Делириум

      Стук начищенных до блеска ботинок отдавался звонким эхом от голых стен подземелья, когда Драко Малфой шел по пустому Хогвартсу. Он вообще не понимал, что здесь делает. Малфой-младший и вовсе не думал, что обучение в школе возобновится так скоро, не говоря уже о том, что парень возвратится сюда, но, видимо, Волдеморт выступал за образованных рабов. Фыркнув, Малфой свернул в знакомый поворот.       Нарцисса, воспользовавшись занятостью своего Лорда, отправила Драко в Италию на несколько летних месяцев. Там он практически поверил, что все может быть в порядке. Практически. Потому что метка, которая нещадно жгла предплечье каждый раз, когда Темный Лорд желал увидеть своих приспешников, чтобы огласить новое задание или устроить показательное убийство, напоминала о том, что где бы Драко ни был, никогда уже не сможет сделать вид, что все это не по-настоящему.       Получив сову от крестного о том, что он должен явиться в Хогвартс за сутки до официального начала обучения, Малфой прибыл в Англию двумя днями ранее и еще не был дома. Дом. Он теперь вроде бы только существовал. Зная, что в любой момент за завтраком в его поместье может появиться Хозяин, Драко дал себе обещание купить квартиру в каком-нибудь районе магического Лондона, чтобы иметь возможность спокойно дышать хотя бы иногда.       Конечно, отель в Косом переулке едва ли мог посоревноваться с его апартаментами в Мэноре, но было бы глупо попадаться на глаза Лорду, пока тот не испытывает в нем надобности.       Драко без стука распахнул дверь в кабинет Снейпа. Его тут же обдало приглушенным запахом сырости, который смешивался с едва уловимыми нотами разных ароматов зелий, наверное, никогда отсюда не выветривающихся, пройди Хогвартс еще хоть сотню битв.       При воспоминании о последнем сражении в школе Малфой внутренне поежился, но вмиг отогнал от себя эту эмоцию. Мы победили. Это наш выигрыш. Наш. Плевать, какой ценой.       — Профессор, — кивнул Малфой мужчине, который так гармонично смотрелся за преподавательским столом в этом кабинете, что был почти частью интерьера.       — Присаживайтесь, мистер Малфой, — указал Снейп жестом на парту напротив себя. — У меня есть для вас несколько новостей, которые я хотел бы передать вам лично, без лишних ушей.       Парень сел за стол, едва заметно напрягаясь. Слова, сказанные подобным тоном, редко несут за собой вести о чем-то хорошем.       — Во-первых, хочу вас поздравить с должностью главного старосты, — начал Снейп.       Драко опять сдержанно кивнул. Он не думал об этом, когда узнал от матери, что должен будет вернуться в Хогвартс, но, вспомнив об этой должности, ничуть не удивился. Было очевидно, что она достанется ему.       — У вас будет отдельная башня, как и полагается, естественно, — продолжил Снейп.       — Что насчет старосты девочек?       — Мисс Паркинсон, — спокойно ответил профессор. Эта новость, опять же, не вызвала и тени удивления на лице слизеринца.       Ее родители были Пожирателями, и более очевидной кандидатуры на эту должность во время негласного правления Волдеморта вряд ли можно себе представить. Они не виделись с Пэнси несколько месяцев, несмотря на их отношения. Если это вообще можно так назвать. Он получил от Паркинсон несколько десятков писем, ответив разве что на два. Последнее время Малфою было чертовски не до нее.       — Также вы назначаетесь главой Инспекционной дружины.       А вот на этой информации бровь парня поднялась вверх. Серьезно?       — Директором школы будет Амбридж?       — Несложно догадаться, — сдержанно ответил Снейп, явно маскируя свое недовольство этим фактом. — Соответствующие значки получите вечером с совой. Но я позвал вас не для этого.       Ну вот. Слизеринец уже было подумал, что декан его факультета отравился чувством чрезмерной ответственности, раз позвал его за день до прибытия всех студентов, чтобы сообщить о получении нескольких сраных значков. Расслабляться было рано, и шестое чувство подсказывало парню, что ему ни черта не понравится то, что скажет крестный.       — Темный Лорд решил, что разрешит магглорожденным учиться в Хогвартсе.       Очередная вспышка удивления отразилась в серых глазах.       — Это разве не противоречит его основной политике?       — Он это делает, чтобы заставить сердобольных учителей, которые не смогут бросить бедных деток в беде, принять предложение Министерства и заступить на должность. Таким образом получить контроль. Также они не будут учиться на своих факультетах, как было ранее, а впоследствии вести свободный образ жизни. В представлении Хозяина магглорожденные будут прислуживать чистокровным волшебникам, не имея возможности размножаться, но имея достаточное количество мозгов для исполнения прихотей верхушки магического общества.       Драко нахмурился, пытаясь переварить информацию. Слова имели смысл, но он практически не верил, что Волдеморт способен на такое помилование, даже ради контроля бывших сил сопротивления. Малфой пытался прислушаться к внутреннему "я" и понять, как к этому относиться, но, заглянув в себя, не почувствовал ничего. Он никак к этому не относился. Ему не было радостно или грустно, его не одолевала злость. Ему было похер. Все, что сейчас его волновало — это собственное участие в огромном плане сумасшедшего темного волшебника, а не посещение занятий полумагглами.       — Нуу... пусть так, — пожал плечами Драко. — А при чем тут я?       — Темному Лорду нужна твоя помощь.       Услышав эти слова, Драко ощутил подкатившую к горлу тошноту.       Ну конечно. Лорд не мог просто так забыть о ком-то. Сейчас Драко сполна расплатится за те пару месяцев спокойствия, украденные для него Нарциссой.       — Как я уже сказал, в этом году вы будете жить отдельно от своих сокурсников. Но вы там будете не один. И не с мисс Паркинсон, — добавил профессор во избежание лишних вопросов. — Магглорожденные вернутся в школу, но, я уверен, что после тех запугиваний, которым они подвергнутся, не будут представлять угрозы. Чего не скажешь об отдельном экземпляре. Лорд хочет, чтобы вы присмотрели, проконтролировали, если вам угодно, мисс Грейнджер, во избежание неприятных инцидентов, — проговорил Снейп, выделив последние слова.       Вдох. Глубокий вдох. Малфой медленно закрыл глаза, пытаясь мысленно посчитать до десяти, понимая, что еще не придумали такое число, просчет до которого смог бы успокоить его ярость.       — Что? — практически шепотом переспросил парень, все еще надеясь, что это — опоздавшая на полгода шутка в честь первого апреля. Блять, он бы даже согласился на обследование в Мунго на предмет проблем со слухом.       — Что слышали, мистер Малфой. Мисс Грейнджер будет жить в башне, которую мы уже расширили магическим образом, добавив еще одну комнату. А ваша задача — проконтролировать ее поведение.       На резких точеных скулах парня заходили желваки и, не сумев сдержать гнев, он вскочил, отбросив стул далеко назад.       — Серьезно? У Волдеморта проснулось милосердие, и теперь я должен быть нянькой для чертовой грязнокровки? — его крик отбивался от сырых стен, создавая эхо. — Привяжите ее к столу в Большом Зале, прикуйте наручниками к ноге Амбридж, Мерлин, почему именно я?       Драко не думал о ней. Услышав фамилию грязнокровки из Золотого трио, он буквально на секунду даже не вспомнил, кто это. Целое лето Малфой старательно забывал картины с ее участием, которые будто отпечатались на внутренней стороне век. Крики. Адская боль. Это все вызывало тошноту. Пытки Поттера, рыжего нищеброда — не то, что он хотел когда-либо увидеть снова. Драко не хотел постоянно видеть напоминание о днях, насквозь пропитанными страхом за мать, отца и собственными промахами.       — Это еще не все, — спокойно произнес профессор, будто бы не было только что этой сцены. — Сядь.       — Ну, естественно. Видимо, по средам я еще буду делить ванну с соплохвостом, — сказал Малфой, призывая стул и падая на него.       — Беллатриса переусердствовала с пытками в области мозга, и теперь сознание Грейнджер невозможно прочесть. В силу возраста оно восстановится, и тогда тебе нужно будет залезть к ней в голову и рассказать Лорду, где она прячет родителей.       — Неужели нельзя использовать другие рычаги давления? Гребаный Поттер? Уизел? Или они уже не подходят? — раздраженно спросил Малфой.       — С удовольствием устрою тебе рандеву с Хозяином, чтобы вы обсудили плюсы и минусы его кампании, — Снейп начал раздражаться, читая в парне эту непокорность Блэков, о которой он сам вряд ли подозревал.       Зельевара бесило то, что Драко ведет себя так конкретно сейчас, а не наличие в крестнике этой черты в принципе. Это всегда отличало его от безвольного бесхребетного отца, что давало надежду.       — Послушай, Драко, — вздохнул Северус, обойдя стол. — Это — задание Волдеморта, и хочешь того или нет, но тебе придется его выполнить. Никого не нужно убивать, просто держать девчонку на коротком поводке.       Помедлив пару секунд и так и не сумев словить взгляд слизеринца, он добавил:       — Но краткость поводка определяешь только ты, помни об этом.       Драко вмиг перевел глаза на крестного, прищурившись.       — И что это, черт возьми, должно значить?       — Следите за выражениями, мистер Малфой! — грубо оборвал его профессор. — Филч отведет вас в новую комнату, попытайтесь успеть насладиться одиночеством.       Мужчина сел за стол и взял перо, показав этим, что разговор закончен. И только услышав, как громко хлопнула дверь, бросил его обратно на пергамент, закрыв глаза от усталости. Кажется, это была сотая его жизнь, потому что, видит Мерлин, на один век ему выпало слишком много испытаний.