Мямля

Джон 14:06 Может, выйдешь наконец из ванной?

Донхёк 14:06 Неа

Джон 14:07 Я не уйду, пока не ответишь на все вопросы

Донхёк 14:07 Боюсь, нам пока рано жить вместе 14:08 И Марк тебя точно прогонит

Джон 14:08 Я отдал ему всю жвачку, что у меня есть, он обещал меня не трогать

Донхёк 14:09 Вокруг одни предатели

Джон 14:10 Если ты не хочешь отвечать на мои вопросы, я сам могу на них ответить?

Донхёк 14:10 Делай, что хочешь

Джон 14:10 Тогда и твои действия я могу понять, как: Великолепный Джон Со, я Вас люблю, хочу от Вас фамилию и детей чмоки-чмоки?

Донхёк 14:11 ДУРНИНА ПОШЁЛ ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА БОЛЬШЕ НЕ ПРИХОДИ СЮДА КАК Я ЗОЛ ГОСПОДИ

Джон 14:12 У тебя эти дни начались? Ничего, я перетерплю все твои бзики

Донхёк 14:13 Господь, если ты существуешь, спаси меня

Джон 14:13 Донхёк, ты сам заперся в ванной, а затем усомнился в моём существовании, и после этого просишь помощи?

      Донхёк устало выключил телефон, с громким вздохом облокачиваясь на дверь ванной. В мыслях полный бардак, отчего даже голова разболелась. Сейчас хочется лечь спать, а не вот это вот всё. — Донхёк, ну выйди ты уже оттуда, — звучит крайне жалостливо. — Не хочу, — Хёк уставился на унитаз, представляя, как окунает туда голову Джона. Сразу стало веселее. — Почему мы не можем поговорить нормально? Хёк, хватит бегать от меня, — от этих слов неприятно кольнуло сердце, и Донхёк сдался. Кое-как встав и отряхнув кофту, которая, кстати, вновь закрывала бедра младшего, Хёк отпирает дверь, — Откуда у тебя привычка так долго торчать в ванной? — Как же ты меня бесишь, — безнадёжно говорит Донхёк, отвесив старшему подзатыльник, правда, настолько слабо, что это больше было похоже на поглаживание. — И я тебя люблю, малыш… — Отстань от меня, педофил недоделанный, какой я тебе малыш? — Ли отходит от двери ванной к окну, скрестив руки на груди и драматично пялясь на дерево. Он чувствует, как его талию обвивают чужие руки, слабо прижимая к себе. — Ты такой ребёнок, — Джонни не чувствует никакого сопротивления своим действиям, чему безмерно рад. Уткнувшись носом в донхёковы волосы он улавливает слабый аромат косметических средств, — Это что, средство для укладки? — Ты когда-нибудь заткнёшься, а? — у Донхёка слишком быстро бьётся сердце, ему остаётся лишь надеяться, что Джон этого не чувствует. — Ты такой вредный, — бурчит старший, продолжая носом рушить чужую укладку. — А ты тупой, — не остаётся в долгу Хёк, — Хей, ты мне рёбра сломать решил?! — С Тэилем ты так же общаешься? — голос Джона звучит немного грустнее, и Хёк решает, что переборщил. Всё-таки, даже если ему стыдно, он не должен себя так вести. — Нет, — Донхёк умудряется развернуться в этих убийственных объятиях к Джонни лицом, кладя руки тому на плечи и заглядывая в глаза.       Джон усмехается и склоняется к нему. Сердце готово пробить грудную клетку, кажется, даже ладони начали потеть. Хёк больше не может смотреть на старшего, опуская взгляд. Джонни приближается слишком медленно, нарочно выводя младшего из себя. Между ними грёбанный миллиметр, а Со как-то не спешит, засматриваясь на своего смущённого ребёнка, но ему самому уже сложно терпеть, поэтому он даёт волю своим желаниям, целуя Хёка. Тот слабо дёргается, и вовсе зажмуривая глаза.

***

      Джон довольно вваливается в квартиру, чем изрядно пугает Юту. Пьяный, что ли? — Ты чего, Джон, ау? — бесполезно: Джонни, полностью проигнорировав соседа, идёт на кухню. — Фу, чё здесь так грязно, ты чем здесь занимался, а? — не успев зайти, выдал Со, оборачиваясь на друга. — Свадебный торт вам пёк, — добродушно отвечает Юта, отпихивая соседа и вновь беря веник, которым орудовал до прихода Джона. — Ты это, давно у врача был? Кому ты там торт испёк? — Совсем ты меня не ценишь, Джон. Разбил мне сердце. Только вот череп ещё разбивать не надо, отойди… Отойди, кому сказали!       Джон всё-таки оставляет друга в живых, разваливаясь на стуле и принимаясь разглядывать торт в духовке. Действительно что-то готовит. Улыбка сама расплылась по лицу американца: всё же, он любит своего друга. Не больше, чем Донхёка, разумеется. — Спасибо, конечно, но мы с Донхёком пока не планировали жениться, — Со с удовольствием следит за тем, как меняется лицо японца. — Так вы реально теперь вместе, что ли?! — Юта кидает веник, набрасываясь на друга с объятьями. — Да чё ты прилип-то? Отойди, ну всё, ну хватит. Тц, Бог с тобой, — японец не отпускает друга примерно минут двадцать, после чего резко отлипает и вновь хватает веник. — Всё-таки кукуху проверь, а то мало ли, — Джон усмехается, ловя на себе убийственный взгляд.