Три точки опоры

      Когда Гарри уткнулся лицом в стол, первые пару секунд Гермиона даже не сообразила что происходит, подумала, он просто устал, или голова болит, или... Но потом поняла, что звук удара головы об столешницу был слишком сильный! Кроме неё, многие сидевшие рядом, повернули головы и с недоумением смотрели на Гарри. Гермиона тут же подскочила с места:       — Гарри, Гарри, — трясла она парня, но безрезультатно.       Вокруг них сразу собралась толпа любопытных, сквозь которую протолкалась встревоженная Луна.       — Его нужно уложить, — воскликнула Гермиона, и они вдвоём с подругой стащили парня со стула и уложили его на спину на пол. Луна сразу распустила его галстук, а Гермиона потянулась за волшебной палочкой.       — Грейнджер, — прозвучал визгливый голос Паркинсон. — Ты что, собралась колдовать в Библиотеке?       Один из приказов, изданных Амбридж, запрещал ученикам колдовство не просто в коридорах, как раньше, а вообще где угодно, кроме специально отведённых аудиторий, к коим отнесли только классы Чар и Трансфигурации... И как, с таким подходом, готовиться к экзаменам — было совершенно не понятно...       — Мне нужно провести диагностику, — обратилась Гермиона к подошедшей мадам Пинс. — Мадам Помфри меня обучила.       Хранительница Библиотеки с встревоженным лицом разрешающе кивнула, к явному неудовольствию Паркинсон, и Гермиона взмахнула палочкой... В принципе, отклик был немного нестандартным: не то чтобы обморок, на сон тоже не очень похоже, но это же Гарри, чёрт подери, Поттер! Когда с ним хоть что-то было стандартно? Наконец, лёгкие, приводящие в чувства манипуляции дали результат и парень начал приходить в себя. Первые секунды его взгляд был ошеломлённым и недоумевающим, словно он не понимал что с ним случилось и как он сюда попал, потом стал более осмысленным.       — Гарри, Гарри, что с тобой? — встревоженно расспрашивала его Гермиона.       — Всё... нормально, — выдавил он из себя. — Просто... голова... — он попытался изобразить улыбку, но в его глазах плескался... То ли страх, то ли лёгкая паника, и это Гермионе очень не понравилось.       Она встревоженно взглянула на Луну, но тут к ним вплотную подошла мадам Пинс.       — Что с вами, мистер Поттер?       — Со мной... со мной всё... в порядке, мэм, — запинаясь и вытирая испарину со лба, ответил Гарри, которому Луна помогла принять сидячее положение. — Честно...       — Вам срочно нужно в Больничное крыло, — заявила библиотекарь, внимательно его разглядывая.       — Я не хочу... не надо меня в больничное крыло... — начал отговариваться Гарри. — Пожалуйста... я просто заснул, и мне приснился кошмар...       — Нервное напряжение, — сочувственно произнесла мадам Пинс, кивая. — Бывает, мистер Поттер, бывает! Перед С.О.В.ами и Ж.А.Б.А. такое случается регулярно... И здесь нечего стыдиться! — громко добавила она, грозно осмотрев собравшихся, так как некоторые начали хихикать. Потом опять посмотрела на Гарри: — Но я рекомендую вам всё же сходить к мадам Помфри, мистер Поттер.       — Неет, — помотал головой парень, — не надо, это лишнее...       — Гарри, не говори ерунды! — воскликнула Гермиона, и посмотрев на библиотекаря, добавила: — Мы с Полумной сопроводим Гарри в Больничное крыло.       — Хорошо, идите, — благожелательно кивнула мадам Пинс, — я отложу ваши книги...       Гермиона и Луна помогли Гарри подняться на ноги. Его, в придачу, ещё немного пошатывало, поэтому девушки подпёрли Гарри с двух боков, и направились к выходу, но спокойно им уйти не дали...       — Что, Поттер, опять головка бо-бо? — как по волшебству, рядом нарисовался Малфой с подпевалами и презрительно-насмешливо смотрел на них.       Выйдя из Больничного крыла, куда он загремел после того случая в день побега Фреда и Джорджа, Малфой стал просто невыносим. Узнав, что главных бутозёров Гриффиндора, да и всего Хогвартса, больше нет в школе, он, видимо посчитав, что лично ему теперь никто не угрожает, обрадовался и с несколькими своими соучениками просто не давал проходу остальным учащимся трёх факультетов, особенно цепляясь к Гарри, Невиллу и Рональду. Всё-таки в том, что Гарри мстил Малфою в этом году так изощрённо, оставаясь в тени, нашёлся свой недостаток, ведь в прошлом году слизеринец, регулярно огребающий от Гарри, вёл себя более сдержанно.       — Ты нас не покусаешь, Поттер? — с сарказмом в голосе спросил Малфой. — А то, в прошлый раз, когда ты в обморок падал, это плохо закончилось. Я вообще не понимаю, почему тебя не изолировали после того как... не стало Диггори? Кто умрёт на этот раз из-за тебя, Поттер? Как правило, умирают те, кто слишком тебе близок, — с издёвкой в голосе произнёс он, осматривая их троих.       Гарри дёрнулся, но Гермиона сжала его руку, шепнув ему: "Не надо, Гарри".       — Очень умно с твоей стороны, гр... — Гарри напрягся, а Малфой, усмехнувшись, добавил: — ...ейнджер. Держи этого психа на поводке. И кстати, — ухмыльнулся он, — с вас троих по десять баллов за нарушение приказа о минимальном расстоянии, ах да, у вас же нет баллов, — презрительно потянул он, — ну тогда...       — На оказание медицинской помощи правила не распространяются, Малфой, — холодно перебила его Гермиона. — Прочти, наконец, Устав школы!       — Мистер Малфой, вам нечем заняться? — осведомилась подошедшая к ним мадам Пинс.       — Нет-нет, я просто напоминаю учащимся о правилах, — слизеринец нагло ухмыльнулся и самодовольно погладил вышитую серебристую "И" на мантии, после чего сделал шаг в сторону.       — Как же меня достал этот урод, — простонал Гарри, когда они отошли от Библиотеки.       — Плевать на Малфоя, — фыркнула Гермиона, и встревоженно спросила: — Гарри, что с тобой? У тебя опять, да?       — Было видение, да, Гарри? — с другой стороны поддержала её Луна.       — Сейчас мы к мадам Помфри, — успокаивающим голосом добавила Гермиона, — у неё есть...       — Не надо к Помфри, — дёрнулся Гарри. — Мне надо... надо... Я должен успеть...       Его взгляд был лихорадочным, блуждающим, парень был как не в себе, что очень пугало девочек. Переглянувшись, Гермиона с Луной потащили его в пустой класс.       — Луна, защиту на двери, — распорядилась Гермиона и усадив Гарри на стул, начала расспрашивать: — Что произошло, Гарри? Что ты видел? Что случилось? Не молчи, Гарри!       — Он... он схватил... схватил его! — воскликнул он. — И держит там, в том месте... пытает.... Круциатусами. Я... я должен спасти... — Он заозирался, потом встревоженно добавил: — Как на зло, Макгонагалл нет, Хагрида нет... Не к Снейпу же идти, он же ненавидит его...       — Гарри, успокойся! Для начала объясни спокойно: кто "он", кого "его", в каком "том месте"? Потом подумаем, к кому бежать!       — Волдеморт! — воскликнул Гарри. — Он схватил Сириуса! И они там, где мне всё время снилось, что я хочу туда попасть и он его пытает...       — Гарри, с чего ты взял, что это реальность, а не кошмар? — тихо спросила Луна.       — Потому что всё было как тогда, когда я видел Его и Руквуда... И когда я видел мистера Уизли... Ну, когда на него напала змея, и я успел тогда его спасти...       — Там это где, Гарри? — с нажимом повторила вопрос Гермиона.       — Там такое место: вначале идёшь по коридору, потом одни двери, другие... потом зал, громадный и куча стеллажей, сколько видно глазу, а на полках, какие-то круглые шарики... Мутные такие...       — Это Отдел Тайн, Зал Пророчеств, — задумчиво произнесла Луна.       — Отдел тайн? — уточнила Гермиона, и увидев подтверждающий кивок, повернулась к парню: — Гарри, конечно, сегодня праздничный день и Сам-Знаешь-Кого не назовёшь разумным, но лезть, — она взглянула на часики, — в три часа дня в Министерство, в Отдел Тайн, таща туда пленённого твоего крёстного... Это даже для Него откровенный перебор!       — Я видел! — упрямо повторил парень, будто не слыша её. — Сириусу нужна помощь! Он его будет пытать, долго пытать...       — Гарри, не паникуй, — попросила Луна. — Не надо никуда бежать. Свяжись с крёстным и всё выяснишь.       Он потёр лоб и кивнул:       — Да, точно... Связаться... если он в плену, у него Зеркала не будет...       — Гарри! — воскликнула Гермиона. — Просто пошли Сириусу Патронуса! Мало ли, почему он не ответит по Зеркалу, а Патронус он точно получит!       Но с Патронусом на этот раз у Гарри ничего не вышло: то ли руки сильно дрожали, то ли голова болела, а может до предела была забита страхами и переживаниями, но после третьей неудачной попытки, Гермиона отправила к Сириусу свою выдру, с вопросом: "где он и всё ли у него в порядке"... Минут двадцать они ждали ответа, и всё это время наперебой успокаивали парня, который всё порывался куда-то бежать и что-то делать, поочерёдно с Луной уговаривая его просто немного подождать, может Сириус занят, может у него палочки под рукой не оказалось, в конце концов, скорость Патронусов конечна, а до Лондона шестьсот миль! Наконец, перед Гарри появился серебристый пёс, который голосом Сириуса сообщил, что с ним всё хорошо, он дома, и поинтересовался — что случилось?       — Вот видишь, Гарри, всё хорошо, Сириус в порядке, — улыбнулась Луна, поглаживая парня по плечу. — Ты зря волновался...       — Может... Может его заставили! Заставили ответить, — всё ещё параноил Гарри.       — Гарри! Не говори ерунды! — воскликнула Гермиона. — Как ты себе это представляешь: Сириус в плену, ему дают палочку и он, вместо того чтобы сражаться, отправляет тебе Патронуса?! Мы точно говорим об одном и том же Сириусе Блэке? И потом, — начала приводить она логические доводы, — я уверена, что после Круциатуса вообще невозможно выполнить заклинание "Экспекто Патронум". Это первое. Второе — к Сириусу ушёл мой Патронус, а не твой, но ответ он прислал тебе! То есть он соображает, что делает, Гарри...       Но парень всё равно не мог успокоиться и пришлось отправлять второго Патронуса, прося Сириуса срочно связаться по Сквозному зеркалу. Конечно, это надо было сделать сразу, но Гарри настолько раздёргал её своей паникой, что как-то и не сообразила... Наконец, Сквозное зеркало завибрировало, и в нём появилось встревоженное лицо Сириуса Блэка.       — Что случилось, Гарри? — прозвучал его взволнованный голос.       — Сириус! — парень, казалось, сейчас просочится сквозь стекло, так он всматривался в изображение. — Сириус, — повторил он. — С тобой всё хорошо...       — Что случилось, малыш?       — Здравствуйте, Мистер Пёс, — подошла Луна. — В голову Гарри залез злобный наргл и приманил к Гарри много плохих мозгошмыгов...       — У Гарри опять было видение, мистер Блэк, — перебила подругу Гермиона, заметив как глаза Сириуса немного округлились от удивления. — Такое, как тогда...       — Он тебя схватил, Сириус! И пытал! — выпалил Гарри.       — Так. Стоп! Кто он и когда тогда? — помотал головой немного ошеломлённый этим гвалтом Блэк.       — Когда на мистера Уизли напала змея, Сириус! — встревоженно сказал Гарри. — А сейчас я видел, как Он пытал тебя круциатусом...       — Гарри, — успокаивающе перебил его Блэк. — Я дома, со мной Лунатик, если хочешь, я могу его позвать и меня никто не пытал! Ну, кроме опять разоравшегося портрета моей мамочки, и клянусь подштанниками Мерлина, это похуже круциатуса будет! — попытался пошутить мужчина. Потом, ещё более спокойным тоном предложил: — Давай ты сейчас сядешь, успокоишься и всё подробно, в деталях, расскажешь? Так мы быстрее поймём, что делать.       — Ну, в общем, я сидел над учебником по истории, пытался это всё запомнить, что прочитал, — начал рассказывать Гарри. — Закрыл глаза, сосредоточился, чтобы лучше запомнить всю эту дребедень, а потом раз — я иду по тому тёмному коридору, что к Отделу тайн... Даже не иду, а бегу... И такая уверенность у меня, что уж теперь-то, сегодня, непременно достигну цели! В общем, бегу к этой чёрной двери, она распахивается, за ней такая большая, круглая комната и там по кругу — много-много дверей, и я в следующую...       — В какую?! — перебил его Блэк. — В какую именно дверь?       — Эээм... во вторую дверь, — уточнил Гарри. — Там ещё, какие-то блики на стенах и полу были, и такое странное тиканье, как большие часы... А дальше — следующая дверь, она тоже распахнулась, как предыдущие... И я оказался в таком, высоком, как собор, огромном зале с множеством стеллажей, а на них лежат стеклянные шарики... и я дальше пошёл... — парень устало потёр виски и лоб.       — Гарри, постарайся вспомнить максимально подробно, — мягко попросил его крёстный. — Это очень важно, куда именно ты пошёл...       — Ряд номер девяносто семь, — прикрыв глаза, ответил парень. — Потом налево... Там узкий проход между стеллажами, а в самом конце... лежал на полу ты, Сириус, а я... я оказался Им... Он хотел, чтобы ты взял и отдал, так как Он не может...       — Что взял, Гарри? — уточнил Сириус взволнованно. — Что он хотел взять?       — Не знаю, — покачал головой парень. — Он просто сказал: "Возьми его и отдай мне", потом добавил: "Ну же, бери, я не могу до него дотронуться, зато ты можешь"... А потом Он начал тебя пытать... круциатусом... И ты ему сказал, что Ему придётся тебя убить... А Он рассмеялся и сказал, что рано или поздно непременно, но вначале ты дашь Ему его... Только... Он... Это был я... Я был Им... — чуть слышно сказал Гарри и опустил голову.       — Что-то ещё было, Гарри? — тихо спросил Блэк.       — Нет... вроде всё, — пожал плечами парень. — Дальше я очнулся на полу, надо мной Гермиона и Луна...       — Понятно, — хмыкнул Блэк, и повернувшись сказал: — Рем, всё слышал? — послышалось встревоженное неразборчивое бормотание, а Сириус кивнул: — Давай, Лунатик, одна нога там, другая здесь...       — И ещё, Мистер Пёс, — серьёзным тоном сказала Луна. — Гарри, он... немного не в себе сейчас... Он беспокойный и всё время куда-то рвётся...       — Его могли проклясть "Конфундусом"? — встревожено спросил Блэк, опять внимательно глядя на них.       — В принципе, — Гермиона прикрыла глаза, вспоминая как они сидели в Библиотеке... Потом кивнула: — Да, возможно, сзади были несколько слизеринцев с седьмого курса. Если невербально, то это вполне вероятно...       — Эй, никто меня не проклинал, — возмутился Гарри.       — Помолчи, щеночек, — ответил ему Блэк. — В конце концов, это и не особо важно — на тебя, точнее на твоё сознание, и так обрушилась мощнейшая атака. В общем, что мы сейчас делаем... — он на секунду задумался, потом зло ухмыльнулся: — Я сейчас кое с кем свяжусь, а вы забейтесь в самую глубокую щель, какую только знаете, и никому не должно быть известно куда именно, повторяю — никому, даже мне! Это очень важно! Очень, — подчеркнул мужчина. — Раз Сам-Знаешь-Кто приложил столько усилий, чтобы навеять тебе эту иллюзию, то это для Него неимоверно важно, а значит, Он не остановится! Так что прячьтесь подальше ото всех и сидите там как мышки, пока я с тобой не свяжусь, Гарри! Держи зеркало под рукой. Или, — он задумался, потом кивнул своим мыслям, — либо я, либо Рем, либо... либо Тонкс, в общем, пока кто-то из нас троих с вами не свяжется Патронусом и не скажет, что можно вылазить на свет божий! Понятно? Девочки! Гермиона! Полумна! Я на вас надеюсь! Не дайте этому охламону наделать глупостей. Если понадобится, хоть "Ступефаем" его приложите... Хотя, лично я вам рекомендую попробовать связывание, — подмигнул Блэк, даже в такой ситуации не удержавшись от развратных намёков...       Изображение в Зеркале исчезло и оно приняло обычный мутноватый вид.       — Ну и где мы будем прятаться? — поинтересовалась Гермиона, чувствуя как её щёки немного горят. Сириус со своими намёками был... иногда просто невыносим!       — Ну, у меня есть пара идей, — пробормотал всё ещё немного ошеломлённый парень. — Но... Думаю, вам лучше переодеться... Там немного грязно и вообще...       — Гарри, Амбридж запретила ходить не в форме, — вздохнула Гермиона. — Даже на каникулах...       — Под мантиями, если их застегнуть, а штанины немного закатать, джинсы будут не видны, — высказалась Луна. — А кроссовки можно будет переобуть уже там.       — Ну, тогда нам вначале в Башню надо...       — Зачем? — удивилась подруга. — Мы же всё носим здесь, — она достала из своей школьной сумки с учебниками маленькую сумочку, густо расшитую бисером, которую ей зачаровала и подарила Гермиона, и про которую забыла. Впрочем, со всеми этими ужасами... Тем временем, подруга залезла в сумочку рукой почти по плечо. — Сейчас, я найду...       — Луна, попробуй Акцио, быстрее будет, — вздохнула Гермиона и немного смущённо покосилась на парня.       — Я отвернусь, — понял он причину её смущения. — И потом, ты же умеешь наколдовывать белую ширму...       — И всё равно нам надо заскочить в Башню вначале, — сказала Гермиона, когда они вышли из класса.       — Зачем? — удивились и Гарри и Луна.       — Мы собираемся там сидеть неизвестно сколько, — пояснила Гермиона. — По крайней мере, как я понимаю, речь идёт не о паре часов... И чем мы будем заниматься? Если есть время, то его нужно использовать для подготовки. До экзаменов два месяца осталось!       Гарри покачал головой, Луна закатила глаза, но спорить они не стали, молча последовав за ней. Гермиона обдумывала какие книги и конспекты лучше взять и подготовке чему уделить внимание, а ещё надо попросить Винки сделать для них несколько бутербродов, так как на ужин они точно не попадут... Они уже почти дошли до поворота, за которым была винтовая лестница, что вела к Стражу Башни, оставался буквально десяток ярдов, когда сзади прозвучал ненавистный голос, с уже просто бесящей её манерой растягивать гласные:       — Поттер! Что, голова уже прошла? Это хорошо...       Обернувшись, они увидели Малфоя, Крэбба и Гойла, и стоявших за ними Паркинсон с Булстроуд...       — И чего это так тебя обрадовало, хо... Малфой? — немного отрывисто и резко спросил Гарри.       — Осторожнее, Поттер, — ухмыльнулся слизеринец. — А то будешь наказан... Просто хорошо, что ты не в Больничном крыле, а то эта Помфри... Идём Поттер, тебя хотят видеть!       — Кто? — спросила явно напрягшаяся Луна.       — А тебе не всё равно, Лавгуд? — презрительно фыркнула Паркинсон.       — Вообще-то, сейчас каникулы, Малфой, — начала Гермиона. — И даже у старост нет власти, ведь формально, сейчас мы все находимся на каникулах, а полномочия Инспекторской дружины и вовсе...       — Заткнись! — зло вскрикнул Малфой. — Я тебе уже говорил — "новый директор — новые правила", так что заткнись, поганая грязнокровка и знай своё место!       — ЗАКРОЙ СВОЙ ВОНЮЧИЙ РОТ, ХОРЁК! — Гарри, и так будучи "на нервах", всё-таки сорвался. Он вывернулся из их с Луной рук и сделал шаг вперёд, к слизеринцам. — Заткнись, Малфой, заткнись, и лучше думай что говоришь, а не то...       — Не то что, Потти? — спросил слизеринец, и его острая, бледная мордочка покрылась красными пятнами и исказилась зобной гримасой.       — Не то тебя в болоте Уизли будут искать до второго пришествия Мерлина, Хорёк! — с угрозой прошипел ему Гарри.       — Скоро, как только... — Малфой вздохнул и ещё более злобно ухмыльнулся: — Ты сам знаешь, Потти, что произойдёт и тогда вы все поймёте, где ваше место, мерзкие...       — Заткнись, Хорёк! — воскликнул Гарри, выхватывая палочку.       — Храбрый, шрамоголовый, да? — Малфой так же быстро извлёк свою палочку.       — Прекратите! Прекратите же! — закричала Гермиона, пытаясь предотвратить столкновение. — Запрещено колдовать вне классов...       — Это тебе, грязнокровка, запрещено, — осклабился Малфой. — А Инспекционной дружине...       — Протего! — вдруг воскликнула Луна, и в выставленный ею щит влетел красный луч, который выпустил Нотт, сразу, как только показался из-за поворота коридора.       — Экспеллиармус! — выкрикнул Гарри.       Нотт отшатнулся, у из его руки вылетела палочка, и со стуком ударившись об стену, упала на пол. Очевидно, Гарри выпустил ещё и "Ступефай", только невербально, так как в слизеринцев полетел красный луч, от которого Малфой увернулся, а вот стоящий за ним Крэбб заклятие "поймал" и рухнул навзничь...       — Протего! — Ступефай! — Флиппендо! — Фините! — Экспеллиармус! — Релашио! — Ренервейт! — Протего! — Ступефай! — Фурункулус! — Фините! Энервейт! — Титилландо! — Ступефай!— разнообразные выкрики слились в один, неразборчивый, слитный вопль, поверх которого наложился истошный визг Паркинсон.       Разноцветные лучи летали туда-сюда и всё, что оставалось Гермионе, это, отшатнувшись от летящего в неё луча, вскинуть палочку и наколдовать "Протего", чтобы было время осмотреться, поскольку понять в этом кошмаре было решительно ничего невозможно! Кого атаковать? И как? В смысле — чем? Она только решила попробовать достать Малфоя...       — Импедимента! — вдруг прозвучал сбоку голос Невилла, и пара слизеринцев — Гойл и Булстроуд — застыли на месте, чем тут же воспользовалась Луна.       — Ступефай! — наколдовала она, и Гойл рухнул.       — Их надо разоружать! — крикнул Гарри. — Они энервейтят своих!       — Акцио, палочка Гойла! — воскликнула Луна.       — Экспеллиармус! — взмахнула палочкой Гермиона и разоружила Булстроуд...       Неожиданно, в Гермиону влетел луч "Ступефая" и в голове всё погасло... Очнувшись, она увидела над собой Луну с палочкой в руке... В глазах немного расплывалось, но тем не менее Гермиона постаралась рассмотреть картину... этого ужасного побоища. Рядом с ней стояли неизвестно откуда взявшиеся Падма и Парвати, державшие щиты, и прикрывавшие их всех. Слизеринцев, почему-то, стало гораздо больше — как тех, кто был на ногах, так и валяющихся в различных позах, а что самое плохое — из-за поворота выбежала низенькая, толстенькая фигура в отвратительно-розовой кофточке поверх мантии!       — Круци... — злобно и торжествующе вскричала Амбридж, вскинув палочку, а дальше...       А дальше, до предела разозлённый Гарри просто взорвался заклинаниями! Невероятно мощный "Экспеллиармус", от которого коротенькая и толстенькая палочка Амбридж со свистом пронеслась у них над головами и улетела неизвестно куда, а саму директрису отбросило в стену с такой силой, что она просто по ней сползла.       — Ступефай! — Ступефай-Дуо! — Эверте Статум! — Ступефай! — выдавал заклятия Гарри со скорострельностью пулемёта!       Почти все оставшиеся на ногах слизеринцы поотлетали в стены и затихли! "Ступефай-Дуо" было чем-то новеньким, раньше парень его не использовал, а "Эверте Статум" вообще у него в этот раз получился площадным, если так можно сказать, так как сбил с ног и отбросил сразу двоих! Тем временем Парвати, увидев, что лучей проклятий, которые в них летят, стало намного меньше, сняла щит и разоружила Пьюси, а Падма добавила по нему "Конъюнктивитусом", и "Соппоро" в придачу. Невилл ухватил за грудки Крэбба и впечатал его в стену с такой силой, что звук удара головы слизеринца об камень Гермиона прекрасно услышала с расстояния в добрых пять ярдов, не смотря на шум вокруг и звон в ушах. Последнего противника — пытавшуюся сбежать Паркинсон — приложила "Ступефаем" в спину Луна. И всё затихло...       — Откуда они все взялись? — Гермиона осматривалась и не верила своим глазам.       — Полагаю, что Паркинсон позвала на подмогу других дружинников, а они позвали Амбридж, — пожала плечами Луна.       — Кому-то нужна медицинская помощь? — заволновалась Гермиона, осматриваясь.       — Из наших никому, — качнула головой подруга, — одна ты попала под оглушающее. А им, — она обвела рукой коридор, — наверное, нужна... Но стоит ли, Миона?       — Это какой-то кошмар, — вздохнула Гермиона, глядя на лежащие тела. Но на самом деле, настоящим кошмаром, просто перевернувшим её мир, было другое...       Она подошла к сидящей у стены Амбридж, пытающейся подняться на ноги.       — Ненавижу детей, — со злобой выплюнула та, глядя на них всех с ненавистью.       — Не могу сказать, что я вас люблю, — парировала Гермиона. — Но как немного разбирающаяся в целительстве, настоятельно советую вам не делать резких движений и поменьше сейчас шевелиться. Даже без диагностики понятно, что у вас несколько серьёзных ушибов и возможно есть внутренние повреждения, — холодно сказала она, а потом не выдержала: — Как вы могли? Как вы могли?! Непростительное! Вы, профессор! Заместитель министра магии! — воскликнула Гермиона, неверяще глядя на Амбридж. — Министр Фадж не позволил бы вам нарушать закон, профессор Амбридж! Никогда не позволил бы! — выкрикнула Гермиона. — И теперь у вашего шефа будут очень серьёзные проблемы!       — То, о чём... Корнелиус не узнает... ему не повредит, — презрительно ответила Амбридж.       Она слегка задыхалась, говорила прерывисто, а поверхностное дыхание однозначно свидетельствовало о серьёзных травмах и сильной боли, возможно, было сломано несколько рёбер... Хорошей новостью было то, что на губах не появилась кровь, а значит, обломки рёбер лёгкие не пробили... — уже автоматически анализировала состояние Амбридж Гермиона. А та, кривясь то ли от боли, то ли от переполнявшей её злобы, продолжила:       — Вам... никто не поверит... и Корнелиус... ничего не узнает... А если даже узнает... — она злобно ухмыльнулась: — Он ведь так и не узнал, что это я... прошлым летом наслала на... Поттера дементоров, но всё равно... был очень рад, когда ему... представилась возможность его исключить, — Амбридж ненавидяще взглянула на подошедшего к ним Гарри.       — Так это были вы?! — поражённо воскликнул он. — Вы натравили на меня дементоров?!       — Кто-то должен был действовать, — прошептала Амбридж. — Они все твердили, что надо... заставить... заставить тебя замолчать... как-нибудь тебя опорочить... только одни разговоры... но только я, — она горделиво вскинула подбородок, и взглянула с торжеством, — только я одна предприняла... какие-то реальные шаги... правда, в тот раз... ты выкрутился, мерзкий мальчишка...       Сказать, что Гермиона была в шоке — это не сказать ничего... Она просто не верила своим ушам, в которых ещё стоял звон, что эта мерзкая, Розовая Жаба организовала убийство Гарри! МЕРЗКАЯ ЖАБА! Хотела! Убить! Гарри! Мерзкая, злобная тварь... А потом шум в ушах прервался выкриком Луны:       — СТУПЕФАЙ!       Амбридж откинулась на стену, потом сползла на пол и затихла. А на уже поднятой руке Гермионы, в которой была палочка, секунду назад направленная в переносицу директрисе, оказалась ладошка подруги:       — Не надо, Миона, — тихо произнесла она. — Не стоит. Она того не стоит, — повторила Луна. И после короткой паузы добавила: — И это будет... слишком быстро и легко для неё...       Гермиона только сейчас сообразила, что ещё секунду назад она была готова... убить... И если бы не Луна, то с кончика её палочки сорвалось бы "Редукто", и... Она потёрла ладонями лицо.       — Это какой-то кошмар, — простонала она, качая головой и неверяще глядя на лежащие тела.       — Просто полный кошмар, — с ужасом в голосе, хором поддержали её Падма и Парвати, смотря на всё вокруг огромными от удивления и ужаса глазами.       — Что теперь будет? — нервно спросил Невилл, разглядывая побоище. Потом вздохнул: — Снейп нас убьёт... А я ещё и палочку сломал... Папину... Ба ругаться будет... — закручинился он.       — Гарри, тебе надо спрятаться, — напомнила Луна. — Крёстный сказал, что это очень важно, Гарри.       — Да нам всем теперь надо прятаться! — раздражённо воскликнул парень. — Нев прав, как только эти, — он кивнул на разбросанные тела, — придут в себя, Снейп нам устроит... и казни египетские, и резню варфоломеевскую, в придачу, а уж Амбридж, когда очнётся... Дементоры... — он покачал головой, злобно глядя на валяющуюся под стеной Розовую Жабу, и выругался.       — Гарри, мы не можем их тут так бросить, — вздохнула Гермиона, даже не сделав замечание про ругань. Ситуация, с её точки зрения, была ещё хуже, чем витиевато и цветасто описал парень, но, в то же время, бросить людей, таких же школьников как и они, травмированных, в беспомощном состоянии, она тоже не могла. Цугцванг, Мордред! Пикси раздери этого идиота Малфоя! Вот какого он припёрся и вообще полез, а? Ему что, больше всех надо?! Кубок за заслуги перед школой заработать решил?!       — В общем, у меня есть идея, — произнёс Гарри, спустя несколько секунд рассматривания лежащих, тоном, от которого у Гермионы внутри похолодело всё...       — Гарри, ты же не собираешься их всех... обливиэйтить?! — испуганно спросила она, хотя, честно говоря, глядя на выражение лица Гарри, которое у него появилось после того, как он узнал, что дементоров на него натравила Амбридж, у неё вначале промелькнула другая, более страшная мысль...       — Что? А, нет... В общем, — он взлохматил волосы, с некоторым сомнением их осмотрел, — есть одно место, где нас точно не найдут, пока... в общем, пока всё не решится...       — Восьмой этаж? — спросил Невилл.       — Хижина Хагрида? — уточнили хором близняшки.       Луна же только пристально и задумчиво посмотрела на парня...       — Нет. Про восьмой этаж, я так думаю, профессора догадываются, — начал объяснять Гарри. — А может и знают даже. Там же кабинет Флитвика рядом, два поворота по коридору. Дамблдор, я уверен, знает точно. Вполне возможно, что знают и деканы... А к хижине Хагрида первым делом примчатся проверять, после того как не найдут нас в гостиных...       — Гарри! — встревоженно воскликнула Гермиона. — Ты же не собираешься... в Лес... к Гр...       — Неее, — замотал головой он. — Это здесь, в Замке. Хотя идея с Лесом... — он взглянул на Амбридж, и позвал: — Добби!       — Добби здесь, Гарри Поттер, сэр! — прозвучало практически слитно с хлопком. Появившийся рядом с парнем домовик нетерпеливо подпрыгивал, забавно качая большими ушами.       — Добби, нужна твоя помощь! Смотри, этих всех, — Гарри указал рукой на лежащих слизеринцев, — надо... в общем, доставить в Больничное крыло, к Помфри. Ведь эльфы могут же так делать? Они же помогают целительнице и профессорам, если что-то случится с учеником?       — Добби позовёт Тинки, — ответил домовик. — Тинки помогает доброй волшебнице Помфри в лечебнице...       — Хорошо, Добби, — похвалил его Гарри. — Ты молодец, отлично придумал. А вот эту... — он с ненавистью взглянул на фигуру Амбридж, — не мог бы ты её...       — Гарри! — забеспокоилась Гермиона, — прошу тебя, не надо...       — ...куда-нибудь деть? На некоторое время, Добби, — продолжил парень, глядя на домовика. — Так, чтобы она не могла навредить нам и была под присмотром?       Немного уродливое лицо домового эльфа с длинным носом и выпученными глазами расплылось в улыбке:       — Добби сделает, Гарри Поттер, сэр. Добби сможет... — он вдруг подскочил к телу Амбридж, и со всей силы пнул её своей маленькой ножкой. — Добби спрячет злую волшебницу, хотевшую навредить Гарри Поттеру, сэру!       После чего с хлопком исчез. А Гермиона, вздохнув, шагнула к телу Амбридж.       — Луна, аптечку, — бросила она подруге через плечо. — Достань Укрепляющее, и наверное Костерост, маленький флакончик, — попросила она её, наложив диагностические чары.       — Что ты делаешь, Гермиона? — немного возмущённо спросил Гарри.       — Эпискеи, — взмахнула она палочкой, — Эпискеи, — потом повернулась к парню: — Так нельзя, Гарри... отправлять неизвестно куда, оставив без медпомощи... Нельзя, — повторила она.       — Минуту назад ты её хотела... — тихим голосом начал Гарри, но Гермиона его перебила.       — Это одно. А оставить человека мучаться и возможно... умирать... — она качнула головой и повторила: — Так нельзя, Гарри...       Она только влила в горло бессознательной женщины второй флакончик с зельем, как опять появился Добби. Ничего не говоря, он схватил Амбридж за кофточку, и опять с хлопком исчез, теперь уже вместе с директрисой. За ним с хлопками начали исчезать тела слизеринцев по два-три за раз...       — Так, у нас максимум минут десять, — напряжённо произнёс Гарри. — Пока их Помфри осмотрит, пока приведёт хоть кого-то в сознание, потом пошлёт за Снейпом, пока тот добежит из своих подвалов на второй этаж... За мной, — крикнул он.       — Куда мы, Гарри? — уже на бегу поинтересовалась Гермиона.       — Тут... недалеко...       Прибежали они на третий этаж, в неработающий туалет Плаксы Миртл, и у Гермионы появилась ужасная догадка, где именно хочет спрятаться парень...       — Гарри... — начала было она, но парень её перебил.       — Гермиона, дверь! Запечатай по максимуму. Хоть минуту, но это нам даст...       И тут прозвучал восторженный голос:       — Гарри, ты пришёл ко мне в гости?       К ним подплыло толстенькое привидение-коротышка. Лицо девочки наполовину скрывали длинные, растрёпанные волосы и толстые очки, переливающиеся всеми цветами радуги.       — Эм... Привет, Миртл, — кивнул несколько смущённый парень.       — Это туалет для девочек, Гарри! — произнесла девочка-призрак строго и одновременно кокетливо. — Но я рада, что ты зашёл, — щёки призрака засеребрились, что, вероятно, обозначало её смущение. — Ты так давно не приходил ко мне, почему, Гарри? — расстроено спросила она.       — Ну, — он смущённо огляделся, — понимаешь, Миртл, дела, времени нет...       — Да, у всех дела... Одна я никому не нужна, — начала хныкать Миртл.       — Что ты, Миртл, — начал оправдываться Гарри. — Ты классная и вообще...       — Зачем ты врёшь?! — заверещала Миртл. — Будто я не знаю, что говорят обо мне у меня за спиной?! Жирная Миртл — вот что говорят! Уродка Миртл! Патлатая плакса Миртл! — привидение завыло, и устремившись в туалетную кабинку, с разгону спикировало в унитаз, из которого в результате выплеснулся гейзер воды!       — Миртл... Она несколько своеобразный призрак, — развёл руками Гарри в ответ на недоумевающие взгляды, — очень ранимая и обидчивая, — вздохнул он, потом взлохматил волосы: — Гермиона, дверь! — напомнил парень о необходимости заколдовать дверь, а сам полез в сумку на бедре и принялся в ней копаться.       Когда Гермиона повернулась к ребятам, закончив с дверью, возле Гарри уже висели две метлы...       — А откуда у тебя вторая? — поинтересовалась она.       — Это Дина, — пояснил он. — После приказа Жабы не захотел её сдавать... Он три года родителей уговаривал на покупку, сам летом подрабатывал, машины мыл, газоны стриг. В общем, Дин попросил спрятать... Так, Нев, ты уже как, нормально летаешь? — обратился Гарри к другу.       — Ну, на поле я бы выходить поостерёгся, — хмыкнул Невилл, — но всяко не хуже Керка.       — Окей, значит бери "Комету" Дина, близняшки с тобой, — кивнул Гарри.       Гермиона не успела даже спросить, что он задумал, как Невилл оказался верхом на метле, затем подхватил взвизгнувшую Падму за талию и усадил на метловище перед собой. Парвати сама запрыгнула сзади, и метла тронулась, медленно набирая скорость и высоту.       — Я сделаю пару кружков, баланс поймать надо, — просипел Невилл, которого плотно обхватила руками Парвати, а он, в свою очередь, прижал к себе Падму.       — Гарри! Может скажешь, что ты задумал, наконец-то? — возмутилась Гермиона.       — Мы отправляемся прятаться! — ответил Гарри, ухмыльнулся и ткнул пальцем в пол. — Туда! — потом подошёл к одному умывальнику, пристально посмотрел на кран, будто сосредотачивался, и что-то странно прошипел.       К изумлению всех, этот кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться! Ещё мгновение и умывальник подался вниз, под восторженно-испуганные вскрики пяти человек, погрузился куда-то и пропал с глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск...       — Невилл, — Гарри махнул рукой в сторону провала, — давай, только осторожно. Вниз пятнадцать ярдов, или около того, там развилка трёх труб, ждёшь нас.       Невилл явно несколько нервничал, как и его пассажирки, которые, вдруг, стали неестественно светлокожими, но кивнул и повёл метлу к провалу, а Гарри повернулся к Гермионе и Луне, принявшись их рассматривать.       — Эм... Гермиона, ты садишься впереди, Луна сзади, — наконец выдал он вердикт, и вскочив на "Молнию", протянул ей руку.       — Э-э-э, Гарри-и-и, а может я сзади? — нерешительно и опасливо протянула Гермиона.       — Ты немного тяжелее Луны, и мне с такой развесовкой будет легче, — ответил Гарри. — Мы будем спускаться, с передней центровкой мне будет проще маневрировать, — несколько непонятно объяснил он, а потом поторопил: — Ну, давай, Герми, время идёт...       Делать было нечего, Луна уже сидела за Гарри, плотно обхватив его руками за талию, и Гермиона протянула ему руку. Через секунду она уже сидела на метле, опёршись спиной о его грудь, по бокам её поддерживали две его руки, ладони которых сомкнулись на метловище...       — Мммм, — промычал он ей в затылок, — ты можешь как-нибудь... собрать волосы? Обзора почти нет...       Метла уже подлетела к провалу, и через секунду они оказались внутри огромной трубы, покрытой слизью. Гарри, обернувшись назад, опять прошипел, из пола с шумом и потрескиванием поднялся умывальник, и они оказались в полной темноте, только гораздо ниже них светился одинокий огонёк, к которому они начали осторожный спуск по спирали. Оказавшись рядом с метлой, на которой восседали Невилл и сестрёнки Патил, одна из которых, Падма, держала палочку с зажжённым "Люмосом", Гарри спросил:       — Как вы? Нев, справишься?       — Н-нормально, Гарри, — явно немного нервничая кивнул тот в ответ.       — Отлично, тогда следуйте за мной. Девочки, — обратился он к ним, — зажигайте "Люмосы". Передний нужен, чтобы мне было видно, а ты, Луна, держи палочку так, чтобы её видели ребята, и могли ориентироваться... Ну, погнали! — воскликнул Гарри, и метла провалилась вниз...       Если Гермиона считала тот полёт по коридорам безумно-фантастическим, то она очень-очень-очень глубоко ошибалась! Тот полёт был просто верхом спокойствия и рассудительности! По сравнению с этим, безумным полетом внутри трубы! Бесконечной, тёмной, покрытой слизью, какими-то наростами и подозрительными потёками, огромной трубы! Перед глазами Гермионы, в свете зажжённого "Люмоса" пролетали отверстия отходящих в стороны рукавов и ответвлений, иногда перекрытые решётками, но чаще нет, а эта труба, всё извиваясь и извиваясь, круто уходила вниз. И как Гарри умудрялся здесь ориентироваться и управлять метлой, ещё и на такой скорости — было совершенно уму не постижимо! Сзади весело и явно восторженно повизгивала Луна, ещё дальше доносились звуки преодолевающих все повороты и изгибы второй тройки — синхронный, практически в унисон, визг близняшек, и маты Невилла... И, судя по звукам, они всё сильнее отставали... Больше всего Гермионе хотелось закрыть глаза и просто подождать — когда это кончится, но что-то не давало это сделать, и она смотрела и смотрела, как они летят, даже скорее, падают с сумасшедшей скоростью всё ниже и ниже, и вообщем-то было понятно, что они уже находятся очень глубоко под Замком, намного ниже всех известных подземелий, а труба всё не заканчивалась, словно вот-вот выведет их к центру Земли...       Но вдруг труба изогнулась под прямым углом, и они буквально чудом вписались в этот прямоугольный изгиб, так как Гермиона практически задела ногами нижнюю стенку; труба выпрямилась, впереди показался вроде бы чуть другой участок, вроде бы как светлее и внезапно они оказались во влажном тоннеле, высотой в шесть-семь футов и футов десять шириной!       Гарри, резко развернув метлу, затормозил.       — Приехали, — бодрым тоном объявил он. Затем чуть опустил метлу к полу, чтобы было удобнее слезть...       Почувствовав под ногами твёрдую поверхность, Гермиона перевела дух. У неё немного кружилась голова, и она ухватилась за руку Луны. Гарри же внимательно прислушивался, а потом сказал:       — По-моему, они сильно отстали. Я сейчас! — развернул "Молнию", и опять нырнул в трубу...       — Он когда-нибудь убьётся, — покачала головой Гермиона, смотря ему вслед, а потом в сердцах добавила: — Или, что вернее, я сама его убью!       Подруга на это лишь улыбнулась, а она, вздохнув, подняла палочку с "Люмосом" повыше и принялась осматриваться. Тоннель был очень сырой — под ногами что-то чавкало, даже думать не хотелось что это; на стенах были видны потёки влажно поблёскивающего ила... Оставалось только порадоваться, что у них с Луной под мантиями джинсы, но вот за судьбу туфелек, после контакта с этой чавкающей под ногами субстанцией, Гермиона испытывала серьёзные опасения. С другой стороны — переобуться здесь всё равно негде, так что нет смысла переживать...       Тем временем, в отверстии трубы показался свет, потом из неё лихо вылетел Гарри, опять резко уйдя в сторону и тормозя одновременно с разворотом метлы, а уже следом за ним, с куда большей осторожностью, вылетела метла с тремя седоками...       — Поттер! Тебе говорили, что ты псих?! — едва отдышавшись, возмущённо заявила Падма.       — Да ладно, Пад, — улыбнулась ей сестра, — нормально же...       — Это тебе было нормально за спиной этого увальня! Уткнулась ему в плечо и попискивала там в своё удовольствие, — возмущённо продолжила Падма. — А я не знала, что произойдёт быстрее — я поседею от страха, или сорву голос от ужаса, что мы вот-вот куда-то врежемся! Ты зачем так гнал? — шагнула она к Невиллу, который возвышался над девушкой на добрые полторы головы, но, несмотря на это, смущённо мялся.       — Ну... я боялся отстать... — развёл руками он. — И заблудиться...       — А значит разбиться с нами насмерть мордред знает где ты не боялся?! — продолжала возмущённо выговаривать парню Падма. — Это Поттер может так летать, он у нас Мальчик-Который-Никак-Не-Убьётся...       Гермиона уже хотела возмутится таким наездом на Гарри, тем более он очень неодобрительно относится ко всем своим прозвищам, но с тревогой оглянувшись, увидела, что его нет рядом! Не успела она начать волноваться по поводу — "и куда можно деться в тоннеле в десять футов шириной?" — как в неярком свете "Люмосов" заметила парня, вылетающего на метле из-за поворота, уходящего в непроглядный мрак коридора. При этом, он левитировал перед собой довольно крупный камень. Опустив его под стену, Гарри спрыгнул с "Молнии" и взмахнул палочкой, произнеся формулу многоэтапной трансфигурации сложносоставных объектов. Получившийся предмет, если честно, не впечатлял: помесь кривой и короткой софы, со взбесившейся перекошенной трёхногой табуреткой, приблизительно так выглядел результат его трудов.       — И что ты пытался сделать, Гарри? — скептически спросила Гермиона.       — Ну... диван, — несколько смущённо ответил он, взлохматив волосы. — Нам сидеть здесь долго, так что было бы неплохо это делать с хоть каким-то комфортом...       — Гарри, — покачала головой она, — сколько раз я тебе повторяла: при многоэтапной трансфигурации сложносоставных объектов, нужно сосредоточиться на этапах и чётко представлять не только желаемый результат, но и, по очереди, все промежуточные этапы. А не думать обо всём одновременно. Отойди.       Она отменила превращение, и сосредоточившись, взмахнула палочкой: на полу появился... пусть не диван, скорее, очень широкое кресло, но вполне приличное. Для них двоих, с Луной, его хватит с головой.       — Это как-то тоже непохоже на диван, — ехидно заметил Гарри.       — Знаешь, не у всех хватает твоей дури, чтобы компенсировать минимум тройную разницу в массе предметов! — возмущённо высказалась Гермиона. — Если бы к твоей силище ещё хотя бы чуть-чуть серьёзного отношения и усидчивости...       — Всё-всё, я понял! — поднял ладони Гарри и улыбнулся: — Я сейчас...       Через пару минут он приволок откуда-то ещё пару камней, и, в результате, ещё через несколько минут они все смогли спокойно разместиться на таких креслах-диванчиках и перевести дух.       — Поттер, ты объяснишь нам, где мы и зачем сюда полезли? — поинтересовались хором близняшки.       — Гарри нужно было спрятаться. Очень нужно... — ответила вместо парня Луна.       — Да и нам, после случившегося, тоже лучше пока на глаза никому не попадаться, — задумчиво добавила Гермиона. — Знаете, мне очень не понравилась фраза Розовой Жабы, что никто не узнает. Всё-таки нас шестеро и... — она прекратила накручивать себя и пугать ребят, вместо этого спросив: — Вы-то как там оказались? Спасибо, конечно, мы могли и не справиться, но просто интересно...       — Мы с Невиллом зашли за Пад, — ответила Парвати. — Думали погулять пойти... И тут крики-заклинания... Невилл, — она ткнула парня в бок, — с воплем: "Наших бьют!" бросился на помощь, что нам оставалось делать? — вздохнула она. — Только прикрывать его, коль он влез, ну и вас заодно...       — И всё-таки, где мы находимся? — задала вопрос Падма.       — Эм... Тебе в топографическом смысле? Или в экзистенциальном? — хмыкнул Гарри.       — Поттер! Ты сегодня нас просто поражаешь! Ты знаешь такие слова? — с ехидством поддела его рейвенкловка.       — Я ещё и знаю что они обозначают, прикинь? — фыркнул в ответ Гарри. — Так вот, если ты под "где мы" подразумевала место, то мы находимся, ну, как я прикидывал по протяжённости и направлению тоннеля, на глубине в милю ниже уровня Чёрного озера, плюс-минус пару сотен ярдов, и над нами, — он ткнул пальцем в потолок тоннеля, — это самое озеро плещется.       — Что?! — чуть ли не хором изумлённо воскликнули все.       — Так получается, — развёл руками Гарри, потом потёр переносицу, и начал объяснять: — Я так прикидывал, с компасом, направление, пытался измерить протяжённость этой трубы... В общем, выходит как-то так... Но ничего страшного, — заявил он, — тут вокруг скала, так что всё в порядке. Хотя, конечно, как сами видите, немного сочится... Но раз за тысячу лет не залило, то думаю, что и дальше не зальёт...       — Это Тайная комната, да, Гарри? — утвердительным тоном спросила Луна.       — Нее, — мотнул головой парень, — она там, дальше... — он махнул рукой в сторону, откуда притащил камни.       Обыденность тона, которым Гарри заявил, что они находятся фактически на пороге легендарной Тайной комнаты, потрясла всех не меньше, чем известие, что они сидят под Чёрным озером! Наверное, минут пять они молча таращились друг на друга, а потом заговорили все разом... Общая идея была: пойти и наконец посмотреть на эту легенду Хогвартса!       Однако Гарри их обломал:       — Там завал, — сказал он. — Когда мы с Роном за Джинни сюда полезли, то... Ну, так получилось, — развёл он руками. — Рон разобрал частично и проделал проход, раньше я ещё как-то через эту дыру протискивался, а теперь уже нет. Из нас, — он осмотрел всех, — там разве что Луна пролезет, и то...       — Пойдём хоть посмотрим на этот завал! — воскликнул Невилл.       Гермиона и Луна быстренько переобулись в кроссовки, чем вызвали завистливые вздохи у Падмы и Парвати, и подсвечивая себе "Люмосами", они гурьбой направились в глубь тоннеля.       — Под ноги смотрите, — посоветовал Гарри. — Тут костей лежит, в четыре слоя...       — Человеческих?! — почти подпрыгнув, взвизгнула Парвати.       — Нет, — почесал в затылке парень. — Вроде бы крысиные, только какие-то крупные... А может тут такие крысы раньше водились, с зайца размером...       — Мда, — хором вынесли они вердикт разочарованными голосами, когда через два поворота тоннеля их "Люмосы" осветили завал впереди...       — Вы что, "Бомбардами" тут швырялись, что ли? — удивлённо рассматривая кучу камней, наваленную до потолка, спросил Невилл.       — Нет, — ответил Гарри. — Это Локхарт напал на Рона... и отобрал у него палочку... Ну и хотел ею нас заобливиэйтить, мол "бедные мальчики потеряли разум от горя и страха", — скривился Гарри. — А оно возьми и бахни! Сверху камни, мы в разные стороны: Рон назад, я туда, — махнул он рукой в сторону завала, — в общем, в результате получилось, что Локхарт заобливиэйтил сам себя, Рон с ним здесь, а я оказался с той стороны, — кивнул он на груду камней.       — Гарри, ты что-то путаешь, — возразила Гермиона. — "Обливиэйт" относится к классу ментальных проклятий, — начала объяснять она. — Они в принципе, даже теоретически, не могут оказать на объекты какой-то физический эффект...       — Ну, — пожал плечами парень, — это была палочка Рона... Она сломанная вообще-то была, и иногда чудила: то искры сыпались, то пузыри вонючие выпускала, вон, Нев с Парвати помнят, наверное... Так что — всё может быть, — отмахнулся парень.       — Н-да? Ну, возможно... — потянула Гермиона, разглядывая обрушившийся свод и завал, перекрывший коридор. Честно говоря, это гораздо больше было похоже на целенаправленный подрыв, чем даже на, допустим, спонтанную "Бомбарду"...       — А зачем Локхарту вообще Роновская палочка понадобилась? — удивилась Падма. — Да ещё и сломанная. У него что, своей не было?       — Наверное, чтобы не смогли отследить через "Приори Инкантатем", — высказала предположение Гермиона, по-прежнему разглядывая завал. — В принципе, это разумно...       — Да нет, — смутился Гарри, — я его, ещё в кабинете, разоружил "Экспеллиармусом"... А Рон его палочку в окно выбросил, — вздохнул он. — Локхарт нас ещё там заобливиэйтить собирался, так как проболтался, что он, на самом деле, никаких подвигов не совершал... Ну и не хотел идти с нами в Тайную комнату спасать Джинни... Ладно, — махнул он рукой, — фигня это всё, смысл теперь вспоминать? В общем, Тайная комната находится там, — он ткнул пальцем в завал, — отсюда до входа в неё, ярдов двести, может двести пятьдесят... Вот через этот проход, — он указал на узкую и извилистую нору слева под потолком, — я раньше мог пробраться. Теперь не помещаюсь уже...       — Может... это... разберём? — нерешительно предложил Невилл.       — Рискованно, — вздохнул Гарри. — Начнём выдёргивать камни, может начать сыпаться сверху дальше, и тогда... Мы так и утонуть можем... А "Репаро" тут не действует, я пробовал. Нужны какие-то специальные заклинания... Я так прикидывал, думал применить заклятие вечного приклеивания, склеить по своду всё, — он рукой обвёл очертания арки. — Конечно, непонятно, на сколько оно "вечное", но держит — фиг отдерёшь... Но, — Гарри почесал нос, затем хмыкнул: — Потом пробивать проход, выбивая остальные камни... как-то стрёмно... Вдруг завалится всё?       — А это заклинание трудное? — поинтересовалась Гермиона разглядывая завал. Очень уж сильно хотелось увидеть... Мерлин! Они на пороге Легендарной Тайной Комнаты! Каких-то двести ярдов! Ну и каменный завал, конечно... — Ну то, вечного приклеивания? — уточнила она, повернувшись к парню.       — Ну, не "Вингардиум Левиоса", — почесал в затылке парень, — но и не "Экспекто патронум". А что?       — Тогда давай, клей, — махнула она рукой в сторону камней.— Начинай сверху, от стены до стены, только тщательно, Гарри!       — А потом? — поинтересовался он, гася "Люмос", и примериваясь к камням.       — Есть заклинания трансфигурации твёрдых тел в жидкость или газ, — начала рассказывать свою идею Гермиона. — Я потом, осторожно, по одному камню из центра, буду превращать в воду, она будет тихонько стекать, и не будет никаких сотрясений!       — Откуда ты эти заклинания знаешь? — заинтересовалась Падма.       — Высшая трансфигурация, — пояснила Гермиона. — Это всё в Запретной секции...       — Почему? — удивился Невилл.       — Потому что трансфигурация твёрдых тел в жидкость или в газ не только очень сложна, но и неимоверно опасна! — объяснила Гермиона. — Она обратима, и представь что будет, если ты вдохнёшь или выпьешь, и начнётся обратный процесс?! Верная смерть, — подчеркнула она. — Но я пишу курсовую для Ж.А.Б.А. и профессор Макгонагалл дала мне возможность почитать об этом и кое-что показала...       Гарри в это время водил палочкой под потолком и что-то бормотал вроде "манэрэ ин этэрнум", или что-то такое, Луна ему подсвечивала "Люмосом", а остальные с интересом смотрели...       — Ну, вроде всё, — взлохматил волосы Гарри, осмотрев результат, и на всякий случай подёргав самый верхний камень. — Держится...       Гермиона подошла к завалу, и выбрав небольшой камешек, почти с краю у стены, вскинула палочку. Несколько секунд ничего не происходило, а потом этот камень начал таять как кусок льда от жаркого огня, и по нижним камням заструились ручейки воды. Через минуту на месте камня была дыра.       — Круто! — Нифигасе! — Ну ты даёшь, Грейнджер! — наперебой восхитились ребята.       Гермиона несколько торжествующе улыбнулась:       — В принципе, ничего особенно сложного, просто нужно быть очень внимательной и тщательно выполнять формулу... Гарри, давай, проклеивай и вдоль стен, — махнула она рукой. — А вообще, — наставительно добавила она, — зря вы все так пренебрежительно к Трансфигурации относитесь. Это очень интересный раздел магической науки и позволяет, тому, кто в ней достиг мастерства, очень многого добиться! Но, конечно, нужно помнить, что как и вся серьёзная магия, Трансфигурация опасна...       Работа закипела: Гарри клеил, Луна ему светила, Гермиона и Падма занялись тем, что левитировали те куски камней, которые валялись у подножья, и в общем-то только всем мешали, а Парвати обеспечивала им освещение. Один Невилл маялся от безделья, сожалея о своей сломанной палочке.       — Слушай, Нев, — сказал Гарри, остановившийся немного передохнуть и утереть пот (видимо, не такое уж и лёгкое было это "вечное приклеивание", как он рассказывал). — У нас же куча трофейных палочек! Возьми пока какую-то и пользуйся, — он полез в сумку и достал пучок из десятка волшебных палочек, и отдал их Невиллу.       Но оказалось не всё так просто. Невилл сопел, беря палочку одну за другой, и пытаясь наколдовать хотя бы "Люмос", однако не получалось. А потом, вдруг, на кончике очередной палочки загорелся яркий шар, размером с теннисный мяч!       — Вау! — воскликнул парень. — Эта намного круче, чем была моя! — Он огляделся, подхватил "левиосой" здоровенный валун и безо всякого напряжения отлевитировал его аж к повороту коридора. — Круто! — восхитился он. — Совсем другие ощущения...       — Мы же тебе говорили, что тебе палочка не подходит, — фыркнула Падма. — А ты всё: "папина, папина", "бабушка сказала"...       Теперь они стали продвигаться ещё быстрее: мальчишки, по предложению Гермионы, на пару принялись проклеивать арку, и судя по тому как они оба усердно пыхтели, держаться это будет точно вечность! Она сама по очереди превращала камни в центре в воду, Луна образовавшуюся в выкопанной ямке лужу, замораживала и левитировала полученный кусок льда в сторону, укладывая под стену. А Падма и Парвати обеспечивали освещение... За час с небольшим, с тремя перерывами на то, чтобы перевести дух и немного отдохнуть, они пробились на другую сторону. Последние камни тают и стекают вниз, и вот, свет "Люмоса" уже уходит вглубь тёмного тоннеля...       — Гарри... — взволнованно прошептала немного осипшим от волнения голосом Гермиона, — там... впереди что-то...       Парень поднял палочку и выкрикнул: "Люмос Солем" — вырвавшийся яркий луч света осветил огромные кольца ядовито-зелёного цвета!       — Ааа, это шкура, старая, — пояснил он, и сделал шаг вперёд.       — Твою ж мать! — выругался ошеломлённый Невилл. Близняшки тихо ойкнули.       По самым минимальным прикидкам, существо, которому принадлежала эта шкура, было в длину футов шестьдесят, если не больше, и толщиной фута три, если не все пять! Все застыли, благоговейно разглядывая это чудо. Потом, Луна осторожно попробовала её ногой...       — Осторожно, — предупредил Гарри. — Она довольно скользкая, можно упасть...       — Эээ, — потянула Падма, — а разве змеи сбрасывают шкуру, а не ороговевший послед?       — Чисто технически, — начала объяснять Гермиона то, что удалось выяснить в своё время, — василиск не совсем змея. Точнее, не совсем живое существо. Это магический конструкт... Так что... Но точно никто не знает, как они живут... Последнего убили четыреста лет назад.... Ну, если не считать этого... — вынуждена она была признать скудность своих знаний.       — Может, пойдём дальше? — поинтересовалась Парвати, налюбовавшись зрелищем искрящихся в лучах "Люмосов" изумрудных чешуек и лоснящейся кожи.       — Как скажете, — кивнул Гарри, махнув рукой, — нам туда. Только осторожнее переступайте, шкура скользкая, — опять предупредил он.       Тоннель, по которому они продвигались гуськом, изгибался снова и снова, как будто повторяя изгибы тела ползущей гигантской змеи, и все непроизвольно начали нервничать. Один Гарри невозмутимо шёл впереди, время от времени посматривая на стены и качая головой, словно вспоминая. Он поймал вопросительно-встревоженный взгляд Гермионы и слабо улыбнулся.       — Просто вспомнил, как я тогда... — Гарри покачал головой и тихо добавил: — Страшно было, просто капец как... Иду и боюсь, и в то же время, очень хотелось, чтобы наконец дошёл и это всё закончилось... Мрак... — вздохнул он.       Наконец, миновав ещё один поворот, они оказались перед гладкой, будто старательно отшлифованной стеной, на которой были искусно и со всем тщанием вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головами. Были видны даже отдельные чешуйки на шкурах этих змей, а в качестве глаз у них поблёскивали в лучах "Люмосов" огромные изумруды. Гарри оглянулся на немного оробевших и застывших спутников, и сказал:       — Ну вот, это вход... Идём?       Гермиона, которую начало немного потряхивать от волнения, молча кивнула, а остальные наперебой сказали "да", "конечно", хотя тоже немного дрожащими голосами.       Парень пожал плечами и вплотную подошёл к изображённым змеям. На секунду Гермионе показалось, что каменные змеи как бы ожили, сделались рельефнее, чётче, их глаза-изумруды замерцали, Гарри что-то низко и тихо прошипел, и в гладкой стене появилась щель, разделившая змей, а потом образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны, и он шагнул во внутрь. Все, переглянувшись друг с другом, нерешительно последовали за ним.       Они оказались на пороге очень большого зала, тускло освещённого зеленоватым светом. Уходящие вверх к высокому своду колонны были украшены обвивающими их каменными змеями. Колонны были настолько высокими, что их верхушки терялись во мраке потолка и отбрасывали длинные, чёрные тени сквозь этот зеленоватый сумрак. А за последней парой колонн, у задней стены, высилась громадная, до потолка, статуя — гигантское лицо с обезьяньими чертами и длинной жидкой бородой, ниспадающей почти до самого подола каменной мантии, из под которой выпирали две громадные серые стопы, подпиравшие гладкий пол... Конечно, статую немного портил неестественно широко распахнутый рот, который образовывал чудовищно огромное жерло, но всё равно...       — Салазар Слизерин, — выдохнула с восторгом Гермиона, — Один из четырёх Основателей...       — Это здесь жил василиск? — шёпотом, оглядываясь, задирая голову, чтобы рассмотреть потолок, спросила Парвати.       — Нет, — качнул головой Гарри, — василиск жил там, — он махнул рукой в сторону статуи.       — В статуе основателя? Какая-то она с этим распахнутым ртом... не очень, — высказалась Гермиона.       — За статуей, — уточнил Гарри. — А рот... Ну, он обычно должен быть закрыт. Нужно сказать, точнее прошипеть: "Говори со мной, Слизерин, величайший из хогвартской четвёрки!", рот открывается и выползает василиск...       — Пф, тоже мне величайший, — презрительно фыркнул убеждённый гриффиндорец Невилл Лонгботтом.       — Ну да, — вздохнул Гарри, — как говорит мой кузен Дад: "Понты дороже денег".       — Теперь понятно, почему Малфоя считают слизеринцем, — хмыкнула Падма, разглядывая огромный зал.       Они неторопливо делали каждый шаг и рассматривали эту легендарную Тайную комнату, само существование которой отрицалось профессорами... Гермиона же очень хотела увидеть ещё одну легенду.       — Гарри, а где сам василиск? — тихо спросила она.       — Вон, лежит, — он махнул рукой вправо в сторону стены, все повернули головы, и застыли как под "Петрификусом", разве что не попадали!       Там, едва-едва тронутая разложением, находилась огромная, невероятно громадная змеиная туша с огромной зубастой пастью, изогнутыми кольцами разлёгшаяся возле стены! Взгляд выхватывал то изгибы невероятно мощного тела толщиной с колонну, покрытого яркой изумрудно-зелёной чешуёй, то опять возвращался к огромной треугольной голове со слепыми провалами на месте глаз, и непроизвольно опускался к здоровенной, распахнутой пасти, из которой торчали длинные, саблеобразные, узкие и блестящие, смертельно ядовитые клыки...       Гермиона на секунду представила рядом того маленького, щуплого мальчика, которым помнила Гарри на втором курсе, непроизвольно ойкнула и ухватила парня за руку... Где-то на периферии сознания, она слышала каким восторженным тоном остальные обращались к Гарри, расспрашивая у него подробности этой "эпохальной встречи", как ошалело матерился бегающий вокруг змеиных колец Невилл, потом увидела, как Луна осторожно подошла поближе и принялась рассматривать чешуйки змеюки... На секунду Гермионе показалось, что она вот-вот потеряет сознание...       — Ты в порядке? — Гарри заглянул ей в глаза. — Всё хорошо? Ты просто так застыла...       Она перевела на него свой взгляд, в голове смешалось столько всего, что просто не было слов.       — Гарри... Он... он... Такой размер...       — Ну да... — парень вздохнул. — Вроде как не очень большой... А мне тогда казался громадным. Правда, это было до того, как я увидел венгерскую хвосторогу с двадцати ярдов... Мдя...       Честно говоря, у Гермионы не нашлось слов. Она открыла рот, закрыла, опять открыла, пытаясь выплеснуть всю ту бурю эмоций, мыслей и ощущений... И опять не смогла ничего сказать, только ошеломлённо смотрела то на парня, то на василиска...       — Эй, Нев! Не трогай! — воскликнул Гарри, увидев как Невилл протягивает руку, чтобы потрогать клыки в пасти. — Они ядовиты... просто капец. Я тут чуть не сдох, когда клык мне руку проткнул...       — Так тебя на самом деле укусил василиск?! — хором воскликнули изумлённые близняшки.       — Я думала, это... ну, просто сплетня, — добавила Падма.       — У Гарри шрам на плече, от клыка, — тихо сказал Невилл.       — И ты молчал?! — возмущённо воскликнула Падма, на что Невилл только развёл руками и качнул головой с видом: "Это дела Гарри!".       — Так что с укусом? — полюбопытствовала Парвати, переводя взгляд с Гарри на зубастую пасть василиска и обратно. — Как это вообще...       — Э-э-э... Скорее, правильнее будет сказать, что я сам на клык напоролся, — несколько скомкано пояснил Гарри. — Я же тогда фехтовать совсем не умел... В общем, неудачно меч в него воткнул, ну и... Василиск дёрнулся, в конвульсиях, а я... гляжу — в руке клык торчит... — вздохнув, сказал он.       — Тогда не умел? — заинтересованно полюбопытствовала Луна. — А сейчас?       — Ну не то чтобы так уж умею... — пожал плечами парень.       — Но всё-таки? — не унималась Луна.       — Помнишь, я перед третьим курсом в "Дырявом котле" жил, — начал рассказывать Гарри. — У меня был целый месяц, чтобы спокойно побродить по Косой аллее. Там есть одна лавочка, маленькая такая, в ней всяким хламом торгуют. Она находится по соседству с лавкой писчих принадлежностей, — пояснил он, — там и старые, никому не нужные, книги продают. И мне в ней попался на глаза древний учебник по фехтованию... Представляете, в Хогвартсе когда-то фехтование преподавали! Давно правда, продавец сказал, что эта книжка у него лет сто уже валяется, ну и продал её за пару сиклей... Там есть картинки, описания всякие: как правильно стоять, как правильно держать... Хоть что-то, а то мало ли, — он опять вздохнул и посмотрел на лежащую тушу. — Со всем этим... вдруг ещё кого-то какой-то железкой проткнуть понадобится...       — Как оказывается мы много о тебе не знаем, Гарри, — задумчиво произнесла Парвати. — И кучу всего знаешь, разного и никому неизвестного, и с интересными призраками ты дружишь, и василиск тебя кусал, причём без последствий... И на профессоров ты нападаешь...       — Эй! — запротестовал парень. — Профессоров я не трогаю!       — Да ну? — изобразила удивление Падма. — На первом курсе профессора ЗОТИ Квиррела, на втором — профессора ЗОТИ Локхарта...       — На третьем — Снейпа! — довольным тоном вставил Невилл.       — Вот, — согласно кивнула Падма.       — Снейп не профессор ЗОТИ, — фыркнул парень.       — Ага, был бы профессором ЗОТИ, кончил бы как Лже-Грюм, — усмехнулась Парвати. — Встречу с дементорами он бы не пережил...       — Ну уж этого-то точно не я! — возмутился Гарри.       — А нам об этом откуда знать? — точно так же возмущённо возразила Парвати. — Ты ушёл с профессором из Лабиринта, а потом раз, и оказывается что его дементор поцеловал... Вот что мы должны думать? Ты же молчишь, как... — развела она руками. — Вот и получается, что четыре года — четыре профессора...       — А сегодня Амбридж... — тихо добавила Луна, разглядывая зал.       — О чём я и говорю, — Падма усмехнулась. — Да ты просто смертельно опасен для профессоров ЗОТИ, Гарри Поттер!       — И всё тишком-нишком, — ухмыльнулась Парвати.       — Это да, — хмыкнул Невилл. — Гарри у нас тихушник! Если бы не Рон — мы бы вообще ничего не узнали.       — А где гриффиндорская лихость и открытость?! — воскликнула с наигранным возмущением в голосе Парвати. — Где гриффиндорская гордость за свершения?! Ты — не настоящий гриффиндорец, Поттер! — шутливо обвинила она парня.       — Ну, — Гарри вздохнул, почесал в затылке, — если совсем честно, то Шляпа хотела отправить меня на Слизерин, но я захотел на Гриффиндор... Точнее, я не хотел на Слизерин, и...       — Истинный слизеринец! — восторженно хором вскрикнули близняшки, перебивая его.       — Это же надо, пойти на Гриффиндор, чтобы никто не догадался! — добавила Парвати.       — Это очень умно, — заметила Падма. — Тебе бы и в Рейвенкло нашлось местечко!       Гарри только хмыкнул в ответ, вздохнул, и отвернувшись, принялся разглядывать гигантскую уродливую статую...       — Вы только это... — через пару минут повернувшись к ним, просяще произнёс он, — про то, что Шляпа меня на Слизерин отправить хотела... никому не говорите, а? Мне этого дурдома с "наследником Слизерина" ещё на втором курсе с головой хватило...       — Поттер! — теперь Парвати возмутилась по-настоящему: — Ты дурак, да? Мог бы и не спрашивать! — фыркнула она.       Падма с Невиллом тоже посмотрели на него осуждающе, и Гарри опять вздохнул, виновато развёл руками и побрёл к подножию статуи, по пути пиная камешки. Луна поспешила за ним, а Невилл и близняшки всё кругами ходили вокруг туши, разглядывая её.       Гермиона же принялась внимательно рассматривать этот огромный зал, надеясь, что, может быть, здесь можно ещё что-то обнаружить. Ведь не может быть, чтобы такое огромное и тщательно отделанное помещение создавалось только как... предбанник для клетки с питомцем! Салазар Слизерин, конечно, любил размах, если не сказать — понты, но всё же... Она обходила колонны со змеями, внимательно вглядываясь в их поверхности, ища какие-нибудь знаки... Кроме того, это позволяло ей отвлечься от всего что случилось, в том числе и от размышлений над невозможной, абсурдной ситуацией: заместитель министра магии сознательно организовала покушение на Гарри! Это было невероятным бредом, как если бы премьер-министр нанял киллеров! Точнее, не киллеров, а приказал полиции убить кого-нибудь... Но, тем не менее, это было фактом, от осознания которого, если честно, мороз по коже! Потихоньку, она приблизилась к стоящим у подножья статуи Основателя Гарри и Луне.       — ... да, — тихо рассказывал Гарри, указывая рукой на место у огромных каменных ступней, — вот здесь лежала Джинни... А вот там, — он махнул рукой в сторону ближайшей колонны, — там я в первый раз увидел... Волдеморта... — он вздохнул и продолжил: — Я правда тогда ещё не знал, что это он, и... Знаешь, он выглядел... такой, обычный парень... Высокий, темноволосый, можно сказать, что даже... ну, привлекательная внешность, я знаю — девчонкам такие нравятся... В общем, никакого сравнения с тем кошмарным, безносым красноглазым уродом, что вылез из котла на кладбище Литтл-Хэнглтона... — Гарри взлохматил волосы, помолчал. — Знаешь, он мне тогда сказал, что мы с ним очень похожи, даже судьбы у нас почти одинаковы... Сироты, воспитывались у магглов... Ну и всё такое... Парселтанг, опять же...       С темы печальных воспоминаний парня надо было уводить, и, к счастью, появился очень интересный вопрос.       — Гарри, а это что? — Гермиона указала на антрацитово-чёрное пятно под стеной, рядом с которым валялся клык, острая часть которого была измазана в чём-то чёрно-красном...       — А... это... — он вздохнул, — я там упал, когда клык в руку воткнулся. Его-то я вытащил, но яд уже начал действовать... Но Фоукс меня спас своими слезами, а потом принёс дневник, я этим клыком дневник и проткнул. Волдеморт развеялся, так как он был ещё призрак, а это, — Гарри кивнул на чёрное пятно, — это из дневника, когда я его насквозь проткнул, куча чернил вылилась...       — То есть, этот клык чуть не убил тебя, — задумчиво произнесла Луна, — а потом ты им уничтожил... — она на секунду запнулась, видимо сообразив, что не стоит произносить слово "крестраж", — тот артефакт, который вызвал Сам-Знаешь-Кого?       — Ага, — кивнул парень.       — Гарри, — тихо обратился к нему подошедший Невилл, — а вообще... какой у нас план? — он осмотрелся, потом вздохнул: — Сидеть здесь до бесконечности не получится, а... — Невилл замялся, — просто, если нас будут ловить, то через Замок к выходу мы не пробьёмся... Я не то чтобы сильно волнуюсь на счёт исключения, — пояснил он, — меня Ба вообще не хотела отпускать после каникул, сказала, что к С.О.В.ам я и дома подготовиться могу... Но за девчонок переживаю... Да и вообще...       — Я пока не знаю, Нев, — пожал плечами Гарри. — Крёстный мне сказал спрятаться и не высовываться пока... они с кое-чем там не разберутся. Правда, это было до того, как... Ну, этой бойни в коридоре... Так что теперь не знаю даже. Но, по-любому, Нев, отсюда мы выберемся, — поспешил он успокоить друга. — Есть у меня пара идей... Пока они за мной по Замку гоняться будут, можно успеть три факультета строем через главный вход вывести... К тому же там, — Гарри указал на распахнутый рот статуи, — дальше есть комната, а за ней ещё один длинный тоннель, довольно круто идущий вверх. Правда он где-то ярдов через триста-четыреста завален, но я думаю, что он ведёт в Запретный лес. Ну не выводил же Слизерин свою змейку на прогулку через коридоры школы! — воскликнул он.       В конце концов, бесцельно бродить по этому залу Гермионе надоело. Сюда нужно было приходить с серьёзным оборудованием и парочкой квалифицированных взломщиков проклятий, тогда может что-то и нашли бы. Пиетета перед останками василиска, в отличии от Луны и остальных, которые всё ходили кругами и цокали языками от восхищения, она тоже не испытывала, и уже было решила устроиться поудобнее и почитать какой-нибудь учебник, как Гарри вдруг схватился за голову и застонал... Гермиона с Луной бросились к нему и непроизвольно остановились: он поднял на них взгляд и его глаза, почему-то, были алыми!       — Ты должен был умереть здес-с-сь, — злобно и с какой-то яростью произнёс парень совершенно чужим, высоким и совершенно неестественным свистяще-шипящим голосом. — Ты должен был умереть... — повторил он, а потом его рука с палочкой начала подниматься...       Это было ужасное зрелище: такое ощущение, будто рука действовала сама по себе, а Гарри пытался этому сопротивляться...       — Убе-й-й-те меня, — с каким-то торжеством в тоне прошипел он. — Убейте... Пока я не убил вас-с-с вс-с-сех...       Несколько невероятно длинных секунд продолжалось это противостояние, но Гарри всё же смог преодолеть давление. Он отшвырнул палочку в сторону, после чего рухнул на колени и громко застонал, опять обхватив голову руками, раскачиваясь.       — Ты зря с-с-сопротивляешьс-с-ся, — всё тем же чужим голосом произнёс он. — Ты такой же как я. Нет никакой с-с-силы...       Потом начал тихо подвывать, видимо, от нестерпимой боли, и рухнул набок... Затем, его тело выгнулось, как под ударом тока и начало корчиться в судорогах. Луна рванула к нему и упала рядом на колени, схватив его руку и сжав её в ладошках:       — Борись, Гарри, сопротивляйся... — воскликнула она.       Гермиона оказалась рядом через секунду. Она на мгновение задумалась, потом просто уложила голову содрогающегося в судорогах парня к себе на колени, одной рукой придавив его плечо к полу, а ладонь второй положив ему на лоб, чтобы зафиксировать голову. Это было невероятно, но шрам как будто был раскалённым и вполне ощутимо жёг её кожу, а ненавидящий взгляд алых глаз, казалось, жжёт её душу.       — Ты совсем другой, Гарри, — продолжала тихо говорить Луна. — Ты честный, благородный, храбрый... Ты настоящий ГРИФФИНДОРЕЦ, Гарри...       — Я бы сказала слишком храбрый, невероятно храбрый, — подхватила Гермиона. — Никакого сравнения с этим подлым, трусливым Томом, совершенно... он только и мог, что подставлять невиновных да убивать невинных...       Тело парня опять содрогнулось в конвульсиях, он с явным усилием смежил веки, а пальцы на руке, которую сжимала Луна, чуть дрогнули, как будто хотели за что-то ухватиться.       — Ты нужен нам, Гарри. Ты всем нам очень нужен, — тихо, сквозь слёзы говорила Луна. — Всем. А нам с Гермионой... особенно. Ты нужен крёстному, нужен друзьям... Борись, Гарри, не сдавайся...       — Не имеет значения, куда хотела отправить тебя Шляпа, Гарри, — проникновенно, утвердительным тоном, произнесла Гермиона, прижимая его голову к своим коленям. — Главное, Гарри, что ты сам выбираешь для себя! Только это имеет значение...       Наконец, напряжение в теле парня исчезло, он, расслабившись, обмяк и задышал ровно и глубоко, а когда, спустя неимоверно долгую минуту, открыл глаза, они были такого родного зелёного цвета, что Гермиона не смогла сдержать радостного вскрика...       — Мордред и Моргана! Во имя драных подштанников Мерлина, это что такое было?! — воскликнул ошеломлённый Невилл. Близняшки молча стояли вцепившись ему в локти, с ошарашенными лицами и круглыми, перепуганными глазами.       — Атака... Сам.. Знаешь... Кто... — тихо прошептал Гарри. — Хотел... хотел чтобы... меня убить... Что-то случилось... что-то для него ужасное... он в ярости...       — В ритуале возрождения Сами-Знаете-Кого использовали кровь Гарри, — торопливо начала говорить Гермиона ошеломлённым свидетелям этой сцены. — Поэтому... в общем, иногда бывают такие вот эффекты... Дамблдор об этом знает, сказал, что это можно решить... И мы занимаемся... защитой сознания, чтобы Гарри мог защититься от проникновения в сознание. Но пока мы только в начале пути... — быстренько сварганила она более-менее правдивую и в то же время не слишком опасную для Гарри версию произошедшего.       — А-а-а, — потянул Невилл, — ну да, кровь... — кивнул он, — кровь волшебника, это... да...       Невиллу и девушкам то ли надоело таращиться на Гарри, то ли они почувствовали неловкость момента, но они отошли и принялись разглядывать Тайную комнату, правда уже без былого энтузиазма. Гермиона хотела наколдовать подушку, чтобы уложить Гарри поудобнее, но он её остановил.       — Не убирай руку, — попросил он. — Пожалуйста. Так... легче... Боль уходит.       Гермиона ободряюще улыбнулась и продолжила перебирать пальцами его жёсткие волосы.       — Гарри, а можно нам с Гермионой взять парочку клыков? — вдруг спросила Луна.       — Да, бери, если надо, — слабо махнул рукой парень. — Чего ты меня спрашиваешь?       — Ну, василиска убил ты, значит, по закону, его туша это твоя собственность, — пожала плечиками та.       — В смысле... моя собственность? — не понял парень.       — По законам Магической Британии, Гарри, при убийстве существа категории опасности пять иксов, к которым относится и василиск, его туша становится собственностью того, кто убил это опасное существо, — принялась объяснять Гермиона. Её ещё потряхивало от пережитого страха и напряжения, и такая сухая, академическая тема, позволяла немного отвлечься от ужасных мыслей о только что произошедшем. — Если бы вырвавшаяся венгерская хвосторога разбилась насмерть, то весь доход от продажи частей её туши должны были, за вычетом комиссии и накладных расходов, перечислить тебе в сейф...       — Да? — неподдельно удивился Гарри. Он аж приподнялся, опёршись на её плечо и почесал нос. — Круто... А я и не знал...       — Поттер, — фыркнула Парвати, — Я просто в шоке с тебя... — потом повернулась к Невиллу и ткнула его кулачком в плечо: — Ты бы занялся просвещением друга, а? А то так и помрёт сиротинушкой необразованным...       — Кстати о хвостороге, — задумался Гарри, полез рукой в сумку на бедре и принялся там копаться, — где-то они тут были...       — Гарри, может давай я "Акцио" использую? — предложила Гермиона.       — Нее, — качнул головой парень. — На них магия не действует. О! Вот они, — он вытащил руку из сумки, держа пару перчаток с крагами. — Драконья кожа железнобрюха, какие-то очень навороченные, супер крепкие, и вообще — жуть просто какие крутые... Но удобные и чувствительность в них хорошая, — объяснил он. — Чарли, брат Рона, за хвосторогу отдарился... Ну, от них всех, драконологов, что они не уследили, — добавил он и протянул перчатки Луне: — Не бери клыки голыми руками...       — Луна, но зачем? — попыталась остановить подругу Гермиона, наконец сообразив, что та хочет взять смертельно опасную вещь. — Это небезопасно! И потом — где их хранить? И знаешь, я даже не уверена, что такие вещи вообще можно хранить, и тем более в школьной спальне! И что это в принципе разрешено министерством! Ну, по крайней мере, без специального сейфа...       — У нас дома есть рог взрывопотама. Его папа привёз из экспедиции. Теперь будет ещё и клык василиска... — беззаботно отмахнулась подруга.       — Нев, — Гарри взглянул на друга, на лице которого промелькнула явная тень сожаления, — ты тоже бери... Ну, если тебе надо...       — Не-не-не, — Невилл аж протестующе вкинул руки. — Это очень дорогой подарок, Гарри. Так нельзя...       — Не дороже денег, Нев! — мотнул головой Гарри и указал на василиска. — Бери и не надо тут разводить всякую чушь...       — А дорого — это сколько? — заинтересовалась Гермиона.       — Тысяч пять, — ответила несколько ошеломлённая Падма. — И это по минимуму...       — ...если не говорить, что это клык василиска Салазара Слизерина! — добавила Парвати. — Тогда цена вообще непомерной будет...       — Пять тысяч чего? — не поняла сразу Гермиона.       — Галлеонов естественно, — ответила Падма.       — И вы тоже, — кивнул Гарри близняшкам, — если хотите, то возьмите...       — Мы тогда один, маленький, — нерешительно потянула Парвати, — на двоих...       — Да там этих клыков — полная пасть! — немного возмущённо воскликнул Гарри. — Вот будет лучше, если это всё тут сгниёт, да?! Берите уже каждая... Ну... будет вам как память о сегодняшнем... приключении...       — Клыки не гниют... — начала Луна, но Гермиона, наконец отошедшая от шокирующего осознания, что небольшой кусочек кости стоит двадцать пять тысяч фунтов стерлингов, и это по минимуму, решительно влезла в беседу.       — Так! Стоп! Вы сейчас наберёте кучу опаснейших, смертельно ядовитых клыков, а как мы это всё транспортировать будем?! У нас в аптечке пары флакончиков со слезами феникса нет! А если что случится? А если кто случайно поранится?       Замечание было уместным, так как все немного подрастеряли охвативший их энтузиазм и наконец-то начали думать головой, а не мечтать натащить в школу кучу опаснейшей дряни...       — Их можно завернуть в куски шкуры василиска, — после коротких раздумий предложила Луна. — Её защитные свойства должны быть не слабее чем у шкуры дракона.       — Ты умеешь сдирать шкуру с василиска? — скептически поинтересовалась Гермиона.       — Я не про эту... Я про ту, что в коридоре, — пояснила подруга. — Можно отрезать от неё несколько кусков, и каждый клык завернуть отдельно, будет безопасно...       Идея всех вдохновила! В результате, Невилл с близняшками побежали за шкурой, Гарри забрал у Луны свои перчатки и пошёл выдирать зубы из пасти, а Луна, немного подумав и постучав пальчиком по губам, направилась к чернильному пятну и начала копаться в бисерной сумочке, явно что-то разыскивая.       — Что ты ищешь? — поинтересовалась Гермиона.       — Чем взять вот его, — она кивнула на тот клык, который валялся возле чёрного пятна, — я попробовала пергаментом, но он обуглился и рассыпался, — сокрушённо вздохнула она.       — А он тебе зачем? — не поняла Гермиона. — Если уж брать, то можно и покрасивее выбрать, получше...       — Ты не понимаешь, Миона, — тихо ответила Луна. — Клык тысячелетнего василиска, пропитанный кровью волшебника, который тем не менее выжил... И в придачу, которым был уничтожен... сама-знаешь-что, — она покачала головой и добавила: — Половина артефакторов душу продадут, а вторая половина передерётся просто за возможность поработать с таким материалом. Я думаю, что если из него сделать кинжал — это будет очень полезное оружие для Гарри. Очень сильное...       — Но... но оно же получатся... Это будет... Смертельное оружие, Луна! — встревоженно и испуганно прошептала Гермиона.       — Да, — кивнула подруга. — И мы с тобой обе знаем, что есть кое-кто, кто не оставляет Гарри в покое, и против кого Гарри очень не помешает это смертельное оружие...       Гермиона только вздохнула и сокрушённо покачала головой... И хотелось бы возразить... И возражать было нечего... Её размышления прервал возникший перед парнем серебристый пёс, который очень взволнованным и встревоженным голосом Сириуса Блэка произнёс: "Гарри! Почему ты не отвечаешь? Что с тобой?! Возьми зеркало, Гарри!"       От звука голоса крёстного, Гарри дёрнулся и Гермиона с ужасом увидела, как он резко отдёрнул руку от торчащего из пасти клыка! Через секунду они с Луной были рядом.       — Гарри, — холодея от страха выдохнула Гермиона. — Как...       — Всё в порядке, — успокоил он. — Вот, руки в перчатках, перчатки целы, всё тип-топ...       — Всё равно! Эта безумная идея с клыками мне нравится всё меньше и меньше! — в сердцах возмущённо высказалась она.       — Гарри, а где зеркало? — спросила Луна, отодвигая её в сторону. — Твой крёстный волнуется...       — Да, я понял, — парень уже снял перчатки и копался в сумке. — Вот, сейчас...       Он уселся на пол, рядом с тушей василиска и произнёс, глядя в зеркало: "Сириус Блэк". Видимо, тот ожидал вызова, так как спустя секунду зеркало засветилось и в нём появилось его встревоженное лицо.       — Ты в порядке, малыш?! — взволнованным тоном спросил он.       — Да, Сириус, всё нормально, — поспешил успокоить парень. — Мы спрятались, как ты и сказал... Просто были немного заняты, а зеркало в сумке...       — Слава Мерлину! — с облегчением и уже весело воскликнул Сириус. — Замечательно, что у вас всё хорошо...       — Не совсем, Мистер Пёс, — влезла в разговор Луна. — Гарри хотели задержать слизеринцы. Малфой и Инспекционная дружина Амбридж...       — Та-а-ак, — удивлённо потянул Блэк. — А ну-ка, поподробнее...       — Да всё так сумбурно получилось, крёстный... — начал отговариваться Гарри.       — Мы шли к нашей башне, чтобы взять учебники... — перебила его Гермиона, и начала подробно, вплоть до того, кто, что, и с каким выражением лица сказал, излагать историю столкновения. — ...а потом в меня попал "Ступефай", когда я очнулась, то "слизеринцев" было уже тринадцать человек, часть оглушённая, потом прибежала директор Амбридж и... — Гермиона перевела дыхание, — она хотела наложить на Гарри "Круциатус"! Но он её разоружил, и... — она вздохнула, — ребята добили всех слизеринцев... В смысле, оглушили, — поправилась она, и покачав головой, неодобрительно добавила: — Их всех пришлось отправлять в Больничное крыло, так как... В общем, там не одно оглушение получилось...       — Ну вы даёте! — восхищённо присвистнул Блэк и весело расхохотался. — У вас тоже жарко было, получается...       На это "тоже" Гермиона не обратила внимания, вместо этого встревоженно воскликнула:       — Не вижу поводов для веселья, мистер Блэк! Драка со студентами! Тринадцать человек в Больничном крыле! Да Малфой, как только придёт в себя, нажалуется отцу и Фадж тут же прибежит... Это не говоря о нападении на профессора Амбридж! Нет, она конечно...       — Всё нормально, Гермиона, — перебил её Блэк, и усмехнулся. — Всё будет нормально, — добавил он со смешком. — Поверь, Малфою сейчас будет не до нытья сыночка. Тем более, как я понял, они напали первые? — Гермиона кивнула, и мужчина осклабился: — Тогда вы в своём праве. И за Амбридж не волнуйтесь... В общем, у нас тут кое-что случилось, — он ухмыльнулся, — не хочу вам сюрприз портить, утром в газете прочтёте. Короче, дождитесь директора, и всё будет хорошо, — успокоил он.       — Директора?! У нас новый директор? — воскликнул Гарри.       — Ну как, новый, — усмехнулся Блэк. — Дамблдор возвращается в Хогвартс, малыш. Сейчас заседание Визенгамота по-быстрому закончат, и...       — Заседание Визенгамота? — изумилась Гермиона и бросила взгляд на часики. — В полвторого ночи?!       — Ну я же сказал, что у нас тут кое-что важное произошло, — ухмыльнулся Блек и подмигнул. — Я что сказать хочу... В общем, я на некоторое время пропаду со связи... Меня мадам Боунс арестовывает...       — Что?! — воскликнул Гарри. — Сириус! Как же...       — Всё нормально, щеночек, — успокаивающе перебил его Блэк. — Твои показания, плюс свидетельство Лунатика... Всё в порядке, просто такая процедура, Гарри, не переживай, — он улыбнулся. — Но я не знаю на сколько это затянется... Тут, в министерстве, полный дурдом и все в мыле, так что... Но всё будет хорошо, я обещаю! В общем — не переживайте, дождитесь Дамблдора... Ну и читайте утренние газеты... Здесь от корреспондентов не протолкнуться. В общем, мне пора...       — Мистер Блэк... Амбридж призналась, что это она натравила на Гарри дементоров, — торопливо сказала Гермиона.       — Да ну? — явно удивился тот.       — Я сама слышала, — подтвердила Гермиона. — И Луна, и Невилл, и сёстры Патил...       — Это хорошо, — оскалился Блэк в злобной ухмылке. — Амелии это будет очень интересно...       — Я всё равно не понимаю, мистер Блэк, — воскликнула Гермиона. — Гарри атаковал профессора, пусть Амбридж и собиралась... Но...       — Забудьте про Амбридж! — ухмыльнулся мужчина. — Дамблдор потребовал от Фаджа убрать её из школы и тот тут же согласился... Всё, мне пора. Не волнуйтесь, ждите хороших новостей, читайте прессу...       — Что он имел в виду, когда сказал — ждите хороших новостей? — задумчиво почесал в затылке Гарри. — Ну, про то, что читайте газеты?       — Мистер Пёс был очень доволен, — ответила Луна. — А учитывая то, что ты, Гарри, почувствовал, что Сам-Знаешь-Кто в ярости, то...       — Получается, у Него что-то не получилось, что-то очень важное, — подхватила Гермиона. Она покачала головой: — Что же там такого случилось?       — Связанное с Отделом Тайн и Залом Пророчеств, — добавила Луна.       — Ладно, узнаем потом, — Гарри улыбнулся. — Главное, что Дамблдор возвращается! И крёстного оправдают! Это замечательно! — парень повеселел прямо на глазах.       — И Жабу уберут из школы, — добавила Луна.       Честно говоря, у Гермионы тоже как камень с души свалился, так как она просто не видела выхода из этой идиотской ситуации с дракой со слизеринцами и, главное, нападением на профессора Амбридж. Пусть она трижды мерзкая и ненавистная Жаба, но тем не менее директор школы, заместитель министра...       — А чего это вы такие довольные? — поинтересовалась Парвати, подойдя к ним, и подозрительно оглядывая. За гриффиндоркой шли Падма и Невилл, который тащил два приличного размера тючка.       — Дамблдор опять директор школы! — сообщила хорошую новость Гермиона.       — Министр убирает Амбридж из Хогвартса, — добавила Луна.       — Крёстного оправдают! — выпалил с радостным видом Гарри.       В общем, каждый поделился самой главной для него новостью, чем ошеломили друзей, и они принялись бурно обсуждать эти события, пытаясь разузнать подробности...       — Да мы сами толком не знаем, — отбивалась Гермиона от насевших на неё Падмы и Парвати. — Крёстный Гарри сказал, чтобы дождались директора и читали газеты. Мол, нам понравится. Мерлин знает, что там случилось...       — Но точно что-то очень хорошее, — вставила Луна, — раз созвали Визенгамот...       — Так может, мы это, вернёмся в школу? — предложила Падма.       — Там Снейп, — вздохнул Гарри. — Он нам Хорька и своих "змей" не простит... А Макгонагалл, чтобы нас прикрыть — нет... Так что лучше дождаться Дамблдора. Крёстный сказал, что после заседания Визенгамота, он сразу в Хогвартс...       — Пффф, — фыркнул Невилл, — тогда это надолго. До утра минимум.       — Думаешь? — удивилась Парвати.       — Да, пока все не наговорятся, пока каждый второй не толкнёт речь минимум минут на пять, а то и на десять, о том что вот он лично всегда это знал, но только козни врагов ему мешали, с поимённым перечислением врагов и припоминанием их грешков, — ничего не решат! — высказался Невилл. — Ба терпеть не может ходить на эту говорильню!       — Нда? — немного расстроилась Гермиона, которой тоже сидеть в этом подземелье надоело. Она вздохнула и посмотрела на тючки, на которые уселись Падма и Парвати. — Это шкура? Вы же пошли за несколькими небольшими кусочками?       — Да мы упарились, пока эти два куска отчекрыжили! — воскликнул Невилл. — Нифига же не берёт! "Секо" рикошетирует, трансфигурация — вообще не действует...       — И как вы справились? — заинтересовалась Гермиона.       — Не поверишь, — ответила Падма. — "Диффиндо"! Правда, только с изнанки, с внутренней стороны действовало. И не на всю толщину!       — Ну да, — задумалась Гермиона. — Это, по сути, именно портняжное заклинание, специальное... А дальше?       — А потом Пад трансфигурировала из камешка лезвие, и поверхностный слой прорезали уже им, — объяснила Парвати. — Один разрез в несколько дюймов — одно лезвие... Замучились, просто жуть. И чешуйки пришлось предварительно отдирать по одной, с места разреза! По ним лезвие вообще скользило, даже не царапая.       — А вы их не взяли? — заинтересовалась Луна. — Ну, эти отодранные чешуйки? Надо их собрать...       — Ладно, и что мы будем делать тогда? — спросила Гермиона, когда всем надоело обсуждать прочность шкуры василиска.       — Предлагаю лечь спать, — зевнула Луна.       — Спать? Здесь? — воскликнули близняшки.       — Ну, можно перебраться к трубе поближе, — пожал плечами Гарри. — Но там грязнее, и запах тоже...       — А как мы узнаем, что Дамблдор уже появился? — уточнила Падма.       — Узнаем, — уверенным тоном ответил Гарри, на что Невилл только хмыкнул. — Вы ложитесь, а я прослежу... — он вздохнул и добавил: — Всё равно не усну... Столько всего...       Подумав, Гермиона трансфигурировала из камней, валяющихся на полу (как объяснил Гарри — это были отколотые куски колонн, которые сбил василиск), несколько спальных мешков.       — Вау, ты прям как Дамблдор, — улыбнулся ей парень. — Помнишь, как он на Хэллоуин на третьем курсе?       — Увы, нет, — вздохнула Гермиона. — Дамблдор трансфигурировал их из воздуха, и сразу на всех, то есть около трёхсот штук за раз, а не как я из камней и по одному... — она опять вздохнула. — Мне до такого ещё...       — Всё равно круто, — пожал плечами парень. — Ложись, отдыхай, — добавил он. — Сладких снов...       Честно говоря, Гермиона совершенно не думала, что она заснёт. После всего что случилось за этот день. После того, как она оказалась в Тайной комнате, как увидела василиска, после того, как Волдеморт чуть не захватил Гарри... Кроме этого, её очень волновал сам Гарри! Слишком уж он внимательно прислушивался и присматривался к тому заклинанию, которым она трансфигурировала камни в завале. А учитывая то, что быстро проведённая диагностика Амбридж и нескольких рядом лежавших слизеринцев, показала многочисленные переломы и черепно-мозговые травмы, а это всего-то в результате применения банальнейших, самых обычных, заклинаний разоружения и оглушения, то... Становилось страшно, при мысли о том, какие будут последствия, если он начнёт применять заклятия предназначенные для нанесения повреждений! Гарри, и безо всяких кинжалов из клыков василиска, сам по себе, уже превращался в... смертельное оружие... И это её, честно говоря, немного пугало! Потихоньку, бег мыслей замедлялся, спокойное сопение Луны рядом, мерное, едва слышное, журчание далёкого ручейка, убаюкивали и Гермиона даже не заметила, как уснула...