Панацея моего мира

С того злосчастного звонка, совершённого, как мне казалось, по моей глупости и на эмоциях, прошла неделя. Как оказалось, не казалось. Глупость и эмоции полноправно завладели моим сознанием в тот день и в последующие. Течка — дело привычное, физиологичное и, несмотря на подавители, прилично снижает мыслительный процесс. Таблетки вещь, конечно, не из самых полезных, но другой вариант — только секс с альфой. Поднимается настолько высокая температура, что, находясь в квартире одному, можно и коньки откинуть. А феромоны альфы и контакт с ним, как говорится, экологично понижают температуру. Впрочем, ничего плохого в таблетках я не вижу — в детских домах их пьют все омеги, так как живут с альфами в непосредственной близости. Допустить течку в подобном месте было бы катастрофой, поэтому воспитатели пристально следили за этим. Да и если выбирать, то лучше подавители, чем мало осознанный секс с альфой, особенно случайным. Самочувствие вялое, небольшая температура и мозг обрабатывает информацию чуть дольше обычного. Обратил я на это внимание только на следующий день, после той ситуации с Женей. Он же заметил приближение моей течки сразу, как принес мне свою технику. То-то я чувствовал его запах куда сильнее. Это же и оказалось причиной его спешного ухода. Как он сказал: «У меня нет намерений пользоваться подобным, поэтому не стал рисковать». Не знаю, виной тому моё затуманенное гормонами состояние или обычная заинтересованность, но наше общение с Женей перешло в режим ежедневной переписки. Уговаривал меня на разговор по телефону, но столкнулся с моим категоричным «нет» и отступился. Уж очень не люблю звонки — нужно отвечать сразу что думаешь и ни минутки на размышления. Сложно. Оказалось, Женя работает учителем в школе и преподаёт историю в старших классах. Никогда бы не подумал, что человек с такой профессией будет ходить по парку и воровать номер телефона у людей. Абсолютно бесцеремонным образом. А он отшучивается, что ни в каком законе правила поведения для учителей не прописаны. Да и работа эта временная, так как получает дополнительное образование на заочном обучении. Сейчас в полном разгаре сессия, но он время от времени забегает оставить мне плитку шоколада в почтовом ящике. Очень смущает. Ещё больше смущают навязчивые мысли о близости с ним, желание почувствовать его запах на своём теле, касания пальцев к коже, поцелуи… Течка закончилась ещё вчера, но мысли не отпускают. Краснею, мотаю головой, отгоняя пошлые мысли, и вздрагиваю от щелчка вскипевшего чайника. Следом за чайником пиликает телефон, напоминая о сегодняшней доставке. Пару дней назад заказал новый процессор. Посоветовался с коллегой и определился, тянуть было бы некрасиво с моей стороны. Всё-таки Жене тоже нужен компьютер, хоть он и отпирается. Поднимаюсь из-за стола, чтобы налить себе чай, и параллельно смотрю на настольные часы. Четыре часа дня, доставка в шесть и к этому времени должен прийти Женя. Попросил его о помощи с установкой, перемещением памяти и заодно заберёт своё добро. Увидеть его тоже хочется. Снова краснею, наливая кипяток в кружку. Дурацкая физиология. Возвращаюсь за рабочий стол, отпивая чай из переполненной кружки, чтобы не пролить. Закончу финальный просмотр своих правок в книге и можно отправлять. Как раз уже пара новых работ на корректировку появилась. В этом году не только старые писатели полны на вдохновение, но и куча новичков появилась. Проверял я одну такую работу, поседел за неделю и больше не экспериментирую. Одна эротика и никакой сюжетной логики. Им бы сценарии к порнофильмам писать, а не романы. Кто такое читает? Я только смотрю. Отвлекаюсь на пиликанье телефона, читаю сообщение, пока дисплей горит от уведомления. Короткое, но уютное: «Освободился пораньше. Купить что-нибудь?». Недолго думая, беру телефон в руки и печатаю ответ: «Достаточно, если твои ноги принесут тебя. Через сколько, кстати?». Отправляю. Жду ответа, не выпуская телефон из рук. Не сильно ли откровенно говорить принести себя, вместо чего-либо другого? Надеюсь, нет. Постукиваю пальцами в ожидании и поглядываю на текст книги. Осталось восемь страниц. Успею до его прихода? Опускаю взгляд на телефон, читая ответ: «Час времени и я у тебя». Успею. Откладываю телефон, меняя его на кружку с горячим чаем, и продолжаю проверку текста. Всего восемь страниц и немного моей обострённой внимательности. Отправлю итог в редакцию и плюс один к моему портфолио. Как раз юбилейное число: двадцатая работа. Душа радуется, глядя на увеличивающееся число работ. Чем ближе стрелка часов к пяти, тем чаще я на неё поглядываю. Осталась последняя страница и можно взять пару выходных, а то даже в течку продолжал работать из-за поджимающих сроков. Чай давно закончился, но мысль, что не хватило буквально пары глотков, меня не отпускает. Налил бы ещё, но сначала закончу. А то скоро Женя придёт и придётся заканчивать в его присутствии. Не факт, что смогу сосредоточиться при пристальном взгляде. Знаю, что будет наблюдать за мной — именно этим он и занимался все разы, находясь в моей квартире. Просматриваю последние строчки, кошусь на часы, стрелка которых перевалила за пятый час. Сохраняю и захожу на почту, отправляя готовый вариант книги со всеми правками. Месяц моих стараний подошёл к концу, благо инцидент со сломанным процессором не оттянул это ещё на месяц. Хотя о чем это я? Кто бы мне дал ещё месяц? Отправляю, беру кружку и поднимаюсь под звонок домофона. Женя. Прохожу к домофону, снимаю трубку и сразу нажимаю на кнопку, чтобы открыть. Чувствую небольшое волнение и желание не открывать ему дверь, но понимаю, что это глупо. Сам попросил помочь и прогоню? Просто ещё не привык к новому человеку в своей жизни. Привык? А надо ли привыкать? Вздрагиваю от тихого стука в дверь, смотрю в глазок, убеждаясь в верном человеке за дверью. Открываю и отхожу в сторону, впуская в квартиру причину моего лёгкого волнения и аромат цитрусов. — Даже не спрашиваешь, кто пришёл. Странно для антропофоба, — закрывает за собой дверь, держа пакет. — Я не боюсь присутствия других людей, просто не люблю их, — пытаюсь разглядеть содержимое плотного пакета-майки. Невоспитанно? Вдруг там его личные вещи. — Тогда извиняюсь, — улыбается и раздевается. Пакет из рук не выпускает. — Извиняю в этот раз, — перевожу взгляд с пакета на его лицо, — чай? — Кофе, — кивает, — в прошлый раз был неплохой. — Я бы согласился, но не пью его. Проходи, — ухожу на кухню. Щёлкаю кнопку на чайнике и залезаю в шкафчик за кофе и пакетиком зелёного чая. Женя прошёл следом и поставил загадочный пакет на стол. Шуршит им, вытаскивая из него пакетик с тремя грейпфрутами, коробочку с пирожными и плитку шоколада. Молча наблюдаю. Последним достаёт коробку с апельсиновым соком и сминает пустой пакет. — У меня скоро сахарный диабет случится с такой подкормкой, — смотрю на Женю, который стоит с таким видом, будто принёс бытовые продукты к себе домой, — а следом и аллергия на цитрусы. — Чай без сахара тебя спасёт от диабета, — улыбается. Когда люди узнают, что я пью чай без сахара, у них такая реакция, будто я кого-то убил. Вот и он не стал исключением. Пьёт кофе и чай с тремя ложками сахара и не представляет, как можно иначе. Дело привычки, полагаю. Я же лучше съем сахарную бомбу в виде шоколада, чем положу её себе в чай. — А вообще хотел дать тебе кое-что попробовать. Ты не против, если я немного похозяйничаю на твоей кухне? — взял коробку с соком. — Да ты итак уже как дома, — усмехаюсь и убираю со стола скомканный пакет в ящик к его собратьям. — Надеюсь, это не упрёк? — улыбается и подходит ко мне. — Пока сам не знаю, — наблюдаю за его действиями. Убирает чайный пакетик из моей кружки, наливая туда сок. Мысленно ругаю его, но молчу. Наливает сок и в свою кружку, параллельно доставая чистый стакан. Он решил устроить лабораторию с экспериментами на моей кухне? Не понимаю. Насыпает в стакан четыре чайные ложки кофе, не замечая мои расширяющиеся глаза. Куда столько? На мой вопрос ответил чайник, отключившись. Женя молча залил кофе кипятком, но только на половину стакана. Тщательно размешал и стал вливать в обе кружки с апельсиновым соком. — Ты хочешь меня отравить? — не выдерживаю, а он улыбается. — Этот напиток называется «Бамбл». В кофейне, конечно, вкуснее, но это тоже неплохой вариант, — протягивает мне мою кружку. Недоверчиво осматриваю её и беру двумя руками. Коричневая мутная жижа с мякотью апельсина. Доверия она совсем не вызывает. Я люблю апельсиновый сок, но ненавижу кофе. Что за издевательство над продуктами? Перевожу взгляд на Женю, который делает пару глотков и кивает мне на мою кружку. Вздыхаю и подношу её к своим губам, делаю маленький глоток. Непонятно. Делаю глоток побольше. Всё равно непонятно. Кисло-сладкий вкус сока и приглушённая горечь кофе. Необычно. — Ну как? — пристально смотрит на меня, ожидая ответа. — Наверное, как вкус твоих губ после обычного кофе, — покачиваю кружку задумчиво. Чувствую, как начинают гореть уши и щёки. Мысли этих дней сами вырвались наружу, слетели с моих губ раньше, чем я успел осознать их смысл. Сказал вслух о том, что читал только в книгах и видел в фильмах. Стыдно. Очень стыдно. Боюсь поднять голову, посмотреть на него, а он молчит. Тишина кажется вечностью и до безумия неловкой. Моё сердце сейчас разорвёт грудную клетку от страха, а уши воспламенятся от смущения. — Жень, — нарушает тишину, подойдя ближе. Ладони вспотели, ручка кружки в руке начинает скользить. Что мне сказать? Пошутил? Или признаться, что это остаточное от течки и навязчивых пошлых мыслей? Всё-таки решаюсь поднять голову, собираясь сразу отвести взгляд, чтобы не столкнуться с его глазами. Не получается. Очень близко подошёл, наклонился, и его лицо в нескольких сантиметрах от моего. Что за драматичная сцена из душного романа? Очень душно. Жарко. Невесомо касается пальцами моей щеки, спускается к подбородку и наклоняется ещё ближе. Мягко целует в уголок губ. Спрашивает разрешения? У кого? У человека, который потерял связь с реальностью? Потерял и, похоже, сошел с ума. Снова ощущаю его губы своими. Поддаюсь, неумело отвечаю на поцелуй. Свой первый поцелуй. Мягкий, едва уловимый, со вкусом терпкой цедры. Со стороны прихожей раздаётся звонок домофона, возвращая обоих в реальность. Как обухом по голове. Отстраняюсь первым, поворачивая голову в сторону звука. Делаю заинтересованный вид, на самом же деле пытаюсь собрать мысли в кучу. Женя собрался с мыслями сразу же и скрылся в прихожей. Хотя откуда я знаю, что там с его мыслями. Ответил на домофон и, судя по всему, открыл дверь. Доставка? Ставлю кружку на столешницу, пытаясь разглядеть точное время на часах. 17:45. Вовремя однако. Женя займётся процессором, пока я молча осмысливаю ситуацию, заедая всё грейпфрутом. Так оно и есть. Женя подключает новый процессор, попивая свой напиток. Ведёт себя так, будто ничего не случилось. Улыбается и периодически поглядывает в мою сторону. Я сижу на кровати, доедая принесённую им шоколадку. Наблюдаю за ним: от любопытства над его действиями или для того, чтобы вовремя отвернуться и не столкнуться с ним взглядом — не знаю. Читая романы, всегда зарекался, что не буду поступать, как главные герои: избегать взгляда, делать вид, что ничего не случилось, и вообще вести себя как неловкий девственник. Беда в том, что именно им я и являюсь. Это в переписках я смелый, откровенный, а тут… — Жень, я тебя расстроил? — спрашивает, сидя ко мне спиной, и продолжает копаться в проводах. — Нет, — снова смущаюсь, — просто я ляпнул, не подумав, и это всё было очень неожиданно, — кручу в руке последнюю полоску шоколада. — Если это называется «ляпнул, не подумав», то я хотел бы, чтобы ты делал так почаще, — так и сидит ко мне спиной. Не хочет смущать ещё сильнее? — Это всё из-за недавнего всплеска гормонов, — попытка оправдаться. — Разве тебе не нравится мой запах? — короткое молчание и продолжает. — Твой сладковатый запах с едва уловимыми нотами свежих кофейных зёрен ещё в парке осел приятным горьковатым послевкусием на моём языке. Описание моего запаха с его слов вызывает у меня мурашки. Я не люблю кофе, но и не знал, что пахну именно им. — Поэтому ты в парке…? Поворачивается ко мне, кивая. — У тебя приятный запах цитрусовой цедры… апельсин, лимон, — опускаю взгляд на свои руки, — иногда даже грейпфрут. — Тебе нравятся цитрусы и мой запах, — улыбается, утверждая, — а мои губы? — а это уже похоже на откровенное издевательство. — Как кожура от апельсина, — хмурюсь, откусывая дольку шоколада. — Мне кажется, ты ошибся. Давай ещё разок? — улыбается, глядя в глаза. Дожёвываю, встречаясь своим хмурым взглядом с его серьёзным. Киваю. Где разок, там и ещё один…