Глава 12
17 сентября 2024 г., 05:00
Когда за ужином Корделия увидела Эовин, она сначала обрадовалась, но её улыбка быстро сменилась выражением беспокойства из-за грустного вида подруги.
Сидя за столом Гриффиндора, Корделия заметила, что Эовин не тронула еду, пока Перси Уизли что-то не сказал ей. Эовин вздохнула и откусила несколько кусочков.
Завтра за завтраком Корделия собиралась поговорить с Эовин.
За столом Слизерина Корделия и её подруги шептались о том, что происходит с Эовин.
— Мои родители знают одного адвоката, — сказала Гермиона, глядя в свой блокнот. — Они могут помочь с оформлением опеки над Эовин.
— Ей нужно в Гринготтс, — предложила Панси.
— Для проведения теста на наследство, — продолжила Корделия, подперев подбородок рукой, её мысли были сосредоточены на поиске решения. — Лорд Малфой говорил мне о том же. Он считает, что, поскольку Эовин не знает своего отца, это может быть возможным способом.
— А Эовин захочет узнать, кто её отец? — спросила Дафна.
Все четверо посмотрели друг на друга. Они знали всю историю Эовин — она ничего от них не скрывала. Было очевидно, что ей мало интересовало, кто её отец.
— Поговорим с Эовин за завтраком, — подвела итог Корделия. — Кстати, Гермиона, ты подготовила наш учебный план?
Гермиона широко улыбнулась и указала на свой блокнот.
— Всё готово и спланировано. Мы получим отличные оценки на экзаменах, — сказала она с полной уверенностью.
***
— Можете перестать смотреть на меня, как будто я при смерти? — раздражённо сказала Эовин. Все пятеро сидели за большой библиотечной столом, окружённые пергаментами и стикерами для записи основных идей. Взгляды подруг её раздражали. — Почему вы смотрите на меня с жалостью? — Да ничего, просто мы чувствовали себя виноватыми за то, что оставили тебя одну, — сказала Корделия своим всегда мягким тоном. — Со мной всё в порядке, — ответила Эовин, подчёркивая важную строчку по зельям зелёным карандашом. — Да, я осталась в Хогвартсе, но я справилась. Не то чтобы я впала в депрессию. Она слегка соврала в последнем. — Я осталась в гостиной, наблюдая, как горит полено Йоля, и слушала ABBA, укрытая одеялом, — добавила Эовин. — Подожди, — удивлённо спросила Гермиона, — как ты слушала музыку в Хогвартсе? Эовин огляделась по сторонам, убедилась, что рядом нет сплетников, и вытащила из сумки плеер Валкман— подарок от подруг её мамы с прошлого года. — Зачем ты его взяла с собой? — спросила Корделия. — Я не собиралась оставлять свои ценные вещи в приюте Вула, где их могли бы украсть другие дети, — ответила Эовин так, будто это было очевидно. — Я взяла с собой только это и свою музыкальную шкатулку. Всё остальное надёжно спрятано на тёмном, пыльном чердаке. Эовин усмехнулась. Именно она запустила слухи о том, что на чердаке живёт огромная мерзкая крыса, которая съедает зубы детей. Никто туда не ходил, и даже воспитатели использовали это место только для складирования ненужных вещей. — Что это? — с интересом тыкнула пальцем в плеер Панси. — Это позволяет слушать музыку, — ответила Эовин, подняв плеер. — Эти штуки называются наушниками, через них и звучит музыка. Если у тебя есть кассета, ты можешь её проигрывать. Внутри сейчас шведская группа ABBA — лучшая группа в истории. — И как ты заставила его работать? — спросила Гермиона. — В Хогвартсе маггловские вещи не работают. — Работают, если наложить правильное заклинание, по словам Перси Уизли, — с улыбкой ответила Эовин. — Я перехитрила одного старшекурсника из Рейвенкло, сказав ему, что он не достаточно умелый, чтобы заставить мой плеер работать. Он принял это как вызов, и вот теперь я могу тайком слушать музыку в кровати. — Это было очень умно, — похвалила Корделия. — Спасибо, — гордо ответила Эовин. — Итак, каковы ваши планы по моему освобождению от приюта?***
Кошмары всё ещё преследовали Корделию, словно стая ворон, кружившая над её головой. Одно и то же снова и снова. Смех, зелёная вспышка и холод, поднимающийся по шее. Она всегда просыпалась в страхе, с сильной головной болью. Боль стала настолько сильной, что ей пришлось обратиться к мадам Помфри за чем-то, чтобы её облегчить. Зелья стали её спасением. Кошмары появлялись только во сне, поэтому днём она старалась держаться спокойно.***
Гермиона смотрела, как её однокурсники начали складывать сладости и несколько монет на стол для ставок на сегодняшний матч. Утром предстоял матч Гриффиндор против Рейвенкло. Эовин положила листок среди сладостей. — Три эссе? — спросил Наследник Малфой, разглядывая бумагу. — В пользу Гриффиндора, — ответила Эовин. — Ты ставишь на Гриффиндор? — поднял бровь Наследник Малфой. — Это мой факультет, — пожала плечами Эовин. — Команда хорошая. Вуд — фанатик, что граничит с одержимостью, но он хороший игрок. Загонщицы отличные. Близнецы Уизли — как живые бладжеры, единственный недостаток — глупец на позиции ловца, у которого эго больше, чем его голова. Корделия тихонько хихикнула. — Так что я готова написать три эссе, если Гриффиндор проиграет, — завершила свой анализ Эовин. — Пятнадцать сиклей на победу Рейвенкло, — принял вызов Наследник Малфой. — Значит, пари заключено? — улыбнулась Эовин, как кошка, нашедшая добычу. — Пари заключено, — подтвердил Драко Малфой. Гермиона покачала головой и села рядом с Корделией, которая читала книгу по трансфигурации. — Не понимаю, что такого весёлого в квиддиче, — сказала Корделия, закрывая книгу. — Я бы ужасно боялась летать на метле. Это не для меня, я предпочитаю сохранить свою шею и физическую целостность. И она была абсолютно права. На первом уроке полётов с мадам Трюк, метла послушалась Корделию с первой команды, но когда урок продолжился, и Корделия поднялась чуть выше от земли, она поняла, что полёты — это не для неё. — Я тебя понимаю, — поддержала её Гермиона, кивая. — У меня тоже акрофобия. К концу дня, после матча, Эовин забрала пятнадцать сиклей у Наследника Малфоя.
