Сказание о демонах и героях

Повелитель демонов неудовлетворенно нахмурился, бросая раздраженный взгляд на пятно, располагающееся на гладких камнях площади в столичном городе. Совсем недавно это было тем, кто осмелился напасть на принцессу. Принцессу, которая, Марс возьми, была похищена им! А значит, что по всем канонам, только он, сильнейший демон с нечистыми помыслами и кровожадностью в каждом волоске, может причинять ей вред! Ну что за дела, конечно, были некоторые книги, в которых похищенной приспешники главного злодея наоборот помогали (за что их потом под трагические слезы убивали/спасали от смерти), но — ни одной! — ни одной, в которой на девушку поднимали руку без приказов. Конечно, блондинка будет раздражена чьей-то мучительной гибелью — такое совсем никуда не годится, глупые демоны! — В замок ее. И позаботься, чтобы она не сделала ни шагу без твоего присмотра и не вздумала покидать дворец. — Мрачно скомандовал Властитель, как-то грубо бросая бледную, содрогающуюся в рыданиях Мираджейн Вирго. Последняя поклонилась, торопливо впитывая тьму вокруг себя, которая улетучилась в тот момент, когда пришла пора атаковать нападавшего — при этом болотистые глаза горничной потемнели. Она прижала к себе присмиревшую принцессу, медленно растворяясь в тени под собой: Дева имела один замечательный навык, который заключался в том, что та могла буквально путешествовать под землей на различные расстояния и места. — Я скоро буду, но надо разобраться с теми, кто портит мне всю мою задумку. — Хищно оскалившись в улыбке, из-за чего глазеющие на недавнее зрелище демоны в ужасе отшатнулись, Люси с надрывным треском выпустила свои крылья. Те были покрыты какой-то слизью, которая на глазах засыхала, становясь непробиваемой броней. Послышался хруст костей — золотые волосы сильнейшего в Инферуме мотнулись вправо-влево в то время, как он размял свою шею. Дело предстояло совсем легкое — ну что стоит Повелителю демонов отследить кого-то или что-то, когда у него есть кровь того, кто связан с предметом поиска? Словно пальцами щелкнуть. Крылья были одной из слабейших частей демонов, особенно те, что только высвободились. Чем больше они пробывали во внешнем мире, тем крепче они становились — и подобное бесстрашие со стороны кого-то являлось либо доказательством глупости этого демона или же, как полагается, силы. В самом деле, мало кто решался обнажить эту свою часть тела и Властитель был единственным на площади, кто имел этот атрибут. Впрочем, сейчас Люси уже взмыла в воздух, глубоко вдыхая, чтобы впитать запах своей цели. Он приведет ее точно к нему, вне сомнений, стоит только полететь за причудливой вязью, которая тянется далеко-далеко. Карие, и так темные глаза, становятся залиты мраком. Повелитель демонов не допустит, чтобы его планы срывали какие-то слабые вши. Если нет силы бороться прямо — замолкни в своем углу и сноси все, что тебе не нравится. Презренные ничтожества. Полные губы демона раздвигаются в благодушной улыбке, где не было доброй воли ни грамма. Хотите поиграть в прятки и салки? Хорошо. Но ценой проигрыша станет жизнь, как вам подобная ставка? Конечно, сильнейший демон знал, что может крыться за всем этим происшествием — и то, что ранее из-за их мизерности на них закрывали глаза, не означает, что сейчас их минует участь стать фаршированным мясом с кровью для ее церберов. Собачки очень любят свежатину, так почему бы и не дать им самим возможность поохотиться? Мысли будоражат жестокую душу и златовласый демон с нетерпением, облизывая свои губы в предвкушении, ждет предстоящего зрелища, разрезая в стремительном полете до цели темные небеса на две половины. В то же время, где-то в Инферуме, в странной комнате, где нет ни единого освещения, группа демонов чертыхается, сетуя на проваленный план. Они не знают о надвигающейся опасности, но один из их компании, обладая превосходной интуицией, спешит покинуть место собрания — золотистый огонь возгорается прямо на его месте, мгновенно освещая обезображенные злобой и негодованием лица других демонов. Оставшиеся не нашли ничего странного в поспешном удалении одного из их сторонников — раздосадованный, он, конечно, пойдет вымещать где-то гнев и корректировать их планы, для успешной реализации последних. Стоило много поработать для общего блага.

***

Лисанна раздраженно стучала своими изящными пальчиками по стене — ей уж совсем не нравилось, как к ней прямо сейчас относились. Вторая принцесса не была искушена в придворной жизни, не заразилась от нее грязью, но ее собственный, весьма капризный характер, полученный из-за того, что она являлась младшим отпрыском королевской семьи, немало портил жизнь всем вокруг. Лишь для своих любимых родственников она была словно невинный цветок, словно те и не видели ее испорченного характера. И теперь какой-то мужчина (так еще со шрамом в придачу, будь тот без него, смотря на смазливое лицо, девушка еще отложила бы свое негодование!) смотрел на нее с такой яростью, что словно еще миг — и растерзает ее на мелкие-мелкие куски. Прозвучал неприятный для чувствительных ушей лязг оружия — и меч, до этого мирно располагающийся в своих ножнах, направил свое острие прямо под подбородок принцессы. Штраусс яростно-неверяще уставилась в чужие глаза — это… как понимать?.. Она — принцесса, как смеет какой-то человек наставлять на нее оружие?! Нежная кожа ясно ощущала хладный металл и остроту. Дернувшись, девушка оставила на своей шее тонкую царапину, из которой тут же потекла алая кровь, устремляясь к ткани светло-зеленого платья, чтобы безнадежно испортить его. Лисанна, словно завороженная, проследила этот путь, чтобы затем тут же поднять свои синие глаза на мужчину. — Да как вы… — она прочистила горло, так как от шока ее голос сел, — до как вы смеете обращаться так со второй принцессой? Стража! — Голос девушки набирал обороты, пока она говорила, под конец раздаваясь уже по всему дворцу. Явно ошеломленный Грейвс неловко замахнулся, из-за чего острие меча углубило недавнюю царапину. Светловолосая блондинка зашипела разъяренной кошкой от боли, вмиг отводя шею от опасного оружия. Тут же Император почувствовал удар в промежность, который практически лишил его дыхания от неприятных ощущений — в отличии от своей сестры младшая Штраусс являла собой образец мятежной персоны. Это было неудивительно, ведь ей практически все сходило с рук, поэтому и надобности снижать свой темперамент у красавицы не было. — У Фиора… две принцессы?.. — Прохрипел Грейвс, держась за пострадавшую часть тела. Лисанна высокомерно фыркнула, с негодованием развернувшись, только за тем, чтобы подобрать упавший меч императора, который… в то же мгновение угрожающе навис над своим владельцем. Руки младшей в королевской семье не дрожали вообще — оружие было непоколебимо, словно до этого множество раз было в этих аккуратных ручках. — Не знаю, уж почему вы не знаете личность той, на кого напали, — ядовито ответила девушка, тряхнув плечами, — но за это вас ждет очень суровое наказание. — Ей приходилось держать меч на весу, ведь шея, уязвимое место нападавшего, находилась для нее слишком высоко, поэтому гневно блестящие глаза отражались на отполированной стали. Конечно, покушения на королевских персон совершались очень часто — и пусть Лисанна не была представлена пока к двору (к вящему неудовольствию ее самой) и о ней знало лишь малое количество людей, такие белоснежные волосы и пронзительные глаза встречались лишь у представителей королевской династии, являясь отличительной чертой. Уж кому из мятежников не хочется погрузить страну в хаос убийством одного из правящей семьи, чтобы после использовать это в свою пользу? Лисанна не особо различала плюсы и минусы в подобных ситуациях, но она уже переживала покушения — поэтому ее действия были тверды и игра в незнайку с ней никак не могла прокатить. Послышался топот многочисленных людей вкупе с бряцанием обмундирования, в самом деле, прошли лишь какие-то секунды после ее прозвучавшего крика. Адреналин в крови заставлял время течь медленнее, искажая временные рамки. Принцесса была очень горда собой — она проделала хорошую работу, не растерявшись в момент опасности. И пусть преступник смотрит так… странно (словно насмехается над ней, анализирует что-то и в то же время сожалеет), она улыбалась гордо — с такими действиями она определенно заслужит право на выход в город хотя бы. Виднеется встревоженное лицо Эльфмана, ее любимого брата, который несется к ней. Младшая Штраус облегченно улыбается — все же, было страшно, но теперь братец здесь, значит, все будет хорошо!.. Но по мере того, как принц видит сложившуюся ситуацию, его лицо становится белее. И синеглазой красавице вовсе не нравится это выражение лица.