Плюшка в моём теле

Чимин чувствует себя так, как будто очень долго находился в приятном сне, но он как назло не помнит его содержания. А проснувшись, он столкнулся с жестокой реальностью. Ему хочется понять, что происходит. Если честно, ему не терпится выяснить правду. У Пака в голове в буквальном смысле гудит ветер, он не чувствует в себе ни физических, ни духовных изменений, но при этом его не покидает чувство неправильности. Оно зудит по всему телу и не даёт ему покоя. Это раздражает. И к тому же страх продолжает закипать внутри него против его воли. Ведь мемберы ему явно что-то не договаривают, Тэхён так вообще игнорирует, а Шуга… — Так, без паники, — начинает Намджун уверенно и громко, привлекая к себе внимание. Чимин тут же поворачивается к нему в поисках ответов и начинает усердно слушать. — Шуга-хён, мы сейчас же поедем к гадалке и выясним как всё исправить, — но после этой фразы, Пак переводит взгляд на Юнги и больше не слышит ничего вокруг себя. Он полностью сосредоточивается на хёне, на всех изменениях в его лице. Все эмоции, которые испытывал Шуга куда-то пропали… Крики и возмущения сошли на нет и полностью исчезли. В глазах нет света. Они как будто стеклянные. Хён выглядит апатичным, не замечая обращения лидера к себе. Его глаза буквально выражают ничего. Неправильно. И это пугает Чимина намного больше неизвестности происходящего. Что-то внутри него начало ныть и отдавать пульсирующей болью. Что-то тут не так. Он делает неуверенный шаг в сторону Шуги и хочет протянуть руку к нему, но в эту же секунду РМ говорит свои последние наставления, разворачивает Юнги, выталкивая его из комнаты. Он не увидел отчаянных попыток Пака. Чимин заторможено отдергивает руку, которая повисла в воздухе на пару секунд, и прижимает её к себе. Он думает о странном чувстве, которое было вызвано увиденным состоянием Шуги. Что со мной? Его глаза потерянно обводят парней, которые остались с ним. Но только Хосок всё это время за ним наблюдал и встретился с ним взглядом. Чон не знает, что именно замеченное в глазах Чимина заставило его тут же ринуться в сторону Юнги и у самого выхода спросить в порядке ли тот. Но хён ему соврал, поэтому это всё не имеет смысла. Хосок не знает как оправдать свои порывистые действия. Он возвращается к младшим с ни с чем. Но Пак как будто даже не заметил его отсутствия. — Когда я уже получу свои объяснения? Почему все ведут себя так, как будто что-то действительно ужасное произошло? — Чимин начинает отстранённо бормотать, его брови приподняты и сведены к переносице, он мелко дрожит. — Почему Юнги-хён выглядел так… неправильно? — Пак спрашивает отчаянно, не направляя вопрос кому-то конкретному. — Почему при таком его виде моё сердце так болит? — это было произнесено совсем тихо, но каждый присутствующий улавливает эту фразу. — Чимин-и, — Хосок подходит к нему ближе и кладёт руки на плечи, пытаясь заглянуть в лицо младшего, но всё что он видит — это испуг в любимых глазах, — не нервничай, всё хоро… — О Боже! — перебивает его Тэхён резким возгласом. — Ты ничего не помнишь, но продолжаешь чувствовать любовь к Шуге-хёну! — он выкрикивает, совершенно не думая о последствиях. — Надо ему сказать об этом, он обрадуется! — ЧЕГО?! — Чимин крикнул высоким голосом, отстраняясь от Джей-Хоупа. Пак смотрит на Кима широкими неверящими глазами, он неосознанно обнял себя за плечи, чтобы совладать с дрожью по всему телу. Это же шутка какая-то.? Как же он хочет, чтобы всё происходящее оказалось глупым приколом. — Тэхён! — выкрикнул Хосок с осуждением. — Намджун-хён сказал не давить на него, — говорит с укором Чонгук, но выглядел он более виновато, чем зло. — Но! Я же прав! — всё равно не отступает Тэхён. — Голова забыла, но сердце помнит! Чимин, скажи им! — Ким переводит взгляд на своего лучшего друга и видит как в миг меняется его выражение лица. Чимин отходит от них ошарашенно, приоткрыв рот, и сжимая пальцы на плечах до белых костяшек. Он уже совершенно ничего не понимает до такой степени, что это причиняет физическую боль. Пак неосознанно начинает глубже дышать. Он не верит ни своим ушам, ни глазам, ни в происходящее в целом. Чувство, что он упускает что-то действительно важное сводит его с ума. Оно дурманит его сознание и заставляет его глаза слезиться. Обрадуется? Парни наблюдают, как Чимин на их глазах ломается. Тэхён понял свою ошибку. Он поторопился с выводами. — Вы не делаете это проще, — говорит Пак, не в силах совладать с мандражем, который накрыл его. — Хотя бы не лгите мне, — его голос надрывается. — Прошу, — и в следующую секунду слёзы текут по его щекам. Хосок, Чонгук, Тэхён тут же к нему подбегают, обнимая со всех сторон. Они гладят его по голове, спине, плечам, пытаясь успокоить, но Чимин бесконечно вытирает слёзы, не в состоянии остановиться. Он не различает прикосновений и даже не пытается сосредоточиться на словах, которые говорят парни. В его голове гудит рой мыслей, который притупляет его тело и сознание. Всё о чём он может думать так это о том, почему Тэхён сказал, что Юнги обрадуется. Чему ему радоваться? Разве реакция хёна десять минут назад говорила о том, что его могут осчастливить новости, связанные с Чимином? Разве по нему было видно, что кричал он на младшего от радости? Ему всё равно на меня. И так было всегда. Ничего не могло это изменить. Эти мысли выбивали весь воздух из лёгких, и Пак начал плакать сильнее, но он понимал, что с этим пора заканчивать. Перебив кого-то из мемберов (вроде бы Хосока) и сделав глубокий вдох, Чимин пытается заговорить, но собственный голос не поддается его контролю: — Просто всё навалилось на меня, я испугался и вот… — он врёт, не зная почему… Потому что я не могу объяснить, что чувствую сейчас. — И если это всё розыгрыш, то это самое бесчеловечное, что вы делали, — Жестоко тыкать человека, который многие годы игнорировался одним хёном, в том, что тот якобы влюблён в него — Чимин думает, сжимая кулаки и выравнивая своё дыхание. Что за чушь. Но он не хочет признаваться парням в этих мыслях. — Чимин-и, это правда не розыгрыш, — перебивает Чонгук его мыслительный процесс, снова проводя ладонью по блондинистым прядям. Пак переводит на него красные глаза и смотрит продолжительно и недовольно. — Давай, когда тебе станет лучше, мы расскажем тебе всё по порядку, хорошо? — предлагает Хосок, ища зрительного контакта. Дождавшись его, он решает отойти от Чимина на шаг, давая ему личное пространство. — Хорошо, — соглашается Пак, желая перевести тему. Он чувствует себя отвратительно. Голова гудит, глаза болят и тело вялое. Он ощущает острую потребность во сне. — Чимин-и, хочешь прилечь? — спрашивает обеспокоенно Тэхён, как будто считывая его мысли, и тот кивает. Ким помогает ему аккуратно лечь на диван в зале. Не проходит и десяти минут, как Чимин засыпает тревожным сном. Убедившись в этом, парни бесшумно проходят на кухню. — О чём ты думал? — шепотом злится Хосок, тыкая в Тэхёна пальцем. — Простите, — извиняется Ким. Он уже осознал свою вину. И ему стыдно за произошедшее. — Извиняться будешь перед Чимином, когда тот проснётся, — огрызается Джей-Хоуп и падает на стул. — Я просто запаниковал! У них с Юнги-хёном наконец-то всё наладилось и тут такое… — Тэхён объясняет себя. — Ну я же прав? Поведение Чимина говорит же, что он хоть что-то помнит? — это было произнесено с вопросом, он начал сомневаться в собственной догадке. — Мы не можем знать наверняка, — отвечает ему Чонгук грустно, присаживаясь рядом с Хосоком. — Давайте просто ждать приезда хёнов, — немного раздражённо предлагает Джей-Хоуп. С ним молча соглашаются. Прошло около часа, а Чимин всё ещё не проснулся. Парни предполагают, что это может быть побочным эффектом от обмена или же результатом пережитого стресса. На телефон Хосока приходит сообщения от Намджуна, что те уже едут обратно. И на долю секунды новость их обнадёживает, пока лидер не написал, что Шуга отказывается с ними говорить. Обсуждая между собой возможный исход разговора с гадалкой, парни слышат звуки пробуждения, которые доносятся из зала. Они тут же побежали к Паку. — Чимин-и, ты как? — встревоженно спрашивает Тэхён, садясь рядом с ним. — Ничего не вспомнил? Пак сонно трёт глаза. Его взгляд как будто направлен сквозь парней. Он недоуменно смотрит на них и моргает пару раз, пытаясь сфокусироваться. — Мне такой странный сон приснился, — вяло говорит Чимин, потягиваясь. — Как будто у меня был провал в памяти, — он смотрит на ребят и по их виноватым взглядам всё понятно без слов. — Это был не сон, да? — Чимин спрашивает, зная ответ, но не теряя надежду. Он глубоко вздыхает. Раздражение уже покинуло его. Голова свежая и отдохнувшая. Глаза ещё немного слипаются, но в целом он чувствует себя нормально. Только лёгкий дискомфорт начинает маячить на краю сознания по мере того, как до него доходит смысл происходящего. Точно. Чего-то не хватает. — Да, — отвечает Чонгук, присаживаясь с другой стороны дивана. — Сможешь нас сейчас выслушать? — Хорошо, — Давно пора — Пак думает и сначала смотрит Тэ, а затем Гуку в глаза, наблюдая за их решимостью в перемешку с беспокойством. Он переводит взгляд на Хосока, который сел рядом с Кимом, и на секунду замирает. Чимин вспоминает, что хён ему недавно признался в любви, и он так ему ничего не ответил. В миг он почувствовал неловкость, его тело напряглось, он быстро отвёл взгляд, и его рука неосознанно почесала нос. — Чимин, смотри сюда, — привлекает к себе внимание Тэхён, замечая, что друг немного выпал из реальности. Пак и правда как будто пробуждается во второй раз, выходя из транса, в который его завлекли его мысли. Он обращает свой взгляд на телефон Кима. — Видишь дату? Последняя неделя июня. У Чимина округляются глаза и приоткрывается рот. Он смотрит на парней, ища в их взглядах подтверждение происходящего. Не похоже, что они врут. Пак не может поверить, что забыл настолько длительный промежуток времени. — Не может быть… — Может, — говорит Чонгук уверенно. — Ты можешь проверить любой мобильник или же включить новости. Все устройства покажут эту дату, — он старается смягчить свою интонацию, чтобы не казаться резким. Но это никак не влияет на то, что у Чимина уходит несколько минут на обработку информации. Парни его не торопят. Получается за это время я уже мог отказать Хосоку… Да что угодно могло произойти за месяц! Он пропустил фанмитинг, интервью и репетиции. И это только малая часть их расписания. Чимин давит пальцами на свои виски, пытаясь стимулировать память. Что за черт. Он понимает, что действительно ничего не помнит. Невозможно. Пак опускает взгляд, сопровождаемый тяжёлой мыслью. Сложно поверить в то, что он без причины забыл целый месяц. В своей голове Чимин пытался собрать пазл из уже доступной информации. Он имел только крошечные фрагменты фраз, произнесенные Шугой, которые хоть немного могли бы внести ясность в ситуацию. Мы поменялись. Он ничего не помнит. У него даже затуманенных воспоминаний нет. Тупо ничего. — Как я мог забыть целый месяц? Почему это произошло? И что имел в виду хён под «Мы поменялись»? — начинает Чимин тараторить вопросы в панике. Он сомкнул ладони в замок на своих коленях и всё равно безудержно перебирал пальцами. — Мы сами толком не знаем, — признаётся честно Тэхён, наблюдая за каждым изменением в поведении Пака. Он видит его напряжение, но скрывать информацию уже больше нельзя, — но то, что я сейчас скажу может прозвучать нереально, но это было на самом деле, — Ким выжидающе смотрит на друга и видит в его глазах отчётливый страх, зрачки бегают неуверенно по комнате, сканируя всё вокруг, но при этом он чётко может различить яркую искру любопытства в Чиминином взгляде. — Шуга-хён нам вчера рассказал, что всё это время вы с ним находились в телах друг друга. У него способность такая есть, но обычно это длилось сутки, а вы застряли на месяц, — Тэхён внимательно смотрит, как лицо Пака вытягивается в удивлении. — А сегодня вы ходили к гадалке, — продолжает Чонгук, — и она много чего вам объяснила. Также сказала, что вы соулмейты и что у хёна есть какой-то психологический барьер, из-за которого вы не можете поменяться обратно, — на эти слова Чимин поднимает высоко брови и вытягивает губы в замешательстве. — И после того, как вы нам это рассказали несколько часами ранее, вы остались наедине, — вступает в разговор Хосок, не желая молчать. — Не прошло и десяти минут, как послышались крики. Когда мы вернулись в комнату, то вы уже были в своих телах, — объясняет он оставшийся фрагмент истории. — А дальше ты знаешь. Повисла тишина. Вдох… Выдох. Чимин сложил руки на груди. — Вы помните, что я говорил про розыгрыши? — настороженно переспрашивает Пак, изучая лица парней на ложь. Пусть ему и известно, что именно эта троица в их группе является самыми худшими лжецами. — Мы клянёмся, что мы тебя не разыгрываем! — отчаянно произносит Тэхён. — Это правда, — он дуется из-за того, что Чимин ему не верит, и также складывает руки на груди. — Но это всё как-то бредово, — недоуменно комментирует Пак, немного расслабляясь и удобнее устраиваясь на диване. Осознание происходящего ощущается уже более ярко, но он не собирается любую информацию принимать за чистую монету. — Когда мы с хёном это рассказали, вы нам поверили? — Чимин выгибает бровь. — Ну а как же! — возмущается Ким. — И мы с ним соулмейты? — переспрашивает Пак. Внутренний скептик, который не скупится на вопросы, отчётливо проснулся в нём. — Это вообще не имеет смысла в этой истории. — Но так сказала гадалка, — отчаянно доказывает Чонгук, но он не звучит особо уверенно. — И почему мы ей поверили? — недоверчиво спрашивает Чимин, продолжая выгибать одну бровь. — Агх, я сдаюсь, — раздражённо вздыхает Ким, драматично взмахивая руками в сторону, чуть не задевая Хосока. — Он непробиваемый! — Я рассуждаю логически, — говорит Пак в свою защиту. — Какие вообще могут быть основания и причины верить женщине, которая общается с духами? — Но Юнги-хён поверил, — противится Хосок. Он сидел прямо, но его лодыжки были скрещены, взгляд слегка нахмурен. — Он действительно.? Чимина перебивает щелчок входной двери. Они вчетвером одновременно поворачивают головы и видят, как в комнату заходят Сокджин и Намджун. Парни не выглядели радостными. Пак чувствует их напряжение и видит, как они явно избегают зрительных контактов. Чимин вспоминает, что те были у гадалки, и судя по всему новости не из лучших. Когда дверь закрывается за лидером, Пак удивляется отсутствию Юнги. Разве он не с ними уехал? — он недоуменно думает. Этот человек ему сейчас и нужен, только он способен внести ясность. Чимин готов на пару минут забыть все обиды, только бы поговорить с Мином, но его как назло нет. — А где Шуга-хён? — сразу же взволнованно спрашивает Чонгук, опережая вопрос Пака. Он резко подскакивает с дивана, наблюдая, как старшие разуваются. — Он выбежал из машины, как только мы остановились возле компании, — говорит Джин поникшим голосом, его голова виновато опущена. — И раз он не здесь, то предполагаю, что он в студии, — он спокойно складывает обувь в сторону и проходит в комнату. Ким садится на один из стульев, которые вчера принёс Юнги в зал, чтобы исповедоваться о своей способности. Он тяжело вздыхает. Чимин внимательно смотрит за каждым его движением. То самое чувство продолжает наседать на его органах. — Хён так и ничего вам не объяснил? — отчаянно интересуется Тэхён, а затем тянет Чонгука за руку, чтобы тот наконец присел обратно. — Сказал, что гадалка не может помочь, — грустно сообщает РМ, мучаясь со своими шнурками. В конечном итоге он развязывает их, и присаживается рядом с Сокджином. — И всё? — встревоженно спрашивает Хосок, ёрзая на диване. — Да, — отвечает Джин, проведя ладонью по затылку. — За всю поездку он больше не сказал ни слова, — ему немного стыдно, что он не смог узнать у Шуги больше информации, но с другой стороны он же не мог его заставить. — Я думаю ему надо побыть наедине. — Но ему нельзя! — неожиданно для всех кричит Хосок, резко вставая с дивана. Чимин дёргается от испуга и переводит взгляд на Чона, решительность в его глазах поражает. — Он сейчас разбит и оставить его наедине — это значит разрешить его мыслям съесть его! Разбит? Пака удивляет выбор глагола. Отчего хёну быть разбитым? Он недоуменно смотрит на Хосока, как будто тот ему объяснит значение своих слов, но он даже не обращает внимание на младшего. Чимин хмурится, он чувствует, что теряет нить повествования и явно упускает какую-то важную деталь. — Думаешь он захочет с нами говорить? — спрашивает обеспокоенно Намджун. И пусть ему сначала эта идея не понравилась, но он понимает, что Джей-Хоуп прав, в его словах есть смысл. Ким уверен, что с кем Юнги и захочет разговаривать сейчас так это с Хосоком. — Я не знаю! Но я попытаюсь, — уверенно говорит Чон и вылетает из комнаты. Все шокировано смотрят в его сторону, но не останавливают его. Чимин не понимает к чему такая спешка и почему это вдруг мысли Шуги могут его съесть. Он оглядывает парней в поисках ответов, но вместо этого Джин, встречаясь с ним взглядом, спрашивает: — Как ты? — простой вопрос, но Пак видит по взгляду, что старший вложил много смысла в него. Чимин открывает рот, чтобы ответить, но Тэхён его перебивает. — Он нам не верит! — сердится он. — Говорит, что это всё бред! Представляете! Пак наблюдает, как лица Намджуна и Сокджина принимают сконфуженный вид. Он бы рассмеялся, но по атмосфере чувствует, что это будет неуместно. — Ладно ещё часть с обменом телами, но соулмейты… — говорит Чимин в свою защиту, пытаясь сохранить серьёзную интонацию. — Но это правда, — отвечает РМ, и смотрит Паку прямо в глаза, как будто в душу. — Почему ты не можешь в это поверить? Чимин съеживается от прямолинейности вопроса, но у Намджуна такая мягкая интонация, что он не может ему соврать. — Мы с Юнги-хёном почти не общались. Я никогда не чувствовал с ним никакой связи, — Пак отвечает немного тихо, опуская голову, ему неловко такое говорить, как будто он жалуется. — Поэтому я не могу в это поверить, — он снова сцепливает ладони в замок. — Чимин-и… — говорит неверяще Тэхён, прикрывая рот. У него сжимается сердце от фразы Пака. Он не представляет как бы чувствовал себя Шуга, если бы её услышал. — Но за месяц многое поменялось… — объясняет и так очевидное Чонгук, он кладёт ладонь на плечо Чимина и хочет его поддержать таким образом. А Пак не понимает почему у них такие реакции, как будто он сказал что-то действительно ужасное. — Слушай, — предлагает Намджун после того, как минута удивления закончилась, — давай вы сделаете тест на ДНК соулмейтов, чтобы ты был уверен? Чимин сомневается. Что это изменит? Юнги всегда относился ко мне холодно, тест ничего не поменяет. Но он видит насколько серьёзны взгляды ребят, и не может им отказать. — Хорошо, — соглашается он заторможено. — Можно я теперь пойду в свою комнату? — Пак зачем-то спрашивает разрешение. — Мне необходимо подумать, — он даже придумал оправдание. — Конечно. Ты точно в порядке? — напоследок спрашивает Джин, смотря Чимину прямо в глаза. — Да, — Пак отводит взгляд, быстро встаёт с дивана и направляется в свою комнату. Он не уверен, что ответил правдиво. Чимин заходит в свою общую с Хосоком комнату и удивляется увидеть пару вещей Джина: расчёска, подушка, пижама и, конечно же, RJ. Он выгибает брови в удивлении, но быстро выбрасывает это из головы, ложась на кровать. Он сцепливает пальцы на животе и смотрит в потолок, погружаясь в свои мысли. Юнги-хён, что такого случилось между нами за месяц, раз парни так реагируют? Паку безумно интересно. Он бы мог поверить и в обмен телами, и в соулмейтов, лишь бы Шуга с ним сейчас поговорил. Он чувствует, знает, что у того точно будут ответы на все загадки. Особенно, про чувство, которое не прекращает ныть у Чимина в груди. Он сжимает ладонью ткань в районе сердца. Почему парни сказали, что хён чувствует себя разбитым? Пак видел насколько Мин в штыки воспринял его потерю памяти, но всё равно не понимает что такого могло произойти за месяц, чтобы хён так реагировал.  — Ты ничего не помнишь, но продолжаешь чувствовать любовь к Шуге-хёну! Чимин резко подскакивает на кровати, вылупив глаза. Был ли Тэхён прав? Я влюбился в Юнги? Пак прижал ладонь к губам. А раз хён сейчас разбит, то значит он тоже влюбился? Чимину сложно в это поверить. Пусть он часто засматривался на парней, но ему никогда не хотелось вступить в отношения с ними, а сейчас ещё существует контракт. Хотя Чонгука с Тэхёном это не остановило… Пак сразу возвращает мысли в нужный поток. Но это же Шуга… Шуга, который выходил из комнаты, когда появлялся Чимин. Это же хён, который общался с ним исключительно по вопросам группы. Это Шуга, который: — Чимин, отстань. Я занят. — Чимин, ты меня отвлекаешь. — Ты слишком громко дышишь. Вспоминая это, Паку стало так тошно на душе. Ему до сих пор обидно, пусть он это скрывал долгие годы, но… Сейчас он чувствует что-то новое. По сравнению с чувством неправильности обида уже не кажется такой сильной. Что-то определённо случилось между нами — Чимин догадывается, но он не представляет как они могли влюбиться. Конечно Юнги восхищал его все эти годы, с ним хотелось общаться, к нему тянуло. Определенно он нравился Паку, но это же было дружеское «нравится». Когда оно успело перерасти в романтическое «нравится»? Или оно всегда было на тонкой грани? Чимин уже ни в чём не уверен. Не проходит и десяти минут, как в комнату неуверенно входит Чон Хосок. Джей-Хоуп мимолётно бросил на него взгляд и был он довольно печален. Его голова поникла, плечи опущены. Пака это забеспокоило. — Хён, что случилось? Как прошёл разговор с Шугой? — Чимин спрашивает взволнованно, вставая с кровати и подходя к старшему. — Чимин, ты можешь поговорить со мной? — вежливо спрашивает Хосок. — Конечно, хён, — скрывает своё удивление Пак. Чон выглядит как в воду опущенный, и это странно. Наступает короткая тишина. Джей-Хоуп набирает воздух в лёгкие, чтобы сказать следующее: — Юнги собирает вещи. Он уезжает к родителям на пару дней. — Что? — изумляется Чимин, приподнимая брови. — Я пойду с ним попрощаюсь тогда, — он пытается пройти к двери, но Хосок преграждает ему путь. — Он не может сейчас с тобой говорить, — Чон говорит серьёзно, но при этом не смотрит младшему в глаза, его взгляд бегает по полу. — Почему? — Пак ничего не понимает. — Ему станет больнее, когда он увидит тебя. Лучше не надо. Чимин застывает на одном месте, обдумывая слова Хосока, с его губ абсолютно непроизвольно слетает фраза: — А тебе что нет? — он тут же закрывает ладонями рот, понимая насколько это было необдуманно и грубо в какой-то степени. — Прости, я не это имел в виду. Хосок ухмыляется горько. — Чимин-и, присядь. Младший делает как ему сказали. Он садится на краю своей кровати, а Чон рядом. Пака удивляет атмосфера, он не может определить эмоции старшего. И это его напрягает. Затем Джей-Хоуп начинает говорить. Сначала медленно и неуверенно, затем его слова приобретают вес, эмоциональность. Плотина прорвала где-то глубоко в его душе, заставляя выговорить всю накопившуюся боль. Его мысли свободно вытекали в неконтролируемом потоке. Он рассказывал, как паршиво себя чувствовал сразу после признания, когда не получил от Чимина ответ. Чон пытался тогда вести себя как обычно, но стало только хуже, как будто Пак делал вид, что ничего не произошло. Хосока это ранило, но он не знал, как это исправить. После Чимин резко сблизился с Шугой, и это сразу навело Чона на плохие мысли, за которые ему стыдно. Буквально спустя пару дней после этого он узнаёт, что Юнги всё это время был в теле Пака. Хосоку ужасно неловко осознавать, что он всё это время разговаривал с лучшим другом, и ему не по себе от того, что тот был свидетелем вспышки ревности (которую сам же Шуга и вызвал). Но потом его посетила мнимая надежда, что Чимин его отшил, потому что не он был в своём теле, но на это было глупо рассчитывать. И когда все узнали, что те двое соулмейты, то Хосок понял, что всё становится логичным. Он здесь лишний. — Но я по-прежнему влюблён в тебя и по-прежнему не могу тебя получить, — Чон снова ухмыляется, но на этот раз тише, опуская голову ещё ниже, почти сверля взглядом пол. Его ладони плотно сжаты в замок, костяшки полностью белые. Но он не закончил говорить. Ему сейчас важно донести до Чимина самое главное. — Но не пойми меня неправильно, я не хочу стоять на вашем пути. Вы — мои лучшие друзья, в первую очередь. И мне намного больнее видеть, как вы с хёном страдаете, — Хосок наконец-то поднимает взгляд на Пака, который молчал всё это время и смотрел на него широкими глазами. — Чимин, ты можешь воспринимать свою потерю памяти как дар. Это наверное глупо звучит, да? Но у тебя есть настоящий шанс влюбиться в Юнги-хёна снова. Если бы у меня была возможность испытать эти чувства к тебе повторно, то я, не раздумывая, согласился, — Джей-Хоуп сделал паузу, во время которой, снова опустил свой печальный взгляд. — Просто будь счастлив, хорошо? — и не дождавшись ответа, Хосок встал и вышел в коридор, не оборачиваясь. Его спина была сгорблена и напряжена. Совсем не похоже на его обычную осанку танцора. Чимин остался сидеть в ступоре, пялясь на дверь, за которой скрылся старший. Что это было? За этот день это самый серьёзный разговор, который у него был. Хосок отступил? Пака накрыло облегчение, за которое он тут же почувствовал вину. В этот момент Чимин полностью убедился, что это всё не розыгрыш.

***

Следующие дни для Чимина были, ну скажем, непростые. После разговора с Джей-Хоупом он точно понял, что это не пранк, потому что Хосок бы о своих чувствах не шутил. И Пак теперь абсолютно не знал как вести себя в присутствии Чона, и он даже осмелился спросить у того напрямую. Хосок в ответ отшутился, что не произошло ничего такого, о чём должна переживать светлая голова Чимина. И младшему от этой фразы стало только хуже, он смотрел на фальшивую улыбку хёна и не понимал почему тот такой хороший. Хосок вёл себя как обычно, а Чимину смелости не хватало снова поднять эту тему, он видел, как изо всех сил старший пытался держать свой фасад. Но когда Чимин лежал ночью, сраженный бессонницей, его мысли всегда возвращались то к Джей-Хоупу, то к Шуге. И он не знал как с кем-то поговорить на эту тему. Даже когда Тэхён к нему подошёл на следующий день извиниться якобы за резкость высказывания, а потом завёл разговор о том о сём, Чимин не смог признаться ему в своих переживаниях и мыслительных метаниях. Он чувствовал, что не был готов с кем-то поговорить на эту тему, поэтому отвлекался на повседневные вещи, избегая свои мысли. Но это было сложно сделать, потому что парни постоянно намекали. Чимин всеми фибрами души ощущал, что те стараются не навязываться, но их попытки с каждым разом становилось всё сложнее игнорировать. Ведь они действительно влекли за собой последствия в виде новой пищи для размышления. Но Пака больше всего смущало, что мемберы это делали в самые рандомные моменты. Например: — Ты читал свои переписки за последний месяц? — довольно прямолинейно спросил Чонгук как-то во время репетиции. Чимин тогда его проигнорировал, наоборот пытаясь выкинуть ненужные мысли из головы, чтобы сосредоточиться на танце. И да, он читал, чуть ли не на следующий день после происшествия, но всё равно ничего не понял. Всё было слишком вырвано из контекста для него. И не то чтобы там было так много сообщений. Из группового чата он узнал, что это была идея Чонгука пойти к гадалке, но он не знал как распоряжаться этой информацией. Диалог с Шугой выглядел максимально странно. Либо полностью проигнорированные смс Чимина о том, что тот расскажет парням об обмене тел, либо сухие ответы Юнги на фразы о помощи, но «годовой запас обнимашек» конечно же привлёк внимание Пака и озадачил немного. В тот же день к нему в комнату перед сном зашёл Джин со странным предложением: — Чимин-и, я нашел интересное видео для тебя. Посмотри, когда будешь свободен, — с какой-то подозрительной ухмылкой было произнесено Кимом. И только когда Пак перешёл по ссылке в Ютуб, то понял почему у старшего была такая интонация. Это была подборка «Юнмин моментов с фанмита» и Божееееее. Чимин просто не знал как реагировать, пялясь в свой телефон. Ему и стыдно и смешно одновременно. Все эти взгляды, прикосновения, фразочки выбивали из колеи. Конечно, он ещё не до конца мог поверить в обмен телами (у него будут сомнения до того момента, пока он не поговорит с Шугой), но смотря это видео, он чётко видел свою манеру в поведении хёна. И это странно… Когда ты слышишь это со слов других — это одно, но видеть на видео подтверждение, которое происходило на глазах тысячи фанатов — это сносит крышу. Чимин понравился момент, когда Юнги в его теле слишком очевидно забыл хореографию, а потом чуть не упал со сцены, а сам Пак пытался его спасти, чтобы в итоге они оба упали в руки охранников. Чимин смеялся в голос, пока смотрел на это, благо в комнате он был ещё один. Неосознанно он пересмотрел этот момент несколько раз, почему-то он ему показался очень смешным и милым одновременно, но он никогда в этом не признается. На следующий день он пытался выведать объяснение их с Юнги поведения у мемберов, но они не дали внятного ответа, говоря об каких-то теориях и попытках поменяться обратно. Это запутало Чимина только больше. Он сделал мысленную галочку расспросить Шугу об этом лично. Потом Намджун попросил волос Пака, и тот вспомнил, что обещал пройти ДНК тест на соулмейтов. Чимину было очень любопытно какие будут результаты, поэтому он без сомнений протянул лидеру свою расчёску. — А ты галерею открывал? — абсолютно из ниоткуда как-то спросил Хосок за обедом. Пак даже не сразу понял, что обращались к нему, настолько это было неожиданно. Он поднял вопросительный взгляд на Чона, который кушал курочку. — Зная, как ты любишь фоткаться, там точно должно быть что-то. — Он прав! Чимин проверь! — скомандовал Тэхён, наклоняясь в ожидании ближе к Паку, ещё до того как тот достал телефон из кармана. Чимин скептически на них посмотрел. Зачем мне фоткаться, не будучи в своём теле? По этой же причине у него и мысли не возникло заглянуть в свою галерею. Но фотографии, которые он увидел, заставили его приоткрыть рот в удивление. Куча селок Юнги. Нереально много. Он пролистал вниз и заметил, что фоткался в теле хёна чуть ли не каждый день. И это безумно очевидно, потому что Пак использовал свои любимые ракурсы и эгьё. Чимин заметил, что на кануне фанмита больше всего фоток. И если у младшего получилось скопировать манеру фотографирования хёна, то о Шуге этого не скажешь. Его селфи в теле Пака очень странные, неискренние (хотя видно, что тот очень старается). У Чимина это вызвало улыбку. Над ухом послышалось хмыканье Тэхёна. Одна из последних фотографий привлекла внимание Пака. На этой фотке запечатлён Юнги с пончиком в руках, который якобы собирается накормить спящего Чимина. Пак прыснул от смеха от этой фотографии. — Что там? Покажи, — залюбопытсвовал Джин. Парни вырвали у Чимина из рук телефон и начали улюлюкать над селфи, приговаривая какие они там миленькие. Пак улыбался, слушая их, но ему было очень неловко, уши покраснели, но на душе почему-то стало так хорошо. Весь следующий вечер Чимин пролежал на кровати, листая свою галерею. Он снова и снова рассматривал фотографии Шуги в своём теле. Улыбка, с которой хён улыбался на фотографии, такая скромная, с чуть-чуть приподнятыми уголками губ. Прям как Шуга любит фоткаться. Чимин бы ни за что не перепутал его стиль. Паку не верилось, что уже прошло четыре дня, как он не видел Юнги. Он не мог перестать думать о хёне, пусть и пытался направить все свои ресурсы на работу. Чимин явно соскучился, и даже не скрывал этого, постоянно расспрашивая старших, когда тот приедет, потому что самому написать сообщение духа не хватало. Пак не был уверен в каких они сейчас отношениях, и как Мин отреагирует на его инициативу попереписываться. Да и к тому же Чимин не знал, что написать. Он вообще не понимал, что сейчас чувствует к Шуге. Такое ощущение, что он уже узнал так много, но при этом так мало. Ему хотелось знать больше, поговорить с Юнги обо всём. Но в то же время было жутко страшно, что его потеря памяти повлечёт за собой то, что их отношения станут как раньше. Деловыми, лишёнными дружеского тепла. Чимин открывает заметки на телефоне, чтобы выплеснуть все свои эмоции в текст, как он обычно делает, но замечает, что там есть пару новых, о существовании которых он не знал. Пак проверил их даты. Они были написаны на протяжении месяца, который он забыл. Сердце заколотилось быстрее. Чимин почувствовал волнение. Он выдохнул воздух, который неосознанно задержал, и открыл самую раннюю заметку из пяти написанных. Как удивить Шугу-хёна: 1) Хосок-хён должен его рассмешить; 2) Сделать ему подарок (наушники?); 3) Устроить драму перед мемберами; 4) Что ещё............? (╥﹏╥) Чимин выгнул бровь и перечитал текст снова, чтобы точно убедиться, что понял всё правильно. Но со второго раза яснее не стало. Это ещё зачем? Пак не видел связи между пунктами и целью удивить Юнги. Он бы хотел знать какие у него были мысли, когда он составлял этот список, но сейчас ему это кажется забавным. Чимин с любопытством нажал на следующую заметку. ТЕОРИИ, которые мы успели уже проверить: 1) Способность хёна удлинилась => подождали ещё сутки; 2) Объятия помешали обмену => хён меня игнорировал (кретин); 3) Лунное затмение => следующее через 11 лет (слишком долго ждать, чтобы проверить правильность); 4) Третий закон Ньютона => я веду себя как хён, а хён как я; 5) Удивление => зря потраченные нервные клетки; 6) Инсценировать сцену обмена => ссора (╥﹏╥); 7) Смущение => фансервис на фанмите => стыд => я подумал хён меня возненавидит после этого; НИ-ЧЕ-ГО не работает!!! Обновлено: 8) Страх (?) => сделал вид (?), что выпрыгну из окна, я был пьян, так что ничего не помню, это слова хёна; Чимин вылупил глаза, сжав телефон в руках. Чегооооо? Он заново перечитал последнее предложение. Я собирался сделать что? Пак уже слышал немного о теориях от парней, но это что такое? Он не понимает зачем надо было заходить так далеко в какой-то теории, чтобы фальсифицировать намерения спрыгнуть с окна. И как какая-либо из этих идей могла бы нам с Юнги помочь? Чимин сделал ещё одну мысленную пометку — об этом расспросить у хёна. Мы так часто с ним ссоримся. После поцелуя стали даже чаще. Но я ведь всего лишь проверял теорию! Что здесь такого (●´⌓`●) Иногда мне кажется, что Шуга вовсе не старается. Но когда он предложил теорию со смущением, я искренне удивился. То есть он буквально предложил мне флиртовать с ним, но я не хотел, чтобы отношения между нами стали ещё страннее, поэтому сразу сообщил ему, что больше его целовать не буду! Надеюсь это не будет неловко. Чимин моргнул. Он точно всё правильно понял? Поцелуй? Пак нахмурился. Придётся принять эту информацию как данное, потому что проверить или опровергнуть её он сейчас не может. Он перевернулся на другой бок, открывая новую заметку. Чимин надеялся, что записи заполнят недостающие части пазла, но вопросов стало только больше. Я только что раскрыл Юнги-хёна от одеяла. Как он не задохнулся под одеялом за всю ночь я не понимаю. Он мило сопит и хмурится даже во сне. Надеюсь от этого на моём лице не появятся морщины. Мы вчера с ним поговорили по душам. Словами не передать насколько я был счастлив. Мы рассказали друг другу свои страхи и поглубже нырнули в способность хёна. И Шуга меня не ненавидит. Никогда не ненавидел. Это было действительно неожиданно. Я сначала отказывался в это верить, но ему не всё равно на меня. У нас была эмоциональная связь, и я готов потратить все силы, чтобы её восстановить. Но… У меня такое чувство, что теория со смущением не работает. То есть когда я обнимал Шугу, я слышал насколько громко билось его сердце, но обмена не происходило. Всё настолько смешалось у меня в голове. Я не понимаю в каком ключе двигаться, чтобы придумать новую теорию. Я чувствую себя беспомощным. Я хочу быть Юнги полезным, облегчить его страдания, но всё что я могу сейчас сделать это заказать для него пончики и кофе на завтрак. Хочу его хоть немного осчастливить. Если что, оправдаю это тем, что я проверял теорию. Это заметка смутила Чимина намного больше, чем факт поцелуя, он почувствовал, что начал краснеть. Всё звучало настолько слащаво, будто это не могло с ним происходить. Но Пак прекрасно узнаёт свои нотки самоотверженности. Он настолько ярко представил картинку этого разговора у себя в голове, что почувствовал, как ускорился пульс. Чимин спешил скорее открыть следующую заметку, он хочет знать больше. Он не может поверить, что это то самое чувство, о котором он думает. Я чувствую себя плохо от того, что хён разговаривал с Тэмином и решал вопросы о переносе выступления с компанией, а я ничем не мог ему помочь. Юнги-хён слишком добрый ко мне. Обниматься с ним невероятно. Он льнёт всем телом, как котёнок. И мне нравится слушать его сердцебиение. И когда я попросил его остаться в моей кровати, у меня самого так сердце колотилось. Я слышал пульс в ушах. Но Юнги как будто весь дрожал от нервов. И нам двоим и правда уже настолько комфортно друг с другом. И я соскучился… А может просто влюбился… После разговора с хёном о пьянке, я в самом деле начал что-то вспоминать. У меня в голове чётко появился момент, когда я плакал у него в руках, а он говорил всякие утешающие фразы. Но он сделал больше, чем просто меня утешил. Он подарил мне любовь. В голове иногда на повторе крутится его фраза: «Я никогда не перестану в тебя верить. Мы вместе что-то придумаем». Это самое трогательное, что мне говорили. Тудум, тудум, тудум… Чимин почувствовал, как его глаза заслезились. Нет, он не плакал, но был очень близок к этому. Пак прикрыл лицо. Что я сейчас чувствую? Его сердце невероятно быстро забилось, а все мысли вдруг выветрились из головы, кроме той, которая недоумевала почему именно Юнги. Он же… — Чимин, отстань. Я занят. — Чимин, ты меня отвлекаешь. Это невероятно устаревшая информация, и этот факт до сих пор удивляет Чимина. Он прочитал о эмоциях, вызванных Шугой, но совсем мало знает о событиях, которые с ними происходили. Чимин хочет написать ему какое-то сообщение, но всё так завертелось у него в голове, что он не мог выдавить из себя ни единой фразы. Он вздыхает, беспомощно откладывая телефон. Я же не могу ему просто написать «привет», это будет странно. Пак сжимает подушку в руках, прижимая её к груди. Он не верит, что это всё происходит с ним. Чимин не сразу, но засыпает с мыслями о том, что хотел бы хоть раз испытать чувства, которые были описаны в заметках. Он зажмуривается, ему нужно срочно увидеть Юнги. Но Пак не знал, что они встретятся уже на следующий день (это было сюрпризом для всех). Чимин вышел из ванной после утреннего душа, и как ни в чём не бывало, зашёл в свою комнату. Только он переступил порог, он замечает Шугу. Тот стоял возле кровати, перебирая браслеты на своём запястье, явно нервничая, а когда поднял взгляд на младшего, то тут же его отвёл. Пак оглядел себя, чтобы убедиться, что он в подобающем виде. Широкая футболка, шорты — всё прилично, но он всё равно почувствовал, как начали краснеть щёки. Чимин отвернулся от хёна, но потом тут же бросил любопытный взгляд на него. Что ты чувствуешь ко мне? Это был главный вопрос, который его волновал после прочтения заметок. В них не было ни слова о чувствах Юнги. Но сейчас язык тела старшего только говорил о том, как ему неловко: заведённые за спину руки, избегающий взгляд, ступни, указывающие на выход. Чимин тоже это чувствует. Незнание что сказать и с чего начать. Немые вопросы повисли в воздухе, сгущаясь и формируя метафоричное облако. А облака имеют свойство сгущаться и превращаться в тучи, если долго оседают в воздухе. Так и с эмоциями. Шуга делает громкий вдох и резко разворачивается, направляясь к Чимину. Тот неосознанно дёргает плечами от удивления. Они смотрят друг другу в глаза. Пак ожидает, что хён заговорит первый, раз он к нему подошёл. Скажи о чём ты думаешь. Лицо Юнги с каждой секундой становилось всё напряженнее. Решимость, с которой он подошёл к младшему, исчезает мгновенно. Чимин замечает, как у Шуги начали дрожать губы, которые он и так плотно сжимал. А его глаза начали наполняться слезами, но Мин упрямо не моргает, чтобы не пролить их. Пак резко вдыхает через нос, готовый уже сказать хоть что-то, лишь бы хён не выглядел таким разбитым, но не успевает… Юнги моргает. — Блять, — рванно выдыхает Шуга, отворачиваясь, и пытаясь стереть слёзы. Но он делал только хуже, оставляя на некогда белой коже красные пятна.