" Громыхает гражданская война..."

12. "Наша кровь краснее крови!" Во время войны эпидемии смертельных заболеваний были не редкостью. Уносили много жизней. Однако были те, кто побеждал даже саму смерть. Миша Вислоухов был среди них. Он быстро пошёл на поправку. Болезнь свирепствовала до самого конца августа и вскоре отступила. Осенью всё было относительно спокойно, не считая кратковременных стычек с белыми и разразившегося голода. К зиме стало не легче. Разве что встречи с конными отрядами стали частыми и всё более решающими. Солдаты уже привыкли к полям, к лагерной жизни, совсем перестали думать:"А если б не было войны..." Старушка Матвеевна, вдова уже не один десяток лет, но видит на оба глаза и ходит сама по несколько километров каждый день. Девчушку Клаву нашла на озере. Та крепко сжимала в руке чёрный платок и на все расспросы отвечала глухим молчанием. Словно воды в рот набрала. Обмолвилась только, что живёт в военном лагере. Вот Матвеевна и вызвалась проводить её туда. Шли по заросшему тростнику, бурьяну. Старушка шаг приостановила, когда послушались ей невдалеке какие-то звуки. Это была песня. Прислушалась: напев стройный, то протяжный печальный, то быстрый и живой. Оглядывалась: никого нет кругом; и снова звуки, как будто падают с неба. Подошла ещё ближе, увидела четвёрку солдат, гревшихся у костра. А один как раз с гитарой в руках. Подвела девчонку к ним. Ксанка сразу укрыла дрожащего ребёнка своей шинелью. - Что вы девочку в такое время одну бросайте? А ну как беда приключилась бы?! - Клавка, что с тобой? Ты что здесь делаешь?- беспокоится Оксана. Валерка взял винтовку и решил пройтись до озера и назад, посмотреть что там такое. Яшка вызвался идти с ним. Клава молчала, только плакала, сжимая тот черный платочек. Ксанка посмотрела на неё, крепко обняла. Матвеевна покачала седой головой, тяжело вздохнула:"Что война, разлучница делает?! Чем детишки виноваты?!" Даня с сестрой переглянулись и оба подумали:"Лизавета выдержать горе не смогла...Вот и Клава с Петром сиротами стали..." Будённому про это доложили и он не знал, что теперь делать с Клавой. На счастье, Матвеевна предложила девочке пожить у неё. "Вдвоём, - говорит, - веселее!" И Петя возражать не стал. А как он позаботится о сестре, когда сам ещё ребёнок?! Итак, приближалось лето 1922 года. Исход войны казался многим неоднозначным. Сейчас каждый день был важным, исход каждой битвы, каждого задания. Крым накануне полного освобождения от белогвардейцев. Возвращаясь из дозора, четверка отважных «неуловимых» подбивает аэроплан. В полевой сумке взятого в плен летчика они обнаруживают секретное донесение, где говорится о существовании оборонительных укреплений вокруг приморского города, который красным еще предстоит взять. Юные герои получают задание добыть карту укреплений и едут в город... Ялта находится на юге Крымского полуострова на берегу Ялтинского залива Чёрного моря. Будённый отправил с ними товарища Андрея, опытного разведчика, имеющего связи в Крыму и знающего всё о здешних местах. Плыть пришлось с греками, то ли на рыболовецком, то ли на торговом судне. Ребят обеспечили всем необходимым. А Даня должен был сыграть в этом деле важнейшую роль. Ему предстояло связаться с местным разведчиком, устроиться на "работу" билетером и по сути всегда быть на виду у белых. Отплывали поздней ночью. Как назло чувство тревоги усиливало отсутствие на небе звёзд и луны из-за туч. - Скажешь:"Вам билетёр требуется?" Он:"Был нужен, да уже взяли" Ты:"А может и я на что сгожусь?" Он:"Может и сгодишься!" Понял? - Так он что хозяин той карусели?- с вниманием смотрит Даня. - Мы её купили для дела. Ну и прибыль как-никак!- хитро улыбается разведчик, - Ты что ж думаешь, греки нас задешево везут? Будь здоров! Теперь вот что - скажешь карусельщику, чтобы он сразу же свёл тебя с Сердюком! У него есть доступ в контрразведку, так что без него не обойтись! Сердюк, запомни! Даня повторил про себя:"Сердюк! Кажется запомнил!" - Ну и про осторожность не забывай! Они вероятнее всего знают, что мы попытаемся достать эту схему. Даня кивнул, вздохнул. Медленно привстал и отправился к товарищам. Валерке удалось заснуть несмотря на качку и запах рыбы из соседней каюты. Ксанка обхватила руками колени, задумчиво смотрит на никак не погасающее пламя свечи. Единственный источник света...Яшки здесь нет. Наверно наверху с командой. Там ближе к небу, к ветру! День не заладился с самого начала. Густой туман едва не заставил их заплутать. А ещё и сторожевик на подходе. Рыбаки понимают, что уйти им не удастся. Из-за тумана они заметили белый патруль слишком поздно. - Андрей, сторожевик! - Может успеем уйти, ходу давай, слышишь ходу! - Не успеем! Ладно, если в трюм не пойдут, можно обмануть: рыбаки мы и ты тоже! - Вск на правый борт!- скомандовал поручик Анисимов. Офицер средних лет, с серьёзным лицом, за плечами которого не один год службы. - Рыбаки, рыбаки мы. Балаклавские. В такую погоду заблудиться легко. - Разрешение есть? - произнёс поручик стальным голосом. - Есть, есть, - один из рыбаков достал из широкого кармана свёрток бумаг. - Товарищ, Андрей! - неожиданно появился Валерка. - Что? Что? Ах товарищ! А-ну руки вверх, все быстро! Терехов, а ну вниз! Сейчас проверим что за улов у этих рыбаков балаклавских. Даня задул свечу, плотно прикрыв дверь. Терехова он узнал сразу. Ведь именно он был среди бурнашей под началом атамана. Илюха завёл привычную песню:"Нечистая!", когда увидел перед собой Даньку или как его запомнили бурнаши - Гриню Кандыбу. - Без шума, дядя. Офицера зови! - голос парня не дрогнул. Пока Илюха растолковал поручику, что хотят видеть лично, Яшка успел приготовить плеть и спрятаться за раскрытыми парусами. И как только Даня спустил офицера с лестницы, Андрей выхватил винтовку у солдата. Валерка метнул нож в другого, а Яшка воспользовался плетью и за борт выпал Илюха. Как оказалось, плавал он так же плохо, как и выполнял армейские обязанности. Собственно, что именно так рассмешило Ксанку точно не известно. Только глядя на то, как барахтается Илюха, девушка расхохоталась во весь голос, брось ему спасательный круг. Почему? Она никогда не воспринимала его всерьёз. Своей шутливостью и любовью к всякому роду сказкам и прибауткам, он напоминал ей Бубу. Их веселого друга. Итак, мы в Ялте. Радушно встречают палящее солнце и морские тёплые волны. И душа вторит этим звукам и прикосновениям, и кажется вот-вот куда-то улетит. В южной части Крымского полуострова высятся Крымские горы. Они представляют собой сложное сочетание небольших горных хребтов, скалистых гребней и котловин. Ялта раскинулась на трёх холмах на берегу моря в долинах двух горных речек. Вся местность окружена реками, озёрами, холмами и лесами. Климат более чем благоприятный. Сразу по прибытию ребята отправились в город.Вчетвером и не подумали об опасности или хотели, чтобы хозяин карусели увидел их всех. А этот парк, как и всегда был наполнен посетителями: от местного аптекаря - до попутчиков и солдат. И особое место здесь занимала карусель. Ксанка и Валерка не сводят с неё горящих глаз. А Даня и Яшка не видят в этом ничего особенного; их лица напряжены. - Что надо малец? - спросил старик, приоткрыв дверцу дряхлой будки. - Вам билетёр нужен? - Был нужен, да уже взяли. - А может и я на что сгожусь?!- улыбнулся Данька. - Может, сгодишься. Если скалиться не будешь! Зовут меня Мефодий Кузьмич, а тебя как? - Данька! Даниил Щусь! - простодушно откликнулся паренёк. - О, как громко! Что ж у вас там, посерьёзней тебя никого не нашлось? - Значит никого. Мне бы, дядя, по ближе к делу. Мне с Сердюком встретится надо, - в строгой манере сказал Даня. - Встретишься! Значит запоминай: пойдешь в старый город, спросишь где живёт сапожник, это и есть Сердюк. Понял? А ко мне будешь ходить один, без никого. Ну, иди... Даня медленно поплёлся к выходу, а старик с безобидной улыбкой посмотрел ему вслед. Подумал: не перевелись ещё на нашей земле такие молодцы, такие ребята! Достойная смена подрастает! Жаль, если не вернуться обратно. Здесь слишком опасно. Андрей показал ребятам сторожку у самого берега. Рядом была приготовлена небольшая лодка. Они временно поселились там. Скромно, без особого уюта. В это время Даня уже вошёл в старый город. Никто не приглядывался к босоногому мальчишке в лохмотьях, бродившему по улицам. Подойдя к распахнутым резным воротам чёрного цвета, Даня заподозрил беду. Там стоял человек; сначала красноармеец не обратил на него никакого внимания. Он был сосредоточен на происходящем вокруг. Они оба. Оба искали одного человека: для Дани это был союзник, а для этого офицера - враг. Когда вывели сапожника, Данька понял, что придётся менять стратегию и придумывать что-то на ходу. А уж когда этот офицер убил его, парень совсем опустил руки. Позже он поймёт, что Кудасов - начальник контрразведки, ждёт их. Он уже развернул масштабную деятельность для поимки красных шпионов. И вот, она дала первые результаты. Сапожник убит...С одной стороны, теперь он точно никого не выдаст, но с другой - оборвалась последняя ниточка, ведущая к контрразведки. Что теперь делать? Даня идёт по оживлённой площади. Вдруг, впереди себя видит большое, красивое здание, украшенное портретами старого знакомого. Лицо Дани засияло счастливой улыбкой, он произнёс теплым голосом:"Буба!" Парень решил вернуться к друзьям. Они собрались вместе, чтобы разработать план. - Выходит: Сердюк убит, - обхватил лицо руками Андрей. Он сидел за деревянным столом; рядом Даня и Ксанка. Яшка стоял возле окна, а Валерка упёрся спиной о дверь. - Ты уверен, Данька, что артист станет нам помогать? - Думаю, да. Надо что-то придумать, чтобы безопасно с ним встретится! Да и вообще, нам нужно находится в городе. Андрей встал, положил руки на спинку стула. И тут Валерку осенило:"А что, если тебе сделаться чистильщиком обуви?! Кстати говоря, можно будет устроиться у здания контрразведки и все они будут у нас как на ладони! Так и с Бубой можно будет встретиться, и со всеми нами!" Андрей закивал:"С этим я помогу. Всё устрою. Но, с вашим артистом нужно встретиться сегодня. И вот ещё что, в город ходить будете по одному, за редким исключением. Один человек, в отличие от группы, привлечёт меньше ненужного внимания. Вот, кажется и всё!" 13." Он из прошлого..." На концерты артиста Касторского всегда стекалось много знати. Он считался образцом искрометного юмора, танца и хорошим, интересным собеседником. Когда он выходил на сцену, зритель буквально заряжался его энергией и задором, талантливой манере поведения. И в этом был весь Буба! Таким знала его четвёрка отчаянных ребят, таким он остался до самого конца. После каждого выступления он чувствовал усталость. И сегодня день был напряжённым. Об этом думал Буба, открывая дверь своей гримерной. У входа он снял шляпу, небрежно расстегнул пиджак. Устало развалившись на стуле, дёрнулся от знакомого:"Ку-ку!" - Ксения, Боже мой! Откуда ты взялась? А где Данька, Яшка, а Валерка? - Здесь, все здесь. - Здесь, где здесь?- изумился артист. - В городе, - сказала она, плотно закрыв дверь. - И снова "Ку-ку". Должен вам сказать, Ксения, здесь очень опасно. За ваше кукование здесь могут сделать такое, что сказать противно. - Данька хотел вас видеть, по делу. - "По делу", а причём тут я?! Ну, раз я вам таки так нужен...Где я могу видеть Даниила? - А мы сами вас найдём. Вы только с утра в центр выходите. - Хорошо, выйду. Одевался Буба Касторский всегда с иголочки. И ему было совершенно всё равно, где он находится: в полузаброшенной станице или в шумном, процветающем городе. Он ведь известная личность, и всегда у всех навиду! А по случаю приобрёл он и породистую собачку, такую чтоб можно было нести в руках. Дань местным традициям и тогдашней аристократической моде. И действительно в этом городе его многие знали, известность преследовала по пятам. Не то что когда-то в Збруевке: старики, да калеки...В Ялте общество куда более изысканное! Но и более опасное. А чистильщика Буба приметил не сразу...Словом нашёл бы его и без посторонней помощи. Но, Яшка тут явно был не лишним. Он следил за Касторским ещё с его дома. Артист был рад этой встречи, и хотя по натуре был авантюристом, хорошо отличал доблесть от безрассудства. А затея мстителей казалась ему практически невыполнимой. И к тому же смертельно опасной. Но, он очень кстати напомнил ребятам об одном штабс-капитане, который мог бы помочь в этом деле. Если бы, конечно, четвёрка смогла найти к нему подход. Как-то подступиться по умному. Он ведь опытный разведчик и к тому же уже осведомлён о ближайшем заезде красных шпионов. А кроме того, в тесном общении с полковником Кудасовым. Несмотря на опасность, Буба рад помочь старинным приятелям и с радостью подсказывает им как завоевать доверие штабс-капитана. Сразу предупреждая, что это дело не для него, то есть не для самого Даньки. Уж слишком простоват на вид, было сказано не в обиду парнишке. К тому же требовались особые умения: в речи, в манере одеваться, мыслить и даже ходить. И играть на бильярде, да ещё и так же хорошо, как сам Овечкин. В один день Валерка исполнил сразу две роли. Во-первых, покорил белогвардейцев потрясающей мастерской игрой в бильярдной. А во-вторых, в Паласе устроив небольшую заварушку, продемонстрировал ещё и боевое искусство. Одним словом, претворяться интеллигентом ему особо не пришлось. Это и так было у Валерия в крови. И даже годы проведённые в станице и на поле боя не смогли стереть из памяти выученные когда-то стихотворения классиков и способность находить общий язык с представителями высшего света. Так в непринуждённой беседе о детстве и юности пробежал вечер всё в той же бильярдной. Овечкин, кажется, безоговорочно верил каждому слову юноши. До сих пор не ясно, как он забыл про бдительность и расслабился. Очевидно, не мог представить себе, что красные смогут проникнуть так глубоко в его сознание и душу. Что смогут вот так разгуливать по городу и ухищрённо лгать прямо в глаза, делясь трогательными воспоминаниями из детства. 14. "Да, но дети?!..." Появление атамана Гната Бурнаша в Ялте было неожиданным. Он решил начать новую жизнь в этом солнечном городе. И вот, проходя в очередной раз по площади, он приметил чистильщика обуви. Вроде ничего такого, обычный оборванец. Но, что-то в нем было жутко знакомым. Кого-то он напоминал...Кого-то из прошлого. Может он из детишек бурнашей...Нет. Может прислуживал у атамана в доме...Нет. И тут его осенило...И Бурнан спешно направился в контрразведке. Им двигало не столько желание помочь белым, сколько желание отомстить вздорной шайки красных шпионов. Но, его предположения не возымели должного результата. Кудасов только усмехнулся, не доверяя этому рассказу. Но, всё же выслушал до конца по настоянию Овечкина. -Хм, мстители...Что вы по этому поводу думаете, Пётр Сергеевич? - спросил он когда за атманом закрылась дверь. - Надо проверить, Леопольд Сергеевич! Надо проверить... А вдруг это именно те, кого вы ждёте? - утвердил Овечкин. - Да, но дети?!...- засомневался полковник. И действительно, разве дети способны на такое?! Проникнуть в логово врагов и выкрасть схему прямо из сейфа в кабинете полковника. Сейчас, когда Сердюк уже не сможет им помочь?! Вряд ли взрослые солдаты отважились бы на такое... Буба доложил Даньке о том, что схема вскоре покинет Ялту. И командир мстителей незамедлительно сообщил Яшке о том, что нужно встретиться и посоветоваться с карусельщиком. Признаться, Яшке было проще всех. Во-первых, толком в лицо его никто из белых не знал. Во- вторых, неподалёку стоял табор и появлению смуглых девчат и парнишек нисколько не удивляется. В-третьих, кому придёт в голову, что босоногий чёрноволосый паренёк будет задействован в такого рода операции. Он много расспрашивать не стал, кивнул и ушёл как ни в чём ни бывало. Товарищ Андрей периодически пропадал, оставляя неуловимых наедине. Однако, по большей мере в той хижине находились Ксанка и Яшка. Даня постоянно пропадал в городе. Валерка частенько проводил время с штабс-капитаном Овечкиным, пытаясь подружиться с ним. А остальным ребятам пока приходилось наслаждаться Ялтинским солнцем и морем. И ждать...А что ещё? У них другое было задание. Они были вроде как страховкой для товарищей. Ксанка сидит на песке, до её босых ног едва добегают слабые морские волны. Она в привычной синей рубахе и своих свободных штанах. Оперевшись на обе руки, она подняла голову вверх, на небо. Солнце слепило, и девушка зажмурилась. Около часа назад Яшка ушёл на встречу с её братом и до сих пор не вернулся. Она в город ходила редко, не то чтобы боялась. Скорее дела для неё не было. Потому и не могла усидеть спокойно...Волновалась. А Данька, зная её неугомонный характер, Яшку сразу предупредил её одну никуда не отпускать. И без надобности самому никуда не отлучаться. Ну, вот она и осталась здесь одна...Ждёт. И каждый раз, когда кто-то из её товарищей уходил в город, Ксанка не находила себе места. Как и сейчас...Солнце припекает всё сильнее. А ветерка практически не было. Ни единого дуновения. Такая духота! А ведь сейчас только полдень... Девушка встаёт; замечает рядом громоздкий камень. Она присела на него. А внутри всё дрожит...Не терпится вернуться живыми и невредимыми домой. А вот и Яшка. Идёт медленно, как успевает заметить Оксана, по сторонам смотрит, значит всё в порядке. И Данька жив, здоров! Пока он дошёл до неё, девушка успела погрузиться в свои мысли. Смотрит на голубоватый горизонт. - После обеда в город надо сходить! - докладывает цыган, с неким равнодушием. Ксанка поворачивается и глядя на друга с обидой, говорит:"Опять меня тут одну бросишь?" - Нет...Данька всех собирает. Не знаю, если Валерка подоспеет к нам. Вряд ли... - А что случилось то? - тревожится девушка. - Схема может ускользнуть от нас. Буба Даньке сообщил. - Выходит времени осталось совсем мало... Где соберемся? Цыган вздохнул, нахмурившись. А она нервно вскидывает:"Да сядь ты уже!" И он садится рядом. Оба смотрят на лазурный берег, как играют слабые волны и поблёскивает тёплая вода. - Так красиво! - протягивает Ксанка, прикрыв глаза, и почти сразу открывает их. Смотрит, а Яшка какой-то странный. То ли злой, то ли просто грустный. - Что? Что с тобой? - О Валерке думаю...Его с утра нет. Вдруг раскусят... А на нём всё и держится! - Не раскусят! Он всё может! Всё умеет! - утверждает она. Потом встаёт, осмотрев всё вокруг, говорит:"Идём!" - Куда? Ты чего вскочила? Ксанка берёт друга за руку и тянет на себя:"Пойдём, а то совсем зачахнешь!" Вместе они бредут по берегу, у самой воды. В какой-то момент они понимают, что дорога поднимается немного вверх. Здесь тень из-за высоких ив. Хорошо. Ксанка о чём-то думает, думает, думает и...подойдя чуть ближе к нему толкает воду. Яшка быстро вынырнул, наверно от неожиданности сыграл инстинкт самосохранения. - Ты что не в себе?! - вытирая с глаз воду, говорит Яшка. - Хотела проверить, как хорошо ты плаваешь! - смеётся девушка. - Теперь понимаю, почему Данька за тебя так боится! Не завидуя я тем белякам, которые тебе на пути встретятся! - вылезая из воды, говорит цыган. - Зато ты не грустишь уже...А вода всё равно тёплая! Не заболеешь! - Ну, да...Тебе видней! - искрометно улыбается парень, - Так я на твоём месте сейчас бы убежал...! - подмигнул он ей. Бегала Ксанка отлично, так чтобы догнать её нужно было постараться. Скользкий ил конечно не помогал, но на него эти двое внимания не обращали. Эх, видел бы сейчас Данька эти гонки по морскому берегу, так явно не похвалил бы друзей. Назвал бы это безобразием или ещё как-то по хуже. Сказал бы, что не время для игр под носом у белогвардейцев. Когда на счету каждый миг и в спины дышит смерть. Да, они и сами об этом знали не хуже него. Но, свои шестнадцать и восемнадцать лет никуда не выкинешь и не спрячешь! Они ещё действительно дети...Ещё и характеры такие задорные! Что ж тут поделаешь?! Ребята резко останавливается, когда замечают, что за ними, уже наверно минут пять, наблюдает товарищ Андрей. Они с волнением смотрят на его реакцию, а мужчина нервно приподнял брови, вздохнув. Махнул рукой и поплёлся к шалашу. Яшка и Ксанка засмеялись. Андрей продолжал наблюдать за ними пока подходил к ночлежке. Ребята о чём-то перешептались, так и пошли вдоль берега. Опытный разведчик даже как-то позавидовал им. Что не может вот так забыться и отдохнуть душой. Что не было у него в молодости таких друзей... - Андрей наверно про нас такое думает! - начинает разговор Ксанка. - А что делать? Даньки и Валерке мы помочь пока не можем...Вот и приходиться тут ходить. - Яш, а если с кем-то из нас что-то случится? - Что? С чего ты взяла? - Ну, вдруг разоблачат, ранят или даже убьют... - Ерунда, ещё из не таких передряг выбирались! И сейчас будет так же! - Наверно, но иногда становится страшно...Насмотришься тут всякого. Сапожника убили прямо у Дани на глазах. Жутко как-то, - начинает тяжело дышать Ксанка, идёт вперёд, не замечая что друг приотстал, - Думаешь иногда, а вдруг я вижу кого-то из вас в последний раз в жизни! - Ксанка! - окликнул её Яшка. Она остановилась, оглянулась. И тогда он подошёл ближе. - Знаешь, я тоже об этом думал. Сначала боялся, что кого-то из вас потеряю...Но, потом кое-что понял. Вернее дал себе клятву! - И какую же? - тихо пробормотала Ксанка. - Что если нужно будет вытащу вас из беды любой ценой! - сказав это он делает ещё шаг ближе и продолжает:"Любой! Понимаешь?" - Понимаю, - шепчет девушка, прикусив губу. - Так что я их вытащу, не бойся! - отходит в сторону цыган. - Неужели тебе совсем не страшно?! - Не знаю...Может немного. Но, не за себя - за вас! - Вот этого я и боюсь! - она становится рядом, - Мне от тебя другая клятва нужна! Цыган удивляется, но не переспрашивает. Внимательно слушает, смотрит на неё. - Ты лучше обещай, что не будешь лезть в самое пекло! Обещаешь? - Нет, - усмехнулся Яшка, - Чего угодно проси, но не этого! Не могу! Лгать тебе не могу и согласиться тоже... - Почему? - пугается Ксанка. - А представь, что Валерку разоблачил этот офицер. Что думаешь, я не попытаюсь его у них отбить?! Или с Данькой чего случиться...Думаешь не встану между ним и опасностью?! Или ты...В огонь и воду прыгну! - А если тебя убьют...? - с дрожью в голосе говорит она. - Но вы же останетесь! - Нельзя так. Надо хоть иногда о себе думать! - Я то чего?! Пусть другие обо мне думают! - сказал Яшка и изменив тон голоса, с равнодушного и безработного на тихий и неуверенный, дополнил:"Ты, например..." - Я и так только о вас и думаю! 15. "Не забудем любимых!" Данька никак не ожидал, что его рассекретит атаман. И это странно. Ведь он знал, что бурнаш где-то в Крыму. Но, увидев перед собой злую ухмылку атамана, Даня почувствовал себя беспомощным ребёнком. Кудасов смотрел на этого бледного парнишку с удивлением и агрессией. Неужели действительно подросткам под силу сотворить всё это?! - Итак, имя! - спокойно спросил полковник. И Данька понял, что ему нужно запасаться мужеством. Молчал. Не терял силу духа. - Послушайте юноша, в вашем положении, вам благоразумнее говорить! Где скрываются ваши сообщники? Но, Даня был твёрдо настроен умереть за своих друзей. И ему казалось, чт оон ничего не боится. Раньше его и били и смеялись, лишили семьи, товарищей, его и ненавидели, а он выжил. С саму жизнь он, конечно же, любил, но не так сильно как своих друзей: начитанного интеллигента Валерку, отчаянного и веселого цыгана Яшку и конечно свою родную сестрёнку Ксанку. Полковнику надоело ждать. Он громко стукнул ладонью по столу и встал на ноги. Но, парнишка даже не дёрнулся. Храбрый! Кудасов согнулся над ним:"Ты хоть понимаешь, что тебе светит? Тебя повесят или расстреляют!" Ответа не последовало и полковник, схватив парня за воротник, поднял его со стула. И затем бросил обратно. Даня опустил глаза, которые горели яростным огнём. - Увести!- отдал приказ Кудасов. И парня вытолкали из кабинета. Валерка, поддавшись эмоциям, совершает три ошибки подряд. Во- первых, не скрывает страха в бильярдной при упоминании о задержанном чистильщике, красном шпионе. И тот час убегает оттуда. Даже не подозревая о возможной слежке он бежит к тому месту где располагался чистильщик. Во-вторых, он пытается предупредить Бубу о возможной опасности и тем самым подвергает его ей. В-третьих, подбрасывает Бурнашу угрожающую записку. И так полностью разоблачает сам себя. Теперь у Овечкина не осталось сомнений, что Валерий Михайлович и есть участник той загадочной шайки, получившей громкое название: неуловимые мстители. Но, как же так?! Касторского отпустили, хотя подозрения остались. Но, его выступление прямо скажем утомляло и без того раздражённых работников контрразведки. И ему поверили. Конечно, на невиновности артиста настаивал штабс-капитан Овечкин, по крайней мере пока в кабинет не ворвался атаман и не показал записку с угрозами. Он то был просто уверен, что Буба связан с красными. А тем временем, Яшка и Ксанка уже бродили по многолюдному парку. Было около четырёх часов дня. Они осматривались, но ни одного знакомого лица так и не увидели. Пока к карусельщику отправили поручика Перова с отличным актёрским этюдом. Он прекрасно вошёл в самостоятельно придуманную роль вора, только что освободившегося из тюрьмы. И которому что-то очень важное передал Данька, и велел доложить только самому главному, тобишь товарищу Андрею. Адъютант сделал вид, что не помнит фамилию комиссара, но хочет искренне помочь попавшемуся шпиону. Кстати говоря, имя мальчишка так и не назвал. А Бурнаш любезно предоставил эту информацию. Он и фамилию помнил - Даниил Щусь. Сын моряка и организатора партизанского отряда в Збруевке. Но этой информации явно было маловато. Атаман не знал точно кто ещё состоял в шайке мстителей и кто, по воле случая, оказался сейчас в Ялте. Отсутствие Даньки как-то не слишком встревожило его товарищей. Яшка спокойно просит подругу:"Ксанка, сходи в будку. Может Данька у карусельщика?!" Она кивает и уходит. Парень провожает её уже настороженным взглядом. Ксанка открывает дверь и Мефодий Кузьмич, уже приготовив револьвер, толкает неизвестного благодетеля, очень похожего на белого офицера и кричит ей:"Беги дочка!" Ксанка резко захлопнула дверь и бросилась бежать. Яшка тоже услышал выстрелы и мгновенно очутился на карусели. Старик- карусельщик скрылся из виду. Яшка разглядел, что Ксанка выбежала из парка и ему тоже нужно скрыться отсюда. Но, сейчас всё внимание обращенно на него. Со всех сторон выстрелы. Но, благо карусель наворачивала круги и не давала возможности попасть в него. Метко целившись, Яшка попадает в одного, второго, третьего солдата. И примечает лошадь без всадника. Как раз в тот же момент Перов приказывает остановить карусель. Во время цыган спрыгивает с карусели и ловко оказывается в седле. Как и прежде выстрелы ему вслед оказываются безуспешными. На выезде из парка он помогает взобраться в седло и Ксанке. За ними тот час организовалась погоня. Перов повёл солдат вслед за шпионами, приказ брать живыми. Мстители постоянно оборачиваются, видят что их много. И что отступать солдаты не собираются. Настроены весьма решительно. До скакав до площади, Яшка приостанавливает лошадь. - Беги Ксанка! Прыгай! И она уже в безопасности. Спрятавшись за деревом, она видит как друг скрылся из виду, а за ним и целый отряд белых. Выстрелы не умолкали, они отчаянно пытались догнать юношу. Яшка мало о чём успел подумать. Вряд ли его интересовало в тот момент, откуда там взялась засада. И где Данька, или где Валерка...Хотя мысли о них периодически и проскакивали. Но, главное уйти! Но куда? Оторваться от них он не может, как ни старается. Наводить недругов на хижину, где находится товарищ Андрей и куда скорее всего вернётся Ксанка, нельзя. Прицелившись по лучше Перов убил его лошадь. И та упала замертво. Яшке уже ничего не оставалось, как убегать пешим ходом. Но, это по крайней мере глупо... Загнанный на обрыв, цыган долго не думал. О чём тут думать? Оказаться пойманным врагами он не хотел. Да и то если поймают выхода будет два: либо говорить, либо виселица! А говорить он явно не станет! Поэтому выбор: прыгать или нет перед ним не стоял... Прыгнул. Сколько метров имел этот обрыв понять так и не успел. О воду ударился не слишком сильно. И чудом не разбился. Угадил прямо между острыми подводными камнями и скалами. - Нет его..Разбился поди. Вон высотень какая...- послышалась сверху. Солдаты спешно покинули этот обрыв, который имел дурную славу. Ксанка приметила вернувшихся беляков, и пробралась к ним как можно ближе. Сначала обрадовалась, что Яшки с ними нет. Не поймали значит! Спрятавшись за деревом, она жадно слушала каждое их слово. Перов спешился первым и спросил у двух солдат:"Ну что?" - Господин поручик, не нашли мы никого. Да и как? Лица же видно не было... Тот вздохнул... - А карусельщик этот? Старик... - Ушёл, гад!- отозвались солдаты. К Перову подошёл один из тех, кто тоже участвовал в погоне. - Может он выплывет? Вернуться бы и берег прочесать! - Вряд ли...- снимает фуражку адъютант, - С одним кажется расправились. Ещё один в тюрьме! Найдём и остальных! Ксанка услышала их отдаляющиеся шаги...И всё. Сглотнула. У неё мгновенно расширились зрачки. Голубые глаза потускнели, наполнились влагой. Она почувствовала, как всё закружилась... Сделав шаг вперёд, она сжимает уставшие глаза и по щеке потекла первая горячая слеза. Затем ещё одна и ещё одна...И всё. Словно в бреду Ксанка дошла до их хижины. Встала у самой воды. Рядом с тем большим камнем. Уперлась об него и, обессиленная, упала на землю. Сидела спиной к этой серой глыбе, обхватив колени руками. По телу пробежала какая-то противная дрожь. Стало внезапно холодно, зябко. Поднялся ветер. Несколько слезинок так и застыли на ещё дрожащих губах. Даньку, после очередного допроса, подводили к камере. И то ли в насмешку, то ли для упадка настроения и боевого духа, один из конвойных обмолвился о добровольно покончившим с жизнью красном шпионе. Которого едва не поймали в парке, а в результате погони, он прыгнул с обрыва, который уже получил красноречивое название "Утёс смерти!" Так что мол, все красные так же быстро исчезнут, как и появились! Данька понял о ком идёт речь. Опрокинул голову на стену и с болью зажмурил глаза. Когда конвой оставил его, Даня протянул глубокий стон, не открывая глаз. Валерка, запыхавшись, подбегает к Ксанке. Остановился возле неё. Молчал. Присел на этот огромный камень. Его побледневшее лицо выдавало испуг. - Данька арестован...А..он...- сглотнул красноармеец. У Ксанки с новой силой потекли слёзы. Они падали так, словно камни. А ветер всё усиливался. - Мы должны спасти хотя бы Даню...А Яшка не хотел бы чтобы мы сдались на пол пути! - Даже не похоронить...- искусанными в кровь губами бормочет Ксанка. - Надо всё закончить...А потом уже оплакивать, - сняв очки, говорит Валерка. И у него навернулись слёзы, но он держался. Вечером разыгралась буря. Валерка о чём-то переговаривался с Андреем. Их голоса то ли отчаянные, то ли грустные доносились Ксанке. Она их не слушала...Лежала в хижине на старом дырявом покрывале, скрутившись, подобрав под себя ноги. Уже всхлипывала. Она только сейчас осознала, что произошло. И боль не унять...Слишком больно. Она встала, услышав что-то невнятное. Голоса как-то резко переменились. А было уже темно. Шквалистый ветер. Девушка с трудом поднялась, подошла к двери. Удивилась от того, что ей показалось будто третий голос был до боли знаком. С размаху отпирает дверь и видит... Стоит Андрей, рядом Валерка, а чуть позади них Яшка. - Живой!...- шепнула она самой себе и бросилась к другу, крепко обняв. Андрей улыбнулся, положив руку на плечо Валерке. Который тоже был рад возвращению товарища. Только теперь Ксанка плачет навзрыд. И ещё успевает улыбаться при этом. Яшка же спокоен, как обычно...Все уж его похоронили, а он вернулся как ни в чём ни бывало. Оно и хорошо, никто не спорит! - Ну, живой же...А ты ревёшь, как будто умер! -усмехнулся цыган. И Ксанка отодвинулась чуть дальше, вытирая с лица слезы. Не знает, что говорить. Улыбка и так всё прекрасно объясняет. - Есть идея, Валерка! - перешёл на строгий тон Яшка. - Какая? На счёт? - Как Даньку втащить, но без помощи не справимся! Андрей и Валерка переглянулись. - Что за идея? Рассказывай! У утру они уже решили разработать целую компанию по спасению Даньки и получению шифра от сейфа Кудасова. - Цыгане не подведут? - Не должны...Обещали свадьбу сыграть! - Сегодня я буду играть в открытую!- нахмурился бывший гимназист. - Боюсь я за тебя Валерка, - тревожился товарищ Андрей. - А, что за меня волноваться, товарищ Андрей?! Штабс-капитан мой друг, мой лучший друг! Так что я вне подозрении! - А Буба? - вскинула Ксанка, - С ним то что? - Буба пусть отправляется с табором, сыграет роль барона! - отдал указ Андрей, - И всё равно, что-то здесь не так! - О чём вы, товарищ Андрей? - побледнел Валерка. Мужчина встал, вздохнув. - Как-то это всё слишком гладко что ли...Боюсь, как бы нас не ждал какой-то подвох! До времени, когда Даньку должны были выводить из тюрьмы и вести в контрразведку на допрос, оставалось около трёх часов. От вчерашней бури не осталось и следа. Палящее солнце выжгло последние лужи на тротуарах. В цыганском таборе было непривычно шумно и красочно. Буба чувствовал себя здесь, как среди дальних родственников. Ему досталась роль барона в импровизированной свадьбе. Он должен был вести этот хоровод. Ксанке отводилась не последняя роль. Её приодели, от настоящей цыганки не отличишь. Правда ей было не по себе - ощущать себя другим человеком. Выйдя из кибитки, она ещё минут пять суетилась, поправляла подол юбки. Яшка прямо скажем застыл на месте, когда она медленно шла навстречу. Но, нисколько не улыбался. Вернее сказать, был удивлён. Она подошла. - Только не смейся! Знаю, что выгляжу как... - Улыбаться можно?...Сейчас, погоди! Яшка отлучился на пару минут, достал откуда-то ( по правде говоря, этого добра здесь было навалом) красивую шаль. И Ксанка накинула её на плечи. - Ну, вот...Цыганка! - улыбнулся он. План состоял в том, чтобы совершенно не случайно наткнуться на Даню, которого вели в контрразведку на допрос и с помощью зажигательной песни и плясок отвлечь внимание конвоя. А потом заменить Даню на...ручного медведя! Казалось бы затея довольно таки сомнительная...Но, времени для разработки другой операции у них не было. 16. "На жизнь и на смерть!" Валерка отправился на решающую встречу с Овечкиным. Упомянув о якобы полученном письме от родителей, он надеялся расположить штабс-капитана к доверительной беседе. Овечкин уже был не трезв, но прекрасно знал, кто стоит перед ним. Уже совсем не ребёнок. Совсем не интеллигентный сын иммигранта, предпочитающий водить дружбу не с сверстниками, а с умудрёнными жизнью офицерами. Перед ним стоял банальный красный шпион. Но, надо сказать, не совсем банальный, раз додумался втереться в доверие к Овечкину и раз сумел это сделать. Овечкин сидит напротив Валерки и удивляется сам себе. "Как я мог поверить этому нахальному выскочке?! Он играет, конечно, талантливо, но весьма не профессионально". - А я ведь догадывался, догадывался, что вы не зря объявились в этом городе! - с сожалением говорил штабс-капитан, - Виды имели! Так ведь?! - Так! - подтверждает Валерка, смотря на часы. Овечкин уже нисколько не сомневался, что Валерий Мещеряков - красный шпион. И он мог прямо сейчас разоблачить и арестовать его. Но... Но штабс-капитан решил доиграть этот балаган до конца! Ему захотелось посмотреть, что в дальше по плану у этого мальчишки. Оттого взгляд у капитана был несколько раздавленным и лукавым. Данька шёл под конвоем по улице, уложенной плиткой. Вокруг мелькали какие-то люди. Солнечный свет слепил парня. В какой-то момент он услышал звуки гитары. Присмотрелся вдаль, там виднелись фигуры в ярких нарядах. Он смог бы кого-то узнать, если бы один из солдат постоянно не дёргал цепь, раздражая этим партизана. Но, вскоре табор приблизился к идущим солдатам и Данька узнал голос друга. И уже совершенно точно понял, что вся эта заваруха придумана именно для его спасения. Даже сейчас, будучи на задании, Яшка пел прекрасно! Будто он просто жил! Не играл, не претворялся! Был сам собой! Цыган то и дело, как бы не взначай, показывал Даньки, кто присутствует вместе с ним. Сначала встал рядом с Бубой, потом с Ксанкой, а потом указал на ручного медведя. Солдаты и опомниться не успели, как табор скрылся из виду, а вместо арестованного, они наткнулись на...медведя! - Валерий Михайлович, обратите внимание! Какое трагическое совпадение 1914 год! Начало войны...- Овечкин сделал шаг вперёд и шепнул шпиону, которого собирался разоблачить, - Но есть ещё одно совпадение. Это шифр замка в сейфе Кудасова. Того самого сейфа, в котором хранится схема! Вы поняли?! - Понял! - обрадовался Валерка, что план удался. Овечкин отстранился немного, оглядел его с хитрой, победной улыбкой. - Вы ничего не поняли! - уверенно произнёс штабс-капитан, с некой долей горячи в голосе. - Господа, позвольте вам представить, одного из так называемых мстителей! - Пётр Сергеевич смотрел на публику и улыбался, а потом резко рявкнул, оборачиваясь на Валерку:"Спокойно!" Обыскав шпиона, он нашёл во внутреннем кармане пиджака бильярдный шарик. - Уууу, нервы Валерий Михайлович! Нервы, нервы! Вряд ли Овечкин заподозрил бы его в таком мелком воровстве. Но, всё таки... POV Валерий Мещеряков. Я обомлел...Не может быть! Этого просто не могло случиться! Овечкин разоблачил меня... Когда открыл все карты, я начал оправдываться, как мог. Но, по правде говоря, я нёс всякую чушь. "- О чём вы, Петр Сергеевич? Я вас не понимаю..." - это всё, что я смог выдавить из себя. Ноги даже дрожали. Благо, что кий всё ещё был у меня в руках... Но, какой теперь от него толк?! Я испугался, хотя и продолжал улыбаться. Пытался вести себя естественно. Оглядывал всех присутствующих офицеров, оценивал смогу ли уйти...Их было много. Главное мне удалось: я узнал шифр от сейфа, но удастся ли мне теперь до него добраться?! И Буба оказывается в опасности...Его тоже раскусили и как же горько осознавать что отчасти из-за меня... Что теперь делать? В голове мелькали глупые идеи. Что-то неясное...Я не мог сосредоточиться на чём-то конкретном. Овечкин выглядел так, словно выиграл. Я не мог подвести товарищей... Я знал, что Даню уже вероятнее всего освободили и они готовятся к отплытию. И я должен нагнать их. Должен...Любой ценой! Ведь мы поклялись идти друг за другом на жизнь и на смерть! И я должен...! Когда я попросил Овечкина доиграть партию, то был почти полностью уверен, что он позволит мне это сделать. Всё таки он тоже боевой офицер, разведчик...Он привык доигрывать всё до конца! До финала! И к тому же, он уверен, что я уже никуда не денусь. Опрометчиво! Я тоже не глуп! - Не промахнитесь, Валерий Михайлович! - хитро прищурился Овечкин. - Постараюсь, господин штабс-капитан! - я сказал это с таким же выражением лица, как и он. А потом мгновение, которое должно было всё решить...Нужен был меткий удар. И прогремел взрыв! Я быстро пришёл в себя и выбежал из бильярдной. На повозке добрался до контрразведки. По пути позаботился о Касторском. Ведь ему больше нельзя было оставаться в городе. Я и не думал, что смогу так легко пробиться в контрразведку. Однако смог...и вот я уже стою и смотрю и запертый сейф! Из-за всего что произошло за последние десять минут, я напрочь забыл заветные цифры. Они просто испарились из моей памяти. А телефонные звонки так взбудоражили меня, что неожиданно всплыли слова Овечкина: 1914...война началась. Я нашёл её! Нашёл ту самую схему! Теперь я удумал так же незаметно и быстро ускользнуть из контрразведки. Я вышел из кабинета. Никого не было. Вообще никого. И я даже как-то улыбнулся про себя. Похоже сегодня всё обойдётся без погони! Неуж-то скоро весь этот водоворот закончится?! Я и мечтать не смел...