Help me, tie up

       Им просыпается первым, потому что он всегда не мог спать долго перед важным событием. Парень встает с кровати, как безумный, и бежит в ванную, чтобы принять холодный душ.        Через пару минут парень выходит из душа, обтирая свое тело и выбирая одежду. Он должен выглядеть хорошо. Слишком хорошо. На глаза падают новые джинсы и идеальная серебряная велюровая рубашка, что ложится на тело и подчеркивает его мышцы.       — Да, идеально.        Юноша надевает на себя этот комплект и идет на кухню, чтобы приготовить завтрак. Чангюн расстегивает на рубашке пару пуговиц, открывая вид на подкаченную грудь. Младший надевает фартук и принимается готовить запеканку. Младший смешал четыре яйца с молоком, стуча ложкой, словно миксер, затем добавил туда готовую вермишель и колбасу, выливая все на глубокую сковородку и закрывая крышкой. Пока все это жарилось, Гюн натер сыр на терке, открыл крышку и засыпал туда все сыром, снова закрывая ее, давая запечься.        У Чжухона ночь выдалась уже не такая беспокойная. Первый раз его не мучили кошмары, он не просыпался посреди ночи в поту с пересохшим горлом. И это не могло не порадовать.        Ли встаёт по будильнику без проблем. Ему не нужны другие ранние, потому что он привык уже вставать по первому звонку.       Парень все равно ещё пять минут лежит на кровати и, потянувшись, идёт принимать водные процедуры, и спускается на кухню, сразу учуяв вкусный аромат.       «Что он там готовит?»        Темноволосый не стал переодевать все домашнее, поэтому пошёл в таком виде на кухню, застав Има у стола, готовящим что-то.       — Что готовим? — он подходит сзади и улыбается.        Парень оборачивается на Ли, снимая с себя фартук, и внимательно рассматривает внешний вид. Особенно уделяя внимание торсу.       — Я… А… Я готовлю запеканку, она почти уже дошла. Садись за стол. Тебе чай или кофе?        Чжухон пришёл ещё тогда, когда младший ещё был увлечён готовкой, поэтому успел понаблюдать за этим процессом.       — Доброе утро, Чани, — парень снова зевает и присаживается за стол.       «Или меня?»       Парень усмехнулся и мотнул головой.       — Может апельсиновый сок?       — Запеканка? Пахнет очень вкусно. Я не откажусь от апельсинового сока, — произнёс Хони, а в мыслях пронеслось совершенно другое, вспомнив вчерашнее:       «Хочу тебя на завтрак, обед и ужин».       — Хорошо…        Чангюн выключает газ и подходит к холодильнику, доставая сок и бисквит, который купил вчера. Он ставит на стол все это и достает стаканы, так же выставляя на стол.       — Только не ешь сразу, оно горячее.       «Такое же горячее, как ты…»        Им выкладывает блюдо на тарелку и быстро берет с холодильника зелень, украшая завершенный завтрак. Также кладет на стол и садиться за него, светя своей идеальной рубашкой.       — Хорошо, моя любимая мамочка, — смеётся Чжухон и берет все необходимые столовые приборы.       — Я тебе не мамочка, — пробубнил Им и тоже принялся завтракать, понимая, что сделал довольно неплохо. Видимо, очень старался.        Он наливает сок себе и парню, а потом пробует осторожно кусочек, а через несколько секунд на лице загорается радость.       — Ах, ну да, я же твой папочка, — Хони ухмыляется, смотря косо на младшего, продолжая кушать свой завтрак, сделав вид, будто вообще ничего не произошло. — Вот почему ты так отлично готовишь? — ноет старший, отправляя в рот новый кусочек. — Это слишком божественно.       — Это всего лишь завтрак, хватит меня так хвалить, словно я тут королевский стол накрыл.       Гюн смеется и отпивает немного сока.       — Просто такую еду я даже в ресторане не ел, — прикусывает губу Ли, делая пару глотков сока, который отлично сочетался с этим блюдом.       — Тогда я буду готовить теперь каждый раз лучше и лучше, папочка…        Им специально сказал это максимально сексуально, чтобы парень слегка подавился.       — Я — твой личный повар, Чжухони. Заказывай, что бы ты хотел поесть.        Ли и вправду чуть не подавился, но удивленное выражение лица всё-таки показывало всю правду.       — Тебя хочу, — бормочет он, и только через минуту понимает, что он только что сморозил. Мысли в слух. — Кхм… Ты не слышал этого…        Чангюн моментально краснеет, смотря прямо в глаза Ли. Он, конечно, всего ожидал от этого извращенного парня, но этого.       — Хочешь… меня? Что?..        Им моргает глупо, закусывая пухлую губу, совершенно не специально, хотя выглядело иначе.       — Не-не-не, тебе послышалось, — сразу начинает придумывать отговорки, постепенно краснея всё больше и больше. — Я… На твой вкус, я буду кушать всё, что ты приготовишь…       «Идиот, как так можно было проболтаться?»       — Мне такое не слышится…        Парень отвел взгляд и начал доедать уже молча, ныряя в свои мысли, ведь сегодня ему нужно быть готовым, что вызовут показать танцевальные навыки.       «Хочет меня… А как это происходит… Как у натуралов? Или… подождите… но куда?..»        Парень снова сильно краснеет.       — Нет, вот это тебе точно послышалось! — говорит Чжухон, начиная уже слегка потеть. — Кхм… Спасибо за завтрак. Было очень вкусно, — Ли складывает всю посуду в машинку и идёт в ванную, где умывает ледяной водой красное лицо.       — Молодец, Чжухон, просто супер, — говорит парень, смотря сам на себя в зеркало, а потом возвращается обратно к младшему. — Ты поедешь со мной к врачу?       — Если ты хочешь, то я съезжу с тобой, но потом мне на час в студию, там будет прослушивание. Мне все-таки придется танцевать. Поэтому я так оделся, красиво? Только мне надо еще сделать макияж.       — Ещё спрашиваешь. Не хочу, а нуждаюсь, — Ли решает, что самое лучшее решение — перевести тему и забыть об этом случае, что, вроде бы, получается.       — Да, очень красиво… — кивает Хони, осмотрев парня с головы до ног, а потом тоже идет переодеваться в белую рубашку, любимые темные джинсы, а потом добавляет к этому образу красный галстук, узел которого спустил, не затягивая его сильно.        Парень быстро ставит посуду в посудомоечную машину и убегает в комнату.        Он берет тональный крем и покрывает все лицо, затем пудрит и подкрашивает глаза коричневыми тенями.       — Вроде неплохо… хм… Чжухони.       — Что такое, Чани? — парень приходит в комнату младшего. — Ты что-то хотел?       — Как тебе?        Младший оборачивается к Ли и закусывает губу, думая, что это выглядит странно, потому что туториал корейского макияжа айдолов он пробует впервые.        Чжухон снова подвисает на какое-то время. Сказать, что младший выглядит очень красиво — ничего не сказать. Не хватит всех эпитетов, чтобы описать картинку глазами Ли.       — Ты хочешь меня в могилу согнать своей красотой? — усмехается парень.       — Ну ты преувеличиваешь. Я не на столько красив…        Им замечает не затянутый галстук и подходит к темноволосому, бубня что-то свое.       — Стой спокойно…        Он приблизился довольно близко и взял руками галстук, слегка затягивая и поправляя воротник, а второй дует губы, когда ему затягивают галстук.       — Ну нееет, не хочу так, — парень снова растягивает узел, чтобы он немного болтался, случайно коснувшись руки Чана.        Чангюн облизывает губу, когда Чжухон притрагивается к его руке и смотрит в глаза.        В его голове почему-то красная табличка висела с надписью «ЦЕЛУЙ», но разум подсказал, что лучше не стоит, потому то мало ли какая реакция будет на это у старшего.       — Ну, пошли…?        Парень проходит в прихожею, где одевает на себя пуховик и ботинки.        Очень хочется сейчас обнять Има или сделать что-то ещё. Но, когда Гюн поднимает на него взгляд, он легонько касается губами виска младшего и улыбается.       — Теперь пойдем.       — Да… пойдем…        Чангюн выходит следом за старшим и берет свою черную куртку, надевая на себя, а следом надевает черную маску на лицо.       Внутри у парня все горит от того, что старший поцеловал его, хоть и так. Эти мягкие губы. Нормально ли вообще, что юноше хочет поцеловать парня? Он ведь тоже парень… Это до безумия смущает.        Чжухон, как истинный джентльмен, усаживает сначала своего любимого, а потом сам садится за руль и едет уже по знакомому маршруту к больнице.        Несмотря на утренние часы, здесь было довольно много посетителей. Ли доходит с младшим до кабинета и, постучавшись сначала, услышал «войдите», и только тогда входит.       — Здравствуйте, — кивает Хони, слегка улыбнувшись.       — Здравствуй, — Минхёк снова прожигает взглядом младшего, даже не поздоровавшись с ним.        Им чувствует конкуренцию и уже довольно открытую, он нагло заходит, показывая то, насколько он шикарно выглядит и как горяч.        Парень садится на кресло, закидывая ногу на ногу. По его виду и сказать нельзя, что он милый, как плюшка. Сейчас он был похож на чертова демона.       — Доброе утро, Минхёк.        На имени Гюн делает специальный акцент.       — Вы запомнили моё имя? Не думал, что это для вас так важно, — с какой-то издёвкой произносит врач и достаёт историю болезни.        Он ещё пару минут пробегается глазами и, закусив губу, смотрит на пациента.       — Итак, нам нужно пройти десять сеансов гипноза. Я думаю, завтра проведём один. Провести психоанализ несколько раз, этим мы займёмся сегодня. Потом несколько сеансов когнитивно-поведенческой терапии, это уже потом. Ну и, конечно же, контакт с людьми, — психотерапевт смотрит на Ли обворожительной улыбкой.       — Да, хорошо, вам лучше знать, как проходит моё лечение. И можно вопрос?       — Да, конечно, задавайте.       — Может ли Чани присутствовать на всех сеансах?       — Ну… Это не обязательно, но если вы настаиваете…       — Я очень настаиваю, — твёрдо произносит парень.       — Тогда я ничего не имею против, — хотя на самом деле старший очень против.        Чангюн рассматривает кабинет, чтобы за что-то зацепиться, он внимательно глазами перелистывает все называния книг, что стоят на полке. Кидает взгляд на стол, замечая зажигалку и предполагая, что врач курит. Парень проводит свой взгляд с ног до головы прямо по Минхёку, не стесняясь своих действий и перекидывает ногу на другую, заостряя свое внимание на Ли.       — Ну как же мне не запомнить имя доктора, который лечит дорогого мне человека.        На последних словах Им снова ставит ударение, чтобы Мин понял, что он тут не просто так и отдавать в лапы его Хони, он не собирается. Словно хищный зверь, парень максимально изучает психолога, цепляется за мелочи.        Чжухон поворачивает голову в сторону, где сидел Гюн, и удивляется. Младший сейчас не выглядел таким ламповым няшей, наоборот, перед ним сидел красивый, сексуальный, со взглядом, как у змеи, Чангюн.       «Как можно меняться в одно мгновение?»       — Хорошо, тогда пройдёмте в комнату, где мы сможем провести психоанализ, — Минхёк тоже сверкает глазами и, взяв планшет, открыл дверь, которая находилась около полки с папками.        Войдя вовнутрь, можно было увидеть довольно светлое помещение, панорамные окна; очень свежо, спокойная атмосфера.       Ли присаживается на диван и кивает Чжухону на место рядом с собой.       — Вы можете присесть рядом на другой диван, чтобы не отвлекать от психоанализа, — врач дергает уголками губ и одевает очки, делая вид парня намного сексуальнее и привлекательнее.        Хони спокойно присаживается рядом и делает выдох.        Им заходит последний в комнату, словно специально приглашенный гость на закрытое мероприятие. Он садится на другой диван и внимательно смотрит на Минхёка.       «Вот гавнюк. Я бы ему эти очки в глотку запихнул и заставил проглотить…»        Парень отвлекается на звук смс на своем телефоне и бросает тихое «извините», смотрит в экран.        Это был общий чат новеньких танцоров, где Чан частенько переписывался с парнем по имени Вонхо. Он мягко улыбнулся и уже не смотрел на двоих, ныряя в мир переписки.       «Им-Им-Им».       «Чего тебе, лис?»        У Вонхо было прозвище Лис, потому что однажды он переписывался с Чангюном на японском, говоря, что из Токио, но потом признался, что это шутка.       «Ты когда будешь? Прослушивание через час, я слишком рано приехал, мне скучно. И я хочу уже увидеть тебя ㅠㅠ».       «Я буду, как только освобожусь. Я сейчас… с другом».       «Аааа… Ну я жду тебя. Скажи другу не задерживать будущего айдола. Хахаха».        Парень вздыхает и подминает взгляд на Хони.        Минхёк достает планшет и смотрит на своего пациента.       — Итак, начнём всё сначала. Когда у тебя проявилась гаптофобия?       — Это было после аварии, — Чжухон делает глубокий вздох.       — Что произошло тогда? Расскажи всё, как было.       — Это было десятого января. Тогда шёл сильный снегопад, а мои родители ездили по каким-то делам. И, когда они уже возвращались домой, на трассе их занесло, и машина вылетела с дороги. Я видел кадры с места аварии, не решился туда поехать. Это было ужасно. Машина была перевернута и, похоже, там был пожар. Вся машина была чёрная, но тела моих родителей успели вынести до этого. Папу уже нельзя было спасти, а мама потеряла слишком много крови, поэтому она умерла по пути в больницу… — было видно, что парню всё сложно это говорить.       — И что же было дальше?       — На следующий день я поехал в морг, где я мог в последний раз увидеть своих родителей. Как только я прикоснулся к руке мамы, она была жутко холодная. И папина тоже. Я понимаю, что так и должно быть, но почему-то именно в этот момент я чувствовал себя маленьким мальчиком, который хотел спросить: «Они же так спят?», — на глазах Ли появились слёзы, которые он сдерживал.       — И ты думаешь, что именно поэтому у тебя появилась эта болезнь?       — Да, ведь все люди — теплые. Но на подсознательном уровне я боюсь прикоснуться к дорогим людям, вдруг они будут такими же ледяными.        Чангюн слушает эти слова, видит эмоции, и просто хочет подойти и молча обнять Ли, потому что он чувствует, что парень нуждается в поддержке. Он тоже лишился родителей, как и Им… Но намного хуже обстоятельства, чем у японцев.       — Ох…        Парень опускает взгляд, понимая, что не сможет этого сделать, он не может.        Снова экран светится и приходит сообщение от Вонхо.       «Эй, а у тебя еще светлые волосы?»        Юноша растерялся и быстро ответил.       «Я их покрасил в русый… Это проблема?»       «Нет, я просто уже хочу увидеть тебя. Мы же первый раз увидимся, не включая видеочат. Я ждууу тебя».        Минхёк продолжает внимательно слушать пациента, иногда посматривая на своего «конкурента». Он уже давно подметил этого парня, но потом он резко перестал ходить, а теперь снова начал посещать его и теперь с каким-то незнакомцем, который сто процентов испытывал к Ли какие-то чувства, и уж точно больше, чем дружеские.       — Вы же понимаете, что в этом случае вы не могли бы прикоснуться к своим близким людям. Избегали бы с ним контакт, надо порыться в более старых моментах, — Мин открывает свой планшет и начинает искать заново историю болезни, которую просматривает снова, чтобы зацепиться за что-то.       — Тут известно, что в десять и в четырнадцать лет у вас проявлялись похожие приступы гаптофобии. Что было в четырнадцать лет?        Чжухон прикусывает губу, усмехаясь.       — Вот тут в подробностях я не вспомню. Это же было давно. Просто помню, что тогда мы с мальчишками играли в футбол, и меня толкнули случайно во время игры. И как только ко мне хотели прикоснуться, у меня началась паника. Мы сходили с мамой к доктору и нам выписали какие-то препараты.       — Хорошо, — тянет синеволосый, закусывая губу снова.       — Нам нужно знать, что произошло точно в десять лет. Но сейчас вы нам ничего не расскажите, поэтому я предлагаю это перенести на завтра. Узнаем всё с помощью гипноза.       — Да, хорошо. Тогда, мы можем быть свободны? — Ли кивают, и он встаёт с места.       — Чани, пойдём.        Им переваривает все, что говорит Ли, по сути он очень много пережил в жизни, что не каждому дано не сломаться. Теперь парень понимает, что ему нужно помочь вылечиться от этой болезни. Он должен всеми силами сделать так, чтобы парень был счастлив.       — До встречи, доктор Минхёк.        Мин игнорирует младшего. Он провожает их до выхода из основного кабинета.       — Не забудьте про завтрашний приём с утра, — улыбается врач и присаживается обратно.        Чангюн приподнял брови и кинул последний взгляд на психолога, первый выходя из кабинета, покидая две комнаты, что цеплял взглядом.       — Все было довольно быстро, отвезешь меня? Этот… там будем еще один парень, я с ним хорошо общаюсь, так что не удивляйся его глупым шуткам, ладно? Его зовут Вонхо, он в одной группе со мной.        Японец выходит с больницы и идет к машине, снова вспоминая слова Ли.       «Как он вообще за руль сел? Я бы не смог…»        Чжухон кивает и идёт молча, смотря себе под ноги. Ему обычно сложно говорить после воспоминаний о том дне, но уже на свежем воздухе он приходит в себя. Стоит только парню посмотреть на своего любимого, на лице появляется нежная улыбка.       — Хорошо, постараюсь, но ничего не обещаю, — с усмешкой проговаривает Ли, садясь в салон машины.       — Я с тобой там побуду до конца. Можно же? А потом можем куда-то поехать или домой. Как ты хочешь?       Младший садится следом в машину и пристегивает ремень безопасности, смотря на себя в зеркало. — Да, я думаю, можно. На самом прослушивании, наверное, нельзя будет, а вообще можно.        Гюн открывает телефон и видит еще пару новых сообщений.       «Чанииииии. Ну ты гдееее?»        «Ииииииим, приди уже».        «О, великий Чангюн, приди уже ко мнееее».        Юноша вздыхает и слегка усмехается.       «Боже, Вонхо, ты такой придурок».       Сообщение приходит моментально.       «Я тебя жду прямо у входа. У меня белые волосы с синей тоникой. Думаю, ты узнаешь. И я подкачан 😉».             «Вонхо, ты мне об этом говоришь с первого дня знакомства. Не надоело? Я уже еду. И я буду с другом. Все, до встречи».        Чжухон смотрит на дорогу, то на младшего, замечая какую-то переписку в телефоне.       — С кем это ты общаешься? — интересуется старший, включая спокойную музыку в салоне автомобиля, которая даже немного расслабляет.        Гюн слегка нервничает и смотрит на Ли, а потом смущенно улыбается.       — Это этот друг. Вонхо. Он приехал раньше времени и ноет, что ему там скучно и одиноко.        Он выезжает на дорогу, ведущую к его дому и через какое-то время сворачивает налево, а перед Чаном появляется огромное стеклянное здание в синем цвете.       — Вот мы и приехали. А через дорогу мой дом, видишь, как удобно, — улыбается темноволосый, выходя из машины.        Им видит здание и слегка приоткрывает рот, потому что оно выглядело шикарно. Парень выходит с машины и закусывает губу, чтобы взять себя в руки.       — Ничего себе, как красиво.        Из здания выбегает какой-то паренек с светлыми волосами и видными морскими прядками на них. Он подбегает к Чангюну и внимательно смотрит на него, остановившись буквально в шаге от него.       — Да, тебе повезло, эта самое престижное агенство в Корее, — улыбается Ли, замечая какого-то незнакомца, который приближался к ним.       — Им?       — Им.        Парень ярко улыбается и резко обнимает японца, крепко обнимая, словно они были знакомы в реальности и давно не виделись.       — Тебе больше идет с русым цветом волос, и вообще, ты красивее, чем на фото.       — Я понял уже, отпусти, потому что задушишь.        Чан слегка ляпает рукой по плечу паренька и тот, наконец, отпускает, рассматривая темноволосого с широкой улыбкой.       — Это Вонхо, — сам себе под нос говорит старший и осматривает его взглядом.        Смазливая мордашка и подкаченное тело. Всё ничего, но он обнимает его Чани. Именно ЕГО.       — Эм… Привет, — Ли смотрит пристально на парня, мысленно прожигая в нем дыру.        Вонхо внимательно смотрит на Ли и также оценивает, понимая, что его соперник довольно красив.       — А это тот, про которого ты говорил. Я — Вонхо, приятно познакомиться.       — Чжухон, приятно познакомиться, — как-то холодно отвечает он, даже не протянув руку.        Старший подходит ближе к Чангюну, показывая, что делить его не собирается, да и отпускать тоже.       — Чани, пойдем? Или сейчас опоздаем…        Парень улыбается и обнимает Чани за плечи, подаваясь вперед к выходу, оставляя Ли позади него и заходя в здание.       — Эй, да погоди ты, ты что бежишь.        Гюн оборачивается к Хони и смотрит на него взглядом «извини и спаси меня, пожалуйста», но его личико скрывается за поворотом.        Он посмотрел на этого качка, который утащил его парня, поэтому ускорил шаг и поравнялся с ним.       — Чани, иди ко мне, — в каком-то приказном тоне произносит старший, преграждая дорогу этой парочке. — Отпусти его, Вонхо. Нам надо с ним отойти поговорить.        Шин приподнимает бровь, прижимая хрупкое тело ближе к себе, и смотрит на Ли.       — Поговорите потом, скоро начнется прослушивание.        Им опустил взгляд на часы и приоткрыл ротик, смотря на Чжухона.       — Эм… Я пойду на прослушивание. Встретимся после него, я попробую сделать все быстро, прости.        Хони хмурится, провожая своего любимого за дверь.       — Я подожду тебя, Чани.        Японец низко кланяется и идет сам к двери, где висела табличка «прослушивание», а Вонхо лишь взглядом провожает его, возвращаясь к Ли.       — Эй, что за приколы? «Иди ко мне»? Он тебе собачка или что?        Ли уже хочет уйти, но его окликает Вонхо.        Он поворачивает на пятках и складывает руки на груди, смотрит на младшего очень строго.       — А ты кто вообще ему? Ты для него просто приятель, может в будущем друг. А он для меня очень близкий человек, поэтому лучше не стоит меня злить, — шипит, словно змея, Чжухон и, не удосужившись продолжить разговор, уходит в другой корпус, где берет себе чашку горячего и ароматного кофе.       — Хах… Поверь, я для него буду ближе, чем друг. А вот ты ведешь себя отвратительно.        Вонхо оборачивается и идет к двери.       Им удивляется тому, сколько человек пришло, и такие красивые, словно модели.        Парень садится на свободное место, замечая, что словно специально рядом тоже свободно и следит глазами, как злой приятель садится рядом.       — Что такое?       — Да… Твой друг ведет себя очень странно, как ты это терпишь?        Чжухон не мог совладеть со своими чувствами. Его ужасно бесил этот Вонхо. Что в нём такого? Только подкаченный красавчик. Чан же его любит, так? И будет всегда любить…        Он смотрит на часы чуть ли не через каждую минуту. Только бы скорее увидеть Има. Только бы поскорей ощутить его рядом и посмотреть в такие родные глаза.       — Чани… — себе под нос произносит тЕмноволосый, возвращаясь на последнее место встречи, надеясь, что младший скоро придёт.        Юноша выходит в центр зала, когда его вызывает мужчина, вероятно, один из хореографов компании, и внимательно смотрит на него и других.       — Им Чангюн, из Японии. Вы хорошо владеете корейским языком.       — Да, мой уровень высок. Я свободно пишу и разговариваю на корейском. Хотя иногда допускаю легкие ошибки, но я работаю над ними.       — Хорошо, вы занимались танцами, верно? А что насчет вокала и репа?       — Ну… Я умею петь, раньше был в группе певцом, в Токио, но группа распалась до дебюта. А еще увлекаюсь рэпом.       — Покажите свои танцы. Трек сорок шесть.        Включается песня Company — Tinashe, и главный хореограф смотрит на Гюна, приподнимая бровь.        Парень отходит на пару шагов назад и начинает делать волну корпусом, слушая музыку и примерно ища момент, чтобы вступить. Когда начинаются слова, Им делает круг головой и хитро улыбается, смотря на людей, что его оценивали. Затем пару шагов, и парень ныряет в сексуальный танец, который заставляет утихнуть всех конкурсантов.        Через минуту девушка из проверяющих машет рукой и музыка выключается. Японец поклоняется и тяжело дышит, слушая критику.       — Вау, я не ожидала, что танцоры из Японии будут такими горячими. Ты делал такие выражения лица, что становится неудобно сидеть и хочется подойти и танцевать рядом. Мне это нравится, а вам?        Все начали обсуждать, и мужчина, что говорил до девушки, приподнял какой-то билетик.       — Бери его и беги в сто четырнадцатый кабинет, там ты заполнишь документы и будешь уже нашим трейни. Ты принят.        Чан ярко улыбается и бежит взять билет, пару раз делая поклон, и выбегает из кабинета, ища глазами Ли.        Чжухон сразу замечает юношу и подходит к нему.       — Ну что? Хотя, тут и не надо обладать магическими способностями. Тебя взяли. Так? — улыбается радостно Ли, забыв совершенно о Вонхо. — Теперь куда?        Чангюн прыгает и держит билетик, который приведет его к будущему.       — Да-да-да, меня взяли.       Их идиллию прервал Вонхо, который выходит такой же радостный и с таким же билетом. Он подходит к Иму и обнимает из-за спины.       — Поздравляю, Чани, я тоже прошел.       — О, а что ты делал?       — Я пел, танцевать меня не заставляли. Я не знал, что ты читаешь рэп, почему ты не сказал.        Шин надувает губы и японец мягко усмехается.       — Чжухон, нам дальше в сто четырнадцатый кабинет заключить контракт. А потом свобода. На эту неделю, как я понимаю.       — С понедельника начнутся тренировки, — дополнил Вонхо и мягко чмокнул Чангюна в щеку.       — ЭЙ! Ты что делаешь?        Им отпрыгнул от паренька и подошел ближе к Ли.        Ли рычит, видя, как этот наглец откровенно лапает и целует его парня.       — Ты совсем не в себе? Если ещё раз такое вытворишь, закопаю на заднем дворе, обещаю, — злится старший.       — Идём, Чани, — темноволосый берет Има за край куртки и тянет в сторону нужного кабинета.       — Не нравится он мне. Держись от него подальше, — бормочет Чжухон.        Сразу видно: Ли очень сильно ревнует. И сделает всё, чтобы никто больше не смог посягнуть на его Чангюна.        Вонхо вальяжно идет сзади, потому что ему нужно пойти в тот же кабинет, что и Иму.        Он делает вывод, что Ли ведет себя, как старший брат Гюна, хотя тот говорил, что он ему друг. Только друг.       — Он странный, я же говорил, не злись так…        Чан чувствует, что парень рассержен. Да это было видно, но предпочитает молчать.       — Он единственный, кого я тут знаю… Мне будет сложно одному… Чжухон пытается успокоиться, но, если в нём проснулся ужасный собственник, то его уже будет не остановить, тем более успокоить. Он будет рушить всё на своем пути.       — Я не могу, Чани. Ты должен понять меня, притом с моими проблемами я ещё более нервный, — Ли достает из карману пачку таблеток, взяв одну, и закидывает в рот. — Можно взять и подружиться с кем-то ещё. Вот сколько много тут других трейни. И они тоже сами по себе интересны.       Чангюн смотрит на то, как Ли принимает таблетку, и хмурится, смотря обеспокоенно в глаза.       — Прости пожалуйста, я скажу Вонхо больше так не делать. Прости…       Им подает билет и заполняет быстро документы, выходя из кабинета и кратко махая рукой блондину, а тот лишь ярко улыбается.       — Всё хорошо, котёнок. Просто я слишком ревнивый и не хочу, чтобы кто-то, например, целовал тебя, — старший решил умолчать о тех словах, что сказал ему Вонхо до своего выступления.       Ли ждёт, пока Чангюн заполнит все нужные документы и распишется, и когда они уже оказываются на улице, он спокойно выдыхает.       — Может… поужинаем пиццей?       — Я не против. Тогда поедем в пиццерию?       — Просто этот ребенок не может держать себя в руках. Я скажу ему, чтобы он так не делал. И я не котенок. Чангюн проходит за Ли и подходит к машине.       — Да, поехали в пиццерию. Кстати, я танцевал под сексуальную музыку. Думаю, тебе бы понравилось.       Он смеется и пристегивает ремень безопасности, находясь уже на сидении.       — Хорошо, спасибо, малыш, — Ли хитро улыбается и снова касается виска губами. — Что? Сексуальная музыка? Чёрт, я должен это увидеть, Чани. Станцуешь мне? Ну пожалуйста, — старший делает оленьи глазки, ведь очень сильно теперь хочет увидеть то, что демонстрировал Им.       Он заводит машину и направляется в сторону пиццерии, которая находилась недалеко.       Парень смущается и отскакивает, слишком уж много к нему внимания сегодня.       — Я станцую тебе приватный танец, когда ты выздоровеешь. Гюн секунду медлит, не осмеливаясь, а потом все равно произносит. — Папочка.       Чангюн пошло улыбается и начинает заливисто смеяться на весь салон.       — Я буду ждать этого момента. Буду стараться побыстрей выздороветь, — улыбается Чжухон, а потом, услышав это сексуальное «папочка», ему захотелось выть.       Потому что это безумно возбуждает.       Парень останавливает машину около пиццерии и выходит.       — Итак, тебе нравится любая пицца, кроме ананасов, так? — Ли улыбается и смотрит вопросительно на младшего.       — Хорошо…       Парень смеется и видит пиццерию в лобовое стекло. Он выходит из машины и заходит в помещение, ища глазами удобный столик.       — Да! Ты помнишь это, уаааа.       Он выбирает дальний столик и садится за него, напротив Куэ.       Чжухон улыбается, садясь за столик, и сразу берет меню.       — Я должен знать всё о своём любимом человеке, — очень нежно произносит старший, просматривая список всевозможных пицц. — Ты какую хочешь?       Чангюна настигает лёгкий румянец и он опускает взгляд на меню, рассматривая варианты, которые предлагает заведение.       — О, хочу вот эту с грибами и курицей.       Он внимательно смотрит на напитки и усмехается.       — А еще я хочу вина.       — Хорошо, — Чжухон подзывает к себе официанта, заказывает грибную пиццу с курицей и бутылку красного вина.       Когда официант уходит, Ли сразу смотрит на младшего и легонько касается его руки, лежавшей на столе.       — Почему ты такой красивый, Им Чангюн?       Гюн летает где-то в облаках, все еще радуясь тому, что прошел в компанию, что познакомился с глупым Вонхо, что Ли сейчас рядом с ним, а потом чувствует тепло на своей руке, переводит взгляд и резко одергивает свою руку, смотря в глаза Ли.       — Ты так резко, тебе нельзя.       Он надул губки и смотрит на губы напротив, а потом снова в глаза.       — Я не такой красивый, чтобы всегда делать комплименты.       Ли сам вздрагивает от такого неожиданного действия младшего, а потом всё равно снова касается ещё раз.       — Все хорошо, Чани. Я держу ситуацию под контролем. Я должен больше контактировать с людьми, ты же слышал, — Чхухон отрицательно качает головой.       — Ну когда же ты перестанешь со мной спорить?       Чангюн чувствует себя неудобно, его берет смущение и волнение, поэтому он все-таки убирает руку к себе на колено.       — Давай дома…?       Им слегка краснеет и превращается в очень милого айдола, словно сбежал со сцены с милым концептом.       — Никогда, я упертый.       — Хорошо, как скажешь, котёнок, — усмехнувшись, проводя языком по губам, произносит Ли, закатывая в эту же секунду глаза.       — Для меня уже можно быть не упёртым, малыш… — он специально тянет это слово, смотря своим хитрым взглядом на младшего.       — Я тебе не котенок…       Младший надувает губки и смотрит в сторону, ища глазами туалет. Когда он находит, то встает из-за столика и мягко улыбается.       — Я в «дамскую» комнату. И я тебе не малыш.       Он показывает язык и отходит в туалет.       — Только быстрей, сейчас уже принесут заказ, — кивает Ли, а в мыслях всё равно проскакивает: «малыш, и только мой малыш».       Как и говорил старший, через пару минут приносят их заказ, наливая в два бокала красное вино, но Чжухону меньше, ведь он за рулём.       — Ага, хорошо.       Чангюн заходит в мужской туалет и достаточно быстро делает все свои дела, и подходит к умывальнику, моет руки и замечает, как из кабинки выходит какой-то парень постарше, он оценивающе смотрит на Гюна и моет свои руки.       — Черт… нету чем вытереть руки… О.       Он резко шлепает японца по заднице и сжимает ее.       — Какого черта вы делаете?       — Ты просто приглянулся мне… Ты тут один? Не хочешь прогуляться до лав отеля? Или хочешь в общественном месте? Я знаю, тебе это нравится.       — Отпустите меня, я тут с другом!       — Жаль, что твой друг упускает такое тельце. Но ничего, я не лишу его внимания.       Незнакомец грубо прижимает Чангюна к стене и пролазит под футболку парня, лапая его грудь. Только Им собрался кричать, он закрывает ему рот рукой и кусает за сосок, от чего тот, чуть ли не плача, начинает сопротивляться.       Чжухон смотрит на наручные часы, проходит минута, две, но его всё нет и нет.       «Что можно делать так долго там?», — думает про себя старший и, уже не став ждать, идёт в туалет.       Но то, что он видит, срывает снова с тормозов.       — Блять, ахуели совсем, — Ли не понимает, что он делает.       Он хватает парня за футболку и отталкивает в сторону от своего любимого. Тот теряет равновесие и ударяется о стенку кабинки.       — Какого хуя? Ты вообще кто?       Не успевает договорить, как ему в лицо прилетает кулак от темноволосого, который он поспешно убирает. Второй рукой он так же быстро, но сильно, бьёт под дых, и тот падает на пол, пытаясь вдохнуть воздух, что плохо получается.       — Скажи спасибо, что не убил, — Ли слегка касается носком ботинка его ноги, а потом смотрит на пострадавшего Чангюна.       — Пойдём.       Им видит такого Ли первый раз. Такого дерзкого, злого и… такого сексуального. Парень стоит, не двигаясь, чтобы не попасть под горячую руку, а лишь наблюдает, с каждым ударом вдавливая себя в эту противную стенку.       Чангюн опускает руками задравшуюся футболку и тянет ее вниз, словно боится, что она слишком короткая.       — Чжухон…       Парень закусывает губу и, когда незнакомец уже лежит на полу, он всхлипывает, когда увидел уже мягкий, но все еще диковатый взгляд Ли.       — Д-да…       Чангюн быстро проходит, иногда бросая взгляд на насильника, и идет за старшим.       Чжухон ведёт за собой младшего, а в коридоре останавливает его и поглаживает легонько по волосам.       — Все хорошо, милый, я с тобой. Не дам тебя в обиду, — шепчет он, поцеловал аккуратно в макушку, а потом проходит за стол, где уже все было приготовлено Чжухоном.       — Уже все прошло. Забудь об этом. Я рядом. Всегда рядом.       Чангюн вздрагивает, когда к нему прикасается Ли, он закусывает до боли губу и просто кивает.       «Разве это нормально в Корее…? А если бы Куэ не пришел? Что со мной было?»       Гюн садится за стол и смотрит на еду, а потом на Ли.       — Да… Ты рядом…       — Кушай, Чани, — шепчет Ли.       Он берет вилку с ножом и разрезает часть пиццы на кусочки. Берет один из них вилкой и протягивает к Чангюну.       — Попробуй, — он улыбается.       Он хочет подбодрить младшего. Хочет, чтобы тот забыл и почувствовал себя в безопасности.       Им смотрит в одну точку, а потом трясет головой и открывает рот, зубками берет кусочек пиццы. Он жует и натянуто улыбается.       — Вкусно…       Чан не может спокойно сказать, но все же решается.       — Как ты смог коснуться этого парня?       Чжухон после вопроса младшего задумывается и пожимает плечами.       — Я тогда был очень сильно разозлён. И, скорее всего, только поэтому смог коснуться его. Знаешь, всякие особенности человека. В каких-то определенных моментах мы способны на всё, — усмехается Ли, тоже кушая кусок, продолжая кормить Чангюна.       — Я просто люблю тебя и готов ради тебя на всё.       Гюн выглядит не как обычно, такого паренька он еще ни разу не видел. Парень был задумчив и тих. Он берет уже самостоятельно кусочек пиццы и жует ее, думая о своем.       — Я… тоже люблю…       Чангюн краснеет и быстро жует пиццу, что держал в руках. Он выпивает целый стакан вина.       — Но сейчас же всё хорошо? Не думай ни о чём плохом. Самое главное: я с тобой, я никому тебя не отдам, — Чжухон довольно быстро расправляется со своей порцией пиццы, выпив половину бокала с вином, а потом просит счёт, за который тут же расплачивается.       — Теперь домой?       — Да, домой…       Гюн берет салфетку и вытирает свои пухлые губы, наблюдая за официантом, что довольно быстро уходит со счетом, а японец лишь встает и спокойной идет к входной двери и так же быстро подходит к машине.       Чжухон следует рядом с младшим, словно его самый верный и преданный охранник. Он жизнь отдаст за Чангюна. И это не шутки.       Он открывает ему дверь и закрывает её, когда младший оказывается в самом автомобиле. Потом он садиться рядом и за пять минут доезжают до дома, ведь пиццерия, как и агенство, находились рядом с домом темноволосого.       — Приехали, Чани.       Им спокойно отстегивает ремень безопасности и направляется в дом. Спустя пять минут он уже заходит к себе в комнату и закрывает дверь, но не замок.       Парень расстегивает рубашку и смотрит в зеркало. Отметки остались, и это очень разочаровывает парня. Он облизывает свои губы и тяжело вздыхает.       Чхужон проходит в дом и идёт в свою комнату. Только по пути к ней он замечает печальный взгляд Гюна. Он хочет ему помочь, ведь понимает, от чего такое настроение.       В своей комнате он уже переодевается и идёт в комнату младшего.       Темноволосый заходит в комнату и видит полуобнаженного Чангюна около зеркала. Дыхание сразу стало глубоким, ведь это слишком возбуждает.       Он подходит со спины к нему и целует за ухом, замечая чужой след.       — Малыш, не расстраивайся.       Чангюн вздрогнул от такого нежного поцелуя и посмотрел на Ли в зеркало.       — Да, я уже в порядке, правда.       Ли прикрывает место укуса ладонью и глубоко вздыхает, отходя к кровати. Он садится на нее и берет заготовленную футболку.       На телефон Гюна приходит смс от Вонхо:       «Привет, красавчик Чангюн».       Чхужон всё замечает и прекрасно понимает, от него не стоит что-то скрывать.       — Чани, — парень садится с ним на кровать и отодвигает телефон подальше, чтобы он не отвлекал своими сообщениями, а потом смотрит на младшего, который не успел ещё одеть футболку.       — Я не хочу, чтобы ты грустил, — он приближается близко к лицу Има и, вздохнув, резко, но мягко кусает за сосок, где был чужой укус, тем самым закрывая его своим.       — Ты мой, — шепчет он прямо на ушко и кусает его мочку, сразу отстраняясь. Ещё чуть-чуть, и он уже не сможет так спокойно прикасаться, не хватает лечения.       Чангюн смотрит внимательно на Чхужона, откладывая телефон в сторону, не успевая ответить банальное «привет», и смотрит в глаза напротив.       — Чхужон…       Он краснеет от того, что парень так близко. Он мог представить что угодно, кроме этого.       — Хони… аааххх…       Парень громко постанывает и, сделав опору на локти, опустился назад.       — Не… не надо… а.ахх… не у…       Когда тот отстраняется, Гюн смотрит в глаза Ли, ища хоть какое-то оправдания его действиям.       Чхужон доволен своим результатом. Он не только оставил метку на нем, так ещё и услышал слишком сладкие, сводящий с ума, стоны младшего, что хочется ужасно выть от этого.       — Черт, почему ты так сладко стонешь? — Ли прикусывает губу и смотрит вопросительно на парня, ухмыляясь.       — Я хотел тебя как-то отвлечь. Вот и пришло это на ум. Тебе же понравилось?       Чангюн весь красный, от мягких щек до кончиков ушек, и смотрит так же пристально в глаза Ли.       — Я… я не сладко… ай, что ты такое говоришь, это так стыдно…       Парень закрыл лицо руками и сложился в складочку, прижимая торс к коленям.       — Кошмар… Мама, прости, не смотри на это оттуда… Кошмар… Я ТАКОЕ ДЕЛАЮ С ПАРНЕМ, ЭТО НОРМАЛЬНО ВООБЩЕ?!       Чхужон улыбается, а потом начинает заливисто смеяться.       — Боже, Чани, ты такой милый, — продолжает смеяться он, никак не в силах остановить его. — Мне кажется, родители не стали бы против, ведь ты по-настоящему любишь меня. И ты должен быть именно с д…       — Не милый! Это так… пошло…       Чангюн убирает руки и смотрит на свою грудь, проводя пальчиками по вставшему сосочку и просто горит от ощущений.       — Болит… Это ужасно пошло, кошмар…       — Привыкай, Чани, — Чхужон спокойно смотрит на младшего и ухмыляется, смотря, как мило он смущается.       — Так забавно наблюдать за тобой, — шепчет Ли, поглаживая пальцами ткань кофты Гюна. — Ты спать будешь?       — Н…не делай так больше…       Чан ложится животом на кровать, оттопыривая попку, и закрывает глаза.       — Я уже сплю, все, иди к себе!       Он был до сих пор красный и смущенный действиями старшего.       — Я ничего не обещаю, — парень смотрит на такую картину и, ухмыльнувшись, поглаживает по достаточно упругой попе рукой, а потом резко её убирает. — Спокойной ночи, малыш, — улыбается старший и выходит из комнаты.       — Хватит меня трогать… тебе нельзя…       Им практически ноет и протягивает эти слова, потому что парню надо было, чтобы Ли ушел из комнаты. Иначе от стояка в своих штанах он бы никак не избавился.       — Спокойной ночи, Хони… я не малыш— прошептал последнюю фразу.       Чхужон с довольным выражением лица пришел к себе в комнату. Он очень любил играться со своим малышом, а это только начало.       Он быстро переодевается в спальную одежду и залезает под одеяло, вскоре засыпая.       Чангюн подходит к двери и закрывает ее на замок, быстро запрыгивая на кровать и смотря на свои джинсы.       — Что же…такое…       Он снимает с себя рывком штаны и спускает боксеры, смотря на вставший член, что был украшен выпуклыми венками.       — Этот Чхужон…       Провел рукой по стволу, и мягко тихо простонал от ощущений. Сжал пальчиками колечко и, сжимая у основания, томно выдохнул.       — Ах… Куэ.....       Гюн снимает с себя футболку и смотрит на укус, сжимая сосочек пальчиками и шире расставляя ножки. Японец крутит указательным и большим пальчиком сосок, второй рукой водит по головке, снова полностью проводя по члену, уже быстрее, чем в первый раз.       — Дааа… аах…       Чангюн немного забывает про изоляцию и чуть громче простанывает, когда снова увеличивает темп, чувствуя, как смазка с хлюпаньем скатывается на руку, и ускоряет трение. Спустя пару минут парень обильно кончает в руку с застывшим «Куэ» на губах.       Он судорожно дышит и, как только приводит себя в порядок, идет в ванную, чтобы все убрать.       Со спокойными мыслями Гюн засыпает.