Зашей мою душу

      Очередной поцелуй огнём прошёлся по дрожащему телу. Нацу терзал искусанные губки с неистовым желанием, он так сильно хотел насытиться ею: девушкой, которая сегодня стала причиной тревоги в его сердце. Мужские пальцы нежно сжимали пышные груди, белоснежные зубы прикусывали игриво стоящие соски, заставляя девушку взвыть от удовольствия. Горячие ладони ласкали живот, рисовали длинно-закрученные лозы, а губы украшали невидимые узоры алыми бутонами. Изумрудный взгляд устремился к острым ключицам, что слегка поблёскивали при свете газовых ламп, и сейчас мужчина мог заявить, что ни один драгоценный камень не переливался настолько прекрасно, как слегка взмокшие косточки. Горячий язык оставил влажные следы возле шеи, после чего розововолосый потянулся к покрасневшим щёчкам и наконец сорвал с розовых губ сладкий поцелуй. Каждая секунда этих ласк тянулась, будто вечность, это заставляло леди раз за разом цепляться за смуглое предплечье, дабы не затеряться в жгучем пламени чувств.       Каждый стон, каждый вздох был пойман герцогом, он не помнил, когда в последний раз мог забыться в этой агонии страсти, никогда Драгнил не чувствовал себя таким безумным и зависимым! О, Господи, он никогда не чувствовал себя таким влюблённым! Карий взгляд затянулся густой дымкой, маленькие ручки нежно гладили мускулистую спину, касались дрожащих плеч, но герцог тут же перехватил женскую руку и перецеловал каждый пальчик блондинки. Девушка хрипло выдохнула, когда почувствовала, как мозолистая ладонь накрыла её сокровенное место.       Мужчина стиснул челюсти, чтобы сохранить своё самообладание, и это было чертовски трудно. А когда Люси начала приподнимать таз, моля о большем, ему показалось чудом, что страсть не смогла завладеть разумом. Его язык нежно сплетался с проворным язычком светловолосой, в то время как острые ноготки оставляли алые полосы на смуглых плечах. Герцог проник в разгорячённое лоно одним пальцем, ощущая, как молочная кожа покрывается мурашками. Кареглазая пыталась прервать поцелуй, чтобы наконец вдохнуть полной грудью прохладного ночного воздуха, но вместо повиновения мужчина слегка ущипнул розовые соски       Леди не могла сдержать стоны, видит Бог, она так пыталась! Однако каждая ласка, каждый поцелуй, оставленный этим змеем-искусителем, просто с треском разломал каждую попытку! Его горячий язык коснулся розового соска, а после шершавые губы сомкнулись на нём и оттянули на себя. Этот дьявол ничуть не щадил бедную девочку! А когда к первому пальцу присоединился второй, то Люси плавно выгнулась дугой, с испугом слыша хруст собственных позвонков. Движения, что происходили внутри неё каждую секунду лишали женский разум рассудка. Блондинка чувствовала, что совсем скоро достигнет вершины блаженства, и, запрокинув голову назад, её бёдра задвигались быстрее, пушистые ресницы опустились, маленькая ручка до треска сжала простыни, и когда тело начало погружаться в сладостную истому, вместо ярких вспышек девушка заглянула в глубину пустоты. Первым до девушки донёсся стук собственного сердца, наглухо застрявшего в горле, после она услышала тихий свист ветра и своё тяжёлое дыхание. — Нацу… — Да, милая?       Сначала герцогиня вздрогнула, а после тихо застонала, ощущая внутри себя горячий язык мужа. — Н-нет, п-подожди…       Вместо ответа розововолосый лишь сжал дрожащие бёдра, герцог медленно ласкал влажные складки, поражаясь тому, насколько сладкой была его жена. Руки плавно касались бледной кожи, будто самых тонких струн, мужской слух ласкали мелодичные стоны, которые были так схожи с мелодией золотой арфы. Женское тело вздрогнуло, как пожелтевший лист на ветру, когда к раскалённым губам присоединился влажный от смазки палец.       Из груди вырвался хриплый стон, и Люси с ужасом осознала, что сорвала себе голос. Как она завтра объяснит это королеве? Но эта мысль растворилась так же быстро, как кусочек льда в огне. Как только девушка почувствовала воистину потрясающую командную работу, она с силой сжала розовые пряди, в бреду слыша стон мужчины, и схватилась за изысканную резьбу на дереве, что украшала спинку кровати. Эта страсть сжигала всю реальность, каждую секунду на механических часах, при помощи которых блондинка могла считать минуты этих пыток. В ушах громко звенело, а чёткий контур деревянных цветов на резьбе постепенно размывался. Дрожащими бёдрами белокурая пыталась поднять себя на ступень выше к долгожданному блаженству, но мозолистые ладони слегка надавили на выпирающие тазовые косточки и прижали напряжённые ягодицы к прохладным простыням. — Открой глаза, Люси, — хриплым от возбуждения голосом произнёс Нацу. — Т-ты о-п-пять это сделал, — проскулила девушка, закусывая нижнюю губу, когда герцог с тихим причмокиванием соблазнительно облизал пальцы. — И что же я сделал? — ухмыльнулся Драгнил и опустился на локтях к покрасневшему женскому лицу. — Ты не дал мне взлететь к Раю, — прошептала она перед тем, как шершавый язык прошёлся по ране на щеке, которая уже успела слегка покрыться корочкой.       Конечно, он заставлял леди извиваться на кровати подобно дикой кошке, он с удовольствием смотрел, как слегка закрученные локоны прикрывали места с укусами, но это всё стоило ужасных страданий. Розововолосый был напряжён: мышцы на руках неприятно ныли, а пах и вовсе после каждого невинного женского касания призывал хозяина наконец отдать себя в руки похоти. — Хочешь это исправить, дорогая?       Невероятную силу пришлось приложить, чтобы поднять свинцовые веки и взглянуть на мужчину, что лишь одним видом стягивает низ живота в тугой узел. Люси не могла оторваться от прекрасного лица, что пленило своей чарующей силой. — Милая, я тоже считаю тебя настоящим сокровищем, — с нежной улыбкой произнёс розововолосый, аккуратно целуя припухшие уста.       Ощутив странную лёгкость, блондинка неохотно разорвала сладкий поцелуй, всё ещё касаясь горячих губ. Как только его белоснежные зубы исказились в дьявольской ухмылке, девушка тихо застонала, и головка возбуждённого члена коснулась её намокшей промежности. Дрожащие ладони покоились на мускулистой груди, а тело окутал прохладный ветерок, заставляя кареглазую слегка взбодриться и осознать, что сейчас она сидит на влажных, мужских бёдрах, в то время как Драгнил спиной упирался о спинку кровати. — Н-нацу? — вздрогнула герцогиня, когда мозолистые ладони сжали упругие ягодицы.       Одним резким движением мужчина вошёл в разгорячённое лоно, когда Драгнил наконец ощутил первую волну долгожданного удовольствия, ему стоило огромных усилий, чтобы не кончить прямо сейчас. Острые ноготки впились в его плечи, милое личико уткнулось в напряжённую шею, а остро торчащие соски коснулись влажной груди. — Давай, малышка, начинай двигаться, — хрипло простонал он, чувствуя, как вздрогнули женские плечи, — Не нужно бояться, просто двигай бёдрами… Да-да-а-а, именно так.       Девушка зажмурилась, не в силах сдержать тихого стона: его член находился глубоко внутри, и даже робкие, неумелые движения сводились к неописуемому наслаждению. Люси медленно выпрямилась, жар окутал всё тело, когда белокурая взглянула на лицо своего мужа: чёрные зрачки с еле заметным отблеском зелёного смотрели на неё сквозь опущенные ресницы, мускулистая грудь поднималась вслед за учащённым дыханием, а длинные пальцы сжимали её бедра, помогая с нужным направлением.       Несколько золотых локонов упали на покрасневшее лицо из-за быстрых толчков, что сопровождались тихими шлепками возбуждённых тел. Пышная грудь подпрыгивала вслед за движениями, которые с каждой секундой меняли свой ритм: кареглазая с удивлением отметила, что руководить процессом было восхитительно! Она медленно покрутила бёдрами, и мужчина вцепился в них мёртвой хваткой, издав при этом глухое рычание. Леди старалась не смотреть на герцога, который при каждой встрече глазами утаскивал её на самую глубину Ада. Герцогиня вспомнила свою верховую езду и старалась сделать всё так же искусно, что заставляло Нацу откидывать голову назад, резче насаживая блондинку на свой член, но лишь через пару движений эта чертовка меняла темп, и это доводило Драгнила до безумия!       С тихими стонами она прогибалась в спине, царапала мужские плечи и даже с ноющими от боли бёдрами не остановилась, о, Господь, герцогиня просто мечтала наконец раствориться в этом наслаждении! Неужели было так трудно помочь девушке добраться до Рая? Длинные волосы словно шаль покрывали её спину и касались ягодиц, щекоча фарфоровую кожу, как только Люси захотела сдвинуть этот золотой занавес, Нацу обхватил своей рукой тонкую талию и притянул женское тело к себе, полностью лишая блондинку возможности двигаться. Розововолосый взял бразды правления в свои руки: его бёдра двигались с невероятной скоростью, с каждым толчком он чувствовал напряжение и, прижавшись к покрасневшему ушку, слегка прикусил мочку. — Дорогая, давай дойдём до твоего Рая вместе? — его губы спустились вдоль шеи, смакуя сладко-солёный вкус. — Н-нацу, п-пожалуйста-а-а.. — простонала Люси и сжала мужа в своих объятьях.       Зажмурившись, леди громко выкрикнула имя герцога и обмякла в мужских объятьях, через пару секунд зеленоглазый глухо зарычал, излившись в девушку, ни на минуту не отпуская этого ангела из своей железной хватки. Драгнил сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешеный ритм сердца, и, лишь когда блондинка прижалась к нему ближе, герцог осознал, что забыл про все тщательные попытки быть осторожным: эта чертовка, оказывается, даже способна ослабить его бдительность. Нацу аккуратно приподнял дрожащее тело, укутал в помятую простынь и сгрёб в охапку этот соблазнительный кокон.       Сначала мужчина старался собрать кусочки разлетевшегося разума, но мысль о том, что он кончил внутрь, возвышалась над ним огромной каменной стеной. Нет, конечно, герцог задумывался о детях, однако это должно было произойти не сейчас, розововолосый хотел сделать это в более романтической обстановке и то через несколько месяцев. Однако если Люси будет носить под сердцем их ребёнка, он подрежет ей крылья, чтобы хотя бы девять месяцев прошли без приключений. — Люси, если ты ещё хоть раз подвергнешь себя опасности, я клянусь собственной честью, что мой гнев не сможет потушить даже сила нашей любви, — предупредил герцог, чуть сильнее сжимая женские плечи. — Я обещаю, что буду аккуратной, — это были последние слова перед тем, как веки сомкнулись, унося хозяйку в страну Морфея.       Утро настало слишком быстро, и время уже близилось к обеду, но никто так и не покинул свою пуховую обитель. Хотя первым проснулся Нацу: солнечные блики рассыпались по комнате, словно ночные светлячки, и некоторые из них метко попадали мужчине на лицо, но даже когда зелёные глаза поморщились от внезапной боли, герцог чувствовал себя слишком уютно и не в силах был сдвинуться хотя бы на миллиметр от прижимающейся к нему леди. Ноги были переплетены, а светлая макушка спокойно лежала на твёрдой груди. Розововолосому действительно нужно было встать пару часов назад, но этот семейный уют нацепил на него кандалы и просто не дал возможности освободиться от них. В дверь тихо постучали, и наконец появилась возможность разбудить этого спящего ангела. — Дорогая, — прошептал Нацу и убрал с лица одну непослушную прядь, — Люси, — чуть громче повторил он.       Мужчина тихо прыснул от смеха, когда девушка вновь закуталась в свои пшеничные локоны. — Вставай, нас уже ждут слуги, — он прикоснулся губами к бледному плечу, — Если ты не проснёшься, то огорчишь королеву.       Как и ожидалось, такое замечание сразу же пробудило в блондинке желание покинуть мир сновидений. Карие очи медленно взглянули на герцога, изумрудные глаза с теплотой наблюдали за ней, и это заставило леди попытаться унять своё разбушевавшееся сердце. Ожидаемая боль, которая пронзила горло девушки, дала о себе знать в тот момент, как только леди хотела поприветствовать своего мужа. — Я попрошу слуг принести чай с ложечкой мёда, — сказал Нацу и поцеловал слегка заострённый носик перед тем, как встать с кровати.       Люси следила, как герцог встал с кровати, и белоснежные простыни открыли его обнажённое тело. Лучи солнца прогуливались по каждому мускулу, по каждой царапине, оставленной в порыве ночной страсти. В небольшом железном тазике находилась вода, Нацу ополоснул лицо прохладной жидкостью, и, взглянув на леди, он повернулся к двери с зубной щёткой во рту. Прозрачные капли, стекавшие по смуглой коже, помогли скрутить низ живота слегка ощутимым возбуждением. Тело покрылось мурашками, и организм окатила сладостная истома лишь при одном взгляде на любимого: она никогда не замечала насколько красивые и длинные его бёдра, насколько упруги у него ягодицы, девушка могла поклясться, что видела такое телосложение только в книгах или на картинах аристократов, особенно пожилых. Очень многие старики слишком восхваляют себя, стараясь всеми способами подтянуть своё пузо и морщины хотя бы на художественном холсте. Герцогиня слегка передёрнулась от такого глупого сравнения, однако даже такие мысли не смогли заставить оторвать карий взгляд от мужчины. — Я могу подойти ближе, чтобы ты потрогала.       Если существовали сверхъестественные силы, то золотые локоны загорелись бы алым пламенем из-за резкого повышения температуры самой леди, а так же это смогло бы объяснить, как Нацу спиной понял, что она пристально его разглядывала. Из груди вырвался хриплый вздох, после которого леди сразу же поморщилась и протёрла ладошками глаза, чтобы опустить чёрный занавес на развратные мысли в её голове.       Как только золотые пуговицы на зелёном фраке были застёгнуты, мужчина аккуратно подтянул белые гольфы и взглянул на леди. Он чувствовал себя словно хищный зверь, что готов тут же отведать вкус своей жертвы: розововолосый приложил все усилия, чтобы не утонуть в мягкости тела блондинки, а терпение исчерпалось с невероятной скоростью, ведь молочную кожу прикрывала лишь одна тоненькая простынка. Наверное, Люси не знала, но его взору представился практически каждый укус и поцелуй, оставленные зеленоглазым на излюбленных местах. Шершавый язык смочил пересохшие губы, изумрудный взгляд в последний раз пристально рассмотрел белокурого ангела, и мужчина с лёгкой улыбкой покинул покои.       Двери в комнату с грохотом ударились о стену, после чего в помещение ворвалась Элизабет с очередным прекрасным нарядом. Длинное платье аккуратно висело на изгибе маленькой ручки, а все остальные части гардероба покоились на другом предплечье, и лишь пара туфель небрежно висели на двух пальцах. — Госпожа, доброе утро! — громко воскликнула камеристка, развешивая вещи на высокую деревянную ширму, солнце приветливо освещало искусно сделанную цветочную резьбу с отделкой перламутра, — Капитан Скарлетт скоро принесёт Вам чай. — Эльза? — удивилась блондинка, — Но она ведь не должна выполнять работу прислуги. — П-просто она вызвалась, — рыжеволосая вздрогнула от воспоминаний, когда герцог пронзил её тело своим холодным взглядом, — Н-но, госпожа! Через несколько часов будет суд, и Вам нужно собираться. — Ты как всегда очень активна, — заметила Люси, морщась от неприятной боли в горле. — Сегодня Вам нужно поберечь свой голос, говорите как можно чаще шёпотом, — камеристка помогла девушке встать и тут же натянуть тонкую сорочку.       Белые панталоны с обшитым кружевом были аккуратно завязаны на талии герцогини, Элизабет старательно заправляла длинную ткань, чтобы леди не путалась в ней при ходьбе. Как только низ сорочки был спрятан, служанка потянулась за фижмой и закрепила её чуть выше женского таза, после помогла блондинке аккуратно надеть длинную юбку, что прикрывала этот каркас.       В зеркале девушка видела лишь небольшие красные пятна, которые покрывали её кожу, и даже одежда прикрыла не все засосы на бледной коже. Кареглазая смущённо отвела взгляд, боясь представить, что о ней подумала рыжеволосая. Люси заметила, насколько красиво было сегодняшнее платье, она просто молилась Господу, чтобы под этим роскошным нарядом ни одно свидетельство сегодняшней ночи не вырвалось в свет.       Корсет туго сдавил женские рёбра, и казалось, что кожа плотно обтянула кости. Платье было цвета тёмной синевы, маленькие цветы с отблеском золота «прорастали» до самого декольте, что было чуть ниже ключиц. Рукава начинались с изгиба плеч, они были короткими, поэтому швея решила обшить края лёгким кремовым кружевом. Девушка взглянула в зеркало и мысленно обругала себя за то, что позволяла похоти взять вверх: некоторые засосы заменяли сегодняшнее колье. — Входите! — крикнула герцогиня, как только услышала стук в дверь. — Госпожа! — испугалась камеристка, когда Люси скривилась, схватив себя за горло, — Я же просила Вас! — Прости, милая, можно ли закрыть этот беспорядок на моём теле? — улыбнулась леди. — К-к-конечно! — покраснела она, — Я подберу Вам ожерелье, но я зайду без стука, хорошо? — предупредила Элизабет, — Поберегите горло, герцогиня, — взмолилась слуга. — Хорошо, — прошептала блондинка, провожая взглядом Элизу.       Эльза поставила жестяной поднос на стол и зачерпнула ложечкой вязкую сладость перед тем, как растворить её в ароматной чае. Скарлетт краем глаза рассмотрела свою госпожу, и она выглядела так, будто пережила падение в ядовитый плющ. Это сравнение вызвало едва заметную улыбку у капитана, ведь совсем недавно красноволосая носила парадную форму целую неделю. Было довольно-таки смешно наблюдать за королевой, которая с восторгом расхваливала девушку, думая, что высокий воротник и длинные рукава делают из Эльзы настоящего стража. — Много ли жуков тебя покусало? — насмешливо поинтересовалась обладательница фиалковых глаз, ставя фарфор перед покрасневшей леди. — Всего лишь один, — прошептала Люси, с радостью отмечая, что капитан разговаривает неформально.       По комнате разнёсся тихий смех, и герцогиня медленно отпила горячую жидкость, что сразу же одарила теплом каждую клеточку её тела. Кареглазая поднесла ложку с мёдом к своим губам и медленно слизала сладкий янтарь, держа его во рту. Скулы начинало сводить, как только горло объяло сахарное наслаждение. — Ты просила узнать кое-что для сегодняшнего суда, — напомнила Эльза, привлекая внимание госпожи, — Как только будешь готова, то я приведу к тебе их.       Люси с благодарностью кивнула, откинув длинные волосы назад. Элизабет влетела в комнату с золотым колье в правой руке, холодный металл коснулся кожи, и блондинка взглянула на своё отражение, ведь сейчас она ощущала себя в полной гармонии: пышное платье прекрасно сидело на её фигуре, туфли не сдавливали маленькую ножку, а распущенные пшеничные волосы создавали образ прекрасной принцессы. — Спасибо, Элизабет, можешь быть свободна.       Камеристка поклонилась и покинула комнату, оставляя госпожу на попечение Эльзы. Капитан удалилась вслед за слугой. Леди задумчиво обводила узоры на фарфоровой чашке, после чего перешла к резьбе на столе, острые ноготки с тихим шорохом прогуливались по вырезанным завиточкам на красном дереве. Сейчас нужно вновь вести себя хладнокровно и жестоко, но блондинка начинала уставать от этой тяжёлой свинцовой маски, ей так хотелось вернуться обратно в особняк, повидаться с Гвен и Хеппи. А Грейси? Девушка чуть не подавилась слюной лишь от одного воспоминания ароматной еды, приготовленной ею, а какой глинтвейн варит эта женщина! Будто сам Дионис наделил повариху таким даром! Люси блаженно прикрыла глаза, вспоминая большую библиотеку, которая постоянно манит леди этим чудесным запахом книжных страниц, это место действует на неё так же, как мечи на рыцарей, это притяжение не сможет объяснить даже самый выдающийся учёный.       Тихий стук в дверь отвлёк девушку от тёплых воспоминаний, поправив подол своего платья, она разрешила гостям войти. Светловолосая держала в руках маленькое блюдце с горячим фарфором и безразлично взглянула на испуганных слуг, которые сразу же припали к её ногам. — Что же вы собрались поведать мне? — с усмешкой поинтересовалась Люси, стараясь скрыть свой хриплый голос. — В-ваше Святейшество! — кричали они на коленях, — Вы так прекрасны! Вы самая мудрая леди после королевы в этой стране, — расхваливали её служанки, не переставая постоянно брызгать своими слюнями.       Как только герцогиня смогла по лучше разглядеть лица прибывших, то она тут же откинула их ногой назад так, что с тихим вскриком служанки приземлились на свои юбки. Лица были измазаны грязью, но девушка прекрасно помнит этот взгляд, Люси раскрыла кружевной веер и прикрылась им, оставляя лишь холодный карий взгляд. — Вы те служанки, которые не вступились за моего коня возле загона, хотя прекрасно знали кто его хозяин? — грозно спросила светловолосая, стараясь изо всех сил не скривиться от пронизывающей боли в горле. — Н-нам так жаль, м.. — И вы пришли ко мне, чтобы просить об услуге? — продолжила она и резко закрыла складное опахало, чтобы гостьи смогли лицезреть хищный оскал, — Наверное, ваша информация очень важна, не так ли? Представьтесь.       На неё испуганно взглянули две пары глаз. Леди никогда не осуждала людей за их внешность, но почему-то сейчас блондинка не хотела смотреть на жёлтые зубы, она не хотела обращать внимание на неприятный запах, что исходил от них, Господи, ведь именно так воняет лошадиный навоз. Конечно, было понятно, что служанок держали под стражей, но всё равно герцогиня впервые чувствовала себя настолько мерзко.       Первой представилась пухлая женщина с короткими каштановыми волосами, её зовут Бабс. Светлые бровки сдвинулись к переносице, и герцогиня со скучающим видом отвернулась к окну, мечтая услышать пение птиц, а не лживую лесть, что сейчас разносится по комнате.       Вторую звали Деб, это была очень худая седоволосая горничная. Люси всегда была терпелива, этому её обучала Анна: «Держи эмоции в себе, не давай окружающим прочитать тебя, как дешёвую книгу», но сейчас в ней закипал гнев, кажется, блондинка всё лучше понимала, что чувствует Нацу, когда злится на неё. — У нас есть ценная информация, — начала Бабс, — Мы её расскажем Вам, но и Вы помогите нам сохранить работу, Ваше Святейшество. — Ты ставишь мне условия? — раздражённо переспросила герцогиня, поднимая острым носком туфли её подбородок, —Если ваша информация будет так ценна, то я подумаю над этим предложением, — слуги начинали злиться, а обладательница карих глаз лишь отпила горячего чая и слегка склонила голову набок, — Или же вы хотите, чтобы я отхлестала вас на глазах у всего замка?       Эта фраза сразу же произвела впечатление на женщин, а Драгнил лишь тихо постукивала ноготками по красному дереву, ведь если ты поможешь фортуне повернуться к тебе лицом, то сможешь разыграть карты таким способом, чтобы получить шанс владеть этой игрой.       Огромный зал был практически пуст, тёмные тучи за окном лишали солнца хотя бы немного прогуляться по высоким стенам и блестящему мрамору. В помещении присутствовали только несколько советников, стоявших возле высоких колонн. Лексус приказал посадить рядом с собой герцога, который поможет вынести правильное наказание с точки зрения гражданина, который не связан кровью с королевской семьёй.       Сомнения прорастали гущей в разуме мужчины, розововолосый понимал, что Дреяр не сможет вынести справедливый приговор из-за тесной связи с Агнесс, и чем быстрее время близилось к суду, тем больше он осознавал, что кузина короля может вновь выбраться сухой из воды. — Лексус, какое наказание ты выбрал для неё? — спросил Драгнил, кивая в сторону пришедшей. — Я не знаю, Нацу, — выдохнул мужчина, — Она моя сестра, но для казни слишком мало доказательств, а для изгнания нет весомых аргументов, её постоянно находили пристыженной твоей женой, мой милый друг.       Это было серьёзное обвинение в сторону Люси, но герцог лишь скрыл ухмылку, которая показывала, насколько он был горд этой маленькой леди, ведь она наконец разбудила своих демонов. Однако Его Высочество был прав, если за брюнетку вступятся советники, то это можно считать удачей, ведь ей удалось спастись из пасти голодных волков.       Нацу с презрением осмотрел Агнесс, она пришла в скромном платье и с растрёпанными волосами, это несомненно повлияет на первое впечатление всех присутствующих здесь людей. Пусть лицо оставалось серьёзным, но в этих глазах читалось лишь презрение и гордыня, такие люди никогда не изменятся даже перед самой смертью. — Да начнётся суд! — крикнул король и пригласил кузину жестом пройти на середину зала, — Агнесс Дреяр, у Вас есть последний шанс поведать нам правду. — Ваше Высочество, — всхлипнула девушка, падая на колени, — Я не понимаю в чём меня обвиняют, ведь я всегда верностью служила Вам, — она подняла заплаканные глаза, — Н-но В-вы обвиняете меня в том, чего я не совершала! Я никогда не оскорбляла Её Высочество, а герцогиня Драгнил? Я с почтением отношусь к столь важной гостье в Вашем доме.       Брюнетка вела собственную игру, и стоит признать, такой театр был по душе всем, кто наблюдал за ним. Она обвела взглядом советников, с удовольствием осознавая, что Игнила нет. Ох, если бы этот старикан присутствовал здесь, то даже в дикой истерике он смог бы распознать ложь, тем самым сжигая продуманный сценарий сегодняшнего дня. — Герцогиня была жестока, Ваше Величество, — она взглянула на советников, демонстрируя синюю полосу от хлыста, — Она ударила меня в саду, и королева была свидетельницей. — Это правда, Ваше Высочество? — спросил один из советчиков. — Да, но Люсьена вступилась за меня, когда кузина Его Высочеств..... — Мне очень жаль говорить это, но та женщина полна жестокости,— перебила её девушка.       По помещению пронеслись удивлённые вздохи, Агнесс ликовала от того, что смогла сломать эту жалкую блондинку в глазах у столь важных людей. — Это клевета, Ваше Высочество, кому как не мужу знать, что его жена сама невинность? — спросил Нацу, холодно всматриваясь в застывший силуэт перед собой, — Я не потерплю оскорбления в адрес моей семьи, если Ваша кузина ещё раз оскорбит мою жену, я буду вынужден просить эту леди ответить за свои слова.       Брюнетка не могла пошевелиться из-за слов герцога, да как он смеет прерывать её, когда она была так близка к тому, чтобы расположить советников к себе! Руки сжали в кулак подол коричневого платья, который большим кругом осел возле неё. Разум никак не мог найти ходы отступления, и брюнетка решила пойти другим путём.       Из груди вырвался ужасно громкий хрип, и двоюродная сестра короля обхватила горло ладонями, обессиленно рухнув на пол, глотая лживые капли слёз. — В-в-видете, это герцогиня перевязала мою шею кожаным хлыстом, — прохрипела она, смотря в глаза королю, — Ваше Высочество, смилуйтесь. Ночью меня мучают кошмары, каждый раз я просыпаюсь в холодном поту, — девушка подползла к Лексусу, — Пусть меня покарает Господь, если я соврала Вам, Ваше Высочество, — её губы коснулись королевской обуви.       Все эти действия были настолько хорошо продуманы, что Кана испуганно смотрела на брюнетку: в ней не осталось ни капли человечности, лишь жалкая алчность, которая губит её с каждым днём. Королева взглянула на мужа и почувствовала во рту отвратительный вкус горечи: он смотрел на Агнесс не как на преступницу, а как на любимую сестру. Дреяр знала, что будь здесь Игнил, он бы принял решение с первых лживых слов этой мерзавки. Фиалковый взгляд встретился с глазами чистого изумруда, и ощутимые искры страха начали превращаться в неконтролируемый пожар.       Чувства никогда раньше не брали верх над мужчиной, оперевшись подбородком о свою руку, Драгнил следил за каждым движением этой девки. Сейчас это всё больше походило не на суд, а на жестокую охоту, и с каждой минутой герцог желал скрутить шею кузине короля так, чтобы та боль, которую она испытала, была равноценна лжи, что вылетает из этого гнилого рта каждый божий день. — Слов мало, моя дорогая кузина, — заговорил блондин, — Мне нужны доказательства, что ты действительно не причиняла вреда моей жене и будущему ребёнку. — Я понимаю Вас, — она встала и повернулась к двери, — Пожалуйста, впустите её!       Тихий стук каблуков эхом раздавался по комнате, синее платье изящно скользило по фижме, пшеничные волосы волнами спускались с острых плеч, герцогиня взглянула на виновницу, что стояла чуть ниже самого короля, и с широкой улыбкой её голова склонилась в знак приветствия. — Приветствую Вас, Ваше Высочество, — блондинка присела в глубоком реверансе, — Мне очень жаль, что я заставила короля и королеву ждать. — Поднимись, дитя, — скомандовал Лексус, смотря на реакцию Драгнила, который также удивлённо разглядывал свою жену, — Кто стоит позади тебя? — Это Эльза, Ваше Высочество… — Нет же, две женщины, — Дреяр обратил внимание на Агнесс, — Это твои свидетели? — Нет,— нахмурилась она, узнавая своих горничных. — Это мои свидетели, Ваше Высочество, — объяснила леди, — Мне очень жаль об этом сообщать, но Агнесс Дреяр…— герцогиня сделала небольшую паузу, демонстративно отводя взгляд. — Договаривай, — приказал блондин. — Мне так жаль, — слёзы скатились по покрасневшим щекам, — Н-но Агнесс Д-дреяр предала Англию, — всхлипнула она и повернулась к советникам, утирая солёные дорожки на коже. — Это очень громкое заявление, Люсьена, — нахмурился король. — К сожалению, у меня есть доказательства, — прохрипела девушка, поворачиваясь к капитану, —Эльза, поднеси документы, — попросила белокурая, — Вы можете начинать, — она взглянула на служанок и, прикрыв лицо платком, подошла к высокой колонне.       Нацу вслушивался в каждое слово, боковым зрением замечая всю ярость на лице короля. Лексус медленно поднялся с трона, возвышаясь над девушкой, словно каменная стена. На него смотрели глаза, которые потонули в болоте страха и ужаса, за окном ярко сверкнула молния, послышался первый раскат грома, его ладонь грубо схватила смоляные волосы и потянула на себя. — Сегодня тебя покарает не Господь, а твой повелитель, — выплюнул блондин, скидывая её со ступенек, — В темницу её, завтра на рассвете состоится казнь! И сейчас же соберите всех чиновников, нам нужно обговорить всё, что эта крыса смогла рассказать.       Злость, гнев, отчаяние и даже страдание — всё это герцог смог увидеть лишь в одной невинной Агнесс. Он оскалил свои белоснежные зубы и прошёлся рукой по розовым прядям, кто бы мог подумать, что кузина Его Высочества успешно минует волков, но не сможет избавиться от маленькой чёрной кошки, которая изящно перебежала ей дорогу. Мужчина посмотрел на хрупкую леди в пышном платье, женские пальцы медленно утирали слёзы, а советники с сочувствием смотрели на дрожащую девушку. — Мой маленький невинный дьяволёнок, — прошептал розововолосый и взглянул на успокоившуюся герцогиню, встречаясь с радостным блеском в карих глазах.

Кто умеет внушить, что он не очень хитер, тот уже далеко не прост. Ж. Лабрюйер