Локи Лафейсон и необычные приключения в мире волшебников

      Локи мог бы ещё поспать, как минимум, пару часов, но настойчивый стук в оконное стекло беспощадно возвращал его в суровую реальность бытия, отбирая последние крохи сладких снов. Изобразив своё самое искреннее возмущение, мальчик выбрался из-под тёплого одеяла, медленно потянулся, протяжно зевнул и подошёл к окну. На железном подоконнике с обратной стороны стекла сидел Фенрир, смотрел огромными чёрными глазами на своего кормильца и всем своим видом выражал не менее искреннее, чем у своего хозяина, недовольство. Отперев форточку, Локи впустил друга в комнату. - Наохотился? - сипуха в ответ сдавленно ухнула и села в клетку. На дно упала дохлая мышь, что вызвало у Локи целую бурю негатива на тему "сколько раз я просил есть исключительно на охоте и не носить это в дом", на которую сова попросту не обратила никакого внимания.       Закончив возмущаться, Локи посмотрел на часы. Пять утра. - А ты пунктуальный, - зевая, мальчик сел за стол, где накануне вечером оставил недочитанный учебник "Стандартная книга заклинаний: второй курс", раскрытый на главе "Общие контрзаклятия". Колдовать до совершеннолетия на летних каникулах вне стен Хогвартса было строжайше запрещено, потому будущий второкурсник компенсировал отсутствие практических тренировок заполнением теоретических пробелов в знаниях.       Только два дня назад сова из Хогвартса принесла ему письмо, в котором ему напоминали о том, когда нужно прибыть на вокзал Кингс-Кросс и сесть на поезд. К письму были приложены билет и новый список необходимых для второкурсников вещей. В тот же день Локи посетил Косой переулок, чтобы всё это приобрести, не забыл пополнить запасы ингредиентов для зелий и письменных принадлежностей и посетил магазин одежды мадам Малкин, так как старая мантия была ему уже коротковата. Под конец он решил заглянуть в торговый центр "Совы", ведь в прошлом году он там не был. Его сразу же завлекли полумрак, прохлада помещения и множество манежей, загонов, клеток, аквариумов со вполне себе обычными животными. Никаких магических существ в этом магазине Локи так и не обнаружил.       Косой переулок преподнёс ещё немного приятных сюрпризов: именно в этот день не только Локи пришла в голову идея затариться на новый учебный год. В магазине мадам Малкин он повстречал Клинта с матерью и через некоторое время возле магазина товаров для квиддича столкнулся с Брюсом и его статным дедушкой. Пообщаться ни с тем, ни с другим так и не удалось: мама Клинта оказалась очень суетливой женщиной, которая хотела всё купить для сыночка в рекордно короткие сроки, а дедушка Брюса и вовсе отчитал Лафейсона за невнимательность. Беннер в это время за спиной своего прародителя строил извинительные выражения лица и подавал невербальные знаки, чтобы Локи ни в коем случае ему не перечил.       Тем же вечером Фенрир принёс своему хозяину две записки от Бартона и Беннера с извинениями и надеждами на скорую встречу, на которые Локи ответил, что первого сентября займёт для всех купе, как в прошлом году.       В этом году Локи собрал свои чемоданы заранее, чтобы первого сентября поспать немного подольше, но на вокзал приехать пораньше. В назначенное время за ним приехал его знакомый из Министерства Магии и проводил до самого купе. По дороге они совсем не разговаривали: Локи было неловко заводить разговор ни о чём, да и его сейчас больше волновало, не опоздают ли они на поезд. Знакомый тоже отмалчивался, лишь крепко держал мальчика за руку и периодически посматривал на часы.       Как только все вещи были погружены в багажный отсек, а Фенрир заботливо отнесён в "живой уголок", мальчик довольно тепло попрощался со своим министерским опекуном и сразу занял лучшее купе прямо в центре вагона. Пока никто ещё не пришёл, он решил сразу переодеться в школьную форму, чтобы позже не суетиться и не толкаться, как это было в прошлый раз. - Локи! - в купе вбежала Наташа и повисла на шее брюнета. - Как же я соскучилась! - Привет, Нат, - Лафейсон обнял подругу и даже приподнял её над полом, - я тоже скучал. - Как жизнь, брат? - вслед за девочкой в купе ввалилась остальная компания. - Да всё как всегда, - Локи пожал каждому руку и, вспомнив, что Тор и его дружки демонстративно не будут отвечать на приветствие, снова похлопал Одинсона по плечу. - Я же обещал, что займу купе на всех, да, Брюс? Клинт? - За это тебе огромное спасибо, - улыбнулся Беннер. - Ещё раз извини за дедушку. Он слишком сильно блюдёт понятия приличия и этикета. - Ты видел его деда? - Тони удивлённо посмотрел на Лафейсона. - И даже разговаривал с ним, - встрял Брюс. - Ох, сочувствую. Мне в своё время тоже пришлось выслушать от него, какой я невоспитанный. Но я ему сказал, что меня воспитывать некому, и он от меня отстал. - И с моей мамой познакомился, - брякнул Клинт. - Да, шикарная женщина, - хихикнул Локи, - не в обиду, Клинт, это комплимент. Такая шустрая она у тебя, я даже не понял, как она появилась и утащила тебя в магазин. - Да, энтузиазма в ней вагон и маленькая тележка величиной с Хогвартс, - Бартон расхохотался, - меня радует то, что она такая, только когда дело касается покупок. Во всех остальных сферах она спокойная. Просто она не любит магазины и старается всё покупать и выбирать как можно быстрее. - Как я её понимаю, - вздохнул Джеймс, - сам ненавижу это всё покупать, но что поделать, если надо? Кстати, угадайте с одного раза, кто стал старостой школы? - Барнс сразу обеими руками через головы остальных указал на Стива. - Баки, ну, просил же... - смущённо буркнул Роджерс. - Да ладно?! - Тони не мог поверить свои ушам. - Наш мистер "Не выражаться" теперь СШ? Сосновая Шишка? - громогласный хохот сотряс купе. - Началось... - блондин закатил глаза. - Поздравляю, Стив, - Локи улыбнулся, - а какие полномочия у старосты школы? - Ну, я как бы верховенствую над старостами факультетов, могу вычитать у них баллы за плохую работу или незаконные снятия баллов с учеников. Слежу за порядком в школе наравне с Филчем. Только Филч сразу тащит нарушителей к преподавателям, а я могу наказывать на месте. Причём могу или просто баллы снять, или отправить на общественные работы, будет зависеть от степени косяка. - Всё, ребят, вечеринка окончена, если Стив стал старостой школы - дело труба, - Старк поднял руки в жесте "сдаюсь", - не побродить нам ночью в коридорах, не позадирать малолеток, не пошвыряться навозными бомбами в Миссис Норрис. - Вот тебе, Тони, пощады точно не будет, - в ясных глазах Роджерса сверкнули недобрые огоньки, - если поймаю, точно будешь чистить серебряные кубки в Зале Славы. Руками. - О, нет, всё, моя жизнь погублена! - Тони театрально закатил глаза и рухнул на сиденья точно на колени к Локи. - Я умираю... - Мерлин, Стив, что ты наделал! - Лафейсон решил подыграть, приобнимая Старка и изображая театральный гнев. - Ты совершил кощунство! Ты предал своего лучшего друга! Ранил прямо в его хрупкое сердце! Как ты мог? - Вот вы оба сейчас шутите или нет? - Клинт недоумевающе смотрел на разыгравшийся спектакль.       Тони и Локи переглянулись и вдруг резко начали смеяться. - Можно подаваться после Хогвартса в театр, - Старк поднял руку, и их с Лафейсоном ладони соединились в жесте "дай пять". - Нашей первой пьесой будет "Несчастные похождения старосты школы Стива Роджерса". Акт первый, сцена первая: "Роджерс, идя по коридору ночного замка, наткнулся на своего давнего друга Тони Старка, который уверенно пытался засунуть кошку Филча Миссис Норрис в доспехи. Староста отчитывает Старка и отправляет его в наказание в Зал Славы чистить кубки руками. У Тони хватает сердце, и он умирает на руках своего друга, проклиная его пост старосты школы". - Ух, как драматично! - рассмеялась Наташа. - Пожалуй, на такое я бы сходила! - Могу устраивать такие спектакли хоть каждую ночь, - когтевранец подмигнул девочке, - главное, чтобы все актёры собрались в нужном месте. - Идиот... - вздохнул Стив, закрывая лицо рукой. - Не "идиот", а "эксцентричный", будьте так добры, товарищ староста школы!       Всю поездку из их купе доносился нескончаемый хохот. Тони, пользуясь актуальностью новости о Роджерсе, придумывал всё больше театральных постановок и даже показывал их остальным. Стив готов был сгореть от стыда, особенно когда ему пришлось изображать скорбящего старосту и держать на руках умирающего Старка под всеобщий хохот. Только ближе к концу Тони, наконец-то, успокоился, и компания перешла на игру в самовзрывающиеся карты. - Думаю, это станет нашей традицией, - задумчиво произнёс Клинт, раздавая карты. - А через год будем играть без Стива и Джеймса, - грустно сказала Пеппер. - Да, они у нас уже станут какими-нибудь чинушами в Министерстве, - поддакнул Тони. - Если честно, я бы предпочёл остаться в Хогвартсе в качестве преподавателя, - ответил Стив. - А я точно в Министерство пойду, на мракоборца. Я и по баллам прекрасно прохожу, - сказал Барнс. - Неужели наша сладкая парочка расста-а-анется? - протянул Старк и получил лёгкий подзатыльник от Поттс. - Расста-а-анется, - передразнил гения Баки, и все снова засмеялись.       Хогвартс-экспресс начал замедлять ход и остановился на станции "Хогсмид". Ученики посыпались наружу, как сухой горох из банки. Первокурсников уже ловил и собирал вокруг себя Хагрид, остальные направлялись к окутанной сумерками дороге, ведущей от станции к Хогвартсу, на которой стояла целая вереница карет, никем не запряжённых. Вернее, большинству студентов так казалось.       Фестрал, запряжённый в одну из карет, вдруг повернул голову и захрапел. Локи улыбнулся, принимая приглашение. - Садитесь в эту, - он подошёл к карете и открыл дверцу, а сам приблизился к узнавшему его фестралу и начал гладить его по носу. - Здравствуй-здравствуй, скучала, хорошая моя? - шершавый язык прошёлся по волосам, взлохмачивая их. - Я тоже скучал. - Локи, ты чего там застрял? - из кареты высунулась голова Джеймса. - Уже иду! - брюнет поцеловал фестрала в нос и запрыгнул в карету. - С кем ты разговаривал? - Да так, ни с кем...

* * *

- В этом году школьная программа гораздо сложнее, - Локи рухнул на диван в гостиной Слизерина, рядом приземлилась его сумка. - Только две недели прошло, а я уже устал. И когда мне заниматься индивидуально, кто-нибудь может мне сказать? - Занимайся на выходных, - брякнул Джеймс. - Издеваешься? - Локи поднял голову. - На выходные Стебль задала написать эссе по отличительным свойствам молодой и взрослой мандрагоры, Снейп нагрузил двумя свитками о практическом применении лунного камня в зельях и не только, МакГонагалл... впрочем, тоже зверствует. И я уже молчу про отрабатывание Веселящих чар для Флитвика. У них соревнование что ли, кто больше домашки задаст? - Ну, если уж даже наш зубрила негодует, значит, правда, всё плохо, - Барнс хохотнул, - ладно, давай помогу тебе. Хотя бы задание Стебль возьму на себя. Её провести ещё как-то можно. Со Снейпом и МакГонагалл справляйся сам, их обвести вокруг пальца нереально. Могу и с заданием Флитвика помочь, попрактиковаться с тобой. Заодно вспомню эти Веселящие чары. У меня всё равно свободного времени навалом, пока подготовка к ЖАБА не началась. - Спасибо, Джеймс, выручаешь.       Баки поднялся с дивана и направился к выходу. Локи растерянно посмотрел ему в спину. - Эй, ты куда это? - В библиотеку. Надо же найти что-то про мандрагоры, - дёрнув плечом, шатен открыл стену и скрылся в проходе.       Локи, полежав ещё несколько минут на диване, со вздохом поднялся, захватил сумку и пошёл переодеваться. На ужин он решил сегодня не идти, времени и так было немного. Он уже пообещал на выходных заглянуть к Хагриду, а с такой горой домашних заданий особо не разгуляешься.       Переодевшись и захватив перо, чернильницу, свитки и взятые в библиотеке учебники по зельеварению, Лафейсон устроился перед камином на полу и принялся к выполнению задания Снейпа. Написать два свитка о применении лунного камня оказалось непростой задачей, парень закончил только к часу ночи. Отбросив перо и потянувшись, брюнет тряхнул головой, отгоняя сон, и огляделся. В гостиной уже никого не было, кроме дремавшей позади него на диване Нат. На втором диване растянулся Джеймс, только он бодрствовал. В руках шатена Локи увидел книгу, вот только название никак прочесть не мог. - Как эссе? - Баки отвлёкся от чтения, услышав вопрос. - Половину написал, про молодую мандрагору. Вот, читаю про взрослую, - Джеймс приподнял книгу. - А твоя работа как? - Я закончил, - Локи встал и положил уже просохшие свитки на стол. - Задача не из лёгких, но я справился. - Нат тоже пыталась писать о лунном камне, но сдалась после первого свитка. - Ничего, второй свиток я ей помогу написать завтра. Извини, что я краду время твоего сна своим эссе. - Я часто не сплю по ночам, так что всё отлично, - Баки улыбнулся. - А ты иди отдыхай. - Да я не так уж и устал. Могу ещё попрактиковаться в заклинаниях. Как раз никого в гостиной нет. - Ладно, давай так: я буду дописывать твоё эссе, а ты практикуйся. Романофф! - Барнс бросил в девочку комок пергамента, и та вздрогнула, просыпаясь. - Идите практикуйте Веселящие чары. Без вопросов. - Да, хорошо, - Наташа встала и поплелась вслед за Локи вглубь гостиной. - Смотрю я на тебя и не хочется как-то на тебе практиковаться, - произнёс брюнет. - Да всё нормально, я уже не сплю, - Романофф тряхнула головой, достала палочку и приняла стойку боевого мага. - Кто первый и что практикуем? - Веселящие чары для Флитвика. Давай ты.       Следующие полчаса, пока Баки дописывал эссе, Локи и Наташа усердно практиковались, и с каждым разом Баки отмечал, что у них получалось всё лучше и лучше, судя по нескончаемому хохоту за спиной. - Всё, Локи, я закончил, - Джеймс поставил жирную точку и начал сушить чернила. - Мы тоже, - Наташа села на диван, потянувшись и сладко зевнув, - давайте уже на боковую, а то я чувствую себя когтевранцем. Учимся и учимся. - Согласен, пора спать, особенно вам, - Баки собрал свои письменные принадлежности, - это мне привычнее по ночам не спать, а вы ещё не приспособлены к таким условиям, так что марш по комнатам. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Джеймс.

* * *

- Профессор МакГонагалл? - Локи поднял руку и встретился взглядом с пронзительными и суровыми глазами преподавателя трансфингурации. - Я Вас слушаю, мистер Лафейсон. - Какие магические существа обитают в Запретном лесу?       Большинство детей отвлеклись от работы и кинули на мальчика изумлённые взгляды. - Это Вам знать ещё рано. Тем более, в Запретный лес студентам ходить строго запрещено. - Потому я и спрашиваю, профессор. Нам туда нельзя, значит, узнать, кто там живёт, мы можем только от тех, кто там был. Преподаватели, думаю, туда ходят. Не так ли, профессор? - Ходим, мистер Лафейсон, - сухо ответила Минерва, поражаясь неимоверной наглости и упёртости своего студента. - Хорошо, если Вам настолько интересно, я расскажу Вам. После урока. - Конечно, профессор.       Гул колокола оповестил об окончании урока и начале обеда. Выслушав домашнее задание от МакГонагалл, дети поспешно начали собираться и покидать класс. Остались только Локи и Наташа. - Ты иди, я догоню, - сказал Лафейсон подруге, - возьми мне чего-нибудь перекусить, если я не успею.       Романофф кивнула, закинула сумку на плечо и вышла из класса, а Локи направился к учительскому столу. - Профессор, Вы обещали поделиться со мной информацией. - Что же Вас конкретно интересует, мистер Лафейсон? - Минерва оторвалась от своих записей и сурово взглянула на студента поверх очков. - Магические существа, живущие в Запретном лесу. Кто там обитает, профессор? - Запретный лес, на самом деле, очень большой. Он простирается далеко за пределы территории Хогвартса. Об этом знают только преподаватели. По крайней мере, я так думаю. Соответственно, из-за невероятно огромной площади в лесу обитает большое количество магических и немагических существ. Они живут в некоем согласии друг с другом. Больше всего, конечно, в нашем лесу обитает кентавров. Их живёт там целое племя. Они поселились здесь ещё до того, как был основан Хогвартс. Кентавры не были против сосуществовать рядом с волшебниками, так как ни мы их, ни они нас не трогают. Если не нарушать границы их территории. Они позволяют это делать только нескольким волшебникам, в числе которых - директор Дамблдор. Также в Запретном лесу обитает семейство единорогов, однако о них мало что известно. Они предпочитают не показываться волшебникам, так как их у нас осталось очень мало. Можно сказать, что это вымирающий вид на территории Великобритании. Очень много лечурок обитает в нашем лесу. Они мирные, живут на деревьях и никого без надобности не трогают. Только если нападают на них или их дерево, они могут напасть в ответ. Великое множество нарглов обитает здесь, это такие ежи. Очень много фей, веретениц. О фауне Запретного леса Вам лучше расскажет профессор ухода за магическими существами, Лафейсон. Если Вас так интересует эта тема, Вы можете найти профессора Кеттлберна в учительской или на опушке Запретного леса, где он проводит занятия. Я думаю, он с огромным удовольствием прочтёт Вам целую лекцию. - Благодарю, профессор, за то, что уделили мне время, - Локи закинул сумку на плечо, - до свидания. - Всего хорошего, мистер Лафейсон.

* * *

- Приятно видеть вас обоих на поле, - Джеймс стоял, опираясь на метлу, и смотрел на подошедших Локи и Наташу. - Ну что, готовы к испытаниям? - Да, - ответила Романофф и надела перчатки из драконьей кожи. Её метла выглядела не такой новой, как у Джеймса, но было видно, что девочка за ней как следует ухаживает. - Я нет, - возразил Локи, - я группа поддержки. Мне не дано летать на метле, увы, а уж о том, чтобы играть, не может быть и речи... Я буду на трибунах, ребят. Удачи, Нат! Я в тебя верю!       Сказав это, Лафейсон ретировался на трибуны и сел особняком от всех. В этот день на поле проходили сборы команд Гриффиндора и Слизерина по квиддичу. Локи заметил Тора, который, лениво развалившись на траве, полировал древко своей новенькой метлы. Зрелище было далеко не из приятных, и парень отвернулся, ища глазами Наташу. Её рыжую макушку он узнал сразу. - Я уверен в том, что её возьмут, - рядом со слизеринцем приземлился Клинт и пожал его руку в знак приветствия. - Она с детства обожает летать. Баки лично её тренировал, чуть ли не ежедневно гонял над всей деревушкой. Готовил к тому, чтобы взять в команду. - Тогда у неё все шансы, - ответил Локи. - Похоже, сейчас будет отборочный тур, а потом в конце - дружеский матч между враждующими кланами. Будет интересно посмотреть на это мясо.       Барнс, как капитан команды Слизерина по квиддичу, поднялся в воздух и дунул в свисток. Небольшая кучка учеников в формах зелёного цвета поднялась вслед за ним и начала выполнять команды. Несколько детей попадали с мётел при выполнении простых трюков, ещё часть слилась на пробной игре с квоффлом. Остались только двое самых крепких парней с пятого курса, их Джеймс и утвердил как охотников. С загонщиками и вратарями оказалось всё проще: загонщики остались прошлые, в их числе сам Джеймс, а вратарём взяли девочку-третьекурсницу настолько мощного телосложения, что другие претенденты во вратари боялись что-то сказать ей наперекор. В ловцы оказалось много желающих, но справилась только Романофф, выполнив перед Барнсом пике, схватив снитч у самой земли и выровняв метлу. Локи и Клинт на трибунах зааплодировали девочке, когда она выполнила трюк и приземлилась рядом с капитаном. - Я же говорил, что её возьмут, - усмехнулся Бартон, когда Наташа повернулась к ним и показала большой палец. - Она королева неба.       Локи бросил быстрый взгляд на другую половину поля. Там дела шли не так резво, капитан команды Гриффиндор особо не спешил с выбором членов команды. Без проверки он оставил на месте ловца Одинсона и вратаря. Претендентов среди гриффиндорцев оказалось намного больше, чем слизеринцев. Храбрые и смелые львята рвались на поле с диким энтузиазмом, даже не задумываясь о том, что добрая половина детей уйдёт с отборочных сразу в больничное крыло.       Наконец, и команда Гриффиндора была сформирована. Пришла пора проверить новеньких в показательном бою. - У меня есть замечательная идея, - шепнул Локи на ухо Клинта, а затем встал, прошёл к преподавательской трибуне и сел на место комментатора.       Его оборудование никто не убирал, поэтому брюнет спокойно придвинул к себе поближе серебряный рупор и опустил руку на таблицу, показывающую счёт. На месте названий команд появились слова "Гриффиндор" и "Слизерин". - Добрый день всем, кто пришёл поболеть за своих друзей на отборочных испытаниях в команды по квиддичу, - мягкий голос мальчика разнёсся по всему полю, и все ошарашенно уставились на преподавательскую трибуну. - Молодец, братан, зажигай! - крикнул Бартон, начав смеяться. - Благодарю, - ответил Локи, еле сдерживая смех, - итак, наши команды сформированы, судя по довольным и слегка удивлённым лицам наших капитанов. А это значит, что пришло время для дружеского матча. Сегодня борются за уважение капитанов команды Гриффиндора и Слизерина!       На трибунах раздались улюлюканья, пришедший в себя Джеймс хохотнул и сделал вид, что приветствует пустующие трибуны. - Погода, что ни на есть, самая лётная: солнечно, ясно, лёгкий ветерок, облачность нулевая, осадков нет, влажность... умеренная, температура... приемлемая для игры. Итак, честь судить наш сегодняшний неофициальный матч предоставляется...       Право судить доверили старосте школы, пристально следившим всё это время за отборочными. Стив забрал у Джеймса свисток, собрал вокруг себя новоиспечённые команды и выпустил мячи. Снитч тут же исчез, бладжеры улетели в разные концы поля. - Судья выпускает квоффл, - голос Локи напрягся, а Роджерс запустил красный мяч в воздух, который тут же перехватил Регулус Блэк, третий охотник команды Слизерина. - Игра началась!       Регулус устремился к воротам Гриффиндора, а затем бросил квоффл другому охотнику и ушёл от прямого удара бладжера, пущенного загонщиком-гриффиндорцем. - Да, игра обещает быть жёсткой, - произнёс Лафейсон, наблюдая за игрой, - главный минус в том, что команды только сформировались и никто ещё не успел разработать тактику игры. Но ничего, это же просто игра. Ага, хорошо пошутили, мистер Лафейсон! В центре поля за квоффл началась настоящая война. Меж тем, снитч бесследно исчез, и два наших ловца спокойно и без нервов... Наташа, я сказал "спокойно и без нервов"... вот так, умница... осматривают поле на предмет наличия юркого золотого мячика. Напоминаю, что тот, кто поймает снитч, получит сто пятьдесят очков!       Охотники Слизерина не уследили за квоффлом, гриффиндорцы обыграли вратаря и забили первый гол. Трибуны взревели. Несмотря на то, что людей было очень немного, радовались они так же громко, как и заполненный до отказа стадион. - Итак, Гриффиндор открывает счёт! - на табло под словом "Гриффиндор" высветилось число десять. - Десять очков забирают себе наши отважные львята. Слизерин, не грустим, просыпаемся и в бой! Квоффл снова у Регулуса! Как он обходит одного охотника... второго... бладжер... что ты со мной делаешь, Блэк! Какая грация, какая техника! Я сражён напова... ах, нет, перехвалил! Прости, Рег, я нечаянно!       Второй бладжер выбил квоффл из рук мальчика, и его перехватили гриффиндорцы. - Борьба продолжается, блаждеры носятся, как сумасшедшие. Да, хорошие бомбардиры в каждой команде, снимаю шляпу. Ой, а у меня её нет! А скальп я снимать отказываюсь, увольте, друзья! Квоффл снова у Слизерина, они прорываются к воротам... НУ!!!       Мяч пролетел через центральное кольцо. - ДА-А-А!!! - заорал в рупор Локи. - Молодец, Слизерин! Счёт сравнялся, десять-десять! Молодцы, змеи! А что же делают в это время наши ловцы? Романофф вдруг заметила что-то на другом конце поля и устремилась туда! Ей наперерез летит бладжер... осторожно, Нат! Ого, ты умеешь ловить воздушные ямы? Не знал! Тор Одинсон, услышав то, о чём я говорю, полетел вдогонку за нашим юным слизеринским ловцом. Ну, конечно, сам бы так и не увидел. Думаю, я раскусил схему ловца Гриффиндора: он не ищет снитч, а слушает, что говорит комментатор, и, если комментатор говорит про снитч, тут же активизируется. Отличный план, Тор! - Локи, не перебарщивай! - мимо трибуны стремительно пролетел Джеймс, грозя комментатору битой. - Ого, да нашей милой Романофф просто стало скучно, вот она решила подлить масла в огонь и погоняться за... ничем, - Лафейсон расхохотался, - отличный способ развеять скуку!       Наташа летала над полем, следя одновременно за бладжерами и Тором и параллельно ища глазами снитч. Она едва слушала, что говорит Локи, хотя некоторые шутки, особенно про Одинсона, она улавливала. - А тем временем счёт сорок - шестьдесят в пользу Слизерина! - Локи глянул на табло. - Пора бы уже снитчу появиться! Если только он не решил свалить отсюда, осесть где-нибудь в Запретном лесу, построить себе гнездо и вывести маленьких... сни... снитчат! Или снитчиков? Как правильно, Клинт? - Локи, хватит! - Клинт, задыхаясь от смеха, рухнул между скамей, хватаясь за живот. - Я не могу... больше... - Поверь, Бартон, если бы рядом со мной сидела профессор МакГонагалл, я бы рассказывал так же монотонно и скучно, как истинный комментатор. Так что наслаждайся этими минутами, пока я жив. - Вот именно, что пока! - заорал Тор, проносясь мимо Лафейсона и показывая ему кулак. - Мерлин, куда смотрит судья?! - возопил брюнет. - Это же неспортивное поведение! Угроза жизни комментатора! Господин Роджерс, почему Вы не защищаете общественность? Я подам на Вас в суд Визенгамота! На мыло такого судью, на хлеб и воду, на маринованные огурцы! А ещё староста школы! Сосновая Шишка!       Уже никто из игроков не мог играть. У Регулуса от смеха выпал из рук квоффл, вратарь Гриффиндора чуть не рухнул с метлы, хохоча, как припадочный. - Локи, заткнись! - крикнула Романофф, хотя сама она хотела, чтобы тот продолжал комментировать матч. - Ладно, поумерю свой пыл, а то вы так не доиграете! Продолжайте, я прошу прощения за то, что прервал матч, будем считать, что это был весёлый тайм-аут для обеих команд.       Регулус принял квоффл от Стива и устремился к воротам противника. Наташа пристально следила за своими охотниками, когда неожиданно увидела золотые отблески за преподавательской трибуной и кинулась туда. Локи видел это, но специально не комментировал, делая вид, будто был поглощён борьбой в центре поля, и совершенно не замечая слизеринского ловца, чтобы Тор не вздумал лететь за ней. Обратить внимание пришлось, когда между ним и игроком осталось не меньше двадцати футов. - Мерлинова борода, на меня на всех парах несётся ловец команды Слизерина! Что же ей от меня нужно? Вариант А: она хочет мне врезать. Вариант В: она хочет меня поцеловать. Вариант С: она увидела снитч. И вариант D: за ней гонится дракон. Что же выбрать? Я прямо растерялся!       Девочка юркнула за трибуну и вылетела с другой стороны, победно вскинув руку, в которой был зажат золотой мячик с трепыхающимися серебряными крылышками. - И в этом напряжённом пробном матче побеждает Слизерин!!! - заорал в рупор Локи. - Наташа Романофф ловит снитч!!! Да здравствуют змеи! Ура-а-а!!! Гриффиндор, не расстраиваемся, это всего лишь товарищеский матч! Ваша техника поразила меня до глубины души! Ну, охотников, загонщиков и вратаря точно! Спасибо за игру, друзья! С вами был комментатор Локи Лафейсон! Всем воздушные поцелуйчики!       Локи отключил рупор, сбросил табло со счётом и начал посылать воздушные поцелуйчики игрокам и болельщикам, как и обещал. - На твоём месте я бы уже бежал куда подальше, - на трибуну пробрался Клинт, - Тор тебя по стенке размажет. Он точно не простит тебе твои шуточки. - Пускай, оно того стоит, поверь, - Лафейсон послал воздушный поцелуй вратарю Слизерина, и девушка зарделась. - И всё же... лучше беги...       Только сейчас брюнет увидел, как на него с огромной скоростью с другого конца поля летит на метле Одинсон. По его лицу сразу было понятно, что он сейчас сделает с горе-комментатором на глазах у всего стадиона. - Ладно, убедил, - Локи кинулся вон с трибуны и начал быстро спускаться вниз. - Встретимся в Большом зале! Если я доживу!

* * *

- Классный макияж! - Тони сел напротив Локи, разглядывая его лицо. - Слышал о твоей выходке на отборочных. Ты вообще чем думал-то? Головой или головкой? - Спинным мозгом - недовольно буркнул Локи, отворачиваясь от когтевранца и подтягивая лежащую на столе книгу ближе к себе. - Да ладно тебе, я же шучу! - Старк встал, обошёл стол и сел рядом. - На твоём месте я бы тоже так поступил, если честно. Хотя я всегда считал, что безрассудство - черта гриффиндорцев. - Скажи это Тору, который безрассудно меня догнал и безрассудно доказал, что чувство юмора в нём умерло ещё до его рождения. Но за комплимент спасибо. Оно того стоило, поверь. - Верю. Кстати, - Тони порылся в сумке и достал письмо. - Всё не мог тебя никак поймать и поговорить. Это из Министерства Магии. У отца там до сих пор работает свой "человечек", с которым мы поддерживаем связь. Опекун мой, конечно же, не в курсе. Когда ты мне рассказал о том, что я прямой наследник Кандиды Когтевран, я тут же связался с ним и попросил помочь в поисках остальных наследников, однако это оказалось не так-то просто. Скажу только то, что поиски ещё не закончены, но зацепки есть. Он написал, что Пенелопа Пуффендуй, на самом деле, не англичанка, а американка. Она сбежала из Америки, так как там царил в те времена настоящий беспредел, особенно в отношении женщин-волшебниц. Здесь она получила призвание, встретилась с остальными основателями и подала идею создать школу для юных волшебников Великобритании. Остальную историю, кроме её потомков, мы уже знаем. А свою ветвь родового древа она скрывает, потому что в своё время её праправнук женился на женщине-маггле. Пенелопа ещё тогда была жива, признаться, я был удивлён этому факту, и она почему-то испугалась, что об этом узнают потомки того же Слизерина, хотя сама Пуффендуй всегда была за магглов и обучение магглорождённых волшебников ставила превыше всего. Вот она и скрыла свою ветвь, дабы никто не узнал, что в её роду появились полукровки и магглы. Её родословную обнаружить пока не удалось. Думаю, для этого придётся посетить историческую родину госпожи Пенелопы. - Хорошо, с лицемерием Пуффендуй мы разобрались, - Локи всё это время заинтересованно слушал друга, - а что со Слизерином? - Что странно, никаких документов о Слизерине и его потомках в Отделе Тайн, да и во всём Министерстве Магии, вообще не нашлось. Можно, таким образом, предположить, что его могло вообще не существовать... - Не может такого быть. - Вот я тоже думаю, что ерунда какая-то. Знакомый сказал, что все папки, касающиеся Слизерина, пусты. - Папки! - мадам Пинс зашипела, и Локи, приложив руку ко рту, сел на место. - Папки же есть, - уже зашептал парень, - значит, документы были. Возможно, их выкрали и уничтожили. - И не только эти. Документов о Кандиде Когтевран также нет. Это настораживает. - Видимо, кто-то просто не хочет, чтобы нынешние потомки основателей Хогвартса знали о своём родстве. Вполне возможно, что тот, кто украл и уничтожил документы, просто... боится наследников... - Или это может быть один из наследников, который просто убирает конкурентов... - Одинсон! - Думаю, нет. Ни ему, ни его отцу, каким бы крутым министром он ни был, не под силу придумать настолько извращённый план. Они ведь не додумались проверить "Историю Хогвартса" и уничтожить форзацы. А там всё же два родовых древа присутствует. - Я вообще сомневаюсь в том, что Тор знает о существовании этой книги. - Знаешь, а я ведь и не удивлюсь, если это так. - Может, у Слизерина тоже в роду не всё так хорошо, как он хотел и мечтал? - предположил Локи. - Потому он свою ветвь и прячет. - Не стоит исключать это предположение. - Мы могли бы заняться этим вместе на досуге. - Какой уж там досуг? - На каникулах. - А вот это можно. Я тогда отправлю сейчас своему "человечку" ответ, в котором укажу все наши предположения и теории. Пусть разберётся с этим. - Мы можем что-то поискать и в школе. Она тоже хранит множество тайн. - Прекрасная идея, Лафейсон! Считай, что на ближайшую жизнь мы заняты внеплановым расследованием.

* * *

      Локи заходил всё дальше в Запретный лес. Деревья, казалось, становились всё выше и прижимались друг к другу всё ближе. Солнечный свет перестал проникать сквозь плотно сомкнутые кроны, в этой части леса царили прохлада и полумрак. Локи не боялся, ведь прохлада и полумрак были его давними друзьями.       Ступив около странного растения, очень похожего на лопух, мальчик побеспокоил семейство фей, которые, злобно жужжа своими стрекозиными крыльями, разлетелись в разные стороны, а затем приблизились к нарушителю их спокойствия, с интересом рассматривая человека. Лафейсон вытянул вперёд руку раскрытой ладонью вверх, и несколько смелых фей приземлились на его пальцы. Локи чувствовал странное тепло, исходившее от их маленьких тел, а мелкие создания отчего-то понимали, что этот великан не причинит им зла. - Зачем ты здесь? - пропищало одно из этих прекрасных существ, прыгая на мягкой ладони, как на батуте.       Со стороны любому другому человеку послышалось бы только странное жужжание, но Локи прекрасно понимал, что ему говорит это создание. Способность, дарованная магической природой, пригодилась и в мире волшебных существ. Издаваемые брюнетом звуки со стороны также походили на жужжание фей. Он говорил на их языке, хотя и не знал его. - Я изучаю ваш мир, - прошептал в ответ мальчик, завороженно глядя на фею. - Я хочу всем доказать, что вы полезные и мирные существа. Что мы можем жить в мире, уважать друг друга и любить. - Ты очень добрый человек, - пискнула фея. - Обычно сюда приходят, чтобы ловить нас и делать красивые украшения на праздники, но не все потом отпускают нас на свободу. В этой школе учатся противные дети. Они специально ловят нас и держат в банках без воздуха. Так погибли мои друзья. - Не все дети в этой школе противные, - возразил Локи. - Не все, - согласилась фея, - один хороший есть.       Брюнет почувствовал, что бледнеет от такой искренней похвалы. Краснеть он не умел, физиология не позволяла, слишком уж светлой была его кожа. - Вас много здесь живёт? - Очень. Феи плодятся очень быстро. Мы откладываем очень много яиц в разных местах. Потом ждём, и из них вылупляются личинки. Потом появляются коконы. А потом из коконов - мы. А едим мы пыльцу цветов. Я больше всего люблю пыльцу фиалок. - Похоже, вы растёте и живёте совсем как бабочки. - Да, как бабочки. Бабочки - это тоже феи. Только не волшебные. - А у вас есть имена? - Есть. Я Ирид. А у тебя имя есть? - Есть. Меня зовут Локи, - мальчик вгляделся в остальных фей, так похожих на его новую знакомую. - А они все твои родные? - Это мои братишки и сестрёнки. Мы выросли из одной кладки. - Как интересно! Спасибо, что рассказала мне о вас. Я могу тебя нарисовать? - Конечно! - Из меня художник, конечно, так себе, но я постараюсь, чтобы вышло похоже.       Локи потратил почти час, чтобы зарисовать смелую фею Ирид, а та терпеливо позировала для мальчика, еле скрывая тщеславный восторг от того, что ей уделяют так много внимания. - Ты придёшь ещё? - спросила Ирид, когда Локи сложил в сумку блокнот, перо и чернильницу и собрался идти дальше. - Обязательно приду, обещаю. Но не знаю, как скоро. - Мы будем ждать.       Мальчик попрощался с феями и направился дальше. Золотисто-розовое свечение становилось всё бледнее, пока совсем не погасло, погружая деревья в холодный серый полумрак. Лес действительно был огромен, профессор МакГонагалл не соврала. "Быть может, - подумал Локи, - я уже далеко за пределами Хогвартса. Кто знает..."       Слева хрустнула ветка, и Лафейсон резко обернулся на звук, держа палочку наготове. Это оказалась обычная белка. Не магическая. - Напугала, проказница! - брюнет погрозил белке пальцем, спрятал палочку и продолжил путь.       Лес становился всё темнее и гуще, за кронами деревьев уже ничего не было видно. - "Люмос", - на конце волшебной палочки блеснул белый шарик света, освещая всё вокруг. Наличие света добавило немного комфорта и видимости, но всё ещё приходилось пробираться сквозь кусты, перелазить через коряги и утопать ногами в коврах из мха. Несколько раз Локи вляпывался в свисавшую с веток и лежавшую на камнях паутину, которая не отклеивалась от одежды и рук. Это начало настораживать, но с того момента, как её количество на деревьях, кустах и траве увеличилось, но Локи не был намерен останавливаться на достигнутом. Он хотел найти хозяев этой паутины.       Пройдя через несколько сваленных наподобие арки и облепленных паутиной деревьев, мальчик оказался в настоящем паутинном шатре. То тут, то там висели серебристые клочья, сетчатые стены шатра блестели, и этот потусторонний белый свет падал на располагавшиеся под куполом многочисленные коконы. "Наверное, это чей-то ужин", - невольно подумал брюнет и передёрнул плечом. Ему всё меньше хотелось находиться в этом странном месте. Кстати, уйти ему ещё никто не запрещал, потому Локи начал потихоньку отступать обратно к арке. - Кто посмел наруш-шить наш-ш сон? - из глубины шатра послышался шелестящий звук, и на свет выполз огромный, ростом с молодого слона, паук.       Локи замер на месте, словно истукан, не в силах отвести одновременно испуганного и восхищённого взгляда от представшего ему зрелища. Восемь молочно-белых глаз уставились на застывшего мальчишку. - Отвечай, - паук подполз ближе. - Я не вижу тебя, но слыш-шу, как бьётся твоё сердце... Я чую твой запах... Ты не Хагрид... - Вы знаете Хагрида? - Локи облегчённо вздохнул, осознавая, что всё это время он практически не дышал. - Я его друг. Меня зовут Локи Лафейсон. Я изучаю магических существ. И я не желаю вам зла, поверьте мне. - Я верю тебе, мальчик. Однако ты без разреш-шения пробрался в наш-ш дом. - Я искренне прошу прощения за это, - для пущей убедительности Локи сел на одно колено и склонил голову в знак уважения, - я не знал, что здесь живёт твоё племя. Кажется, я заблудился в лесу.       Локи поднял голову и уже с нескрываемым интересом начал рассматривать гиганта, который медленно подбирался к своей новоиспечённой жертве. Мальчик как будто не замечал этого, он сам хотел подобраться к этому существу поближе. - Я могу узнать, как зовут тебя? - Я Арагог, - прошелестел паук, переминаясь с лапы на лапу, - царь Акромантулов и этого леса. - Прости, Арагог, я не знал, что здесь кто-то живёт. Я очень сожалею, что потревожил твой отдых. Ты можешь покарать меня за это. Я приму любое наказание. - Смелый мальчиш-шка... - Арагог угрожающе щёлкнул жвалами. - Разве ты не знаеш-шь, как мы наказываем наруш-шителей? - Просвяти меня? - Мы ужинаем ими. - Что же, я готов это принять, раз этого требуют ваши законы. - Ты боиш-шься... - огромная лапа потянулась к Локи и коснулась его головы, - я чувствую... ты не хочеш-шь умирать... - Не хочу, - Локи не стал врать, - но и не могу отступиться от своей участи. - Храброе сердце...       Ясный зелёный взгляд мальчика встретился со слепыми глазами Акромантула, которые уже давным-давно ничего не выражали, зато в глазах Локи смешались страх, волнение и предвкушение чего-то неизведанного. Боковым зрением он заметил, что из-под паутинного купола к ним спускалось множество пауков разных размеров. Видимо, готовились к приёму такой мягкой и сладкой пищи. - Пусть я умру, но я буду знать, что в Запретном лесу живёт племя Акромантулов с таким справедливым царём, как ты, Арагог, - голос немного дрожал, - которое, к сожалению, я не успел изучить. Не успел убедить других волшебников, что вы не опасны. Что с вами можно жить в согласии. Зато я умру, занимаясь делом всей своей жизни. Делом, которое всегда буду любить.       Мохнатая лапа скользнула по голове мальчика и отстранилась. - Ты храбрый мальчиш-шка, - после долгого молчания Арагог заговорил, - даже слиш-шком для своего возраста. Арагог суров, но даже я не могу покарать невинного ребёнка за неведение. Акромантулы не трогают даже своих детей и никому не позволяют их обижать. Я не могу причинить тебе вред. Похоже, ты говориш-шь чистую правду. Ты необычный волш-шебник. Я чувствую в тебе что-то... иное... у Хагрида этого нет... - Позволь мне дотронуться до тебя, Арагог, - Лафейсон вытянул вперёд слегка дрожащую руку.       Паучья лапа снова приблизилась, и ладонь соприкоснулась с мощью Акромантула. Арагог хрипло вздохнул, когда пальцы начали перебирать чувствительные волоски. Локи испытывал совершенно непередаваемые ощущения, которые определённо были приятны как ему, так и пауку. Он гладил сильную лапу уже немолодого и явно повидавшего многое в своей жизни существа, которое отвечало на его ласки довольным хриплым рокотом. - Признаться, я немногим позволяю себя касаться, - произнёс Арагог, когда Лафейсон опустил руку. - Никогда ещ-щё меня не ласкали такие нежные руки, как твои. Арагог умеет быть благодарным. Чего ты хочеш-шь, мальчик? - Позволь мне нарисовать тебя, Арагог. - Всё, что захочеш-шь, малыш... Твои руки облегчили мои старческие боли. - Я постараюсь сделать всё быстро, чтобы не утомить тебя.       Локи изобразил в своём блокноте довольно схематичного Акромантула, но этим он и ограничился на первый раз. Всё остальное он дорисует после. Царь устал от гостя, это было заметно по его тяжёлому дыханию. - Я больше не побеспокою тебя без надобности, Арагог, - Локи спрятал всё в сумку и поднялся, - ты отпустишь меня обратно в школу? - Конечно, мальчик. Если тебе нужно, один из моих сыновей может тебя подвезти. - Было бы неплохо. Спасибо тебе. - Друг Хагрида отныне и мой друг. Прощ-щай, Локи...       К мальчику стремительно подбежал Акромантул размером с лошадь и призывно подставил лапу. Локи запрыгнул на него, устроившись в сочленении, соединяющем головогрудь и брюшко, и паук сорвался с места, унося своего наездника прочь из царства Арагога.

* * *

- С Рождеством, Локи! - в спальню ворвался Джеймс, плюхнулся на кровать мирно спящего парня и начал мягко расталкивать его. - Вставай, а то весь праздник проспишь! - Я уже не сплю, - Локи протёр глаза и сел на постели. Барнс заметил, что его друг спал на какой-то книге. - Опять читал всю ночь? - Опять. - И что читаешь? - Руководство по Акромантулам, - Лафейсон переложил книгу на прикроватную тумбочку, - пытаюсь понять, что это за существа. - Тебе мало было похода в Запретный лес? - Мало. Я так ничего и не узнал. Арагог далеко не сразу проникся ко мне доверием, а когда проникся, то уже устал от меня. Он уже стар для долгих бесед. - Так пообщался бы с другими пауками. - Они могут говорить только по велению Арагога. Он их царь. - Ладно, забыли об Арагоге. Смотри, сколько у тебя подарков! - Баки указал на небольшую кучку коробок у кровати. - Давай разворачивай! - В прошлом году со мной их разворачивала Наташа, - Локи встал, подошёл к коробкам и аккуратно выложил их на своей кровати в строгом порядке от самого большого до самого маленького. - Считай, что я её сменил на этом посту. В Рождество так рано просыпаются только два человека. - Дай угадаю: ты и Стив? - Не-а, я и Тони. Стив ещё даже не ложился. - Тяжело быть старостой школы... - Не зарекайся. Если тебя на седьмом курсе сделают старостой школы, я съем сырые яйца докси на завтрак. - Ты сам это предложил, - Локи расхохотался, уже представляя, как Баки давится омерзительными на вид и вкус яйцами докси. - Ладно, тогда в честь ещё не ложившегося Стива Роджерса первым я открою твой подарок. - Звучит, как нечто логичное, - хмыкнул Барнс.       Джеймс снова преподнёс Локи испечённые им самим булочки, но на этот раз внутри них был черничный джем. Лафейсон не устоял перед соблазном попробовать их, и блаженная улыбка ещё долго не сходила с его лица. - Баки, ты превосходишь самого себя! Неужели ты можешь печь ещё вкуснее? - Посмотрим в следующем году, - хитро подмигнул Барнс.       Беннер подарил Локи в этом году самопишущее фазанье перо, Клинт - очередной амулет, вырезанный своими руками из дерева, Наташа - книгу "Как вырастить лечурку в домашних условиях", Стив - новую коробку "Шоколадных лягушек". Пеппер и Тони в этом году дарили ему порознь: от Поттс мальчику достался кожаный мешочек, в который можно положить всё, что угодно, независимо от масштабов предмета. А Тони прислал письмо, прочитав которое, Локи взволновался, но пытался не показывать своего волнения. В письме говорилось о том, что "человечек" Старка проинформировал, что родовая ветвь Слизерина спрятана в Хогвартсе, но найти её может только наследник Слизерина лично.       В этом году Лафейсон получил ещё подарок от Хагрида: это была миниатюрная копия украинского железобрюха, которая немного подпалила своему новому хозяину пижаму, а затем перелетела на тумбочку, свернулась в комочек, мило зевнула и заснула. - Прикольный подарок! - рассмеялся Баки и вдруг обратил внимание на последнюю коробку. - А это от кого? - Не знаю, - Локи развернул бумагу и достал маленький чёрный телескоп. - Телескоп? Мне? Но от кого? - Тут записка, - Джеймс взял листок пергамента, пробежал глазами и загадочно улыбнулся, - ты будешь смеяться, но это от Тора. - Да ладно?! - парень выхватил пергамент из рук Барнса и тоже прочёл, однако написанное вызвало у него не улыбку, а настороженность. - Точно, от него... Обалдеть... Такой подарок... странный. К чему вдруг телескоп? У меня вроде есть... - С чего ты взял, что это обязательно к чему-то? - Это же Тор, Баки! В прошлом году я подарил ему коробку кусачих лакричных конфет. Вполне естественно, что в этом году он мне отомстит. Значит, телескоп с сюрпризом. Осталось только понять, с каким.       Парни начали осматривать странный подарок. - Может, это намёк на то, что я недальновидный? - предположил Локи. - Или это предупреждение, что мне надо смотреть в оба? - Кстати, зная Тора, и то, и то может быть верным, - Джеймс пожал плечами.       От слишком усердного осмотра Лафейсон случайно с силой сжал злосчастный телескоп, и его тут же окутал чёрный дым. Мальчик вскрикнул и закашлялся. - Локи! - Джеймс отобрал телескоп и заметил, что стекло оказалось разбито, а из него торчал маленький кулачок на пружинке. - Надеюсь, это не то, о чём я подумал... - Это как раз то, о чём ты подумал! - дым рассеялся, и Барнс увидел держащегося за глаз Лафейсона. - Одинсон прислал мне драчливый телескоп, который поставил мне синяк! - мальчик отнял руку, демонстрируя быстро наливающийся синевой с лиловым оттенком глаз. - Вот злопамятный червь! Ничего, следующий ход за мной! - Это, конечно, не смешно, но, похоже, ты был прав насчёт предупреждения смотреть в оба, - не сдержавшись, Баки расхохотался. - Ты сказал, что это не смешно, - буркнул Локи, но смех друга был настолько заразителен, что уже через несколько секунд тот хохотал вместе с ним. - Так, ладно, идём в больничное крыло, - отсмеявшись, сказал Джеймс. - Зачем? - Ну, надо же тебе от этого фингала как-то избавиться. Думаю, так просто его не свести. Одевайся. - Мадам Помфри будет в восторге, - буркнул Локи, надевая джинсы поверх пижамных штанов, - я буду у неё первым "рождественским" подарком.

* * *

- Лафейсон! - мальчик вздрогнул, отрываясь от чтения, и поднял голову. Реакция практически не подвела его, когда он выхватил волшебную палочку, но оппонент оказался сообразительнее (что удивительно). - Экспеллиармус! - палочка выскочила из руки, и Тор перехватил её. - Что тебе нужно? - Локи приготовился драться всеми возможными силами, которые только сможет в себе найти. Без волшебной палочки он не мог чувствовать себя защищённым, особенно рядом с Тором. - Да так, хочу узнать, понравился ли тебе мой подарок, - Одинсон расхохотался, и его свита последовала примеру своего неформального лидера. - По глазам вижу, что понравился. Точнее, по глазу. - Ты бы не шутил про глаз, учитывая, что у твоего отца его нет, - съязвил Локи, неотрывно глядя на свою палочку в руках врага. - Не смей говорить о моём отце, отродье! - тут же взвился гриффиндорец.       Порой, его так легко было разозлить лишь одним словом, что в своё время Лафейсон придумал шутку: "А Тор у нас особенный. Скажи ему одно слово, и он, как старый фордик "Англия", заведётся с пол-оборота". Стив и Клинт всегда смеялись с этой шутки, а вот остальным пришлось объяснять суть. - А что, твой отец какой-то особенный, что о нём нельзя говорить? - продолжал глумиться брюнет. - Неужели он ядовит? Или он весь из золота? Или он Тот-Кого-Нельзя-Называть?       По наливавшимся кровью глазам противника парень понял, что слегка перегнул, но отступать было уже поздно. - Сейчас же извинись передо мной за свои слова, щенок! - А то что? Душу из меня высосешь, дементор недоделанный? - Да я тебя прихлопну одной рукой! - Трудновато придётся, учитывая особенности строения человеческого тела. - Да как ты... - Смею, Одинсон, смею, - Локи ухмыльнулся, - кто ты вообще такой? Здесь ты такой же, как я, обычный ученик. И ты даже не староста. Как бы ты ни хвастался тем, что ты наследник Гриффиндора, от Годрика Гриффиндора в тебе практически ничего нет. Ты ведёшь себя, как трус, позволяя себе издеваться над такими, как я. Ты знаешь, что никто не сможет тебе дать отпор из-за влиятельного отца, но здесь закон - директор Дамблдор. И думаю, он будет на моей стороне. И кто ещё из нас отродье, а, тупое ты животное?       Локи сейчас напоминал человекоподобную змею. Он не говорил. Он в буквальном смысле шипел на Тора. Его свита поёжилась от колючего пронзительного изумрудно-зелёного взгляда и предпочла даже отойти на пару шагов назад. - Вот правильно делаете, что боитесь меня,- продолжал шипеть Лафейсон, - а лучше вообще бегите отсюда, поджав хвосты, как презренные шакалы. Я найду на вас управу, много кто согласится мне в этом помочь.       Всплеск магической энергии от слизеринца был настолько велик, что его волшебная палочка выскользнула из пальцев Одинсона и оказалась в руке хозяина. - Я тебя не боюсь, змеёныш! - крикнул Тор, завороженно рассматривая красивое лицо, искажённое гневом. Кажется, он и сам не был уверен в своих словах. - И очень зря, Тор... очень зря... Импедимента!       Заклинание попало в девушку из свиты гриффиндорца, и та упала на ровном месте. Остальные бросились к ней. - Ты смеешь нападать на меня и моих друзей, гадёныш?! - Одинсон взревел. - На наследника Гриффиндора?! Остолбеней!       Заклятие срикошетило от оконного стекла и попало в какую-то картину, прожигая в ней дыру. Изображённая на ней девушка в розовом платье и широкополой шляпке взвизгнула и перескочила на соседнюю картину с лесным пейзажем, распугав лесных обитателей. - Как нехорошо портить настоящее искусство, - цокнул языком Локи. - Мистер Филч точно подвесит тебя за это в подземелье за большой палец. - А мне плевать! Эверто Статием! - слизеринца отшвырнуло на стену, он ударился головой о подставку для факела, а спиной о каменную кладку и сполз на пол.       Падение выбило из лёгких почти весь воздух, Локи закашлялся, переворачиваясь на живот в попытке подняться. Внезапная слабость накатила на него, увлекая в свои свинцовые объятия, в голове загудело, а перед глазами всё поплыло. - Ты ничтожество, Лафейсон, - Тор подошёл к мальчику и наступил на него одной ногой, вдавливая в каменный пол. - Ты ни на что не способен, потому что знаешь, кто ты? - Одинсон слегка наклонился. - Ты гряз... - МакГонагалл! - крикнул парень из свиты.       Тор нехотя соступил с Локи, ткнул его носком ботинка в рёбра напоследок и дал дёру вслед за своей свитой. Локи, постанывая от боли, с трудом поднялся, понимая, что не успеет убежать от грозного профессора, его глаза лихорадочно искали, куда бы спрятаться, и наткнулись на дверь женского туалета. "Не так уж и плохо", - подумал мальчик и практически заполз в помещение, как можно тише прикрывая дверь.       Доковыляв до ближайшей кабинки, Локи запер дверь изнутри и сел на унитаз, поджимая ноги. Топот ног профессора трансфигурации замедлился возле места их с Тором "сражения". - Кто посмел осквернить картину? - Минерва не кричала, но её голос разносился, казалось, по всему Хогвартсу. - Это был мальчишка-гриффиндорец, - по голосу Локи понял, что это та девушка с картины. - Он баловался заклинаниями. - Он был один? - Нет, с ним ещё четверо. Они напали на мальчика из Слизерина. - И куда они сбежали? "Неужели выдаст?" - пронеслось в голове Лафейсона. - Гриффиндорцы в ту сторону, а слизеринец туда. "Выдала", - мальчик почувствовал, как сердце упало куда-то вниз.       Шаги начали удаляться и постепенно затихли. Локи понял, что декан Гриффиндора решила сначала разобраться со своими студентами и,возможно, доложить о совершённом безобразии декану Слизерина. Выбравшись из кабинки, мальчик уже собрался покинуть туалет и короткими перебежками добраться до подземелья, но увидел себя в зеркале и понял, что ему нужно срочно привести себя в порядок. Подойдя к раковинам, он включил воду, смыл грязь и пыль с лица, рук и мантии и вдруг обратил внимание на соседний кран. На металле с той стороны, где он стоял, была выгравирована небольшая змейка. Локи протянул руку и коснулся шероховатого рисунка. "Хогвартс скрывает множеств тайн, - вспомнил он свои же слова, сказанные Тони в библиотеке, - одна, порой, загадочнее другой. Самые обычные на вид вещи могут стать волшебным артефактом, дверью в неизведанные части замка, потайными ходами. Я думаю, никто, даже профессор Дамблдор, не знает всех тайн этой школы..."       Локи, завороженно глядя на змейку, вдруг открыл рот, высунул язык и зашипел, совсем как змея, после чего по помещению прокатился странный гул, затем раздался рокот и скрежет. Раковины, расположенные по кругу, начали отделяться друг от друга, и Лафейсону пришлось сделать несколько шагов назад. Как только умывальники разошлись, тот, на кране которого была изображена змея, начал опускаться в некую нишу, которая закрылась металлической решёткой, после чего гул стих. Лафейсон подошёл к появившемуся колодцу и всмотрелся в черноту, но ничего не увидел. - Люмос, - на конце палочки зажёгся белый огонёк, мальчик поднёс палочку к колодцу и стряхнул огонёк.       Светящийся шарик начал медленно опускаться в колодец, слабо освещая стены, и вдруг куда-то свернул и пропал. "Труба", - пронеслось в голове слизеринца.       Любопытство оказалось сильнее страха, Локи сел на решётку, свесил ноги вниз и без раздумий спрыгнул в черноту. В ушах засвистел ветер, стоило только набрать приличную скорость. Труба резко изгибалась в нескольких местах, и мальчик чувствовал себя, будто оказался в аквапарке, только труба была не пластмассовая и чистая, а металлическая, склизкая и неприятно пахнущая.       Последний поворот, и Лафейсон вылетел из трубы, словно пробка от шампанского из бутылки, и врезался в противоположную стену с воплем "Опять!". Поднявшись и отряхнув мантию, что, в общем, оказалось бесполезным в данной ситуации, он вновь зажёг огонёк на конце волшебной палочки и осмотрелся. Он оказался в странном переплетении труб различного диаметра. - Неужели это водопроводная система Хогвартса? - спросил мальчик сам у себя. - Выглядит не слишком волшебно.       В глубине одного из тоннелей что-то заблестело, и Локи, немного помедлив, взвешивая все "за" и "против", всё же двинулся в ту сторону. Идти пришлось не столько долго, сколько трудно. Переплетения труб были настолько извилистыми и тесно сопряжёнными друг с другом, что слизеринцу приходилось пролазить в зазоры между металлом, чтобы идти дальше. В кои-то веки он был рад своему нескладному, хрупкому и худощавому телосложению и змеиной гибкости.       Тем, что блестело в свете волшебной палочки, оказалась массивная металлическая дверь. Замка и ручки Локи на ней так и не нашёл, однако изображённые на двери змеи заставили задуматься о том, как именно открылся проход в это место. Снова завороженный видом змей мальчик начал шипеть. Из огромной дверной петли показалась змея, которая начала ползти по кругу. Как только она проползала под головами змей, те сразу прижимали головы ближе к своему телу.       Последняя змея с грохотом прижала голову, и дверь начала медленно открываться. Локи крепче сжал палочку и вошёл в странное помещение. Зеленоватый полумрак придавал немного мрачной загадочности этой комнате, которая была даже слишком огромна. Она напоминала некую усыпальницу, судя по широкой дорожке из чёрного мрамора, по обеим сторонам которой располагались одинаковые статуи змеиных голов из белого мрамора. В конце комнаты мальчик увидел какую-то статую и начал медленно двигаться в её сторону. Статуя была невероятна огромной и представляла из себя сурового старца с длинными волосами и бородой. В поднятой руке старец держал волшебную палочку, в другой руке мальчик увидел уменьшенную копию Хогвартса. Почти идентичную композицию он видел в главном коридоре Хогварта возле Большого зала, только у ног того старца полулежал огромный бронзовый лев и сам старец был сделан из бронзы. Вокруг ног же волшебника из мрамора скрутился и спал огромный змей, и, в отличие от статуи, он был живой.       Почуяв перемену, змей проснулся и приподнял голову. Локи, уже осознавший, что за существо перед ним и насколько оно может быть опасно, инстинктивно отвёл взгляд, внимательно рассматривая мощный хвост рептилии, однако существо и не думало нападать. - Ты пришёл... - голос шелестел как будто в голове мальчика. - Я уже заждался тебя... - Кто ты такой? - изо рта слизеринца снова послышалось глухое шипение. - Я василиск, - змей сполз со статуи на мраморный пол, - символ твоего факультета и защитник своего хозяина, Салазара Слизерина. - Так это он? - Локи указал рукой на статую. - Да, - василиск кивнул, - мой хозяин создал эту комнату специально для меня и так и назвал её - Тайная Комната. Он верил, что рано или поздно его наследники объявятся, чтобы выполнить его предназначение и уничтожить всех недостойных обучению магии. Всех грязнокровок. - Грязнокровки - это волшебники из маггловских семей? - Да. Мой хозяин не мог допустить, чтобы их обучали магии, и брал в свои ученики только чистокровных юных магов. Благо, он умер своей смертью, а его наследники продолжили его традицию обучать только чистокровных. - Этой традиции уже давно нет, - сказал Лафейсон, - на Слизерине учатся и полукровки, и магглорождённые. И я один из них. - Тогда как ты попал сюда? - змей угрожающе зашипел и опустил голову, рассматривая собеседника. - Я не верю в случайности. Найти вход в мою обитель и открыть двери мог только истинный наследник Слизерина. - Я как раз ищу тех самых наследников. Мне известно о наследниках Когтевран и Гриффиндора, но никаких документов о существовании Салазара Слизерина и его потомков не были найдены. Совсем недавно я узнал, что родовое древо Слизерина спрятано в Хогвартсе и только наследник Слизерина может его найти. Видимо, я действительно случайно сюда попал. - Тогда у меня нет другого выхода. Но я не буду сожалеть, что убил грязнокровку. Я лишь выполнял свой долг перед моим хозяином, - василиск угрожающе зашипел, свернулся кольцами, готовясь к прыжку, и сделал резкий выпад в сторону мальчика, однако, несмотря на свои размеры, он так и не смог достать свою жертву. Василиск предпринял ещё две попытки и снова потерпел неудачу. Нечто невидимое мешало зверю свершить суд.       Василиск выпрямился на столько, на сколько ему позволяло его сильное гибкое тело, и воззрился на мальчишку своими огромными жёлтыми глазами. Локи на мгновение потерял дар речи от величия факультетского символа. - Если ты попал сюда случайно, почему я не могу убить тебя? - Я не знаю. Я хорошо отношусь к магическим существам. Может, подсознательно я и тебе нравлюсь? - Этого не может быть. Я подчиняюсь только наследникам Слизерина. Но ты умеешь говорить со мной. Эта способность есть только у наследников. Этот конфликт должен иметь объяснение.       Василиск опустился, сворачивая своё могучее тело в кольца, отчего Локи ещё больше восхитился его мощью, хотя куда уже больше. - Пожалуй, мы можем повременить с твоей кончиной. Идём со мной. Я покажу тебе родовое древо. Оно скрыто в недрах этой Комнаты. Но после ты всё равно умрёшь, грязнокровка. Змей уполз в одну из ближних труб, и Лафейсону ничего другого не оставалось, как последовать за ним. Сопротивляться воле такого опасного зверя он не мог и не хотел. К тому же, убить его нельзя, так что и бояться нечего.       Труба привела человека и зверя к совершенно непримечательной, покрытой вековой слизью и плесенью, частично обрушившейся от времени каменной стене. - Коснись, - прошипел василиск, и слизеринец покорно приложил свою ладонь к холодной кладке. Стена задрожала, и на ней начали проступать разнообразные формы, сплетённые между собой тонкими нитями. - Такие же, как на форзацах "Истории Хогвартса", - невольно произнёс Локи, и его голос эхом раздался в просторном подземелье. - Только зелёные. - Это и есть родовая ветвь Салазара Слизерина, - прошипел змей, - ты можешь просмотреть её перед смертью.       Локи жадно всматривался в схему, жалея, что оставил в спальне свой верный блокнот. Он бы мог зарисовать древо, хотя и в этом не было бы потом никакого смысла, раз живым он отсюда не уйдёт. Он старался запомнить как можно больше имён и их расположение на древе, как вдруг заметил обрыв ветви, который уходил куда-то вниз и восстановился в одном человеке, имя которого практически невозможно было прочесть. - Василиск, - Лафейсон повернулся к змею, - я могу спросить? - Можешь. - Почему здесь такой большой разрыв? - Это проклятие Слизерина. Перед тем, как он покинул Хогвартс и оставил здесь меня, остальные основатели наложили на него страшное заклятие, из-за которого родовая ветвь оборвалась на последнем чистокровном наследнике Слизерина. Он так и не дал миру новое потомство. - Но ведь дальше ветвь продолжилась, смотри, - Локи ткнул в новое звено. - Значит, родство восстановилось через кого-то. - Оно восстановилось через тебя, - раздался совершенно чужой голос.       Мальчик обернулся, готовясь защищаться, но нужды в этом не было. Рядом с василиском появился волшебник, безумно похожий на статую, что стоит в центре Тайной Комнаты. Только выглядел он не мраморным, а вполне себе живым, лишь лёгкая призрачная рябь то и дело проходила по всему его телу. - Салазар Слизерин, - негромко произнёс брюнет, убирая палочку. - Вы привидение? - Нет, мой мальчик. Но, в то же время, и да. Я и сам не знаю, кто я теперь. Я не могу быть привидением, потому что, как и ты, никогда не боялся умереть. Но я и не жив сейчас. Мои останки вот уже тысячу лет покоятся под этой Комнатой. - Тогда, я думаю, Вы сможете объяснить, из-за чего появился этот разрыв? - Сбылось проклятье моих друзей, - Салазар вздохнул. - Наши взгляды касаемо полукровок и магглорождённых волшебников всегда немножечко... кхм... не совпадали, из-за чего мне даже пришлось покинуть школу. Однако напоследок они решили наказать меня за мою нелюбовь к магглам и магглорождённым волшебникам, и всё произошло так, как они мне предрекли. Мой последний чистокровный наследник погиб в войне с великанами, так и не предав мои идеалы, и несколько сотен лет я был вынужден искупать свою вину перед магглами. На самом деле, за это время я многое обдумал и понял. Понял, насколько ошибочными были мои убеждения относительно умственных способностей магглов и их места в наших жизнях. И как только я осознал свою неправоту, проклятье спало и прерванный род заново появился на свет. Родился новый наследник Слизерина. Родился ты, мой мальчик. Ты мой прямой наследник по крови и всем магическим законам.       У Локи закружилась голова, и он опёрся на стену с изображением родового древа. Услышанное никак не укладывалось в голове. - Как-то это всё... запутанно... - Если ты мне не веришь... - Нет, я верю, но... - Можешь убедиться сам, - Салазар указал на стену.       Мальчик обернулся и увидел, как его имя ярко вспыхнуло серебром, и серебряная нить потянулась от него прямо к самому верхнему звену - к Салазару. Все остальные имена на фоне этих двух потускнели и практически исчезли под вековыми разрушениями стены. - Неужели это всё действительно происходит со мной? - Локи ещё не мог в это поверить. - Как ни странно, но это так, - ответил Салазар, - можно сказать, что ты - это я, только магглорождённый, так как по магическим законам все мои предыдущие наследники перестали иметь для магического сообщества хоть какое-то значение. Вся моя сила с этого момента полностью принадлежит тебе. Ты можешь в любой момент и без труда попадать в Тайную Комнату. Теперь у тебя есть мой дар исцелять самого себя от любых повреждений, нанесённых волшебством, будь то рана от кинжала гоблинской работы или укус ядовитого магического существа. - А как же ты? - А я искупил свою вину и теперь могу отдыхать. Теперь ты будешь гордо нести это бремя за меня, - старец усмехнулся, заметив смятение в глазах подростка. - Не волнуйся, мой мальчик, быть наследником не так тяжело, как кажется. Перед тобой откроется множество знаний о нашем роде, и не только. - Не откроется, - грустно ответил слизеринец, - все бумаги о Вашем существовании, увы, были похищены и, возможно, уже уничтожены. - Они не уничтожены, - возразил волшебник, - так же, как и бумаги о моей подруге, Кандиде Когтевран. Всё это хранится в целости и сохранности в очень далёком и тайном архиве. Только истинные наследники смогут его найти. И ты точно сможешь. - А Вы не знаете, кто их украл? - К сожалению, мой мальчик, это мне неизвестно.       Локи, спасаясь от головокружения и столь мощного информационного напора, который вполне может изменить всю его жизнь, осел на землю и прислонился спиной к камню, чувствуя через одежду приятный влажный холод. Салазар подошёл к нему и присел рядом. - Не волнуйся, Локи, я не оставлю тебя нести этот тяжкий груз в одиночку. Я буду тебе помогать. Ты будешь узнавать всё постепенно, нужно научиться быть Слизерином. Это нелегко, но ты справишься. Прости, но это единственное, что я могу для тебя сейчас сделать. - Спасибо, - перед глазами всё поплыло, голос старца становился глуше, словно шёл через плотную подушку. - Кстати, о василиске: теперь он твой. Считай, что это подарок от твоего нерадивого деда. Он будет слушаться тебя так же беспрекословно, как слушался меня. Прощай, мой мальчик. Тебе нужно отдохнуть от своих приключений.

* * *

      Воздух в лёгких закончился, и Локи, задыхаясь, закашлялся, открыл глаза и резко сел. В глаза ударил яркий солнечный свет, и мальчик прикрыл их рукой. Он дышал часто и тяжело, в ушах шумела кровь, а всё тело отзывалось глухой болью, особенно те места, которые пострадали в драке с Тором. - Локи! Хвала Мерлину! - сбоку раздался знакомый голос. - Ты нас здорово напугал, - вторил ему другой, не менее знакомый голос. - Мы уже думали, что ты не очнёшься.       Слизеринец отнял руку от лица, привыкая к яркому свету, повернулся и увидел прямо перед собой обеспокоенное лицо Джеймса. - Где я? - Локи не мог как следует осмотреться, перед глазами мелькали разноцветные пятна, отчего ощутимо кружилась голова. - В больничном крыле, - ответил сидевший с другой стороны Тони. - Тебя нашли в женском туалете на третьем этаже неделю назад. Ты был без сознания, весь в грязи и пыли. - Как неделю? - Лафейсон медленно повернул голову к когтевранцу, который сидел на краю его койки и держал за руку побледневшую и уставшую Пеппер. - Ты неделю здесь провалялся. Мы боялись, что ты так и не придёшь в себя. Когда преподаватели тебя нашли и перенесли сюда, мы сразу пришпорили к стенке Тора. Он признался, что вы устроили драку в коридоре третьего этажа, но он клялся всем, что, услышав, что идёт МакГонагалл, сбежал со своими дружками и оставил тебя валяться в коридоре. - Так и было, - Локи начал вспоминать, - я тоже испугался МакГонагалл и решил спрятаться, потому что убежать не мог. Не хватало сил. Тор хорошо приложил меня об стену. - Вот гад! - в сердцах воскликнул Джеймс. - Но потом я не помню, что произошло, - ложь приятно обожгла язык мальчика, - совсем.       Он решил пока умолчать о своём приключении в Тайной Комнате и о том, что он теперь наследник Слизерина. Он скажет об этом, но только Старку и только наедине. - Одинсона из-за тебя отчихвостили по полной и наказали даже слишком строго, - сказал Барнс, но в его голосе не было ни одной обвинительной нотки, скорее, он скрыто злорадствовал над главным хулиганом Хогвартса. - Теперь он до конца года будет мыть своими руками главную лестницу и Большой зал. - Ничего, труд сделал из обезьяны человека, - буркнул Локи, и его друзья засмеялись. - Он, конечно, наш друг тоже, но поступил он с тобой просто ужасно, - произнесла Пеппер, - поэтому считаю, что он должен ответить за свои действия. То, что он сын министра, не делает его неприкосновенным. - Если бы он тебя сейчас слышал, то разозлился бы, как разозлился на меня. По сути, я сказал ему то же самое, перед тем как он на меня напал, только формулировка была другая. Более жёсткая.       Ощутив, что головокружение усилилось, Лафейсон со вздохом опустился на подушку и прикрыл глаза. - Ты как вообще? - Тони осторожно похлопал слизеринца по руке. - Как-то многовато информации получил, - Локи уже еле ворочал языком, балансируя между сном и явью. - Голова пухнет и болит... - Так, ребята, сваливаем, - Джеймс поднялся с места, - Локи надо отдохнуть от нас. - Спасибо, Баки, - прошептал брюнет и повернулся на бок, поджимая ноги под себя.       Кровать громко скрипнула, когда несколько человек поднялись с неё, тихие шаги огласили больничное крыло, открылась и закрылась тяжёлая дверь, и в наступившей тишине мальчик, наконец, провалился в сон.

* * *

      Через три дня Локи ценой ссоры с мадам Помфри выписался из больничного крыла и сразу же устремился прямиком на уроки. Грозная целительница, конечно, настаивала, чтобы ещё не восстановившийся полностью мальчик пока не посещал занятия, но его разве остановишь? Он заявился на второй урок зельеварения и, провожаемый изумлёнными взглядами сокурсников, сел на своё место рядом с Наташей. - Как ты? - спросила Романофф. - Отлично. - А если честно? - Ну, неважно, но это не повод пропускать занятия.       Девочка пожала плечами. Лафейсон остался прежним, несмотря на недавнее потрясение. Значит, голова пострадала несильно.       После зельеварения слизеринец стойко вынес ещё травологию и даже полёты на метле, хотя мадам Трюк категорически запретила ему даже близко подходить к инвентарю. Все преподаватели были оповещены об инциденте на третьем этаже, но никто, кроме профессора Снейпа, не упоминал его всуе. Для декана Слизерина это был очередной повод отнимать баллы у Одинсона на своих уроках, а во время обеда Стив во всех красках рассказал маленькому наследнику, как преподаватели его нашли. - Конечно, не только Тор пострадал в этой ситуации, - говорил Роджерс, - мне тоже досталось. Как это, староста школы и не уследил за поведением своего же сокурсника? Но я осознаю, что да, не уследил. - Ты не виноват, что Тора вот так воспитали, - успокоил гриффиндорца Локи. - Ты не должен отвечать за то, что он творит. Ты же его знаешь, он настоящий псих. Даже стараться не нужно, одно слово - и он уже готов тебя порвать как тузик грелку. - С этим не поспоришь. - Тебя наказали? - Нет. Профессор МакГонагалл только сделала выговор. - Стив, прости, пожалуйста. Я не хотел драться с Тором, он вынудил меня. Разозлил. Картину, конечно, спалил он, к этому я не причастен, но первым заклинание произнёс я. Я тебе клянусь, что больше в стенах школы я не позволю себе ввязываться в драку с ним.       Стив ничего на это не ответил. Он просто не знал, что сказать. - Знаешь, а ведь драка, на самом деле, ещё не самое ужасное, - нарушил молчание брюнет. - А что самое ужасное? - Одинсон хотел назвать меня грязнокровкой. - Да ты что?! - Он собирался сказать это слово, но ему помешали. Он думал, что этим может меня унизить. А ведь до этого момента я считал, что у нас ещё есть шанс всё обсудить и, возможно, когда-нибудь, если не стать друзьями, то хотя бы выйти из статуса врагов. - А с чего ты взял, что он собирался сказать это слово? - Он уже начал его говорить. Первый слог я услышал отчётливо. - Никогда бы не подумал, что он настолько тебя ненавидит. - Однако это так. - Я поговорю с ним. Может, он хоть немного раскаивается в том, что сделал. - Не думаю, Стив. Он слишком горд для того, чтобы раскаиваться. Похоже, нам нужно было поменяться факультетами. Он не достоин быть гриффиндорцем. - К сожалению, у меня нет привычки судить других людей, - Роджерс дёрнул плечом, - но я всё равно с ним поговорю. - Как скажешь, Стив.

* * *

- О чём ты хотел со мной поговорить? - Тони нашёл Лафейсона у Чёрного озера, тот сидел, прислонившись спиной к дереву, и читал. - Твоя записка меня очень взволновала, друг. - Это очень важный, очень долгий и очень личный разговор, - мальчик закрыл книгу и посмотрел на гения, - поэтому присаживайся и расслабляйся.       Старк послушно сел рядом и вытянул ноги. - Я нашёл наследника Слизерина, - Локи решил сразу выдать своё самое грандиозное открытие. - Да ладно?! - Тони аж подскочил от нетерпения. - И кто он? Скажи мне! - Только обещай мне, что больше никто не узнает о том, что я тебе сейчас расскажу. - Торжественно клянусь, что никто никогда не узнает от меня то, что ты сейчас мне расскажешь. - Я наследник Слизерина...       Если бы это было возможно, челюсть Старка пробила бы землю и выпала с другой стороны планеты. - Я нашёл то место, где находится родовое древо Салазара Слизерина, - продолжил Локи. - Оно изображено на стене в Тайной комнате. Это спрятанное под замком место, где живёт символ нашего факультета - огромный змей василиск. Только наследник Слизерина может найти туда вход. И я нашёл. - Но когда ты успел? - После нашей драки с Тором я спрятался от гнева МакГонагалл в женском туалете. Именно в том самом туалете я и нашёл потайную дверь, которую с моим шилом исследователя в одном месте просто не мог не изучить. Я оказался в канализационной системе Хогвартса. Там же находится и дверь в Тайную Комнату. Поначалу я шёл на верную погибель, ведь василиск, обитающий там, - питомец Салазара Слизерина, веками ожидавший появления наследника, который освободит его и натравит на всех грязнокровок, учащихся в Хогвартсе, ведь это и было главной целью Слизерина. Однако василиска удивило, что в его обитель пробрался магглорождённый, и он решил показать мне родовое древо. Она была очень странная, - Локи достал из сумки блокнот, раскрыл его на нужной странице и передал Старку. - Я запомнил её и схематично зарисовал. Вот этот человек, - мальчик ткнул пальцем в одно имя, - последний чистокровный наследник, погибший в войне с великанами в семнадцатом веке. И после него род Слизерина оборвался, а Салазар был обречён на вечное искупление вины за свои поступки, пока он не раскаялся. А от его раскаяния проклятие рассеялось и родился первый после практически трёхсот лет истинный наследник. То есть я. Это проклятие навели на него другие основатели Хогвартса в отместку за его отношение к магглорождённым и магглам в целом. А я, получается, магглорождённый наследник - то самое наказание Салазара. Он осознал свою вину, передал мне свои силы и, так сказать, титул наследника и ушёл на покой. И его василиск теперь тоже принадлежит мне. Но я не буду натравливать его на таких, как я, мне это ни к чему. - Если честно, я бы посмотрел на тебя в роли злодея... - настороженно-мечтательно протянул Тони. - И вот теперь, после всех метаморфоз, родовое древо Слизерина выглядит вот так, - Локи, погружённый в свой рассказ и оттого не оценивший по достоинству выпад приятеля, написал по центру своё имя, обвёл его в кружок и соединил прямой линией с именем "Салазар Слизерин". - Так что теперь нам известны трое прямых наследников основателей Хогвартса. - У меня, кстати, когда-то проскакивали догадки, что это можешь быть ты, - произнёс Тони, полностью выслушав друга, - но я не думал, что это настолько очевидное предположение попадёт в цель. Что нам теперь делать с этой информацией, друг мой змеистый? - Ничего, друг мой умнистый, - Локи забрал блокнот и спрятал его в сумку. - Продолжать жить своей жизнью. Учиться, гулять, есть, спать, влюбляться, в конце концов. Никто не должен знать, что наследники живы и, тем более, что они знают о своём бремени. Это ни к чему знать посторонним. Тот, кто украл из архива Министерства бумаги о Слизерине и Когтевран, вполне может заявиться сюда и убить нас, чтобы покончить с этой историей о наследниках навсегда. Тор ещё сам до конца не осознаёт, что такое быть наследником. Он думает, что это всего лишь хвастовство, которое ставит его выше других. Потому его ещё не убили. Плюс влиятельный папаша. Салазар сказал, что быть наследником ещё надо уметь и выдержать этот непосильный труд. Он обещал мне помогать с этим. - Эх, как бы мне пообщаться с Кандидой... - задумчиво произнёс Тони. - Нужно найти место её захоронения. Слизерин похоронен прямо под Тайной Комнатой, потому он так быстро явился ко мне. - Похоже, мне снова придётся связаться со своим "человечком". Может, кто-то в Министерстве в курсе о местах захоронения остальных основателей. Пусть разузнает. - Больше никто не должен знать, - напомнил Локи. - До поры до времени. Как только мы убедимся, что знаем достаточно, мы обязательно всем расскажем. Несмотря ни на что, наследники должны быть вместе. Должны объединиться, чтобы в нужный момент быть полезными хоть кому-то. Похоже, наши великие предки переложили на нас какую-то великую миссию по спасению волшебного мира от самих волшебников. Думаю, что окончательно мы всё узнаем, когда станем старше. Сейчас нам ещё рано постигать эти знания. Но мы должны быть готовы их получить в любой момент. Что бы ни случилось.

* * *

      Экзамены, накатывавшие, как снежный ком, и выбившие из памяти первую половину июня, наконец-то, закончились. Локи снова всё успешно сдал, наравне с ним были Романофф и Регулус. Стив и Джеймс сдали Ж.А.Б.А. на высшие баллы, и теперь перед ними открывались большие перспективы.       На прощальном пире по случаю окончания учебного года Дамблдор вручил Кубок школы факультету Когтевран. В этом году они обскакали Слизерин в усердной учёбе аж на двести двенадцать баллов. Но и Слизерин не остался в стороне, обыграв в этом году всех в квиддич. Новая находка в виде Романофф поразила всех соперников и болельщиков. Во время матчей Нат была везде, несмотря на свою старую метлу. В её профессионализме не сомневался никто, особенно после матча с Пуффендуем, когда она поймала снитч у колец противника и красиво пролетела сквозь центральное кольцо, дабы не врезаться метлой в шест. Позже прошёл слух, что точно такой же трюк выполнил ловец команды Кенмарские коршуны в тысяча триста сорок девятом году. Джеймс, как никогда, был горд собой, что вытренировал такого золотого игрока для своей команды. Он надеялся, что следующий капитан оставит её в команде, и она продолжит карьеру ловца.       Обратный путь домой вышел немного грустным из-за осознания, что это их последняя поездка в прежнем составе. Однако Тони друзьям грустить долго не дал, начав развлекать народ, а затем вся компания плавно перешла к традиционной игре в самовзрывающиеся карты. Чтобы ещё больше повеселить всех, Старк начал показывать этими картами фокусы, и те взрывались у него в руках под всеобщий хохот. В общем, когтевранец справился со своей задачей отвлечь друзей от невесёлых мыслей.       Во время игры Тор то и дело бросал быстрые взгляды на сидевшего у окна Локи. Изначально мальчик снова читал очередную заумную книгу, а затем подключился к игре. В голове Одинсона вдруг пронеслась мысль, что после их драки в коридоре парень немного изменился. Он стал более замкнутым и зажатым даже в их компании. Стал меньше шутить. Стал таким, каким был на первом курсе. А самого Тора и вовсе перестал замечать. Из-за этих внезапных перемен смотреть на то, как он смеётся с шуток Старка, как добреет в этот момент его красивое лицо, было даже... приятно.       Опомнившись, гриффиндорец отогнал странную мысль и понял, что всё это время он беззастенчиво смотрел на своего врага. И тот это заметил, но никак не отреагировал. Только посмотрел как будто сквозь него и вернулся к игре. Этого взгляда Одинсон теперь только и был достоин от слизеринца.       Хогвартс-экспресс замедлил ход и остановился. Лондон. Приехали.       Похватав чемоданы, сумки и клетки, компания выгрузилась на перрон. Счастливые родители тут же бросились к свои чадам, но те их остановили, аргументируя, что им всем нужно друг с другом попрощаться. - Ну, что же, до сентября? - сказал Клинт. - Может, до конца августа? - предположил Брюс. - Если выпадет шанс пересечься в Косом переулке. - В любом случаем, мы увидимся, - заверил Джеймс, - хоть нас со Стивом уже не будет в Хогвартсе. Не надейтесь, что останетесь на Рождество без моих булочек. - Уж будем надеяться, что обнаружим их в рождественское утро у своих кроватей, - хихикнула Наташа. - Ребят, а ничего, что вы все живёте в одном месте и вам прощаться друг с другом вообще бессмысленно? - напомнил Локи. - Змеёныш дело говорит, - хохотнул Тони, - но с тобой-то надо попрощаться. Иди сюда, - когтевранец заключил парня в свои объятия. - Жди от меня письма, - шепнул он. - Может, приедешь этим летом к нам погостить? - предложила Пеппер, тоже обнимая Лафейсона. - Думаю, мы все будем рады этому обстоятельству. - Ага, и разорвём его на кусочки, споря, у кого он будет жить, - расхохотался Роджерс. - Если вы не против, я бы очень хотел побывать в вашей деревне, - ответил Локи. - Тогда добро пожаловать к нам, когда захочешь, - сказал Брюс, - если наши старики не будут против, можно и сейчас. - Нет, ребята, отдохните от меня и друг от друга, - возразил слизеринец, - и подготовьте своих родных к гостям. Думаю, сейчас будет невежливо напрашиваться. - И опять в точку, друг! - воскликнул Тони. - Только напиши нам, когда приедешь. Вот адреса, - гений протянул кусок пергамента. - Тогда до встречи в августе, - Локи обнял по очереди всех друзей, практически невесомо похлопал Одинсона по плечу (это уже вошло в привычку), подхватил свои вещи и подошёл к терпеливо ожидавшему его опекуну из Министерства. - Можно вопрос? - Локи решился заговорить с сопровождающим, когда они почти подъехали к приюту. - Конечно. - Я могу в августе поехать погостить к своим друзьям? - Можешь. Только напиши в Министерство магии письмо, чтобы я тебя сопроводил. До твоего совершеннолетия я отвечаю за твою жизнь. Напиши, что тебе нужен твой сопровождающий для поездки к друзьям на остаток лета, и я тут же примчусь. - Спасибо. А как Вас зовут? Чтобы я указал Ваше имя в письме. - Какой своевременный вопрос, - опекун рассмеялся, - не прошло и двух лет, как тебя это заинтересовало. - Простите. - Ничего страшного. Зовут меня Августус. Августус Руквуд.