В тени Призрака

      11 апреля 2161 года. Разведывательный корабль Альянса «Эйнштейн» На тренировочном стрельбище, на лежаке для снайперов, лежало два человека. Первый, мужчина, лет тридцати, на голове солдатский ёжик, на лице лёгкая щетина. Рядом лежала девочка, лет семи, рыжие волосы собраны в короткий хвостик на затылке, в зелёных глазах горел азарт и любопытство. В руках у маленькой Джейн Шепард была снайперская винтовка M-90 «Индра». В паре метров от них стояла девушка, просто взрослая копия девочки. Ханна Шепард с любовью и небольшим волнением смотрела как её друг, сержант Василий Кровцов, учит её дочь стрелять из винтовки. Василий положил одну руку девочки на рукоять, вторую на цевье.  — Так, теперь прижми приклад к плечу. — Мужчина руководил всеми действиями девочки.  — Ну дядя Вася, я уже не маленькая. — Джейн надула губы, ей не нравилось, что отец её подруги, Анны, так с ней нянчится. Нет, она была не против заботы, но не сейчас, она хочет разобраться сама, в конце концов, она уже не маленькая. — Я сто раз видела, как ты её держишь.  — Одно дело смотреть, другое держать и стрелять самой. Ты же не хочешь, чтобы тебе оторвало руку отдачей?  — Слушай дядю Васю, солнышко, уж он точно знает, каково это - ломать себе плечо. — С ухмылкой произнесла Ханна.  — Ты мне это до конца жизни будешь припоминать?  — Вась, ты сломал плечо на тренировке, будучи инструктором, такое невозможно забыть.  — Правда? — Джейн хихикнула.  — Ну подумаешь, чуть пережал заряд, то был «Ки-Шок», а ты знаешь, что у него сильная отдача.  — Как скажешь, но… — Ухмылка на лице Ханны исчезла, она вспомнила Джона, он тогда выручил друга.  — Да. Твой, кстати, меня тогда выручил, Джейн. — Джейн улыбнулась, как бы не было горько, что мужа нет рядом, она рада была любой истории с ним связанной. — Ладно. Вернёмся к обучению. — Василий вновь вернулся к рассказу. — Теперь прицелься. Джейн посмотрела в прицел, попутно прижав приклад к плечу.  — Видишь мишень?  — Да.  — Прицелься по лучше… Джейн навела прицел в голову мишени.  — Давай. Звук выстрела прокатился по залу эхом. Раздался тихий девичий вскрик, а на лице у Джейн возникла гримаса боли.  — Джейн! — Ханна пулей подскочила к дочке, включила сканер на инструментроне, и провела им по её плечу. Всё было в порядке. — Ты как, солнышко?  — Я в порядке, просто отдача сильная. — Джейн держалась за плечо, но лицо уже не выражало боль.  — Фух! Не пугай так, крошка. — Кровцов был не менее взволнован. — Теперь понимаешь, зачем нужно прижимать приклад?  — Я прижимала. — Джейн надулась, слёз не было, она не любила плакать. — Просто, отдача очень сильная.  — Ничего, просто ты ещё маленькая…  — Я не маленькая!  — Хе. Хорошо, не маленькая. Но тебе ещё предстоят тренировки, чтобы стать физически сильнее. — Вася смотрел на девочку и видел в её глазах стремление стать лучше, прямо как её отец в юности.  — А я попала? — Джейн усвоила информацию, но результат выстрела ей хотелось знать.  — Давай посмотрим. — Сержант посмотрел в прицел и замер.  — Что там? — Спросила Ханна. Василий повернулся к ней и дал винтовку. Ханна глянула в прицел, нашла мишень. Она открыла рот от удивления. На мишени была одна точка попадания, в центре круга головы. И это со ста метров.  — Ну? — Джейн уже поднялась и с волнением смотрела на родителей.  — Просто слов нет, дочка — Ханна с улыбкой. — Ты попала в девятку головы.  — Ура! — Девочка взвизгнула, и на радостях прыгнула в объятия, ближе стоящего дяди Васи.  — Полегче, ты меня задушишь. — Василий улыбался, но лицо начало, потихоньку краснеть.  — Простите, дядя Вась. — Джейн спрыгнула с рук дяди и подбежала к маме, крепко её обняв. — Я уже представляю. Я — капитан высокотехнологичного корабля, у меня команде лучшие бойцы всех рас, а во главе их я, со снайперской винтовкой на плече. И мы вместе спасаем галактику. — Джейн смотрела на маму с горящими глазами. — Ты будешь мной гордиться, мам, обещаю. Ханна улыбнулась.  — Я уже тобой горжусь, солнышко, мы с папой тобой гордимся. Я уверена, он где-то там среди звёзд смотрит на нас, так что мы его не видим. — Она подошла к Василию. — Иди, мы тебя догоним. Не забывай, тебя не только мы хотели с днем рождения поздравить.  — Ой точно! Меня же, наверняка, Аня и Рейчел ищут. — Джейн направилась к выходу из зала. — Вы идёте?  — Сейчас, Джейн, нам с твоей мамой надо всё убрать. Ты иди, Аня уже у вас в каюте. — Сказал Василий и махнул рукой. Джейн выбежала искать подруг.  — Поверить не могу, ей уже семь. — Лицо Ханны погрустнело. — А ведь, кажется, ещё вчера она училась ходить, а сегодня, уже спешит спасать галактику. А Аня за ней хвостиком бегает, будет её наводчиком, я уверена.  — Они точно заставят нас гордится. — Василий посмотрел на Ханну. — Эй, ты что плачешь? А ну отставить слёзы!  — Хи, есть отставить слезы. Мне просто страшно, она так рвётся в бой, и как солдат я её понимаю, но как мать, я хочу уберечь её от всех бед.  — Ты её не удержишь. Она умная девочка, не будет лезть на рожон.  — Я знаю, но ничего не могу с собой поделать.  — Не накручиваю себя. — Лицо у Василия было суровым, но он всегда умел улыбаться так, что ей становилось легко. Он всегда твердил «Это я снаружи такой злой, а внутри, я сама доброта» — Вот увидишь, мы ещё с тобой им будем честь отдавать как старшим офицерам. Или постоянно летать на их награждения. Ханна улыбнулась, да так и будет, подумала она.  — Ты прав. А теперь давай уберём оружие и пойдём праздновать.  — Слушаюсь, товарищ Ханна… Ханна… Ханна? Ханна? Ханна ты в порядке?       2184 год. Космическая станция Альянса «Арктур»       Ханна всматривалась в фотографию на инструментроне. На ней стояли три девочки семи лет. В центре стояла, конечно, именинница Джейн. В глазах горел огонь, и уже тогда была видна невероятная уверенность во взгляде. Справа и слева стояли её подруги, Рейчел Пол и Анна Кровцова. Позади стоял Василий Кровцов — отец Ани, его прямая осанка выдавала военного за милю, он приобнимал девочек за плечи и, как бы прижимает по ближе друг к другу. Все девочки выглядели такими счастливыми, они даже не подозревали, что это всё быстро кончится. Тот праздник стал последним для этой троицы. Уже через два месяца, Рейчел увезли с корабля. У девочки обнаружили серьёзное онкологическое заболевание, последствие облучения нулевым элементом, ещё в утробе матери. А через четыре месяца после отъезда, девочки вновь собрались вместе в последний раз. То было последнее желание Рейчел, увидится с самыми близкими. Тот последний вечер был трогателен и ужасен одновременно. Ни Джейн, ни Аня не желали отходить от подруги ни на шаг, в итоге она умерла ночью, в объятиях подруг. После того дня девочки не стали замыкаться в себе, реветь дни напролёт, они стали ещё дружнее, будто Рэйчел перед смертью передала им свою любовь. Они делали все вместе, словно сестры. Они были столь дружны, что казалось их связывает нечто большее, чем дружба. Но даже это не длилось долго. Вскоре Джейн увезли для обучения в военную разведку. Анна же пошла в школу инженеров, она была технически подкована, некоторые даже думали, что у неё в роду были кварианцы. Их дружба продолжилась на расстоянии, они писали, звонили, искали повод для встречи. Казалось, их сам Дьявол не разлучит. Но жизнь непредсказуема и жестока. Когда девочкам было по шестнадцать, они планировали провести каникулы вместе на Мендуаре, в доме у Ани. Но Джейн опоздала на свой корабль, и была вынуждена ждать три дня. Господи, Ханна никогда в жизни так не радовалась опозданию дочери. Анна прилетела, как и полагалось. Они с мамой и дедушкой Сашей, готовились встретить и Джейн, и летевшего тогда домой в увольнительную Василия. Но на второй день грянул гром. Батарианские работорговцы напали, и почти целиком выжгли колонию. Когда силы Альянса подоспели, на планете была бойня. Никто не выжил, а тех кто выжил, забрали отступившие батары. На следующий день, Ханна связалась с дочерью и сообщила о случившемся. На похоронах Джейн плакала, казалось, она не верила в тот момент, что всё это правда. Когда ушла Рэйчел, они уже заранее знали и успели попрощаться. С Аней, они общались за два часа до атаки, и обещали, что вот вот увидятся. В тот день, Ханна видела слезы дочери в последний раз. Больше Джейн не плакала, казалось, она забыла, что это, по крайней мере при ней. И вот, спустя четырнадцать лет, Ханна смотрит на ту фотографию с тремя беззаботно радостными девочками, которые даже не представляли, что ни одна из них не доживёт до тридцати.  — Ханна? Ханна, ты в порядке? Шепард опустила инструментрон с фотографией. И там, где только что перед глазами был молодой Василий, стоял, словно сошедший с фотографии, Кровцов. Всё та же осанка, та же полуулыбка. Годы брали своё, седина в волосах, а уставшее лицо испещрено морщинами.  — Василий? Как ты тут? — Ханна не верила своим глазам. Они не виделись больше пяти лет. Лишь писали друг другу.  — Не мог же я не присутствовать на назначении моей боевой подруги капитаном корабля. — Василий улыбнулся, только это уже была не та добрая улыбка, которой он одаривал всех. Теперь это была скорее улыбка через силу. После гибели родных, Василий ушёл в запой. Ту боль что он чувствовал, могла приступить лишь бутылка. Но его спасла Джейн. Она воззвала к его воинской чести, напомнила, ради чего он сражался и должен сражаться. Василий послушал юную девушку и взялся за голову. Как и многие военные его типа, он ушёл в работу весь. Он стал двигаться по лестнице званий и не было сомнений в его компетентности… До событий на Торфане. На Торфане располагался перевалочный пункт для преступников. Главной особенностью данного пункта являлось неофициальное покровительство Батарианской Гегемонии. Власти Гегемонии, безусловно, отрицали свою причастность, но все прекрасно знали, что большая часть работорговцев, террористов и пиратов на Торфане, состояли в Батарианской армии, или же имели связи в правительстве Гегемонии. Василий командовал одним из отрядов, штурмовавших базу с земли. Бой был тяжёлый, обе стороны несли тяжелые потери. Но в тот день Кровцова интересовали далеко не потери среди своих. Незадолго до штурма, командование Альянса выдало информацию о командирах на луне. Среди них были и те кто, если верить расследованию, проведённому Альянсом, были напрямую причастны к резне на Мендуаре. На тот штурм он шёл с далеко не ясной головой. События восьмилетней давности вновь были перед глазами. Разрушенный дом, раскопки его руин. Он прекрасно помнил, что чувствовал, когда увидел тело отца, переломанное максимально неестественно, который своим телом укрывал его жену и дочь. Этот поступок был бессмыслен, но благодаря ему, во время похоронной церемонии, гробы девушек были открыты. Кровцов не жалел никого. Он вёл свой отряд на верную смерть, но верил, что сможет обойтись минимумом потерь. Но батары оказались глубоко, штурм проходил волнами, но те уроды окопались надёжно. Во время очередного отступления, Василия подстрелили, и остаток боя он провел сидя и наблюдая со стороны. Командование перешло лейтенанту Сьюзен Рицци — сильному биотику, но с весьма непростым характером. Рицци сразу с приходом подкрепления пошла на штурм. И шла она в авангарде полностью проигнорировав приказы командира — майора Кайла. Рицци была великолепным бойцом, но её прагматизм и желание закончить штурм побыстрее не дали ей увидеть тот факт, что не все её бойцы биотики, и далеко не все так хороши в бою как она. В итоге, с Торфана не один батарианец не выбрался живым. Счёт убитых лично лейтенантом Рицци исчислялись десятками. Но и потери Альянса были не слабыми. Майор Кайл подал в отставку. А лейтенант, несмотря на весьма неоднозначное к ней мнение, была приглашена в программу N7 и получила прозвище «Торфанский мясник». После того случая капитана-лейтенанта Кровцова уволили в запас. Сам Василий в письмах Ханне не раз говорил, что сожалеет о содеянном, и даже когда его хотели вернуть, он отказался.  — Боже. Сколько же мы не виделись? — Ханна была рада старому другу.  — Почти шесть лет. Хотя кажется, намного больше. — Василий подошёл к Шепард ближе. — Я соболезную тебе. — Он обнял старую подругу.  — Спасибо. От тебя это звучит искренне. Вскоре объятия закончились, и Ханна продолжила поправлять форму.  — Я, на самом деле, зашёл проститься. — Голос Василия стал ещё тоскливее.  — Что-то случилось?  — Я ухожу из Альянса.  — Что? Почему? Василий присел на стул.  — Я так больше не могу, Ханна. После Мендуара, я пытался найти смысл жизни в армии, но после Торфана… Я не могу больше считать себя солдатом.  — И когда же ты уйдёшь?  — Я уже ушёл. Хакет сегодня подписал моё прошение об отставке.  — И куда же ты двинешься дальше?  — Одна из колониальных компаний предложила мне заняться разработкой охраны колоний. У меня есть опыт в проектировании баз, а им нужны частники.  — И куда ты отправишься? — Голос Ханны стал тише. Василий был последним из того небольшого списка друзей, что были у Шепард-старшей. Остальные, как это свойственно военным, героически гибли в бою, кто-то спивался, или же вовсе подавался в пираты.  — В системе Иера, есть небольшая колония, на планете Горизонт. Туда меня скоро отправят.  — Ты уверен, что сможешь жить в колонии?  — Уверен, более чем. — На лице солдата повисло лёгкое напряжение, словно он думал, говорить или не говорить. — Я там буду не один.  — Вася? — Неожиданно на лице у Ханны возникла ухмылка. Она всегда понимала его в этой ситуации. Ни он, ни она повторно семью заводить не стали. Однако, в глубине души, Ханна надеялась, что Василий найдёт себе кого-то, как любой хороший друг. Она не сомневалась, что Вася ей желал того же. — И кто она?  — Увы, это не то, о чём ты подумала, Ханна. — Василий ухмыльнулся. — Пару месяцев назад, на Цитадели задержали девочку. Позже выяснилось, что в раннем детстве её и её родных забрали работорговцы — батары.  — Подожди, ты имеешь ввиду...  — Она с Мендуара. Ханна разинула рот от удивления. Василий продолжил.  — Её зовут Талита. Я помню её семью, они жили в двух домах от нас. Но у неё большое психическое расстройство.  — Зачем ты хочешь её забрать? Ей ведь лучше в больнице. Там врачи, они помогут ей лучше тебя.  — У меня есть знакомый психолог, он как раз хотел открыть клинику в какой-нибудь колонии в центре галактики. Так что я их перевезу на Горизонт.  — Ты уверен в этом?  — Ханна, я четырнадцать лет жил с раной на сердце. Моя семья была для меня всем, я жил для них, воевал за них и в память о них. Но вот сейчас сама судьба передаёт такой привет из прошлого. — Василий говорил уверенно, он уже всё решил, и Ханна была даже рада за него. — Я хочу, чтобы эта девочка смогла зажить нормальной жизнью, и я сделаю всё, чтобы она её получила.  — Я рада за тебя. — Ханна отдала честь. — Для меня было честью служить с тобой.  — Для меня тоже. — Василий отдал честь в ответ. — А теперь я пойду в зал и буду сегодня с тобой. Ты всё это заслужила.  — Возможно, но вот только наградить меня решили только после смерти моей дочери. Если такова цена за звание, то я бы предпочла живую дочь.  — Ты главное не волнуйся, всё пройдёт спокойно. — Василий направился к выходу из каюты, но на выходе задержался. — Я бы на твоём месте остерегался больше политиков и журналистов, они сегодня будут следить за тобой как коршуны.  — Пусть идут нахер! Если хоть кто-то спросит сегодня что-то каверзное про мою дочь, отправится в далёкий полёт.  — Ха! Узнаю прежнюю Шепард. Ты главное не бей всех, кто спросит, а то все на станции будут избиты. — Василий улыбнулся напоследок и вышел. Ханна, тем временем, проверила инструментрон, пять минут до церемонии. Она глубоко вздохнула и вышла в направлении большого зала.

***

      На станции Арктур был настоящий ажиотаж. Сегодня должна была пройти церемония награждения командиров экипажей, сражавшихся на Цитадели с гетами. На следующий день планировалось церемония в честь офицеров, повышенных в звании. Разумеется, главным событием все считали повышение контр-адмирала Михайловича до адмирала, и передачи ему под командование второго флота. Но многие считали главным повышение Шепард с старпома до звания капитана и передачу ей под командование дредноута «Оризаба». Но два этих события решили совместить в одно. И на то была, весьма веская причина. Дело было в, так называемом, дне открытых дверей. Арктур открывал свои двери представителям правления рас, входящих в состав Совета Цитадели. Собственно, и сами советники были приглашены. Вокруг станции не было никогда столько кораблей не людского происхождения. Все корабли, конечно, держались на расстоянии от станции. Тут был корабль Совета «Путь предназначения», привезший заодно и нескольких членов совета Матриархов азари с Тессии. Был и дредноут примарха Турианской иерархии Федориана, «Кандерус». И корабль делатрессы саларианцев Линден «Беспокойная». Также от Альянса получили приглашения и представители других рас, что были членами команды корабля «Нормандия», кроганы и кварианцы. Для кварианцев это было огромной честью данное приглашение, всё-таки, последние два века кварианцы были изгоями в пространстве Цитадели. По этому случаю был отправлен член Коллегии адмиралов. Однако, когда его корабль прибыл, бедный диспетчер чуть не поперхнулся читая его, довольно забавное название. С кроганами было сложнее. По просьбе Совета было решено, что количество представителей этой расы будет весьма ограничено. Все дружно решили, что дюжины хватит. Но и этого могло не понадобиться, ведь ответа от кроганов не было не одну неделю. Уже казалось, что они проигнорировали приглашение. Однако всё же ответ пришёл, как позже выяснилось, от новоиспеченного лидера клана, и тот принял приглашение. И вот, уже настал день церемонии. Все послы были на месте. Офицеры, что получали награды, и адмирал, и капитаны, что получали в своё распоряжение новые корабли. Безусловно были и просто желающие посетить это мероприятие. Богатые бизнесмены всех рас выкупали места. Если и были желающие узнать секреты Альянса, то тот был не их день. Все военные объекты были полностью опечатаны и доступ туда имели лишь высокопоставленные члены правления или офицеры Альянса. Если в первые пару дней, пока все только прибывали, присутствовала напряжённость, то ко дню награждения все барьеры благополучно были снесены. Даже самые ксенофобные офицеры, причём не только среди людей, чувствовали себя спокойно и вели задушевные беседы с офицерами других рас. Тот же Михайлович, сейчас стоял и весело общался, с генералом турианцев и лидером клана кроганов.  — Или вот ещё. Читает он речь «Социалистические государства идут на говно.» тут он хмурится «на говно…», тут политработник рядом говорит ему: «Леонид Ильич, переверните страницу», он продолжает «нога в ногу со временем… " — И все рассмеялись над древним анекдотом.

***

      Среди всех новоприбывших кораблей затеряться небольшому красному истребителю было просто. Чем Джек и воспользовался. Пока Арианда на автопилоте сажала корабль в док, Харпер выбирал снаряжение. Хотя он был на станции Альянса, но в нынешнее время осторожность лишней не будет. Однако, дабы не выделяться, ему пришлось оставить меч и свою основную броню, заодно приказал Спектрам не покидать корабль. Из оружия только пара пистолетов — «Фаланга» и «Паладин». Не успел он покинуть корабль, как его уже встречали. Благо встречали свои.  — Лейтенант Харпер.  — Капрал Дженкинс. — Старые друзья отдали друг другу честь.  — Уже сержант. — Помимо нового звания, Ричард был облачен, в знакомую Джеку, форму N7. Волосы слегка отросли, а на лице была небольшая бородка.  — Мои поздравления. Ты заслужил новое звание. Но в N7… Тебе сказочно повезло попасть туда. — Солдаты двинулись к выходу из ангара.  — Я сам удивлён этому. Хотели сначала в лейтенанты произвести, но я не проходил офицерскую подготовку. Так что офицером я стану после прохождения программы. Тебя куда сопроводить?  — Я к адмиралу Хакету. За памятником.  — А. Понятно. Я тоже бы хотел туда слетать. Но пока не пройду программу, мне придётся находиться здесь.  — Да уж, помню. — Джек ухмыльнулся, вспомнив те далёкие, как казалось, времена. — Кто хоть твой инструктор?  — Капитан-лейтенант Сьюзен Рицци. — С лёгким недовольством ответил Ричард.  — Хо-хо. Повезло тебе. Сама Торфанский мясник. Я её помню. У неё весьма тяжёлый характер, но, если докажешь, что не тюфяк, найдёшь в ней надёжного друга.  — Настоящая фурия. Причём во всех смыслах. — Дженкинс ухмыльнулся. — Она в Рио прошла подготовку и официально считается фурией.  — Да-а. Я и забыл. Кстати, как там Райдер? — Джек вспомнил своего наставника.  — А ты не знал? — Лицо Дженкинса погрустнело. — Алека Райдера временно отстранили от службы.  — За что? Он же отличный боец, и хороший наставник.  — По официальной версии, за эксперименты в создании ИИ.  — ИИ?! Зачем ему это? — Джек недоумевал. Алек был, конечно, отличным техником, но подобными технологиям не уделял внимания. А тут попытка создать ИИ. Странно — подумал Джек.  — Я не знаю. Говорят, он передал на сторону данные по взбесившемуся на Луне ВИ. — Дженкинс, задумался, будто вспоминал. — А ещё поговаривают, он детей своих хотел пристроить.  — Ну чтобы из-за кумовства убирали. Не поверю. — Уж о кумовстве Джек прекрасно знал, не понаслышке.  — Так если бы. У него же дети больны.  — И что у них?  — СДВГ, если не ошибаюсь. — Ричард сказал это так, словно болезнь смертельная.  — Дженкинс, ты чего? Это же не диабет какой или онкология. — Харпер смотрел на друга и ухмылялся. — Ты хоть знаешь, как это переводится СДВГ?  — В общем-то нет.  — Ну, насколько я помню, это болезнь называется — синдром дефицита внимания и гиперактивности.  — А что это?  — Честно, я уже и не помню. Как-то на статью наткнулся в экстранете. А что там было написано, уже и не помню. Так они и общались, пока не добрались до кабинета адмирала.  — Ну, удачи тебе, Ричард. Надеюсь, при следующей встрече, ты уже будешь офицером N7.  — Спасибо. И тебе удачи, что бы ты не задумал. Коллеги отдали на прощание друг другу честь, и Дженкинс отправился дальше по коридору, а Харпер вошёл в кабинет.

***

      В кабинете его ждал лишь сам Хакет. «Совершенно не изменился» — подумал Джек.  — Входите, лейтенант. — Адмирал указал на кресло напротив стола, и Джек покорно в него сел.  — Адмирал, я прибыл за…  — Я прекрасно знаю, зачем вы здесь, Харпер. — Хакет говорил громко, но голос его был спокоен. — Я уже отдал приказ. Памятник «Нормандии» доставлен в док с вашим кораблём. Нужно лишь его загрузить.  — Спасибо, сэр. Мне бы ещё знать координаты. Хакет активировал инструментрон, появилась карта системы.  — Сигнал SOS поступил с «Нормандии» из Туманности Омега, в системе Амада. После нападения, обломки упали на планету Алкера. Эта планета покрыта, преимущественно, льдом. Атмосфера из метана и аммиака. Точное место крушения узнать не удалось.  — Я найду его, сэр.  — Я не сомневаюсь. — Хакет кивнул. — У меня есть просьба. Вместе с коммандером Шепард погибли ещё двадцать членов экипажа. Прошу доставить их тела, или хотя бы жетоны, чтобы я мог их отдать семьям погибших.  — Сэр, не так легко будет найти два десятка погибших в руинах.  — У всех жетонов Альянса присутствует датчик, при передачах по радиоволнам спец сигнала в азбуке Морзе, датчик загорается и светит ярче звёзд. Это сделано как раз для таких случаев. .  — Хорошо, я всё сделаю. Они были и моими коллегами и членами команды.  — Хорошо. — Хакет скупо улыбнулся. — А теперь к менее приятному. — Он открыл один из ящиков и достал пару файлов. — Со мной связались высокопоставленные чиновники из верхушки Альянса. Хотели с тобой поговорить.  — С чего это я им понадобился?  — Считай, что тебе повезло, Джек. — Адмирал сказал уже более мягко. — Комитет хотел тебя пригласить на это мероприятие, но я их отговорил, сказав, что ты залечиваешь рану, полученную на Фел Прайме. И они попросили меня отправить тебя в долгосрочный отпуск.  — Зачем им это?  — Как бывший член «Нормандии», ты являешься частью 63-го разведфлота, под командованием адмирала Михайловича. Но сегодня его должность займёт контр-адмирал Хэррис, так как Михайловичу передадут под командование Второй флот. — К чему вы ведёте, сэр? — Хэррис — шурин одного из членов совета директоров «Киншаса Фабрикейшнс». Они поставляют нам лучшую броню. Но суть в том, что наши спонсоры, к коим «Киншаса» также относится, заинтересованны в тебе, Джек. — И что им нужно от меня? — Джек догадывался, зачем мог понадобиться толстосумам.  — Я не преувеличу, если скажу что ты, весь с потрохами. — Хакет говорил весьма недовольным тоном. — После битвы против «Властелина», Альянс понёс серьёзные потери. К тому же, была принята новая система сканирования для разведывательных кораблей. Они надеются, что с твоей помощью смогут найти новых спонсоров.  — Но чем? Чем я помогу? Я такие мероприятия терпеть не могу. И у меня нет времени на это.  — А им это и не надо. Им важно, что ты — один из символов того, что человечество способно противостоять любым угрозам.  — А их не волнует, что, находясь в составе разведфлота, я могу быть на важном задании, где нибудь в тылу врага?! — Харпер был зол. Он должен искать убийц Джейн и готовиться к вторжению Жнецов, а его хотят на банкетах сгноить. — А как насчёт Жнецов? Об их приближении они не думают?!  — Именно поэтому и поставили Хэрриса. По требованию высокопоставленных чиновников, он легко выпишет тебя, скажем, к ним в охрану. А насчёт Жнецов. Им они выгодны, лишь как способ раскошелить богатеев, не более.  — А как насчёт Михайловича? Насколько я знаю, 63 разведфлот входит в состав Второго флота. Почему он не сможет вмешаться.  — У Бориса будут другие проблемы. Второй флот нуждается в перевооружении. Его завалят бумажной работой по самые яйца. Но… — Хакет сделал паузу и посмотрел на Джека. — Он тебе верит, и солидарен со мной. Так что, мы уже подготовили для тебя задание. Адмирал положил электронный документ перед Джеком.  — Это указ с директивой «В тылу врага». Её приняли после Элизиума. Подписав её, ты соглашаешься на задание, мы не будем иметь с тобой прямой связи и сроки задания не указываются.  — Звучит слишком позитивно. Но почему я раньше не слышал об этой директиве.  — Её подписывают смертники. — Эту фразу Хакет произнёс, словно гроб заколотил. — Эту директиву ввели, после череды терактов, совершенных батарианцами. Мы решили им ответить. Подписав её, боец снимал с командования ответственность за свою гибель во время выполнения задачи. Таковыми были: подрыв имущества, как правило это были военные объекты, убийства командиров. Всё это были самоубийственные миссии, ни один из подписавших не вернулся живым.  — И вы готовы меня отправить в один конец? — На лице Джека появилась ухмылка, он не смог её сдержать.  — Я не сомневаюсь в тебе, Харпер. Просто эта директива — твой единственный шанс отвадить этих толстосумов и бюрократов. Но поддержки от Альянса не будет, надеюсь ты понимаешь, о чем я.  — Да. Ни финансов, ни оружия, ни протекции. Я понял. Но кормушку СПЕКТРов то никто не отменял. — Джек, недолго думая, подписал где надо. — Ну что же, мне пора. Спасибо вам, сэр, и адмиралу Михайловичу тоже.  — Я передам. И ещё… — Хакет кинул маленький прибор уходящему Харперу. — Это пейджер, тебе — любителю древности он знаком. Его сообщения невозможно перехватить, он слишком древний для современных сетей. В нём установлен передатчик, чтобы ты мог с его помощью отправлять сообщения лично мне. Удачи.  — Благодарю, сэр. Вам того же. — Джек отправился к ангару, где стояла «Мамба» и готовился к отбытию. Больше он не хотел здесь задерживаться.

***

      Ханна шла в сторону бара, завтра ей предстоит принять на себя командование кораблём, а сегодня она решила просто принять на грудь. В окружении политиков, бизнесменов и высших чинов, последние от первых не сильно отличаются, чувствовала себя неуютно. Плюс ко всему, на мероприятии присутствует целая куча журналистов, а на них у Шепард была настоящая аллергия. Но до бара ей не суждено было дойти.  — Зашибатую речь вы произнесли, капитан. Теперь понятно в кого наша коммандер пошла. — Голос был ей знаком, и знаком в хорошем смысле. Ханна обернулась и увидела лейтенанта Джеффа Моро и сержанта Ричарда Дженкинса.  — Поддержу Джокера, речь вышла отличная. — Добавил Дженкинс.  — Спасибо вам, молодые люди. Но, боюсь мои слова, вряд ли подействуют. Хотя надежда умирает всегда последней.  — Надо надеяться, наша надежда ещё жива. — К их группе подходил адмирал Хакет. Он держался уверенно и сдержанно. — Однако сейчас…  — Сейчас все заинтересованы в восстановлении разрушенного, нежели создании чего-то нового. — В их разговор вмешался советник Андерсон. Ханна его даже сначала не признала. Столь знакомая ей форма офицера Альянса была заменена на тёмно-синий костюм. Забавно, но по мнению Ханны, костюм советника слегка полнил.  — Неужто все, кто уходят в политику, начинают набирать лишние килограммы? — Шепард не могла не съязвить, она помнила ещё молодого Андерсона, того очень много внимания уделял своей физической форме.  — Увы. — Лишь развел руки Дэвид. — Все главные бои у политиков проходят в кабинетах и на собраниях, а больше всех трудится тут мозг. А тяжелее ручки мало кто что поднимает. Боже, уже жалею, что меня выбрали.  — Лучше вас нет вариантов. — Возразила Ханна.  — Тоже самое говорила твоя дочь. И не надо ко мне на Вы, мы достаточно хорошо знакомы, чтобы не соблюдать формальности.  — И всё же, на таких мероприятиях стоит соблюдать субординацию. — Сказал Хакет.  — Тоже верно.  — Сэр, а мою просьбу не удовлетворили? — Решил взять слово Джокер.  — Мне жаль, Джокер, но нет. Тебя не вернут в небо. — Андерсон говорил это с прикрытым недовольством.  — Но почему? Джокер — лучший пилот во всей Галактике, да он на дредноуте поле астероидов пройдёт без единой царапины. — Сокрушался Дженкинс.  — Тут я мало что могу сделать. В совете безопасности решили, что такой «стеклянный пилот», как они выразились, не стоит затрат на лекарства. К тому же, они считают, что ты ни с кем не сработаешься.  — Ясно. — Джокер поник. Андерсон был его последней надеждой.  — Я бы могла взять Джокера к себе на корабль. — Вставила свои пять копеек Ханна. — Если сержант Дженкинс так хвалит его, то такой пилот мне точно будет нужен.  — Ценю твой пыл, Ханна. Но боюсь тут есть загвоздка. — Ответил Андерсон.  — Вы, как новоиспеченный капитан, не сможете набирать команду сами. — Продолжил за Андерсона Хакет. — Состав укомплектуют из опытных и бывалых бойцов, чтобы вам было проще по началу. Всё что вы можете, это исключать из команды, но на это нужны будут веские причины и множество рапортов.  — Ну нет, такого я точно не стою. — Неожиданно ответил Джокер. — Никому не позволю из-за меня замарать себя канцелярщиной.  — Это и не обязательно. — Взял слово Дэвид.  — Сэр?  — Я поднял парочку старых связей. И смог тебе выбить неплохой вариант. — Продолжил советник. — Летать ты не сможешь, но практику иметь будешь.  — Погодите, вы говорите про…  — … Лётную школу. — закончил Андерсон. — Будешь обучать талантливую молодёжь. Там есть пара перспективных самородков. Сможешь сделать из них бриллианты.  — Хм. Это хотя бы что-то. Сделаю всё что в моих силах. — Перспективы преподавания не очень влекли Джеффа, но ради Андерсона он готов на многое. Тем более лучше летать на тренажёрах, чем вообще не летать. Неожиданно, у Андерсона зазвонил инструментрон.  — Да?  — Советник. — Слегка ворчливым голосом на той стороне произнёс посол Удина. — С вами желает поговорить Турианский Примарх. Вы не могли бы подойти к нам, мы у стола с декстро-питанием.  — Уже иду. — Андерсон нахмурился. — Ну вот, пора возвращаться к делам. Адмирал, капитан, лейтенант, сержант, было приятно с вами пообщаться. — Андерсон поочерёдно пожал всем руки. Уже хотел идти.  — Сэр, напоследок, можно вопрос? — Не удержался Джокер.  — Задавай.  — А есть среди учеников кто-нибудь интересный? Не в плане романтики, вы не подумайте. Желательно, чтобы был такой же безбашенный сорвиголова, как я. Его я точно многому научу. — Андерсон на секунду задумался.  — Хм, ну есть один парень. Несносный мальчуган, но талант у него виден издалека.  — Мне он уже нравится. Как зовут его.  — Райдер. Скотт Райдер. — Советник развернулся и ушёл.  — Райдер. Знакомая фамилия. — Джокер где-то слышал это имя.  — А он случайно не сын Алека Райдера? — Спросила Ханна у Хакета.  — Он самый.  — Вы его знаете, капитан? — Спросил Дженкинс.  — Знаю ли я человека, что обучал мою дочь в программе N7. Дайте подумать сержант. — Шепард сделала задумчивое лицо. — Конечно знаю. Я и детей его знаю. Близнецы Сара и Скотт. Правда больше о них рассказать мне нечего.  — Да ладно. Шепард тоже обучалась у Райдера? Джек говорил, что тоже у него учился. — Удивился Ричард.  — Алек Райдер долгие годы был лучшим инструктором в программе. Всех самых талантливых отправляли к нему. — Взял слово Хакет.  — И все отзывались о нём очень хорошо. Не было даже признаков того, что Райдер готовит измену. — Этот мягкий голос с нотками металла принадлежал женщине, что сейчас стояла за Дженкинсом, чему последний, судя по напрягшимся венам на шее, был не очень рад.  — Капитан Рицци, ну что же, чем больше компания, тем приятнее беседа. — Сказал Хакет. Ханна и Джокер смогли разглядеть довольно неприметную женщину лет тридцати. Чёрные волосы, затянутые в низкий хвост, такого же цвета глаза, невысокая, худая. Лишь наличие эмблемы N7 на её платье выдавал в ней одного из лучших бойцов Альянса.  — Спасибо, адмирал, а я как раз думала, куда подевался мой ученик Лерой. А он тут со своим дружком, небось вспоминаете былые деньки. — Несмотря на циничность, с которой Сьюзен говорила эти слова, в глазах у неё горели искорки озорства, что говорит об абсолютной несерьёзности того, что она говорит. Да и бокал в руке намекал, лейтенант навеселе.  — А что случилось с Райдером? — Полюбопытствовала Ханна.  — Слышали про ВИ, что на Луне устроил бойню? — Начала Рицци.  — Пф, слышали, да Шепард с Харпером его отключили. — Вспомнил Джокер.  — Да, но не стёрли. Так вот, Алеку было поручено маленькое, но ответственное поручение, проследить за полным уничтожением ВИ. — Сьюзан продолжила рассказ. Хакет стоял рядом, но пока не поправлял. — Но по прибытии, процесс стирания отложили, сославшись на какие-то помехи. Этого времени оказалось достаточно, чтобы отряд неизвестных пробрался в комплекс, умыкнул тот ВИ, по пути хорошенько потрепав охрану, и самого Алека, в частности.  — Так почему Алека отстранили. Есть доказательства? — Вклинилась Ханна.  — Прямых нет. — Тут слово взял Хакет. — Но бывший посол людей на Цитадели вспомнил, что, будучи военным атташе, Алек Райдер продвигал идею ИИ. Но её, разумеется, не поддержали.  — И только из-за слов какого-то придурка в костюме? — Недоумевал Джокер.  — Есть более вещественное доказательство. Именно после прибытия его шаттла, на станции начались помехи.  — Всё равно бред. — Не унимался Дженкинс.  — Я и не спорю, сержант. В данной ситуации некоторым личностям было выгодно подпортить репутацию Райдера. Через пару недель виновного найдут и его отпустят. — Заверил Хакет.  — Такова схема в подобных ситуациях. — Начала Рицци. — Посадил, доказал, обнаружил… что не того посадил.  — Просто после смерти адмирала Кахоку, у высших чинов развелась паранойя. — Продолжил Хакет. — Они боятся стать следующими жертвами «Цербера».  — А какой смысл «Церберу» их устранять? — Спросил Дженкинс. — Насколько я помню, Кахоку убили из-за того, что начал под них копать.  — И даже что-то нарыл. — Поддержала Рицци. — Эти данные в Альянсе изучали, но…  — «Цербер» быстро почистил хвосты. — Произнёс Хакет. — Всех агентов, чьи имена были в утечке, убрали. Причём большинство с летальным исходом.  — Они что, своих?  — Нет. Большинство покончили с собой, а все данные с терминалов и компьютеров стёрли. Никаких следов.  — Они явно были готовы к такому развитию событий. — Отметила Ханна.  — Это да. — Согласился Хакет. — Теперь подбор персонала на их места идёт весьма строгий. Любой привод может стать причиной для допроса и возможного заключения.  — Не самая лучшая реклама для Альянса. — Мрачно произнесла Ханна. — Они хоть понимают какой урон нанесут по репутации?  — Надо надеяться, что скоро. — Отметила Сьюзен. — А то скоро все из Альянса повалят, как Харпер. К слову, я его тут не наблюдаю. — Рицци демонстративно оглянулась.  — Капитан-лейтенант Харпер отказался от приглашения. Он отправился на задание и в данный момент недоступен. — Спокойно объяснил Хакет.  — Когда это он успел? — Спросила Рицци.  — Он прибыл сегодня на станцию, незадолго до начала церемонии. — Ответил Дженкинс.  — И меня не навестил? Вот козёл! — Сьюзен было немного обидно, что Джек её не проведал. Всё-таки учились в академии вместе.  — Он только забрал памятник «Нормандии» и улетел. — Дополнил Хакет. — К тому же, я не думаю, что столь известная личность осталась бы тут без внимания.  — Что, совесть не позволяет? — В голосе Джокера таилась обида.  — Это ты к чему, Джефф? — спросила Ханна.  — Так он же, вроде, уходить собрался. — Теперь в голосе пилота обида проскакивала явно.  — Уже нет. — Развеял слухи Адмирал. — Харпер передумал. Однако, всё же ему не стоит сегодня тут появляться. Местные журналисты его заклюют. Впрочем, не только журналисты. Некоторые компании, что занимаются поставками снаряжения для Альянса весьма в нём заинтересованы.  — Зачем он им?  — А разве не понятно? — Начала Рицци. — Как игрушка. Им нужен Харпер, как лицо, которому можно доверять. Он то у нас нынче герой. Вот и хотят за его счёт поднять репутацию.  — Сомневаюсь, что он согласился бы. — Сказал Джокер.  — Поэтому он и отправился на задание, которое мы пометили директивой «В тылу врага». — Ответил Хакет.  — Но, сэр, это ведь билет в один конец. — Удивилась Ханна.  — На бумаге. На деле же, Джек будет вести расследование. Он будет искать тех, кто уничтожил «Нормандию», а также искать всю возможную информацию, связанную со Жнецами.  — И он этим будет заниматься один? Без корабля и команды? — Со скепсисом спросил Джефф.  — Нет. Андерсон сказал, что у него свой личный корабль, и что Совет отправили к нему ещё трёх Спектров.  — Следить за ним?  — Помогать. И как я понял, Харпер возглавит их группу. — С большой долей гордости сказал адмирал.  — Хе. Этот парень до сих пор умеет удивлять. — С улыбкой ответила Риции, запивая шампанским. — Вы думаете он справится?  — Не сомневаюсь. — Ответил Хакет. — Харпер — один из тех, кто способен перевернуть ход сражения. Может он не великий лидер, но я считаю, у него всё впереди.  — Согласен. — Поддержал Ричард. — Харпер один из лучших бойцов кого я знаю. Да и опыта у него не мало.  — Герой Элизиума, единственный выживший на Акузе… Не, у Жнецов нет шансов. Может он и говнюк местами, но он нам нужен. — Подхватил Джокер.  — Я не так хорошо знаю Джека, как вы, но Джейн говорила о нём, как о потенциальном лидере. Ему нужно дать шанс себя проявить. И мне кажется, этот шанс ему скоро представился. — Сказала Ханна.  — Сколько же пафоса, ребят. — Не смогла удержаться Сьюзен. — Я тоже верю в Джека. Потому что, если он облажается, то я его лично отпинаю.  — Ну что, господа и дамы, за Харпера! — Поднял стакан вверх Джокер.  — За Харпера! — Все дружно чокнулись и осушили стаканы.  — Так, я пошла искать Винсент, иначе, чувствую, она начнёт с кроганами бодаться. — Напоследок сказала Рицци и ретировалась.  — Я пойду тоже. — Сказал Ричард. — Мне ещё завтра на тренировку.  — Мне бы просто присесть. — Сказал Джокер и пошёл к ближайшей скамейке.  — Я тоже пойду. — Начала Ханна. — Завтра начнётся приёмка корабля.  — Завтра могут обойтись без тебя, Ханна. — По-доброму произнёс Хакет. — Так что сегодня можешь ни в чем себе не отказывать.  — Спасибо, сэр. — Ханна тепло улыбнулась на прощание и пошла искать ближайшую стойку бара, или официанта. Сегодня её цель: напиться и забыться. Ханна погрузилась в свои мысли. После смерти Джейн, она не знала покоя. Сначала она её похоронила в пустом гробу, что уже угнетало. Далее, в Альянсе решили её повысить, и всё бы неплохо, но она прекрасно знала, что её повышение не более чем политический ход. Когда же Ханна узнала, что угрозу Жнецов возвели в категорию бреда, она просто негодовала, всё за что сражались и умерла Джейн, Совет и Альянс похоронили за считанные дни. От всего этого ей было тошно, и она решила найти спасение в алкоголе. Она уже почти добралась до стойки…  — Смотри куда прешь, человек! Ханна настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила стену. Стеной оказался кроган, явно недовольный тем, что какая-то женщина въехала в него. Ханна оглядела его, на нём была серая броня, с голубой оправой, панцирь зелёного цвета.  — Извините, я вас не заметила. — Вежливо ответила Ханна. — Я просто задумалась.  — Да что ты позволяешь себе? Я — вождь великого клана Гадаток! — У этого крогана явно было плохое настроение и просто ждал на ком бы выместить свою злость. Ханну же он начал бесить, он мало того, что начал кричать на неё из-за какой-то мелочи, так ещё и людей распугал. Они немного отошли, образовав круг и в его центре Ханна и этот кроган.  — Увенк! — Из толпы к ним быстро, чуть ли не бегом вышел другой кроган, в красной броне и такого же цвета панцире, плюс у него был шрам на правой стороне лица. Подбежав к тому, кого он назвал Увенком, он со всей силы боднул.  — Ты что, с ума сошёл, Рекс?! — Рекс? Ханне это имя казалось знакомым.  — Как ты себя ведёшь?! Люди пригласили нас на официальное торжество, такой чести кроган давно не удостаивались.  — Кхм. — В толпе привлекла к себе внимание азари в дорогом наряде и с иронией смотрела на Рекса.  — Ну если не считать праздника в честь окончания Рахнийских войн. — Поправил себя Рекс. Затем повернулся обратно к Увенку. — Всё равно, мы — гости на этом мероприятии, так что веди себя вежливо, пыжак. И извинись перед этой женщиной. — Спасибо, конечно, но я сама могу ответить за себя. — Ханна собрала всю ту злость и боль последних месяцев, сконцентрировала её на Увенке и от души боднула его. После удара у неё зазвенело в ушах, где-то там она слышала шокирующие вздохи, шепотки, что в реальности были весьма громким обсуждением её поступка, но ей было всё равно. Она чувствовала, как со лба течёт тёплая струя, однако Ханна на неё не обращала внимания, ей полегчало, если не физически, то морально точно. Слух потихоньку возвращался. Ей казалось, что прошла вечность, на деле секунд десять.  — Ха! Вот это я понимаю разговор. — На лице Рекса была самая весёлая улыбка, какая может быть у крогана.  — Рекс, что она себе позволяет?! — Увенк был не так рад.  — Иди отсюда, Увенк. Найди остальных и не нарывайся. — Увенк с явным недовольством повиновался и исчез в толпе. Дальше Рекс обратился к толпе. — Что уставились? Шоу окончено. — Затем он повернулся к стоявшему в толпе Хакету. — Вы не переживайте, этот пыжак больше не будет, иначе я ему панцирь в глотку засуну.  — Думаю можно будет без этого обойтись. — Хакет спокойно ответил. Затем он обратился к Ханне. — Всё в порядке, капитан?  — В полном. — Ответила Ханна, у которой уже всё лицо было в крови. — Сейчас умоюсь, обработаю рану и буду как новенькая.  — Я прослежу. — Рекс взял слово, Хакет спокойно кивнул. — Идём, выпьем. Толпа разошлась по своим делам. Рекс повёл Ханну к бару, куда она и шла изначально. Подойдя к бару, они сразу взяли мокрую салфетку, и Ханна вытерла лицо. Дальше обработала рану водкой, панацелин тратить на такую мелкую рану не стоило.  — Значит вы — мать Шепард. — Рекс заказал бутылку какого-то ринкола. — Я не сразу догадался, но, когда ты боднула Увенка, я сразу понял. Хотя стоило раньше, в вас есть внешнее сходство.  — Да, только Джейн всегда умела задавить словом, а мне порой красноречия не хватает. — С грустью сказала Ханна.  — Да это ничего, ты правильно поступила с Увенком, кроганы понимают только язык силы. — Рекс осушил стакан, Ханна повторила это действие и чуть не подавилась, напиток был очень крепким. — Да, это не ваше пойло.  — Кха, да уж. — Ханна наконец смогла говорить. — Так значит вы тот самый Рекс? Моя дочь в письмах рассказывала много интересного про вас.  — Да? Надеюсь, только хорошее. Только я теперь Урднот Рекс. Я как бы и раньше им был, но я много лет не был частью клана, так имя клана не использовал очень долго.  — А почему вы решили вернуться в клан?  — Много причин.  — Назовите хотя бы пару.  — Хорошо. Могу назвать три. Шепард, Харпер и лаборатория на Вермайре. Путешествие на «Нормандии» напомнило мне о долге перед моим народом. То, что лучшие учёные кроганы готовы идти за помощью к такой падали как Сарен, ясно говорит о том, во что превратился мой народ. Я хочу это изменить. Если нам не суждено вылечиться от генофага, то мы научимся с ним жить. — Рекс говорил уверенно, с верой в свое дело. — За всё то время, что генофаг существует мы сами себя уничтожаем.  — Вы сами всё это поняли? — Ханна была под впечатлением. Возможно с Рексом у кроганов, как у цивилизации есть шанс.  — Ну… Не сам. Многое из этого мне рассказали наши женщины. — Рекс помрачнел. — Многие из них не могут родить и это их убивает. Я лично видел, как некоторые из них от горя кончали с собой. Женщины у нас, это всегда жрецы, учёные, послы, по крайней мере, так было раньше. Сейчас они — ресурс, каждый клан готов стереть любой другой за пару способных рожать женщин.  — И как же вы будете это решать? — Поинтересовалась Ханна.  — Для начала, я собрал всех женщин из кланов, что вошли в наш союз в одном месте. Затем даровал нашим женщинам полную свободу, они сами решают свою судьбу, и они дружно решили остаться, но это их выбор. Многим кланам не нравится моя позиция, но мне всё равно.  — Серьёзный настрой.  — А вы чего ожидали, кроганы не особо сентиментальны. Вы бы кстати, капитан, поосторожнее с азари. — Заговорчески сказал Рекс.  — Почему это?  — Ты — один из самых сильных представителей своей расы. Для азари ты лакомый кусочек. Так что будешь на Цитадели, готовься к наплыву синекожих милашек, что хотят от тебя дочку и точка.  — Буду иметь ввиду. Ну ладно, спасибо за разговор, было приятно пообщаться, Рекс. — Взаимно, Шепард. Теперь вижу, твоя дочь не зря так смахивает на крогана, это у вас семейное. — Сказал со смехом Рекс. Он увидел, что Ханна готовилась отпить из стакана. — Э-э, нет. Лучше сначала дойти до кровати и уже сидя на ней можешь пить, больше двух стаканов ни один человек не осилит.  — Оу, спасибо. — Ханна взяла стакан и пошла в свою комнату. — Счастливо. Пока Ханна шла через зал, краем глаза увидела Джокера, что с улыбкой смотрел на инструментроне, как она бьёт крогана. Дженкинс неподалёку с улыбкой общался с Рицци. Андерсон общался с турианцем, видимо тем самым примархом. Дойдя до своей комнаты, Ханна услышала краем уха, как рядом парочка громко общалась, ну преимущественно громко говорил молодой человек, что явно перебрал, а девушка помогала ему идти.  — Кеннет можно потише? Тут люди кругом. — Девушка явно была голосом разума. — Габби, но ты видела, как та милашка азари на меня смотрела, она явно мною заинтересовалась. — В голосе парня читалась явная бравада, хотя может, он и вправду верил в то, что говорил.  — Ты сверлил её взглядом, вот она и взглянула в ответ. — Габби явно было тяжело, а Кен явно проще задачу не делал, шатаясь из стороны в сторону.  — Не понимаю, почему азари носят платья в пол, у них же такие прекрасные ноги. — Парень все не унимался.  — Может щупальца прячут. — Буркнула Габби.  — Габби, не сердись, чего ты?  — Я тебя — идиота и пьяницу тащу на своём горбу. Думаешь мне приятно?!  — Ну Габби — парень попытался состроить грустные глазки. — У тебя тоже славные ножки, и бедра, да и ты сама… — Договорить он не успел, поскольку отключился. — Вот почему ты это только по пьяни говоришь, завтра даже не вспомнишь. — В голосе девушки ярко читалась обида. — Вот же ты тяжёлый. Ханна подошла и подхватила горе ловеласа за ноги и помогла Габби занести тушу в комнату. Девушка поблагодарила Шепард и ушла в душ. Ханна вернулась в свою комнату, села на кровать и включила ту самую фотографию с семилетней Джейн. Воспоминания опять нахлынули, на лице появилась горькая улыбка. Она быстро осушила стакан и, как и предсказывал Рекс, отключилась.

***

      Корабль «Мамба»       Джек сидел на месте пилота. Полет на «Арктур» дал ему больше, чем он планировал. Он не только забрал памятник, но и получил своеобразный карт-бланш на своё расследование от Хакета. Сейчас он искал в экстранете трансляцию церемонии. Не то, чтобы он жалел, что не пришёл, но взглянуть что он пропустил было любопытно.  — Нашёл. — Про себя сказал Джек. Как только он включил, в трансляции появилась Ханна Шепард. Он сделал погромче. — ≪ Когда Джейн было семь лет, она, как любой ребёнок в её возрасте, грезила приключениями. Она видела себя капитаном корабля, в состав которого входили лучшие представители своих рас, и они отправлялись на важную миссию по спасению Галактики. И вот, прошло без малого двадцать пять лет и она — военный герой на самом технологичном корабле Галактики, построенный совместными усилиями бывших противников — людей и турианцев. В его экипаж входят лучшие из лучших. Моя дочь писала мне о каждом своём задании, и в подробностях рассказала о каждом члене команды. И о безбашенном пилоте, что мог провести корабль там, где не смог бы никто более. О лучшем биотике человечества, и о простых бойцах, каждый из которых был уникальным. ≫ Ханна говорила твёрдо, но даже по голограмме было видно, что ей больно говорить о дочери. —≪ Но не только люди были важными членами команды. «Нормандия» — это корабль, который доказал, на что объединённые силы всех рас способны вместе. Что они способны на время забыть даже самые большие обиды. Вермайр тому доказательство. Я, как мать, что потеряла ребёнка, могу лишь надеяться, что её жертва, её дело и дело корабля «Нормандия» будет жить. ≫  — Почему ты не пошёл на церемонию? Там ведь были твои друзья. — Пока Джек слушал речь Ханны, Вазир оказалась рядом с ним и задала ему простой вопрос.  — Мне там делать нечего. — Сухо и равнодушно ответил он. — Плюс там очередной банкет, от которого меня тошнит.  — Не любишь быть в центре внимания? — С интересом задала вопрос.  — Я теперь Спектр. И я не могу позволить себе такую роскошь. — Не глядя на неё ответил Джек.  — Сколько нам лететь до Алкеры?  — Несколько часов. Я надеюсь это всё? — Харпер не шибко был рад чьё-то присутствие рядом, но был вынужден терпеть.  — Не против, если я посижу тут рядом с тобой? — Вазир была намерена подружиться с ним и войти в его доверие. И для начала она хочет найти с ним общий язык.  — Как тебе будет угодно. Только не мешай мне. — Крайне равнодушно и безразлично ответил он ей. Вскоре Джек начал совершать прыжок через ретранслятор и мгновенно покинул систему Альянса.