голоса с заднего сидения. - Хорошо. - Эвелинн посмотрела на сидящего на соседнем переднем сидении Ясуо. - Ты готов показывать дорогу? Тот кивнул. Они отправились в путь. *** Когда Ясуо довольно просто и неоднозначно изрек о местоположении Джомен на данный момент – «главные апартаменты», это никак не могло подсказать, что на самом деле это будет древний и великолепный в своем традиционном исполнении замок. Подобные сооружения Акали видела только в учебниках по истории или по телевизору. Никогда в своей жизни она даже не смела думать, что окажется хотя бы на территории подобного места, но чем дальше, тем меньше становилось ее собственное изумление каждому аспекту. В конце концов, ей так часто говорили о том, что она происходит из древнего рода и фантазии о замках неоднократно посещали ее голову. Все же, думать и размышлять о подобном сценарии это одно, а оказаться прямой участницей - другое. Главное сооружение было окружено красивой каменной стеной с алой крышей наверху. Главный вход был украшен большими изящными воротами, над которыми висело три фонаря - по бокам и центру. На деревянной поверхности ворот были выгравированы линии и изгибы, вырисовывающиеся в морду оскаливающегося дракона. Неподалеку от замка и его территории находился город, в котором Акали никогда не была и о котором даже не слышала. Сам по себе он напоминал Кинку - небольшой и скромный, но слегка более ухоженный и обустроенный для туризма из-за местных горячих источников и исторического памятника в виде уже упомянутого дворца на холме. Для местных это было место, похожее на святыню и неприкосновенность. В праздники, по словам Ясуо, на территорию дворца допускали паломников и туристов. В само здание никого не пускали, кроме его обитателей и прислуги, в ряды которых было невозможно попасть простому человеку. В остальные же дни простым людям сюда не было хода. Даже самым богатым или знаменитым туристам. - Оу май, какая красотища! - Ари широко улыбнулась и замахала хвостом по сидению от восторга. - Акали, да ты действительно королевских кровей! - Ох, не надо. - Тут же начала хмуриться и фырчать Акали. - Меньше всего хочу именно такого внимания к себе. - Ой, да ладно тебе! - Ари беззлобно усмехнулась. - Попробуй получить от этого удовольствие. Представь, что ты окружена слугами, которые исполняют любой твой каприз. Щелчок пальцев и вот - перед тобой потрясающие явства; одно слово и тебя обслуживают по высшему разряду; любое желание или каприз - исполнится, стоит лишь сказать. - Я бунтарь, сучка! - Объявила с горящими глазами Акали и скривила губы. - Вертела я все эти плюсы царской жизни. Мой дом улица, а моя музыка это шум дорог и сирен... - Ты сейчас нам новый рэп не запилишь? - Скептически отозвалась Ари, пока Акали, скорчив рожу, показала язык. - Твоя родня придет в ужас от тебя! - Семью не выбирают. - Акали развела руками, натягивая на голову капюшон своей толстовки, пряча рога, когда спорткар начал медленно подъезжать к территории замка. - Пускай принимают меня такой, какая я есть! - В этих словах есть свой смысл. - Протянула Кай'Са с усмешкой, а Ари удивленно воззрилась на нее. - Что? Мы же приняли ее такой, какая она есть. Если эта семья не примет - заберем ее обратно. - Мамочка меня ревнует к новой родне? - Акали обняла сидящую рядом Кай'Су. - Они так быстро растут. - Подыграла та с притворным всхлипом, который прервался смехом. Машина медленно остановилась подле подножья холма, где начиналась каменная лестница, ведущая прямиком к воротам. - Итак, мы здесь. - Провозгласила Эвелинн вкрадчиво, выйдя из машины. Ясуо последовал по лестнице, покорно ожидая, пока девушки двинутся за ним. Те медлили - Акали отказывалась выходить, боясь, что ее рога увидят. - Дорогая, Ясуо сказал, что все внутри осведомлены о нас. Тут нужно пройти всего двадцать метров. - Эвелинн заговорила с ней первой, мягко пожав ее руки. - Не переживай, капюшон нормально скрывает их. - Да, капюшон плотно сидит и ничего не видно! - Тут же закивала Ари. - Только там нам и помогут, Акали. - Добавила Кай'Са. - Ладно... - Она вышла из машины на нетвердых ногах и поплелась за всеми, робко взявшись за руку дивы, чей взгляд и улыбка отогрели, вызвав даже легкий румянец на щеках. Акали волновалась, она изредка даже терялась в пространстве. Рассеянно она считала ступеньки под собственными ногами, пока шла, уткнув взгляд вниз. Что будет дальше? Правильно ли она поступила, согласившись приехать? Стоило ли рассказывать Шену? Боже, было так страшно... Ворота были закрыты и Ясуо, потянув за увесистое кольцо, постучал три раза. Те медленно и даже несколько торжественно открылись. За ними их встретила темноволосая девушка в светлом кимоно. Ее синие глаза буквально засияли, когда она увидела Ясуо и заметила гостей позади него. - Сообщите жрице Карме, что наша госпожа прибыла домой с гостями. - В голосе мечника можно было распознать теплые нотки, и даже гордость. - Ты славно поработал, Ясуо. - Отозвалась собеседница и кинула взгляд на Акали, которая скромно пыталась спрятаться за спинами девочек или натянуть капюшон толстовки так далеко, как только возможно. Она сделала поклон в ее сторону, провозгласив: - Добро пожаловать домой, принцесса Акали. Та тут же зарумянилась, а девочки коварно захихикали. - Я... Не надо так! - Объявила Акали севшим от смущения голосом. - Я не принцесса и не госпожа... Просто Акали. - Ах, вы не привыкли! - Умилительно улыбнулась девушка, слегка хихикнув. - Ничего страшного, скоро вы не будете этого замечать. - Мне неловко от этого. - Призналась Акали нервно. - Я не жила такой жизнью, поэтому зовите меня просто Акали. - Прошу простить, но традиции обязывают меня выказывать к вам почтение. - Та обворожительно улыбнулась. - Я сообщу жрице, что вы прибыли. Ясуо, думаю, проводит вас во дворец? - Да. - Тот кивнул и направился прямиком к грандиозному сооружению, проходя по пути рукотворный сад камней, в котором журчал небольшой пруд с карпами кои и недвижимо стояли дивные статуи разных обликов, неизменно храня в себе изящество и создавая вокруг себя атмосферу загадочности. Везде было спокойно и умиротворенно, но Акали все равно чувствовала себя не в своей тарелке. Ясуо проводил их прямиком в здание, где их встретила торжественная звенящая тишина просторного холла. Парой мгновений позже их проводили в комнату, где их встретила безымянная слуга. Она предоставила всем девушкам традиционные кимоно, после чего проводила в гостевую комнату, где их ожидала уже встреченная ими накануне девушка, Ясуо и смуглая женщина. - Приветствую. - Произнесла женщина глубоким и завораживающим голосом, когда гостьи расположились напротив них. - Я надеюсь, что ваш путь к нам прошел без трудностей. Я жрица семьи Зан и ваша покорная слуга, принцесса Акали. - Х-хватит... - Смущенно вновь донеслось от Акали в который раз, когда женщина сделала низкий поклон. -...я не госпожа и... - Она еще не привыкла, Карма. - Громким шепотом донеслось от девушки рядом с жрицей, на что та слегка улыбнулась. - Ваша скромность поражает, госпожа. - Карма выпрямилась на месте и скользнула взглядом по сидящим возле Акали девушкам. - Мое почтение и вам. До меня дошел слух, что вы позаботились о наследнице, когда ее сила дала о себе знать. Друзья принцессы - желанные гостьи здесь в любое время. - Не стоит!.. - Также скромно отозвалась Кай'Са. - Мы всего лишь хотели помочь и... - Мы устроим в честь вашего прибытия пиршество. - Продолжала Карма с легкой улыбкой и после этого серьезным тоном добавила: - Я вижу, что вам, госпожа, нужна помощь. - Да, не помешает. - Проговорила Эвелинн, невольно указав на рога рэперши. - Не так давно мы могли сдерживать Синее Пламя внутри нее, но после недавнего инцидента наши методы оказались бессильны. - Это правда. - Добавила Ари, слегка поникнув головой. - Мы сдерживали Акали печатями, но теперь... Карма задумчиво нахмурилась, как и сидящая рядом голубоглазая девушка. Старшая женщина медленно встала на ноги и прошла по направлению к Акали, несколько растерянной и смущенной от излишнего внимания к себе. - Вы позволите, госпожа? - Жрица замерла напротив нее и, получив кивок, она опустилась перед ней на колени. - Сколько вам лет? - Двадцать один год. - Как давно ваша сила пробудилась? - Три месяца... Или около того. На меня напали и... Карма помрачнела. Ее выражение лица стало нечитаемым, а подруги рэперши напряглись, как и сама обладательница рогов. - Очень поздний срок. - Провозгласила Карма и пояснила: - Наследники Драконьего Пламени пробуждают в себе силы в возрасте от пятнадцати до восемнадцати. - Акали тревожно сжала ладони в кулаки. - Если позже, то возникают проблемы с телом и здоровьем. Ваш организм попросту не привык к подобным нагрузкам, а недавно был выплеск огромных масштабов. Ваше тело... Оно как будто застряло. - И... Ничего нельзя сделать? - Дрожащим голосом спросила Акали. - Это сложный вопрос. - Призналась жрица. - Видите ли, всех наследников готовят с младенчества. Сначала, пока разум податливый в детском возрасте - его мягко посвящают в жизнь, связанную с магией и духами. После, когда наступает переходный возраст и тело особенно подвержено изменениям - начинают пробуждать Кенрю и его силу, поскольку так намного легче переживать подобные метаморфозы. Вы же... -...не попала в оба этих критериев. - С поникшим голосом протянула Акали. - Путь избранных Драконьем Пламенем совсем непрост. - Жрица робко прикоснулась к одному из рогов девушки. - Вы не можете обратиться обратно человеком, потому что вы совсем не привыкли к таким вещам. Чтобы сперва вернуть вам прежний облик, нужно подвергнуть ваше тело определенным нагрузкам. Иглоукалывание должно помочь. - Иглоукалывание? - Акали нервно сглотнула: она до одури боялась уколов. - Да, массаж и иглоукалывание помогут вашему телу... Как бы сказать так, чтобы вы поняли?.. Вам знакомы определение «чакр» и «ки»? - Ох-х... - Акали уныло повесила голову, вспомнив то, как сладко спала на лекциях Кеннена на данные темы. -...мне нужно освежить знания... - Чакры в теле человека - это некие узлы или центры скопления энергии. Ки - это и есть та самая энергия. Жизненная сила, другими словами. Вы не можете обратиться обратно, потому что ваш разум и тело пострадали во время последней трансформации. - А иголки - обязательны? - Напрягаясь, спросила Акали. - Акали... - тут же протянула Кай'Са слегка осуждающе. - Ы-ы... - Она заскулила. - Я ненавижу иглы и уколы... - Не волнуйтесь, Ирелия сделает все максимально безболезненно и быстро. - Проговорила Карма и упомянутая тут же встала с места. - Кстати, она в некотором роде вам сестра. Уловив растерянный взгляд Акали, Ирелия с улыбкой пояснила: - Тано, супруг вашей матери, был младшим братом моего отца. Относительно говоря - мы родственницы по наследованию. - Как много внезапных родственников. - Хмыкнула Эвелинн тихонько. - Думаю, стоит заняться этим немедленно. - Провозгласила Карма, вставая на ноги. - С вашего разрешения, госпожа. - Я... Да, лучше не оттягивать. - Покорно согласилась рэперша. - Я достаточно уже хожу в таком виде. Помогите мне вернуть прежний облик. - Следуйте за мной, принцесса. - Ирелия поманила ее за собой. - А вас, прошу следовать за мной. - Мягко отозвалась Карма, обращаясь к спутницам Акали. - Я отведу вас в гостевые комнаты, где вы сможете отдохнуть после долгой дороги. - Разве мы планировали задерживаться? - Аккуратно протянула Кай'Са обращаясь к Ари и Эвелинн. Суккубша отозвалась: - Мы должны уважать традиции хозяев этого дома. Акали нужна помощь и будет некрасиво вести неподобающим образом в доме ее семьи. Отказываться невежливо. - Эви права. - Кивнула Ари, покорно вставая вслед за остальными. - Задержимся здесь на столько, сколько нужно. - Я надеюсь, что вам и госпоже здесь будет хорошо. - Карма коротко поклонилась головой, начав свой путь по однотипным коридорам, огороженных светлыми перегородками седзами, что разделяли помещения между собой. Акали, слегка дрожа от волнения, последовала за Ирелией, пребывая в глубокой задумчивости. Что ж, ее приняли довольно хорошо, не без этого. Но так ли все было просто? Она уже ничему не верила в этом плане. Впрочем, сейчас все было хорошо. Не стоило показывать себя с худшей стороны, когда ей пытались помочь. - Ирелия?... - Робко позвала Акали, пока они медленно проходили по богатым и ухоженным апартаментам дворца, где на каждом шагу были разного рода произведения искусства или боевые трофеи в виде древнего холодного оружия. - Да, госпожа? - Ох... Не госпожа я... - В который раз буркнула Акали. - Ясуо сказал мне, что со мной хочет встретиться моя бабушка. - О! - Ирелия обернулась и закивала. - Да, госпожа Элиза очень хочет встречи с вами. Я провожу вас к ней, если пожелаете. - То есть - это правда?.. - Акали ушла куда-то в себя. - Я... Нет, давай пока избавимся от рогов. - Как скажете. *** Акали была напряжена, пока лежала на кушетке. Каждая клеточка ее тела была словно натянутой до предела стрункой, особенно, когда ей пришлось избавиться от кимоно. - Все хорошо? - Голос Ирелии послышался где-то над ней и по спине тут же пробежали мурашки от прикосновений чужих ладоней к позвоночнику. - Нервничаю. - Призналась Акали, слегка поведя плечами. - Не стоит. - Уверила та. - Закройте глаза и расслабьтесь. Просто попробуйте забыть, что я буду пользоваться иглами. - Поэтому нужно было о них напомнить? - Нервно посмеялась Акали. Впрочем, первые три иголки, которые начали впивать в нее, она перенесла довольно спокойно. Была даже чуть-чуть приятная боль, приносящая легкое покалывание и тепло в области своих проникновений в плоть. Однако, едва Ирелия начала впивать одну из игл в область шеи, как перед глазами Акали в то же мгновения вспышками пронеслись картины, вырвавшие из нее крик ужаса. - Госпожа?? - Ирелия тут же обеспокоенно наклонилась к ее лицу, пока та, отдышавшись, хрипло прошептала: - Не трогай это место. - Я... Не стану. - Покорно и сдавленно донеслось от нее. - Прошу, простите меня. - Ты ничего не знала. - Рэперша напряглась и вновь попробовала расслабиться. - Я сама не знала. - Что вы видели? - Это... - Акали проглотила ком, ставший поперек горла. -...место, куда меня ударил один псих. Когда меня чуть не убили и... - Пробудилась ваша сила? - Руки Ирелии, пропитанные каким-то согревающим маслом, принялись разминать плечи. - Да. - Мрачно произнесла Акали. - Не хочу говорить об этом. - Я замолчу, если вы пожелаете. - Ох.. Я.. Я не госпожа и не надо так говорить, пожалуйста. - Не выдержала и буркнула Акали. - Просто Акали. Пожалуйста. - Я могу делать это наедине, но при всех - это оскорбление в вашу сторону. - Хорошо. Хотя бы сейчас. Ты сама говорила, что мы вроде бы как сестры, разве нет? - Относительно, если следовать по семейному древу. - Ирелия вновь вернулась к иглам. - Что меня будет ждать здесь? - В каком смысле? - Не притворяйся. Я ведь последняя из наследников Джомен. - В голосе Акали послышался сарказм. - На меня возложат все семейные обязательства? К изумлению Акали Ирелия звонко рассмеялась. - Тебе вряд ли это грозит. - Произнесла она с усмешкой в голосе, как и обещала, обращаясь к Акали на равных. - Тебя должны бы обучать этому с малых лет. Никто не допустит тебя к власти, если хотят роду и семье хорошего будущего. Ты будешь иметь много привилегий, это правда. Твое слово будет иметь вес и все будут так или иначе тебя слушаться, но большие и важные решения будут стоять вне твоего влияния. Акали облегченно выдохнула. С нее будто сняли тяжелый груз, что давил на плечи. - Я очень боялась, что мне придется... - Начала Акали и почувствовала пульсирующую боль в области висков, где росли рога. - Ай!.. - Терпи. - Тут же бодро подала голос Ирелия, ободряюще погладив ее по плечу. - Процесс потек в обратную сторону. Сейчас... Будет немного больно. Акали сжала зубы, почувствовав укол острого предмета прямо между лопаток, после чего, ее обдало со всех сторон легким шлейфом синего пламени. - О! - Вырвалось у Ирелии восторженно. - Я... Даже не думала, что оно такое красивое... Это хороший знак. Потоки твоей энергии только что открылись и потекли по всему телу, как вода в реке. И... - Ау... - Акали застонала от ноющей боли, чувствуя, как наросты на голове начали стремительно втягиваться обратно. - Боже... Голова трещит!.. - Почти все закончилось. - Уверяла Ирелия успокаивающе. - Ай-ай... - Акали глубоко задышала и спустя минуту наросты, наконец-то, втянулись полностью. Ее руки рассеянно потерли место, где недавно были рога, проверяя, исчезли ли они на самом деле. - Все пропало? - Да, все закончилось. - Ирелия начала делать полноценный массаж, медленно и аккуратно избавляясь от игл. После пары минут расслабляющего массажа Акали позволили встать и заботливо укрыли полотенцем, сразу же предоставив горячий зеленый чай. – Как ты себя чувствуешь? - Лучше. – Акали принялась медленно пить чай, чувствуя приятную волну жара и свежести, распространяющуюся по телу. – Если честно… я чувствую себя прекрасно. - Потоки энергии были очищены, и сейчас она свободно циркулирует по твоему телу. – Сообщила Ирелия и не обратила внимание на то, как вытянулось лицо рэперши, когда та увидела ее ловкие движения рук, за которыми, подобно легким перьям, воспарили в воздух отложенные на поднос иглы, закрутившись в необычном синхронном движении. – Чем лучше энергия циркулирует по тебе, тем лучше дается магия и контроль над ней. - Ты тоже умеешь?.. – Акали понимала глупость вопроса в угоду тому, что видела, но не могла сдержаться. - А? – Ирелия увидела изумление рэперши и с легкой улыбкой отправила мановением руки все иглы в аккуратный футляр. – Да. Единственная из оставшихся среди Зан, кто способен. - Оу.. – Тут же протянула Акали и сочувствующе вздохнула. -…магия… - Умирает? Да. – Как ни странно, Ирелия не выглядела обеспокоенной. Это было смирение. – Но ничего не поделаешь. Предпочитаю радоваться и развивать то, что мне досталось. - Послушай, - Робко произнесла Акали, решив, что Ирелия, кажется, могла ее понять. - Я... Совсем не хотела сюда идти. Без обид. - Без обид. - Произнесла с глубоким вздохом Ирелия, и на ее лице можно было распознать мрачность, видимо, от грянувших воспоминаний. - То, что произошло в прошлом с тобой и твоей матерью... Прошлый глава клана Джомен был чудовищем. Мои слова как припарка для мертвого, но... Я сочувствую тому, что пришлось на твою долю. - Это приятно слышать. - Сообщила Акали тихонько, на самом деле проникаясь к девушке небольшим доверием. - Я... Надеюсь, что смогу потом уехать?.. Не пойми меня неправильно, но я уже определилась со своей жизнью. - О, я прекрасно тебя понимаю, но... - Девушка протянула ей кимоно. -...это решать совсем не мне. - Решает госпожа Элиза? - Да. Как подобает традиции. Сама ведь знаешь. Да, таковы были священные традиции. Это не Европа, где решения каждого человека оставались за самим человеком, и где семья и наследие не играло столь значимой роли, как на ее родине. Акали была бунтарем. Но никогда не чувствовала притеснений в потоке собственного менталитета. Кусе не воспитывал ее, следуя распространенному методу, принятому у всех – «до пяти лет ребенок - император, а после он раб». Но, несмотря на все, она по наитию своему была научена тому, что женщина должна выйти замуж, воспитывать детей и быть отрадой для своего мужчины. Во главе семьи всегда был старший мужчина, и именно его слово было законом. Если таковых не было - власть была у старшего поколения и никак иначе. Ослушаться нельзя. Просто не принято. В современности подобные догматы уже не соблюдались так строго, как прежде, но любое отклонение все равно порицалось. Рэперше было все равно на порицание остальных и следованию правил - удивительным не было, верно? Но что было сейчас? Она принадлежала древнему роду, в котором наследие - часть практически всей культуры и истории. Она была наследницей древней силы, и она была последней представительницей своего рода. Все это практически напрямую говорило о том, что она обязана не только подчиниться возложенным на нее обязанностям, но и продолжить свой род, обязательно найдя себе достойного мужа и оставив после себя наследников. По-другому никак. Акали... Была в ужасе. От осознания того, что ее ждало. От ответственности. От искреннего нежелания быть той, кем жизнь пыталась ее сделать. Ясное дело, она просто не хотела такой ответственности и такой жизни. Реальность ясно давала ей понять, что ее дальнейшая роль, как последней наследницы - продолжить род и сохранить династию. Бежать. Акали захотела этого, едва только в разуме все переклинило. «Не паникуй, рэперша-бунтарь!» - Оборвала себя Акали с легкой долей сарказма. – «Опять бежишь впереди паровоза. Ты пока еще ничего не знаешь, так что – успокойся». - Ты совсем помрачнела. - Заметила Ирелия заботливо. - Ты хорошо себя чувствуешь? - Осознаю груз ответственности. - Невольно вырвалось у Акали с нервной улыбкой. - Прости. В комнату мягко ворвалась Карма, тут же отвесившая короткий поклон в сторону Акали и провозгласив: - Госпожа Элиза чувствует себя хорошо и если вы готовы, то... - Я... Да. - Акали встала на ноги, чувствуя некоторую легкость и бодрость после проделанной с ней процедуры. - Проводите меня к ней. Я хочу с ней встретиться. *** Она следовала за Кармой безмолвно, стараясь не обращать внимание на то, как многие безымянные люди в лице самых разных личностей низко кланяются им (Или же, ей одной. Не суть важно). Всяческой прислуги в огромном доме было порядочно. Как и духов. Сначала Акали их не замечала, но, кажется, те осмелели и стали выглядывать отовсюду, как безмолвные наблюдатели. Это были похожие на Кеннена духи низкого роста в облике разных антропоморфных созданий, но изредка среди них были и совсем диковинные своей внешностью. Покои госпожи Элизы располагались на втором этаже величественного дворца. Двери в ее опочивальню выделялись среди остальных своим украшением в виде гибкого змеиного драконьего тела, чья голова зажимала в своих «зубах» две ручки. Карма приостановилась напротив и тихо произнесла: - Госпожа Элиза очень ждала встречи с вами, принцесса. – Она отдала Акали в руки четки, которые недавно показывал ей Ясуо. – Пожалуйста, проявите снисхождение к ее капризам или болтовне, ей все-таки почти девяносто лет. И, конечно, по возможности, не спорьте с ней и не заставляйте нервничать. - Что может ее расстроить? – Аккуратно поинтересовалась Акали, нервно сжимая в руках четки. - Она очень не любит вспоминать ту самую ночь. Думаю, это единственное, что может ее сейчас потревожить. – Карма приоткрыла двери, впуская Акали внутрь и перед тем, как закрывать за собой дверь, произнесла: - Не удивляйтесь паукам в комнате – госпожа очень любит этих созданий. - Пауки? - Акали задрала голову к потолку темной комнаты, видя, что он весь был покрыт серебристой блестящей паутиной. Это можно было легко списать на то, что здесь никто не убирался очень долгое время, но блестящая чистота полок, картин и запах свежести - ясно говорили о том, что комнату каждый день убирали и наводили в ней чистоту. Огромная кровать посередине комнаты, была закрыта вуалью непроницаемого бордового балдахина, из-за чего разглядеть хозяйку опочивальни было невозможно. До тех пор, пока сквозь ткань балдахина не показалась бледная покрытая морщинами и старческой сухостью рука. - Кто в моей спальне? - Надтреснутый и сухой голос нарушил вкрадчивую тишину и Акали, слегка дрожа собственным голосом от волнения, произнесла: - Это я... бабушка. Акали. - Акали... - Голос за непроницаемой вуалью стал несколько радостнее, и, кажется, более облегченным?.. -…это действительно ты? - Да. – Скомкано выговорила девушка, робко подходя к кровати, при каждом шаге чувствуя усиливающийся запах земли и, кажется, каких-то лекарств. Наверное, неудивительно, ведь, эта женщина была уже очень старой. – Мне сказали, что вы искали меня. Из-за балдахина послышался сухой и нездоровый кашель, Акали приостановилась прямо возле постели, смиренно ожидая, когда женщина к ней обратится. Та зашевелилась на своем месте – сие было слышно по шуршанию ткани за непроглядной преградой. Очень скоро из-за балдахина вновь показалась бледная морщинистая рука с длинными слегка крючковатыми пальцами и большими острыми ноготками на конце. Акали еле видно невольно передернула плечами, увидев в этих руках подобие паучьих лап. - Дай мне свою руку, дитя. – Протянул ее голос и Акали, внутренне вздрогнув от омерзения (она ненавидела пауков, почти также, как иголки), все-таки покорно скользнула ладонью на которой висели четки в раскрытую ладонь престарелой женщины. – М-м-м… - Удовлетворенно донеслось от нее. – Да, этот жар… ты наследница Чистого Пламени, вне сомнений… мое потерянное дитя… моя милая внучка. Я так боялась, что никогда не возьму тебя за руку и не смогу увидеть тебя или поговорить с тобой, родная. Акали чуть улыбнулась – искренние эмоции в чужом голосе при этих словах – было подобно открытой ласке. Вся настороженность и первые отрицательные эмоции, связанные с «пауками» чуть рассеялись. - Я рада, что смогла порадовать вас. – Аккуратно отозвалась Акали, робко нарушая тишину. Она не знала, что еще ей сказать. - Моя дорогая… Так долго я ждала тебя. Когда Кенрю покарал нашу семью, я молилась всем богам о прощении, и несколько лет назад до всех дошел слух, что ты, наследница, жива и здорова. Я стала молиться еще сильнее, но уже о твоем возвращении домой. «Домой» - невольно промелькнуло в мыслях Акали. – «Это действительно мой дом?» Акали почувствовала себя крайне неоднозначно. Она ни на миг не забывала о том, что произошло в стенах этого места. Но все окружающие люди искренне старались загладить произошедшее и Акали видела это в каждом слове, жесте или взгляде в свою сторону. Раскаивались те, кто не был причастен к событиям двадцатилетней давности. И все же, они раскаивались за тех, кто был давно наказан, только чтобы она поняла, что все в прошлом. Чтобы она… нашла в себе силы простить их. За что их винить? Акали напряглась, почувствовав сжавшуюся ладонь цепких пальцев на своей руке. Элиза, сотрясшись от очередного кашля, проговорила: - Позови Карму, дорогая… я хочу отвести тебя кое-куда. Акали не посмела ослушаться и уже через пару мгновений Карма была призвана в комнату и внимательно о чем-то беседовала с престарелой женщиной. Чуть погодя, Карма выпрямилась и потянула за собой сгорбленную фигуру, облаченную в шелковый халат. Акали не видела лица женщины, поскольку на ее голове висела непроницаемая вуаль, напоминающая фату. Она была очень высокой и худой, а когда выпрямилась, то превысила своим ростом даже Карму на целую голову. Опираясь на руку Кармы, они последовали на выход, а Акали покорно последовала за ними. Вслед им слышалось искреннее изумление, вызванное, видимо, тем, что большинство видела госпожу Элизу собственной персоной лишь сейчас. Та шла медленно, но упрямо и твердо, поначалу не смея отступить от Кармы, но уже к концу своего пути, который закончился на заднем дворе дворца, она шла самостоятельно. Недолгий путь привел Акали в просторный каменный сад, посередине которого находилась беседка, а прямо за ней – арка. Арка вела в огороженную бамбуковыми зарослями территорию. Элиза медленно прошла за арку, Карма остановилась подле сооружения и безмолвно кивнула Акали следовать за женщиной, что та и сделала. Это оказалось кладбище. Здесь покоились все представители Джомен, как позже ей об этом сказала сама бабушка. На самих надгробных плитах не было написано фамилии, а лишь имена и годы жизни. Впрочем, Элиза привела ее сюда с какой-то определенной целью и Акали лишь молчаливо поравнялась с ней, рассеянно прочитав пару имен ближайших могил. Ни одного из них она не знала. - Здесь покоятся те, кто сгинул в ночь Гнева Кенрю. – Произнесла Элиза вкрадчиво, заставив Акали изумленно захлопать глазами и мучительно уставиться на ряды ровных могил, высаженных, как грядки. Их было очень много. Около двадцати штук, если не больше. И все они погибли… примерно в одно и то же время. Лишь единицы среди присутствующих могил хранили в себе дату чуть позднее от той, когда погибла ее мать. Видимо, те погибли из-за болезней, о которых упоминал Ясуо. - Посмотри внимательно, дитя. – Произнесла Элиза, водрузив свою ладонь с цепкими руками на ее плечо. – Ты стоишь напротив тех, кто когда-то переступил черту и поплатился за это. - Что вы имеете в виду? – Растерянно спросила Акали, считая, что своим походом сюда Элиза хотела пробудить в ней какое-то сочувствие, но смысл ее слов нес совершенно другой посыл. - Я не жалею о смерти этих людей, моя дорогая. – Откровенно призналась Элиза, слегка наклонив голову вбок, все еще скрываясь за вуалью. – Все они превратили наш род в жадных бандитов, гонящихся за выгодой. Отец моего мужа-мерзавца сделал из нашей семьи Якудза, а себя объявил оябуном. Их стали интересовать только деньги и власть, которую они добывали всевозможными способами. Джомен забыли то, кем были – последними хранителями традиций и духовных ценностей. Магия исчезает из этого мира и Джомен всю жизнь являлись оплотом сохранности этой тонкой материи. Однако, прошлое поколение решило отбросить все это. Тяга за властью лежала через выгодные связи и моя бедная Майюми поплатилась за это. Акали молчала, анализируя сказанное и приходя к выводу, что она в действительности совершенно не знала истинной истории собственной семьи. Джомен были неидеальны во многом, особенно исходя из своей вражды с другой ее семьей. Однако, если верить словам Элизы, все, ныне мертвые, заслужили то, что на них обрушилось. А еще, Акали заметила, что среди присутствующих могил не было той, что принадлежала ее матери. - Госпожа Элиза?... – Робко обратилась Акали к стоящей рядом, на что та протянула: - Зови меня бабушкой, дорогая. Пожалуйста. - Бабушка, я не вижу здесь могилы моей матери. - Да. – Элиза глубоко вздохнула и указала на растущее вдали иссохшее дерево, подле которой стояла одинокая могила. – Оставшиеся в живых члены клана решили, что ее могилу нужно поставить вдали от этих людей. Ты хочешь подойти к ней? Акали кивнула и Элиза с необычной величавостью прошла по тропе, словно все следы ее старости и слабости сняло рукой. Девушка покорно шла за ней, замерев перед самым надгробьем, на котором неизменно было выгравировано имя и годы жизни. Ее взгляд грустно уткнулся в дерево, в корнях которого могила и покоилась. Оно было сухим и… кажется мертвым. От этого стало еще грустнее обычного. - У меня есть для тебя кое-что, Акали. – Произнесла Элиза тихо и она протянула в своих руках старый, пожелтевший от времени пергаментный конверт. – Это письмо. Для тебя. - От кого? - От твоей матери. – Провозгласила та вкрадчиво, наклонившись к ее лицу и Акали смогла, наконец, рассмотреть ее. Она еле сдержала в себе дрожь страха, увидев на старческом лице высокой женщины светящиеся алые глаза, сверху и снизу от которых располагались узкие щелки других светящихся бусин-глаз. Лицо Элизы хранило в себе крайне очевидные черты членистоногих. – Ах, прости… - из ее горла вырвался гулкий смешок, показавший в ее рту наличие и небольших жвал. -…я уже очень стара и моя суть почти сожрала меня. - Бабушка… - Акали проглотила вставший посередине горла ком. -…ты не человек, верно? - Я человек, но мать моя была йорогумо *, дорогая. – Произнесла Элиза с сухим смехом, очень похожим на кашель. – Не думай об этом. Акали смутилась и уткнула взгляд в письмо на собственных руках . Распечатав его, она принялась читать его, от строчки к строчке, чувствуя в своих глазах увеличивающуюся резь слез: «Я сижу в темнице собственного дома, клейменная как «позор семьи». Тебя у меня отобрали, и я слышу отсюда твой надрывной плач и крики. Мое сердце обливается кровью – мне все равно на собственную жизнь, ибо больше всего я переживаю за тебя. Когда мать говорила о том, что помешательство отца будет стоить мне жизни – я не восприняла ее слова всерьез. Как я ошибалась. Практически весь семейный совет согласился на мою казнь и прямо сейчас они думают над тем, что делать с тобой. Если каким-то чудом это письмо все-таки попадет тебе в руки, Акали, то знай, что я люблю тебя больше жизни. У тебя глаза твоего настоящего отца, а волосы и нос у тебя от меня. Когда ты смеялась от падающих тебе на лицо листьев сакуры, я словно слышала перезвон серебристых колокольчиков. Так странно, но грозу ты никогда не боялась, а наоборот – восторженно хлопала в ладоши, слыша грохот грома. И никогда в своей жизни ты не боялась Кенрю, которого ты всегда видела в отражении зеркал и воды, когда была совсем маленькой. Я спрашивала грозного стража – «Есть ли что-то, что ты любишь так искренне, как я люблю свою дочь?». К моему изумлению Кенрю ответил мне, чего не делал никогда и не с кем из тех, кто не принадлежал к числу избранных: «Люди так хороши в ненависти, что с удовольствием ненавидят даже самих себя. Однако, никогда не понимал я, как вы способны любить так страстно и искренне то, что так легко уничтожить». Кенрю был в чем-то прав. Людей очень легко сломать. Главное найти место, куда нужно посильнее ударить. Моим слабым местом оказалась ты. Глупо было надеяться, что все обойдется. Брат Тано предлагал мне побег, но я отказалась, наказав ему взять тебя и увести. Он так рискует! Но он был упрям. У него есть своя дочь, Ирелия, и он сказал, что не может позволить беззащитному ребенку умереть. Если его замысел удастся, то ты останешься жива. Вдали от Джомен. В безопасности. Я мечтаю, чтобы меня похоронили в корнях сакуры, которую я посадила глубоко в детстве. Дерево, скорее всего, погибнет – так чувствует мое сердце, но я хочу хотя бы первое время по ту сторону видеть и чувствовать красоту и изящество этого прекрасного дерева. Акали, если нам суждено встретиться друг с другом в мире мертвых, я покажу тебе, как нужно ухаживать за этим деревом. Я столькому хочу тебя научить… я обязательно это сделаю, если будет возможность… Я посвящу всю жизнь тебе… …даже в другой жизни…» Акали трясло. Она давно сидела на коленях, дочитывая последние строки старого письма, глотая слезы до тех пор, пока их не стало слишком много и они не вылились неконтролируемым градом горячего потока. В конце концов, она зарыдала в голос, пока на ее плечи опустились ладони Элизы, заботливо глядящие ее. Когда первая волна утихла и Акали смогла выровнять дыхание, сквозь слезы до нее донесся голос Элизы: - Сила Чистого Пламени способна даровать жизнь. Она не способна воскрешать, но даже без этого целительная сила этого дара поражает воображение. – Ладонь Элизы приподняла Акали за подбородок, заставляя посмотреть вперед себя и увидеть то, как на ее глазах иссохшее дерево сакуры стремительно поднялось, а на ветвях за несколько мгновений появились почки, а позже из них расцвели те самые завораживающие собой розовые цветы. – Разница только в том, что жизнь исцеление несут Слезы того, кто владеет им. - Я… могу исцелять и дарить жизнь? – Акали утерла слезы, вглядываясь в стремительно расцветающее дерево. - Я не сомневалась в том, что ты та, кого мы так долго искали, но это лишнее доказательство снимает все оставшиеся вопросы. – Элиза помогла девушке встать на ноги и по-отечески приобняла ее за плечи. – Я надеюсь, что ты назовешь это место своим домом, несмотря на то, что здесь случилось. Останься здесь ненадолго. Пожалуйста, дорогая. - Я… да. – Акали не стала долго отнекиваться. Она решила, что примет безмолвные извинения этих людей, согласившись отпустить прошлое. Быть может, в действительности своей, жизнь решила дать ей хоть какой-то подарок за все те мучения, которые она пережила, когда осталась без Кусе. в конце концов… семью не выбирают, ведь так? - Перед тем, как мы отпразднуем твое прибытие, - вновь проговорила Элиза, неожиданно сжимая свою цепкую ладонь на хрупком плече Акали, над которой она возвышалась чуть ли не две головы. – Мне нужно у тебя попросить кое-что. Видишь ли, как ты уже заметила, я совсем не похожу на человека. Мне остался год или меньше. Я совсем не желаю умирать, Акали. - Я.. могу вам как-то помочь? – Голос Акали чуть дрогнул, когда ее бабушка наклонилась к ней, заглядывая в лицо и невольно демонстрируя свою монструозную натуру в виде глаз и жвал. - Мне нужно немного твоей крови, дорогая. – Она невольно провела длинным пальцем с острым ноготком по бледной ладони рэперши в области пульса. – Драконья Кровь омолаживает и способна отсрочить мою смерть. Никто не сделает тебе больно – это все равно, что сдать кровь на донорство, так сказать. - Я… - Акали проглотила очередной ком, вставший поперек горла и сиплым голосом произнесла, искренне боясь отказать: -…да, к-конечно. Немного крови. Для вас… бабушка. - Очень хорошо… - Она выпрямилась и медленно последовала на выход из сада, пока Акали последовала вслед за ней на нетвердых ногах. *** *Призрак-паук, принимающий облик соблазнительной женщины. Во многих историях йорогумо в виде красавицы просит самурая жениться на ней или, чтобы вызвать доверие и сочувствие, принимает форму молодой женщины с ребёнком на руках, который на самом деле является паучьей кладкой.