Плюшка в моём теле

Кофе. Яркий терпкий запах заполнил помещение. Вдох. Выдох. Юнги ни с чем не спутает свой любимый напиток. Он не знает где находится источник запаха, но открывать глаза, чтобы это выяснить, слишком лень. Ещё наверняка ранее утро (на самом деле нет, но кто ему это скажет). За кофейным запахом последовал приторный аромат. Выпечка. Шуга сквозь сон поморщился и перевернулся на другой бок. Он никогда не любил сладкое на завтрак. Мин оказывается на краю кровати и ему в нос сразу ударяет морской бриз — его любимый одеколон. Сонное сознание подсказывает ему, что скорее всего это Чимин. Но вставать так не хочется… Резко он чувствует какое-то мягкое касание к своим губам. Это было настолько мимолётно, что он почти пропускает это движение. Но прикосновение было приятное… Он хмурится. Что за…? Щелчок. Он открывает глаза и сразу щурится от дневного света. Чимин сидел на полу справа от его кровати, нависая над Шугой. Собственные черты лица изогнулись в удивлении. Мин моргает. В горле пересохло. Вдруг сформировать вопрос для него стало непостижимой ношей. Подсознание начало подкидывать картинки того, что только что произошло. Уши, не заметно для него начали краснеть. Он смотрит на правую руку младшего и замечает телефон с включенной фронтальной камерой. Моргает ещё раз и видит, что во второй руке у Пака пончик. — Что ты сделал? — пищит Юнги охрипшим голосом. Пищит от смущения, хрипит от сна. — М? Пончик, — просто произносит Чимин. Глупо насколько обыденно это было сказано. Шуга поднимает одну бровь и моргает ещё раз. Он облизывает губы. На языке остаётся привкус сахарной пудры. Это был… пончик? В один миг он почувствовал как сильно нагрелась у него шея, явно покрывшись красными пятнами. — Ты… гхем-гхем, — откашливается Мин. — Ты сделал фото? — медленно до него доходит. — Да, — Чимин улыбается ему нежно, что аж дёсна видно. Нежно? Откуда взялось это прилагательное? — Ты же говорил, что мы сегодня сделаем одно. — Говорил, — Юнги меняет положение на сидячее. — Но не тогда же, когда я ещё не проснулся, — ворчит он. — Я не могу упустить шанса запечатлить своё сонное лицо, — это было произнесенно так мягко и мило… Мило?! — А зачем мне пончик совать в рот? — Шуга пытался звучать естественно, как ни в чём не бывало. Но он до сих пор чувствует как горят уши. — Чтобы ты проснулся, — снова улыбка. У Юнги что-то кольнуло внутри. Почему Чимин ему так много улыбается? Зачем? Это слишком для его иммунитета. Он не отвечает. Вместо этого Мин оглядывается и замечает на тумбочке чашку кофе и вышеупомянутые пончики в сахарной пудре. Это так… приторно. Нет, не сам завтрак. А вообще его наличие и тот факт, что принес его именно Чимин ему в кровать. На губах непроизвольно появляется улыбка. Сонная такая, но искренняя. Это трогательно — думается Шуге и он пытается спрятать улыбку в ладонях. Но от Пака ничего не скроется. — Ты смущён? — младший звучит не самоуверенно и он не ухмыляется, спрашивая это. Да. И ещё как. Но Юнги не находит в себе силы признаться в этом и испортить атмосферу своим дрожащим голосом. А он явно дрогнет. Ведь атмосфера такая уютная. Почему-то слово «уют» очень легко ассоциировать с Чимином. Даже если он в теле угрюмого Мина. Шуга не развивает эту мысль, боясь новых ощущений. Он убирает ладони от лица и переводит взгляд на радостного тонсена. И да, он до сих пор не знает, что сказать кроме: — Я сначала в душ, — Юнги неловко улыбается и вылазит из кровати. Чимин понимающе кивает и продолжает лыбиться. Какое же хорошее у него настроение с утра. Путь от комнаты до ванной очень короткий и то его Шуга не запомнил. Его мозг ещё не раздуплился. Но уже находясь под прохладными струями воды, сознание начало проясняться, а в голове появлялись картинки вчерашнего вечера. Это что вчера было? Что-то невероятное так точно. Он с Чимином хорошо пообщался и они поставили ну уж очень много точек над «и». И от этого так легко на душе. Изнутри так приятно греет. Шуга невольно улыбается. Нужно было всего лишь поговорить? Правильно говорят, что не существует ничего такого, чего бы честность не исправила. А ведь казалось, что их отношения уже ничего не спасёт. Рад ли Юнги, что он открылся младшему? Н… Да. Определенно. Был бы Мин умнее и смелее, то сделал бы это раньше. Сейчас ему конечно сложно представить, как будет развиваться дружба с Чимином дальше. Но он готов рискнуть. Он готов впервые за долгое время довериться кому-то. Выходя из душевой кабины, Шуга обматывает полотенце на бёдрах и неосознанно его взгляд цепляется за зеркало напротив. В отражении у Чимина волосы слегка влажные и чёлка немного спадает на глаза. А сами глаза уставшие и прищуренные. Губы опухшие от сна и такие розовые-розовые. Красивые… По тонкой шее и острым ключицам стекает вода вниз по загорелому рельефному прессу… Юнги резко отводит глаза и прикусывает губу. Сколько бы не находился в его теле, всё никак не привыкну — раздражённо он думает и берёт Пакову зубную щётку. Закончив с водными процедурами и переодевшись, он никак не может проигнорировать красную физиономию Чимина в отражающей поверхности. Лицо с нейтрального меняется на недоуменное. Да что это такое. Он цокает языком и выходит из ванной. Пак встречает его на том же месте — на полу. Он поворачивает голову на щелчок двери и Юнги замечает, что Чимин проводит его взглядом. Он наблюдает за каждым движением и всматривается в лицо Мина. Встретившись взглядами, Пак улыбается и его глаза от этого превращаются в полумесяца. Шуга недоуменно смотрит на него в ответ и направляется к кровати. Сев на неё, Юнги берёт чашку с кофе, чтобы избежать неловкого молчания, которое точно появиться. Ведь он не знает как комментировать изменения в младшем, Чимин выглядит искренне счастливо сейчас. И это из-за меня? Из-за нашего разговора? У Мина слегка дергаются верх уголки губ, которые он сразу прикрывает чашкой. Ему нравится мысль, что это именно он изменил настроение Чимина в лучшую сторону. Вчера он в полной мере осознал сколько боли приносил младшему по сей день. Но с этого момента всё изменится. Теперь он знает насколько сильно его действия отражаются на Чимине. И сейчас Юнги видит этому подтверждение. — Хён, тебе нравится мой сюрприз? — доказательством служит то, как глаза Чимина блестят и немного расширяются, когда он смотрит на него. Шуге хочется сравнить Пака с щеночком, потому что он смотрит так преданно. И это даже умиляет его. Сейчас Мин даже не удивлен своим выбором глагола, он действительно чувствует умиление. — Да, — кратко отвечает Шуга и легонько улыбается. Чимин всегда искренен с ним и Юнги продолжит взамен говорить ему о том, что он чувствует. По-тихоньку, маленькими шажочками. — Я рад! — ему даже не нужно было отвечать, на физиономии Шуги прекрасно видно всё, что чувствует Чимин. Сейчас смотреть на себя Юнги было непривычно как никогда, потому что Пак светился изнутри. И Мин зажмурился, приподнося чашку к губам. Из-за этого он пропускает, как улыбка Чимина пропадает. — Хён, — снова позвал Пак, заметно робея. Его спина уже не прямая, а плечи явно опустились. — Я знаю, что слишком рано обращаюсь к тебе с этой просьбой, но… — он перебирает свои пальцы, а потом резко сцепляет ладони на коленях, поднимая на Юнги извиняющийся взгляд. Старший смотрит на него в упор и выгибает бровь, напрочь не понимая что от него уже хотят. — Ты не мог бы сейчас пойти и помириться с Хоби-хёном? — на одном дыхании выпаливает Чимин, продолжая держать зрительный контакт, но не смотря на это, в голосе чувствуется неуверенность. Шуга пару раз моргает и пытается понять не послышалось ли ему. Как для зрелого человека, он тупит уж слишком часто. То ли это просто утро на него так влияет, то ли он привык неоднократно отрицать реальность. Сонное сознание окончательно просыпалось, прямо пропорционально смысл чужих слов начал доходить до него. — ЧТО?! — выпалил Юнги, как только все кусочки пазла сложились (фраза Чимина не являлась пазлом, она была выражена предельно четко, просто Шуга усердно не хотел верить тому, что услышал). — Не, не, не, не, Чимиииин, — старший замахал перед собой руками, — я не могу. — Почему? Ты же обещал, — Пак встаёт с пола и садиться на кровать напротив Мина. Он не звучит упрекающе, его тон ровный и тихий. — Разве я не сказал «как-нибудь»? — Юнги спрашивает нерешительным голосом и пододвигает ноги к своей груди, он кладёт на них еле заметно дрожащие руки, смотря куда угодно, но не на Чимина. — Я не лучший в коммуникации. Мне нужно морально подготовиться пару дней. — Шуга-хён, — младший успокаивающе обращается, пододвигаясь немного ближе, пытаясь заглянуть Юнги в глаза. — Сейчас лучший момент извиниться. Чем больше ты отягиваешь это, тем более неловко ты будешь себя чувствовать, поднимая эту тему спустя несколько дней. Поверь мне, — и Чимин в который раз за это утро улыбается, но сейчас его улыбка выглядит виновато. И Шуга может даже и улыбнулся бы в ответ, ведь слова Пака неведомым способом успокаивали, передавая своим значением опыт младшего. Но не всё так просто… По крайней мере так кажется самому Юнги. Не один мускул ещё не успел дрогнуть на его лице, как обвинения летят в сторону младшего: — Да ты используешь меня, — он скривил губы в отвращении, неосознанно отодвигаясь от Чимина подальше. — И завтрак был, чтобы задобрить меня. — Выпаливает Мин своё предположение. — Воу воу, — глаза Чимина комически расширяются и он оборонительно поднимает руки. — Всё не так. Избавься уже от привычки поспешно принимать такие радикальные выводы. — Юнги ему не верит и в ответ только хмурится, обнимая себя руками. — Я могу извиниться за то, что сразу не рассказал правду столько раз сколько хочешь. Но это не отменит того факта, что сердце хёна вчера разбил именно ты. — Да знаю я, — Шуга пораженно закрывает лицо руками. Ему безумно стыдно за это и он не знает как смотреть Хосоку в глаза как прежде. И его раздражает, что умиротворенная атмосфера утра, которую сам Чимин же и создал, разрушилась стоило этому разговору начаться. Он непроизвольно тяжело вздыхает. — Но я не могу… — Почему? — Пак немного наклоняет голову и звучит любопытно. Потому что я понимаю, что чувствует Хосок? Потому что я знаю каково иметь разбитое сердце? И я знаю каково это, когда всё сводиться банально к тому, что ориентацию человека не изменить… Юнги качает головой, он считает, что Чимину слишком рано об этом знать. Маленькими шажками — он себе напоминает. — Как я вообще должен это сформулировать? — вместо этого спрашивает Мин, принимая свою участь. Всё же Чимин прав, что чем раньше, тем лучше. — «Прости, что не чувствую того же самого»? — Ну нет, ты должен извиниться конкретно за резкость. Добавь, что был очень уставшим и на эмоциях, — Пак позволяет ему сменить тему за что старший ему благодарен. Но Юнги кажется, что своё поведение обычным «устал» сложно оправдать, но он не может подобрать правильное слово. Он же не приревновал Чимина в конце концов… Младший вдруг накрывает сложенные руки Шуги своей ладонью, что последний вздрагивает от неожиданности, но тем не менее это сразу срабатывает как какое-то заклинание на нём. Пусть они не принадлежат телам, в которых находятся, но с недавних пор (со вчера) Юнги понял, что это не мешает прикосновениям Пака быть утешающими. — И постарайся, пожалуйста, успеть до того как мы уедем на радио. Шуга молча кивает, смотря Чимину в глаза. Какое-то неведомое чувство снова заставляет согласиться с Паком.

***

Юнги стоит перед дверью в комнату Хосока и считает до десяти, чтобы успокоиться. «Это будет мега неловко» — думает он и набирается храбрости, чтобы постучать. После какого-то неразборчивого голоса за обратной стороной, дверь открывается и перед Шугой стоит полностью собранный и причесанный Чон. Когда он понимает кто именно стоит перед ним, то его уголки губ резко падают вниз, а брови непроизвольно хмуряться. Он тут же опускает взгляд и, не говоря ни слова, просто пропускает Мина внутрь. — Доброе утро, Чимин, — притворно спокойно приветствует Хосок. Он закрывает дверь и становиться в самую неестественную для себя позу: руки по швам, а ноги на уровне плеч. Юнги замечает это и пытается не отзеркалить нервозность собеседника (по крайней мере внешними факторами, потому что его дрожащие руки говорили сами за себя). — Доброе, — такая же напускная невозмутимость. Он сцепляет свои руки за спиной и пытается стоять как можно непринужденее. — Хён, я перейду сразу к делу. Я хочу извиниться, что вчера был слишком резким. Это всё усталость, — тараторит Шуга, не смотря в глаза Чона. Это единственное, на что он сейчас способен: повторить то, что ему сказал Чимин — фразу, которую он уже успел заучить, репетируя её у входа в комнату. Юнги сильнее сжимает ладони за своей спиной, чтобы прекратить дрожь. Успокойся… — раздраженно он думает. — Чимин, это ты меня прости, — Хосок же в свою очередь пытается установить зрительный контакт, но у него не выходит. А Юнги и не нужно смотреть на Чона, чтобы понять, что тот искренен. Он слышит вздох Джей-Хоупа, который прекратил свои попытки заглянуть ему в глаза и краем глаза видит, что Хо садиться на свою кровать. — Я не знаю, что на меня вчера нашло. Я признаю, что поступил совершенно ужасно и что твоя реакция была ожидаемой, — он прячет лицо в своих ладонях и следующие слова звучат приглушенно, но раслышать их возможно. — Я до последнего думал, что у меня есть шанс. Хах, моё второе имя всё же «Надежда», — он грустно ухмыльнулся и замолчал. Юнги совсем не знал, что ответить. Он не планировал выслушивать терзания Хосока, он не готов к разговорам подобного рода с кем-то, кто не Чимин. Потому что остальные не знают правды, потому что для остальных он Пак Чимин. А Пак Чимин, в отличие от него всегда знает, что сказать и как поддержать. И если раньше Шуге казалось, что можно сказать любую утешающую глупость, чтобы звучать как Чимин, то сейчас он больше так не считает. Сейчас он знает страхи и неуверенности Пака, знает о чём тот переживает и за какие события винит себя. Сейчас он знает слишком много о Чимине, чтобы думать, что его сыграть очень легко. Ведь сам Юнги мог бы сказать любую прямолинейную правду или дать строгий совет, чтобы хоть как-то успокоить человека, но он понятия не имеет каково это иметь столько переживаний сколько имеет Пак и при этом искренне выслушивать и поддерживать мемберов всем своим сердцем. Только и хочется, что назвать Чимина невероятным. В это время Хосок снова вздыхает, но намного громче предыдущего раза. Он явно сомневается. Но проходит секунда, как он собирает свои мысли, убирает руки от лица и тихо произносит: — Ещё вы с Шугой-хёном выглядите такими счастливыми. — Мы что?! — Юнги сразу же выныривает из своих мыслей и непривычно высоко реагирует и ему тут же хочеться себя ударить за этот визг. — Да, да, именно так вы и выглядите со стороны, особенно если посмотреть сквозь фансервис. — Чон опускает голову и продолжает так же тихо говорить. — Удивительно, я реально от вас такого не ожидал. Я был один из тех мемберов, кто думал, что вы друг друга на дух не переносите. Хотя если подумать… Хах, если вспомнить как ты на него смотрел, наверно у меня не было шансов с самого начала, — Хосок поднимает голову и грустно улыбается, смотря Шуге в глаза. — Вау, Чимин, а ты покраснел, — комментирует он ровным голосом, почти без эмоций, только с легким удивлением. — Д-да всё не так. Мы с ним не в таких отношениях, — Юнги запнулся в начале предложения, но попытался собраться в конце. Его удивляет, что уже два человека пролили свет на отношения Чимина к нему. Тэхён с его «он тебя не так давно вдохновлял» и теперь вот это. Шуга и правда почувствовал как его лицо немного нагрелось. — Как скажешь, — равнодушно (снова притворно) пожал Чон плечами. — Мне уже как-то пофигу, что хён знает о всей этой ситуации, но с ним говори сам. А я сделаю всё возможное и зависящее от меня, чтобы остальные об этом не узнали. — Хорошо, — Шуга вздыхает, расслабляясь и отпуская свои руки. Он смотрит с секунду на поникшую фигуру Хосока и решает развернуться в сторону выхода, чувствуя (надеясь), что на этом диалог подошел к концу. Но Хосок видимо решает добавить в этот разговор ещё более завершающую ноту. — Чимин, — он его окликает, — дай мне немного времени. Не думаю, что всё скоро станет как раньше. Переехать в комнату хёнов было хорошей идеей. Юнги смотрит ему в глаза и кивает. — И ещё раз прости меня. — Уже, — и он наконец-то выходит из комнаты.

***

Шуга сидел в салоне машины и немного косился на сидевших рядом Тэхёна с Чонгуком. Тэ лежал на плече Чона и они оба рубились в какую-то игрушку на мобилках, постоянно переговариваясь и издавая звуки борьбы. Они вовсе не замечали рядом тело Чимина. Юнги закатил глаза и корпусом отвернулся от них, погружаясь в раздумья. Его мысли закрутились с такой фантастической силой у него в голове. Он переваривал разговор с Хосоком и вывод напрашивался сам собой: тот явно приревновал. Тело Юнги (благодаря Чимину конечно) вело себя очень флиртующе и фансервисно. И видимо это было последней каплей Хоби. Удивительно, что Шуга уже получал от двоих Чонов: Чонгука и Хосока. От Чимина и правда невероятно много проблем. Но он понимал, что Пак уже извинился за это, но всё равно на душе как-то тошно. И не из-за того, что самому Юнги было физически больно, а из-за того, что это мог пережить сам Чимин. Ведь… он этого не заслуживал. Как вообще такой человек как Пак может быть побитым своими же сокомандниками? А вот Шуга считает, что сам он вполне заслужил. Как будто он расплачивается за игнорирование Чимина все эти года. И такой расклад его вполне устраивает. Сейчас он чувствует, что хочет разделить боль младшего, даже если она будет физической. Ведь как он уже когда-то говорил: «Чимин лучший тонсен в его жизни». Юнги достает свой телефон из кармана. Он намереваеться написать сообщение Паку, так как после разговора с Хосоком они не виделись. Тогда им пришлось в спешке собираться и садиться по машинам и Шуга переживает, что Чимин может беспокоится. Но не успел он сформулировать сообщение, как ему пришло оповещание от упомянутого тонсена. Пак Чимин: Нуууууууу...... Хён, как всё прошло? 〜(＞＜)〜 (16:37)

Шуга-хён: Нормально. Он сказал, что ему нужно время.(16:37)

Пак Чимин: Спасибо! Хён, ты мне невероятно помог! Ещё раз извини, что так вышло.(16:38)

Шуга-хён: Ничего страшного. Проехали.(16:38)

Пак Чимин: С меня должок (￢‿￢) Могу обеспечить годовой запас обнимашек σ(≧ε≦σ) ♡(16:38) Шуга непроизвольно улыбнулся. Эти смайлики Чимина всегда ему нравились, но вот последний… особенно был похож на Пака.

Шуга-хён: Лучше выпивку.(16:39)

«Годовой запас обнимашек» на самом деле не звучит так плохо. Юнги закусил немного нижнюю губу, чтобы подавить улыбку. После вчерашнего разговора с Чимином у него такая легкость на душе, которую он не ощущал уже очень давно. Груз, который он нес все эти годы, свалился с его плеч. И только благодаря Паку. Мин сейчас чувствует какое-то теплое чувство в районе груди, которое согревает изнутри и которое он ошибочно принимает за благодарность. Шуга выключает телефон, но продолжает держать его в руках. Неосознанно от тупит свой взгляд в одну точку. — Воу, Чимин-а, что это за взгляд с улыбочкой? — удивляется Тэхён после того, как взглянул на своего друга. Чонгук, заинтересовавшись, поднимает взгляд после того, как поставил игру на паузу. Он присвистнул. Юнги недоуменно поворачивается в их сторону. — Ты как будто словил дзен, — комментирует Чон, быстро теряя интерес и возвращаясь к прохождению уровня. — Чего блин? — Шуга сводит брови и перекрещивает свои руки. Вообще он рад, что макнэ общается с ним так как будто того разговора в танцевальной студии не было. Но это не отменяет того факта, что он не понимает, что тот сейчас несёт. Начнём с того, что Юнги всеми силами сдерживал свою улыбку и явно не хотел, чтобы за ним наблюдали в этот момент. — А мне этот взгляд напоминает кое-что другое, — сказал Тэ, ухмыляясь и приподнимаясь с плеча своего парня. — Как будто ты думаешь о ком-то особенном. — Да ну тебя, — фыркает Мин, немного отворачиваясь от этих двоих. Но он чувствует, как уши предательски краснеют. Да, Чимин явно особенный для него, но не в том плане, в котором намекает Тэхён. Пак особенный, потому что его тело, единственное, в котором Шуга умудрился застрять. — Мне что уже нельзя своим мыслям улыбнуться? — Ну это зависит от того какого рода эти мысли, — смеётся Чонгук, не поднимая взгляда от телефона и растраиваясь, что Тэ больше нет на его плече. — Да пошёл ты, — язвит Юнги в очень нехарактерной для Чимина манере. Он не понимает почему его так смутили обычные подколы макнешек. Тэхён и Гук удивленно переглядываются. Ким немного хмурится, смотря в глаза Чона, тот ему согласно кивает. Тэ прочищает горло и немного неуверенно начинает: — Чим-Чим, тут такой вопрос… — он делает неловкую паузу, чем привлекает внимание старшего и не успевает Шуга о чем-то подумать, как следует продолжение фразы, — ты не помнишь, когда у нас с Гуки годовщина? Юнги озадаченно пару раз моргает и пытается понять кажется ли ему, что здесь есть подвох, или нет. Он напрягаеться, меняя свою позу и садясь ровно на сиденье, пытаеться придумать достойный ответ. — Думаешь, я помню? Это ваши отношения, а не мои, — нерешительно отвечает Мин, пытаясь сделать голос тверже и думая, что этот ответ их удовлетворит (хотя бы Чонгука). Так и хочется добавить «почему я должен запоминать такие мелочи», но он знает как Тэ и Гук важны для Чимина и что этот ответ будет не в его стиле. Да у Шуги всё видимо настолько хреново с игрой сегодня, что эти двое задают ему вопросы подозрительного характера. — Ну, а какая продолжительность? — подхватывает Чонгук с сомнением, устанавливая со старшем зрительный контакт. Видимо даже Чона его ответ не убедил. Юнги сдерживает себя, чтобы не закатить глаза. Что за абсурд сейчас происходит? — Месяц. Чего вы добиваетесь? — поднимает Шуга бровь и его голос приобретает оборонительные нотки. — Память отшибло? — пытается он превратить это в шутку и нацепить на себя кривую улыбку. Вообще не до смеху. Он не понимает, что в головах у этих двоих. — Ахаха, нет, — неловко смееться Тэхён, махая руками. По нему не видно добился ли он своей цели этим странным разговором или нет. — Просто проверка. — Проверка чего? — снова скрещивает Юнги руки, смотря из-под лба. Он честно пытается вести себя расслабленно, но получается из рук вон плохо. — Да забей. Локальный мем. Ты не поймешь, — неестественно захохотал Чонгук, укладываясь на плече своего парня. Ким упорно кивает и полностью отворачивается от тела Чимина. Они сразу же достают свои телефоны, делая вид как будто и не отвлекались от мобильных игр. «Ну и пофиг» — думает Шуга, но вслух ничего не комментирует. Его изрядно напрягла эта ситуация, но он не верит, что эти двое могут подозревать его в обмене тел. Чтобы у них не было на уме, ему всё равно. (Или он пытается себя в этом убедить, потому что руки от волнения то вспотели).

***

— Здраствуйте! Даже после рекламы мы всё также iBrain радио, а у нас в гостях всё также BTS, — молодая девушка проговорила в микрофон идеальной интонацией радиовещателя. — И сейчас настала очередь ваших вопросов! У вас всё ещё есть возможность опубликовать вопрос по хэштегу, который вы найдете в нашем Твитере. А мы пока начнём. Парни, вы готовы? — Да! — уверенно проговорили Джин с Чонгуком. Остальные положительно угукнули в ответ. Юнги относился к «остальным», но сидел он с такой каменной миной, что невозможно понять был ли это положительный ответ или нет. Как же хочется домой. Ему уже абсолютно надоело отвечать на одни и те же стандартные вопросы ведущих по типу любимого цвета или идеального типа девушки. Обсуждать их дискографию намного интереснее, но сегодня он не мог также много принимать участия, как в другие разы, из-за тела, в котором находился. Шуга легонько топал ногой под столом в ожидании конца этого интервью. — Намджун-щи, первый вопрос к вам: «Имеет ли отношение ваш твит «Любовь победит всё. Любите себя и своих близких» к нашумевшей паре геев-соулмейтов?» Попрошу заметить, что это интересует не одного человека, их десятки, — девушка удивленно ахнула. Юнги резко поднял взгляд на лидера и даже перестал топать ногой, он не знал о существовании этого твита. — И многие это аргументируют тем, что ваш пост вышел спустя три минуты после того, как закончился новостной выпуск о них. — Ну, — РМ прокашлился, он посмотрел на Джина в поиске поддержки и получил её в виде кивка и легкой улыбки. — Всё зависит от вашей интерпретации. — То есть вы этого не отрицаете? — пыталась докопаться до сути ведущая. Юнги закатил глаза, пост Джуна настолько не имеет никакой конкретики, что вообще бесмысленно выпытывать. Если бы РМ сказал, что никакой связи нет, то все бы ему поверили. Мин не понимает почему тот не начал сразу отрицать. Он не знает происхождение твита, но он сомневается, что это связанно с этими парнями. — Я не отрицаю эту возможность, но и не подтверждаю. Просто хотелось напомнить, чтобы люди были добрее друг к другу, — на последнем предложении он неловко усмехнулся. Намджун знал, что ему придётся столкнуться с последствиями в виде вопросов, но всё равно ни о чём не жалел. Он заметил на себе взгляд Чимина. Юнги даже не стараясь сделал лицо младшего максимально удивленным. Он почему-то не мог поверить, что их лидер и правда так туманно высказался на тему отношений двух айдолов. — Вопрос ко всем: «Как вы относитесь к соулмейтам?» — неожиданно меняет тему девушка. И не было ясно прочитала она этот вопрос из Твиттера или придумала. Она в ожидании оглядела всех парней. — На самом деле было бы прикольно знать, что кто-то создан тебе судьбой, — говорит Чимин, не задумываясь и наклоняя голову набок. — Но эта возможность по неточным данным досталась только 20% процентам населения, — Пак даже как-то слишком грустно вздыхает. Неужели он верит в соулмейтов так отчаянно? — думает Шуга, прожигая Чимина взглядом. Пак смотрит недоуменно в ответ, не понимая, что он не так сказал. — Хотелось бы добавить, — начал Юнги, почему-то продолжая поддерживать зрительный контакт с Чимином, — что, думая о родственной душе, люди часто забывают о простой любви. Ведь вы необязательно должны быть схожи характерами и предначертаны судьбой, чтобы любить друг друга, — он смотрит Паку в глаза как будто хочет именно ему донести эту мысль. Чимин первый неловко отводит взгляд, затем это же делает Шуга. — Я думаю, что соулмейты такие же люди как мы все. В плане, нет гарантии, что они настолько идеально друг другу подходят, что не столкнуться с трудностями, — объяснил Тэхён свою точку зрения. — Их души и могут быть схожи, но характер человека также закаляет окружение и прошлое, а это уже может помешать развитию здоровых отношений, — Тэ посмотрел на парней, чтобы увидеть разделяют они его мнение или нет.   — Ты так радикален, Тэхён, — комментирует Чимин, подпирая ладонью подбородок. — Мне кажется на то они и соулмейты, что пройдут все трудности. — Шуга-хён, важно понимать, что это не случится по щелчку пальцев, — Ким неодобрительно качает головой. — Им нужно развиваться вместе, чтобы решить все проблемы. — Да, Шуга-хён, — Юнги, наблюдавший за этой перепалкой, решил вставить свои пять копеек, — не романтизируй соулмейтов, — он переводит взгляд на Тэхёна. — В любом случае, люди могут быть вместе, в не зависимости являются они соулмейтами или нет. Для любви не должно быть причины, — Он улыбается Киму и тот согласно кивает. Мин смотрит через стол и видит как его лицо вытягивается в удивлении. Чимин явно сомневается ответить ему что-то или нет. И видимо он решает промолчать. Шуга усмехнулся на реакцию Пака. — Замечательный ответ. Следующий вопрос: «Как там ваш следующий альбом?» — В разработке! Работа кипит! — впервые за этот разговор отвечает Хосок. Своим энтузиазмом он пытается разрядить напряженную обстановку, которую создали эти трое. — А можно какой-нибудь спойлер? — спрашивает радиоведущая. — Могу сказать, что он будет на актуальную тему в наши дни, — отвечает Намджун с улыбкой, почесывая затылок. Неужели? — думает Юнги. — У нас до сих пор нет какой-то конкертной темы, только концепт. Ему снова хочется закатить глаза. — Что вы бы хотели попробовать в новом альбоме? — читает следующий вопрос девушка. — Необычный стиль танцев, — уверенно говорит Чонгук. Он об этом уже давно говорит и мемберам и хореографу. Но не имея заглавного трека, они только пожимали плечами ему в ответ. — Я бы хотел записать трек с Ч-Шугой хёном, — быстро исправляется Юнги. По правде говоря, ему давно нравился голос Чимина и он считает, что тот идеально подходит для рэп песни. — А почему? — спрашивает Пак, сверкая любопытными глазками. Шуга даже теряется от этого взгляда. И он мог бы спокойно сказать то, о чём подумал, но ему захотелось ответить: — Я чувствую, что у нас бы хорошо получилось. Не смотря на то, что о нас думают, мы хорошо работаем в команде, — Мин смотрит в глаза Чимина и чувствует как у него забилось сердце быстрее. — Да, мне кажется в последнее время наша эмоциональная связь укрепилась, — Чимин улыбается, когда произносит эти слова, что вызывает дикое удивление у остальным мемберов. А у Юнги тудум-тудум-тудум. Наступает неловкая тишина, которую прерывает ведущая: — Хорошо, переходим к следующим вопросам…

***

— Ахах, — Намджун неловко засмеялся, накладывая сырое мясо на гриль посередине стола, — я слишком растерялся, когда спросили за мой твит. — Не переживай, хён! Это было очень смело! — ответил Чонгук и тут же съел несколько ложек рамена. — А если серьёзно, ты действительно написал пост в поддержку тем парням? — спросил Шуга, отвлекаясь от поедания риса. Его уж слишком интересует этот вопрос. — Ну да, — РМ снова улыбнулся, поглаживая свой затылок. — Я не хотел говорить этого напрямую, но мне кажется, что сделал этот факт более чем очевидным. Юнги хмыкнул, набирая ложкой рис. И правда смело. Он никогда бы не подумал, что Намджун захотел бы высказаться на такую противоречивую в обществе тему. Он же вообще старается избегать конфликтов, зная, что это подвергнет всю группу критике. Но Мин рад, что их лидер в коим-то веке решил бестрашно заявить о своём мнении, пусть и так завуалированно. А с хейтом они как-то справятся, не в первой же. — И как ты круто ответил за наш будущий камбэк, — засмеялся Хосок, накладывая себе салат в тарелку. — «На актуальную тему в наши дни» — так можно описать каждый наш альбом. — Ахах, точно. Кстати, за чей счёт мы сегодня едим? — спросил Намджун, бросая взгляд на парней за круглым столом в ресторане. — За счет Юнги и Чимина, — говорит Джин с набитым ртом. — Они мне должны, а угостить всех была уже моя инициатива, — гордо проговорил старший. Что и следовало ожидать — подумал Мин и мысленно закатил глаза. Ему эта идея не понравилась с самого начала, но что уж поделать, им срочно надо было поменяться комнатами. И скорее всего они ещё не одну ночь так проведут. — О! Говоря о этих двоих, — Тэхён вдруг переключает всё свое внимание с еды на Юнги (то есть на Чимина), — Шуга-хён, о какой такой эмоциональной связи ты говорил? — спрашивает Ким, поднимая брови и тыкая ложкой в старшего. — Ну, эм, — расстерялся Чимин, он поднял взгляд на рядом сидевшего Юнги и безпомощно моргнул пару раз. — Мы вспоминаем нашу старую дружбу, — безэмоционально сказал Мин, пожимая плечами и надеясь, что тему скоро переведут. Он понимает почему они с Паком привлекают так много внимания. Они всё же почти не общались на протяжении стольких лет, как вдруг у них уже фансервис во всю и всякие «откровения» про эмоциональную связь. — Зачем формулировать именно так? — искренне удивляется Джин. — Мне кажется, что ваши отношения скорее развиваются во что-то новое, чем вспоминают старое, — он ухмыльнулся, довольный своей фразой. Тэхён закивал. Чимин посмотрел на шипперские взгляды Кимов и на недовольное лицо Юнги и подумал «почему бы и нет». — А что если и так? — проговорил Пак с чеширской улыбкой. Намджун и Джин охают, Тэхён выглядит так как будто собирается запищать как фанючка. Шуга тут же закатывает глаза и ударяет Чимина локтем. Тот смотрит на него ехидно, а Юнги одними губами ему говорит: «Прекращай». Почему он так любит играть на публику и подливать масло в огонь? Вот странный. Джин присвистнул. — Тогда во вчерашней сцене в машине есть больше смысла, чем я думал, — говорит он задумчиво, накладывая себе мясо с гриля, но его улыбочку невозможно не заметить. — А что за сцена? — заинтригованно спрашивает Тэхён, наклоняясь немного через стол. Шуга замер с ложкой в руках, осознавая о чем говорит старший Ким. Только не это… — У нашей с Джун-и машины были проблемы и нас посадили к этим двум. Пришлось тесниться и Чимин взял ответственность посадить Шугу себе на колени. Когда тот заснул, то Чим ещё обнимал его за талию на протяжении всей дороги, так крепко держал и не хотел отпускать, — произносит Сокджин с ухмылкой и идеальной интонацией оратора. Он перевел взгляд с мяса на упомянутых парней, ожидая их реакции. — Ты что? — обратился Пак к Мину и пусть он звучал удивленно, его голос был ласковым. Чимин мягко ему улыбнулся, что его глаза превратились в полумесяца. — Хён, ну за что ты так? — безысходно спрашивает Юнги, но не может отвезти от Пака взгляд. Он вообще не уверен, что смотрит сейчас на своё лицо. Эта нежность, которую в данный момент излучает Чимин, настолько исказила его черты лица, что это жутко непривычно. Но мне нравится этот взгляд… — Боже какие вы милые, — Тэхён заулюлюкал, ударяя по столу рукой от восторга. Благо, они были в отдельной комнате, в которой их никто не услышит. Шуга тут же отводит взгляд, делая вид, что ничего не было. — Я думаю, что не один вчера был в шоке от вашего поведения на фанмите, — вставил свои пять копеек Намджун, поедая мясо. Он не обращал всё своё внимание на этот разговор, а только слушал. — Не один! Хэштег «yoonmin» несколько часов подряд находился в мировых трендах, — сказал Чонгук, хихикая. Он мог похвастаться тем, что чаще всех мониторил Твиттер. И эта ситуация его забавляла, он не думал, что эти хёны способны на подобное поведение. — Как-то уж очень хорошо и быстро вы начали «вспоминать вашу старую дружбу», — разразился Тэ смехом, показывая кавычки. Все парни засмеялись в ответ. Юнги уже начали бесить эти шиперские шутки, поэтому он молча ел свою еду, чтобы не вспылить. — Прекратите, — умолял Чимин, смущенный напоминанием о своих же действиях. Он краем глаза посмотрел на реакцию Хосока на этот разговор. И если не знать, что ему разбили сердце, то держался он молодцом. Правда, смех был уж очень неестевстенным, но навряд ли это кто-то заметил. — Давайте выпьем за это, — предложил лидер, поднимая бокал вина. — За Юнминов и их эмоциональную связь, — подхватил Джин и все снова засмеялись. Шуга уже сбился со счёта сколько раз за сегодня закатывал глаза, но свой бокал он всё же поднял.

***

— Урааа, кровать, — завыл от счастья Юнги, заходя в свою комнату в общаге. Он прошел к спальному месту и плюхнулся на него вниз лицом, раставляя руки по обе стороны. — И не говори, — хихикнул Чимин и сел рядом с хёном. — Но это было весело. — Ага, конечно, — с сарказмом промычал Юнги в подушку, из-за этого его было сложно раслышать. — Это было ужасно. Они невыносимые. Такое чувство будто в личную жизнь залезли. — Ахах, да, — согласился Пак, заводя руки за спину и облокачиваясь на них.— Хён, у меня припрятана бутылочка соджу. Не хочешь? — Чего? Ты как будто недостаточно пьян, — перекатывается на спину Мин и смотрит на заулыбавшегося младшего. Ему ещё не надоело весь день улыбаться? — Да что мы там выпили по бокалчику вина. Это ничто, — ухмыльнулся Чимин, гордо задирая нос, но в следующую секунду он уже надувает губы. — Плюс ты еще сказал, что тебе не нужен мой годовой запас обнимашек, так что я предлагаю выпивку, как ты и хотел, за оплату долга. — Вообще-то я такого не говорил, — Шуга хихикает от моськи Пака, который продолжает дуть губы. — Но я не против, неси соджу. Этот день надо запить. — Я мигом! — сказал Чимин, улыбаяясь ещё шире и вставая с кровати. — Уже не дождусь услышать твои пьяные истории. — Не дождешься, — хмыкает Юнги. Спустя 2 часа. — Чимин, больше так не делай. Я люблю тебя.