Идеальная леди | Una perfecta señorita

Корделия чувствовала, как её тело стало тяжелым, словно свинец. Её разум был ясен, но тело не подчинялось. «О нет! Я мертва и буду бродить как призрак до конца вечности», — подумала она. Корделия открыла глаза и подавила стон от яркого солнечного света. Осторожно опираясь на руки, она попыталась приподняться с постели, осматриваясь вокруг. Она заметила, что находится в больничном крыле. Её волосы лежали небрежной косой на одном плече. Корделия с трудом поднялась, чувствуя лёгкую боль в левой лодыжке. — Мисс Поттер, — услышала она голос мадам Помфри. Корделия подняла голову и увидела приближающуюся медсестру. — Что вы делаете, вставая? Нет-нет, вам нужно отдыхать, три дня в бессознательном состоянии должны быть изнурительными. — Три дня? — спросила Корделия. Мадам Помфри взяла её за руки и вновь уложила в постель. Лодыжка продолжала беспокоить, а голова чувствовалась как будто её прокалывают иголками. Что это было за существо, с которым она сражалась? По крайней мере, она была жива — это уже хорошо. Корделия провела пальцами по своей косе и взглянула на медсестру в поисках ответа. — Мисс Грейнджер расчесывала и заплетала вам волосы, пока вы спали, — объяснила Помфри, протягивая ей стакан воды. Корделия почувствовала облегчение, узнав, что её дорогая Гермиона заботилась о ней. Она была близкой ее подругой, как и остальные девушки. Она провела почти час в одиночестве, пока её подруги не пришли навестить её, как им было разрешено на пять минут по настоянию мадам Помфри. Первой кинулась к ней Эовин, её лицо было белым, как бумага, и она крепко обняла Корделию, словно хотела выжать из неё все силы. Корделии пришлось похлопать её по спине и попросить ослабить объятия, так как она сжимала слишком сильно. Эовин отпустила её, с глазами, полными слёз. — Я чуть не умерла от страха, когда узнала, что ты в больничном крыле и ранена, — начала объяснять Гермиона, сидя справа от Корделии и прислонившись головой к её плечу. Корделия мягко похлопала её по руке. — Благодаря Матери Магии у меня только сильная мигрень и немного повреждённая лодыжка, — ответила Корделия. — Тебе нужно что-то для самозащиты, — предложила Эовин, вытянувшись на кровати Корделии, как кошка. — Что-то острое и с ядом. — Заколка для волос, — поддержала идею Панси. — Просто воткни её, если кто-то нападёт, и готово! Дафна лишь покачала головой, услышав столь абсурдную идею.

***

После визита подруг Корделия снова заснула. Мадам Помфри дала ей что-то для лодыжки, что погрузило её в сон на несколько минут, а когда она проснулась, её ждал разговор с директором. — Очень жаль, что ты оказалась в такой ситуации, — сказал он с тактом. Корделия сидела с выпрямленной спиной, внимательно слушая. — Что это было за существо, которое хотело меня убить? — спросила она твёрдым голосом. — Оно связано с Волдемортом, верно? Директор кивнул. Корделия сжала губы. Она читала о Волдеморте. Тот-Кого-Нельзя-Называть. Тёмный Лорд. Дамблдор продолжил говорить, объяснив, что то, что пытались забрать, было предметом, который ему поручил сохранить старый коллега. И что он был тем, кто отправил ей Мантию-невидимку её отца. Почему Мантия находилась у Дамблдора? Корделия задала себе этот вопрос. Он также упомянул, что её мать наложила на неё особое защитное заклинание. Руны. Волдеморт называл её мать Мастером Рун. Директор попрощался с ней, добавив, что не стоит переживать за защиту Камня. Корделия сморщила нос с раздражением, как её тётя Петунья, услышав эти слова. Это не её обязанность — защищать такие вещи.

***

Следующий визитер был более приятным и неожиданным. Хагрид удивил её прекрасным подарком — альбомом с фотографиями её родителей. Корделия провела пальцами по одной фотографии, на которой её родители улыбаются, держа её, совсем кроху, на руках. Её мать с ярко-рыжими волосами и сверкающими изумрудными глазами, волосы аккуратно заплетены в элегантную косу. Она, будучи младенцем, крепко держалась за её волосы. Её отец, высокий, с растрёпанными волосами и светящимися от счастья и гордости глазами, обнимал мать одной рукой. Корделия поблагодарила Хагрида с мягкой улыбкой и блеском в глазах от слёз. Позднее ей прислали пакет с конфетами, но Корделия отложила его, вспоминая слова тёти Петуньи о том, чтобы не принимать сладости от незнакомцев. Конечно, до тех пор, пока мадам Помфри не осмотрела их и не сказала, что их можно есть, но в умеренных количествах. Что ж, если эксперт по здоровью говорит, что можно, она их съест.

***

— Ты передал коробку с конфетами Леди Корделии? — спросил Тео у эльфа. — Мисс Поттер отдыхала, — ответил маленький эльф. — Но коробка была доставлена. Тео кивнул и направился в свою гостиную.

***

Когда её наконец выписали, это было как раз к прощальному пиру. Её факультет праздновал победу в Кубке факультетов. Когда результаты экзаменов были объявлены, Корделия была довольна, узнав, что заняла четвёртое место в своём году. Гермиона оказалась на первом месте, наравне с наследником Малфоем. Панси и Дафна были довольны своими оценками, а Эовин праздновала так, будто выиграла в лотерею. — Я всегда была ужасна в учёбе, — улыбнулась она. — Наверное, маггловские предметы были не для меня. Все их оценки были удовлетворительными. Когда настало время уезжать, им вручили записку с предупреждением не использовать магию в течение летних каникул. Поездка на поезде прошла спокойно. Корделия читала «Миссис Дэллоуэй», в то время как Гермиона углубилась в книгу о магических традициях. Эовин слушала музыку на своём плеере, любуясь пейзажем, а Панси и Дафна просматривали каталог платьев и аксессуаров.

***

На вокзале она встретила леди Нарциссу и лорда Малфоя. Леди Цисси нежно обняла её и пригласила на лето. Корделия ответила, что ей нужно будет обсудить это с тётей. Приглашение было также передано Гермионе и Эовин. — Мне тоже нужно поговорить с родителями, — сказала Гермиона. — С удовольствием! — радостно откликнулась Эовин. — И было бы ещё лучше, если бы мне не пришлось возвращаться в приют Вула. Лорд Малфой упомянул о проверке наследства в Гринготтсе, и Эовин согласилась на его помощь, даже если это давало ей имя человека, которого она не знала. — Может, я смогу получить какую-то компенсацию за все эти годы, — тихо прошептала Эовин Корделии. Ну, по крайней мере, она видела в этом выгоду. Трое девочек пересекли барьер. Корделия прошла несколько метров, пока не увидела свою тётю Петунью и Дадли. Корделия посмотрела через плечо, видя, как Гермиона улыбается, а Эовин машет рукой. Лето началось.