I am looking for you.

Декабрь — это время чудес. Федя бредёт по заснеженным улицам Лондона, рассматривая пестрые витрины. Люди вокруг улыбались и смеялись. Всё-таки перед Рождеством Лондон очень красив. Но ещё более красивая — Косая Аллея. Живой остролист с мигающими огнями или омела, распускавшая над влюблёнными парами, плавающие огоньки живых гирлянд… жаль только Костя не сможет всё это увидеть. Вторая Магическая война закончилась семь месяцев назад. Костя исчез восемь месяцев назад. У Кучаева было задание от Ордена — шпионить за Рудольфусом Лестрейнджем, через него выведывая информацию о Беллатрисе и возможных планах Темного Лорда. Вначале информация поступала с завидной регулярностью и многих смертей и катастроф удалось избежать. Потом поступление прекратилось. А затем Костя исчез. В Ордене говорили, что кто-то разбил заклинание Доверия и Рудольфус с Беллатрисой его нашли. Артем и Игорь, отправившиеся на его поиски, пришли с неутешительными новостями — над домом Кучаева висела Чёрная Метка. Это было тридцатого апреля. Его толкнули в плечо и Федя отмер. Воспоминания о Косте всегда вводили его в ступор и он чувствовал себя оглушённым, пока под рёбрами мерной пульсацией отдавалась боль. Невозможно было забыть ночи в Астрономической башне, откуда всё видно как на ладони. Невозможно забыть квиддич, когда зелено-красное море ревело, когда Федя прокидывал квоффл в кольца. Невозможно забыть момент, когда Костя налетел на него, крепко сжимая в объятиях, словно он только что поймал снитч, а не Кучаев. Невозможно забыть их посиделки у озера, уроки Трансфигурации и Защиты от Темных искусств. Н Е В О З М О Ж Н О. Федя свернул за угол. Ужасно хотелось напиться, чтобы не чувствовать эту тупую боль по всему телу, это дурацкое наваждение, словно Костя где-то рядом, отошёл всего на минуту, а сейчас вернётся и снова возьмёт за руку. Но Кучаева нет. Нигде. Его тело не нашли после битвы за Хогвартс. Оставшиеся в живых Пожиратели ничего о нём не знали. Костя просто исчез. Федя тяжело выдохнул и толкнул дверь Дырявого Котла. Внутри было тепло и уютно. Мигали огоньки, стойка бармена Тома была украшена остролистом, а где-то в углу играл Синатра. В том же углу сидела какая-то парочка, попивая горячий какао. Чалов дёрнулся, как от удара током и, поправив шарф, двинулся через весь бар к выходу на задний двор. Три касания волшебной палочкой и кирпичи разъехались, образуя проход на Косой переулок. Федя двинулся вперёд и вскоре бурлящая толпа поглотила его. На периферии сознания мерным стуком маятника отбивалась мысль о Косте, кутающегося в яркий гриффиндорский шарф, держащего в покрасневших от холода пальцах волшебный бенгальский огонь. Его тёплый смех гремел в голове, посылая всё новые и новые разряды тупой боли. Звякнул колокольчик, и Федя отвлёкся от своих мыслей. Он, сам, того не замечая, зашёл во Флориш и Блоттс. В лавке было тепло и уютно, пахло чернилами и типографской краской. Рядом с полками левитировали свечи и рождественские венки. Чалов чему-то грустно улыбнулся, вспоминая Рождественский бал в Хогвартсе и то, как они сбежали оттуда с Костей. Сердце снова отдалось разрядом тупой боли. Кучаев был рядом, там, где громыхало непослушное сердце, но в тоже время его не было нигде. Это было похоже на квиддич, где Федя был ловцом, а Костя — снитчем. Чалов знал, что он тут, но найти его не мог.

Где же ты?

— Вам нужны какие-то книги? — отвлёк Федю от мыслей возникший из ниоткуда консультант. — Квиддич, — хрипло выдохнул он, пока грохочущие воспоминания о Косте отходили на второй план — мне нужны книги про квиддич. — Вам на второй этаж, — улыбнулся продавец, взмахом палочки отправляя лежащие на полу грудой книги на полки. — Там найдёте второй стеллаж, и в пятом шкафу будут книги про квиддич. — Спасибо, — безжизненно поблагодарил Федя. На втором этаже было тихо и уютно. До сюда не долетали звуки музыки и шум покупателей с первого этажа. Лишь иногда размеренную тишину прерывал звон колокольчика от двери магазина. Второй этаж больше напоминал библиотеку, чем книжный магазин. Огромные шкафы, наполненные книгами возвышались от пола к потолку, наполненные немыслимым количеством книг. Федя не удержался и провёл кончиками пальцев по корешкам книг. Сердце вновь пронзило острой болью — Костя всегда так делал, когда оказывался в книжном. В пятом шкафу было действительно много книг по квиддич. От истории самого вида спорта, до учебных пособий. Чалов снимал одну за другой разнообразные книги, пролистывая их и складывая в левитирующую возле него стопку. Что он искал в них, он и сам понять не мог. — Блять, — неожиданно громко раздалось возле него, раздался грохот и стопка левитирущих возле него книг упала на пол. Голос показался ему смутно знакомым. Федя поднял голову. В пяти метрах от него книги разбросанные книги собирал в стопку парень, чьи каштановые вихры Чалов запомнил ещё с Хогвартса. — Голова… — Сашка, услышав школьное прозвище, поднял голову. С две секунды рассматривал Федю, словно бы не верил, а потом… — Чал! — Головин с грохотом уронил собранные в стопку книги и бросился ему на шею. Впервые с момента окончания Второй Магической Федя почувствовал себя хорошо. Не нормально, не спокойно, а хорошо. Сашка был отзвуком светлого школьного прошлого, когда не было ничего важнее экзамена по Зельеварению и выигрыша Кубка по квиддичу. Где самым страшным было не попасть на следующий курс или завалить экзамен по Трансфигурации. — Что ты тут делаешь? — Сашка улыбнулся, выпуская его из объятий. — Книгу ищу, — Федя неопределённо махнул рукой, обводя разбросанные по полу книги. — А ты? — Тоже, — Головин сиял. Оба синхронно присели на корточки, что разобрать сложившийся беспорядок. — Как ты? — В целом нормально, — отмахнулся Чалов, складывая в стопку разбросанные книги по квиддичу. — А ты? — В целом тоже хорошо, — свои книги Сашка сортировал в две стопочки. — Работаю вот. — Кем? — Целителем, — Головин с самым счастливым лицом продемонстрировал ему книгу в чёрной кожаной обложке, на которой тиснёным золотым шрифтом значилось: «Яд акромантула». А потом вдруг посерьёзнел. На полу осталась лежать книга из Фединой стопки. На обложке был изображён золотой снитч с серебрящимися книгами тонкими крылышками. Над ним аккуратным печатным шрифтом было выведено: «Квиддич. Искусство ловца». Внутри что-то грохнуло и полетело вниз. Воображение мигом нарисовало Хогвартс, поле для квиддича, вратарские кольца и Костю. Чуть ли не наяву он видел Костю, летевшего со скоростью света за сверкающим золотым мячиком. Федя прижал книгу к себе. — Чал, мне нужна твоя помощь! В «Дырявом котле» всё ещё было светло и уютно. Сашка повёл его в дальний угол, и оглядев зал, упал на скамейку. – В чём ты хотел, чтобы я тебе помог? – спросил Федя, всё ещё не понимая, отчего Саша так нервничает. – В общем, – Головин замялся, запустил руку в волосы, выдохнул и начал рассказ. – Месяца два назад к нам поступил пациент. Физических повреждений нет почти, разве что тощий сильно, да и шрам на руке. – Сашка ещё раз нервно провёл рукой по волосам. – Только как потом оказалось там всё очень сложно. Его долго пытали Круциатусом и по видимому чем-то ещё. Он мало что помнит, а если что-то вспоминает, то очень быстро замыкается и не разговаривает ни с кем несколько дней. И самое интересное в этом во всем... – он тяжело выдохнул, вновь поправляя волосы. – ... что вспоминает он только о тебе. Повисла тишина. Чалов смотрел на Головина каким-то странным взглядом, мало что понимая. Кто же этот человек, в чьих болезненных кошмарах он присутствует? – Я-то тут причём? – задал в конце концов вопрос Федя. В голове хлопками взрывались вопросы и ни на один связного ответа не находилось. – При всём, – Сашка поднял на него потяжелевший взгляд. – Это Кучай, Федь.

Я тебя нашёл. А нашёл ли?