Трудное решение

      Гермиона одной из первых сдала работу по Истории магии и теперь нетерпеливо дожидалась конца СОВ, сидя за партой в Большом зале. Экзамен писали все, а потому между рядов то и дело сновали профессора, следившие за четырьмя десятками учеников, чтобы те каким-нибудь образом не списали.       — Профессор Флитвик, — Симус Финниган деловито поднял руку, и к нему скорой походкой засеменил крошка-преподаватель. Гермиона прислушалась. — Прошу прощения, сэр, но тут такое дело…       — Позвольте, позвольте, как же это? — тот с удивлением уставился на располовиненное вдоль стержня красивое лебединое перо. — Видимо, не выдержало нервного напряжения и сломалось. Одну секундочку. — И он немедля левитировал с преподавательского стола одно из гусиных перьев. — Пожалуйста.       Поблагодарив, Симус принялся с быстротой молнии писать ответы на экзаменационные вопросы, хотя до этого еле-еле елозил по бумаге.       — Мошенник, — шепнула ему в спину волшебница, но Финниган лишь усмехнулся. Его план прекрасно сработал, и теперь он писать работу пером, на котором не лежало заклятие против жульничества. Гермиона закатила глаза, но Флитвику ничего не сказала.       Сидевший тут же, неподалеку, Рон с досадой поморщился, коря себя за то, что сам не догадался провернуть такой же трюк, только прежде Симуса. Его куцее сочинение всего из двух абзацев было полно воды, и более, чем на оценку Слабо, он даже не рассчитывал. Рон поискал глазами Гарри и заметил, что тот вообще спит, уткнувшись лицом в парту.       — У вас осталось не более двух часов, — обратился к ним высокий старик из членов экзаменационной комиссии. — Рекомендую закругляться с вопросами и переходить к сочинению. Мисс, если Вы закончили, то можете сдать работу.       Гермиона тут же отправила главе комиссии длиннющий пергамент, и ее примеру последовало еще несколько учеников. Волшебник из любопытства развернул его и с уважением приподнял брови. Такого содержательного эссе ему давненько не приходилось встречать. И уж тем более, он ни разу не видел, чтобы ученик заколдовывал перо и надиктовывал ему то, что было нужно. Руками такой «трактат» пришлось бы писать до вечера. Он качнул ей благожелательно головой, отчего Гермиона зарделась, и перевел глаза на уснувшего за партой мальчишку. После чего сделал коллегам знак.       — Мистер Поттер, — шепнул озабоченный Флитвик и легонько потрепал Гарри по колену. — Мистер Поттер, проснитесь, Вы же на СОВах. На Вас смотрят! — Он озабоченно глянул на волшебника, который дергался во сне и даже как будто стонал. Лицо юноши было бледно, волосы на висках склеил холодный пот.       Флитвик снова протянул руку, чтобы на этот раз точно разбудить его, но Гарри сам неожиданно проснулся, подскочив на стуле, и повалился на профессора, после чего они оба завалились на пол. Ученики вокруг засмеялись.       — Мне… мне скорее надо на улицу, — поправив очки, пробормотал Гарри и помог подняться Флитвику.       — Вам нехорошо? — проблеял профессор.       — Да! То есть нет. Мне нужно… скорее на улицу. — И, видя, что Флитвик вот-вот собирается возразить, заверил его, что ничего нового написать уже не в силах. Гарри буквально всучил ему работу и, свалив вещи в сумку, поспешил к выходу. — Пожалуйста, профессор. — Он таким умоляющим взглядом смотрел на Флитвика, что тот отпер для него двери, и Гарри сразу покинул Большой зал. Профессору ничего не оставалось, как повернуться лицом к комиссии и, как бы извиняясь, пожать на это плечами.       Рон выкатил на Гермиону глаза. Когда Гарри шел вдоль прохода, он заметил, с какой силой тот хватался за шрам. Очевидно, дело было серьезное, и лучше бы им перехватить его, пока он не натворил чего-нибудь в одиночку. Гермиона, прочитав его мысли, кивнула и мгновенно вскочила на ноги. За ней поднялся и Рон. Флитвик в растерянности уставился на обоих.       — Профессор, будет лучше, если мы пойдем вместе с ним. Если Гарри нехорошо, стоит проследить, чтобы он дошел до Больничного крыла или хотя бы до Гриффиндорской гостиной.       — Но это запрещено… Правила…       И тут за спинами ребят раскатилось болезненное мычание. Флитвик, Гермиона и Рон разом обернулись. Невилл держался за нос, из которого текла кровь, и мелко-мелко дрожал.       — Пвофефор, ме тофе нато выти, — промычал Долгопупс, пошатываясь, и Рон с Гермионой, как по команде, подхватили его с обеих сторон, готовые вести товарища хоть пешком до больницы св. Мунго. Малыш-профессор поник.       — Что тут происходит? — высокий, худощавый волшебник из комиссии, подлетел к ним, стараясь говорить как можно тише. — Зачем Вы устраиваете представление из экзамена? Профессор Флитвик, это Ваши ученики?       — Простите, мы не хотели, но мы уже уходим, — заверила их Гермиона. — Пожалуйста, можно нам проводить Невилла до мадам Помфри?       Старый волшебник невольно оглянулся. Никто более не скрипел перьями по пергаменту, все смотрели только на разыгравшуюся сцену. И старик махнул Флитвику рукой. Мол, делайте, что хотите, только заканчивайте побыстрее балаган. Так Невилл, Гермиона и Рон оказались в коридоре. Но Гарри поблизости не было.       — Куда же он мог уйти? Он говорил, что ему срочно понадобилось на улицу. Нужно проверить вне замка. Невилл, тебе, правда, нужна помощь?       Но Долгопупс лишь сунул в карман руку и, нашарив там подозрительно знакомую конфету, отправил ее в рот и сказал:       — Все в порядке, я только решил помочь. Я знаю этого волшебника из комиссии: он ни за что бы не отпустил вас просто так. — Невилл снова притворился, что еле-еле стоит на ногах, и Гермиона одобрительно кивнула.       Они трое помчались из замка, на ходу распахивая дверь. Навстречу им двигались Джинни и Полумна.       — Вы видели Гарри?       — Нет, все это время мы были на улице, — нахмурилась Джинни. — Никто из замка не выходил.       Гермиона со злостью дунула на волосы, но ей сразу полегчало. Стало быть, Гарри еще в замке, нужно только его найти. Они поспешили вверх по лестнице, но на удачу друзей волшебник первым отыскал их. И, к большому изумлению Гермионы, за ним вприпрыжку бежал Виктор Крам.       Заметив их, Гарри мигом подскочил к Рону и Гермионе и сбивчиво, срываясь на шепот, заговорил:       — Я видел его, Сириуса, во сне! Как тогда, в канун Рождества, когда напали на мистера Уизли. Его поймали Пожиратели, и теперь он в Министерстве! — Гарри ждал какой-нибудь реакции, но друзья смотрели на него в ступоре: все, как один, с разинутыми ртами. — Вы поняли, что я сказал?! Сириуса держат в Министерстве! Его… — он сглотнул, переводя дыхание, — его схватил и пытает сам Волан-де-Морт…       Рон вылупил от ужаса глаза. Джинни в испуге закрыла лицо руками, а Гермиона негромко вскрикнула. И только Полумна очень серьезно и торжественно сказала:       — Если коротышка Бордман в опасности, его нужно спасти. Ты за этим и собирался? В Министерство? — Гарри обалдело посмотрел на Полумну и молча кивнул. — Тогда мы можем попасть туда через камин. Это будет намного быстрее. Надо только достать немного летучего пороха.       Но Гарри замотал головой.       — За этим я и ходил к Виктору. Он говорит, что это бесполезно. Связи нет.       — Я не могу связаться с родителями ни через свой камин, ни через тот, что находится в учительской, — сурово вставил болгарин.       — Вот видите! Я не удивлюсь, если Амбридж или Малфой специально устроили это!       — Подожди, — нахмурилась Гермиона, задумчиво потянув Гарри за рукав. Его так и подмывало сорваться с места и бежать без оглядки на выручку. — А вдруг, это обман? Мы должны убедиться, что Сириуса действительно нет дома.       — Гермиона, как?! Эта жаба отключила от каминной сети весь замок. Ты же его слышала. Как еще, по твоему мнению, я должен связаться…       Он вдруг резко умолк. Рот приоткрыт, взгляд совершенно отсутствующий. Все потому, что Гарри вспомнил о подарке крестного, который тот вручил ему на Рождество, и мигом помчался в Гриффиндорскую башню.       — Куда ты?! — припустив за ним, прокричала вслед Гермиона.       — Я должен кое-что проверить. Ждите здесь!       Перескакивая через ступеньки, он помчался по лестнице, оттуда в тайный переход и снова вверх, на седьмой этаж замка. Влетел в безлюдную гостиную, без церемоний распахнув портрет, и чуть было не запнулся о Живоглота. Испуганное животное успело шмыгнуть от него в сторону, однако вместо того, чтобы зашипеть или обиженно мяукнуть, кот внимательно уставился на волшебника. Когда через минуту или две тот снова выскочил из спальни, на нем буквально не было лица, и он все время повторял одно и то же:       — Его нет, его нет! Значит, правда, Сириуса держат в Министерстве!       Волшебник вылетел наружу так же быстро, как появился. А Живоглот, едва проводил его глазами, неуклюже полез на кресло, откуда еще более неловко взгромоздился на окно и уселся на широкий парапет.       Примчавшись вниз, Гарри сунул друзьям волшебное зеркало и наспех объяснил, что действует оно наподобие магловского телефона.       — Я совсем позабыл о нем. Но Сириус говорил, что по нему мы всегда сможем связаться, где бы оба ни находились. Я вызывал его несколько раз, и каждый раз оно окутывалось дымкой и как бы бледнело, а потом я всегда видел одну только темноту.       Он показал друзьям почти черное зеркало в обрамлении слоновой кости. Гермиона взяла его в руки, внимательно присматриваясь.       — Это не темнота, Гарри. Та часть, что осталась у Сириуса… — она подыскала правильное слово, — она как будто закрыта какой-то тканью. Может, зеркало у него в кармане, а он не может с тобой говорить.       Она сама была не рада, что пришла к такому выводу. В следующий миг Гарри сорвался с места и кинулся в открытые ворота Хогвартса, резко забирая направо. Остальные бросились за ним.       — Куда ты идешь? — испуганно вопрошала Джинни, безуспешно пытаясь его нагнать, но когда он ее проигнорировал, обратилась с тем же вопросом к Гермионе. — И как он вообще собирается туда попасть?       — А разве еще не ясно? Это же очевидно! — подчеркнуто громко ответила ей волшебница, так что даже Гарри замедлил шаг, а затем нехотя остановился. — Он направляется к тайному ходу под Гремучей ивой. Гарри собрался в Хогсмид, чтобы вызвать Ночного рыцаря. Только одно он забыл, что Министерство сняло автобус с рейса!       Тот остолбенел, как громом пораженный. Гарри же сам читал об этом совсем недавно, в пилотном выпуске «Пересмешника». В конце зимы кондуктор Рыцаря, Стэн Шанпайк, бесследно исчез. Эту новость не афишировали, но ему пытались подыскать какую-то замену. Когда же в отделе транспорта наконец сообразили, что охотников болтаться на скорости, в шесть раз превышающей скорость звука, попросту нет, то маршрут очень быстро закрыли.       — Ну и что ты предлагаешь мне делать?! — в каком-то отчаянии закричал Гарри. Не на Гермиону, а просто от безысходности. Камины перекрыты, зеркало не сработало, а единственный путь до Лондона отныне не существует. Еще оставался поезд, но ходил он лишь по выходным и особым дням, вроде начала и окончания каникул, а потому Хогвартс-экспресс он, не раздумывая, отбросил. — Я просто возьму «Молнию» и полечу на ней в Лондон.       — Без моей помощи вам не преодолеть магического барьера, — неожиданно донесся до них свистящий голос Виктора, и все, как по команде, расступились. Крам не был мастак передвигаться быстро по земле.       — О чем он, Гарри? — переспросила Джинни. — Какой еще барьер?       — Защита, окружающая Хогвартс, — с горечью в голосе отозвался Гарри. Он знал, что болгарин, скорее всего, окажется прав. — Это было первое, что сделал директор, когда узнал от меня о возвращении Волан-де-Морта — наложил чары на замок.       — Барьер подчиняется только ему, преподавателям и работникам Министерства. Я сниму его, но только если отправлюсь с вами, — повторил тот с горячностью, совсем уж неожиданной для вечно хмурого Крама. — Если хотите, я даже трансгрессирую вас туда. Но за раз мне не удастся забрать больше одного человека.       — Нет, это слишком долго, — мотнув головой, возразила Гермиона. Она была против участия Виктора в их операции по спасению Сириуса, но понимала, что спрашивать разрешения тот у нее не будет. — Даже если вы отправитесь туда вдвоем, переместиться за один-два прыжка все равно не выйдет. Лондон далеко. К тому же, это слишком опасно. Да и в парной трансгрессии участвовала только я одна.       — Мы стоим тут и теряем время! — не выдержал Гарри и заходил взад-вперед, хватаясь за волосы. — А Сириуса между тем пытают в Отделе тайн!       — Я знаю, Гарри, но нам нужно подумать! Как ты собираешься сражаться с Пожирателями? Тем более, когда там Темный Лорд. Один? Нам нужен план, а тебе нужна наша помощь. Поступим так. Мы отправимся туда на метлах, но полетим по двое. Гарри вместе с Невиллом, Джиневра с Полумной, я с Виктором. Рон, ты полетишь один: для парного полета ты слишком тяжелый.       — Невилл тоже, знаешь ли, не пушинка.       — Он не умеет толком летать! — осадила Гермиона, со смущением глянув на Долгопупса. — Впрочем, как и я. Гарри, у тебя с собой мантия-невидимка?       Тот хлопнул себя по лбу: он же только что был в спальне, но за поисками зеркала Сириуса напрочь о ней позабыл. И, мгновенно развернувшись в сторону замка, приказал:       — Акцио, мантия-невидимка!       Только, как он ни старался, ничего не получилось.       — Ничего не понимаю… Раньше же выходило!       — Ты что, забыл? Эта мантия особенная. Она не реагирует на простейшие заклинания призыва, — деловито объяснила Гермиона. — Но ничего, у меня есть с собой своя.       И под изумленные взгляды друзей она вытащила из сумки кончик струящейся ткани.       — Откуда она у тебя?! — задушенным от восхищения голосом просипел Рон. — И почему ты носишь ее в сумке?       Волшебница обреченно вздохнула и, ни на кого не глядя, вымолвила.       — Я не помню. — Она знала, что в этот самый момент Крам самым пристальным образом ее разглядывает. — Прости, Виктор, никто не дарил мне эту мантию на шестнадцатилетие. Я нашла ее в своих вещах незадолго до того, как арестовали Люпина, и с недавних пор не расстаюсь с ней никогда. Как чувствовала, что рано или поздно пригодится… Ну, что вы стоите? Призывайте метлы и в путь!       Однако вызвать их с такого расстояния удалось только Виктору и Гарри. По крайней мере, умение накладывать на предметы Акцио снова ему пригодилось.       — Мы могли бы отправиться на фестралах, — неожиданно предложила Полумна, видя бесплотные попытки Рона и Джинни вызвать свои метлы. — Они ласковые, знают дорогу и прекрасно ориентируются в пространстве.       Но Гарри покачал головой.       — Нет, Полумна. Спасибо тебе за помощь, но половина из нас просто не видит их. И потом, это не верховые лошади, в полете они могут повести себя непредсказуемо. Поверь, я знаю, что говорю. Я сам летал на грифоне.       — Вообще-то она права, — тронув его за плечо, обеспокоенно шепнула Гермиона. — У нас только две метлы, и даже если Виктор призовет еще две, школьные метлы слишком медлительны — даже я это понимаю. — И, уже обращаясь к Джинни, спросила. — Скажи, ты доверяешь Гарри?       — Полностью, — ни секунды не колеблясь, ответила девушка.       — Вот и отлично, — заключила Гермиона, после чего повернулась к остальным и громогласно сообщила. — Внимание, план меняется! Гарри с Джинни и Полумна с Невиллом летят на фестралах. А мы с Виктором и Рональд — на метлах. Гарри, отдай Рону свою метлу. Полумна, ты уверена, что фестралы найдут дорогу к Министерству?       — Конечно.       — А как ты собираешься искать их самих? — неуверенно поинтересовалась Гермиона. — Они же где-то там, в Запретном лесу, а у нас даже нет с собой мяса.       — О, нет ничего проще, — беспечно отозвалась Полумна и, вынув из волос волшебную палочку, сделала надрез от запястья до локтя. На землю тотчас закапала алая кровь. — Видишь? Они сами найдут нас.       Гриффиндорцы опешили, неотрывно глядя на Полумну, однако в чувство их привел нетерпеливый крик.       — Бежим скорее! Сириус!       Таким образом поделившись, они свернули к лесу и исчезли в его тени.