Тот, кто верил в Черного Человека (18+)

Город стыл в осаде с голоду. Холод, война — как ужасно! Питч пировал на улицах, кидаясь снежками в серые лица. Люди от безысходной злобы бросались в драки с прохожими. О, он совершенно превратно интерпретировал просьбу Мороза растормошить горожан. Хотя как его винить? Король Теней умел строить совершенно щенячьи мордашки. Зима шагал по северным землям уверенно и неотвратимо, забирая большую часть года. Его сила росла с каждым годом, проведенным рядом с Питчем. Парень не знал, что служило тому причиной, но был рад вниманию темного духа без всяких бонусов… Король Теней устал пугать людей в крепости. Кажется, страх стал им слишком привычен, а оттого сделался пресным. Зима знал, что скоро его любовник найдет другое развлечение. Да и, честно говоря, сидеть здесь и в самом деле становилось скучно. Дети не играли на улицах, не смеялись. Мороз подумывал о том, чтобы заморозить и потерять обозы, спешащие на подкрепление армии, разбившей лагерь под воротами замка. Может, это оживит детей? Да и Питч будет рад смятению по ту сторону баррикад. О, а еще можно наколдовать бороду из снега и украсть припасы, и доставить их за стену! Дух махнул ветрам и волкам-метелям, чтобы принимались за работу. Сначала следовало найти, что именно воровать! Немного подумав, Мороз свистнул медведям-буранам, чтобы поднимали свои тяжелые задницы и заметали дороги начисто. У него созрел план, как привести обоз прямиком к осажденным воротам. Вот это все удивятся, ха-ха! Появился Питч, умостив подбородок на удобную, кажется, специально для него созданную белую макушку. Зима, захлебываясь словами, поделился планом и получил сомнительное согласие Короля Теней. Мороз сверкающе довольно улыбнулся. Больше всего на свете он обожал творить беспорядки с Питчем. Парень разжился бородой и поспешил помочь смертным найти «верный» путь сквозь непогоду. Те приняли помощь с облегчением. Мороз повел их прямиком к тайным ходам из замка. Ветра принесли вести о замерзающих в этом буране. Так быстро? Ведь только начали! Кажется, с каждым годом люди становятся все более неприспособленными к выживанию. Дух высокомерно отмахнулся от дурных новостей. Смертные постоянно умирают и рожают новых. Невелика потеря… Шалость удалась. Хо-хо, на все сто процентов! Питч даже помог испугать людей в крепости, чтобы они, ведомые тревогой, послали нескольких разведчиков, которые и обнаружили заплутавшие обозы. Зима с достоинством огладил убористую белую бороду, которую себе наморозил, и исчез на глазах изумленных людей. Стоило людям затащить все повозки за ворота и вновь закрыться, как буран опал. Зима ласково потрепал своих помощников, после чего направился на замковую стену. Оттуда открывался потрясающий вид на белоснежную равнину, темный лес вдалеке, круглую огромную луну, сокрытую парочкой облаков — жалких клочков, оставшихся после работы ветров. Дух вдохнул полной грудью, слушая детский смех и голоса взрослых, получивших надежду прожить еще немного. На одной из улочек остановился Питч, ругая кого-то. Ветер донес его слова. Король Теней распекал одну из своих подопечных. Кажется, та надавила на ребенка слишком сильно во время бурана, ведь в буйстве стихии внушать страх проще обычного, и малышка не выдержала… Зима не понял, что с ней произошло, что-то ужасное, конечно, и Питч теперь ругал существо за жестокость, но это вызывало ласковую улыбку у Мороза. Не потому, что смерть ребенка — это что-то хорошее, а потому что это ужасно иронично… и все из-за Зимы вне всяких сомнений. Раньше Король Теней нечасто давал себе труд задумываться о жертвах своих каверз. Черный Человек величественно ступил на крышу. Зима сразу же сделал вид, что забыл о подслушанном разговоре. Это получилось удивительно легко, ведь таких разговоров с недавних пор становилось все больше. Парень не хотел спугнуть робкий росток света, проклюнувшийся в сердце любовника. Может, он вырастет в какое-нибудь большое и светлое чувство? Просто интересно поглядеть, что может вырасти из существа, известного своей неумолимой жестокостью. — Ты умудрился убить пятерых зевак, — как ни в чем не бывало, хмыкнул Питч, опускаясь рядом. Зима тут же приник к его теплому боку и оказался прижат. — Я сегодня говорил, какой ты потрясающий? Зима закусил губу. — Нет? — Каков хитрец, — прошептал мужчина перед поцелуем. — Считай, ты услышал. Они целовались под беззвездным небом до тех пор, пока крыша не промерзла до белизны. Питч уронил любовника на спину, навис сверху. Тряхнул головой — его тени-мантия разлились по щиткам жидкой тьмой, открыв серые спину и грудь. Штаны остались, чтобы поддерживать некую интригу, вызвав смех у Мороза. Ему от восторга всегда не терпелось хохотать. Питч вжался в его шею, щекоча-покусывая. У Зимы под накидкой уже ничего не было — доспех растворился, оставив только серебристый узор на белоснежной коже. Мужчина провел руками по бокам, нащупывая соски. Добившись первого стона, темный вздернул полы накидки, закинув их на голову хохотуна, чтобы не сбивал настрой. Мороз возмущенно сел и почему-то замер, глядя в небо. Король Теней, предполагая, что увидит нечто, не способствующее продолжению ласк, со вздохом повернулся и взглянул вверх. По темному ночному небу неслась золотая комета, рассыпающая свой огненный хвост. Да так близко, что казалось, ее можно потрогать. Древний дух прищурился. Зима с энтузиазмом взвился в воздух, забыв о возбуждении подчистую. На нем появился доспех, он машинально подхватил посох и уставился горящими глазами на Питча, ожидая его реакции. Король Теней хмыкнул. Тени собрались в мантию на его плечах и с готовностью зашипели в оба уха. На лице мужчины сначала блуждал неприязненный скептицизм, но по мере выслушивания он трансформировался в заинтересованность, а потом — в глубокую задумчивость. — Ну! Где это?! Пошли! — встряхнул его Зима. — Это раскаленный клубок непонятно чего, падающий на эту планету, Светик, — терпеливо пояснил дух, — и он еще не упал. Остановить его тоже невозможно. Тени уже попытались. Они сгорают, не добравшись до него. Поэтому не лезь. Лучше смотри издалека, так красивее. Так и правда было красивее, но характер Мороза не позволял заниматься созерцанием, если возможно подлететь поближе. Дух оседлал свои ветра и ринулся в погоню. Золотой хвост кометы был завораживающе красивым, обрамленный всполохами разных цветов. Она вращалась вокруг своей оси, как бешенный шар! Раскаленный клубок несся быстрее ветра, и Зима, вспомнив, что является в какой-то мере светом, превратился в луч. Комета падала в сторону юга, куда Зима залетал редко. От жары ему не становилось теплее, как людям, только нападали вялость и сонливость. Последнее время он подумывал о том, чтобы понижать температуру своими силами, но не видел особого смысла нарушать природное равновесие ради такой мелочи, как юг. Люди, которые не знают, как играть в снежки — кому они вообще нужны? Просто иногда обидно было, что Питч уходил туда на охоту, а с собой не брал. Огромный золотой метеорит — или что там было в комете — упал в море, подняв целую бурю брызг и пара. Зима подлетел поближе и поморщился от жара, идущего от облака. Сущая гадость! Дух свистнул своим помощникам, чтобы пригнали снежные тучи и остудили тут все. Питч молча появился рядом. Ветра отогнали жар и пыль, и стало видно, что комета — это жидкое золото, растекающееся спиралями по морскому дну. Золотые пылинки висели в воздухе, невосприимчивые к усилиям ветров. Зима с любопытством провел рукой и разогнал их скопление. Питч, все еще не говоря ни слова, прошел мимо, разглядывая осколки и сплавы. Кажется, он что-то искал или надеялся найти. Мороз, разглядывая спиралевидные остывающие оплывы золота, дошел до центра и вскинулся. Девочка — вообще-то довольно взрослая девушка, на вид немногим старше «семнадцатилетнего» Зимы — лежала в самой сердцевине кратера, раскинув длинные темные волосы и бледные руки. Эта поза придавала ей беззащитный детский вид. Темное платье потрепалось от пережитой катастрофы, что не удивительно… Да и вся она выглядела побитой, в ссадинах, синяках и царапинах… Зима печально вздохнул и сложил руки девушки на животе, как положено. Из-под выреза воротника выглянул край золотого медальона. Мороз вытащил кулон — цепочка на глазах развалилась — и открыл. На него смотрел Питч. Не его Питч, но все еще он, в униформе с белыми знаками отличия на плечах, с мягкой отеческой улыбкой и человеческого цвета кожей, без серого налета. В глазах изображенного мужчины, карих, к слову, была спокойная любовь, без хитринки, без всякого подлога, простая и неприкрытая. Очень красиво. — Я надеялся найти межзвездный корабль, который можно починить, — констатировал ворчливо Король Теней, морщась от яркого сияния золота. — А это просто концентрированная мечта — падающая звезда. Без звездного пилота она бесполезна, но он не выжил. — Тут девочка, тоже мертвая. Смотри, что было при ней! — дух поймал любовника за рукав и показал изображение. Питч взял медальон и с удивлением разглядел себя. Зима еще раз посмотрел на девушку, гадая, кем она приходится Черному Человеку. У нее было похожее вытянутое лицо, прямая переносица, сама она была тощая и угловая, как Питч. Может, сестра или дочь? — У меня была дочь, — медленно, будто неуверенно, признал Питч. Парень обернулся на него с удивлением. — Но ее давно больше нет. Я помню это. — Как это произошло? — не сдержался Зима. Лицо Питча надломилось, будто он вел внутреннюю борьбу или испытывал боль. Он прикрыл глаза и закрыл кулон. — Не могу вспомнить точно, — ответил Питч, сжав переносицу. — Я помню, как мне сказали, что Эмили мертва. И моя жена тоже. Были убиты… Я помню, как скорбел, и как тьма сделала все проще и легче... Но еще я помню, как моя мертвая дочь кричала, что я ей больше не отец, и я… Кажется, я запер ее в звезде, лишь бы больше не видеть это. В любом случае, это было тысячи лет назад! Люди не жили столько даже в самые лучшие времена! Черный Человек отбросил медальон, словно тот жег руку*, и вернул привычный невозмутимый вид. Зима вздохнул поглубже, осознав глубину той бездны, в которую ему довелось заглянуть, и постарался не смотреть на избитое тело девочки. Эмили. — И все равно мне жаль это слышать, — сказал он сочувственно. — Хочется верить, что она была хорошим человеком. — Не знаю, не помню и, честно говоря, не вижу смысла, — пожал плечами Питч. — Не хочу снова вспоминать ту боль, от которой сбежал, став Букой. Зима притянул любовника за шею и обнял. Он отлично понимал такие мотивы. Дух сам всю свою жизнь искал спасения от холода — от собственной сути… Самый невыносимый вид боли, от которой можно спастись только став кем-то другим, с кем этой боли никогда не случалось. — Хочешь… не знаю, похоронить эту девочку? — все же спросил парень, заглядывая в металлические кошачьи глаза. Питч фыркнул, как норовистый конь, и отстранился. Вся важность момента исчезла. — Вот еще не хватало. Я домой, больше мне тут делать нечего… Приходи, как закончишь. Буду ждать. Домом Король Теней называл свое царство — полутемные бесконечные пещеры в другом измерении, куда был доступ только Питчу, его теням и тем, кому он позволит войти. Делать там было особо нечего, а красить стены в белый хозяин хором пока запрещал, так что Зима бывал там нечасто. Ему был приятнее открытый простор подлунного мира. Вспомнив о теле девочке, дух дергано кивнул. Питч растворился в тенях.