Тот, кто верил в Черного Человека (18+)

С обретением Логова жизнь Питча стала более размеренной: он изучал магию в библиотеке, а потом спешил опробовать ее в собственных представлениях. Дети визжали от новинок с неиссякаемой силой! Но Блэк стал замечать, что его представления стали однообразны. Он затаивался в темных углах, привлекал внимание ребенка звуками или касаниями, тушил свечи… А потом дети все чаще вспоминали о том, кто он. Слава Кромешника ширилась между детьми и взрослыми, и Питчу приходилось прикладывать все меньше сил, чтобы внушать страх. Пощекочи пятку — и ребенок готов задохнуться от страха… Смешно, но теперь его так называемые «прогулки», которые Питч предпочитал называть представлениями, стали невыразимо скучными. Он мог бы искать детей поинтереснее и пугать лишь таких, но находил очень расточительным оставлять прочих. Страх есть страх. Питч был вынужден задуматься о создании личных помощников, если хотел расти. В «дневниках» как раз нашлись описания. Только претворить их в жизнь оказалось не так-то просто. Питч чертыхнулся и еще раз заглянул в книгу. Золотыми буквами на черном отчетливо говорилось о том, что вектор он направил верно. Это вообще не должно быть настолько запутанно! Создавать эти примитивные магические конструкты — естественно для духов! Блэк со злости сорвал с пальцев отработанную магию, скомкал ее и вышвырнул в угол. Он просто хотел создать помощника, чтобы… показать Фросту. Увидеть, как тот улыбнется и одобрительно кивнет. Или даже похвалит вслух или посоветует, что дальше. Питч неловко смахнул темную пыль с книг и поджал губы. У него уже несколько дней не получалось. Фрост пытался говорить, что молодым духам всегда сложно, но, позвольте, что может быть сложного в конструкции из трех линий силы? Питч не настолько безнадежен. Мужчина со вздохом поднялся и подобрал клубок отработанной магии. Ее все равно уже было не жалко. Он смял плетение и механически повторил то, что делал уже третьи сутки. Ему ведь не нужно многого — так, смышленую тень на подхват. Она даже может не выглядеть пугающе, главное, чтобы понятливая была... И чудо произошло. Питч с удивлением раскрыл ладони. На них свернулось полупрозрачное невесомое существо и моргало своими пустыми золотыми глазищами. Его длиннющий хвост свисал с руки сантиметров на десять. Новорожденный помощник переступил короткими лапками на указательном пальце и открыл крошечный беззубый рот: — «Здравствуйте, старший/создатель/повелитель. Что вам хочется/надо/угодно?». Питч склонил голову, изучая мыслеобразы, полученные от тени. Они были весьма смутными, поэтому достоверно облечь их в слова не получилось бы, но весьма объемно давали понимание ситуации. Кажется, его создание училось на глазах, черпая в его разуме необходимое знание. Но оно однозначно было потенциально работоспособно! Первая удачная тень! Послушное его воле, существо воспарило и вытянулось, облегчая осмотр. Всего в три ладони длиной, без задних лап и с куцыми передними, оно напоминало своим видом ящерку или хорька. Хоть без ушей обошлось… Питч подозрительно фыркнул — что за большеглазая милашка, как таким пугать детей?! Ни когтей, ни зубов. Вообще ничего опасного или пугающего. Из более-менее ценного лишь пустые бледно-желтые глаза без выражения. Но не успела тень расстроиться, как Питч сам от себя отмахнулся. Ему был важнее ум помощника, и тот, кажется, не подвел. Для первого раза неплохо, а остальное сообразит потом. Блэк схватил существо и возник перед Фростом, пройдя темным путем из библиотеки в… Питч придирчиво огляделся. Кажется, это опять библиотека, только другой ее раздел. Быстро отбросив недоумение — так заработался, что не заметил компанию? Перестал расценивать светлого как угрозу? —, Блэк нашел взглядом духа, сидящего на высоких стеллажах под потолком, и позвал. Юноша отвлекся от чтения, подобрал посох и спорхнул вниз. Фрост привычно-ласково улыбнулся, и Питч торжественно презентовал свое создание, сунув прямо под нос любовнику. Тень полузадушено крякнула, овив полупрозрачным хвостом руку создателя. Но в целом, ее солидный размер и большие глаза с такого ракурса могли бы показаться удачными. — Это Оникс. Моя первая тень, — имя появилось только что. Блэк застыл в ожидании похвалы или хоть какого-то интереса, но вместо этого Фрост странно побледнел и отшатнулся. На его лице медленно проступило глубокое отвращение, будто только правила приличия помешали Питеру выжечь холодом отродье. Тень обеспокоенно завозилась и сипло запищала-захныкала — она отлично поняла, что должна была создать благоприятное впечатление на этого духа и провалилась. Питч быстро успокоил свое творение и упрятал за спину, не до конца понимая, что произошло, но уже выговаривая себя за поспешность. С чего он вообще взял, что Фроста требуется поражать мастерством и совать ему кривые поделки под нос? Будто ребенок, право слово! Еще бы в открытую похвалу потребовал! И он опять забыл, что светлому может быть неприятно контактировать с темной магией. Идиот. Блэк сжал челюсти и отвел взгляд, закаменев. От мысленного распинания спас Фрост простым поцелуем в щеку. Мужчина перевел хмурый взгляд на любовника. — Прости, я не должен быть так резок, — тихо повинился ледяной, склоняя голову. — У меня с тенями несколько натянутые отношения. Питч в уме отвесил себе затрещину и хорошенько себя встряхнул. Как дипломатично Фрост обозвал глубокую взаимную ненависть. Конечно, он будет так реагировать, когда ему тень в нос тычут! — В следующий раз буду аккуратнее, — бледно улыбнулся Питч, делая себе крестик никогда больше не показывать Фросту своих любимцев. Питер тяжело вздохнул и погладил мужчину по плечу. — Просто… Могу я тебя попросить кое о чем? Питч с готовностью кивнул, ожидая всего, вплоть до запрета создавать всякую дрянь. Ледяной стиснул пальцы на локте Питча и сжал до желваков челюсти. Он будто силился выдавить из себя что-то, и Блэк пообещал себе прислушаться к просьбе, какой бы невыполнимой она ни была. — Не впускай этих тварей в себя, — наконец, произнес Фрост. Блэк недоуменно моргнул, примеряя на себя абсурдную идею. Впускать в себя магические конструкты, обладающие волей и собственной силой — что за извращение? Питч даже вздрогнул, представив себе перспективу. Смешиваться с собственными помощниками, откуда Питер вообще взял эту гадость?! Тьма побери, вот это по-настоящему «фу»! — Ни в коем случае! — горячо заверил Блэк со всей ответственностью, на которую был способен и снова передернул плечами. — И не стоит волноваться, я не буду больше показывать тебе Оникса… теней. Прости. Он уже собирался ускользнуть, как Питер поймал его за запястье. Питч обернулся. Светлый выглядел немного смущенно. — Давай попробуем еще раз. Я не буду дергаться, обещаю. — Тебе не понравилось. Я все понимаю. Питер, то что ты вообще находишься здесь, в темном измерении, уже радость для меня, и я не хочу-ф... Фрост закрыл ему рот ладонью и посмотрел очень укоризненно. — Это твоя первая тень. Ты ее создал, и я хочу с ней познакомиться. Пожалуйста. Питча не требовалось просить трижды. Он щелкнул пальцами, призывая запрятавшуюся между страницами книги тень. Пока Оникс неуклюже вылезал с полки, оформляясь в прежнюю материальную форму, Питч успел выдать инструкции: никаких резких движений и шипения, мордочку поумильней, глазки побольше, станет больно — потерпеть. Тень, честно кивая, осела на руках создателя, готовясь к худшему. Только теперь Блэк не стремился протягивать свое творение на суд. Фрост сдержал слово: во второй раз выражение на его лице оставалось сосредоточенным и нейтральным. Он на пробу вытянул руку, и Оникс дал себя ощупать чужаку — скорее застыл от страха. Сила тени перед ледяным духом казалась смехотворной. — Сильная, как для тени, — заметил Питер с сосредоточенным профессионализмом. Питч с интересом проследил, как его творение сначала боится до чертиков, а потом смелеет и делает попытки отгородиться от жгучих, холодных пальцев. Фрост, словно назло, начал выводить тень из себя, тыча в бока и по мордочке. Оникс очень быстро разозлился и напал. Питч пристыженно поджал губы, созерцая позор своего творения. Нападение имело совершенно нулевой успех: тень скорее страстно обмусолила чужие пальцы, ведь даже малейших клыков у нее не нашлось, да и рта как такового тоже... Короткие лапки изо всех сил тщетно вцепились в пальцы, а хвост обвил предплечье в тщетной попытке удержать нападающего… Удручающее зрелище. Блэк слышал, как помощник ругался в ментальном плане на все лады, и обеспокоенно поднял глаза на Фроста. Тот с исследовательским интересом наблюдал собственное растерзание, не показывая ни малейшего намека на оскорбленность. Хотя пассажи, закладываемые Ониксом, кого угодно бы вывели из себя. Питч — и тот, одновременно, загордился и полыхнул ушами. Какое сомнительное достижение! Тень ведь черпала все знания из разума Питча — не прошло и получаса, как он обучил свое творение отборным гадостям. — Так, хватит, — решительно прервал Блэк и разнял «соперников». — Нельзя так говорить. — Она что-то говорит? — достоверно удивился Фрост. — Я не буду это повторять! — сразу же открестился Питч, но опомнился и укорил любовника: — Как будто ты сам не слышал!.. — Нисколько, — легко пожал плечами Фрост. — Я ведь светлый. А вы темные. Мы можем общаться телепатией только с существами своей первостихии. Вас с тенями и сильнейшие светлые не услышат… Впрочем, светлых вы тоже не услышите. — О, — только и произнес Питч. Оникс в его руках затаился, втихаря торжествуя, что он может безнаказанно обзывать светлого. Питч покачал головой и вздохнул: кажется, наличие умных помощников было той еще занозой в заднице. Неудивительно, что духи предпочитали отсылать свои создания в предел, а не таскать за собой и выслушивать. — Не переживай, говорить вслух тоже неплохо, — утешил Питер, не выдержав повисшей неловкой тишины. — Лучше скажи, что теперь. Создашь еще теней или сначала опробуешь в деле Оникса? Питч погладил своего помощника, и тень заинтересованно уточнила, не о еде ли речь. Голод у новорожденного существа тут же прорезался нешуточный. В отличие от Питча Оникс не обладал источником, мог только подбирать крохи энергии и запасать их. И то, только в определенных пределах. Без регулярных поступлений тень зачахнет и растеряет себя. — Надо приобщать моего первого помощника к представлениям, — хмыкнул Блэк, предлагая руку ледяному. Тот шагнул к нему безо всякого трепета, хотя Оникс так и остался сидеть на локте. Первый же опыт показал, что личные помощники — чудесное приобретение. Питч не мог представить, как обходился без них ранее. Он мог оставить тени в детских спальнях, мог послать на разведку или отправить самостоятельно охотиться. Они быстро учились, и единственное, что плохо — не знали, когда остановиться. Голодающие тени были готовы терзать своих жертв, пока в тех оставалась хоть крупица силы. Питчу приходилось зорко следить за своим выводком, отправляя их на вольный выпас. Тени ворчали, но не смели ослушаться, потому что с Блэком им было куда лучше, чем без него. Питч их прикрывал, когда дети совались «за кулисы», бесстрашно срывая покровы. Да, страх неизвестности хорош, но он порождал любопытство в некоторых одаренных, и тогда темным приходилось спасаться бегством — их власть в интриге, а не в прямом столкновении. Владыка теней также не позволял более сильным или умным теням обижать тех, что послабее… Ну почти. Эту миссию охотнее выполнял Фрост, в то время как Питч с интересом иногда следил за гладиаторскими боями подопечных. Тени — абсолютно все — обладали невыносимым склочным нравом и были остры на язык. Пусть не владели человеческой речью, но яда им хватало на всех, порой, брызги долетали даже до Питча. Не было ничего удивительного, что Блэк позволял иногда своим вассалам загрызть пару-тройку слабых или наглых. Пусть знают, что в их рядах должны быть дисциплина, а не своеволие. Стало особенно забавно, когда тени начали подставлять друг друга в надежде на его благосклонность. Питч упивался своей властью, пусть и среди ничтожных. Но Фрост о подковерных играх темных не знал. Тени, кажется, представлялись ему кучкой маленьких неразумных котят с нелепыми рожицами и трогательными лапками… И Питч с ними во главе недалеко ушел. — Ты ведь понимаешь, что они это подстроили? — уточнил Блэк с подозрением в голосе. Они сидели на каменной крыше одного из трехэтажных украшенных богатой лепниной домов. Люди этих земель были многочисленны и строили необычные высокие здания из камня. У них встречалась уникальная архитектура, мало похожая на цивилизации запада, если возможно так выразиться, рассуждая о шарообразной планете. Ночь стояла лунная, чистая, а воздух полнился сладким ароматом ночных цветов. Словом, час слишком чувственный и нежный для гадостей теней. Блэк не желал слушать более это возмутительное хамство. Еще больше он устал наблюдать, как Питер унижается. Тени быстро повадились притворяться, что их чем-то придавило, когда Фрост проходил мимо, или как-то иначе устраивали шум из ничего, делали исподтишка гадости. Питер быстро растерял неприступность и стремился от всего сердца помочь бедняжкам. Которые потом смеялись, какой светлый дурак, раз лезет и помогает. Хотя чему там помогать... (А кто правда попадет в беду, так пусть исчезнет со своим позором, а не досаждает владыке и его другу.) Питер поднял брови и подцепил некрупную черепицу, «отпуская на свободу» тень. Та воспользовалась шансом и нагло уселась на руки светлого, решив получить еще и незаслуженные почесывания. Питч мрачно констатировал: все темные падки на примитивную ласку. Что за напасть. Даже тени, относящиеся к светлому чужаку с презрением, не гнушались лезть ему под руки… — Только в этот раз? — лукаво засмеялся Фрост, заставив темных вздрогнуть, будучи пойманными с поличным. — Пи-итч, мне лучше твоего известно, что твои помощники — стайка зловредных тварей без стыда и совести. Ты не откроешь мне в этом тайну мироздания. Да-а, кто тут бессовестная страшилка? Кто тут симулирует, что попал в беду? Ты ж моя полупрозрачная хвостатая булочка! Питч шокировано вытаращился на то, как Фрост тетешкает тень в ладошках и бессовестным образом сюсюкает. Тень и та безоговорочно позволила себя трясти, панически обдумывая превратности судьбы и собственную неосмотрительность, заведшую в такую коварную ловушку. Фрост прекратил, наконец, дурачиться, уложил тень на коленях и посмотрел на Питча серьезно и ласково. Как родитель на шалящего отпрыска. Блэк занервничал. — Знаю-знаю, вы, темные, отчего-то полагаете, что помогать другим — это слабость. Будто от взаимопомощи у вас лапки отвалятся. Такие смешные… — хмыкнул Питер с рассеянной улыбкой. — Никогда не устану смотреть, как вы делаете вид, что чужие беды вас не трогают. Тень заворчала, отпихивая нежащие ее руки. Питч бросил на существо суровый взгляд, но со вздохом перевел, потому что ему тоже стало любопытно услышать ответ: — Если они такие противные и злые, почему ты с ними мягок? Тебе ведь не нравится, что они хитрят или пакостят. Зачем поощряешь? Взгляд Фроста стал еще мягче. Он наклонился к тени и легонько ущипнул за куцые лапки. Та, поняв, что время шуток кончилось, затихла и надулась от обиды. — Не вижу ничего плохого в том, чтобы быть хитрым или коварным, — пожал плечами Фрост. — С таким же успехом, можно говорить, что плохо быть сильным или честным… Пока игры теней никому не вредят, мне не сложно подыграть. Если им так нравится, пускай... Может быть, своим примером я вдохновлю кого-то однажды поступить также? Кто знает. Я просто верю, что о малышах надо заботиться и беречь. Даже если маленькие эти — противные чертята, которые делают гадости за спиной вместо благодарности. Тень, уязвленная и униженная нагоняем, отпихнула пальцы, посмотрела на Фроста очень осуждающе и сбежала обдумывать сказанное. Питч опустился рядом с Питером на хребте храмовой крыши и выдохнул, мимоходом стряхивая с рук пыль. С такой стороны Блэк их поведение не рассматривал. Они недолго помолчали. — Ты поэтому со мной возишься? Потому что я мал по меркам духов, — полушутливо подцепил Питч. Форст уронил ему на плечо голову и мгновенно втерся поудобнее — ближе. С ростом личной силы ледяные прикосновения казались Блэку все более привычными и мягкими. — Не совсем, — щекотно фыркнул ему в шею Питер. — Мы семья, пусть и на свой странный, неповторимый манер. Я рядом, потому что люблю тебя. Услышать такое… было неожиданно. Питч преувеличенно невозмутимо поправил складки мантии в ногах, мимолетно отряхивая руки. Он поблагодарил высшие силы за то, что сидел в такой момент, а не шел куда-то. Непременно споткнулся бы. Пульс от волнения забился паникующей птичкой под ребрами. Запоздало Блэк спохватился: надо ответить? Соврать, что тоже любит? Промолчать? Усмехнуться и заявить, что и так это знал? Поцеловать? Обнять? Согласиться? Фрост выпростал руку и обхватил Блэка за шею, ероша волосы на затылке. Мужчина пристыженно уткнулся в белую макушку — он неизлечимый идиот. Если он не способен даже подобрать слова, как он планирует возвращать власть над мирами? — Не нервничай так, Питч, я не жду ответа сейчас, — засмеялся Питер, но примолк, теребя край расползшейся до диафрагмы мантии. — Не уподобляйся своим теням, ладно? Если тебе захочется поговорить, я тут для тебя. Можешь рассчитывать на мою искреннюю поддержку. Вдвоем все легче. Да и веселее. Договорились? Мне хотелось бы знать, что тебя беспокоит, что интересует, занимает… Просто так, понимаешь? Питч нащупал холодную ладонь Фроста и переплел пальцы. Кисть показалась даже чуток теплой и сухой, почти обычной. — Я постараюсь, — хрипло прервал он, потому что Питера определенно понесло. От волнения такое с ним случалось. Блэк поднялся, испытывая к себе необъяснимое разочарование. Оно осело кислым вкусом во рту, когда он молча ушел, так ничего и не ответив на признание. Ему было нечего отвечать. Нечем. У него выводок молодых задиристых теней и непуганные дети. Полный график — времени разбираться со своим бунтующим нутром решительно нет. Тени как обычно шалили. Питч трудолюбиво посетил каждую, забирая свою долю энергии — еще один бонус от владения помощниками. Его подопечные, чуя напряженность хозяина, вели себя кротко и не нарывались. Разве что одна испуганная девочка почти перевернула свечу, отчаянно пытаясь дотянуться до подсвечника на комоде. Это могло быть опасно. Детские смерти — последнее, что нужно Кромешнику. Если детей убивать, кто будет бояться? Это на очень крайний случай, только для безвыходной ситуации. Питч сделал выговор строже обычного и вдруг заметил чье-то непрошенное внимание из ночной тьмы. Невесомое, испуганное и пораженное... Дух настороженно поднял голову. Сегодня не светила даже луна, и за занавесками в густой темноте ощущалось нечто. Волнения и страсти отошли на второй план. Питч собрался и аккуратно сформировал небольшую петлю. Резко метнул в шпиона. Клубок взвизгнул и укатился в темноту улицы. Тени, послушные приказу, уже поснимались с охотничьих угодий в детских комнатах этого района и начали занимать позиции, чтобы окружить чужака или загнать, если тот попытается скрыться. Блэк настороженно огляделся — не розыгрыш ли это Фроста? Что бы он ни думал, а обижать бывшего наставника и любовника не хотелось. В округе не чувствовалось холодных отблесков, характерных для Питера — только отзвуки его многочисленных теней. Питч призвал косу на случай, если пойманное существо враждебно. Он ощущал, что это нечто мелкое. Например, чей-то помощник или самостоятельный мелкий дух. Как знать, в его положении любой риск неприемлем. С оружием в руках всяко спокойнее. И что-то царапало восприятие. Будто чужак и не чужой вовсе. Темный. Голодный до страха. Маленький и слабый. Свой. Будто даже одна из теней. Блэк даже не мог объяснить, в чем подвох. И его это непомерно бесило. Мужчина махнул рукой парочке слуг. Те змеями бросились в темноту и приволокли ему в ноги… тень. Питч поднял бровь, разглядывая пленницу. Существо было идентично творениям Блэка в базовой механике. Даже по энергетике все говорило о том, что это создал он сам. Однако, внешний вид весьма отличался от прочих работ Питча. Эту тень можно было с уверенностью назвать жуткой: у чужой твари имелись непропорционально длинные тонкие конечности, пальцы с узловатыми костяшками оканчивались острыми когтями; в маленьком рту кольцами таились крошечные и многочисленные зубы, как у пиявки. Более темный и насыщенный стихией окрас выдавал мастерство создателя. Питч не мог такое создать. Этому существу больше лет, чем самому Блэку. Оно на голову превосходит все его поделки в ментальном плане, а в энергетическом способно оперировать стихией такой концентрации и глубины, что даже Питчу незазорно подучиться. Темный дух напрягся, сжимая косу: это тень одного из Страхов? Что она вынюхивала на Земле?! Впрочем, несмотря на развитость навыков, тень оставалась тенью, и Питч, будучи на уровень выше, мог читать эмоции инородной твари. Та боялась смерти до первородного ужаса, ничего перед собой не видя. Она была голодна, слаба, а оттого неосмотрительно сунулась слишком близко, привлеченная разгулом теней Питча. Без хозяина ей оставалось только цепляться за свою шкуру, о полноценном существовании речи не шло. Блэк мог бы использовать ее, чтобы узнать больше, но не решился рисковать. Слишком сложная и умная тень. У него и с его мелкими шкурками возникали проблемы… Мужчина замахнулся косой, намереваясь избавиться от нежелательного элемента. — «Господин, умоляю, пощадите,» — взмолилось существо, уткнувшись в землю перед его ногами. Питч поднял бровь. С каких пор мольбы стали эффективным средством ведения переговоров? — Чья ты? — «Ваша, хозяин, все еще ваша», — еще ниже поклонилась паршивка, чистосердечно раболепствуя. «Все еще ваша» — так она выразилась. Питч даже приостановился и высокомерно смерил взглядом экзотичную тварюшку. — Назовись. Тень развернула мыслеобраз себя — странная квинтесенция низости, услужливости и ума с примесью древних времен и звездных ветров. «Имя» ничего не объяснило. Питч нахмурился и опустил, наконец, косу. Тень от облегчения растеклась по земле, едва не задевая боком жгучий фонарный свет главной улицы. — Не припомню, чтобы создавал тебя, — пресек ее преждевременную радость Блэк. — «Нет, конечно нет, — немедленно вострепетала тень, челобитничая. — Меня создали вы/Эль Кукуй/вы-прошлый/Владыка-хозяин.» Питч недоверчиво дернул подбородком. Что ж, это объяснило и искаженное ощущение от магии существа, и сложность мыслеобразов, которыми пользовалась тень. Его собственные творения были подобны лепечущим детям в сравнении с ней. — Я думал, вы все либо мертвые, либо предатели, — заметил Питч холодно. — Либо все вместе. К какой категории ты относишься, напомни? Фрост рассказывал, что, когда Страхи решили предать его и уйти, подавляющая часть его воинства последовала за ними. Редкие исключения служили на дальних рубежах и либо не знали о произошедшем, либо не успевали на подмогу. После смерти хозяина, лишенные энергии, они скорее всего погибли. Или переметнулись к Герцогам, и кто знает, что с ними сделали… В любом случае, верных теней с прошлых времён у него не могло остаться. — «Ни то, ни другое, хозяин, — подобострастно распласталась тень. — Я всегда была верна вам. Когда Эль Кукуй — вы — погибли, многие тени желали остаться с вами до самого конца, помочь вам, унести в безопасное место. Но светлый предатель/враг не позволил нам, вашим верным слугам/теням/младшим. Он забрал вашу Искру! Спрятал ее! Хозяин, если бы мы знали, что вы живы, что светлый хитрец оставил вас в живых, мы бы никогда!.. Уверяю вас, что бы ни сказал вам светлый, это ложь от первого до последнего слова!» Питч фыркнул — настолько топорной попытки оклеветать Фроста он мог бы ожидать от своего выводка. А для древней твари уже как-то несолидно так нескладно петь. — То есть, мои верные тени не предавали меня, и Герцоги до сих пор служат под моим началом, — подвел неутешительный итог Питч. — Не держи меня за дурака, я знаю, чем закончилась моя жизнь. Тень сжалась и заскулила, фонтанируя раскаянием и отчаянием. Она была готова на все, лишь бы остаться в живых. — «Я не лгу, владыка, не лгу, — она вновь застучала лбом об землю. Длинные конечности нескладно торчали, как ножки паука, и сотрясались от ударов. — Да, многие оставили вас, но поймите и вы нас, господин, умоляю, войдите в положение! Вы желали изничтожить всех бессмертных и смертных, молодых и старых, что же нам оставалось есть? Мы не вы, господин, нам нужна пища, энергия, мы голодны. А вы обещали убить нас всех! Но даже так не все вас покинули, господин, некоторые остались несмотря ни на что! Я и мои сородичи — мы остались на Земле, хотя это сулило нам лишь голод и смерть. Мы ждали вас, надеялись! Мы верили, что светлый предатель не сможет убить вас, и вам хватит силы возвратиться. Мы верили, и вы смогли… Вы справились и вернулись к нам…» Питч слушал лепет тени с возрастающей злостью. На момент появления Искры Питч был один в обществе Питера. Они сами оставили его! — Что же вы не нашли меня раньше? — не выдержал Блэк. — Из всех лишь светлый подтвердил свою верность действиями. «Когда я был слаб и нуждался в поддержке, где были вы?» Тень шокировано замолчала. — «Светлый не подпускал нас, хозяин», — ошарашенно заявила тень, будто не могла поверить, что для Питча могут существовать иные объяснения. Блэк смерил ее взглядом, но не нашел ни капли подлога или заискивания. — «Мы желали найти вас, когда вы были смертным, — с новым энтузиазмом застелилась тень, жадно прослеживая реакцию. — И мы бы дали вам силу, как прежде, но ледяной-светлый не давал нам приблизиться, хранил вас, и мы решили ждать. А когда вы пробудились, он снова нашел вас, снова вас забрал и оградил… Только сейчас появилась возможность. Вы были хитры, хозяин, вы были мудры, подыгрывая светлому выродку. Он поверил, что вы безоговорочно послушны и перестал пристально наблюдать. Мы — я — увидели возможность, чтобы найти вас, чтобы сказать, что вы не одиноки. Мы все еще верим в вас, ждем вас, ценим вас. Лишь выразите желание, и мы вернемся к вам, под вашу руку, станем вашим продолжением, станем вам опорой и мечом. Вернем к прежнему величию и научим…» — «Быть мной?» — холодно прервал ее Питч. Тень осеклась и осознала, что зарвалась. Питч вздохнул. Он не знал, что предпринять, боялся сделать что-то не так и старательно городил в мыслях барьеры, чтобы древняя тень не поняла, что от ее господина осталась только жалкая оболочка. — «С чего вы решили, что я нуждаюсь в вашей помощи?» — спросил Блэк, будто швырнул кость. И тень не подвела, охотно кинувшись за ней: — «Вас забрал себе светлый, господин. Мы понимаем, что он не дал бы вам вырасти, не дал бы силы, чтобы вы оставались под его колпаком вечно... Не будет ли это слишком большой дерзостью спросить, как хорошо вы осведомлены о прошлом?» — Все, что мне требуется, знаю, — процедил Питч. Бесконечные вопросы о состоянии его памяти начинали оскорблять, будто он не полноценный дух, а какое-то немощное существо, не способное даже полноценно осознавать действительность без наличия бесполезных придатков. — «Вы помните это сами или светлый сказал вам… господин? Почему вы так уверены, что он не исказил правду в свою пользу?» Блэк закусил щеку изнутри и сжал зубы до боли. Он задавал себе этот вопрос и раньше, и уперся в неожиданно упрямую уверенность, что Питер бы так с ним не поступил. «Питер» «с ним», именно так. Этот ответ он получал на многие вопросы, когда давал себе труд задуматься глубже обычного. — «Я предпочитаю ориентироваться на действия, а не голословные утверждения, — наконец, выразил Питч, отмахнувшись от наветов существа с уверенным высокомерием. — Мне плевать на причины, вас не было там, где был Фрост. Не вижу причин, чтобы менять свое мнение.» — «Разрешите мне их предоставить, господин?» — с надеждой поднялась на руках тень и обратила на Питча свои пустые желто-металлические глаза. — «Слушаю». — «Позвольте мне остаться, владыка. Если пожелаете, я обучу вас, чему сумею, покажу других старых теней... Если вы примете меня, я не подведу вас. Повторюсь, еще остались тени, что ждут вас, что помнят ваше величие. Так позвольте доказать, что мы не хуже светлого мальчишки.» Питч долго рассматривал тень, пытаясь обнаружить неверность или подвох. Та с готовностью раскрылась перед ним, и Блэк не постеснялся перевернуть в ней все, чтобы найти иные причины, кроме былой верности и поруганной чести мундира, которые пыталась предоставить тень. Найдя гнев на него, Питча, за то, что оставил их на произвол судьбы и еще более глубокое презрение к беспринципным Герцогам, мужчина удовлетворенно оставил пульсирующее в агонии существо. Распотрошенная ментально тень, будто даже привыкшая к подобному беспощадному обращению, быстро приходила в себя. Ошметки ее сознания вставали на места, пока она не пришла в себя достаточно, чтобы воспринимать действительность. Питч потер костяшки подрагивающих рук. На какое-то мгновение в него словно вселился кто-то иной — может, прошлый он? Блэку даже стало некомфортно от того, что он такое сотворил. Тем более с кем? С тенью. Пусть древней, пусть двуличной, но все еще его помощницей и подопечной. Пусть не его, но… Блэк разочаровано выдохнул через нос и отвернулся. — «Так вы позволите мне остаться с вами, хозяин?» — прохрипела тень, подползая и касаясь когтистыми пальцами его щиколотки. Питч передернул плечами и опустил взгляд. Тень смотрела выжидающе и смиренно, с тлеющей жадной мольбой в глубине глаз. — «Хорошо, для начала поступишь под опеку моего первого помощника, Оникса,» — потом посмотрим. Сказав это, сняв с себя ответственность по адаптации новенькой в коллектив, Питч с облегчением выдохнул и чуть приоткрылся. Держать ментальные щиты от своих подопечных он был непривычен. Древняя тень вдруг отчетливо изъявила желание пролезть внутрь, в открывшуюся щель, будто делала подобное раньше. Пролезала в нутро Питча, будто в родное гнездо. Фрост был прав — он это позволял. Отвращение пронзило мужчину с головы до ног, пропитав каждый гран его сущности, и он захлопнул створки перед тенью так резко, что та отшатнулась в сторону. — «Нет, — смог процедить Питч. — Никогда больше. Осядь на мантии, если приспичит прокатиться, а в меня не лезь.» Тень едва не размазало его гневом. У нее даже мысли не возникло заикнуться о возражении, а любые идеи продавить это позже бесследно сдуло. Питч дернул щекой. Если ему придется повторять это с каждой древней тенью, то он их просто перебьет от омерзения и заморачиваться не станет, невзирая ни на какую выгоду. Его маленькие тени — он успел забыть, насколько они просты и наивны — привлекли его внимание, чтобы напомнить, что солнце скоро встанет, и у них с Фростом назначена встреча у городской ратуши. Упоминание Питера успокоило Блэка и наполнило мягким предвкушением — они всегда встречались до рассвета, чтобы сменить населенный пункт. Оставить напуганных детей находить успокоение в красивом снеге и ледяных узорах и найти других, непослушных и полных сил… Питч перед тем, как выйти из темного проулка, благодарно потрепал Оникса по спинке, заодно передавая инструкции по поводу древней тени. Та обещала устроить проблемы, ясно решив, что мелкий безобидный Оникс, чьим достоянием был лишь ум, недостоин занимать высокую должность первого помощника. С ней в принципе следовало быть осторожнее… Питч надеялся, что у его молодого помощника хватит разумности и осторожности, чтобы совладать с униженным хитрым опасным существом. Фрост ждал Блэка, сидя на верхушке высокого шпиля на ребре крыши. Он поставил подбородок на коленку, а второй ногой качал в воздухе, разглядывая что-то в небе. Местные люди верили, что по ночам там резвятся драконы, а загнутые шпили нужны, чтобы возвращать скатывающихся с крыш зверей обратно в небо. Насколько это правда про драконов Питч не знал, но ветра игрались охотно. Сегодня они тоже подзуживали Питера присоединиться, задорно трепля ему волосы и порываясь выхватить посох, но Фрост оставался спокоен и в какой-то мере печален, разглядывая луну и далекие звезды. Питч даже подумал, что юноша сидит на той крыше всю ночь, так и не сдвинувшись с места, но инеем было добросовестно покрыт весь город... Блэк с некоторым смущением подумал, что никогда не видел Фроста в сколько-нибудь дурном настроении. Было ли это счастливым совпадением или светлый не следовал своим советам? Возможно, светлый правда любил его, но любовь не вечна без ответных жестов. Питч с сожалением подумал, что ему надо до смешного много храбрости, чтобы признать то, что у Фроста выскочило легко и просто. А пока он мог бы рассказать о находке. О тени. Он машинально заглянул в рукав и наткнулся на полные ужаса глаза, отрезвившие его. Забавно, древняя тень боялась Питера куда больше, чем Питча. Наверно потому, что тот был ей чужд и враждебен. — Господин, — прошелестела тень, имея ввиду, что Фрост убьет ее, заберет ее, вышвырнет и не отдаст Питчу. Напомнила обо всех подозрениях, которые пыталась внушить Блэку ранее. Питч на ходу отмахнулся презрением к такому исходу. Древняя тень ценна, и Питер поймет, когда увидит ее. Блэк сможет научиться у нее — у других древних теней — столь многому! — «Вы можете ошибиться лишь раз, хозяин», — многозначительно обронила тень, и замолкла, принимая волю владыки. Питч замедлил шаг, буквально ощущая, как эти слова запали в душу. Ведь верно — у него нет права на ошибку. Стоит ему оступиться лишь раз, и его сожрут — другие Страхи, светлые, нейтральные, какие угодно духи… Питер заметил Блэка и легко слетел с крыши. Питч завел руку за спину, даря любовнику скованную улыбку. Разве будет очень большой вред, если одна-две тени не покажутся Фросту лично? Врать не хотелось. Питч уважал Фроста как наставника, как друга, как… То самое, интимное и сокровенное, но чье обозначение он предпочитал не оформлять даже в мысль. Ледяной посмотрел на мужчину с тревогой, но отвлекся тепло поприветствовать Оникса. Тот, ворча, сдался рукам и, будто мертвая рыба, перевернулся кверху упругим брюхом. Питч с волнением следил, как Питер в который раз взялся чесать довольного лентяя. Фрост всегда, касаясь теней, предусмотрительно истончал или вообще убирал свои щиты, чтобы слабенькие тени не страдали от его прикосновений. Возможно, поэтому они и лезли под руки, несмотря на неприязнь к светлому — знали, что не прибьет нарочно. Тень в рукаве закопошилась. Питч одернул рукав и вклинился в односторонний монолог Фроста, призванный довести тень до белого каления, с ухмылкой озвучив колкость первого помощника.