Личный интерес его высочества

Кэссиди.

      Из королевского шатра я выскочил, словно за мной гналась сотня вопящих чертей, не меньше, и каждый – с раскаленной кочергой наперевес. Нет, ну, не то, чтобы я всерьез воспринимал поползновения принца в мой адрес, все-таки я с ранней юности сталкивался с подобными штучками и давно научился не реагировать на них…слишком бурно. Однако с наследником престола Юджинии следовало проявлять максимальную осторожность, характер у него отнюдь не сахар и даже не мед, ибо, как шептались придворные в кулуарах родового замка Мейнардов, красавец Рафаэль и обликом, и резким нравом уродился в весьма неоднозначную персону правящей династии, двоюродного деда по отцу. А имя последнего, блестящего полководца и тирана в едином лице, домашние произносили не иначе, как шепотом, опасаясь вероятного монаршего гнева. Я, правда, не верю слухам, они редко бывают достоверными (уж поверьте талантливому интригану!), но в одной вещи уверен точно: всякому разумному человеку следует держаться подальше от королевского семейства. И здоровье сохранишь, и душевное равновесие.       Несмотря на развитую мной неплохую скорость, добраться до капрала Густафа, исполняющего обязанности местного кастеляна (дабы потребовать от него выделения мне отдельной палатки для ночевки), я так и не успел, поскольку на полпути меня грамотно перехватили. - Кого я вижу! Кэсси, крошка, да ты ли это? – Взревел неподалеку знакомый голос, и пока я, непроизвольно замедлившись, озадаченно вертел башкой в попытках определить его владельца, меня ловко сграбастали (и приподняли над землей) две огромные лапищи. Я рефлекторно дернулся, собираясь врезать хаму, осмелившемуся тискать меня, словно котенка, но тут меня сжали настолько крепко, что напрочь лишили всякой возможности сопротивляться. Хрен вмажешь кому-нибудь, когда тебя деловито расплющивают в лепешку! - Винс, зараза, ты меня задушишь! – Прохрипел я, почти теряя сознание от нехватки воздуха. – Да отпусти ты меня, медведь, я сейчас издохну от твоих нежностей!       Мощные объятия слегка ослабли, чем я, естественно, моментально воспользовался: извернувшись змеей, я со всей силы саданул наглеца ногой по причинному месту. От вспышки острой боли альфа зашипел и непроизвольно разжал свои стальные конечности, возвращая мне драгоценную свободу. И правильно. Не любитель я, знаете ли, прилюдно с мужиками обжиматься. Наедине тоже, правда, не стану, не мой это вариант, ни разу. И не надо апеллировать к моей половой принадлежности: я – здешний извращенец, мне омежки нравятся! - Кэсси, - с трудом выравнивая дыхание, простонал лорд Винсент Вальдо и по совместительству – мой давний приятель еще с военной академии, - почему ты такой... Неправильный омега?? - Тебе на эту тему нужно с моими родителями пообщаться, - ухмыльнулся я, слегка расслабляясь (этот альфа меня никогда не тронет, будьте покойны). – Они подобным вопросом задаются с самого моего рождения, и наверняка будут рады единомышленнику… Вы втроем прелестную унию образуете, вот чую! - Язва ты, - выпрямился Винс, и вдруг неожиданно спросил, меняя тему: - Тебя каким ветром сюда занесло, малыш? Разве твой грозный отец после громкой дуэли, ну, с тем идиотом… Графом Элмером, я имею в виду, чьего жениха ты нагло соблазнил, не грозился посадить тебя под домашний арест и выпустить оттуда исключительно под расписку будущему мужу, то есть, первому же просителю твоей руки в День всеобщего сватовства{1}? - Я тебя умоляю, дорогой, – звонко рассмеялся я, - мои родители никогда не прибегнут к столь непопулярной мере, они меня обожают. Как и каждый, кто со мной знаком, собственно. - Да, Грир, от лишней скромности ты не помрешь, - с иронией хмыкнул Вальдо. – Но, надо признать, твоя самоуверенность имеет под собой некоторые основания. - Некоторые? – Я высокомерно выгнул бровь, бессознательно подражая элегантному и уточенному папа, который на первом самостоятельном балу произвел своим появлением нехилый фурор среди пресыщенной знати. По рассказам отца, конечно. Но не думаю, что тот врал, за папкой, несмотря на возраст и наличие супруга и взрослых детей, до сих пор пытаются ухаживать неугомонные поклонники. - Любишь ты комплименты, - проворчал мой визави неодобрительно. - Но сегодня ты действительно весьма эффектно прорвался сквозь отряды варваров, весьма-весьма. Да и Готто{2}, смотрю, не отставал, вымуштровал ты его знатно. Поздравляю,братишка, поразил ты своими выкрутасами здешнюю публику до глубины души.       Конечно, поразил, с иронией хмыкнул я про себя, не зря же я несколько недель убил на изматывающую подготовку, чуть не доведя до умопомешательства двоих наставников и понаставив на своей лилейной коже кучу синяков и шишек. Все – ради моего эффектного выхода и очередного скандала. Последний и правда получился знатный, достаточно вспомнить шокированные рожи этих напыщенных баранов, я имею в виду, господ королевских офицеров. И все бы прошло, как я планировал, не окажись в ставке главнокомандующего престолонаследник и большой ценитель омег, к слову. Скольких жертв насчитывает его коллекция? Пару десятков? Я помрачнел, Рафаэль – это проблема. И немаленькая. Принца без риска для благополучного существования к черту не пошлешь…       Хотя я только что именно это и проделал, кажется.       Милосердные кулаки Арьяса, какая скотина и зачем, главное, меня подставила?! Ведь перед тем, как отправиться исполнять поручение Петермайна Второго, я специально уточнял у дворцовой прислуги, где находится Рафаэль и какие у него планы на ближайшее будущее! И мне сообщили – в собственных покоях их господин и повелитель, готовится, дескать, к очередному грандиозному балу и никуда выезжать из столицы не планирует!       А в итоге? Я появился во всей красе пред светлые очи продолжателя династии Мейнардов! А ведь я намеренно избегал приглашений на королевские приемы на протяжении последних шести лет, опасаясь извращенной фантазии отдельных представителей правящей семьи{3}. И нате вам, одни махом перечеркнул все усилия, черт побери! - Откуда в ставке генерала Тирилла взялся Его высочество? - Осторожно спросил я. - Волнуешься? – Остро взглянул на меня Вальдо. – Правильно делаешь, Кэсси, потому что прежнего фаворита наш будущий король недавно бросил, а нового пока не нашел, и это теплое местечко нынче вакантно. Подумай, может, стоит его занять? -Иди в задницу, Винс! – С досадой фыркнул я, раздраженно отбрасывая рукой неровную челку со лба.       Намеки на возможные отношения с альфами всегда выводили меня из себя. Мне нравится жить по установленным мною самим правилам (пусть они и осуждаются обществом), а не подчиняться чужим, поэтому отношения с противоположным полом не для меня. Альфы всегда требуют покорности от омег, а я не желаю следовать их требованиям и прихотям просто потому, что так положено! - Ты поосторожнее с выражениями, - наклонившись ко мне, тихо произнес Вальдо, - они весьма призывно звучат из твоих уст… - Отвали от меня, бегемот! - Я с силой отпихнул здоровяка от себя, но, увидев обиженное выражение на его мордахе, – будто у ребенка отобрали леденец – не выдержал и рассмеялся. Забавный он, особенно,когда дуется. - Ты сдурел? – Поинтересовался я,стараясь выглядеть серьезным. - Или просто ошалел от нехватки секса? Какого хрена ведешь себя, как самец на выгуле? Ты ведь в курсе моих предпочтений, чего лезешь-то? - Да весь свет в курсе, - хмуро пробурчал Винс. - ты ведь не стесняешься их афишировать… - А мне нечего скрывать, - пожал я плечами. - Зато меньше пристают с глупо… - Ты пахнешь, - внезапно перебил он меня, не дав закончить фразу, и с шумом втянул носом воздух, словно проверяя собственное утверждение.       Мгновение я непонимающе на него смотрел, потом недоверчиво переспросил: - Пахну? - Да, - кивнул друг, - отчетливо и ярко.Меня прямо ведет, ты знаешь…       Я озадаченно моргнул. Что за чепуха? В детстве со мной приключилось одно неприятное происшествие, из-за которого родной аромат если и не исчез полностью, то едва ощущался, и восстановлению, согласно многочисленным заключениям лекарей, не подлежал. В том числе и по причине отсутствия течек (мой организм «избавился» от них, как от ненужного балласта, мешающего интенсивным и достаточно тяжелым тренировкам). - Мне просто надо помыться, - наконец, сказал я, так и не придумав более достойного ответа на странные инсинуации альфы. - Я в дороге провел двое суток!       Вальдо открыл рот, явно собираясь возразить, но неожиданно раздавшийся откуда-то со стороны леса радостный вопль не дал ему ни единого шанса окончательно испортить нашу мирную беседу: - Кэсси Грир, ну ты и зараза! - Фабьен Эгильхард, дружище! – Расплылся я в широкой улыбке, моментально узнав спешащего к нам рыжеволосого парня. Эх, сколько веселых деньков мы провели вместе в военной академии, устраивая каверзы! Ну, я устраивал, если быть честным, беты слишком рационально подходят к соблюдению правил и потому отнюдь не склонны к рискованным выходкам. Зато Фаб меня прикрывал, и из-за чего ему частенько приходилось бывать в карцере. На его месте я бы давно, наверное, перестал общаться со мной (я проблемы создаю поистине виртуозно!), но приятеля, похоже, мои завихрения не пугали.       О каких-то иных причинах его хорошего расположения ко мне, слишком нелогичного для столь прагматичного склада ума, я старался не думать. - Ты чего не предупредил, что Фабьен тоже здесь? – Мельком взглянул я на недовольного Винса и, обернувшись к рыжему, весело спросил: - Тебе понравилось мое недавнее представление? - Ты сумасшедший, - отозвался бета, с любопытством рассматривая меня. – Выглядишь потрясающе… Сколько мы не виделись? Полгода? - Меньше, месяца четыре. И не трогай мои волосы, не то получишь! - У тебя челка отросла, - невпопад заметил тот, по привычке пропуская мимо ушей мою предыдущую резкость. - Ты здесь надолго? - Нет, - я сожалением покачал головой, - завтра возвращаюсь обратно. Меня во дворце ждут с докладом. - Не хочешь тряхнуть стариной? – Вдруг хитро прищурился Эгильхард. - О чем речь? – Моментально заинтересовался я, сразу почуяв возможность развлечься. - Наши сегодня играют в данджон{4}, не хочешь присоединиться? - Фаб, ты спятил? – Свирепо рявкнул Винсент. - Ты зачем его в очередные неприятности втягиваешь? - Да какие неприятности, Вальдо? – Искренне удивился бета. – Ребята там просто отдыхают! - Не слушай Винса, у него дурацкое настроение сегодня, - отмахнулся я от нелепых обвинений альфы, - мне деньги позарез нужны, последние я спустил на пиво в кабаке еще до поездки сюда… А отец после последнего скандала жестко контролирует мои расходы, и до конца месяца я ни форинта от него не получу. Давай, Фаб, - я нетерпеливо потянул друга за рукав, - показывай, куда идти!       Длинная палатка, где местные офицеры предавались греховным (с точки зрения церковников) увеселениям, находилась в противоположном конце военного лагеря, рядом с небольшим озерцом и, несмотря на королевский запрет азартных игр на поле боя, была под завязку набита офицерами разного звания. Но затеряться в толпе я не сумел: стоило нашей троице оказаться внутри, как в мой адрес посыпались многочисленные комментарии, и не все они отличались любезностью. - Ого! – Присвистнул кто-то из группки военных, сидевших напротив импровизированного стола – деревянной доски, уложенной на сучковатые пеньки, - да ведь это Дьяволенок Грир! - Синеволосый демон тут? – Долетел до меня еще один встревоженный голос. - Да нам тогда проще заранее утопиться, не дожидаясь завтрашнего сражения! - Он нам весь лагерь разнесет! – Выкрикнул молоденький бета и, уловив мой насмешливый взгляд, юркнул за спину старшего офицера, словно устыдившись своего неожиданного порыва. - Люблю я армию, - мечтательно протянул я, ни к кому конкретному не обращаясь и, широко улыбнувшись, жизнерадостно добавил: - Добрый вечер, господа! - Здоров! Добрый! И тебе не хворать! – Нестройным хором отозвались присутствующие, и я услышал, как стоящий позади меня Вальдо шумно выдохнул: меня приняли в компанию. И без членовредительства, что характерно. А в последний раз, помнится, я заехал одному зарвавшемуся хлюсту прямиком в челюсть… - Падай, - черноволосый красавец-альфа в мундире с лейтенантскими нашивками подтолкнул ко мне табуретку с резными ножками. – Меня зовут Андрэ, - оживленно сказал он и, не утруждая себя приличествующему случаю церемониями (включающими, например, упоминание титулов и званий), представил остальных игроков: - Справа от меня Олли, за ним по порядку Айвен, Монтрей и Дорино. Полагаю, правила тебе известны? - Конечно, - пренебрежительно фыркнул я и, не обращая внимания на несколько напряженную атмосферу (еще бы, благовоспитанные омеги не играют в карты!), непринужденно плюхнулся на жесткое сиденье. Лично мне наплевать на то, что я кого-то (особо чувствительного, надо понимать) шокирую своим – нестандартным! – поведением, поскольку мы все – офицеры, все окончили военную академию и находимся, черти побери, в равном положении.       И то, что у альф член больше, не дает им права ограничивать меня в забавах! Как хочу, так и схожу с ума, имею на то полное право. - Нижняя ставка двадцать пять форинтов, - объявил Олли, тасуя колоду. – Верхняя – сто. Выигравший забирает итоговую сумму. - Будь осторожен с лордом Монтреем де Норье, - шепнул мне на ухо Эгильхард. – Ему черти помогают, наверное, настолько удачлив. - А мне – сам Арьяс, - усмехнулся я с иронией, исподтишка рассматривая основного противника. Тот особого пиетета у меня не вызвал: слишком шумный, слишком хвастливый, глаза косые, видать, немало выпил. Учитывая, что данджон предполагает достаточно сложную тактику и стройные логические умозаключения, тут одно из двух: либо этот поддатый лорд гениален и потому нажрался, либо полный идиот, и нажрался именно по этой причине.       Спорим на полсотни, верное второе? - Арьяс не твой бог, ты ведь омега! – Воскликнул Фабьен, оборвав мои увлекательные размышления. - Ну, другого у меня нет, мы с Аланисом не нашли общий язык, - я хихикнул, тревога приятеля меня забавляла. – Успокойся, милый, все будет хорошо. - Знал бы ты, как бесит твоя привычка направо и налево раскидываться вот этими «милыми» и «дорогими», - расслышав мои последние слова, с досадой бросил Вальдо, - Я в курсе, - я ласково улыбнулся, игнорируя его искреннее возмущение. – Могу называть тебя любимым. Хочешь? - Да пошел ты! – Взорвался Винсент, отворачиваясь от меня. Прямолинейный и временами консервативный, старый друг с трудом принимал мой образ жизни, а мои насмешки и вовсе доводили его до белого каления. И только прекрасное воспитание удерживало альфу от того, чтобы не навалять мне по самое некуда. - Вы вместе? – Понаблюдав за моей перепалкой с Вальдо, громко осведомился Андрэ, чей пристальный интерес к моей персоне начинал меня немного утомлять. Я прекрасен, не спорю, но зачем прожигать во мне дыры? Моя шкура дорога мне целой и невредимой. Кроме того, подобные вопросы могут спровоцировать у старины Винса повторные приступы по насильственному спасению меня из коварных лап греховного существования. А ведь мы урегулировали наши разногласия всего пару лет назад и с большим трудом … До сих пор след от шпаги на правом бедре ноет на перемену погоды. И приобрести парочку новых боевых отметин, я не жажду, даже если кажется обратное – оно на самом деле только кажется.       Да, я умею драться и частенько веду себя вызывающе, но при этом совершенно не считаю, что шрамы украшают мужчину. И я не выступаю против традиционных ценностей и не отрицаю свою суть (для меня вполне нормально быть омегой, вон хотя бы Арьяса спросите!), я просто хочу жить так, как хочу именно я! А не папа с отцом, насквозь правильный Винсент или половина высшего света.       И снова схлестываться из-за незнакомого придурка с приятелем, доказывая право на собственные суждения,у меня нет ни малейшего желания. - Нет, - не вдаваясь в подробности, коротко ответил я. – Не пора ли картишки раздать? - Безусловно,- хищно осклабился мой собеседник, вновь вызвав у меня смутное беспокойство. Не нравится мне этот господин. Надо будет понаблюдать за ним… И постараться не шляться окрестностям в одиночестве без острой необходимости. Шпагой я действительно владею превосходно, но не во всех ситуациях успеешь ее вытащить, а безоружным с альфой мне не справиться, не та весовая категория, я проверял.       И, естественно, стоило мне так подумать, как злопамятный Аланис, которого я за своего покровителя и не почитал никогда, моментально подсунул мне свинью, нет, двух свиней, причем пронзительно хрюкающих: Вальдо затребовало к себе начальство, и он, горячо извинившись за сие непотребство и взяв с меня клятву не устраивать разгром в лагере, спешно отбыл восвояси. А вскоре исчез в темноте и Эгильхард, которого срочно попросил подойти в лазарет местный маг, видимо, последнему понадобилась врожденная способность Фабьена отдавать энергию без вреда для здоровья{5}.       Что за скверный характер у нашего полубога? То ли дело благородный Арьяс, он своих сыновей в беде не бросает, в отличие от омежьего покровителя. С того станется какого-нибудь горемыку и под зад пихнуть втихомолку, дабы не тревожил его своими страстными молитвами, а то еще спасать придется, дурака, а это же суетиться надо…       Впрочем, едва началась игра – и я мгновенно забыл о философско-богословских темах, поскольку данджон в исполнении опытных игроков полностью поглотил мое внимание.       Первый раунд мы только прошупывали друг друга, стараясь определить слабые стороны каждого. Но я умел блефовать (меня в свое время по азартным играм натаскивал первый картежник королевства, до беспамятства влюбленный в папа) и, грамотно скрывая свои таланты перед оппонентами, выиграл, практически не напрягаясь, в легкую.       Второй раунд тоже быстро пролетел, но теперь мои соседи поняли, что я не новичок, и постарались взять меня врасплох, разбившись на пары и незаметно (как им казалось) помогая сотоваришу завалить меня. Я их маневр пресек еще до того, как они сообразили его применить, и использовав пару авторских уловок (папин воздыхатель мною бы гордился!), разбил Олли и Айвена подчистую, заставив де Норье злобно процедить сквозь зубы пару витиеватых ругательств.       А третью партию закончить не получилось.       Едва я положил «шутника»{6} поверх «короля кубков»{7}, принадлежащего Андрэ, как Монтрей, резко вскочив на ноги, вдруг рявкнул, указывая на меня пальцем: - Ты мухлюешь, Грир! - На чем основаны столь удивительные выводы? – Безмятежно поинтересовался я, краем глаза следя за окружающими. Как говорит мой старший брат, Айра, никогда нельзя исключать удара в спину, даже если находишься среди благородных. Особенно среди них! Однако народ вокруг, казалось, обратился в камень (даже разговоры стихли), с нервным трепетом наблюдая за разворачивающейся драмой. Я вполне понимал их состояние: обвинение в жульничестве можно смыть только кровью. - Ты шулер! – Снова прорычал де Норье и, схватившись обеими руками за деревянную столешницу, на которой лежали вперемешку карты и кучки денег, опрокинул ее на меня.       Вернее, попытался. Потому что я отпрыгнул в сторону за мгновение до того, как альфа вознамерился продемонстрировать всем свой буйный темперамент, помноженный на хмель.       Однако я настолько стремительно вскочил на ноги, что случайно зацепился выбившейся из брюк рубашкой за какой-то сучок, торчавший с краю импровизированного стола. Тонкая ткань опасно затрещала, и в тот же миг из разорванного потайного кармашка в воздух взмыла вереница карт… - Ну, надо же, – сказал я, задумчиво обозревая разноцветные картинки, усыпавшие пол рядом со мной, - как неудобно получилось… - Неудобно?! – Переспросил де Норье, бледнея от ярости. - Ах, ты, маленькая дрянь! Да я тебя…       Не договорив, он ринулся ко мне с перекошенной от бешенства физиономией.       Но чего он там мне, я так и не выяснил. Может, зря? Вдруг он собирался мне наследство оставить? Или ценное напутствие на будущее дать? А я даже не выслушал и вообще повел себя очень невежливо, прямо-таки по-хамски.       Ибо, вместо того, чтобы убраться с дороги разъяренного альфы, как сделали бы все нормальные люди (в смысле, омеги), я бросился ему навстречу, лишь в самый последний момент перед столкновением уходя влево и выбрасывая руку в ударе, отточенном продолжительными тренировками. Ребро ладони с размаху опустилось на шею, отправляя незадачливого противника в элегантный обморок... - Он неловкий какой-то, - доброжелательно сообщил я зрителям, впавшим в безмолвный ступор от увиденного кошмара. – Споткнулся, видать. Или устал, полежать решил… В общем, вы его лучше знаете, вам виднее!       И, обворожительно улыбнувшись бравому военному сообществу, я степенно вышел из палатки, усердно стараясь не сорваться на бег. Еще бы мне не нестись прочь, я-то отлично понимал, насколько мне сегодня повезло. Будь Монтрей трезвым, я бы до него даже не дотронулся, просто не успел, поскольку омежья реакция по быстроте значительно уступает альфийской, я проверял.       Ну и спасибо внезапности, конечно. Мужики никогда не ждут от меня, я мысленно улыбнулся, нападения. Слезы и беспомощность им намного привычнее. Так что, внезапность – и хороший клинок – наше все. Ну, и еще оригинальное мышление. Именно оно в итоге спасет омегу от неприятностей, а не банальности и мольбы о пощаде…       Позади меня внезапно что-то хрустнуло, и этот звук разом оборвал мои вялотекущие раздумья. Не замедляя шаг, я наклонил голову, прислушиваясь, и по характерным шорохам сразу понял: меня преследуют. И довольно давно, судя по неторопливости «хвоста».       Не надо быть провидцем, чтобы понять, кто это – чертов Андрэ, красавчик-лейтенант с неудобными вопросами и назойливым интересом.       Он смотрел на меня, не отрываясь, все то время, что мы играли; не отвел пристального взора, когда я столь глупо подставился с картами, и весьма многозначительно хмыкнул после того, как я вырубил его друга.       Уж не захватил ли я его сердце в плен, как пишут в пафосно-слащавых омежьих романчиках?       Да ни хрена подобного. В действительности Андрэ, как и многие другие до него, просто посчитал мои сексуальные предпочтения обычной глупостью (или безумными капризами), и свято уверен, что стоит мне найти хорошего мужика, вот как он сам, и я в одночасье сменю ориентацию на единственно правильную.       Дурень. Ну, сам виноват, рез поперся за мной.       Делая вид, что поправляю растрепавшуюся косу, я осторожно вытащил из лихо скрученных волос длинную серебряную заколку, больше похожую на маленький кинжал. Затем дождался, когда мы с моим настойчивым кавалером минуем шумные бивуаки рядовых, и, обогнув пустую телегу, надежно скрывающую нас от возможных свидетелей, резко развернулся, оказавшись в итоге практически нос к носу с растерявшимся от моего неожиданного демарша Андрэ. -Здравствуй, милый, - прошептал я и, недолго думая, с размаху всадил блестящее острие прямиком в его задницу. Альфа заметно вздрогнул, но отреагировать на мое коварство не успел: его плечи опустились, голова бессильно упала на грудь, а ноги, не справившись с одеревеневшим телом, подогнулись, уронив моего преследователя на землю.       Да, снотворное папа – отличная штука, подумал я, с удовлетворением рассматривая беззаботно храпевшего лейтенанта. Надо обязательно поблагодарить братишку Тео (третьего по старшинству в нашей семье) за чудо-средство и заодно попросить еще немного – про запас. Почему-то мне кажется, в будущем я буду его использовать часто. Зря, что ли, у меня заколок полные сундуки? Не пропадать же добру.       Я весело ухмыльнулся, ощущая подъем после удачного избавления от нежелательного ухажера – как и всегда, впрочем, когда мне удавалось одержать победу над противоположным полом, пусть даже и хитростью (чем умею, тем и беру!). Но радость радостью, а ночевать в лагере мне однозначно не следовало (и инцидент с Андрэ лишний раз это доказал): слишком большой резонанс в офицерских кругах вызвало мое поведение.       Немного поразмыслив, я решил забрать Готто и отправиться вместе с ним к местной речке. Спать я могу, где угодно, спасибо Сандерсу, моему самому старшему брату, и военной академии, а белогривый жеребец приучен предупреждать об опасности, так что встретить рассвет на природе – пожалуй, самое правильное решение в сложившейся ситуации.       На пологом берегу, заросшем травой по колено, я умело расседлал нетерпеливо перебирающего копытами коня и, отправив его пощипать свежей зелени, улегся на небольшой, пожухлой кучке сена. Сон настиг меня стремительно, едва я накрылся длинным плащом с затейливой оторочкой.       Проснулся я ранним утром от звонкого пения птиц и ощутимой прохлады, которой веяло от реки. Осторожно сел, разминая затекшие мышцы и сонно моргая, потом потихоньку поднялся на ноги, ежась от озноба и отчаянно зевая. Волосы за ночь обзавелись жуткими колтунами (я беспрестанно ворочался, выискивая более удобное положение), и мне требовалось привести их в порядок, да и себя заодно. Не то при виде меня господа офицеры доблестной армии Петермайна Второго разбегутся с громкими воплями ужаса, а меня жизнь к такому не готовила. Я хихикнул, представив себе это жуткое зрелище и, проворно скинув одежду, рванул к водоему: отмываться от дорожной пыли и грязи.       Купание, однако, больше походило на испытание силы духа, поскольку вода оказалась ледяной, но я мужественно довел процедуру до конца и только после этого выбрался на сушу. Переоделся в запасные штаны, предусмотрительно захваченные с собой из дома, чистую льняную рубашку надевать не стал, лишь набросил ее на плечи и, оставив мокрые волосы не прибранными, дабы они быстрее просохли, подошел к Готто, смиренно ожидающему меня около какого-то кустарника с мелкими, красноватыми ягодками. - Поехали, приятель, - сказал я и, ласково потрепав скакуна по загривку, взлетел в седло.       Солнце, несмотря на ранние часы, уже слегка припекало, в воздухе витали сладковато-терпкие ароматы цветов и спелых ягод и, любуясь живописными пейзажами, которые меня окружали, я искренне рассчитывал, что обратная дорога до военного лагеря превратится в приятную и необременительную прогулку. Увы, я ошибся.       Я проехал около сотни шагов, когда на горизонте внезапно показались три всадника, следующие друг за другом не небольшом расстоянии. Скорее всего, я бы не обратил на них внимания (в здешних краях полно народу, не пустыня ведь), если бы кавалькада, заметив меня, вдруг не изменила направление.       Уверенно двигаясь в мою сторону.       Какого дьявола они прутся ко мне? Погодите…Я привстал в стременах, всматриваясь в смутно знакомые очертания фигур. Да ведь это…       Принц!       А с ним, естественно, верные друзья, Грегори Арвел и Холлис Фицрой!       Я негромко выругался. Почему он снова на моем пути?! Второй раз за сутки! Это совпадение или…?       Или Арьяс со злопамятным Аланисом умудрились-таки договориться между собой и теперь за систематическое злостное неповиновение наказывают меня Рафаэлем? Если так, то по приезду домой я схожу в храм Алтея{8} и попрошу у него покровительства!       Тут я резко вспомнил, что вообще-то не очень одет для светских бесед и, бросив поводья, принялся лихорадочно натягивать на себя измятую рубаху. Прикрыв голый живот тканью, я сразу почувствовал себя лучше, все-таки нехорошо демонстрировать будущему королю свои прелести, мы не настолько близко знакомы! - Не стоило так рьяно заворачиваться в тряпки, Кэсси! – Издалека крикнул Рафаэль, от которого, как и от его спутников, (вот проклятье!), разумеется, не укрылись мои поспешные манипуляции со шмотьем. - Грех прятать такое потрясающее тело! – Добавил он весело, наконец, догнав меня.       Его вороной потянулся к Готто, чтобы обнюхать, но мой строптивец резко мотнул головой, не подпуская наглого чужака к себе. Весь в хозяина, усмехнулся я про себя довольно и, успокаивающе похлопав скакуна по шее, чтобы он не вздумал кусаться, насмешливо отозвался: - Боюсь обгореть, Ваше высочество! Это нынче моветон! - Какой хороший мальчик, - промурлыкал будущий король с хищной улыбкой. - Следит за модой… Я пришлю тебе приглашение на очередной бал. Покажешь мне свои великолепные наряды, заодно и на тему модных веяний пообщаемся. Тет-а-тет.       От вкрадчиво-чувственных обертонов в его голосе мне неожиданно стало жарко – будто меня запихнули в шубу из песца. Или даже в две шубы и пуховые подштанники! Перегрелся я, что ли, на солнцепеке? Прямо полыхаю изнутри! А сердце бухает в ушах настолько мощно, будто у меня там гномы наковальню оборудовали!       Минутку! Какие, к дьяволу, балы?! К королям я в принципе невыездной!       Впрочем, возразить мне не дали. - Что ты здесь делаешь? – Спросил Рафаэль, резко теряя благодушие. – В получасе езды от лагеря? Ты ведь вчера ясно дал понять, тебе нужно выспаться…? - Он сурово сжал губы, моментально становясь похожим на того самого, редко поминаемого двоюродного деда, портрет которого в военной академии в сумраке пугал особо впечатлительных кадетов до обмороков.       По позвоночнику внезапно пробежал мороз, и я мгновенно подобрался, чуя неясную тревогу.       Какая разница старшему сыну Петермайна Второго, чем я занимался и где? Он подозревает, что я вероломно ему отказал, а сам предавался греховным утехам и всяческому разврату с посторонними мужиками? Нет, ну, на самом деле меня частенько в подобном обвиняют, вот только те, кто предъявляет подобные претензии, обычно имеют на это хоть какое-то право! В отличие от престолонаследника! Он-то с какой стати начал демонстрировать собственнические замашки в отношении незнакомого омеги, то бишь, меня? Я ему никто. Вроде? Проклятье, как эти альфы утомляют, а ведь мы даже не спали!       С некоторым усилием нацепив на лицо маску безмятежности, я легкомысленно рапортовал: - Принимал ванну. В речке. А в лагере мне скучно, - добавил я с фальшивой беззаботностью, с трудом удерживаясь от того, чтобы не натянуть на голову седельный мешок. Зато никто из моих собеседников не пялился бы на меня так, будто готов оттрахать, не слезая с коня! Или вместе с ним… - Ваши гадкие офицеры не хотят со мной водиться, а вместо сказок на ночь норовят залезть в штаны! - Неужели? – С абсолютно не читаемой усмешкой протянул Рафаэль, рассматривая меня в упор.       Я бессознательно поежился, ибо от этого взгляда, по-мужски оценивающего и откровенно бесстыдного, почувствовал себя очень странно: словно по незащищенной коже легонько провели лезвием остро заточенного ножа. Одновременно и страшно, и волнующе, и…возбуждает?       Проклятье! Что за ерунда со мной творится сегодня? Перекупался в холодной воде и заболел?       Мое непонятное состояние буквально провоцировало меня на колкости и, возможно, в итоге я бы и брякнул нечто опрометчивое, о чем позднее пожалел, но в наш диалог весьма своевременно вмешался Фицрой: -Рейф, ты опоздаешь на совещание с генералом Тириллом и Гленвиллом, - сказал он с нажимом. - Нам нужно поторопиться. - Ты прав,- бросил ему наследник трона. - Что ж, - а это уже мне, - я очень надеюсь увидеть тебя во дворце в самое ближайшее время. Хорошей дороги и не лезь на рожон.       В его тоне, обманчиво-мягком, снова промелькнуло нечто тревожащее, некие нотки, отозвавшиеся в моей душе странным трепетом и волнением, чуть не вынудив меня (!) спросить конкретную дату будущей встречи. А то, что мне назначили свидание, сомнений не оставалось. - Хорошей дороги, - учтиво склонив голову в знак прощания, повторил я и, пришпорив Готто, отправил его в галоп.

***

- Напомни мне, почему я просто не могу приказать ему переспать со мной? - Мрачно осведомился принц у Фицроя, проводив удаляющуюся хрупкую фигурку омеги горящим взором. Густые, роскошные волосы Кэссиди, странного синеватого оттенка, вызывали почти болезненное желание запустить в них руки. Потрепать по непокорно торчащим вихрам на макушке, погладить по упругим завиткам, рассыпавшимся по плечам и спине, заплести тугую косу, нежно касаясь шелковистых прядей… Про подтянутый пресс, с четко прорисованными линиями мышц, лишь на краткое мгновение промелькнувшим перед изумленной троицей друзей, Рейф усиленно старался не вспоминать, поскольку эта картинка просто-напросто сводила с ума. Но каков нахал! Посмел разъезжать в столь непотребном виде в месте, полном альф, готовых его… -На то есть куча причин, - ворвался в хаотичные мысли наследника трона спокойный голос Холлиса. - Начнем с того, что Дьяволенок Кэсси – не из числа придворных – твоих обожателей, готовый по первому зову прыгнуть в твою постель. Кроме того, он не простолюдин, которого можно купить и не сиротка горемычная, его род не менее древний, чем твой, а герцог Грир, кстати, водит дружбу с королем, если ты запамятовал. Я не думаю, что твой суровый батя обрадуется, если ты обидишь обожаемую кровиночку его соратника. -Ну-ну, - неопределенно хмыкнул Рафаэль, однако слова друга явно заставили его призадуматься. -А еще Кэссиди хорош в деле, и упрям, поэтому трахнуть его без утомительной прелюдии, в смысле, отчаянной потасовки, не выйдет,- вставил свое веское слово Арвел, старательно пряча улыбку. - Не уверен, что драка – лучший способ, которым стоит уламывать парня на секс. - Ну и самое главное,- Фицрой довольно оскалился, явно собираясь сказать гадость. - Малыш предпочитает омег! Так что ты просто не в его вкусе! -Заткнись, Лис! - Рявкнул на него преемник Петермайна Второго. - И ты, Грег, тоже! Угомонитесь, оба! Пока я вас сам не угомонил! -Ну извини, - все еще смеясь, Холлис примирительно поднял руки вверх. - Какого черта ты вообще привязался к этому парнишке? - Как будто других нет …- Проворчал Арвел, полностью солидарный с предыдущим высказыванием. -У меня личный интерес, - принц яростно сверкнул ярко-зелеными, похожими на нефрит, глазами и продолжил: - Грир – мальчишка необычный. Он весьма умен (недаром я ему грамоту похвальную подписывал!), но ведет себя подчас, как легкомысленный разгильдяй. А еще он постоянно влипает в неприятности и с удовольствием устраивает скандалы, шокируя общество. В общем, этот очаровательный засранец мне нравится. И потому, - Рейф холодно взглянул на обоих друзей, - меня совершенно не волнует его благородное происхождение и предпочтения в постели. Он – мой, даже если пока сам об этом не знает! ___________________________________________________ {1}-Есть такой старинный обряд, вернее, правило, установленное не менее древним королевским эдиктом. В первую субботу июня все альфы и беты, вне зависимости от социального статуса и благосостояния, вправе просить руки и сердца свободного, не меченого, достигшего брачного возраста (18 лет), у которого отсутствует официальная половина, Установленный срок ответа на предложение – год. Естественно, омега не обязан соглашаться, но за него могут решать родители, особенно, если их сыну не исполнилось 25 лет. К молодым вдовцам моложе 25 дет и не имеющим детей, этот указ тоже применяется. Освобождение от участия в данном мероприятии омега может получить лишь по личному распоряжению короля. {2}-Так зовут коня Кэссиди {3}-Семейство Грир имеет древнюю родословную и официально включено в перечень потенциальных женихов королевской семьи Юджинии. Правда, это касается старших детей, но, как известно, нет правил без исключений. {4}-Карточная игра на деньги, с довольно сложными правилами. Есть целые трактаты, посвященные тонкостям этой игры. {5}-Фабьен Эгильхард происходит из рода магов, сам, в отличие от братьев, магическим даром владеет, но легко делится жизненными силами с нуждающимися. {6}-Джокер {7}-Собственно, черви {8}-Алтей – третий бог из местного пантеона, покровитель бет