Devil Fate

Акали спала крепким сном, когда ее брат, тайком даже от собственного отца, прокрался наружу и последовал в лес, надев теплую одежду и прихватив с собой телефон на случай непредвиденных обстоятельств. Его путь лежал прямиком к злосчастному месту, где он очнулся от ужасного падения на камни. Шишка на его голове все еще не зажила, но была уже куда меньше, чем прежде, а внутри мальчика закралось множество сомнений и вопросов, которые не давали ему покоя. Светя телефоном себе под ноги, он отыскал место, на котором очнулся – это была полянка, находящаяся возле реки, но все же – как и считал спасенный, достаточно далеко от воды. Озабоченный тяжелыми думами, о том, кто мог его вытащить, он не сразу заметил возвысившуюся над ним большую тень. Когда же это случилось, и он пугливо повернулся, то со странным изумлением узрел на покрытом мхом пне лисицу. Шен озадаченно нахмурился, смотря на зверя и, на всякий случай, готовясь к его атаке. Но той не последовало – белоснежная лисица смотрела на него своими золотистыми глазами так, словно хотела о чем-то спросить и суеверный, после своего чудесного спасения, мальчуган нашел в себе смелость лишь спросить: - Это ты меня спасла? Та повела ушами из стороны в сторону, после чего, махнула хвостом и быстро убежала в лес. Шен вздохнул. - Какой же ты дурак, Шен. – Хмыкнул он, почесав затылок, а после невольно задел шишку на лбу, из-за чего зашипел от боли. – Спасся и ладно – какая разница кто это сделал?.. Но не сам же я из реки вылез?.. Быть может, я узнаю об этом позже, но точно не сейчас. Ладно, пора домой. Он огляделся еще раз и, не найдя ничего примечательного, последовал обратно. Из кустов за ним наблюдали светящиеся хищные глаза. *** Ему определенно было очень неловко от искреннего внимания в свою сторону. Внимание противоположного пола всегда заставляло его теряться и чувствовать себя не в своей тарелке. Но ведомый тем, что эти девушки были близкими друзьями Акали, которые собирались начать с ней работать, он проявлял себя с самой лучшей стороны. И с самой терпеливой. - Простите, господин Шен, - Он сонно потер глаза, отворив дверь своей комнаты и воззрившись на Кай’Су в компании Ари. – Мы хотели поинтересоваться у вас… -…давайте выпьем, Шен!.. – Перебила ее Ари, продемонстрировав бутылку с янтарной жидкостью внутри. - Я, право… - хотел отказаться Шен, но взглянув в умоляющие глаза девушек и вспомнив, что завтра у него был выходной, а сегодня последняя возможность попрощаться с сестрой, он уступил. -…что ж, гостям не принято отказывать. Хорошо. А Акали?... - Она отошла вместе с Эвелинн в магазин. – Проговорила Ари легко, и не успел Шен очутиться, как та уже обвила его руку и интригующе стала заглядывать ему в глаза, отчего он терялся. Когда они все одолели несколько рюмок, Шен куда более охотно рассказывал об их с Акали прошлом, отвечая на интересные вопросы. За разговорами пролетело пару часов, за прошедшее время которых Ари успела осмелеть и не желала даже отсаживаться от него, заняв подле него вольготное место по правую руку. Когда Кай’Са отошла на кухню, чтобы принести других угощений, Шен, откровенно одурманенный алкоголем, позволил себе развязать язык: - Мне кажется, что мы когда-то встречались. – Пробормотал он, чувствуя внутри что-то странное каждый раз, когда он вглядывался в золотистые необычные глаза девушки, которая отвечала ему кокетливой ласковой улыбкой. – Очень давно. - Знаешь, у меня такое же чувство. – Легкомысленно призналась Ари, сразу же захихикав от этой фразы. *** Когда они прощались, а Акали придирчиво проверяла все ли она забрала из своей прошлой комнаты, Ари отыскала Шена на заднем дворе додзе – тот произносил какую-ту молитву подле небольшой заросшей мхом статуи дракона, в лапах которых была заключена жемчужина и колокол. У подножья статуи тлели благовония. Когда Шен закончил молитву и повернулся, встретившись с сидящей на веранде Ари, то несколько смутился при вчерашних воспоминаниях о том, что ему привиделось в пьяном угаре. Ему, вот ведь смешно, привиделось, что эта девушка имела за своей спиной хвосты!.. лисьи белые хвосты… Шену тогда еще странно подумалось, что Ари пошли бы намного больше черные волосы, нежели светлые. Интересно, к чему бы это? - Я пришла сказать, что мы готовы ехать. – Проговорила робко Ари, потупив взгляд вниз от смущения перед такими же стыдливыми воспоминаниями вчерашнего вечера. – Прости за вчерашнее, я была сама не своя. У тебя, наверное, есть девушка, а я… - У меня никого нет. – Ответил Шен автоматически, даже не подумав, а Ари против воли широко улыбнулась от этой новости, даже выпалив: - Правда? Как хорошо!... – Поняв, как это прозвучало, она тут же кашлянула и исправилась: - Т-то есть, прости… это… я просто… Шен позволил себе слегка рассмеяться и в расслабленном тоне заявить: - Мне, в принципе, приятно, когда такие эффектные девушки обращают на меня внимание. – Он сам смутился, но отрицать не стал – Ари действительно производила впечатление и ее навязчивость в некотором смысле была очаровательна. - Знаешь, поскольку мы пообещали присматривать за Акали, то… - Ари протянула мастеру боевых искусств листочек с набором цифр. -…это мой номер телефона. – Призналась та тихо, на что Шен волнительно провел пальцами по своей короткой бородке, чувствуя небольшой румянец на лице. – Если тебя будет что-то интересовать – что угодно! – звони или пиши. - Я приму к сведению. – Заверил тот, спрятав бумажку в широкий карман своего одеяния. Он написал тем же вечером, спросив, как они добрались и все ли у них хорошо. И спонтанно, начали переписку на всю ночь. Завтра это повторилось. Послезавтра. Всю неделю. Каждый день они говорили и говорили, даже забывая изначальную тему, из-за которой начали переписку. Постепенно, разговоры начали приобретать более глубокий оттенок – они оба делились друг с другом секретами и переживаниями. Закрытый и вечно отстраненный – у Шена оказалось очень много вещей, которые требовали выхода, а тысячелетняя кумихо, пережившая много людских поколений, всегда отвечала ему и вселяла в него уверенность. За этими жестами, наполненными заботой друг о друге, Шен первым отважился спросить девушку о том, что из себя представляло их общение, и куда это может привести. Тогда Ари впервые не знала, что ему ответить, но пошла на смелость и призналась в том, что чувствует к нему симпатию. Получив взаимный ответ – они оба стали лелеять возможность увидеться снова. Поездка в городок, что был ближайшим соседом нынешнего пребывания Шена, казался Ари предзнаменованием свыше. Когда девушка волнительно спросила его о возможности встретиться, тот, не задумываясь, ответил, что готов. *** Троица без каких-либо раздумий выбежала за пределы территории замка и села в машину. Эвелинн надавали на газ, и помчала по пустынным улицам, сотрясая пространство в мощном реве двигателя, пока сидящие позади девушки нервно пристегивались. - Откуда вы знаете, куда направилась Ари? – Спросила Акали сдавленно, когда вцепилась в сидение перед собой из-за резкого поворота спорткара, выехавшего на перекресток. - Когда Ари теряет контроль над собой, ею движут инстинкты животного. – Провозгласила Эвелинн, сверкнув гневно глазами в сторону водителя, который дерзко подрезал их. – Эй, урод, съеби, иначе будешь платить за это всю оставшуюся жизнь! - Охуела, что ли?? – Бородатый обладатель пикапа не пожелал уступать, из-за чего дива угрожающе скорчила гримасу, оскалив клыки и сверкнув глазами, после чего тот вскрикнул и тут же дал по тормозам, освободив дорогу. - Эви, нельзя полегче? – Поинтересовалась резонно Кай’Са. - Нет, и ты это знаешь! – Отозвалась та, вцепившись в руль своими ногтями так сильно, что на поверхности появились тотчас царапины. Спустя мгновение она вернулась к повисшему вопросу. – Ари сказала, что собирается с Шеном на свидание, значит, мы едем к нему, чтобы в случае чего – уберечь его от нее же. - ЧТО?? - Ари много лет голодала и не выходила на охоту. Ей нужны силы. Она будет брать их из людей. А поскольку у нас в округе не так много населенных пунктов, - Эвелинн прозаично взглянула в зеркало заднего вида. - Она начнет опустошать воспоминания людей слишком сильно. Будет очень иронично, если по итогу твой брат не будет всего этого стоить. - В каком смысле? - Ты можешь помочь выяснить. - Кай'Са посмотрела на Акали и сосредоточилась. - Попробуй вспомнить, был ли Шен когда-нибудь близко к смерти? Возможно, что случилось что-то, что ты не могла объяснить? Или болезнь? Что-нибудь, что можно списать на чудесное спасение или вроде этого? Акали задумалась, приложив ладонь к подбородку. Из воспоминаний, наполненных детскими шалостями, возникала лишь одна сцена и происшествие. - Однажды, когда мне было лет семь, Шен раскачался на тарзанке, но та лопнула, и он упал ударившись башкой об камни. Я тогда была мелкая и сразу начала реветь и паниковать, когда его начало уносить течением. Я сейчас вспоминаю об этом и понимаю, что он тогда ударился очень сильно и не шевелился в воде, когда его уносило. Он потом вернулся, но был злющим и угрюмым, с огромной кровоточащей шишкой. Бледный и холодный настолько, как будто он пролежал в реке не один час. Вы... Вы думаете, что Ари его спасла? - Мы узнаем это только от Ари. - Можно это узнать до того, как мой брат может пострадать?? - Акали, неужели не очевидно, что мы не дадим ему навредить? - Резонно и чуть раздраженно поинтересовалась Эвелинн, поскольку отвечать на вопросы и вести машину было крайне неудобно. - Ари тоже не хочет этого, очевидно. Мы просто говорим, что такая возможность есть. Если бы я об этом не сказала, было бы куда хуже, верно? - Мы все на нервах, но давайте сохранять спокойствие. - Призывала Кай'Са, миролюбиво погладив Акали по голове, чем неимоверно успокаивала. - Давайте помнить, что Ари наша подруга и она - хорошая! Акали, она не хочет вредить кому-либо. - Я... Понимаю. - Призналась Акали, водрузив потяжелевшую голову на плечо подруги. – Но чего не понимаю, так это зачем ей было спасать моего брата? - Это из-за проклятья… - внезапно проговорила Кай'Са и чуть съежилась под суровым взглядом дивы. -...Эви, она должна знать. - Она должна была узнать от нее, а не от нас. - Эвелинн была очень недовольна, судя по интонации в голосе, на что Акали сочувствующе протянула: - Я понимаю, что это жизнь Ари. Вы можете не рассказывать, если это так важно. - Хвосты очень важны для любой кумихо. – Начала Кай’Са с глубоким вздохом. - Если она по какой-то причине начнет их терять - она все больше начнет превращаться из Богини в обычную лисицу. Чем меньше хвостов - тем меньше сил, пока та не потеряет всякую возможность даже носить человеческий облик. В конце-концов, та начнет терять всякие воспоминания о своей прошлой жизни, вынужденная пожирать чужие, чтобы поддерживать в себе жизненную и магическую энергию. - Но я, кажется, видела у нее все девять хвостов. – Нахмурилась Акали. - Это была ее иллюзия. На самом деле у Ари их осталось около пяти… - Эвелинн глубоко вздохнула. -…хотя и эта информация может быть ошибочной. - Всего лишь пять? - Акали нахмурилась и что-то внутри нее сжалось. - Почти половина. Как кумихо вообще теряют свои хвосты? Эвелинн помрачнела, переключаясь на передачу пониже, чтобы войти в поворот, ведущий прочь из города на трассу. Уже там она переключилась на максимальную передачу, увеличив скорость до допустимых пределов. - Кумихо может потерять свой хвост лишь при одном условии. - Эвелинн выдержала тяжелую паузу. – По собственной инициативе. Каждый раз, когда Ари спасала кого-то, она жертвовала своим хвостом. - Но если хвосты для нее так важны, зачем она жертвует ими? Эвелинн глубоко вздохнула, задумчиво изучая дорогу прямо перед собой. После пары минут тишины она взглянула на Кай'Су через зеркало заднего вида и кивнула ей. - Когда-то очень давно, - начала Кай'Са вкрадчиво… Ари была Богиней Плодородия и почиталась одной деревней. Она ухаживала за урожаем крестьян, прогоняла вредителей и предупреждала людей о бедствиях. Труженики и фермеры любили и почитали ее. Вместе с верой людей росла сила Ари, и вскоре она из обычного духа превратилась в Богиню. Пару веков все было хорошо, но потом в опекаемую Ари деревню пришел неурожай. Крестьяне не понимали, что вечный обильный урожай истощает землю, и она была вынуждена давать ей передышку, чтобы та не обеднела, но те списывали это на ее капризы и обвиняли в том, что они не доедают, хотя сами не умели экономить. Потом пришла чума, и дети деревни начали умирать. Крестьяне молились Ари, и та подарила им свой первый хвост, из которого знахари сделали лекарство. Чума отступила, люди ликовали и потчевали ее. После, в деревню пришла война и крестьяне стали молить Ари, не о защите, а о возмездии и каре. Она отказалась, за что крестьяне сожгли несколько ее алтарей. На дым от поднявшегося пожара пришли солдаты. Случилась резня. Пережившие ее крестьяне начали снова жаловаться Ари, чтобы та помогла им пережить ненастья и не умереть с голода. Она согласилась и подарила людям еще один свой хвост. Так обедневшая деревня смогла пережить зиму, когда из ближайших лесов в кладовые и капканы начали сами запрыгивать кролики, куропатки и другая мелкая дичь. Шло время, деревня начала восстанавливаться после пережитого. На праздник Большого Урожая крестьяне позвали свою Богиню снизойти к ним и угоститься собственными дарами. Та согласилась и все мужчины тут же оказались очарованы ее красотой, из-за чего женщины затаили на нее обиду. Свободная и красивая, она манила мужей и сыновей многих женщин, из-за чего те гневались. Молодые девушки не хотели, чтобы их возлюбленные уходили к Богине-лисице, другие боялись, что от них уйдут их мужья. Тогда они начали требовать у Богини, чтобы она нашла себе мужа. Кумихо ответила, что выйдет замуж, но только за того, кого полюбит. Она около года присматривалась к зрелым одиноким мужчинам и молодым юношам, которые достигли совершеннолетия. Но никто из них не трогал сердце Ари кроме таинственного путешественника, чей путь прошел как раз через деревню, которую она опекала. Влюбившись в таинственного незнакомца, она встретилась с ним под покровом темноты, явившись к нему в своем завораживающем облике видной красавицы. Тот был очарован, и Ари пожелала уйти с ним, когда он пообещал взять ее в жены. Узнавшие об этом жители деревни не захотели, чтобы их Богиня ушла, и они пожелали разлучить влюбленную пару. Злые языки начали нашептывать путешественнику неправду о своей возлюбленной, гласящей, что та хочет убить его, как только он явится к ней и возьмет в жены. Путешественник испугался, но не стал слушать крестьян и сказал, что все равно придет к Ари. Тогда, в ярости, жители деревни напали и убили его, а тело выбросили в горную быструю реку. Она ждала его, своего суженного, который явится в назначенный срок. Но шли минуты, часы, дни, а он все не появлялся. В конце концов, ей стало ясно, что никто не придет. Человек обманул ее. Кумихо заплакала. Так сильно, что небеса начали плакать вместе с ней. Она не понимала, что сделала не так. Почему люди, ради которых она делала все - предали ее? Неужели им всегда было мало? - Так и есть. Людям действительно всегда мало. Люди не останавливаются на достигнутом. Никогда. - Это еще не конец истории. - Мягко прервала Кай'Са речь Эвелинн. - Пожалуйста, расскажи, что было дальше. - Попросила Акали, на что хореограф вздохнула и покорилась... Когда слезы кумихо высохли, птицы рассказали ей правду о том, что произошло. Она помчалась к реке и стала молить водных духов, чтобы они вернули его тело. Они запросили цену. Ее хвост. Кумихо согласилась. Ее возлюбленный был возвращен к ней. К сожалению, она не могла ничего сделать – тот пролежал в воде слишком долго. Тогда она решила увидеть его воспоминания, и правда, которая ей открылась, разгневала кумихо. Ярость и ненависть поглотили ее, и она обратилась из Богини Плодородия, в Падшую Богиню. Она явилась в деревню, охваченная жаждой крови и начала убивать. Вся злоба, что томилась в ней веками, была освобождена в тот же миг. Когда приступ ярости прошел, и кумихо огляделась среди растерзанных ею трупов, она стала плакать сильнее прежнего. На нее, как и на всех Падших Богов, легло проклятье той земли, что кормила и давала жизнь, а после – обагрилась кровью. - Но причем здесь Шен? – Перебила Акали историю. - Проклятье, которое не дает Ари снова стать Богиней, заключается в том, что она должна спасти чью-ту невинную жизнь, а после, по достижению совершеннолетия, они должны разделить поцелуй. Загвоздка всегда в том, что как только Ари дарит кому-то жизнь, она забывает его лицо, имя, даже то, какого человек пола, или когда она подарила ему жизнь. Она много раз спасала разных людей, но потом никогда не могла вспомнить, кто это. Но сейчас у нее появился шанс исправить свои ошибки. Если это твой брат, то Ари, наконец-то, сможет избавиться от проклятья. - Но из-за того, что она долго голодала, может навредить ему. – Медленно осознавала Акали погружая в волосы свои вспотевшие от волнения руки. – Мы можем этому помешать? - Ари заслуживает шанса, Акали. – Неожиданно твердым голосом проговорила Эвелинн, заставив рэпершу напрячься. Голос дивы никогда не был таким угрожающим по отношению к ней. – Мы понимаем, что он твой брат, но ты, определенно, перешла границу по своей опеке к нему. - Я… - Акали хотела возразить, но так ничего и не сказала. Эвелинн была права. Она перегнула палку и обидела подругу. -…прошу прощения. Шен единственный, кто у меня остался. Я хотела, чтобы он жил нормальной жизнью, в отличие от меня… я до сих пор привыкаю ко всему этому и мне временами так страшно, что хочется плакать. Акали смолкла, почувствовав ласковые руки на своих плечах, которые медленно притянули ее к груди. Кай’Са погрузила руки ей в волосы и начала гладить, открыто успокаивая и давая понять, что все было хорошо. Эвелинн выглядела очень суровой, продолжая вести машину и Акали было больно осознавать, что она повинна в том, что даже полюбившаяся ей девушка пребывала в таком расположении духа. - Из-за своего проклятья природа Ари изменчива. – Произнесла тяжело Эвелинн, помрачнев. – Она добрая Богиня, но обратилась Падшей – это значит, что она каждый раз борется с тьмой, что поселилась внутри нее. Она давно стала частью Ари и встретившись с Шеном, который может положить конец ее бессилию, тьма внутри нее может взять над ней власть. - Она убьет его? – Дрожащим голосом спросила Акали. Эвелинн сощурилась и помрачнела сильнее: – От Шена ей нужен поцелуй, который вернет ей силы, но не факт, что темная сторона ее Проклятья пожелает так просто оставить его. Она может не ведать, что делает, и сопротивление вблизи того, кто может подарить ей могущество – растает куда охотнее, чем кажется. Нам нужно как можно скорее отыскать их. *** Дела в новой школе шли плавно и более-менее легко. Это нельзя было сравнить с тем, как дела обстояли в родной Кинку, особенно, когда школа его отца процветала, но заработанная репутация делала свое и за последние пару месяцев Шен заимел в небольшом городке большое уважение. Как учитель он пытался во многом делать то, что делал Кусе, изредка давая волю собственным «авторским» нововведениям в преподаваемых дисциплинах. Связи со старыми знакомыми и друзьями отца позволили ему найти выгодное местечко – среднее по заселенности место вроде поселка городского типа, от которого до большого города около часа езды на машине. Также здесь присутствовали регулярные автобусные маршруты, позволяющие маленькому населенному пункту вполне комфортно существовать. - Выше руки, ноги на ширине плеч, не забывайте об этом. – Спокойным, но строгим голосом отозвался Шен, наблюдая за тренировками мальчишек. Начать обучение Шен решил с занятий с детишками, и ему это даже в некоторой степени нравилось – на него смотрели с очень большим почтением и трепетом. К тому же, его сразу окутывали ностальгические воспоминания молодости, когда Акали допустили к занятиям и долгое время именно он учил ее, под присмотром Кусе. Среди этих забияк были светлые головы, другие нуждались более в долгой работе. Каждому нужно было свое время, но Шен уже с улыбкой представлял, как мог бы посодействовать этому. В такие моменты он ясно понимал причину, по которой Кусе так любил свою работу. - Перерыв. – Объявил Шен, вставая с колен, и мальчишки тут же устало повалились на маты, предаваясь безделью. Их учитель, задумчиво нахмурившись, устремился из додзе на веранду. Это был не их с Акали дом, в котором прожило много поколений, но здесь было довольно комфортно и уютно, благодаря свежему ремонту и обстановке. Он вознес взгляд к горизонту, видя, что время потихоньку стремится к вечеру. У него было еще достаточно времени, чтобы дать мальчишкам небольшую разминку, отпустить их домой и подготовиться к свиданию, из-за которого он сегодня изредка улыбался. - Сенсей Шен!!... – воскликнул голосок одного из его учеников и тот тут же поспешил обратно в додзе, где столкнулся с взволнованными учениками. Те улыбались, смеялись и возбужденно переговаривались, пока к ним не подошел учитель. Все они хором указали на вход в додзе, где Шен с изумлением заметил стоящую в проеме главных ворот Ари. Та ответила ему помахиванием ладони и легкой улыбкой. Обернувшись на смеявшихся мальчишек, учитель смерил их строгим взором и кивком указал на одну из зал додзе. - Ждите меня и тренируйте удары, пока я не вернусь. – Проговорил он и как только те уныло скрылись, Шен медленно последовал навстречу к девушке. – Здравствуй. - Здравствуй. – Поздоровалась Ари с небольшим трепетом в голосе. В ее глазах Шен увидел много неясных эмоций, среди которых очень ярко выделялось беспокойство и… страх?.. сказать было сложно. – Прости, что я пришла так скоро, ведь, мы договорились на другое время и… - Ничего страшного. – Уверил мягко Шен, скрывая за собой такое же волнение от долгожданной встречи. Все же, преодолев смущение, Шен спросил: - Ари, что-то случилось? - А? – Та захлопала глаза и неудобно потупилась. – Просто немного… повздорила кое с кем. Шен быстро понял, в чем было дело, и обреченно вздохнул: - Акали узнала, что мы собираемся встретиться? Ари кивнула и присела на лавочку. Шен, чуть погодя, сел рядом и, желая показать соучастие в происходящем, робко взял девушку за руку, чуть улыбнувшись оттого, как Ари сжала его руку в своей. - Не злись на нее, хорошо? – Попросил Шен, другой рукой погладив сжатую девичью ладонь. – У нас никого кроме нас самих больше не осталось. Она всегда была очень ревнива по отношению к тем, кто ей очень дорог. - Я не злюсь на нее. Даже в некоторой степени понимаю это. – Произнесла тихо Ари, позволив себе расслабиться и мягко опереться головой о крепкое твердое плечо парня. От него пахло травами, а обостренный нюх кумихо чувствовал и аромат свежести после грозы. Как же ей было хорошо от простого присутствия этого человека рядом с ней. Она начала забывать это чувство и то, как может быть приятно от одного осознания чьей-то привязанности к себе, вызванной не ее чарами. Оказавшись к Шену так близко, ей отчаянно хотелось молиться, чтобы ее природа не возымела над ней власть именно сейчас. Ей было уже даже все равно, был ли он тем, кого она спасла когда-то давно. Ари хотела просто остаться вот так – наедине с человеком, который вызывал у нее давно позабытые ощущения. - Знаешь, ты только не злись, но… - Шен чуть усмехнулся, кинув на прижавшуюся к его плечу Ари веселый взгляд. -…мне кажется, что тебе пошли бы больше черные волосы. Не знаю почему. Сердце Ари пропустило громкий частый удар, заставивший ее зарумяниться и уткнуть взгляд вниз. Высшие Силы, знал ли этот человек, что за власть он имеет над ней – бессмертной кумихо?? Она могла заставить сотни мужчин и женщин поклоняться ей, но в силах был лишь Шен так влиять на нее. Одними лишь словами и взглядом этот смертный мог заставить ее чувствовать себя по-настоящему живой и нужной. - Раньше у меня были черные волосы. – Призналась Ари, вспоминая свое трагичное прошлое, но от взгляда льдистых глаз тревоги ее забывались. – Поэтому ничего удивительного. - Интересно, а мне бы пошли светлые волосы? – Со смехом поинтересовался Шен, желая развеселить чуть угрюмую Ари, и когда та засмеялась в ответ, он приободрился, даже слегка зарумянившись от смущения. – Да, я бы потерял статус угрюмого строгого учителя боевых искусств, ты права. - Я отвлекла тебя от важных дел. – Проговорила Ари, вспомнив, что явилась раньше назначенного часа. - Ничего, осталось немного. – Уверил Шен, с вздохом вставая на ноги. – Подождешь тут около получаса? - Да, не переживай! – Отозвалась Ари с улыбкой, скрывая внутреннее напряжение от закравшихся сомнений. Шен ушел, оставив кумихо в одиночестве. Та судорожно пыталась взять себя в руки. Ей нельзя было приходить сюда. Она подвергнет опасности очень близкого ей человека. Зов чужих воспоминаний был слишком сильным. Ей даже толком не удавалось вспомнить то, как она сюда добиралась. Много ли кто успел пострадать от нее? Вечно ненасытная и голодная. Нужно уходить!... Ари, ну же, уходи!.. И тут Ари услышала темную сторону своего эго, шепчущую о долгих веках в шкуре Падшей Богини, о людях, что предавали ее и молили о пощаде, едва им было что-то от нее нужно. Они сами были виноваты в том, она убила их. Они заслуживали смерти. Один поцелуй и она снова сможет вернуть себе свои хвосты и стать Богиней, как было прежде. Всего лишь одна жертва. Нет, так нельзя! Шен был единственным за такое долгое время, кто смог противостоять ее чарам, а это значит, что у него чистое сердце и он заслуживает того, чтобы он жил дальше. Он заслуживает куда лучшей жизни, чем… «приключения с лисицей-оборотнем». Акали была права. Она ничего не сможет дать ему кроме проблем и мучений. Лучше уйти и забыть дорогу сюда, чем подвергнуть этого чистосердечного человека участи, которую он не заслужил. Людская жизнь так скоротечна, что отбирать ее просто бесчеловечно. «Простите все, но я не в силах сопротивляться…» - мысленно взмолилась Ари тем, кто мог бы это слышать, когда Шен появился перед ней с ласковой улыбкой, протянув ей руку. Она без сомнения последовала за ним, даже не удосужившись послушать то, куда он хотел повести ее этим вечером. Она просто позволила себе обхватить руками подставленный ей локоть и слушать приятный голос, который обволакивал ее, словно теплая шелковая волна. Руки Шена были крепкими и сильными, и каждый раз, когда они робко ложились на ее тонкую талию, Ари замирала на месте, словно ей никогда в жизни не доводилось чувствовать подобного. Близость, подобная той, которая происходила сейчас, заставляла кумихо забыться и представить на пару мгновений, словно она была самой обычной девушкой. Когда-то очень давно, в забытые века и времена, ей уже доводилось чувствовать подобное. Ей искренне хотелось, чтобы объятья сильных рук не покидали ее, чтобы шелковый и глубокий голос не замолкал, а льдистые глаза не переставали смотреть на нее так, словно она была чьим-то центром мира. - Как тебе живется здесь? – Спросила тихо, Ари, когда прогулка по городу завела их на высокий холм, откуда открывался вид на растелившийся внизу населенный пункт. Выше этой точки располагался лишь красивый храм, расположенный на самой вершине. - Тут спокойно, люди добрые, дети веселые – мне нравится. – Отозвался Шен кратко, медленно следуя по тропке, устланной камнями, невольно приближаясь к храму. Ари следовала за ним, не отпуская его руки. – В Кинку мне всегда казалось, что за мной присматривает отец, когда его не стало. Тут… как-то без этого очень пусто. Надеюсь, что я не расстроил его из-за своего переезда. Ари сочувственно свела брови на переносице и мягко заставила Шена остановиться, чтобы взглянуть вместе с ней на закат – солнце медленно закатывалось за горизонт, утопая в здешней реке, словно ныряло на его глубину и вода от этого окрашивалась в потрясающий золотисто-алый оттенок. Похожие закаты она любила наблюдать, когда была еще молодой. - А еще здесь потрясающие виды. – Хмыкнул Шен, кинув взор на закат, и улыбнулся чуть шире, когда Ари робко вновь к нему прижалась. – Ты не скучаешь со мной? - Что? – Ари изумленно воззрилась на него и сдавленно засмеялась, из-за чего брюнет чуть растерялся, но очень быстро улыбнулся в ответ, заметив искорки веселья в золотистых глазах. – Конечно, нет. Мне намного комфортнее с задумчивым парнем, чем с пустозвоном. - О. – Многозначительно отозвался тот. - Хорошо, я буду знать об этом. Идиллию уединенного момента прервал детский крик, раздавшийся неподалеку от них. Переглянувшись друг с другом, они оба поспешили на его источник и, пройдя в чащу неподалеку, увидели плачущего у подножья дерева мальчишку, который держался за ногу, которая была придавлена большим камнем. - О боже… - Шен мгновенно подскочил к ребенку. -…не волнуйся, мы сейчас поможем! - Сможешь поднять камень, Шен? – Ари опустилась возле ребенка на колени и вытерла его слезы. Их влага и жар заставили ее рассеянно вспомнить о том, как когда-то в прошлом она похожим образом успокаивала детей из своей собственной деревни, что, бывало, калечились в лесу или полях. – Не плачь, малыш. - Я, кажется, сломал ее… - проскулил мальчик, зажевав нижнюю губу, но покорно смолк, когда Ари с улыбкой прикоснулась к его лбу ладонью и заставила уткнуться в ее плечо, принявшись поглаживать по хрупкой содрогающейся спине. Обернувшись через плечо, она скомандовала: -…подопри камень палкой и я вытащу его ногу из-под него. - Да! – Согласился Шен и устремился в чащу, вернувшись через минуту с крепкой палкой. Подперев валун, он оперся на него всем весом и когда тот приподнялся, Ари тут же вытянула поврежденную конечность, все еще держа мальчика на своих коленях. Опасения ребенка оказались не беспочвенными – нога действительно оказалась сломана. Поняв это, Ари улыбнулась согнувшемуся почти пополам Шену и проговорила: - Принести лист лопуха, я помогу его ноге. - Что-то серьезное? – Обеспокоился Шен, но прежде чем он успел взглянуть, Ари чуть отвернулась с ребенком на руках от него и махнула свободной рукой. Тот не стал спорить и отправился за указанным. Когда лист был принесен, кумихо взяла его и сказала: - Смотри на Шена, малыш. – Она ласково ему улыбнулась и подмигнула. – А то магия не получится. - Магия? – Изумленно похлопал тот глазками, но покорился, когда Шен с улыбкой сел рядом и отвлек на себя его внимание. Ари, достав из кармана джинс небольшую алую ленту, поднесла лист к своим губам и, коротко поцеловав его, приложила к раненой ноге, обвязывая в замысловатом узелке. Мальчик перестал плакать. – Не болит. – Удивленно констатировал тот, воззрившись на обвязанную листом ногу. - Только не вздумай снимать, пока не взойдет солнце. – Провозгласила Ари с хитрой улыбкой, невольно ткнув мальчика в курносый носик. – Иначе магия рассеется, и нога опять будет болеть. - Х-хорошо! – Отозвался тот с засиявшими глазами и, опершись о руки Шена, встал на ноги. Для убедительности, он робко потопал ногами, после чего, обменявшись улыбками с Шеном и Ари, пошел в сторону города, начав спускаться по тропе. - Я думал, что от такого камня у бедолаги точно будет сломана нога. – Протянул Шен, помогая Ари встать с колен, и пока та отряхивалась от травы, он огляделся по сторонам. – Ловко ты его успокоила. - Дети прелестны тем, что их легко ввести в заблуждение. – Протянула Ари с беззлобной усмешкой. – Хотя, взрослые, зачастую мало чем отличаются от детей. - Знаешь, в такие моменты я вспоминаю то, что со мной произошло очень давно в детстве.- Отозвался Шен с усмешкой, вознеся взгляд в кроны деревьев, пока они медленно выбирались из чащи. – Я на веревке нырял в реку, как та внезапно порвалась и я ударился головой о камни. Не помню, кто или что меня уберегло, но я очнулся на полянке среди цветов, на голове у меня была шишка, а потом пару дней мне снилось, что как будто белая лиса поделилась со мной хвостами, чтобы спасти меня. Увлеченный воспоминаниями, он не увидел того, как изумленно вытаращилась на него Ари и что за эмоции отразились в ее золотистых глазах. Парой мгновений позже он ощутил на своей руке уже знакомые тесные объятья девушки и, изумленно воззрившись на нее, Шен улыбнулся и позволил себе погладить ее по голове. Устроившись на небольшой скамье, находящееся сразу возле храма, он услышал от Ари вкрадчивое: - Тебя спасла кумихо. – Оторвавшись от плеча, в которое она уткнулась до этого, она улыбнулась Шену так ласково, как только могла. – Наверное, она посчитала тебя невинным человеком с чистым сердцем и уберегла от смерти. Это хороший знак, Шен. Тот улыбнулся в ответ и чуть посмеялся, сделав объятье между ними слегка теснее. Когда солнце скрылось за горизонтом и все вокруг начало темнеть, ветер, подувший со стороны храма, подле которого они сидели, заставил Ари напрячься и сделать хватку на чужой руке сильнее. Озадачившийся Шен тут же изумленно вскинул брови, пока от Ари с затуманенным взором не послышалось: - Мы можем уйти отсюда? – Ее язык заплетался и она не могла сказать, что близость священного места заставляет ее чувствовать себя нездорово. - Да, конечно, если хочешь. – Они тут же встали и стали спускаться вниз по тропе и прямиком с холма. Ари стала мрачной и не находивший этому никакого объяснения, Шен погрустнел. Что такое между ними сейчас произошло, что девушка внезапно была сама не своя? Буквально пару мгновений назад эта прекрасная девушка ему улыбалась и даже любяще прижимала к груди плачущего ребенка, а сейчас стала нечитаемой, угрюмой и ужасно напряженной. - Ари, с тобой все хорошо? – Тревожно спросил Шен и, не дождавшись от нее ответа или какого-либо взгляда, медленно приостановился, уткнув взгляд в ее опущенную голову. – Прошу, посмотри на меня. Я как-то тебя обидел? Она не отвечала, вместо этого ее руки впились в плечо Шена с каким-то неясным отчаянием, не совсем понятным – либо боясь его отпустить, либо же наоборот – стремясь оттолкнуть от себя. Так или иначе, когда она подняла на него взгляд, в Шена впились хищные щелки, заставившие его испытать дрожь ужаса. Не успев сделать что-либо, хрупкие на вид руки схватили его так крепко, что он бесконтрольно вскричал, почувствовав, как в кожу впились внезапно заострившиеся ногти девушки. Его, подобно тряпичной кукле, прижали к ближайшему дереву и в лицо Шена донесся вопрос, произнесенный словно множеством голосов в унисон: - П̵̖̚о̷͖̑ц̴͙̏е̸̝͊л̵̨̍у̸̢͠й̸̡̛ ̵̃͜м̵̩̇ӗ̷̢н̷̞̕я̴͂ͅ,̷̤̒ ̵͙̒Ш̷̻̀ӗ̵̭н̸͔̓.̴͈̀.̸̳̈́.̷̠̅