Last of the Real Ones

Твой силуэт выжжен в моей памяти, И с того момента, как ты оставил меня, Остались лишь камни. Боже мой, боже мой. Так сложно произнести те три слова, Ведь ты значишь больше, чем значат они Боже мой, боже мой. — Emily Warren and Frienship — Capsize

***

      У паладинов появилась новая миссия. Самая сложная из всех, с которыми они когда-либо сталкивались. На первый взгляд она могла показаться невыполнимой, но опускать руки — не вариант. Неважно, какой ценой, они должны сохранить Киту жизнь.       Кому-то показалось бы, что в этом нет смысла: красный паладин выглядел… ну, «нормально» — не совсем подходящее слово. Скорее, он просто функционировал. Но остальным обитателям Замка Львов, разумеется, было виднее. Кит медленно рассыпался на части. Возможно, именно так он и выглядел во время длительного прозябания в пустыне, в ожидании возвращения Широ, хотя наверняка он сам не до конца осознавал, чего ждал.       Кит с завидным упорством занимался саморазрушением, однако паладины отнюдь не собирались позволять ему это делать. Им нужно было сохранить его жизнь до возвращения Широ. Подводить своего лидера в их планы не входило в любом случае.

***

      — Кит, что-то не так с едой? — поинтересовался Ханк, бросая взгляд на другой конец стола, где сидел красный паладин.       — Всё с ней нормально, — тихо ответил Кит, продолжив ковыряться в тарелке. — Просто я не голоден.       Ханк нахмурился. Прошло два дня с тех пор как он видел, чтобы Кит что-то ел. С исчезновения Широ прошла неделя, и Кит всё это время выглядел крайне подавлено. Даже вытащить его из постели было проблематично (он предпочёл остаться в комнате, которую Коран выделил ему в самый первый день, потому что физически не мог находиться в комнате Широ).       Спустя пару минут Кит резко поднялся изо стола и побрёл к выходу.       — Я буду в тренировочном зале.       Ханк удручённо вздохнул при виде нетронутой Китом еды.       — Должно же быть хоть что-то, что он будет есть, — пробормотал он себе под нос. Ханк оглянулся в сторону сидящих неподалёку Пидж и Лэнса, которые обеспокоенно смотрели вслед исчезнувшему Киту.       — Хэй, Пидж, бывало ли такое, что бы Широ или твой брат упоминали о любимой еде Кита?       Пидж свела брови вместе, припоминая:       — Вот сейчас ты это сказал, и я вспомнила, что пару раз они говорили о бенто.       Лицо Лэнса непонимающе скривилось:       — А?       — Бенто — это японский обед в коробочке, — пояснил Ханк. — Что насчёт бенто?       — Ну, мама Широ постоянно собирала бенто для Широ и, по всей видимости, для Кита тоже. Мэтт в шутку обижался, потому что она ни разу не приготовила такое же для него.       Ханк кивнул, и в его голове тут же родилась идея.       — Думаю… с этим можно работать.

***

      — Ханк, зачем мы здесь? — спросил Кит, когда Ханк привёл его на кухню.       — Садись, — сказал Ханк, кивая в сторону стола.       Кит вопросительно изогнул бровь, но всё равно послушно сел.       — Я готовлю новое блюдо и прошу остальных попробовать. Вот.       Развернувшись, Ханк положил еду на стол, пододвинул её ближе к Киту и задержал дыхание, пока красный паладин внимательно рассматривал содержимое.       Ханк приложил все усилия, чтобы создать блюдо, максимально похожее на бенто. Так называемый «рис» на самом деле очень походил на обыкновенный по вкусу и текстуре, хоть и был фиолетового цвета. Ханк поинтересовался у Аллуры, какую рыбу он мог бы использовать, и она указала на массивную шестиглазую рыбину со сверкающей золотистой чешуёй и с гораздо более глубоким вкусом, чем у лосося. «Брокколи» были похожи на зелёную тёртую капусту с привкусом тыквы. Яйца превосходили стандартные куриные по размеру, но не особо отличались по вкусу. Самой сложной частью оказались маринованные сливы. В самом конце Ханк отыскал фрукт, похожий на манго и самостоятельно замариновал его в алтеанском подобии уксуса.       Кит оглядел квадратное блюдо перед собой (к сожалению, Ханку не удалось найти ничего, что напоминало бы коробочку для бенто, посему пришлось импровизировать).       — Это… — едва слышно начал Кит, но прервался.       — Что? — спросил Ханк, делая вид, будто он и не догадывается, что имеет в виду Кит.       — Нет, ничего… У тебя ведь не найдётся пары палочек, правда?       Ханк довольно ухмыльнулся и протянул Киту два коротких металлических стержня, которые он выудил из инструментария (он добросовестно и тщательно их помыл! Вроде как, они предназначались для мытья труднодоступных мест).       Кит их принял — по его лицу даже проскочила тень улыбки, — а потом, взяв их правильно, попробовал немного бенто.       — Ну? Как тебе? — осведомился Ханк спустя мгновение.       — Это очень вкусно, Ханк, — пробубнил Кит с полным ртом не-совсем-риса и не-совсем-рыбы. Проглотив всё, он поднял взгляд на Ханка. — Это… очень и очень здорово.       — Я так рад, что тебе понравилось! — просиял Ханк.       — Ага, — шепнул Кит и взял ещё кусочек. Его глаза мгновенно намокли.       — Кит? — спросил Ханк, насторожившись.       — Всё нормально, извини, просто… — он наскоро вытер слёзы. — Просто это напомнило мне о доме.       Жёлтый паладин немного заколебался, но потом спокойно кивнул.       — Понимаю.       Всем в замке было известно, что «дом» Кита — это Широ.       — Спасибо, Ханк, — сказал Кит, слегка улыбнувшись, и продолжил есть дальше.

***

      Аллура внезапно обнаружила себя стоящей посреди коридора, где были расположены комнаты паладинов, хотя она точно знала, что давно должна быть в постели. Она остановилась, оглядываясь назад, но потом тряхнула головой и продолжила свой путь.       Она хотела поговорить с Китом. Хотела сказать, что она как никто другой знает, что значит терять самого близкого и родного человека во вселенной. Она хотела ободрить его; сказать, что он всегда может обратиться к ней за помощью. Но ей нельзя было с ним говорить.       У неё не было на это никакого права.       Не после того, как отвратительно она поступила с Китом, узнав о его галрийском происхождении. Она до сих пор не могла поверить, как глупо себя повела. Ей было прекрасно известно, что Кит — хороший паладин, хороший человек; она знала, как жестоко с ним обошлись другие люди в прошлом, хоть он и прожил невероятно мало; и тем не менее, она не побоялась поступить с ним так же. Другие паладины имели полное право злиться на неё.       Но Кит не злился на неё, посчитав, что заслужил такого к себе отношения. И если бы не Широ, он бы продолжил в это верить.       Кит нуждался в Широ, и Аллура делала всё, что только приходило ей в голову, чтобы найти их чёрного паладина. Но пока что, к сожалению, она не сдвинулась с мёртвой точки. Может быть, если она найдёт Широ… возможно, она снова сможет смотреть Киту в глаза. Может быть тогда он дарует ей прощение. А до тех пор… лучшее, что она может сделать для Кита — оставить его в покое.       В тени холла притаились космические мыши, глядя на плывущую среди комнат принцессу с грустными глазами. Потом они обернулись в другой конец коридора, где было слышно, как снова и снова плачет во сне красный паладин, и их волнение росло.

***

      Лэнс… понятия не имел, что ему делать.       Он как раз собирался ложиться в постель, когда проходил мимо комнаты Кита… и услышал плач. Хотя, правильнее было бы сказать, душераздирающие всхлипы.       Синий паладин застыл на месте и уставился на дверь, неуверенный в том, как ему поступить. Без сомнений, плакал именно Кит. Но что, чёрт побери, Лэнс мог с этим поделать? Он не знал, как ему правильно обращаться с Китом! К тому же, он сомневался, что этот парень обрадуется тому факту, что Лэнс застал его в столь уязвимом состоянии. Определённо, ему будет стыдно, и Лэнсу жутко не хотелось заставлять его чувствовать себя подобным образом. Киту и без того было хреново.       Поэтому, Лэнс решил пройти мимо. Вскоре он добрался до своей комнаты, притворившись, что он ничего не слышал, и тщетно попытался проигнорировать болезненные ощущения в животе.       Спустя несколько часов он проснулся от истошного крика.       В ту же секунду, стоило ему услышать этот звук, Лэнс подскочил на постели как ошпаренный и, запутавшись в одеялах, полетел вниз с кровати. Какого…       Кто-то снова закричал, хрипло и совершенно измученно, и в этот раз Лэнс понял, что это голос Кита.       — Широ!       Лэнс пулей выбежал в коридор, устремившись прямиком к комнате Кита.       — Кит? — позвал он, громко заколотив по двери, но в ответ раздался лишь очередной вопль без слов и странный звук, будто что-то упало на пол.       — Кит! — Лэнс мигом нашарил механизм, контролирующий дверь и открыл её, влетев внутрь.       Кит лежал на кровати, метавшись по ней будто в агонии. Ноги запутались в одеяле, а руками он изо всех сил хватался за простыни. Он всё ещё находился во сне.       — Эй, эй, Кит! — Лэнс метнулся ближе к чужой постели и, приземлившись на колени, поймал в ладони лицо Кита. — Эй, чувак, просыпайся, всё хорошо! — он видел, как по лицу Кита струились слёзы и как тот задушенно глотал всхлипы.       — Давай же, Кит, просыпайся, está bien, amigo, es sólo un sueño, está bien, estoy aquí, tú no estás solo…*       Лэнс даже не заметил, как перешёл на испанский, пока Кит резко не проснулся, распахнув глаза и прерывисто задышав.       — Está bien, Keith, solo respira conmigo. Agradable y fácil, eso es todo,** — тихо продолжил говорить Лэнс, мягко положив руку Киту на плечо.       — Лэнс? — прохрипел Кит.       — Эй, приятель, тебе лучше?       Кит рвано выдохнул и сел повыше, удерживая свой вес трясущимися руками.       — Я… проснулся. Ты что, говорил на испанском?       Лэнс моргнул.       — Эм, да… Можно сказать, это мой родной язык.       Кит фыркнул.       — Тогда понятно, почему ты иногда несёшь всякий бред.       — Эй!       Вскоре ухмылка стёрлась с лица Кита, и он нахмурил брови.       — Что ты здесь делаешь?       — Я… эм, ну, я услышал, как ты кричал и звал Широ, — неловко признался Лэнс, потирая заднюю часть шеи.       — Чёрт, значит, я и вправду кричал, — проворчал Кит, отведя взгляд. — В пустыне это никому не мешало, поэтому я не обращал внимания. Прости, что разбудил.       — Не парься на этот счёт, чувак, — потряс головой Лэнс. — Я рад, что смог тебя разбудить. Ты в порядке? — паладин вздрогнул, как только до него дошло, что он только что сказал. — А, блин, конечно, ты не в порядке, но, по крайней мере, сейчас тебе лучше, чем пару минут назад?       Кит печально улыбнулся.       — Ага, лучше. Спасибо тебе за это.       — Да, без проблем.       Это повторялось ещё несколько раз. Казалось, если Лэнс услышал Кита один раз, то впредь будет слышать его всегда.       Лэнс не был против. Наоборот, он считал, это здорово, что он может хоть как-то помочь Киту вместо того, чтобы беспомощно наблюдать за тем, как тот медленно разваливается на части. Лэнс перестал ощущать себя бесполезным, когда дело касалось красного паладина. Наконец-то он был в состоянии помочь.       До Лэнса вскоре дошло, что испанская речь помогает успокоить и разбудить Кита гораздо быстрее английской. Поэтому он каждый раз бормотал на родном языке, пока дыхание Кита не выравнивалось, а руки не переставали неистово трястись.       — Широ делал для меня то же самое, — поделился Кит одной ночью.       — Делал что?       — Говорил со мной. Только говорил он на японском. Однажды он догадался, что использовать английскую речь для того, чтобы разбудить меня — не вариант. Когда я просыпался, то не мог разобрать незнакомые слова и сосредотачивался только на его голосе. Говори он на английском, я бы думал, что по-прежнему нахожусь… там. Но когда он использовал японский, я осознавал, что что-то не так, и что оно не соответствует воспоминаниям. Так было проще вытаскивать меня из сна.       Вот оно что.       — То есть, поэтому ты быстрее реагируешь, когда я говорю на испанском?       Кит кивнул.       — Но в итоге он мог говорить и на английском, потому что в какой-то момент для меня стал важен не язык, а тот факт, что я слышал голос Широ. Я знал, что если Широ рядом, значит, я в безопасности.       Кит прикрыл глаза и дрожаще выдохнул.       — Я всегда знал, что пока он со мной, я буду в безопасности.       Лэнс стиснул зубы и накрыл ладонью запястье Кита. Теперь он знал, что лучше так, чем хватать его за руку.       — Клянусь тебе, Кит, мы его найдём.       В ответ Кит легко улыбнулся.       — Спасибо, Лэнс.       Лэнс непонимающе моргнул.       — За что?       — За всё. Ты хороший друг.       В этот самый момент синий паладин слегка завис.       — Мы друзья?       Кит фыркнул, но кивнул.       — Да, друзья.       Лэнс мгновенно просиял.       — Что ж, тогда обращайся, дружище.

***

      Коран привык не вмешиваться в личные дела паладинов. Он прекрасно понимал, что большинство проблем они должны решать самостоятельно. Разумеется, он всегда был готов протянуть руку помощи, если бы появилась такая необходимость, но чаще всего его единственная забота — приглядывать за Аллурой — оставалась неизменной. Она привыкла перетруждаться и часто доводила себя до изнеможения, и Коран всегда был рядом, дабы напомнить принцессе о важности отдыха. Это являлось его долгом с тех самых пор, как принцесса научилась ходить. Она попросту не знала, когда именно нужно остановиться.       Как бы там ни было, в Замке Львов появился ещё один житель, у которого напрочь отсутствовали тормоза. Коран разглядел у Кита эту черту практически сразу, как впервые познакомился с ним, но, конечно, он не привык беспокоиться на этот счёт. В конце концов, у красного паладина уже был человек, способный его успокоить.       Однако Широ пропал, и Кит постоянно себя изводил. Корану не составило труда догадаться, что причиной для этого послужило исчезновение чёрного паладина. По всей видимости, таким образом Кит пытался избавиться от боли и грызущего душу чувства утраты. Король Альфор поступал точно так же, когда умерла его жена.       Так же, как Альфор и Аллура, Кит закрывал глаза на наличие у себя проблем. С этим мог справиться только Широ, только потому, что это был Широ. Коран знал, что если он захочет оказать поддержку красному паладину, ему нужно будет действовать как можно более незаметно.       — Коран!       Алтеанец обернулся через плечо и увидел несущегося к нему на всех парах паладина.       — Да, номер четыре?       — Я не могу открыть дверь в тренировочный зал. В чём дело?       — Ах! Приношу свои извинения, Кит. Зал для тренировок будет закрыт примерно семьдесят-пять варг, пока флюмарские насосы не вычистят всю грязь из генератора йейтринов.       Кит нахмурился.       — Ну… ладно.       Очевидно, он и понятия не имел, о чём говорил Коран.       Коран и сам ничего не понял, он эти слова только что придумал. Об этом паладин тоже вряд ли догадается. По правде говоря, Коран специально закрыл тренировочную комнату, чтобы красный паладин перестал себя изнурять. За это время он стал мертвецки бледным, а под его глазами пролегли чёрные тени. Ему абсолютно точно был необходим полноценный отдых.       — Ну и чем мне в таком случае заниматься? — проворчал себе под нос Кит.       — Могу предложить помочь мне почистить кристаллы. Думаю, тебе понравится! Они поют, когда счастливы!       Кит быстро заморгал, но в итоге кивнул.       — Ладно, согласен. Других дел у меня всё равно нет.       Итак, Коран и Кит потратили весь день на чистку кристаллов, и такая неспешная и однообразная работа помогла паладину расслабиться, по крайней мере, Коран на это очень надеялся.       Коран привык не вмешиваться в личные дела паладинов, кроме тех случаев, когда они в нём нуждались.

***

      Слегка нахмурившись, Пидж обвела взглядом зал для тренировок. Лэнс и Ханк сосредоточенно разминались перед спаррингом, только что покончив со стрельбой по мишеням, а Аллура и Коран сидели в рубке и наблюдали за ходом тренировки.       — А куда Кит подевался? — спросила она у парней.       Ханк огляделся по сторонам и свёл брови вместе.       — Он был здесь, дрался с гладиаторами.       — Должно быть, он по-тихому смылся, пока мы стреляли по мишеням, чёрт побери, — фыркнул Лэнс.       Пидж помрачнела сильнее.       — И как давно, вы думаете, он ушёл?       Синий паладин наморщил лоб, прикидывая.       — Примерно полчаса назад? Или больше…       — Пойду, поищу его, — вздохнула Пидж.       Парни согласно кивнули. Перед тем, как уйти искать их нового предполагаемого лидера, Пидж махнула рукой двум алтеанцам, сидящим в рубке.       Сначала она проверила комнату Кита, но его там не оказалось. Потом заглянула на мостик, в медблок, на кухню, в комнату Широ: во все места, где теоретически мог бы находиться красный паладин.       Наконец, она нашла его в обсерватории.       Его было легко не заметить. Кит сидел в кромешной темноте, сняв яркий красно-белый костюм и оставшись в одном лишь чёрном сьюте.       Он свернулся клубком, прислонившись к высокому панорамному окну и подтянув колени к груди, в это же время рассеяно перебирая в руках нефритовый шнурок. Он просто… безучастно глядел в пустоту.       Пидж уже не раз находила его в таком положении. Подавленном и унылом. Чем дольше рядом с ними не было Широ, тем хуже становилось Киту. Но, по крайней мере, теперь она точно знала, что делать.       — Кит?       Он не отреагировал. Даже не шелохнулся.       — Привет, Пидж, — едва слышно прошептал он.       Она зашла в комнату, медленно приближаясь к своему другу.       — Чем занят?       Кит слегка повёл плечом.       — Сижу. Думаю.       — О чём? — она почти добралась до окна и говорила как можно ниже и тише, словно боялась спугнуть загнанного в угол зверя.       — О многом.       В итоге Пидж достигла цели. Первым порывом её было протянуть руку и осторожно коснуться Кита. Убедить его в том, что ему вовсе не обязательно сидеть тут в одиночестве. Но она этого не сделала. Из опыта Пидж понимала, что таким образом рискует сделать только хуже. Кит просто отшатнётся от неё и убежит прочь.       — Не против, если я сяду тут с тобой и тоже подумаю? — пробормотала она.       Кит вновь безразлично пожал плечами.       — Делай, как знаешь.       Пидж неторопливо опустилась на пол с другой стороны оконной рамы, скопировав позу Кита. Больше она не произнесла ни слова. Понимала, что в этом нет смысла.       Кит тяжело вздохнул и закрыл глаза, уперевшись лбом в холодное стекло. Пидж заметила, как расслаблено опустились его плечи.       Кит часто где-то пропадал. Сидел в одиночестве, глубоко погрузившись в свои мысли. Пидж знала, что не могла помочь ему в борьбе с собственными демонами или как-то повлиять на то, что исчезновение Широ оставило в сердце Кита огромную кровоточащую рану. Но самое малое, что она могла сделать — тихо сесть рядом с ним, составив компанию, чтобы он не чувствовал себя таким уж одиноким.